Текст книги "As we dance with the Devil tonight (СИ)"

Автор книги: Mariette Prince

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Немного придя в себя, Гермиона быстрым взглядом обвела комнату. Очень кстати, что для старост предусмотрена отдельная спальня. По крайней мере, она никого не испугает своим пробуждением.

Девушка поёжилась от холода – в комнате было открыто окно, и прохладный ночной ветер шумно ворвался в комнату. Гермиона прикрыла одеялом плечи. Её кожа была мокрой от пота, глаза уже почти привыкли к темноте и могли бы рассмотреть обстановку даже в очень тёмном помещении. Девушка никогда не боялась темноты, но сейчас она почему-то показалась ей зловещей. Лишь тонкий луч света из окна немного освещал комнату.

Укутавшись в одеяло, Гермиона подошла к окну. Оттуда открывался великолепный вид на Хогвартс и его окрестности: холмы, озеро, лес. Пейзаж был поистине фантастический. Ещё будучи в начальной школе, когда в классе проходили географию, Гермионе очень понравилась Шотландия. Она с восторгом рассматривала картинки в учебнике, попросила родителей купить несколько книг и даже всерьёз думала поступить в один из университетов Эдинбурга или Глазго. Ей всегда хотелось побывать здесь среди горных вершин, вересковых полей и туманных долин. Было в этом что-то волшебное, что-то романтическое. Даже сейчас, глядя на Запретный лес, Гермиона думала о том, как красиво, может быть, выглядит звёздное небо сквозь густые вершины столетних дубов и сосен. Сегодня было совсем безоблачно, и звёзды светили очень ярко. Мягкий лунный свет припудривал серебром мрачный Запретный лес, напрасно придавая ему толику привлекательности. Что там сейчас происходило? Наверняка Хагрид пошёл на очередной ночной рейд, кентавры отправились ближе к озеру, куда днём ни за что не придут, а среди холмистых расщелин блуждают оборотни. Может быть, среди них есть и Ремус…

Словно в подтверждение её мыслей раздался протяжной гул. Гермиона невольно вздрогнула. Нет, это было невозможно. Люпин наверняка находился на важном задании. Ему совершенно нечего делать в окрестностях Хогвартса. В последнее время она ничего о нём не слышала: на собраниях Ордена он давно не появлялся, да и будучи в школе, она едва ли могла с ним встретиться. Это, конечно, ещё ничего не значило, но уже где-то на задворках её мыслей поселилась лёгкая тревога.

«Надо постараться заснуть», – подумала она, взглянув на луну. Завтра наступит новый день, новые занятия, к которым нужно быть готовой. К тому же, Снейп будет ждать её в лаборатории. Несмотря на то, что теперь зельеварение у них вёл Слизнорт, дополнительные занятия не прекращались. Впрочем, Снейп однажды намекнул ей, будто бы между прочим, что кроме них двоих никто об этом не должен знать.

Гермиона вернулась в постель и плотно закуталась в одеяло. Спать всё ещё не хотелось. Но вместе с мыслями о завтрашнем занятии ей вспомнились и её кошмары. Правильно ли она поступает? Может, Сириус был прав и всё это она должна рассказать другим? Ведь если это на самом деле провидение, наверняка найдётся способ предотвратить эти события.

По правде сказать, её уже давно мучали эти вопросы. С тех самых пор, как она стёрла всё из памяти Блэка. Хотя сама перед собой она находила оправдание: Сириус, несмотря на свой опыт и знания, был слишком импульсивен, чтобы принять взвешенное решение. Она бы с большим облегчением рассказала всё Дамблдору, только директор всё чаще стал пропадать по своим делам и его было почти невозможно застать в кабинете. Но с кем ещё поделиться? Мистеру и миссис Уизли она отчего-то не могла полностью довериться, а Ремус… Пожалуй, ей не хватило бы смелости рассказать ему всю правду.

Был ещё один вариант, который она мысленно называла лучшим из худших. Сомневаться в том, что Снейп её внимательно выслушает, ей не приходилось. Но что он будет делать дальше? Поверит ли он ей? Разберётся сам или сообщит Дамблдору? А если он захочет увидеть всё сам? Это ужасало Гермиону больше всего.

