Текст книги "Уровни силы 3 (СИ)"
Автор книги: Nezloi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)
Глава 9
Спать лёг практически с нулевым значением в «Выносливости», умудрившись провести с Огневым больше двухсот спаррингов, и, кажется, утомил даже его.
Проснулся посреди ночи и несколько мгновений недоумевал, что могло меня разбудить, пока в какой-то момент вдруг не понял что в моём поле контроля копошится незнакомец. Тощая оборванная фигура с какой‑то тряпкой на лице ловко ввинтилась в открытую по случаю жары форточку на кухне, достала из‑за пояса здоровенный мясницкий тесак и, крадучись, пошла к лестнице.
– Хм, я бы сказал, что это обычный воришка, но тогда зачем ему нож? А главное, как он умудрился пройти мимо патрулей, сотен боярских гвардейцев и, в конце концов, мимо моих витязей, которые вроде как должны охранять дом?
Почесав переносицу, я поставил на лестнице, прямо на пути крадущегося на второй этаж, «Сингулярный захват», в последний момент ослабил его до первого уровня, чтобы иметь возможность поболтать с целым куском человека, а не с шаром размером с апельсин. Через секунду до меня донёсся сдавленный вскрик: воришка, подозрительно похожий на убийцу, вляпался в «хваталку» и сейчас пытался, не производя лишнего шума, вырваться из неё. Скорее всего, у него бы это даже получилось. Мерзко ухмыльнувшись, добавил вторую «хваталку», причём расположил её таким образом, чтобы в неё попали ещё и руки воришки.
Нежданный гость из ночи, проявив просто потрясающую выдержку, молчал почти полторы минуты – и это при том, что за это время «Сингулярность» буквально раздробила ему пальцы на обеих ногах и сломала ступни; примерно то же самое произошло и с руками. В конце концов вор‑убийца не выдержал и, легко перекрыв влажное похрустывание своих костей, диким воплем, всполошив моих домочадцев и охрану, последние молниями рванули в дом. Злобно ухмыльнувшись, поймал обоих бегущих витязей в «Сингулярность»; этих не жалел, поэтому выдал им максимальную версию.
Пока я вставал с кровати, накидывал на себя халат и держал охранников в «хваталке», кстати, несмотря на четвёртый уровень спелла, старший охраны, имевший звание мастера третьего ранга, понемногу перебарывал «гравиловушку», медленно двигаясь к границе «сингулярности».
Я тем временем не спеша вышел из спальни, включил свет в коридоре и вышел на лестничную площадку, одновременно отменяя «хваталку» для витязей. Так как оба не переставали упираться изо всех сил, неожиданное исчезновение сопротивления оказало на их тела ожидаемый эффект: оба, словно реактивные болиды, разлетелись в разные стороны. Старший охраны улетел в сад, где своей тушей снёс пару яблонь, а второй с размаху влетел в стену дома, заставив её задрожать, словно при ракетном ударе.
– Ошибся адресом? – вежливо спросил я у распластанного в странной позе воришки.
Ещё через мгновение в дом ворвались оба витязя, нисколько не пострадавшие от падений.
– Стоять на месте и не двигаться! – пригвоздил я приказом обоих. Остановил их, конечно, не просто так: боялся, что из‑за дурного усердия они случайно убьют незваного гостя.
– С вами, супчики, я потом поговорю, – одарив бойцов многообещающим взглядом, от чего они всерьёз заволновались, я вернулся к воришке.
Отменил «хваталки», терпеливо дождался, когда вскрикивающее от боли тело докатится до подножия лестницы, и после этого приступил к допросу.
– Кто тебя послал и как ты проник в дом?
Ниндзя‑неудачник проигнорировал мой вопрос и продолжил стонать.
В этот момент в холл выскочил Мешок в огромных семейных трусах, но с автоматом в руках и чуть не лишился головы. Один из витязей дёрнулся, рефлекторно выхватывая из ножен меч, но вовремя опознал Мешка и замер буквально на расстоянии удара от него.
