Текст книги "As we dance with the Devil tonight (СИ)"
Автор книги: Mariette Prince
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)
Таким образом, он чётко обозначил, что потерял всякое желание продолжать разговор на эту тему. Что ж, это вполне справедливо, подумала Гермиона и уже готова была подняться со стула, чтобы покинуть кабинет, когда Снейп снова заговорил.
– Постарайтесь держать свои чувства под контролем, мисс Грейнджер, – почти беззлобно произнёс зельевар. – И будьте осторожны. Ваша голова вам ещё пригодится.
Девушка позволила себе коротко улыбнуться, наконец ощутив, что напряжение постепенно начинает растворяться в воздухе, но решила не испытывать судьбу и направилась к двери.
– Я постараюсь, профессор, – ответила она, уже почти оказавшись за порогом кабинета.
Ей больше не было неловко. Оказавшись за пределами владений Снейпа, Гермиона наконец глубоко вздохнула и постаралась собраться с мыслями по дороге до гриффиндорской башни. Она теперь ещё больше запуталась. Ещё полчаса назад ей хотелось любым, даже самым невероятным образом сбежать в дом на площади Гриммо, закрыться в библиотеке, желательно в компании Ремуса, который мог бы одним своим присутствием избавить её от состояния ужасного напряжения и беспокойства. Но в кабинете Снейпа… когда он перестал быть таким нарочито серьёзным и саркастичным, проявив что-то наподобие заботы, ей на мгновение показалось, что это и есть его истинное лицо. Впрочем, она могла и ошибаться. Но ей почему-то очень хотелось, чтобы это оказалось правдой.
Задумываться об этом Гермионе пришлось не так уж долго. Уже совсем на носу были СОВы, потому времени на «нерациональные мысли», как девушка сама называла любые свои размышления о зельеваре, практически не оставалось. Чтобы уже привычные кошмары не мешали ей готовиться к экзаменам, на ночь она пила снотворное, причём предпочитала магловские таблетки зельям мадам Помфри. И ей приходилось это тщательно скрывать, потому что Амбридж в очередной раз обрушилась на студентов новой волной идиотских правил, одним из которых было изъятие целого перечня магловских вещей.
Напившись успокоительных, Гермиона уверенно чувствовала себя на экзамене и была готова даже к самому неожиданному повороту. Выходка близнецов Уизли, которые влетели в большой зал на мётлах с фейерверком и в буквальном смысле надули эту министерскую жабу, показалась ей даже забавной.
– Кто бы мог подумать, что ты так будешь радоваться сорванным экзаменам, – довольно усмехнулся Рон, когда все студенты выбежали на улицу, чтобы увидеть продолжения шоу близнецов.
Гермиона уже обернулась к другу и собиралась ответить что-то вроде «я не такая зануда, как ты считаешь, Рональд», но заметила, как Гарри падает на землю. Она сразу поняла, что с ним, и поспешила помочь ему.
– Что ты видел, Гарри? – осторожно спросила она, стараясь, чтобы её не услышали посторонние.
– Сириус, – пробормотал парень и торопливо попытался встать. – У него Сириус! Надо спешить!
Они попытались сбежать через камин в кабинете Амбридж, но тут же попались самым жалким образом. Малфой и вся «дружина» мерзко хихикали в сторонке, потом директриса намётывала путь вытянуть из гриффиндорцев и информацию, и душу одновременно. Всё бы ничего, Гермиона была готова сопротивляться любым пыткам, когда Амбридж послала Драко за Снейпом.
Едва мужчина зашёл в кабинет, Гермиона спешно перехватила его взгляд. Он был спокоен и невозмутим, по крайней мере, до тех пор, пока директриса не потребовала у него сыворотку правды.
– Вы истратили все мои запасы, – пожал плечами зельевар.
– Так приготовьте ещё! – вскрикнула Амбридж.
– При всём уважении, мадам, – лаконично грубо ответил Снейп, – зельеварение – не волшебство, и глупое махание палочкой не ускорит процесс приготовления такого сложного зелья. Мне нужно две недели.
Министерская выскочка сделалась пунцовой от злости, приобретя почти такой же цвет лица, как и весь мерзко-розовый антураж её кабинета.