Но с другой стороны, лучшего варианта у неё не было. Как могла, она оттягивала момент принятия решения, ссылаясь на то, что ещё не настал нужный момент. И это могло длиться бесконечно, если бы не тот случай в переулке. А что если он погибнет на задании от Тёмного Лорда? Что если именно Беллатриса убьёт его? Быть может, даже сегодня?

Так и не заснув, утром Гермиона поднялась с твёрдой уверенностью, что она всё расскажет Снейпу. Благо он был в хорошем расположении духа, даже, можно сказать, настроен на беседу.

– С вами всё в порядке, мисс Грейнджер? – поинтересовался он, балансируя на грани вежливой учтивости и тревожного нетерпения. – У вас руки дрожат.

– Это нервное, – коротко ответила Гермиона и попыталась сосредоточиться на ингредиентах.

К несчастью, сегодня они варили зелье, для которого нужно было покрошить несколько корней имбиря. Корешки были ещё молодыми, от того довольно упругими, а нож девушка забыла предварительно подточить. В результате, отвлекшись на вопрос Снейпа, Гермиона хорошенько полоснула себе по пальцам, но боль почувствовала не сразу.

– Чёрт! – тихо выругалась она, понося руку к губам.

Жгло не столько от пореза, сколько от досады. Какая же она растяпа! Поспешно отвернувшись, девушка надеялась, что Снейп ничего не успел заметить, впрочем, этот шанс был весьма невелик.

– Так, всё ясно, – отрывистый комментарий за спиной заставил Гермиону поёжиться от неприязни. Сейчас он наверняка во всех красках распишет, какая она неуклюжая и неаккуратная, а потом выставит вон, если у него совсем нет настроения.

Но вопреки её ожиданиям, Снейп появился перед ней с ватой и пластырем.

– Дайте руку, – скомандовал он бесстрастно и, когда девушка чуть замешкала, нетерпеливо добавил. – Я вам её не откушу, мисс Грейнджер. Зубы не подточил.

Она удивлённо взглянула на него, несколько секунд не понимая, о чём он. Это была шутка? Снейп вместо того, чтобы обвинить её во всём неблагоустройстве мира, решил пошутить? Тем временем профессор сам взял её руку и прикоснулся к ней ватой.

– Порез глубокий, – после короткого осмотра заключил он. – Грязь вроде бы не попала, но всё же стоит продезинфицировать. Вы превзошли себя, мисс Грейнджер. Решили, что пальцы вам больше не нужны?

В обычные дни Гермиона наверняка приняла бы это замечание, как очередной сарказм. Снейп на то и Снейп, чтобы кидаться бесконечными замечаниями без тени сочувствия. Даже на дополнительных занятиях он лишь отчасти позволял себе не соответствовать уже созданному им образу самого язвительного человека во всём магическом мире, поэтому девушка морально всегда была готова к любым выпадам в свою сторону. У неё уже был своеобразный щит от его колкостей. Но сейчас, казалось, он совсем не собирался её задевать, а наоборот, хотел помочь и заодно разрядить обстановку. Его ловкие тонкие пальцы с непривычной осторожностью, без резких, отрывистых движений, обрабатывали её рану. Эти прикосновения безумно смущали Гермиону, и в то же время она понимала, что ей очень приятно. Приятно соприкосновение с его прохладной кожей, приятно ощущение хрупкости и даже какой-то странной женской слабости в таких мелочах, приятно на миг забыть обо всём и видеть его таким спокойным и … ласковым? Это слово только пронеслось в её голове, а уже показалось каким-то неожиданно важным. Мог ли Снейп быть ласковым? Уж что-что, а нежность никак не вязалась с его образом. Он ведь всегда такой неприступный, резкий, холодный. Но все малейшие вспышки воспоминаний о его словесных колкостях сейчас затухали под осторожными прикосновениями прохладных рук.

– Так и будете молчать? – Снейп прервал её размышления, не отрываясь от своего занятия. – Я не Поттер и не Люпин, мисс Грейнджер, тянуть из вас ничего не стану. Если вам есть, что рассказать, я вас слушаю. А если нет, то после перевязки можете быть свободны.

