Текст книги "As we dance with the Devil tonight (СИ)"

Автор книги: Mariette Prince

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

– С вами всё в порядке, профессор? – обеспокоенно поинтересовалась она, поглядывая то ему в лицо, то на его руку. – У вас кровь.

– Какая проницательность, – едко прошипел мужчина и попытался снять с себя мантию, но безуспешно. Это лишь вызвало ещё один приступ боли.

– Я помогу, – решительно заявила Гермиона, подойдя ближе.

– Мисс Грейнджер, – попытался было возразить Снейп, но девушка лишь ударила его по руке, когда он уже потянулся к ране.

– Вы даже мантию снять не можете. Не сопротивляйтесь, я вас не съем.

Гермиона осторожно потянула ткань мантии, помогая мужчине избавиться от неё, и при этом минимально двигать повреждённой рукой. Точно так же, несмотря на его молчаливые протесты, она проделала с его сюртуком, оставив профессора в одной только белоснежной рубашке, перепачканной кровью. Когда она потянулась к пуговицам его рубашки, его рука моментально перехватила её запястье. Девушка перехватила его испытывающий взгляд.

– Мне нужно только освободить плечо, – равнодушно произнесла она.

– Я сам могу это сделать, – с лёгким раздражением, больше походящим на обычное упрямство, ответил Снейп.

Гермиона удивлённо вскинула бровь, сохраняя спокойствие, совсем как он.

– Так сделайте, – её полукомандный тон не заставлял подчиниться, а скорее вынуждал.

Длинные пальцы мужчины торопливо расправились с верхними пуговицами, что позволило девушке оттянуть воротник на достаточное расстояние. На бледной коже, перепачканной кровью, виднелось несколько глубоких рубцов.

– Случайно угодил под несколько невербальных секо, – прокомментировал Снейп свои ранения, говоря о них, как о чём-то постороннем и совсем его не касающемся.

Гермиона осторожно дотронулась кончиками пальцев до кожи, вокруг одного рубца, после чего услышала тихое шипение.

– Постарайтесь не двигаться, – сказала она, левитируя к себе аптечку, которую предусмотрительно принесла сюда после первых же занятий.

Отойдя к раковине в углу комнаты, девушка хорошо помыла руки, а затем вернулась к столу, где достала необходимые бинты и зелья. Гермиона осторожно промокнула кровь влажными тряпицами, чтобы получше рассмотреть рубцы.

– Сделайте лицо попроще, – вдруг произнёс Снейп, чем заставил девушку оторваться от своего занятия. – Вы не зачёт сдаёте.

Она подняла на него взгляд, но не нашла в его лице той язвительной насмешки, которую ожидала увидеть. Напротив, Северус Снейп смотрел на неё непривычно мягко.

Гермиона посмотрела на него с удивлением и толикой непонимания.

– Что? – уголок губ профессора чуть дрогнул в улыбке, а затем мужчина чуть склонил голову набок. – Простите. Вы просто выглядели слишком серьёзно.

– Это плохо?

Снейп не ответил, но улыбаться так и не перестал. Гермиона поджала губы, молча продолжив.

Спустя несколько минут она закончила и спешно отвернулась, чтобы дать мужчине возможность одеться.

– Я пойду, – объявила девушка, уже направившись к двери.

– Мисс Грейнджер.

Она обернулась на голос Снейпа, стараясь не показать, как покраснели её щёки.

– Да?

– Спасибо, – сказал профессор, поправляя манжеты своей рубашки.

Его взгляд снова поймал её, потому девушка смутилась сильнее прежнего. Что это с ним?

– Не за что, – Гермиона коротко улыбнулась и вышла за дверь.

========== Глава 7 ==========

So sacrifice yourself, and let me have what’s left.

I know that I can find the fire in your eyes.

Гермиона чувствовала себя победителем. В хорошем смысле этого слова. Практически ничто в последнее время не вызывало у неё больших проблем, разве что страх от периодически возвращающихся видений забился в угол её подсознания и уже, кажется, стал неотъемлемой его частью. Она тщательно старалась избегать изучающих взглядов Сириуса, который вряд ли что-то помнил, но скорее всего чувствовал, что что-то не так. Он был дома 24 часа в сутки, что его сильно угнетало, и Гермиона, несмотря на то, что боялась чем-нибудь выдать себя, всё же старалась скрасить такое «заточение» Блэка.

