Текст книги "Солярис (СИ)"

Автор книги: Lia Fe

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 34 страниц)

Спустя мгновение я почувствовала, как меня что-то сжало. Стало очень страшно, слёзы норовили вырваться наружу в любой момент. Все мышцы в моём теле были напряжены, словно выкованные из камня, я боялась их расслабить. А через несколько секунд я ощутила его – тёплое дыхание на своей шее. По всему телу побежали мурашки. А затем Алек шепнул мне на ухо:

– Ты в порядке?

И в этот миг оцепенение отступило, и мне удалось выдохнуть. Раздались аплодисменты прохожих. Я стояла на тротуаре, целая и невредимая, а Алек находился рядом и крепко обнимал меня. Я прижалась к нему всем телом. Его рука крепко сжимала мою, именно за неё он одёрнул меня с дороги. Другой же, Алек прижал меня к себе.

– Да, я в порядке, – в ответ прошептала я дрожащим голосом и отстранилась. Хотя с радостью бы провела в крепких объятиях парня минуту-другую. С большим трудом мне удалось не разреветься, всё тело тряслось, а по спине пробежал холодок. Я почувствовала, как тепло, исходившее от Алека, покидает меня. Господи, какая же я глупая. Ну что за дурочка! Ведь только дурочка попадёт в такую опасную ситуацию!

– Хорошо. Только, пожалуйста, больше так не делай, – серьёзно произнёс Алек, смотря мне прямо в глаза, а после небольшой паузы добавил – Ладно, главное, что ты в порядке.

Он потрепал меня по макушке, и мы медленно пошли по дороге. Я попыталась начать беседу на какую-то отстранённую тему, но разговор не вязался. И дело было не в том, что мы отдалились, просто мы оба знали, что за мысли на самом деле бродят в головах друг у друга.

Нервы постепенно успокаивались, страх отпускал, и я вновь овладевала собой. А вместе с этим начало приходить понимание, не одна я дико испугалась в этой ситуации. Алеку тоже стало страшно, страшно за меня, и именно этот страх не дал мне попасть под колёса злосчастного джипа. Алек спас мне жизнь.

Мои мысли прервал неожиданно раздавшийся телефонный звонок. Это был сотовый Алека. Он глубоко выдохнул, достал телефон из кармана куртки, нажал на экран и приставил трубку к уху.

– Слушаю. Да. Что?! – его плечи заметно напряглись, он выглядел взволнованным и сосредоточенным. – Хорошо, хорошо, я приеду как смогу, только не ругайся, – быстро положив трубку, Алек засунул телефон обратно в карман.

– Что-то случилось? – робко спросила я. Мой спутник, оторвавшись от своих мыслей и вспомнив обо мне, поднял голову.

– Нет, нет, ничего серьёзного. Но я боюсь, наша прогулка закончена, мне нужно уехать, – резко сказал он, а после секундной паузы добавил: – Не переживай, я отвезу тебя домой.

– Ну раз ты так говоришь… – с сомнением начала я, не зная, верить ему или нет. Ведь этот парень говорил он одно, а вёл себя совершенно наоборот.

– Прости, мне просто нужно спешить. Это совершенно никак не связано с тобой.

Чётко. Грубо. Лаконично. Вся эта ситуация казалась чересчур странной. Мне вполне ясно указали моё место, и всё же… Мои глаза встретились с зелёными глазами моего нового друга, в них читались волнение и тревога. А мой внутренний голос кричал: «Великие силы, Мила, возьми себя в руки, этот парень тебе жизнь спас, а ты строишь из себя неизвестно кого! Давай же, поддержи его». Как ни странно, это придало мне сил и я, сконцентрировавшись, выпалила на одном дыхании:

– Тогда чего мы ждём? Пойдём быстрее! – ответила я и стремительно зашагала ко входу в парк. Алек с благодарностью кивнул. Что бы там не произошло на самом деле, я смогу обдумать это позже.

Всю дорогу мы шли молча, а когда добрались до мотоцикла, он протянул мне шлем и я, коротко поблагодарив, натянула тот на голову.

Обратно мы ехали на гораздо большей скорости, чем в первый раз. Мои ноги снова заледенели, воздух каким-то образом умудрялся проникать даже под свитер. Мои волосы растрепались, а руки раскраснелись. Но я терпела, как могла, так как понимала, что жаловаться в такой ситуации было бы слишком по-детски. К тому же, в глубине души я корила себя за недальновидность, кто же так легко одевается на вечер? Через несколько минут мотоцикл прибыл на место. Я слезла с него и, в полном молчании, протянула Алеку шлем.

Я уже было собралась отвернуться и пойти домой, но он внезапно остановил меня.

– Постой, не уходи. Прошу прощения за то, что мне приходится так быстро уехать, – он робко улыбнулся своей ослепительной улыбкой.

– Не извиняйся, я всё понимаю, – промямлила я – дела и всё такое.

– Да, именно. Рад, что ты всё понимаешь. В общем, спасибо за вечер и приятных снов, Мила.