Гермиона чуть вздрогнула, сбросив с себя задумчивое оцепенение. Она слишком далеко зашла в своих фантазиях. Кажется.

Ей нужно было срочно собраться с мыслями, но у неё катастрофически ничего не получалось. Молчание слишком затянулось, и прежде, чем она успела открыть рот, Снейп, закончивший перематывать её руку, наконец поднял глаза на девушку. От этого взгляда у неё во рту пересохло и засосало под ложечкой. Нет, теперь уж это было полным безумием! Его лицо показалось ей в два раза моложе и приятнее. Когда из чёрных глаз пропало леденящее презрение, а с губ исчезла привычная надменность, Снейп будто бы преобразился в другого человека. Его загадочность становилась немного прозрачнее. Он как бы разрешал ещё немного узнать себя, себя настоящего, а не ту стандартную маску для окружающих. Но если такого Снейпа Гермиона разглядела уже давно, то сейчас ей открылась ещё более запутанная тайна. Зельевар впервые позволил себе такой открытый, такой ничем не защищённый взгляд. Словно это он собрался рассказать Гермионе что-то очень важное или наоборот, уже прекрасно знал, что ему может сказать она.

Обычно в книгах это описывают как «волшебный момент», подумала девушка. Но едва уловив это мгновение, она тут же его потеряла. Снейп чуть вскинул брови и спокойно резюмировал:

– Как хотите.

– Нет-нет, я… – тут же вырвалось у Гермионы, но она будто бы разучилась складно говорить. – Мне надо… я очень хочу…

– Лучше соберитесь с мыслями, – почти без издёвки перебил её Снейп. – Ребусы – это весьма занимательно, но угадывать смысл сказанного по невразумительным словосочетаниям я сегодня не настроен.

Девушка неловко потупилась и поспешно одёрнула руку, которая по какому-то странному недоразумению ещё оставалась в руке профессора. Та необъяснимая грань доверия растаяла, и снова стала ощутимой призрачная стена между ними. Едва ли речь была о субординации или чём-то таком – её ни Снейп, ни Гермиона нарушать не собирались – просто ей вдруг показалось, что она не зря решилась довериться именно ему.

– Простите, я постараюсь всё объяснить, – торопливо пробормотала Гермиона. – Просто мне… мне не просто было решиться на то, чтобы вообще кому-то об этом рассказать. Вы поймёте почему, если… захотите, конечно, выслушать.

Вместо ответа зельевар наградил её устало ожидающим взглядом, мол, девочка, я ведь уже тебя слушаю, лови момент. И тогда она поспешила воспользоваться этой возможностью.

– Всё началось в тот день, когда мы впервые спустились в подвал дома Блэков, – Гермиона стиснула в кулак ткань школьной юбки и опустила глаза. – Когда вы попросили подождать за дверью. Я случайно прикоснулась к подсвечнику. На нём были очень сильные тёмные чары…

– Так я и думал, – устало выдохнул Снейп, покачав головой. – Вы просто удивительном образом…

Гермиона уже была готова принять на себя лавину упрёков и обвинений, предпочитая не видеть в этот момент лицо зельевара, но снова обманулась в ожиданиях. Снейп, хоть и презрительно сощурился, хоть и мысленно приготовил уже уничтожительную любого человеческого достоинства тираду, вдруг прикусил язык и плотно стиснул зубы.

– Вот что, – немного рассеянно произнёс он и быстро осмотрелся по сторонам. – Сядьте. В кресло, да. И давайте по порядку, ни о чём не умалчивая.

Сопротивляться у девушки не было никаких сил. Уж слишком её измотали эти бессонные ночи и кошмары, которым так и не будет конца, если продолжать их игнорировать.

– Прежде чем продолжить, я хочу сказать, что уже рассказывала про это, – Гермиона чуть потупилась. – Сириусу.

Снейп фыркнул в привычной манере.

– Тогда зачем вы собираетесь рассказать это мне? – его тон ожесточился. – Больше зрителей?

– Пожалуйста, не язвите, – набравшись смелости, девушка посмотрела прямо на зельевара, присевшего на край стола. – Сириус практически вынудил меня рассказать ему всё. Но сейчас он совсем ничего не помнит об этом и не вспомнит без моего вмешательства.