– Просто замечательно! – язвительно объявил он после очередного собрания Ордена, на котором ему запретили покидать Гриммо 12. – Сбежать из Азкабана, чтобы безвылазно сидеть в ненавистном родном доме! Из одной тюрьмы в другую!

– Это вынужденная мера, Бродяга, – терпеливо заметил Ремус, который и сам был в душе не рад такому решению. – Для твоей же безопасности.

– Да к чёрту эту безопасность! – воскликнул Сириус. – Я уже забыл запах свежего воздуха.

– Вечно ты ноешь и жалуешься, Блэк.

Никто бы, быть может, и не заметил этой фразы, если бы она не была отпущена Северусом Снейпом. Он всё ещё сидел за столом и крутил в руках какой-то странный предмет, напоминающий старый медальон без цепочки. Предвещая назревающую словесную перепалку, Люпин попытался было вмешаться:

– Это временно…

– Что ты сказал, Снейп? – Сириус просто не был бы собой, если бы перестал задираться на любые колкости в свой адрес.

Однако если Блэк оставался собой, то зельевар сильно переменился со школьных времён. Он даже не посмотрел в сторону хозяина дома, оставаясь абсолютно равнодушным к этому разговору.

– Ты в своём доме, в тепле и относительном спокойствии, окружён друзьями и единомышленниками, – Северус говорит так, что сразу было очевидно, насколько ему всё равно. – Тут твой крестник, толпа Уизли и ещё несметное количество гостей, так что компания для тебя более, чем подходящая. К тому же все заняты делом. Что тебе ещё нужно? – он сделал короткую паузу, после которой поднял глаза и усмехнулся. – И охраняющий тебя Люпин вряд ли одарит таким поцелуем, как дементор.

Блэк, уже плотно стиснув зубы и сжав кулаки, готов был наброситься на него, но в комнате появился Гарри.

– Сириус, – осторожно сказал он, чувствуя, что зашёл не вовремя. – Я думал, собрание закончено… Если ты не занят, я хотел бы поговорить с тобой перед отъездом.

Это смягчило мужчину, и он, сделав вид, что забыл о Снейпе, привычно улыбнулся крестнику:

– Конечно, Гарри.

Гермиона всё это время сидела на лестнице и тоже ожидала, пока закончится собрание. До окончания каникул оставался всего один день, и завтра им уже предстояло вернуться в школу. Конечно, она уже успела соскучиться по учёбе – бессмысленно было скрывать, что длительный отдых её утомлял, а мозг постоянно требовал подпитки. Занятия зельеварением, безусловно, скрашивали её дни, как и чтение в библиотеке, куда часто захаживал Ремус. Он иногда мог будто бы невзначай заговорить с ней о какой-нибудь книге, и следующие часа полтора они уже живо обсуждали, как это так случилось, что Лопе де Вега написал более 2000 сонетов, а переведены из них лишь единицы, а шекспировские 154 штуки цитируются и разбираются по словам во всём мире или же почему контрзаклинание для Петрификус Тоталуса может лишь навредить тому, к кому его применили. Гермиона даже совсем забывала, за какой книгой пришла, и уходила более, чем довольной, снабжённая новыми рекомендациями. Ей было жаль, что это так быстро закончилось.

Впрочем, возвращение в школу непременно должно было ознаменоваться и встречей с Амбридж, что напоминало о прекращении занятий со Снейпом. Это удручало девушку не меньше. Поэтому она рассчитывала встретить после собрания зельевара и попытаться уговорить его или хоть что-нибудь придумать. По правде сказать, её немного задело то, что он совсем ни словом не обмолвился об этом на их последнем занятии. Она ведь искренне привязалась к… Гермиона тут же поспешила одёрнуть себя от этой мысли. Нет, она не собиралась признаваться, что компания Снейпа с некоторых пор стала для неё очень желанна. Даже слишком желанна. Сама того не замечая, девушка с особым нетерпением ждала каждый день назначенного времени и очень огорчалась, если зельевар отменял встречу. Это подметили даже Гарри с Роном, которые никогда не отличались наблюдательностью.