– Что‑то я всё больше начинаю сомневаться в вашей компетенции, – произнёс я, сверля взглядом старшего витязя.
– Сними с него маску! – бросил я Мешку, чувствуя нарастающее раздражение.
Бывший каторжник безбоязненно подошёл к стонущему телу и сдёрнул с его лица платок.
– Хм, похоже, просто местный, – немного удивился я, увидев смуглую, слегка грязноватую, а главное – очень молодую физиономию гостя.
– Кто такой? – повторил я свой вопрос, начиная сомневаться, что этого молодчика вообще кто‑то посылал. Юноша, стиснув зубы, подавил стон боли и упрямо промолчал. Мешок, поймав мой взгляд, гнусно ухмыльнулся и наступил на сломанные пальцы гостя.
До твёрдости советских партизан юноша сильно не дотягивал и раскололся буквально через минуту.
– Хватит, хватит! Пощадите, господин! – завопил пленник.
– Имя?
– Василе! Василе, я! – выкрикнул юноша и уже немного спокойнее добавил: – Василе Биешу.
– Кто помог проникнуть в усадьбу?
В этот драматический момент на сцене появилась бледная Илинка в длинной ночной рубахе и с цветастым платком на плечах. Увидев изломанную фигуру парня и нависшего над ним здоровяка Мешка, она испуганно вскрикнула:
– Василе!
– Ты его знаешь? – повернулся я к девушке.
История оказалась банальной и старой как мир: Василе был соседом Илинки и с самого детства был в неё влюблён, о чём, конечно же, девушка знала, но отвечать на пылкие чувства мальчишки из нищей семьи не торопилась, хотя и не отвергала их. В итоге в пустой голове влюблённого сложилось мнение, что между ними всё же что‑то есть. Он даже успел запланировать свадьбу и официально собрался позвать Илинку замуж. Правда, буквально за день до этого события начался штурм города, а потом отец и вовсе продал его «невесту» русскому офицеру.
После нескольких дней душевных страданий и любовных терзаний в голове Василе сложился гениальный план: выкрасть Илинку, ограбить офицера, о богатстве и, кстати, доброте которого уже ходили по городу слухи. Что примечательно, в плане Василе был предусмотрен и вариант ликвидации этого офицера, если тот вдруг успел надругаться над девушкой.
Что примечательно, ни охрана из витязей, о которой уже знал весь город, ни слухи о том, что офицер – сильный маг, паренька нисколько не смутили.
Благодаря какой-то дьявольской удаче он умудрился минуть все патрули моих витязей, так никого и не заметив.
– Ты признаёшься, что покушался на жизнь княжича? – напряжённым голосом, с едва уловимыми нотками страха, переспросил старший охраны.
– Да! – немного истерично выкрикнул юноша.
– Если он хоть пальцем прикоснулся к моей невесте, я убью его!
Продолжал истерить юный идиот, не понимая, что каждым своим выкриком закапывает себя всё глубже и глубже.
Я хорошо понимал витязя, так как ему теперь предстояло объяснить князю, как в дом, в котором живёт наследник рода и который витязь должен был охранять, проник убийца. Конечно, если бы это был просто вор, тоже бы по голове не погладили, но покушение – это уже другой уровень. В худшем случае витязя могли даже казнить.
«Надо бы заступиться за бедолагу, а то дед в последнее время нервный, может и в самом деле задвухсотить мужика».
Кстати, за покушение простолюдина на аристократа по законам Российской империи полагалось только одно наказание – смертная казнь.
Возиться с глупым мальчишкой у меня не было никакого желания, как и решать его судьбу. Тем более он и так был наказан, став инвалидом.
– Сдайте его в комендатуру, – нашёл я выход, мудро переложив ответственность на других.
«А там, глядишь, ещё и в госпитале подлечат».
Витязи, словно мешок, подхватили стонущего Василе и споро вынесли из дома.
– Идите спать, – бросил я своим домочадцам, разворачиваясь.
Уснуть я не успел, так как опять уловил подозрительные движения внизу. На этот раз это была Илинка. Девушка вышла из своей комнаты и, крадучись, пошла к лестнице. Так как кругом царила непроглядная тьма, витязя, стоящего у стены, она не заметила, даже когда прошла от него в двух шагах.