– Вы ему память стёрли? – Снейп одарил её изумлённым взглядом.

В ответ Гермиона лишь кивнула. Снова повисла пауза, которую девушка явно боялась нарушить первой. Было ли ей стыдно? Отчасти, но подсознательно она понимала, что всё правильно сделала. Сириус был хорошим человеком, настоящим другом, но ему не хватало взвешенности в поступках. Такое дело требовало деликатности, особого подхода. Чтобы сделать какой-либо шаг, его нужно было хорошенько обдумать, а Блэк зачастую пренебрегал этой частью инструкции.

– Вы просто покоряете меня, – обескуражено выдохнул наконец Снейп. – Что у вас за странная логика? Зачем вы рассказали ему, а затем стёрли воспоминания?

Да, со стороны это действительно выглядело странно. Но могла ли она откровенно всё рассказать зельевару и не услышать насмешек? Почему-то девушка даже не сомневалась.

– Мне пришлось это сделать, – честно призналась Гермиона. – Сириус мне помог: он определил, что это за чары. Но потом… Я испугалась, очень испугалась. И решила перестраховаться.

– От чего?

– Он мог рассказать остальным.

Снейп смотрел на неё упрямо и всё ещё недоверчиво.

– А я, думаете, не расскажу? – с лёгкой усмешкой спросил он.

Не то, чтобы Гермиона была уверена в этом на сто процентов, но интуиция обычно её не подводила. Полностью открыться зельевару было большим шагом – ведь ему так просто память не сотрёшь. Но он уж точно не станет бить тревогу, наверняка во всём не разобравшись.

– Я не знаю, но вы поступите правильнее, чем Сириус, – из всего потока своих мыслей Гермиона озвучила лишь это.

Она могла, конечно, ошибаться, но Снейпу это, кажется, польстило. Впрочем, он не сбавлял осторожности.

– С чего бы? – его провоцирующие вопросы не меняли тона. Ему правда было интересно или он выжидал момента, чтобы побольнее ужалить?

Гермиона решила действовать честно. Во лжи всегда лишь сильнее запутываешься, потом она начинает наматываться плотным клубком и вот ты того и гляди окажешься в самом безвыходном положении.

– Вы более рациональны и менее импульсивны, – деловито заявила девушка. – Может, вы и посчитаете нужным сообщить обо всём Дамблдору, но уж точно не станете рассказывать всё на собрании Ордена. Вами движет здравый смысл, а не минутные порывы.

Профессор скрестил руки на груди и подозрительно прищурился.

– Какая грубая лесть, – потянул он.

– Напротив, сэр, я говорю как есть.

На его губах появилась довольная улыбка, и Гермиона почувствовала, как ещё один барьер был преодолён. Снейп чуть расслабился, но всё ещё внимательно её слушал. Тогда девушка решила проверить достигнутый результат.

– Я могу задать вам один вопрос, профессор? – осторожно спросила она.

– Смотря о чём и для чего, – ответил Снейп, но интонационно дал согласие.

Это немного приободрило Гермиону.

– Считайте это уплатой за откровенность, – уголки её губ приподнялись в довольной полуулыбке на пару секунд. – Ведь она ещё имеет цену?

– Это и был ваш вопрос, мисс Грейнджер? – Снейп хмыкнул и одной рукой отбросил назад волосы, упавшие на лицо.

– Хорошо, – Гермиона сделала предварительную паузу, выбирая нужный момент. – Я могу вам доверять?

Она могла ожидать любого ответа, но ей было важно его услышать.

– Без сомнений, – незамедлительно произнёс Снейп, будто бы был к нему готов.

Никакой иронии в его словах не было.

========== Глава 17 ==========

– Хорошо.

Гермиона втянула носом воздух и подняла голову. Теперь она смотрела ему прямо в лицо, готовая открыть свою самую большую тайну. Но Снейп опередил её.

– Только у меня есть условие, —будто бы между прочим, произнёс он.

– Какое?

– Вы должны быть откровенны.

Девушка посмотрела на него с удивлением и лёгким непониманием. Тогда зельевар решил уточнить.

