Текст книги "Уровни силы 3 (СИ)"
Автор книги: Nezloi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)
Глава 18
Похоже, полковник, приносивший мне приказ, передал графу Орлову моё мнение о нём, так как буквально в тот же день я был отправлен в штурмовой отряд, состоящий из одних витязей. Что значило, что сражаются они против точно таких же витязей. Причём с точки зрения законности такого назначения всё было правильно: контракт со мной заключали как с витязем. Пожав плечами, громко заявил, что такой человек, как граф Орлов, наверняка предпочитает мальчиков красивым девушкам. Кстати, это было серьёзное оскорбление, так как мужеложество мало того, что было запрещено законом, так ещё презиралось и осуждалось обществом. Вызова на дуэль я не боялся, кроме того, что такие дуэли во время боевых действий строжайше запрещались, так ещё наш командующий был обычным человеком. Каких‑то ответных действий в будущем тоже не боялся: род был мелким и незначительным и полностью «лежал» под императором.
Комдив проглотил и это, что, кстати, очень плохо сказалось на его репутации: в глубоко сословном обществе такое прощать было смерти подобно. Думаю, если бы он не был ставленником императора, офицеры из боярских родов просто отказались бы выполнять его приказы.
Поднасрав Орлову, со спокойной душой отправился на новое место службы.
Отряд витязей квартировал в полуразрушенном здании бывшей гостиницы. На входе меня встретила пара часовых; показав им приказ‑назначение, без проблем вместе со своими телохранителями попал в здание. Немного побродив по этажам с помощью «радара» и подсказок от встреченных витязей, отыскал командующего отрядом в одном из однокомнатных номеров.
Стукнув в дверь, вошёл.
В кресле с бутылкой пива в руке сидел квадратный громила в броне. Ещё через мгновение разглядел на ней герб Державиных.
«Пиздец! Сдаётся мне, что и здесь я друзей не найду».
Подняв глаза, витязь несколько долгих мгновений буравил мой родовой герб, изображённый у меня на груди.
– Курбский, значит!
– Державин, значит, – в тон ответил я витязю.
– Ты либо пиздец какой тупой, либо очень смелый.
Голос витязя понемногу наливался ненавистью.
– Не тебе, холоп, судить о моей смелости и уме! – произнёс я презрительно, кривя губы.
– Впрочем, можешь спросить у своего боярина.
Витязь мгновенно оказался на ногах, и если раньше я, скорее всего, даже не заметил бы этого движения, то сейчас без проблем успевал реагировать.
– Ты! – от переполнявшей его ненависти голос витязя сорвался.
– Я, – согласился я. Напасть на меня витязь всё же не посмел, а, скорее всего, и не успел бы: мои телохранители находились в паре шагов за моей спиной.
К счастью, отряд не состоял из одних витязей Державиных: скорее, это была сборная группа, куда надергали бойцов от всех более‑менее значимых родов. Хотя дружелюбия я так и не встретил, но и обливать меня ненавистью пополам с презрением никто не торопился.
Выбрав себе двухкомнатный номер на пятом этаже с целыми окнами и двуспальной кроватью, упал на пыльный матрац и достал свои телефоны.
Ответил на накопившиеся сообщения Инги, удивился, что не было сегодняшних, хотя девушка писала мне ежедневно. Почитал новости с фронта, узнал, что, оказывается, мы очень успешно и с минимальными потерями почти захватили город Бузэу, хотя в реальности мы не контролировали и четвёртой части. О потерях, кстати, тоже врали как сивые мерины: благодаря «мини‑карте», имеющей функцию мгновенного подсчёта отображающихся объектов, я знал, что только наш полк за последнюю неделю потерял до тридцати процентов личного состава – это при том, что нам досталось не самое «горячее» направление.
Нашёл новость и об огнематери. Буквально вчера она провела раунд в полный контакт с Сотрясателем, вражеским архимагом. Хотя обычно архимаги просто «давят» на огромные территории, создавая беспороховые зоны. По итогам стычки с лица земли исчезло пару небольших городков, десяток деревень и десяток тысяч мирных жителей. Архимаги не пострадали; они, кстати, даже не видели друг друга, так как «махались» на расстоянии полусотни километров друг от друга.