– Да ты уже помешалась на этих зельях! – обиженно пробурчал Уизли, когда девушка в очередной раз отказалась поехать на игру «Пушек Педдл» из-за того, что в это время у неё были занятия. – Ты каждый день занимаешься! Что с тобой Снейп сделал?

– Это моё дело, Рональд, – сухо ответила она, немного уязвлённая тем, что друзья её совсем не понимают в рвении к учёбе. – Если вам доставляет удовольствие прохлаждаться и упускать возможность узнать что-то новое и интересное, я вас заставлять не стану. Но и сама не намерена тратить драгоценное время на развлечения, когда есть дела поважнее.

– Ты только послушай её, Гарри, – парень закатил глаза и удивлённо вскинул брови. – Она даже говорит теперь, как он. Того и гляди скоро оденется в чёрное и перестанет мыть голову.

– Рон, – перебил его Гарри и с беспокойством взглянул на Гермиону, испугавшись, что та обидится. – Извини, мы просто хотели позвать тебя с собой. Но если не хочешь, мы не настаиваем.

Он подошёл к подруге и обнял её.

– Я знаю, что ты делаешь это не просто так, – шепнул парень ей на ухо. – Это ведь всё нам наверняка пригодится, когда придёт время. И… спасибо тебе за это. Без тебя мы никогда не сможем победить его.

Теперь Гермиона улыбалась, вспоминая этот разговор. Ох, Гарри, она и сама теперь не знала, ради чего всё это.

Дверь комнаты, где проходило собрание Ордена с грохотом открылась, и первым из неё вышел Сириус с Гарри, а уже после них появился Снейп. Гермиона тут же подскочила с места и, стряхивая с джинсов невидимую пыль, робко двинулась в сторону зельевара.

– Профессор…

– Мисс Грейнджер, хорошо, что вы здесь, – мужчина остановился всего на долю секунды, но всё же удостоил студентку взглядом. – Я хотел с вами поговорить. В мастерскую.

Он уже направился вниз по лестнице, ведущей в подвал, когда Гермиона едва ли успела открыть рот, чтобы ответить. Безропотно она последовала за ним, но краем глаза заметила внимательный взгляд Ремуса, который проводил её до тех пор, пока этого позволяла лестница.

В мастерской, где обычно проходили занятия, Снейп по привычке выдержал томительную паузу прежде, чем начать разговор. Он чуть облокотился на свой рабочий стол, но не присел, как обычно.

– Мисс Грейнджер, я могу попросить вас об одолжении?

Гермиона посмотрела на него взглядом, полным удивления. Одолжении? Даже нет, не это было самым удивительным. Северус Снейп произнёс слово «попросить» или у неё начались слуховые галлюцинации?

– Д-да, конечно, – пытаясь говорить как можно увереннее, девушка всё же запнулась.

Снейп запустил руку в карман и выудил оттуда какую-то металлическую вещицу, поблёскивающую в тусклом свете комнаты.

– Вам бы следовало сначала спросить, какого рода одолжения, – хмыкнул он, разглядывая странный предмет, а затем снова посмотрел на Гермиону.

– Я полагаю, вы сами мне об этом скажете, – ответила девушка, наблюдая за тем, что мужчина держал в руках.

Снейп кивнул.

– Разумеется. Не в моих привычках недоговаривать суть, – он чуть поднял руку так, что Гермиона смогла рассмотреть необычный предмет. – Этот медальон, мисс Грейнджер, – весьма ценный артефакт. Я бы хотел попросить вас сохранить его временно, пока… я не узнаю о нём достаточно.

Такой тон немного насторожил девушку. Слишком уж просто для Снейпа.

– И почему вы обращаетесь ко мне? – неуверенно спросила она. – Ведь если вы изучаете его, вам он понадобится. Или профессор Дамблдор наверняка мог бы найти для него укромное место, если…

– Я не могу отдать его Дамблдору, – перебил её зельевар с присущей ему раздражительностью. – Он не сможет носить его с собой. По той же причиной я не могу оставить его у себя.