Я, благодаря «высокой детализации» своего чувства пространства, без труда заметил на его квадратной физиономии пошловатую ухмылку.
Девушку он не тронул, спокойно пропустив на второй этаж, что, кстати, было прямым нарушением приказа охранять гравировальный комплекс, как раз находящийся на втором этаже.
«Понаберут идиотов по объявлению!» – проворчал я, поднимаясь с кровати. Отперев замок на двери, вернулся в постель.
Через минуту девушка нащупала дверь в мою спальню и, нажав на дверную ручку, тихо вошла. Несколько мгновений она в нерешительности стояла в дверях, но, быстро переборов себя, уверенно пошла к моей кровати.
«Интересно», – мелькнула у меня мысль.
«Она это делает из благодарности, что я пощадил её друга детства, или всё же вняла словам Анки, или то и другое вместе?»
В свою красоту и обояние, я почему-то не верил.
Утром Илинка так же крадучись ушла, оставив на простыне стыдливое красное пятно и чувство расслабления.
После завтрака я продолжил мучить себя сабельными спаррингами с Огнёвым и ждать подкрепления от князя.
После обеда работал над «читом», то есть артефактом, который даст мне нечестное преимущество в дуэли с витязем и при этом не будет бросаться в глаза.
Вечером немного «покачал» свой скромный пул заклинаний, а когда начало темнеть, отправился в офицерский клуб.
Что примечательно, князь так никого и не прислал.
Ничего интересного для меня в клубе не было, но я считал, что поддерживать дружеские отношения с сослуживцами просто необходимо.
Как обычно, начал с карточного стола, где «подарил» молодому подпоручику с осколочным ранением тридцать тысяч рублей, после чего перешёл в стан сплетников.
Узнал, что, оказывается, мы несём серьёзные потери: уже погибло или выбыло в связи с ранениями семь офицеров и девяносто два солдата. Также был убит один из полковых витязей.
Конечно, звёзд с неба он не хватал, но худо‑бедно имел статус ратника первого ранга.
Это при том, что никаких широкомасштабных военных действий на нашем участке фронта не велось.
Оказалось, большая часть потерь была понесена при попытке разведки местечка под названием Кобушка‑Веке.
– Мы даже точно не знаем, кто там режет наши группы: маг или витязь.
– Так, может, там целый отряд? – предположил я.
– Нет, то, что это одиночка, мы точно знаем. Магистр Демидов Яков Андронович любезно нам в этом вопросе помог.
– Так чего он этого мясника не прибил? – удивился я такой половинчатой помощи.
– Так для этого ему придётся оставить свою зону ответственности и ехать к нам. А кто ж его отпустит‑то⁈
«Получается, сильные маги могут засекать людей за сотни километров».
Как оказалось, могут, вот только для этого они должны знать примерный квадрат, где искать. В случае с «мясником» он следил за нашей разведгруппой, а когда на неё напали, понял, что нападающий – один, и он, возможно, витязь, а возможно, и маг, так как активно применял заклинания, но при этом был очень быстр.
«Ба! Да никак мой коллега!»
Специально охотиться на игрока я не собирался.
– Кстати, Алексей Игоревич, забыл вам сказать! Повесили мы того разбойника.
– Э‑э‑э, какого разбойника?
Мужчина ухмыльнулся.
– Да того мальчишку, что вы передали в комендатуру.
– За что?
– Как за что? За покушение на офицера Российской империи. По законам военного времени за это полагается смертная казнь. Приговор может вынести любой офицер.
«Пиздец! Вот и помог пацану!» – всплыла саркастичная мысль.
Свой «чит‑артефакт» я закончил как раз в день дуэли, причём основная трудность была не в том, чтобы рассчитать его, а в нанесении на рабочую поверхность массивов. Чтобы не вызвать подозрений, пришлось выбрать телом артефакта родовое кольцо. А уж сколько геморроя было с гравировкой на внутренней стороне – без мата и не пересказать.