Несмотря на полную бессмысленность подобных «мероприятий» (обычно маги даже не знают, где находится их оппонент, и поэтому попасть по нему практически не имеют шансов), их периодически проводили, демонстрируя противнику и всему миру мощь своего живого оружия.
Убедившись, что огне‑мама не пострадала, поискал новости про деда и, конечно же, нашёл.
Вдруг оказалось, что князь в России, хотя должен был быть в Германии, причём не абы где, а в своём поместье под Петербургом.
На том же новостном портале наткнулся на сплетни, что якобы в ближайшее время опала с Курбских будет снята и вообще всё это – большая ошибка, а Курбские все как один красавчики и душки.
Последнее, конечно, было написано другими словами, но смысл был тот же.
– А вот сейчас не понял!
Позвонить деду с вопросом: «А, собственно, какого буя происходит?» – я не успел.
По коридору кто‑то промчался, голося и топая, как выпивший буйвол.
– Общее построение, общее построение!
Идти куда‑то мне было откровенно лень, поэтому с помощью «радара» отследил место сбора и просто телепортировался туда. Моё неожиданное появление чуть не стоило мне головы: витязь, рядом с которым я появился, мгновенно выхватил из ножен меч и попытался меня рубануть. Случись это до того, как я поднял Ловкость, всё бы у него получилось, но сейчас я небрежно оттолкнул его телекинетической рукой, отбросив воина в другой конец помещения.
Державин уже был здесь; молча пронаблюдав нашу стычку, никак её не прокомментировал.
Витязь тоже понял свою ошибку, не стал раздувать конфликт, буркнув извинения.
Начал наш лидер без предисловий:
– Штаб поставил перед нами задачу: захватить и удерживать здание государственного банка, а в случае неудачи – не дать туркам вывезти ценности. На сборы – пять минут.
Открыв в телефоне ещё довоенную карту Бузэу, убедился, что банк находится недалеко от центра города, на территории, контролируемой турецкими войсками. Хорошо хоть не в глубине, но несколько сотен метров по вражеской территории преодолеть придётся.
– Что‑то у меня складывается такое ощущение, что кто‑то из командования решил погреть свои волосатые лапы, – громко произнёс я, делая вид, что обращаюсь к Глафире; Ерофеев опять был оставлен на «хозяйстве».
Витязь промолчала. Не обращая внимания на кидаемые на меня взгляды, продолжил:
– Если взглянуть на карту, то даже идиоту ясно, что нет ни одной тактической или стратегической необходимости захватывать здание банка.
Мне так никто и не ответил, и маленькая провокация не удалась.
В точно назначенное время мы в количестве двадцати витязей выдвинулись в сторону госбанка города Бузэу. Так как в отряде все были витязями, Державин с ходу задал высокий темп, скорее всего, в надежде, что я, как «новик», просто отстану от них.
Благодаря «Достижению» «Бегун» я легко держался в хвосте отряда, причём при необходимости мог бежать в два раза быстрее.
Похоже, тактика Державина заключалась в ураганном рывке до банка и быстром захвате. Дальше просто нужно было сидеть в обороне, пока не подойдут основные силы.
Кстати, называя нашего главаря Державиным, я был не прав: его фамилия была Глымов, и боярскому роду он был вассалом.
Молниеносного броска до цели не получилось: перехватили нас буквально на половине пути, причём мой старый знакомый – «турецкий супермен». Конечно же, не один, а с поддержкой в виде пятёрки витязей.
К счастью, у меня этот индивид был «забит» в память радара, и я засёк его за полкилометра – на такое расстояние был выставлен радиус «мини‑карты».
– Атака слева! – предупредил я громким криком бойцов. Командир меня проигнорировал, хотя несколько бегущих рядом со мной витязей напряглись.
Бросок «супермена» был просто молниеносным: несмотря на то, что я указал направление, мы его проморгали. Он буквально влетел в наш строй и успел зарубить двоих, прежде чем остальные рванули в разные стороны. Ещё через мгновение появилась отставшая пятёрка.