Мужчина чуть повёл плечами, будто бы сам себя осекая за излишнюю резкость, а затем недовольно поджал губы.

– Видите ли, это весьма капризный артефакт, – продолжил он. – Он слишком уникален, чтобы оставить его в каком-то месте. Куда более надёжно носить его с собой. Но дело в том, что мужчина не может его надеть.

Пренебрежительно-озадаченная гримаса появилась на его лице. Ему не хотелось признавать, что он в чём-то не может обойтись самостоятельно. Совершенно очевидно, что Снейп ни за что бы не попросил о помощи, не будь это крайней необходимостью.

– И вы считаете, что у меня он будет в безопасности? – Гермиона удивлённо вскинула одну бровь, ещё не до конца веря в реальность происходящего. – Но ведь вы сами знаете, как часто мы с Гарри попадаем в переделки, да и Амбридж…

– Мисс Грейнджер, я не собираюсь вас уговаривать, – в его голосе снова возникло раздражение. – Я ждал от вас более лаконичного ответа. «Да» или «нет»?

Гермиона чуть улыбнулась. Кажется, она заставила его нервничать. Пусть он никогда этого не признает, но сейчас девушка готова была поклясться, что Снейп раздражался не просто так. Он ждал её ответа, положительного ответа, но всё же не был уверен, и это его беспокоило.

Она сделала несколько шагов в его сторону, приблизившись на допустимое расстояние.

– И вы мне, конечно же, не расскажете, что это за артефакт? – очень мягко спросила она, ясно подтверждая тоном, что вопрос скорее всего риторический.

Выражение лица мужчины лишь подтвердило это.

– Пока что, – сказал он, держа медальон двумя пальцами. – Могу сказать лишь, что для вас он совершенно безопасен. Впрочем, кажется, я мог этого и не говорить.

Девушка смущённо усмехнулась. Северус Снейп умеет шутить? Это ведь был не сарказм, судя по его собственной полуулыбке. Ей точно это не снится?

– Хорошо, – кивнула она и протянула руку к медальону. – Я так понимаю, его лучше не снимать.

– И желательно не давать никому прикасаться к нему, – добавил Снейп. – Мало ли, какие могут быть последствия.

Он достал из рукава палочку, и в следующее мгновение медальон оказался на серебряной цепочке. Гермионе на мгновение показалось, что Снейп вот-вот сам наденет застегнёт её на шее у девушки. Но его внезапный порыв был столь мимолётен, что его едва можно было заметить.

Открыв рот, чтобы вдохнуть побольше воздуха, он протянул ей медальон и положил в раскрытую ладонь.

– Я надеюсь на вашу ответственность, мисс Грейнджер, – произнёс зельевар за мгновение до того, как снова нацепил свой привычный непробиваемый панцирь безразличия.

Гермиона коротко улыбнулась и поспешила застегнуть цепочку. Медальон оказался немного тяжелее, чем выглядел. Вопреки ожиданиям, надев его, девушка не почувствовала никакого неудобства, что бывает при контакте с заколдованными вещами. Похоже, медальон действительно был безопасен.

Она коснулась его указательным пальцем, рассматривая, как он выглядит на ней, но заметив, как при этом хмыкнул Снейп, поспешила спрятать его под одежду и сказала:

– Можете на меня положиться.

========== Глава 8 ==========

I’m all out of breath

My walls are closing in

Они только что вернулись с тренировки по квиддичу, которая так и не состоялась. Команда слизеринцев заняла поле и не собиралась уступать, кичась своими значками «Инспекционной дружины». Мимо проходивший Малфой не упустил возможности поглумиться над этим.

– Кого я вижу? Это же святой Поттер со своей командой неудачников, – Драко как всегда одарил гриффиндорцев надменной усмешкой, высоко задирая подбородок, дабы удержать своё эго на должном уровне.

– Шёл бы ты своей дорогой, Малфой, – прошипел Гарри, совершенно не желая давать ход предстоящей перепалке.

– Ну, разумеется, не посмею вас задерживать, вы ведь уже выходите, – слизеринец скрестил руки на груди и обернулся к своей «свите», стоящей за его спиной. – Интересный будет матч.