– Мне не нужна полуправда, —немного резко сказал он. – Если вы хотите мне рассказать о чём-то серьёзном, по крайней мере для вас, – Снейп кивнул на её дрожащие руки, – то я бы предпочёл быть в курсе всех аспектов ситуации. Я не любитель сюрпризов.

К этому Гермиона оказалась не совсем готова. До сих пор она сомневалась, стоит ли ему рассказывать всю правду, особенно ту её часть, что касалась его самого. Хотя Снейп не был тем человеком, который, услышав про собственную смерть, тут же начнёт

паниковать. Тем не менее, такие новости уж никак не входят в разряд приятных. Каким бы чёрствым и замкнутым не был Снейп, вряд ли он спокойно это примет.

Но всё же он прав – если она пришла к нему за помощью, то ему нужно довериться полностью, а не частично. Ведь это касается не только их двоих, но и Гарри, Ремуса, Тонкс… Где-то она читала, что минута слабости порой может стоить очень многого. Иногда лучше быть честным, даже если это жестоко, чтобы предотвратить большее зло.

– Я понимаю, – наконец произнесла Гермиона. – И я полностью с вами согласна. Я постараюсь рассказать вам всё.

Ей вдруг снова сделалось некомфортно от того, что он так пристально смотрит на неё, да ещё и издалека.

– Не могли бы вы сесть? – робко попросила она, повернув голову к соседнему креслу.

Снейп молча подошёл и присел рядом. Непроницаемое выражение его лица было верным признаком полного внимания. Это и послужило ей знаком.

– Это были чары провидения, – начала Гермиона, крепко переплетя пальцы обеих рук. – С того дня мне начали сниться странные сны. Кошмары.

– Что именно вам снилось?

Уточняющий вопрос Снейпа заставил её вздрогнуть. Мужчина, тут же заметив такую реакцию, поспешил смягчить тон.

– Не волнуйтесь и соберитесь с мыслями, – его голос оказался непривычно успокаивающим. – Ваши сны, они были отчётливыми?

– Сначала нет, – ответила Гермиона. – Всё было размыто и хаотично. Я видела лишь отдельные образы. Это и пугало.

Она неуверенно прикусила нижнюю губу. Все её кошмары тут же пронеслись перед глазами, и ей опять стало страшно.

– Потом, я потихоньку начала различать лица, – её голос чуть дрогнул, когда в голове возник образ Ремуса. – И узнавать знакомые.

– Кого вы видели? – осторожно спросил Снейп. – Наверняка Поттера?

– Да, но это самое смутное. И по правде сказать, меня больше волнует не Гарри.

Гермиона попыталась набрать воздуха, но грудь будто бы переполнило чем-то, и у неё закружилась голова. Это было ещё сложнее, чем ей казалось. Она устало прикрыла глаза и вцепилась руками в подлокотники. Всё её тело мгновенно напряглось, руки и ноги буквально налились свинцом, а язык совершенно перестал слушаться.

«Соберись! Соберись немедленно!» – мысленно уговаривала себя девушка. Снейп не должен подумать, что она слабая. У неё была скромная надежда, что он не считает её таковой, что видит в ней потенциал, личность, характер. Она просто не имела права дать слабину и сломаться на его глазах.

– Я видела горящий Хогвартс, – выдавила из себя Гермиона. – Всё было в дыму и телах. Много тел, на них была студенческая форма. Все… все мёртвые.

Снейп ещё несколько секунд смотрел на неё, не отводя глаз, нахмурившись и плотно сомкнув губы. Девушка ощутила первые звоночки тревоги: он не верит ей? Что он скажет? Что сделает? Ведь это не вся правда, а она обещала…

– Это всё? – спросил он, устало потирая переносицу. – Может, были какие-то особые детали? Что-то, что вам запомнилось?

«Запомнилось! Да такое ты ничерта не забудешь!» – выругалась Гермиона, обозлившись на его спокойный тон, сама не зная почему. Её злило отсутствие какой-либо реакции, то, что его не ужасало то же, от чего она перестала спокойно спать.

Впрочем, эта вспышка гнева была совсем непродолжительной. Уже в следующее мгновение девушка поняла, что так ничего толком и не рассказала, особенно самой важной части её снов. Облизав пересохшие губы, убрав за ухо прядь волос и мало-мальски приглушив волнение, Гермиона снова заговорила.