Глафира, бегущая сбоку, никак не среагировала: она бы успела перехватить турка, но, так как мне ничего не угрожало, просто проигнорировала его.
– А теперь – боевые испытания, – пробормотал я, схватив «супермена» невидимой дланью и рывком поднимая его над толпой. Чтобы не мучить человека ожиданием, прямо на месте его головы создаю «Путеводную звезду». Но «супермен» ещё раз доказал, что я его не зря назвал суперменом: каким‑то немыслимым образом изогнувшись, убрал голову в сторону и мощным броском, которого я даже не заметил, отправил в меня топор.
Сработавшая, ещё сырая и явно нуждающаяся в доработке «автоматическая система эвакуации» сбила мне концентрацию, буквально отшвырнув меня на полсотни метров в сторону. Из‑за рывка в пространстве я потерял контакт с заклинанием, отчего оно развеялось, а витязь, соответственно, оказался свободен – чем он и воспользовался, мгновенно скрывшись в переулке.
«Не понял!»
Оставшаяся пятёрка, к этому моменту превратившаяся уже в тройку, тоже попыталась отступить, но их просто задавили толпой. В последний момент я всё же успел испарить голову «звездой» одному бойцу.
+2050 ОП – порадовала меня система.
– Продолжаем движение! – заорал Глымов.
– Кажется, я становлюсь по‑настоящему крут, – пробормотал я, вспоминая, как могущественный витязь бежал от меня, поджав хвост. Повернув голову, заметил за плечом ухмыляющуюся Глафиру – это немного подпортило мне момент триумфа.
«Ага, а если вспомнить, что не так давно она с Ерофеевым уже гоняла этого „Супера“, причём с ним было ещё семеро витязей, то теперь мне уже не кажется, что он от меня сдёрнул».
– Вот не надо так улыбаться, я бы и сам справился, – проворчал я на бегу. Ухмылка на лице Глафиры стала ещё шире.
– Кто смеётся над начальством, всегда усталый и без премии, – пробормотал я. Улыбка мгновенно исчезла, зато появилось выражение лихого, слегка придурковатого служаки.
Возле здания банка нас встретила рота тяжёлой пехоты. Судя по понтовой броне с гербами в виде чёрной головы тигра – гвардейцы какого‑то бея или аяна. Правда, все – простые люди.
Семнадцать витязей, словно раскалённый нож сквозь масло, прошили «коробку» насквозь, практически не замедлившись. Я задержался на несколько секунд: зарубил десяток бойцов, до которых смог дотянуться, и раздал полсотни «звёзд».
Оставив за спиной почти уничтоженную роту и площадь, заваленную трупами, с ходу ворвались в здание, просто снеся наружные двери.
Естественно, я не был в первых рядах. Причём, чтобы не оказаться и в «средних», специально задержался порубить солдат – в результате оказался в «задних». Конечно же, не просто так: через радар я увидел в банке подозрительную семёрку бойцов, что спокойно дожидалась нас в просторном холле.
Бой начался неожиданно, словно взрыв, мгновенно разметав наше построение «свиное рыло». Мне хватило одного мгновения, чтобы понять, что мы влезли не в свою лигу, а в следующую секунду пришло озарение, что это засада, устроенная специально на наш отряд витязей.
«Похоже, у нас в штабе окопался шпион».
Мелькнула у меня мысль, прежде чем я вступил в бой. Благодаря активации невидимости меня никто не атаковал, и я мог спокойно стоять немного в стороне. Глафира же по моему приказу осталась на улице, но готовая в любой момент вмешаться. Несмотря на то, что все мои «размышления» заняли небольшие секунды, мы уже успели потерять двух бойцов. Численное преимущество никак не помогало против «топов».
– Мой ход.
Подгадав момент, я схватил своей невидимой тентаклей витязя в красной броне и всего лишь на мгновение оторвал его от земли. Этого хватило, чтобы буквально испарить его тело, создав в нём десятки «звёзд».
+6700 ОП.
– Вот ни хера себе! Это кого же я завалил?