Рон хотел было что-то сказать, но Гермиона крепко стиснула его за предплечье и шепнула «пойдём». Гриффиндорцы уже прошли было мимо, даже не оборачиваясь, когда Малфой нарочито громко начал беседовать со своим окружением.

– Слышал, куда-то пропал этот неотёсанный болван Хагрид, – с пренебрежением сказал он и, заметив, что должного эффекта это не возымело, поспешил добавить. – Хоть бы навсегда. Ему, такому тупому великанскому выродку место среди таких же отбросов, как он. Хуже только оборотни. Бесполезная псина. Так ещё зачастую и бесхребетная. Взять того же Люпина.

Это было слишком. Очень большое «слишком». Даже когда Малфой назвал её грязнокровкой, Гермионе было не так обидно, как сейчас. Оно показалось не таким оскорбительным, как то, что слизеринец бросил в адрес Ремуса. Люпин нисколько не заслуживал таких мерзких слов, такого пренебрежения и отвращения. К тому же Драко выбрал самый удачный способ оскорбить его – за спиной, но перед его бывшими студентами, среди которых он пользовался авторитетом. Такой подлости Гермиона просто не могла стерпеть.

Она резко обернулась и, долго не задумываясь, направила палочку на Малфоя и компанию. Слизеринцы были тут же поражены Имобилюсом и остались стоять парализованными. Тогда Гермиона, несмотря на удивлённые взгляды друзей, быстрым шагом подошла к Драко и, со всем скопившимся в ней презрением, взглянула ему в глаза.

– Как ты жалок, – процедила она, старательно вытягивая каждое слово. – Ты строишь из себя аристократа, а сам способен только на грубость. Ты даже оскорбить изящно не можешь, более того, обливаешь человека грязью за глаза, а при личной встрече и в глаза ему испугаешься посмотреть.

Драко изменился в лице: если сначала на нём был лишь слепой страх, то теперь к нему примешалась обида. Гермиона очень грамотно отомстила ему – удар пришёлся в самый центр его самолюбивой душонки.

– Тебе просто повезло, что профессора Люпина здесь нет, – её тон чуть смягчился, переходя в жестокую насмешку. – Иначе и тебе, и твоим дружкам сразу стало бы понятно, кто тут действительно бесхребетный и бесполезный.

Она сняла с них парализующие чары, но не дав Малфою возможности что-то ответить, крепко и точно пробила ему с правой прямо в нос. Завизжав от удара, как девчонка, он едва ли не повалился на спину, разумеется, для того, чтобы придать побольше драматизма.

– У тебя не сложилось лёгкого дежавю, мм? – хмыкнула Гермиона. – Кажется, на третьем курсе уже было что-то такое. Я надеюсь, в этот раз я была точнее.

– Ты пожалеешь об этом, – закрывая нос ладонью, проскулил Драко и попятился назад.

Девушка пожала плечами и направилась в сторону гриффиндорцев.

– Это уж вряд ли, – бросила она через плечо и довольно улыбнулась.

Но было бы глупо с её стороны обольщаться, что эта выходка никак ей не аукнется. Потому Гермиона была готова, когда вечером её вызвала к себе в кабинет Амбридж для «воспитательной беседы».

– Я всегда считала вас благоразумной студенткой, мисс Грейнджер, – вкрадчиво спросила инспектор, обходя вокруг девушку, сидящую на стуле. – Но видимо, ошибалась. За что вы ударили мистера Малфоя?

– Я думаю, мистер Малфой уже всё вам рассказал, – спокойным тоном ответила девушка, прекрасно понимая, что справедливости от Амбридж ей не дождаться и наказание неизбежно.

Женщина недовольно поджала губы, но продолжала фальшиво улыбаться.

– И всё же я хочу услышать вашу версию случившегося.

Гермиона краем глаза взглянула на неё. Её «допрос» вряд ли закончится на таких приятельских тонах, чуть только девушка посмеет рассказать правду. Но какой толк что-то скрывать? Амбридж уже наверняка решила, что сделает с ней вне зависимости от её рассказа. Выпрямившись на стуле и расправив плечи, она решила выстоять эту маленькую битву максимально достойно и не потерять лицо.