В кольцо‑артефакт был встроен стандартный щит, прописано своё ядро, так как из‑за размеров места для «батарейки» не было, и тот самый «чит», из‑за которого я и начал разработку, – «Преимущества». Кстати, теперь это было официальное название артефакта.
Заключалось оно в стабилизации меня в пространстве. Другими словами, теперь, чтобы сбить меня с ног или даже просто сдвинуть с места, нужно было либо быть высшим витязем, либо трактором. Конечно, пришлось немного помучиться, синхронизируя артефакт с моими «скачками», но тут особых сложностей не возникло, хотя пришлось потратить ещё немного времени на лишние расчёты.
Но в итоге всё было готово к сроку, и ничего, вызывающего подозрения в нечестности, на мне не было. Уже перед самым выходом я нанёс на лезвие сабли символы остроты и пробоя, причём, поднаторев в миниатюризации, сделал их такими крошечными, что невооружённым глазом их было не разглядеть. Конечно, пришлось лепить туда и ядро, благо места на клинке хватало с лихвой.
«Хм, думаю, это можно использовать ещё и как одну из степеней защиты», – сразу же вспомнил я своего конкурента по артефактостроению.
Отложив обдумывание этой идеи на потом, вышел из дому и сел в ждущую меня машину. Боевик рода, сидевший за рулём, молча тронулся с места.
Двадцать минут спустя я с тремя витязями за спиной стоял на поляне заброшенного загородного парка и смотрел на своего оппонента, приехавшего на дуэль с тремя магами и как минимум десятком витязей.
«Что‑то мне подсказывает, что, как только дуэль пойдёт куда‑то не туда, меня просто прибьёт кто‑нибудь из его людей, а потом и моих бойцов кончат. Да, подло, но, учитывая нынешнее положение моего рода в империи, никто разбираться не будет и поверят той сказочке, что скормят Державины. Потом, конечно, придётся разбираться с моей разозлённой матушкой, но с учётом ещё трёх архимагов, присутствующих на фронте, и двух десятков магистров, это не такое уж и сложное дело».
Пока я размышлял о последствиях, Державин вышел с одним из своих витязей на середину поляны и, презрительно улыбаясь, жестом поманил меня к себе.
Скопировав его ухмылку, я, прихватив Огнёва, которого назначил своим секундантом, пошёл ему навстречу.
Никаких слов о примирении произнесено не было. Мы просто встали друг против друга, дождались, когда секунданты отойдут в стороны, и выхватили сабли.
Державин оказался проворнее, только я это предвидел, поэтому его диагональный удар снизу вверх меня не достал: уклоняться я стал сильно заранее.
Усмехнувшись, погрозил ему пальцем и пошёл в атаку. Боярич был, ожидаемо, сильнее меня и, в общем‑то, быстрее, вот только имелся один нюанс.
Мой фехтовальный Навык позволял мне во время сабельной схватки двигаться намного быстрее, чем в обычном состоянии. Другое дело, что, когда я начинал двигаться слишком быстро, то просто не успевал реагировать на свою собственную скорость.
Несколько секунд спустя я подстроился под его скорость, пусть это и было почти на грани моей возможности реагировать, и бой резко поменял свой рисунок. Если раньше Державин пёр на меня, словно лось во время гона, а я едва успевал отмахиваться, то сейчас я без особого труда перехватил инициативу и стал просто играть с противником.
Как фехтовальщик я, пожалуй, был на две головы выше Державина‑младшего, и он сам, и его окружение это быстро поняли.
Яростно оскалившись, боярич бросился на меня, видимо, рассчитывая своей массой сбить меня с ног, а после тупо задавить грубой силой.
Высокомерно усмехнувшись, позволил ему это сделать. Словно бык на корриде, Державин влетел в меня плечом, одновременно пытаясь достать своей саблей, орудуя ей словно какой‑то уличный бандит в пьяной драке.