В этот момент ко мне одновременно бросились сразу двое, снося, словно бумажные фигурки, пару наших витязей. Разбираться, как они меня обнаружили под невидимостью, не стал, мгновенно уйдя телепортом на улицу – точнее, попытался. Вместо того чтобы перевести меня сквозь стену на два десятка метров назад, телепорт просто «переставил» меня на полметра в сторону.
«Маг! Здесь маг!» – мгновенно понял я масштаб проблемы.
Выхватить саблю я уже не успел: двухцентнеровая туша на скорости триста километров влетела в меня. Вообще‑то в лучшем случае витязь должен был сдвинуть меня сантиметров на десять – мой артефакт, стабилизирующий меня в пространстве, по‑прежнему был при мне. Через секунду, проломив своим телом кирпичную стену, я понял, что артефакт только что перегрузили. Благодаря тысячам слоёв щитов и заклинанию «Панцирь» отделался я потерей всего лишь двенадцати единиц здоровья. Причём урон понёс не от пробития своей тушей стены, а от столкновения с каменным плечом громилы. Элегантно приземлившись на спину, закувыркался по земле, и в следующую секунду меня догнал артиллерийский пинок, буквально выбросивший меня в небо.
– Здоровье – 9 ед.
Из‑за по‑прежнему не работающего телепорта я ничего не мог поделать со своим полётом, пока он не закончился самостоятельно – в стене дома.
– Какого хрена Глашка не остановила этого мордоворота! – разгневался я, выбираясь из кучи битого кирпича и строительного мусора. Автоматически сдул «Вентилятором» пыль и вспомнил, что меня вообще‑то атаковали двое витязей.
– Чёрт! Глафира!
Выхватив саблю, рванул обратно, только сейчас вспомнив о мини‑карте. Как я и думал, моя телохранительница в данный момент рубилась с двумя витязями сразу. Молниеносные перемещения её зелёной точки и преследование двух красных дали мне понять, что дела у Глафиры не очень.
Тем не менее бросаться в бой я не спешил: помнил, что где‑то неподалёку должен скрываться маг, который по‑прежнему «давил» мой телепорт.
Открыв «радар», быстро отметил две группы красных отметок, причём одна была прямо в банке.
– Похоже, там эта падла!
Конечно же, через главный вход в банк я не полез: там по‑прежнему продолжалась мясорубка витязей. Ускорившись, обежал здание сбоку и за несколько секунд «проколупал» стену «Путеводными звёздами». И буквально в то же мгновение часть моих щитов проявилась, а у меня непонятно от чего заныли зубы.
– Да чтоб тебя!
Мысленно матеря себя за тупость, буквально щучкой нырнул в дыру в стене, ловко перекатился и снова попал под неизвестное заклинание. На этот раз почувствовал ещё и вкус крови во рту.
Проскочив кабинет, выбрался в коридор и, ускорившись до предела, вынес плечом дверь и оказался в очередном кабинете, но на этот раз занятом.
Из четверых присутствующих трое были явными витязями, а четвёртый, несмотря на то что выглядел как обычный солдат, был магом. Подтвердив мою догадку, засадил мне в голову самой настоящей молнией.
Ослепительно белый разряд со звуком лопнувшего на морозе дуба прилетел мне в голову и без малейшего для меня вреда был поглощён щитами. Через мгновение я был атакован тройкой витязей, но прежде чем они успели до меня добраться, сработала россыпь светозвуковых гранат, залив мир ослепительно белым светом.
Как и все в комнате, я тоже «наловил зайчиков» и временно ослеп. Но, в отличие от остальных, у меня осталась мини‑карта. Ориентируясь по ней, я обошёл ослеплённых и оглушённых витязей и, как овцу, зарезал лежащего на полу мага. Не имея железной крепости организма витязей, от близкого подрыва такого количества светозвуковых гранат его просто вырубило.
+5200 ОП.
Со смертью мага мой телепорт снова заработал, и я буквально за мгновение зарубил слепых витязей. Судя по количеству полученных очков опыта, все трое были не выше «ратника».