– Тогда я справлюсь своими методами, – прошипела она и уже направила на Гарри свою палочку.
Гермиона не знала, как родилась в её голове эта мысль, да и времени всё хорошенько обдумать у неё не было. Поэтому она решила сыграть на подозрительности Амбридж и её желании уличить Дамблдора в том, что он собирается пойти против министра.
– Расскажи им, Гарри! – крикнула девушка. – Расскажи им о нём!
Это возымело должный эффект. Директриса незамедлительно уцепилась за эту фразу.
– О чём? – она подозрительно прищурилась и посмотрела на Гермиону.
Сердце ушло в пятки, когда девушка поняла, что пути назад уже нет. Всё, о чём она думала в этот момент, как спасти Гарри и не дать Амбридж узнать правду. Потому, бросив короткий взгляд в сторону Снейпа, который так и замер в дверях, совершенно не понимая, о чём она, мисс Грейнджер набрала полную грудь воздуха и на выдохе произнесла:
– О тайном оружии Дамблдора.
Всё внимание тут же обратилось на неё, и теперь ей требовалась двойная уверенность, хотя бы напоказ. Однако Амбридж чуть было не поставила её фарс под угрозу.
– Профессор, вы что-то знаете об этом? – обратилась она к Снейпу с подозрением.
– Я не отношусь к тем, кому профессор Дамблдор рассказал о подобном, – холодно отозвался зельевар и обвёл взглядом гриффиндорцев, задержав его на Гермионе на секунду дольше. – Впрочем, это вполне возможно. Мистер Поттер, мистер Уизли и мисс Грейнджер могут знать об этом куда больше, чем я.
Вряд ли она ожидала, что он подыграет ей, но девушке всё же было приятно. Удивлённо вскинув брови, будто бы её действительно удивляет, что бывший директор не доверил Снейпу такую важную стратегическую информацию, Гермиона продолжала разыгрывать уверенность, и Амбридж купилась на это. Она подхватила Гарри под руку и потащила к выходу из кабинета.
– Мисс Грейнджер, вы тоже идёте, – крикнула она, не обернувшись. – Остальные могут быть свободны.
Гермиона торопливо вырвалась из захвата слизеринцев, которые выполняли свои «обязанности» охраны. Она вдруг вспомнила о том, что им всё же как-то нужно было связаться с орденом. Впрочем, подняв глаза и обнаружив всё ещё стоящего за порогом кабинета Снейпа, план родился сам собой.
Её нельзя было назвать неуклюжей или что-то вроде того. Гермиона всегда смотрела себе под ноги, твёрдо ощущая землю под ногами. Поэтому естественно упасть, как она планировала, у неё не получилось. Вместо того, чтобы распластаться на полу или просто плюхнуться на колени, девушка, споткнувшись о собственную ногу, зацепилась рукой за дверной проход и, перевернувшись, непременно ударилась бы головой при падении, если бы за секунду до столкновения с каменным полом её не поймали сильные мужские руки.
– Ой, – только и выдавила она из себя, когда Снейп одарил её привычным колючим взглядом.
В его глазах так и читалось раздражение, но ей было уж точно не до этого.
– Мисс Грейнджер? – раздался голос Амбридж, которая, очевидно, решила, что девушка собралась бежать.
Но Гермиона этого, кажется, даже и не услышала.
– Вы превзошли сами себя в грациозности, – прокомментировал Снейп, недовольно поджимая губы.
Одна его рука держала её под спину, а другой он перехватил её ладонь. Эта сцена априори не могла не привлечь внимания. Впрочем, насколько быстро зельевар среагировал и подхватил девушку, настолько же быстро, да ещё и с полнейшим пренебрежением на лице, он отпустил её.
– У них бродяга, – успела шепнуть ему Гермиона.
Снейп взглянул на неё с едва заметным полувопросом. Конечно, он всё понял, ему не требовалось дополнительных объяснений.
– Что там случилось, мистер Снейп? – снова вмешалась Амбридж. Она заметила лёгкое замешательство обоих, но вряд ли слышала, что сказала студентка.