– Я видела тела моих друзей, – неожиданно для неё самой в её голосе зазвучали ледяные ноты. – Ремус и Тонкс лежали на носилках, – Гермиона замерла на миг и прикрыла глаза, не закрывая рот, – и там были Вы.

Чуть только последнее слово сорвалось с её губ, она взглянула на Снейпа, чтобы уловить самую первую реакцию. Но вопреки её ожиданиям, он лишь чуть вскинул брови в удивлении, а затем уголки его губ напряжённо приподнялись.

– Рядом с Люпином и мисс Тонкс? – уточнил он, будто бы это было важной деталью. – Тоже мёртв?

Гермиона задрожала, ей захотелось прямо сейчас вскочить и выбежать из кабинета, больше ничего не объясняя.

– Нет, не совсем, – торопливо забормотала она, – совсем не так. Вы были не там, но…

Закрыв лицо руками, девушка будто бы хотела избежать дальнейшего разговора, превратившегося в настоящую пытку. Это было жутко видеть, но ещё хуже – рассказывать вслух. Тем временем над головой раздался спокойный низкий голос:

– Мисс Грейнджер, мне нужны подробности.

– Я не могу, – она замотала головой, готовая расплакаться.

Слишком даже для неё, какой бы сильной она не хотела быть, слишком сложно произнести всё то, что она выносила в своих снах эти долгие месяцы. С Сириусом было не так – всё случилось как-то быстро, ему не требовались подробности. Она просто выплеснула на него своё волнение, а точнее только его зачатки. По-настоящему плохо стало тогда, когда оказалось, что это может случиться на самом деле. И чем дольше эта мысль ютилась в её голове, тем больше прижилась, тем страшнее стало её отпускать и делиться ею.

– Гермиона.

Он назвал её по имени, наверное случайно, но это сработало. Девушка не то от неожиданности, не то от чего-то ещё подняла голову и посмотрела на него. Боязливо, неуверенно. И увидела такую же неуверенность в ответ. Впервые, Снейп выглядел перед нею так растерянно, словно сам не знал, что делать дальше.

– Если вам трудно рассказать, то я могу, – он чуть запнулся, почти незаметно, взяв себе короткий перерыв для подбора нужной формулировки. – Я мог бы сам всё увидеть.

– Нет! – воскликнула Гермиона слишком резко, испугав саму себя. – Нет, это будет… Не стоит!

– Тогда рассказывайте, – с лёгким раздражением бросил Снейп.

На мгновение ей показалось, что его оттолкнуло её недоверие. Это задело его? С чего бы?

– Я не хочу, чтобы… – попыталась было оправдаться она. – В моей голове… это слишком неловко.

– Если вы боитесь, что я узнаю то, чего не должен, то вам не о чем беспокоиться, – зельевар пренебрежительно хмыкнул. – Ваши секреты меня нисколько не интересуют, мисс Грейнджер. Я увижу лишь то, что вы мне позволите.

Она по-прежнему была не уверена в своём решении. В конце концов, Снейп имеет право знать, но всё же. Ей становилось не по себе при одной только мысли, что ещё одна пара глаз будет видеть эти жуткие картины вместе с нею, что мужчина будет ощущать то же, что и она.

– Мы ведь с вами договорились, – Снейп подался вперёд и чуть склонил голову на бок. – Гермиона, мы ведь условились доверять друг другу, разве нет?

В этот раз он специально обратился к ней по имени, выделив его как-то в особой манере. Может, это просто трюк с его стороны, но после этого Гермионе вдруг и вправду стало легче. Он прав, она ему обещала рассказать всё.

– Хорошо-хорошо, – поджав губы, девушка нахмурилась, будто бы приготовившись к очень неприятной процедуре. – Вы можете сами посмотреть. Лучше вы всё увидите, потому что я… я не смогу описать все детали.

– Уж в этом позвольте усомниться, – хмыкнул Снейп и, кажется, чуть улыбнулся. – Вам просто нужно время, чтобы собраться.