Я уже было собирался пойти помочь Глафире, как вдруг заметил, что она уже сражается с одним витязем.
– Да ладно, неужели прибила⁈
Удивление моё долго не продлилось, так как я вдруг обнаружил второго «супермена» в нескольких метрах от себя – за стеной банка.
Через мгновение случилось сразу несколько вещей: турок кулаком пробил бетонную стену и шагнул ко мне в комнату. Я, перепуганный столь близким соседством сверхмощного витязя, запаниковал, совсем забыв о своей невидимости, и не придумал ничего лучше, как выбросить наружу все запасы взрывчатки и часть патронов. В следующий миг «аварийный телепорт» выбросил меня в двадцати метрах над крышей банка.
«Пронесло». – успел я подумать, прежде чем крыша банка вспухла огненным грибом.
«Сука! Там же только одного динамита больше двух тонн было». – мелькнула паническая мысль, прежде чем темнота, словно наковальня, обрушилась на меня.
Глава 19
Первое, что я увидел, открыв глаза, – это плывущее по небу пушистое облачко.
Краткое мгновение я любовался мохнатым чудом природы, пока не вспомнил, что и сам могу создавать такие облака.
Через мгновение память вернулась, раздавив безмятежность тяжёлым сапогом реальности.
«Я вижу, я не слышу, и я жив».
Кинув быстрый взгляд на интерфейс, удивился, что даже особо не пострадал: полдесятка исчезнувших единиц здоровья можно было даже не принимать в расчёт. После взрыва такой мощи это было настоящим чудом, правда, чудо быстро нашло объяснение. Часть камней душ превратилась в порошок, исчерпав свой потенциал до дна.
Модифицированный усиленный защитный артефакт оправдал вложенное в него время и ресурсы.
Опомнившись, кинулся проверять логи и не сдержал довольной улыбки.
+ 58 540 ОП.
«Одним махом всех, нахер, побивахом!»
Продолжая улыбаться, покрутил головой и понял, что я лежу на куче строительного мусора, покрытый слоем пыли и обсыпанный золотыми монетами. Продолжая источать довольство, поднялся, небрежно стряхнул с себя монеты и какие‑то незнакомые обгоревшие купюры и огляделся. Весь квартал лежал в руинах, а в сотне метров, там, где когда‑то находилось здание банка, зияла огромная воронка. Но самым удивительным зрелищем были сотни тысяч золотых слитков, монет и местных бумажных денег, что буквально ковром покрыли огромную территорию в несколько кварталов.
«То‑то штабные крысы так рвались в банк! Да здесь золотишка, как в Форт‑Ноксе».
Покачав головой, открыл «радар» и, к своему удивлению, обнаружил, что Глафира жива, как, кстати, и её соперник, правда, оба находились под завалами и были без сознания.
С помощью «тентакля» и «звезды» стал торопливо откапывать телохранительницу, тревожно поглядывая на «радар». Вряд ли турки обрадовались подрыву банка, а учитывая, сколько там хранилось, сюда прямо сейчас должны со всех ног нестись «силы тяжкие».
Параллельно думал об «эвакуационном артефакте», причём мне даже придумывать ничего не надо было: по сути, он уже существовал, но требовал небольшой доработки. Идея была простая: раненому или пленному бойцу, или человеку, попавшему в ситуацию, подобную Глашиной, по маяку, который можно было сделать в виде татуировки или военного медальона, передавался телепорт, который автоматически выдергивал бойца в безопасное место.
Докопавшись до окровавленной руки Глафиры, коснулся её и вместе с ней телепортировался в сторону. Аккуратно положив на землю испачканную в крови и пыли женщину, хотел было прямо сквозь завал добить турка, но в этот момент в зону охвата моего «радара» вошли пять сверхбыстрых объектов, в одном из которых опознался старый знакомый – «Супермен».
– Ладно, живи пока.
Пробормотал я злобно, подхватил телохранительницу на руки и телепортами рванул к своим.
Дом витязей встретил меня тишиной и скучающим Еровеевым. Уложив всё ещё бессознательную тушку Глафиры на кровать и не обращая внимания на засуетившегося витязя, достал телефон.