– Мисс Грейнджер решила покорить нас своей неуклюжестью, – ответил ей мастер зелий и обернулся снова к девушке. – В следующий раз выбирайте место с более мягкой посадкой.
От этого замечания у Гермионы густо покраснели щёки, и она решила больше не задерживаться. Торопливо направившись в сторону Амбридж и Гарри, она лихорадочно придумывала в своей голове план их общего спасения.
К счастью, Гермиона всегда была смышлёной девочкой. Отправившись в запретный лес, они случайно наткнулись на Грохха, и Амбридж здорово поплатилась за своё высокомерие.
Возвращаясь в Хогвартс, они встретились с Роном, Луной и Невиллом и решили сами добраться до министерства. Гермионе не очень нравилась идея лететь на фестралах, которых она не могла увидеть, но других вариантов не было. Они должны были спасти Сириуса. Хотя что-то подсказывало ей, что Орден уже в курсе, и если что, им не придётся сражаться в одиночку.
========== Глава 10 ==========
Оказавшись в министерстве, Гарри готов был тут же ринуться на поиски Сириуса, только спрыгнув с фестрала.
– Может нам стоит подождать Орден? – неуверенно спросил Невилл, но его будто бы никто не услышал.
Впрочем, Гермиона над этим всё же задумалась. Если Сириус там и Волдеморт над ним всё ещё издевается, пытаясь причинить как можно больше боли Гарри, то как ни крути им придётся там встретиться. С самым опасным и могущественным волшебником в настоящее время, не считая Дамблдора. Девушка остановилась в начале коридора и неуверенно поджала губы. Она вдруг с ужасом для себя обнаружила, что чувствует себя не готовой к этой встрече. Разумеется, она ни за что бы не призналась в этом никому из присутствующих, ибо что же она за гриффиндорка тогда, если боится встретиться с опасностью лицом к лицу? Но её холодный ум, который почти никогда её не подводил в правильности выборов и решений, сейчас подсказывал ей, что надо действовать очень осторожно. Если Волдеморт возродился, он наверняка стал сильнее.
– Гарри, – окликнула друга девушка, но с места не сдвинулась.
Тот обернулся, но вместо ответа начал тараторить:
– Нам надо спешить, Гермиона.
– Послушай, пожалуйста, – настойчиво продолжила девушка. – Это важно.
Гарри упрямо поджал губы и подошёл к ней.
– Ну что?
– Нам стоит дождаться Ордена, – серьёзно заявила она. – Если там Вол… сам-знаешь-кто, мы одни с ним не справимся.
За это она была вознаграждена взглядом разозлённого гриффиндорца.
– Ты не доверяешь мне? – голос Гарри разочарованно дрогнул. – Я же не просил идти со мной, вы все могли…
– Да не в этом дело! – возмутилась девушка. – Неужели ты не понимаешь? Мы все – я, Рон, Джинни, Луна, Невилл – все готовы отдать за тебя свои жизни, если потребуется. Поэтому вспомни, что говорил тебе Ремус: ты не можешь так безответственно рисковать своей.
Поначалу Гарри и хотел ей возразить, но к концу её короткого монолога ему было нечего сказать. Ведь всё это было правдой – хотел он или нет, на него уже давно была возложена эта важная миссия, к которой он пока был не готов.
Сделав шаг вперёд, он заключил Гермиону в крепкие объятия.
– Я знаю, я всё это знаю, – еле слышно произнёс он. – Я буду осторожен, обещаю. Но ждать у меня правда нет времени.
С этими словами он отпустил её и, быстро оглядев остальных, направился к лифту.
Столкновение с Пожирателями Смерти оказалось просто неизбежным. Конечно, им стоило подумать, прежде чем рвануть в самое пекло – только по дороге в министерство Гермионе пришла в голову мысль о том, что это может быть ловушкой. Но думать, как впрочем и обычно, им было некогда, особенно когда Гарри вот-вот мог потерять последнее, что осталось от его семьи. Поэтому все страхи и опасения за себя были отложены на потом.