Артефакт, потеряв семь процентов энергии, остановил натиск Державина, а я саблей небрежно отвёл его клинок в сторону, после чего свободной рукой перехватил боярича за плечо и, воспользовавшись инерцией, резко скрутил торс и бросил его на землю. Подставленная вовремя нога придала его полёту необходимую высоту и стремительность.
В этот момент в мою сферу контроля пространства молнией ворвался витязь в чёрно‑красной броне с мечом наголо.
– А вот и грязные игры, – пробормотал я.
Оглушительный грохот заклинания со стороны вражеских магов совпал с выставленной мной «сингулярностью», в которую витязь влетел на всей скорости.
– А вот это по моим бойцам прилетело!
Уже зло прокомментировал я, грохот заклинания.
Сделав шаг к поднимающемуся Державину, со всей пролетарской ненавистью рубанул его по спине и неожиданно, почти без усилий, разрубил от плеча до пояса. Чёрное лезвие прошло через его тело, как раскалённый нож через масло, и вынырнуло из его бока. Срезанный по диагонали торс, вытряхнув на землю розовые легкие и сизые кишки упал на землю.
+ 850 ОП.
Стараясь не наступить на выпавшую из Державина требуху, отступил в сторону. Попытка телепортироваться только что провалилась. Как я и боялся, один из магов смог жёстко стабилизировать пространство. Вряд ли он охватил больше двух десятков квадратных метров, вот только вырваться из них было задачей со звёздочкой.
– План Б!
Мысленным усилием отгородил себя от наступающих витязей Державина огромными стенами. На данный момент их размер достиг семи метров в высоту и длину и ста семидесяти сантиметров в толщину.
Выхватив из «инвентаря» готовый к выстрелу гранатомёт, я практически в упор всадил снаряд в чёрную фигуру витязя, который буквально выдирал себя из гравиловушки.
Мгновенно прикрылся взметнувшейся передо мной каменной стеной. Переждал глухой взрыв и последующий град осколков, хлестнувших по стене, и только собрался выскочить из укрытия, чтобы добить витязя, как меня атаковали с двух сторон одновременно. Едва успел поймать три нечеловечески быстрые фигуры в «хваталки», а после накрыть их облаками «Деструкции».
Большего предпринять не успел: опять что‑то оглушительно грохнуло, и меня едва не размазало по земле, буквально мгновенно обнулив запас энергии в «Преимуществе».
– Здоровье −27 ед.
– Достижение «Стойкость» +1%.
– Прочность +1 ед.
В себя пришёл, лёжа на дымящейся земле, со звоном в ушах и тяжёлой дезориентацией.
– Дебаф «Контузия», 2‑я стадия. 30 минут.
Смахнув системное сообщение, сплюнул кровавую слюну и приподнялся, чтобы увидеть, как из «Сингулярности» выбирается витязь. Обернувшись, заметил, что и оставшаяся пара не слишком от него отстаёт.
Моих бойцов нигде не было видно. Скорее всего, они уже были мертвы.
– Даже немного жаль, – пробормотал я, доставая трясущимися непослушными руками автомат.
Утопающий во лжи. РеалРпг. Мы почти дошли до финала и скоро узнаем в чем же крылась тайная сила старого десятника Ирчина, его малая ложь. Осталось совсем не много. /work/292975
[Ссылка]
Утопающий во лжи – Лев Жуковский
/work/292975
Глава 10
Выстрелить я не успел: рухнувшее с неба огненное цунами мгновенно заполнило собой весь мир, скрыв в нестерпимо белом пламени фигуры витязей. Но через секунду, в последний раз дохнув на меня жаром звезды, пламя исчезло, оставив вокруг меня чёрный жирный пепел на два квадратных километра. Даже моя гранитная стена превратилась в оплавленный холмик, едва ли в метр высотой.
Не веря, что всё ещё жив, поднялся. «Хваталки» и «деструкция» бесследно исчезли, смытые яростным пламенем.
Мысли немного путались, но где‑то на краю сознания маячила какая‑то мысль, которая вроде как обещала мне всё объяснить. Но из‑за контузии я никак не мог на ней сосредоточиться.
– Ладно, домой, нужно отлежаться, – пробормотал я, поворачиваясь к городу.