Дозвонился до Артамонова и запросил эвакуацию для телохранительницы.
Следующий час провёл в медитации, пока лопнувшие барабанные перепонки окончательно не восстановились.
А потом пришёл целый взвод жандармов с тройкой «казённых» витязей с неудобными вопросами. Как оказалось, расследовали они взрыв банка и, как следствие, потерю ценностей, а также гибель всего отряда витязей. Но, как оказалось, вопросы задавать, кроме меня, было некому: из всего отряда живыми вернулись только я и Глафира, но телохранительница всё ещё не пришла в сознание, а я вместо сотрудничества валял дурака.
– Алексей Игоревич, если вы не будете отвечать на мои вопросы, я буду вынужден вас арестовать.
Нагло ухмыльнувшись, повернул голову в сторону Ерофеева, башней возвышающегося над полковником.
– Это… это уже измена!
Тихо, но очень эмоционально произнёс жандарм.
– Какая ещё измена? Окстись, мужик! Я подданный Германской империи, а ты, мезербаль, пытаешься арестовать высшего аристократа, подсудного только его величеству Фридриху какому‑то.
Полковник побледнел: моих слов с лихвой хватало, чтобы вызвать меня на дуэль до смерти.
– Я этого так не оставлю!
Прошипел жандарм, сверля меня ненавидящим взглядом; его буквально трясло от едва сдерживаемой злости.
– Ничего, скоро ваше время пройдёт!
– Пошёл вон, холоп, пока я не приказал гнать тебя палкой до самого штаба.
Ерофеев шевельнулся, показывая, что готов выполнить любой мой приказ. Полковник не стал испытывать судьбу и, одарив меня на прощание невнятным шипением сквозь зубы, удалился, прихватив с собой свою свиту.
– Ненавижу особистов!
Проворчал я, недовольный своей вспышкой гнева.
– И ментов тоже.
Накрыв роскошный стол из старых запасов, что я таскал в инвентаре, сели с Ерофеевым обедать и дожидаться эвакуационной команды. Во время еды неожиданно вспомнил, что как‑то давненько мне не звонила и не отвечала на мои сообщения Инга.
«Не иначе нашла себе кого‑нибудь!»
Достав спутниковый телефон, попробовал ей дозвониться, но телефон девушки был недоступен.
Пожав плечами, выбросил Ингу из головы и продолжил есть.
После обеда, оставив витязя на охране, вернулся в свой «будуар» и открыл аукцион. Что примечательно, он уже какую неделю был активен из‑за невыкупленных лотов. В основном это были распространённые навыки и достижения.
Перейдя в чат, быстро пересчитал оставшихся игроков и, честно сказать, охренел. Вдруг оказалось, что нас осталось меньше половины.
– Пиздец! Куда делись пятьдесят два человека?
В последние дни мне было некогда интересоваться жизнью игроков, я даже на аукционы не обращал внимания, и вот сейчас был поражён нашей резкой убылью.
Почти час листал чат, пытаясь понять, что за мор приключился с нашим братом. Как оказалось, всё гораздо проще: почти все игроки участвовали в русско‑турецкой войне. И, как оказалось, в поддавки здесь не играет ни одна из сторон.
– Если так пойдёт, то ордену даже напрягаться не придётся: мы и так все передохнем.
К счастью, Четырнадцатый был жив и, что удивительно, до сих пор не вычислен орденом – это при том, что он работал прямо в Ватикане, где располагался штаб ордена. Но самое удивительное – это то, что Четырнадцатый оказался священнослужителем, да ещё и в немалом сане. По его словам, он совсем недавно стал епископом и, что забавно, чуть ли не еженедельно общается с некоторыми лидерами ордена Святого Порога.
– Конспирация уровня «бог».
Пробормотал я, оценив уровень проявленного доверия Четырнадцатым.
Как оказалось, открылся он мне не просто так, а в расчёте на ответный реверанс. Почесав давно немытую голову, вдруг понял, что, если мы хотим выжить, то мне придётся поделиться наработками. Конечно, раздавать налево и направо результаты своих трудов я не собирался: всё‑таки большинство игроков по своей сути были бешеными псами, и давать им в руки такое оружие было бы самоубийством.