– И тебе спасибо. И за то, что спас меня сегодня. Я этого не забуду, – робко ответила я, и следом добавила – И хватит стоять, ты же опаздываешь!

Он усмехнулся и, снова надев шлем, тронулся с места, успев лишь махнуть рукой на прощание. Я тоже помахала парню вслед, провожая чёрный байк взглядом.

Вот вам и свидание. Я не знала, плакать мне или радоваться. Может просто забыть всё, что произошло сегодня? Нет, такое мне точно забыть не удастся. В глубине души я порадовалась, что не строила никаких ожиданий на сегодняшний вечер, ведь они бы всё равно не совпали с реальностью. Очередной порыв холодного ветра выдернул меня из размышлений и я быстрым шагом направилась домой.

Глава 7

Эта ночь выдалась беспокойной. Сначала я долго не могла уснуть, постоянно думая о своём провальном свидании. В голову лезли навязчивые вопросы, вроде: почему Алек так быстро уехал? Может, я сказала что-то не то или обидела его? Неужели это из-за того, что я чуть не попала под машину? Голова раскалывалась, но ближе к двум часам ночи я всё же смогла провалиться в сон.

К сожалению, это было ненадолго. Снова и снова мне снилось, как джип несется прямо на меня, и я вскакивала на кровати, вся покрытая холодным потом. Затем поняв, где действительно нахожусь, ложилась обратно и, более-менее успокоившись, снова засыпала. А потом просыпалась снова. К шести утра я окончательно растеряла остатки сна.

Откинув скомканное одеяло в сторону, я опустила ноги на пол, обула тапочки и, шаркая, направилась в ванную. Из зеркала, висящего над раковиной, на меня смотрело нечто. Волосы растрепались и были похожи на стог сена, глаза опухли, будто от слёз и покраснели. Нет, надо что-то с этим сделать, подумаешь, не выспалась, с кем не бывает. «Со мной не бывает» – снова дал о себе знать внутренний голос. Ну и ладно, всё случается в первый раз, я уверена, что контрастный душ, горячий кофе и свежий воздух помогут мне взбодриться и набраться сил, хотя бы для учёбы.

Недолго думая, я достала из шкафа махровое полотенце и включила воду. Как и ожидалось, душ действительно помог прийти в себя. Вспомнилась поговорка: «Утро вечера мудренее». Так с рассветом мои переживания отошли на дальний план, и я смогла хоть немного поставить мозги на место.

Высушив голову и сделав лёгкий макияж, я схватила телефон и настрочила Лине СМС: «Сегодня беру кофе на себя, встречаемся внутри, М». Мне хотелось поскорее выбраться на улицу, подышать свежим воздухом, проветрить голову, буквально. А перспектива поболтать с Глебом в пустом кафе казалась лучше, чем в очередной раз слушать, как Арина и мама сплетничают о своих знакомых. Тем более, мне не терпелось поговорить с Глебом об Инге и о том, что произошло между ними на вечеринке.

Не теряя времени, я достала из шкафа форменный пиджак, белую рубашку и серые зауженные брюки, тоже форменные. Волосы заплела в тугую косу-колосок, подвязав их бледной атласной лентой. Чёлка беспощадно лезла в глаза, все попытки укротить дикого зверя не увенчались успехом. Одевшись и брызнувшись любимыми духами, я закинула в рюкзак всё необходимое и выпрыгнула за дверь.

С первого этажа доносился приятный аромат кофе и яичницы. В животе характерно заурчало, и я мысленно одёрнула себя, твёрдо решив, что позавтракаю вне дома. Спустившись по лестнице, я завернула на кухню, чтобы поздороваться с родными и тут же попрощаться. Первым, кого я увидела, был папа, он восседал в центре стола. В одной руке у него была свежая газета, а в другой небольшая белая чашка, его любимая. От неё исходил горячий пар, видимо мама только-только налила туда эспрессо. Сама она небрежно суетилась на кухне, то подбегая к холодильнику, то к тостеру, то возвращаясь к плите. Арины нигде не было видно.

– Доброе утро, – первой подала голос я.

– Доброе, – поддержала мама.

– Ты уже собралась? – уточнил папа.

– Ну да.

– Но еще и семи нет, – уточнил он, а я посмотрела на часы.

– Без десяти семь, – поправила я.

– Садись завтракать, солнышко, – прощебетала мать – я сейчас сделаю тебе кофе.

– Нет, спасибо, я вообще-то зашла сказать, что уже ухожу. Нужно, нужно… – мозг напряженно придумывал оправдание – …помочь Инге с открытием книжного клуба. Еще до уроков. Первый день и всё такое, ну вы понимаете, – я с надеждой затаила дыхание.

– Но раз так, – начала мама – то конечно иди.

– Но мы так и не поговорили, – резко добавил папа.

Это правда. С тех пор, как он вернулся и сообщил о своём скором отъезде, мы больше не поднимали эту тему. Либо отец всё время пропадал на работе, либо я уходила на День Рождения или свидание. О последнем, правда, ему лучше было не знать.