Как оказалось, целью Тёмного лорда был тогда совсем не Гарри – его интересовало пророчество. Именно за ним так стремительно охотился Люциус Малфой, пытавшийся даже усмирить других Пожирателей. Гарри был почти вне опасности, чего никак нельзя было сказать об остальных его спутниках. Для них встретить в отделе тайн свою смерть – вполне себе могло бы быть минутным делом.
Добравшись до зала с аркой, Гермиона тут же почувствовала что-то неладное – бежать дальше было опасно, ровно так же как и возвращаться назад. Но оставаться на месте, пожалуй, было ещё хуже, а Гарри, как назло, не мог сдвинуться с места, заворожённый этой пустой аркой, и улавливая какие-то голоса.
– Пойдём, Гарри, – попыталась ускорить его девушка, но друг её будто бы не слышал.
В этот момент Пожиратели и нагнали их.
– Становитесь за мной, – крикнул Гарри, держа палочку наготове.
Но это было уже бесполезно. В противостоянии шести подростков и опытных тёмных магов исход был очевиден: если их не прикончат на месте, то непременно подвергнут какой-либо мучительной смерти. У них не было шансов. Почти никаких. Почти…
Мысленно Гермиона всё же надеялась на то, что Снейп передал Ордену и помощь уже в пути. Но если нет? Ей совсем не хотелось думать об этом. Когда она сказала ребятам, что Ордену о Сириусе передаст зельевар, кроме Луны в это почти никто не поверил.
– Нам нужно спешить, – как назло, начал подначивать Рон. – На Снейпа нет никакой надежды.
– Почему нет? – вспыхнула мисс Грейнджер. – Он такой же член Ордена, как и остальные! Ему доверяет Дамблдор!
– А вдруг он их всех обманывает? – Уизли подозрительно прищурился. – Откуда нам знать, что у него на уме? Вдруг он шпионит для Пожирателей?
Это замечание окончательно вывело девушку из себя. Да как он мог сомневаться?
– Ты просто неадекватно к нему относишься, – ответила она с тенью презрения. – Он, как другие преподаватели, не спускает с рук твоё безделье и заставляет хоть немного подумать. Тебе не нравится, что он вынуждает тебя стараться и готовиться.
– Зато ты в последнее время с особым рвением занимаешься этой дрянью! – бросил Рон, не на шутку уязвлённый замечанием подруги. – Ты стала проводить в подземельях столько времени, сколько даже Малфой со своей компанией не бывает! Что ты там забыла, а? Неужели тебе эти склянки и общение с сальноволосым ублюдком приятнее, чем мы?
– Рон, немедленно перестань!
Все тут же обернулись на Джинни. Никто не ожидал, что именно она прервёт эту перепалку, да ещё и голосом миссис Уизли.
– Это уже слишком, – уже спокойным голосом добавила она. – У нас нет времени ссориться, да и в том, что Гермиона предпочитает учиться в отличие от тебя, Рон, нет ничего предосудительного. Это её выбор, и его нужно уважать.
Больше спорить никто не стал, и Гермиона лишь молчаливо одарила Джинни благодарным взглядом. Но её слова заставили её задуматься. Это ведь правда был её выбор. Проводить столько времени со Снейпом – её собственное желание, причина которого кроется где-то слишком глубоко. Ей стало не по себе.
Впрочем, все мысли о Снейпе улетучились в тот момент, когда Пожиратели снова напали на них. Схваченная Антонином Долоховым, Гермиона почти не вырывалась, прекрасно осознавая бесполезность сопротивления. Пожиратель был значительно сильнее и обезоружил её сразу же, а беспалочковой магией девушка, увы, не владела. Поэтому всё, что ей оставалось, – наблюдать за тем, как Малфой-старший театрально и устрашающе пытается заставить Гарри отдать ему пророчество.
Обведя взглядом своих друзей, Поттер негласно признал поражение. Он шагнул вперёд и протянул пророчество Малфою, но стоило тому оказаться в руках Пожирателя, как сверкнула белая вспышка, и появился никто иной как Сириус Блэк.
– Не смей угрожать моему крестнику, – сказал он и хорошенько дал Малфою с правой.