В этот момент высоко в небе что‑то сверкнуло и, оставив за собой огненный хвост кометы, рухнуло на землю буквально в двух шагах от меня. Через секунду, опахнув жаром и запахом нагретого металла, меня вдруг обняли.
– Сынок! – тихо, но очень эмоционально прошептал слегка хриплый женский голос.
«Жар‑птица»!
Наконец‑то в моей голове провернулись шестерёнки, заклиненные контузией.
Через секунду высокая женщина, выше меня на полголовы, отстранилась и обеспокоенно посмотрела мне в глаза.
– У меня контузия, через полчаса пройдёт.
Кажется, я неправильно понял эмоциональное состояние Жар‑птицы, потому как в следующую секунду меня буквально стиснули в объятиях, и одна из сильнейших чародеек мира заревела навзрыд, что‑то при этом неразборчиво причитая, как самая обычная женщина. Растерянно обнял женщину, вспомнив, что, как ни крути, в этом мире она моя мать.
Судя по тому, как она быстро успокоилась, в матери мне достался ярко выраженный холерик.
Дальше пришлось пережидать прилив нежности, во время которого меня целовали, обнимали, трепали за щёки, один раз слегка поколотили и примерно двадцать раз спросили, хорошо ли я кушаю.
К счастью, выплеснув эмоции, княгиня вновь обрела ясный разум и, кажется, даже застеснялась своих пролитых на меня материнских чувств.
Первым делом мне сообщили, что обижаться на род не нужно, никто про меня не забыл, так как уже через два часа после моего звонка главе Жар‑птица была в окрестностях городка и следила за моим домом издалека. Кстати, роду очень дорого обошлось выдернуть архимага с её участка фронта: кроме денег, пришлось отдать Сумароковым целое производственное объединение из двенадцати заводов. Именно они предоставили «подменного» архимага. В итоге моё спасение обошлось роду в двенадцать миллиардов рублей.
Не выдержав, всё же спросил, зачем так было мудрить: проще и гораздо дешевле было послать гвардейцев – в итоге результат был бы тот же, а род сэкономил бы двенадцать миллиардов рублей.
Княгиня грустно улыбнулась и, словно маленького ребёнка, погладила меня по голове.
– Это не просто защита наследника, это ещё и месть. Этот мерзавец посмел продать жандармам наследника Курбских, как какого‑нибудь сиволопаго мужика!
На секунду бешенство исказило идеальное лицо княгини, а я почувствовал, как воздух вокруг нас скачком нагрелся. Так же быстро, как и вспыхнула, Анастасия Александровна успокоилась и закончила уже ровным тоном:
– За такое мстить нужно лично и со всей возможной жестокостью.
– Так Державины же не знали тогда, что я наследник Курбских!
– Зато узнали потом, но даже не попытались принести извинения и выплатить виру. Ну а сейчас я взяла жизнью его сына! А придёт время – выжжем всю их гнилую кровь до седьмого колена!
Усмешка, в которой я чётко разглядел нотки безумия, раздвинула красивые губы княгини.
«Пиздец!»
Чтобы отвлечь Курбскую, которую я даже в мыслях не мог назвать мамой, перевёл тему разговора:
– А нам не придётся отвечать за уничтожение целого подразделения?
Княгиня легко и звонко, словно девчонка, рассмеялась, закинув голову назад:
– А кого я сожгла⁈ Какой‑то непонятный отряд, не имеющий контракта и не относящийся к регулярным войскам! Как наёмный специалист я была просто обязана это сделать, так как, скорее всего, это были диверсанты. Пусть теперь военная жандармерия с этим разбирается.
– А как же Державин?
– Так ты его раньше убил на дуэли!
Я нахмурился:
– А мне за это ещё пару годков сверху не накинут?
Княгиня улыбнулась:
– Нет, ты, как высший дворянин Германской империи, неподсуден военным и гражданским судам любой из империй, как впрочем и российскому самодержцу. Теперь твоё дело будет разбирать лично император Германской империи – после войны, конечно, и как только у него появится свободное время.