– Он оскорбил меня.

– Каким же образом?

Пытливый взгляд Амбридж встретился с твёрдой решительностью в глазах юной гриффиндорки. Её не так просто сломить, как могло показаться. Впрочем, вряд ли такая дама из Министерства недооценила своего соперника. Однако здесь у неё действительно было больше власти, и Гермиона это ясно понимала. Её мог защитить разве что Дамблдор, но она не хотела искать защиты. Она была способна выдержать это.

– Он оскорбил моих друзей, – произнесла девушка.

– Поттера и Уизли? – недоумённо спросила Амбридж. – Так они ведь юноши. Если я не ошибаюсь, они в этот момент были с вами. Разве они не могли сами за себя постоять?

– Нет, он оскорбил не Гарри и Рона, – её голос вот-вот готов был дрогнуть, но усилием воли она удержала ровный тон. – Речь шла о Рубеусе Хагриде и Ремусе Люпине.

Брови Амбридж взлетели вверх в изумлении, однако ей потребовалось некоторое время, чтобы продумать свою дальнейшую речь. Конечно, Драко умолчал об этой части их разговора. Но вряд ли только это заставило инспектора задуматься.

– С этим лесником всё понятно, – полупренебрежительно отозвалась наконец Амбридж, отходя к своему столу и проговаривая будто бы сама с собой. – Но при чём тут…

Немного резко она обернулась, что было совсем не в её привычках.

– Мистер Люпин был вашим преподавателем, не так ли? – в её взгляде что-то блеснуло. Что-то недоброе.

– Да, – чуть открыв рот, произнесла Гермиона. – Он преподавал ЗОТИ, когда мы учились на третьем курсе.

На губах Амбридж заиграла предвкушающая улыбка. Она как лиса, караулила свою жертву, чтобы вцепиться ей прямо в глотку. Но пока ей нужно было прощупать почву, поэтому торопливость разговоре даже не проскальзывала.

– Но вы называете его другом, – продолжила женщина. – Вашего профессора?

– Бывшего профессора, – машинально поправила Гермиона. Она всегда исправлялась так в своих мыслях, когда снова и снова задумывалась о Ремусе. – Он ведь больше не преподаёт, и мы…

– Допустим, – тут же перебила её Амбридж. – Но он ведь гораздо старше вас.

Девушке показалось, что ещё чуть-чуть и её щёки загорятся всеми алыми оттенками, что есть на гербе Гриффиндора. Она совсем не хотела обсуждать Люпина с этой женщиной.

– Разве дружба измеряется каким-то возрастными ограничениями? – стараясь выразить яснейшее недоумение, сказала Гермиона.

Амбридж снова взглянула на неё, поджав губы. Эта беседа, очевидно, начинала её раздражать, а спокойствие студентки – и подавно.

– Так как же мистер Малфой оскорбил мистера Люпина? – наконец инспектор подобралась к щекотливой сути.

Этот вопрос заставил девушку нервно сглотнуть. Меньше всего ей хотелось повторять оскорбления, сказанные Драко, но вряд ли у неё был выбор.

– Он упрекнул его в том, что он оборотень, – стараясь выразиться деликатно и в то же время не исказить суть, озвучила она и спустя мгновение добавила самое, на её взгляд, обидное. – Бесхребетный.

– И в чем же мистер Малфой не прав?

Если до этой минуты Гермионе хотелось поскорее отвести взгляд от этой сахарной министерской жабы, то после такого её глаза сами нашли её, готовые метать молнии. Но на лице Амбридж она нашла то выражение, от которого на душе сделалось мерзко – женщина довольно улыбалась. Её тонкие губы, подкрашенные раздражающе-розовой помадой, со вздёрнутыми уголками рта явно давали понять, что теперь допрос начал доставлять ей удовольствие.

Гордо вскинув голову, Гермиона сделала глубокий вдох. Ей оставалось отбиться последним козырем перед тем, как проиграть эту партию.