Завязалась перестрелка, один за другим начали появляться члены Ордена и всё смешалось перед глазами. Гермиона вдруг почувствовала, что хватка Долохова, больно державшего её за волосы, ослабла, а уже в следующее мгновение Пожиратель отлетел к соседней стене. Девушка тут же обернулась и увидела перед собой Ремуса.
– Гермиона, в укрытие! – крикнул он, обеспокоено взглянув на неё, но в то же мгновение отвлёкся, чтобы отразить атаку.
Со всех сторон посыпались заклинания, и девушка начала озираться вокруг в поисках своей палочки. К счастью, та валялась неподалёку – Долохов, вероятно, обронил её. Гермиона бросилась в ту сторону, пригнувшись, чтобы в неё не попали. Но как только палочка оказалась в её руке, девушка в несколько шагов вернулась к Люпину.
– Я помогу, – сказала она, помогая ему отбиваться от Пожирателей.
Их было не так много, но атаковали они так, будто им вообще не нужно было ни секунды на передышку.
– Нет, беги к остальным, – ответил Ремус строгим учительским тоном. – Быстро!
Где-то в другой части комнаты раздался крик раненой Тонкс, и мужчина обернулся на него, немного замешкавшись. Он тут же стал удобной мишенью, если бы Гермиона вовремя не отразила несколько заклинаний, фактически став для него щитом.
Девушка уже готова была отпустить короткое замечание по поводу невнимательности бывшего профессора, но он крепко перехватил её руку и тут же дёрнул назад за свою спину.
– Почему ты ещё здесь? – не оборачиваясь спросил он, явно недовольный таким положением дел. – Почему надо постоянно нарываться на неприятности? Неужели нельзя хоть раз послушать и сделать так, как сказали?!
Гермионе вдруг сделалось немного обидно. Уж кто как не она всегда всё делала по инструкциям, прислушиваясь к советам старших и объективно оценивая обстановку. Но что сделать, если её друзья такие отважные и авантюрные? Волей неволей сама становишься такой…
Крепко стиснув в своей руке ладонь Люпина, которую сам мужчина и не собирался отпускать, она стала с ним спина к спине.
– Потому что ты сам говорил, – ответила она и отразила очередное заклинание. – Это война.
Едва последнее слово сорвалось с её губ, как перед ней мелькнула чёрная тень и сбила с ног. Всё, что Гермиона успела почувствовать, – сильный удар в грудь и быстрый рывок куда-то в сторону. Это Ремус, оглушив нападавшего, крепко прижал её к себе в попытке защитить. Девушка испуганно подняла глаза и встретилась с недовольным взглядом бывшего профессора.
– Строптивая девчонка, – пробормотал он, тяжело дыша, – Я сказал в укрытие. Живо!
Люпин смотрел на неё не дольше двух секунд и уже принялся снова атаковать Пожирателей, когда взгляд Гермионы заметил как в Сириуса, который только что обезоружил Малфоя, целится Беллатриса Лестрейндж.
– Сириус! – крикнула девушка и дёрнула Люпина за рукав.
Его реакция была мгновенной и уже в следующую секунду Ремус выбил палочку из рук верной помощницы Тёмного Лорда. Беллатриса одарила его испепеляющим взглядом и, обернувшись чёрным облаком устремилась вверх. Мужчина тут же посмотрел на Гермиону.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он, будто это в неё только что целилась сумасшедшая кузина Сириуса, и, вероятно сам того не замечая, коснулся ладонью её щеки. – Тебя не задело?
Гермиона замерла на месте, ощутив вдруг приятный трепет от этого прикосновения. Эта минутная слабость, теплота его пальцев на её коже и прочие романтическо-бредовые мысли тут же пронеслись у неё в голове. Она никогда не думала, что в самый ответственный момент позволит себе такое. Всё это было так неестественно для её рационального разума, так непривычно.
Краем взгляда она вдруг заметила за спиной Люпина появившуюся Беллатрису с усмешкой на безумном лице.
– Нет! – воскликнула девушка в то же мгновение, как Лестрейндж занесла палочку для атаки.
Гермиона успела подумать лишь о том, что под удар попадёт Ремус. Но под какой? Будет ли это парализующее заклятье или смертоносный зелёный луч Авады? Подумать об этом у неё уже не было времени. Поэтому единственное, что она успела сделать, – рванувшись вперёд, оказалась перед Люпином и приняла удар на себя.