«Хм, интересно, а когда это я успел стать подданным Германской империи?»
Оказалось, сразу же, как род прикупил себе землицы в Германии: мне, как наследнику великого рода, автоматически было присвоено гражданство. Правда, также автоматом я лишился российского.
Почесав переносицу, задал ещё один вопрос:
– А что насчёт императора? Мне кажется, он и так на нас зол, а тут ещё и это… Не захочет ли он как‑то отомстить?
Княгиня тонко улыбнулась:
– О, он очень этого хочет. Уверена, у него уже и группа подготовлена для моего устранения.
«Надо бы мамане защитный артефакт покруче организовать – не дай бог и правда убьют».
Заметив мелькнувшую на моём лице обеспокоенность, огнемама взъерошила мои волосы:
– Не беспокойся. Как бы он этого ни хотел, в ближайшие пару лет точно не сделает.
– Почему?
– Дело в том, что сейчас мы понемногу, чтобы не обвалить экономику и банковский сектор, выводим часть активов из империи.
– И что?
– А можем вырвать их с кровью и мясом. Конечно, и сами много потеряем, но это будет очень болезненный удар по экономике и другим сферам империи. Причём не забывай: сейчас идёт война.
«Миры меняются, система, магия… А в итоге бабло всё равно правит миром».
Удивлённый богатством рода, чьи активы могли шатать целые империи, я покачал головой.
– Подожди, получается, я ещё жив только потому, что император боится финансового кризиса?
– В том числе.
За разговорами мы незаметно выбрались из выжженной зоны.
– А почему бы ему просто не конфисковать всё, и дело с концом?
Княгиня удивлённо на меня посмотрела.
– Так кто ж ему позволит⁈ После такого прецедента великие рода его просто сметут.
Покивав, потёр гладко выбритый подбородок, решив не вникать в политические и финансовые хитросплетения, в которых всё равно ни черта не понимал.
– А какой у нас план?
Курбская тепло мне улыбнулась.
– Самый простой – пережить этот год. Но самое важное, чтобы выжил ты. Я не так уж и важна для рода.
– Э‑э‑м…
Не нашёлся я, что сказать.
Несколько минут мы шли в молчании и уже подходили к первым разбитым домам, когда я вспомнил ещё кое о чём.
– А что Державины? Они точно захотят отомстить за своего.
– Конечно, захотят и даже будут тихо, исподтишка гадить, но в открытую выступить не посмеют.
– А чего тогда вообще рот разинули?
– Так это не род, а молодой недоумок. Хотел попинать, как он думал, умирающего льва, покрасоваться перед дружками.
Неожиданно княгиня засмеялась.
– Вон он там теперь красуется – от пыли не отличишь!
Ещё немного пообщавшись со мной, огненная маманя, печально вздыхая, простилась, обслюнявила мне лицо, как будто трёхлетнему малышу. Пообещала навещать и самым натуральным образом улетела, окутавшись багровым пламенем.
– Фух!
С шумом выдохнул я. Общаться с настолько темпераментной женщиной было реально трудно, особенно учитывая её гипертрофированные эмоциональные реакции.
На ходу достал телефон, набрал сообщение деду о гибели трёх витязей и намекнул, что встретился с огнематерью. О судьбе Державина‑младшего ничего писать не стал: и так было ясно, что, раз со мной была Жар‑птица, у боярина Державина стало на одного сына меньше.
Чтобы не «пилить» через весь полуразрушенный город пешком, стал активно использовать телепорт и уже через несколько минут оказался на площади перед своим домом. Почти всё свободное пространство было забито военной техникой с гербами Державиных, а вокруг кучковались около полутора сотен обычных боевиков в экзоскелетах и с оружием.
«Бля! Как же я мог забыть про простых бойцов!»
Судя по всему, после моего убийства этот гений собирался занять мой особняк.
– Ну раз такое дело…
Сосредоточившись, я со всей возможной скоростью стал покрывать площадь облаками «Деструкции», щедро приправляя «Сингулярными захватами».