Несколько часов мне понадобилось, чтобы рассказать Четырнадцатому о «настоящем» взломе системы.
В ответ восхищённый моим «гением» игрок поделился любопытной информацией об игроках и системе.
Как оказалось, у каждого игрока есть так называемая «предрасположенность». У кого‑то это была сверхбыстрая прокачка определённых навыков, у кого‑то – достижений или заклинаний. Кто‑то умел понемногу сдвигать барьер на определённых характеристиках, а кто‑то, как Четырнадцатый, получил трёхкратный множитель очков опыта, о котором, кстати, он узнал совсем недавно. До этого игрок думал, что все получают одинаково. Но, как оказалось, за одного и того же монстра два игрока получат разное количество очков опыта – и так буквально во всём.
– Интересно, а у меня какая предрасположенность?
Вроде всё, что я хоть как‑то развил, всё благодаря корейской задрочке и ресурсам. Вон даже Мари со своим читерским лазером меня на две головы круче. А ведь у неё и близко нет таких запасов маны.
Как я ни ломал голову, но так и не смог понять своей предрасположенности, пока в «сети» снова не появился Четырнадцатый.
Как оказалось, всё это время он «висел» в БИОСе системы, пытаясь разобраться.
И вышло так, что он реально, один из умнейших людей Европы, не понял вообще ничего – это притом, что у него были мои комментарии и пояснения к «трудным моментам».
– Кажется, я знаю твою предрасположенность, – написал мне Четырнадцатый.
– Только не говори, что системная артефакторика?
– Узко мыслишь. Твоя предрасположенность – это понимание системы.
«А ведь, пожалуй, он прав: иначе объяснить, как я, человек, честно сказать, „среднего ума“, стряпаю сложнейшие артефакты, как пирожки, невозможно».
В ходе лёгкой беседы Четырнадцатый как бы мимоходом рассказал мне информацию, от которой я чуть не кашлянул кровью.
Оказывается, если долго и упорно «чистить» осколки одного уровня, то рано или поздно в одном из них найдётся системный артефакт, причём почти всегда полезный. Потом то же самое можно проделать со следующим уровнем осколков и так далее. Что самое обидное, эта информация была общеизвестной, но почему‑то прошла мимо меня.
«А ведь Мари что‑то такое говорила».
Припомнил я наш разговор.
«И, кстати, вот одна из причин немереной крутости игроков: у них же у всех должно быть по четыре‑пять артефактов. Ну и, конечно, предрасположенности».
В реальность вернулся расстроенный и немного злой на себя.
– Вот что мне стоило быть самую малость упорнее!
Мой едва начавшийся приступ самобичевания остановил телефонный звонок.
– О, дед!
Как обычно поздоровавшись, глава рода спросил о здоровье, поинтересовался моими делами. Сообщил мне, что эвакуационная команда прибудет ночью, а потом, не меняя интонации, сообщил, что завтра утром опала с рода Курбских будет снята.
– Э‑э‑э, ну, хорошо, наверное.
Пробормотал я растерянно, не зная, как на это реагировать.
Дед неожиданно коротко хохотнул, выдав своё прекрасное расположение духа.
– А мы теперь что, обратно будем переезжать? – спросил я растерянно.
– Будем! – уже не пряча хорошего настроения, согласился князь.
Следующий вопрос о своём гражданстве я задать не успел: князь, неожиданно став серьёзным, спросил:
– Алексей, а как ты относишься к браку?
– Если он не производственный, то нейтрально.
– Ну и слава богам!
– Э‑э‑э, дед, ты чего там удумал⁈
Князь, снова вернув превосходное настроение, со смехом ответил:
– Женишься ты скоро, внук.
В принципе, я был не против, так как всегда мечтал о семье.
– Она хоть красивая? – проворчал я с деланным недовольством.
– Всё как ты любишь: беленькая и тонкая, как тростинка!
«Интересно, это когда я демонстрировал любовь к беленьким и тонким?»