Ей сначала показалось, что она ничего не чувствует, и Беллатриса промахнулась, но уже в следующий миг мир вокруг начал расплываться, а сознание заволокло туманом. Ноги, будто сломавшись, перестали держать её, и девушка как в замедленной съёмке плавно осела на землю. Она почувствовала крепкие руки, подхватившие её незадолго до столкновения с полом, но уже не понимала, что происходит. Девушка хотела было сосредоточиться, но слабость плотно охватила всё её тело и сопротивляться этому ощущению не оставалось никаких сил. Перед глазами промелькнуло испуганное лицо Ремуса, размытое и нечёткое, словно в замыленном объективе. Больше Гермиона ничего не помнила.
========== Глава 11 ==========
Тихий, крадущийся шёпот, от которого по всему телу рассыпается колючая дрожь, металлический привкус крови на треснувших губах, пыль, грязь и пустота, пустота… Она оглядывается вокруг, пытается зацепиться взглядом хоть за что-то, но ничего нет, и лишь пульсирующая боль в висках, от которой хочется просто застрелиться.
Гермиона делает шаг, но тут же спотыкается и падает навзничь. Голова разбивается на части от столкновения с землёй, ей хочется закричать, но голос пропадает, а звуки тонут в разодранном горле. Наконец зелёный луч озаряет темноту и пропадает совсем близко. Она слышит болезненный стон, а затем грохот падающего тела. С трудом заставив себя подняться, Гермиона пытается разглядеть, где она. Рукой она нащупывает что-то тёплое, но неподвижное, а уже в следующую секунду видит перед собой мужчину с широко распахнутыми чёрными глазами. Его грудь резко приподнимается, и с губ срывается последний выдох, вместе с которым тонкая струйка крови начинает свой путь по бледной коже.
Её крик утопает в чужой ладони, но осознание, кто рядом с ней, ещё не приходит. Она пытается вырваться из крепкой хватки, но не может даже сдвинуться с места. Тело сводит судорогами, и ей остаётся только покориться. Тогда ей наконец удаётся сделать короткое движение, больше её ничто не держит, будто бы даже наоборот, подталкивает вперёд. Гермиона сжимает руки в кулаки и через боль делает несколько шагов вперёд. Она слышит своё имя вокруг, но не может разобрать, откуда звук. Сначала ей мерещится голос Гарри, потом Рона, затем уже с другой стороны её зовёт мать и отец. С каждым новым шагом голоса в голове всё прибавляются. Теперь уже с ней говорит Сириус и Артур Уизли. В унисон сливаются голоса Фреда и Джорджа. Она перестаёт различать остальных. Идти больше невыносимо, и девушка опускается на колени, стискивая руками голову. Она больше не может, не может…
«Гермиона»
Все разом смолкают и остаётся лишь один голос – Ремуса. Так близко, что ей чудится даже его дыхание у неё над ухом. На её плечи опускаются две тяжёлые руки – и вот уже перед глазами возникает знакомое лицо со спокойной мальчишеской улыбкой. Ощущение спокойствия вдруг горьковатым ядом пускается по её венам. Мнимая безопасность – вот что это. Гермиона пытается сосредоточиться на лице Люпина. Его глаза, его блестящие голубые глаза в одно мгновение тускнеют, словно из них зачерпнули краску, и медленно скрываются под тяжёлыми веками. Его руки на её плечах теряют крепость, и мужчина медленно оседает на землю. Гермиона не понимает, что произошло, только чувствует солёный запах смерти. И страх, страх, который обнимал её с самого начала.
Открыв глаза, она очнулась в больничном крыле Хогвартса. Яркий солнечный свет едва пробивался сквозь плотно закрытые занавески около её кровати, которая, кажется, была единственной занятой. Вокруг было пусто. Или ей так показалось.