Несколько БТР и парочку неопознанных броневиков просто стиснул между поднятыми стенами. Я успел закончить, прежде чем вспыхнула паника. Кое‑где загремели автоматные очереди; какой‑то идиот даже шарахнул из пушки в стену, но, естественно, не пробил.
Секунду спустя опыт потёк буквально рекой: «давилки» без особых усилий ломали людей в кровавое месиво, которое также начинало испаряться под действием «Деструкций».
Как я и ожидал, просто так опытнейшие боевики не сдались. Какие‑то везунчики попытались вырваться на камуфляжном джипе с пулемётом и почти прорвались, на скорости проскочив «хваталку». Но в этот момент удача им изменила: прямо перед передним бампером из‑под земли выросла очередная стена, куда они на скорости и вписались.
– К успеху шли.
Злобно пробормотал я, заботливо вешая на них «гравиловушку», под действием которой машина стала трещать и сминаться. Несколько минут спустя всё было кончено: сто пятьдесят два человека сгинули в белых облаках, которые продолжали тихо распылять материю.
Оставив всё как есть, телепортом переместился сразу на крыльцо дома и, насвистывая какой‑то фривольный мотивчик, подцепленный неизвестно где, вошёл.
Самое смешное: реакция штабных офицеров и командира полка на убийство Державина и зачистку его дружины – скрытое облегчение. Даже когда Рыков читал мне нотацию о недопустимости дуэлей во время боевых действий, выглядел он максимально неубедительно, а под конец пригласил меня на маленький фуршет, устраиваемый им в офицерском клубе.
Как оказалось, благородные отпрыски за эти дни успели свернуть кровь всем офицерам своими требованиями, наглостью, пьяными дебошами, драками и даже изнасилованиями.
Что примечательно, никто даже не заикнулся о Жар‑птице, чей эпичный прилёт видел весь город, как и последующий огненный удар.
Кстати, уничтожение державинских боевиков благотворно сказалось на поведении «призывников»: вести себя они стали гораздо скромнее, а в мой квартал вообще старались не заходить.
Следующие два дня не случилось ничего примечательного, если не считать двух витязей, присланных князем на замену погибшим, и резкого охлаждения ко мне Илинки.
Как оказалось, девушка, узнав о том, что Василе был повешен, почему‑то решила, что это я приказал его казнить. Конечно, прямо она об этом мне не сказала, но в следующую ночь не пришла, да и дружелюбия в её глазах сильно поубавилось.
Пожав плечами, стал больше времени уделять экспериментам и разработкам новых артефактов. В основном пытался создать заклинание. И, несмотря на то что похвастаться особо было нечем, путь к своей цели я нащупал.
Кроме того, мне пришёл странный заказ лично от князя: он попросил сделать несколько телепортов с якорями в виде серебряных прямоугольников примерно с ладонь размером. Причём условием сработки якоря должен был быть попавший на него свет. Ещё одно условие – перенос большого объёма массы, не менее тонны.
Пришлось попотеть, втискивая в заданные размеры тройное ядро. Энергии телепорт жрал как не в себя, к тому же получился одноразовым, да и дальность не впечатляла, едва ли сотня километров. Зато получилось стабилизировать канал пробоя.
Конечно же, не обошлось и без минусов: мягкое серебро не выдерживало потока высвобождаемой энергии и разрушалось при использовании.
Дед не привередничал и легко согласился на одноразовые телепорты.
В какой‑то момент я даже подумал, что князь ими собрался приторговывать.
Как‑то незаметно, один за другим, промелькнули сообщения о смертях трёх игроков. Я, несмотря на солидные накопления очков опыта, в аукционах не участвовал. Интересных для меня заклинаний выставлено не было, а бороться за сегменты Науфрагии считал нецелесообразным.
Ещё разок сходил в разведку, причём на этот раз настоял на одиночном выходе, обернулся за шестнадцать часов, умудрившись обойтись без контакта с противником. Хотя буквально ползал по их «укрепу».
Начальник штаба был в восторге от принесённой информации: наверняка настолько полный расклад о живой силе, вооружении и узле обороны он не получал никогда.