В этот момент меня будто озарило.
«Бля! Инга! Он же мне её описывает! Так вот почему она не отвечает: наверняка ей отсыпали всяких добряков, чтобы она потерялась. Вот же старый интриган!»
– Ну а характер какой? А готовить умеет? Хочу, чтобы мне жена готовила.
– Характер у неё покладистый, готовить точно не умеет, но зато сильная магиня, так что и детки у вас будут что надо.
– Кто хоть такая? – окончательно смирился я с выбором деда.
– Принцесса Ксения.
– Э‑э‑э, Романова⁈
Дед, довольный собой, захохотал.
– Она самая, третья дочь императора.
– Охуеть! Это что, мы теперь с императорской семьёй породнимся⁈ Пиздец!
– Через неделю официально объявят о вашей помолвке, – уже более спокойно закончил князь.
– И, кстати, собирайся: тебя отзывают с фронта. Думаю, уже завтра придёт официальная бумага.
Закончил я разговор, порядком обалдевший от количества сюжетных поворотов на квадратный сантиметр разговора.
«Это что получается? Я теперь буду даже круче, чем кум королю⁈ Ха! Вот вся эта шобла, что презирала и ненавидела меня, охренеет! Ещё утром пытались всячески подставить и нагадить предателю, а уже вечером вдруг оказывается, что Курбский не предатель, а вовсе даже патриот, да ещё такой, что за него любимую дочку императора отдать не зазорно».
Посмеиваясь, поднялся и стал готовиться к следующему выходу. В ближайшие дни меня должны были вызвать в столицу, и о прокачке на ближайшие месяцы можно было забыть.
* * *
Тем временем в штабе дивизии царила паника. Прямиком из императорской канцелярии пришла грозная бумага, где сухим канцелярским языком говорилось, что княжич Курбский, как особо ценный специалист в инновационных военных технологиях, должен всячески оберегаться и ни в коем случае не допускаться до контакта с противником.
Внизу имелась дописка в виде угрозы, что в случае ранения или, не приведи господь, смерти, все причастные и рядом проходившие в лучшем случае в цепях пойдут в Сибирь.
Немедленно в «дом витязей» был отправлен посыльный с наспех состряпанным приказом о переводе некоего поручика Курбского в штаб на должность аналитика.
* * *
Оставив Ерофеева дожидаться эвакуационной бригады, «поскакал» в северном направлении. Мой максимально расширенный радар засёк там скопление союзных и вражеских войск.
– А ведь можно теперь не сдерживаться и положить на приказ Орлова хер!
Тут же, откладывая, стал формировать огромное поле облаков «Деструкции» и не остановился, пока не накрыл больше сотни кварталов – если верить «радару», не меньше пятнадцати квадратных километров. Оставив «облачный фронт» грызть город, «проскакал» на несколько километров в сторону и повторил, слив облачное «пятно» с первым.
– Хм, а я ведь за пару часов могу так весь город накрыть!
Стараясь не смотреть на системные сообщения, сменяющие друг друга с такой скоростью, что я даже не успевал их читать, – и это при моём разогнанном сознании, продолжил террор.
Я успел создать и слить с предыдущими «фронтами» ещё два «кислотных» пятна, прежде чем мне стали противодействовать. Причём на этот раз маги не пытались развеять мои конструкты: вместо этого они, объединившись, стали искать в «облаках» меня.
Я же хорошо усвоил прошлые уроки: когда, заигравшись или недооценив магов, пару раз чуть не отъехал в «земли, полные дичи». Поэтому, активировав режим «тело игрока» и скрыв себя невидимостью, сидел в подвале, где турки устроили что‑то вроде временного госпиталя.
Маги меня не нашли: вряд ли для них в режиме «тела игрока» я отличался от трупа, а что может быть естественнее трупа в госпитале, если, конечно, он не двигается. В свою очередь, я через «мини‑карту» (хотя сейчас она была далеко не мини, так как охватывала почти весь город) пытался найти самих магов. Но, увы, разных групп и скоплений вражеских юнитов было такое количество, что даже случайно угадать было маловероятным событием.