Попытавшись перевернуться, девушка наконец поняла, что она здесь делает. Всё тело болело, а в области груди что-то давило на сердце, будто там недавно пытались залатать большую дыру. Оставив попытки сдвинуться с места, Гермиона медленно открыла глаза. Сначала картинка была нечёткой, всё буквально сливалось в одну сероватую массу. Её тяжёлый полувдох растаял в тишине комнаты.
– Гермиона?
Голос словно из старого, забытого сна, прорвался в её сознание и всколыхнул все внутренности. В голове тут же родились десятки вопросов. Что случилось? Как она оказалась здесь? Что с остальными? Последнее, что она помнила, да и то весьма смутно – этот голос, произносящий её имя, и испуганное лицо его обладателя.
– Ремус? – еле слышно спросила она, старательно пытаясь сфокусировать взгляд.
Попытка что-то сказать отозвалась сухой болью в горле, и девушка скривила губы в отвращении. В это же мгновение она почувствовала тёплое прикосновение к своей руке и наконец разглядела мужчину перед собой. Ремус Люпин, живой и почти невредимый, склонившись к её лицу, взволнованно улавливал каждое её движение и едва заметно, но с облегчением улыбнулся, когда она открыла глаза. Гермиона попыталась изобразить что-то наподобие ответной улыбки, но сухость во рту была просто невыносимой, и получилось как-то излишне жалко и болезненно.
Тогда она прикоснулась кончиками пальцев к горлу в молчаливой просьбе.
– Что? – взволнованно спросил Ремус и тут же нахмурился. – Воды?
Девушка в ответ слабо кивнула. Люпин резко подался в сторону прикроватной тумбочки и прихватил с него стакан воды. Гермиона попыталась было подняться, но сделать это самостоятельно оказалось совсем непросто. Странно, подумала она про себя, что это было за заклинание?
Заметив, что ей тяжело, Ремус осторожно приподнял её голову одной рукой, а второй поднёс стакан поближе к её губам. Сделав несколько глотков, Гермиона благодарно кивнула.
– Спасибо, – прошептала она и снова опустилась на подушку.
Люпин вернул стакан на место, а сам, придвинув стул поближе, сел рядом с кроватью.
– Как ты? – спросил он, осматривая девушку с ног до головы. – Что-нибудь хочешь?
Его обеспокоенно-заботливый тон заставил уголки её губ чуть приподняться в короткой улыбке. Ей даже будто бы стало легче от того, что мужчина был рядом.
Не дождавшись её ответа, Ремус немного потупил взгляд и прочистил горло. Вежливые вопросы, вероятно, закончились и пришло время минутной неловкой паузы. Гермиона воспользовалась ею для того, чтобы получше рассмотреть своего бывшего профессора – вид у него был довольно потрёпанный. Светло-каштановые волосы слегка растрепались, как бы он ни пытался периодически их пригладить и поправить, глаза чуть покраснели, вероятно, от усталости, о чём также говорили припухшие веки и синяки под ними. Её взгляд скользнул ниже: плечи, неловко сведённые и излишне напряжённые, испачканные рукава старого твидового пиджака, который всегда так нравился ей, даже несмотря на свою потёртость, и наконец, тёплые ладони, осторожно державшие с двух сторон её бледную руку. Она казалась такой маленькой, такой хрупкой. Девушка никогда не чувствовала себя такой крохотной, как сейчас. Особенно сейчас. Когда в удивительно ярких голубых глазах читалось столько заботы и нежности, о которой она никогда не могла и мечтать.
– Я очень рад, что ты очнулась, – попытался было возобновить разговор Люпин и нервно сглотнул. – Признаться, я уже начал опасаться, ведь ты так долго…
– Сколько я была без сознания? – нетерпеливо, но деликатно прервала его Гермиона.
Мужчина торопливо взглянул на часы, а затем снова ей в глаза.
– Около двенадцати часов, – сказал он. – Ты помнишь, что произошло?
Ответить на его вопрос было не так просто. Она не могла понять, что ей снилось, а что было на самом деле.