– Да, он оборотень, – кивнула она, чувствуя, как кровь приливает к вискам. – Но он стал таким не по своей воле и страдает от своей болезни. И потому упрекать его в этом – просто неуважение. Кроме того, если говорить о его человеческих качествах, то он, пожалуй, один из самых удивительных, добрых и умных людей из всех, кого я знаю. Малфой не имел никакого права так отзываться о нём, тем более у него за…

– Довольно! – чуть ли не взвизгнула Амбридж. Речь студентки привела её в бешенство. Это было также очевидно, как то, что из этого разговора не могло выйти ничего хорошего с самого начала.

– Малфой заслужил это, – продолжила девушка. – И если бы у меня была возможность, я бы ударила его снова.

– Я сказала: довольно! – глаза инспектора загорелись так, будто гриффиндорка оскорбила её саму. – Мисс Грейнджер, я не ожидала от вас такой предосудительности и уж тем более рукоприкладства. Я назначаю вам отработку. И минус 50 баллов с Гриффиндора.

В этот момент раздался стук в дверь, и на пороге появился Снейп. Гермиона тут же развернулась на стуле в его сторону, испуганная и смущённая одновременно. Ей совершенно не хотелось, чтобы зельевар узнал об этом случае. Драко был его крестником, Люпину никогда не выказывал симпатии, даже наоборот, всячески демонстрировал своё пренебрежение к нему, что впрочем, не отменяло того факта, что он варил для него аконитовое зелье каждое полнолуние. Потому как бы того не хотелось девушке, в этом споре Снейп наверняка примет позицию Малфоя.

– Я не вовремя, – равнодушно заметил мужчина, мельком оглядев комнату и Грейнджер, чьи щёки слегка порозовели.

– Что вы, что вы, – любезно задержала его Амбридж, когда профессор уже готов был закрыть за собой дверь и удалится. – Наоборот, вы как раз вовремя. Не окажете ли мне услугу? Мисс Грейнджер своими действиями вынудила меня назначить ей отработку, но к сожалению, у меня через полчаса слушания в Министерстве. Не могли бы вы назначить студентке наказание, которое, – она специально выдержала паузу, чтобы поймать взгляд Гермионы, – было бы поучительным. Мне хотелось бы, чтобы мисс Грейнджер запомнила некоторые нюансы поведения в этой школе.

Она снова посмотрела на Снейпа, который лишь чуть удивлённо вскинул бровь и слегка пожал плечами.

– Ничего удивительного, – заметил он равнодушно. – Гриффиндорская спесь сродни болезни.

Это замечание остро кольнуло гордость девушки, и она одарила профессора обиженным взглядом.

– Не смотрите на меня так, мисс Грейнджер, – фыркнул зельевар. – Правду стоит признавать, хоть изредка. А теперь, если вы закончили, – получив одобрительный кивок от Амбридж, он кивнул в сторону выхода, – прошу в подземелья. Котлы вас ждут.

Гермиона послушно поднялась со стула и, чуть понурив голову, быстрым шагом вышла из кабинета инспектора. По дороге до подземелий они со Снейпом не обмолвились ни словом, но чуть дверь в лабораторию закрылась, мастер зелий тут же поспешил одарить её очередным язвительным замечанием.

– Как ловко вы умудряетесь находить неприятности, – он подошёл к своему рабочему столу и, чуть присев на него, скрестил руки на груди. – Я просто поражаюсь этому умению вашей беспокойной троицы. Хотя если в случае с вашими дружками объяснимо, то как вы с такими неплохими умственными задатками умудряетесь попадать в такие переделки?

Будь это простой разговор, Гермиона непременно зацепилась бы за его неосторожный комментарий о её «умственных задатках», который Снейп обронил, очевидно, случайно, но сейчас она была куда больше поглощена и раздосадована другим. Переминаясь с ноги на ногу, девушка всё ещё стояла у двери и чувствовала себя неловко.

– Я не хотела, сэр, – произнесла она, потупив взгляд. – Но у меня не было выбора.

– Сядьте.

Команде в голосе Снейпа ей пришлось подчиниться не столь из-за испуга, сколько из неспособности сопротивляться. Разговор с Амбридж потрепал её нервы, и морально девушка очень устала. Она спешно присела на самый край стула перед письменным столом зельевара и робко подняла на него взгляд. Вопреки её ожиданиям Снейп смотрел на неё без злости или раздражения. В его взгляде читалось что-то другое – возможно, разочарование.