Он подался вперёд и, пожалуй, сам от себя такого не ожидая, коснулся локтя студентки, лежавшего на подлокотнике. Гермиона, ощутив его прикосновение, тут же подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

– Я понимаю, вам страшно, – будто бы успокаивающе произнёс зельевар. – Это хорошо. Вам должно быть страшно, как и любому здравомыслящему человеку, который боится за своих близких. Вся эта хвалёная в ваших гриффиндорских кругах смелость, на самом деле, таковой не является. Человеком движет либо страх, либо любовь. Третьего не дано. А отвага – всего лишь страх за себя или за тех, кто вам дорог. Ну, или слабоумие. Такое тоже случается.

Это замечание вызвало у Гермионы улыбку. Ей было приятно, что Снейп в каком-то смысле проявляет заботу о ней, говоря такие вещи. Значит, он не считает её безнадёжной, она ему интересна, даже в какой-то степени важна. И она поняла это именно сейчас, несмотря на долгие месяцы занятий. Ведь именно в этот вечер между ними установился совершенно иной контакт, гораздо более интимный и щекотливый. С этого момента она готова была ему довериться полностью и во всём.

– Вы правы, – кивнула Гермиона и машинально накрыла своей рукой его руку. – Это всего лишь страх.

Будь это какой-либо другой день и случай, она бы сама испугалась собственной глупости и тут же густо покраснела бы от смущения. Но сегодня всё было словно вне всяких правил, словно их обоих подменили и столкнули друг с другом, а они оказались совсем не против. Снейп не одёрнул руку, не ответил колкостью на её неловкий жест и вообще всем своим видом не показал, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Как будто такие дружеские порывы были у них в порядке вещей. Как будто они были друзьями уже сто лет. Или даже не друзьями.

В какой-то момент молчание стало неловким, и Гермиона смутилась этому. На её щеках заиграл лёгкий румянец, едва заметный, но всё же заставивший её отвести взгляд и убрать руку. Зельевар в ответ резко выпрямился и глубоко вздохнул. Кажется, он впервые за долгое время вспомнил, что такое смущение.

– Мне нужно выбрать подходящую палочку, – непонятно для чего вслух произнёс Снейп и поднялся с места.

Лихорадочно пытаясь справиться с собой, девушка решила поддержать тему. Нужно было что-то сказать, вот только что?

– Не хочу показаться очень глупой, но я не достаточно хорошо осведомлена о легилименции, – осторожно начала она. – Проникновение в разум это… больно? Гарри говорил, что приятного мало.

– Мистер Поттер просто упрямый осёл, – мужчина раскладывал на столе целую коллекцию на первый взгляд одинаковых палочек и говорил, как обычно, – он совершенно не понимал и не хотел понимать, что я от него требовал, потому занятия проходили не очень плодотворно. С вами, надеюсь, проблем не возникнет.

Он вытаскивал палочку за палочкой и внимательно к ним присматривался, выбирая нужную. Гермиона не очень понимала, для чего это, но не стала раздражать его вопросами. В конце концов, у неё ещё будет время всё узнать.

– К тому же, – продолжил Снейп, возвращаясь к креслу, – мистера Поттера я учил окклюменции. Вы ведь знаете, в чём разница?

– Разумеется, профессор, – усмехнулась девушка наигранно обиженным тоном. – Легилименция – способность проникать в чьё-либо сознание, а окклюменция – защита от подобного проникновения.

– Как будто с учебника зачитали, – Снейп насмешливо вскинул левую бровь. – Но всё верно. Вам нет необходимости мне сопротивляться – я не буду слишком настойчив. Постарайтесь сами мысленно выдвинуть на первый план нужные образы. Проведите меня через те воспоминания, которые хотите показать. Понятно?

Гермиона кивнула. Вроде бы это не так сложно.

Тогда Снейп направил на неё палочку.

– Вы готовы?

– Да.

– Легилименс!

И они оба провалились в омут её апокалиптических видений.