– Смутно, – призналась девушка. – Ты, кажется, назвал меня строптивой девчонкой, а Беллатриса целилась в тебя, и я…
Она на мгновение зажмурилась, осознавая весь смысл сказанного и постепенно вспоминая. Почему она не отразила заклинание, а бросилась вперёд? Что-то на уровне инстинкта, предчувствие, что большего она сделать не успеет, и совсем никаких мыслей о том, что она рискует собственной жизнью. Именно этого Гермиона Грейнджер всегда и боялась – сделать, а потом подумать. Хотя с другой стороны, всё это было не напрасно, совсем не напрасно. Ведь собой она закрыла Ремуса.
– Ты спасла меня, – закончил её прерванную фразу Люпин и снова улыбнулся ей. – И Сириуса. Если бы не ты, меня бы здесь уже не было.
Последняя фраза, вероятно, должна была быть шуткой, но тот страшный взгляд, которым одарила мужчину Гермиона, заставил его почувствовать себя ещё более неловко. О, ему не понять, как сильно её пугало это! Страх снова липкой слизью подкрался вверх по её горлу.
– Никогда больше не говори так, – с трудом выдавила из себя девушка, крепко сжимая своей рукой его ладонь, после чего попыталась приподняться.
Ремус тут же бросился помочь ей. Придержав её за спину, он никак не мог предугадать, что Гермиона вместо того, чтобы отпустить его, бросится к нему на шею.
– Эй, что… – Люпин проглотил собственный вопрос и молча обнял девушку в ответ. – Всё хорошо, Гермиона. Всё в порядке, успокойся.
– Это так страшно, Ремус, – её сбивчивый шёпот щекотал его ухо. – Я никогда не считала себя трусихой, но мне ужасно страшно. Говорить о войне – одно, а чувствовать её приближение – совсем другое. Я так боюсь, что погибнут люди, те, кто мне дорог, те, кого я люблю.
Вместо ответа мужчина ещё крепче прижал её к себе и ласково начал гладить по волосам. Некоторое время продолжалось молчание. Ему было нечем её утешить, ибо даже прикрытая красивой ложью перед ней всё равно вскоре откроется правда. Грядёт война, в которой падут многие. И никто тут не может получить билет на выживание.
– Я знаю, милая, я знаю, – произнёс Ремус и чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза. – Но ты не должна бояться. Страх делает с людьми ужасные вещи. Ты не должна позволить ему изменить тебя.
Одной рукой он коснулся её щеки, стирая солёную дорожку от слёз большим пальцем. Лгать ей не было никакого смысла. И ему оставалось сказать лишь одно.
– Ты должна оставаться сильной, – полушёпотом продолжил Люпин. – Сильной и смелой, такой, какой ты всегда была. Гермиона, ты одна из самых удивительных ведьм, что я когда-либо встречал, лучшая студентка Хогвартса за последнюю сотню лет, ты умница и всегда будешь такой. И у тебя есть важная миссия в этой жестокой войне. Ты нужна Гарри. Он – надежда всего магического мира, но он не сможет одолеть такого сильного врага в одиночку.
– Гарри не один, – тут же возразила девушка. – А как же вы? Как же Орден? Дамблдор? Сириус? Ты? Мы все поможем ему!
Взгляд мужчины медленно опустился вниз к её подбородку, позволяя выгадать немного времени, чтобы подобрать правильные слова.
– Придёт время, когда мы не сможем помочь ему, – Ремус деликатно зашёл издалека, стараясь как можно дольше не смотреть снова девушке в глаза. – Никто не знает, что будет завтра. В министерстве ты повела себя очень смело – мы с Сириусом остались живы благодаря тебе. Но в дальнейшем, если расставлять приоритеты…
Его голубые глаза перехватили её полуобиженный взгляд. Он не пытался сломить её, нет. Лишь убедить в том, что она и так прекрасно знала. Гермиона не смогла долго сопротивляться: как бы ей ни хотелось это отрицать, Люпин был прав. Не нужно было быть Трелони, чтобы понять кто из них должен оказаться рядом с Гарри в тот самый момент.
– Это всё очень серьёзно, – подвёл итог мужчина и, чуть склонив голову на бок, продолжил с лёгкой игривостью в тоне. – Запретить тебе что-то я не могу: я больше не твой преподаватель, да и мы не в школе. Поэтому я хочу взять с тебя обещание в надежде, что ты сдержишь своё слово. Позволишь?