– Рассказывайте, что случилось, – будто бы сжалившись над ней, чуть мягче произнёс мастер зелий.

========== Глава 9 ==========

Прошло примерно около получаса, за которые Гермиона успела и побледнеть, и покраснеть, и пожалеть вообще о том, что Амбридж отправила её на отработку именно к Снейпу. Если от министерской жабы она уже с самого начала ожидала бы агрессии и жестокости, то реакция зельевара оставалась загадкой до самого конца. Он просто молча слушал её, не перебивая и ни единым жестом или взглядом, не выражал никакого отношения к услышанному. Лишь когда Гермиона наконец добралась до того момента, когда её вызывали на допрос и бросила фразу о том, насколько это несправедливо, Снейп криво усмехнулся.

– Жизнь вообще несправедлива, мисс Грейнджер, – в его тоне было больше снисхождения, чем презрения или насмешки. – Разве вы ещё не заметили?

Девушка резко замолчала и поджала губу. Разумеется, было бы глупо рассчитывать, что профессор согласится с ней в этом. Несмотря на то, что он уж точно не питал никакой симпатии к политике Амбридж, Гермиона понимала – открыто отрицать и не соглашаться с ней зельевар ни за что не станет. Он не из тех, кто боится потерять место или расположение, нет. Но всё же Снейп был тем человеком, который, кажется, смог бы работать даже под самым сильнейшим моральным давлением.

Пауза могла бы продолжаться бесконечно, но они оба не собирались задерживаться в компании друг друга больше необходимого. Но Гермиона всё никак не решалась что-то сказать, ей казалась глупой любая мысль, приходившая в голову. Нет, он не поймёт её. И даже в этой ситуации он не собирается поддержать её, приободрить или что-то такое. Он – не Ремус. Сейчас ей была нужна поддержка, она согласна была бы даже на просто понимание без какого-либо сочувствия. Но Снейп вряд ли проявил бы его.

– Я повторюсь, вы поступили слишком опрометчиво, – его голос заставил её снова взглянуть в сторону профессора. – Мне казалось, вы знаете, что на замечания таких людей не стоит реагировать в принципе.

Гермиона посмотрела на него с удивлением. Неужели он вот так просто опустит перед ней своего любимчика.

– Драко – мой крестник, – продолжил Снейп всё так же равнодушно. – Но вполне очевидно, что кроме наследства и непомерного эго у него ничего нет.

Он сделал небольшую паузу, будто ему всё же требовалось пару мгновений перевести дух. Девушка заметила, как чуть дрогнула его верхняя губа.

– Я полагал, вы не так глупы, – профессор посмотрел на неё, но почему-то не задержал привычный укоризненный взгляд дольше секунды, тут же сделав вид, что полки с ингредиентами слева от него куда интереснее. – Плевать против ветра – дело глупое и бесполезное. Вы сами должны это понимать. Надеюсь.

Последнее он выделил в лучшей своей саркастичной манере, за которой всё же не могло спрятаться ещё кое-что. Ведь если бы Снейп просто хотел больно уколоть её, он бы ни за что не улыбнулся. Гермиона уже не в первый раз замечала эту странную улыбку – впрочем, и улыбкой-то это было сложно назвать. Но когда уголки его губ всё-таки слегка приподнимались, и в глазах не блестел тот ядовитый азарт, с которым он обычно готовился прополоскать умственные способности того или иного студента, мисс Грейнджер чувствовала слабую надежду на одобрение с его стороны. По крайней мере, ей бы очень хотелось не вызывать в нём желания поупражняться в остроумии.

– Конечно, вы правы, – Гермиона понимающе кивнула и постаралась спрятать улыбку. – Я прекрасно понимаю, что мне не стоило так реагировать, это была лишь минутная слабость. Дело не в этом…

– Я прекрасно понял, в чём дело, – довольно резко перебил её Снейп. – Мальчишка оскорбил ваших… – он будто бы запнулся, не то от неприязни, не то пытаясь подобрать нужное слово, – друзей, и обострённое чувство справедливости ударило вам в голову. Не надо мне ещё раз повторять, я понял с первого раза.