Комментарий к Глава 17

После написания этой части я подумала, что наверное многие из вас скажут “да что ж ты так тянешь-то!”. Но тут есть важный момент, который мне хотелось обыграть – установление доверительного контакта, шаг за шагом, довольно медленно, ведь сами понимаете, герои изначально таковы, что за две минуты они никак не притрутся друг к другу. Поэтому, я надеюсь, дальше дело пойдёт быстрее. А пока я предлагаю вам пройти по ссылке и помочь мне определиться с дальнейшим развитием работы:

https://vk.com/letters_from_mariette?w=wall-111436898_1757

========== Глава 18 ==========

Гермиона почувствовала жжение в висках и хотела было уже начать сопротивляться, но Снейп вдруг схватил её за запястье.

– Даже не думайте! – резко предупредил он. – Постарайтесь вести, а не запутывать.

Ей пришлось согласиться. Ещё несколько мгновений ей было некомфортно, словно череп вдруг аккуратно вскрыли и теперь легонько ковыряются в мозге. Девушка закрыла глаза.

– Подумайте о том, что хотите показать.

Он мог бы и не продолжать. Привычные кошмары плотным потоком заструились в её сознании.

– Не так быстро! – послышалось где-то вдалеке. – Систематизируйте воспоминания, акцентируйте внимание на деталях. Мне нужно увидеть всё.

Тогда Гермиона нахмурилась и постаралась следовать инструкциям зельевара. Что было сначала? Совсем немного ей было нужно, чтобы всё вспомнить.

Опять голова начала разрываться на части, опять по всему телу пробежала дрожь. Гермиона снова ощутила всё то, что обычно чувствовала в своих кошмарах. Но в этот раз не она одна. Повернувшись в сторону, она тут же заметила Снейпа, стоящего рядом с ней, но в то же время почти вровень.

Она снова попыталась закричать, но голоса не было, как обычно. Всё тот же зелёный луч мелькнул у неё перед глазами, и послышался звук падающего тела. «О, боже!» – подумала Гермиона. Ведь именно в этот момент она должна была увидеть смерть Снейпа.

Его глаза, широко раскрытые и слезящиеся, полны ужаса, по губам мажет кровь. Видение вдруг стало ещё чётче, и теперь она могла услышать, что говорил зельевар.

– Собери их.

Собрать что? Его слова показались ей совсем бессмысленными. Что она должна собрать?

– Хватит!

Гермиона вскрикнула и попыталась оттолкнуть мужчину.

– Дальше! Не прерывайте контакта!

Снейп вцепился в неё мёртвой хваткой и фигурально, и буквально. У неё не было сил ему противостоять. Его присутствие в её мыслях сделалось ещё более явным. Он дышал ей в спину, она чувствовала его напряжение и даже слышала стук сердца. Но девушке ничего не оставалось, кроме как вести его дальше.

Следующим трудноопреодолимым барьером стали воспоминания о Ремусе. Теперь уже было бесполезно что-то скрывать, ведь Снейп всё равно всё почувствует и увидит. Это беспокоило Гермиону ещё до того, как она пришла к зельевару, чуть меньше, чем его собственная смерть, но всё же. Ведь если Снейп сможет уловить все эти недомолвки и эмоции, которые девушка так тщательно и долго скрывала от всякой живой души, то последствия будут просто ужасающими. Такого никак нельзя было допустить.

Гермиона лихорадочно думала, что может сделать в такой ситуации. Самое простое – провести его мимо этих воспоминаний. В этом плане, конечно, был большой пробел, ведь Снейп – не идиот, наверняка заподозрит, что она не всё ему открыла. И буквально перед тем, как зельевар проник в её разум, Гермиону осенило. Она ведь могла показать ему первый вариант, где изображения были менее чёткими! В их правдоподобности он не сможет усомниться, но это лишит его возможности заглянуть в тот уголок её души, куда и она не всегда хочет смотреть.

Как только Снейп потребовал продолжить серию видений, девушка тут же вспомнила о своём плане. Технически это было просто – считай, вместо одной ширмы выдвинуть другую. Гермиона напряглась и представила Большой зал, походивший на полевой госпиталь. Она шла и оглядывалась по сторонам, пока наконец не увидела на носилках два тела, лежащих рядом. Бледные, в неестественных позах, но тянувшиеся друг к другу Люпин и Тонкс были оставлены «наедине». Но даже этого зрелища ей хватило, чтобы окончательно сдаться.