В общем, мы так и не нашли времени на разговор. Как бы там ни было, сейчас мне не хотелось выслушивать лекции о том, как важно ценить его труд и о том, что он работает ради нас и бла бла бла. Каждый раз одно и то же, словно заезженная пластинка. Мне не хотелось грузить себя этим разговором, и так переживаний выше крыши, поэтому я сказала:

– Но сейчас я не могу. И так опаздываю.

– Неужели твои подруги не справятся без тебя? – продолжал настаивать на своём отец.

– Но я обещала! И в отличие от некоторых, я сдерживаю обещания, – после моих слов папа изменился в лице, а я испуганно раскрыла глаза. Надо же было такое ляпнуть. Да, я злилась на папу, но обижать его тоже не хотела. Так что поспешно добавила – Извини.

– Иди по своим делам, поговорим позже, – мрачно ответил он.

Уговаривать меня не пришлось, я быстро выскочила в коридор, нацепила на ноги черные кожаные оксфорды, надела плащ и выбежала из дома.

Погода оказалась абсолютно противоположной вчерашней. Утреннее небо было затянуто массивными белыми облаками, но дождь не собирался. Листья стремительно желтеющих деревьев шелестели на ветру. Было довольно тепло, и всё же я посильнее запахнула плащ, заранее обмотав вокруг шеи форменный серо-бордовый шарф. Сделав глубокий вдох, я надела любимые наушники, зазвучала заслушанная до дыр песня Эрни Хальтера. Я зажмурилась от удовольствия и, засунув руки в карманы, пошла по направлению к «La Palette».

По дороге я практически ни о чём не думала, просто наслаждаясь пейзажем пустынных улиц. Ночные переживания таяли с каждой секундой, но вопросы по-прежнему оставались. И главный из них звучал, как «И что дальше?». Я не знала ответа, как и не знала, чего хочу больше. Это всё так сложно! Нужно будет обсудить случившееся с Линой, она точно даст хороший совет, я уверена. Но это позже, а пока я должна поговорить с Глебом и сосредоточится на уроках.

Как только в моих мыслях всплыло имя приятеля, я поняла, что уже дошла до нужного дома, золотая надпись завораживала своим очарованием. Сквозь маленькие решетчатые окна виднелся приглушенный свет старых подсвечников. Мои плечи поднялись в очередном глубоком вздохе, и затем я толкнула дверь.

Одного взгляда на зал хватило, чтобы мои губы расплылись в довольной улыбке. Как я и предположила, посетителей в ранний час совсем не было, хоть кафе и открылось в шесть утра.

Я никогда не понимала этой особенности «La Palette», ведь все остальные заведения работали примерно с девяти и до восьми. А это кафе открывалось с первыми лучами сентябрьского солнца и закрывалось в одиннадцать. Помимо Глеба здесь работали еще пара бариста, да и только, ни хозяина, ни управляющего я ни разу не встречала.

– Привет, – радостно протянула я, усаживаясь на высокий стул напротив бара. Знакомый стоял спиной к двери и аккуратно выставлял новую партию сиропов на полку.

– Ты что тут забыла в такую рань? – даже не обернувшись, ответил он.

– В смысле, рань? Всего-то на пол часа раньше пришла… – начала было я, но тут Глеб обернулся, и я обомлела – …это, это что?

– Ты о чём? – лукаво ухмыльнулся он.

– Ты знаешь! – мой голос стал в разы выше и тоньше. – Ты что, сбрил свою бороду?

– Ну да, – беззаботно ответил он.

Я моргнула, проверяя, не привиделось ли мне это. Нет, сейчас на месте густой бороды была лишь щетина.

– С чего это вдруг?

– Надоела.

– Да ты шутишь!

– Нет.

– Но ты же её обожал.

– Да, но всё рано или поздно может приесться, к тому же она меня старит.

– Не правда, да и вообще с каких пор тебя это заботит? – прищурилась я.

– Да вот, подруга, сидел я прошлой ночью, смотрел на звёзды, думал о жизни и понял, что пора в ней что-то менять, – его мечтательный философский тон заставил меня рассмеяться.

– И ты решил начать с внешности?

– В точку, – Глеб одновременно щёлкнул пальцами, указывая на меня, и цокнул – ладно, хватит обо мне. Расскажи лучше, почему пришла раньше обычного?

– Да ничего особенного, – начала я – просто ночка выдалась паршивая, никак не могла заснуть, вот и вскочила в шесть утра.

– Ты? Не могла заснуть? А так вообще бывает? – собеседник широко улыбнулся, хотя в его глазах виднелась тревога.

– А что, со всеми бывает, а со мной не может быть?

– Что ж, это логично, – пожал плечами Глеб. – Так значит, тебе нужен кофе?

– Да! – воскликнула я – И много!

– Сейчас сделаю. Ты голодная?

– Ну вообще я еще ничего не ела, так что не откажусь от какого-нибудь пирожного.

При мыслях о свежей выпечке, у меня потекли слюнки.

– О, у меня есть кое-что, тебе точно понравится. Одну секунду, – произнёс Глеб и скрылся на кухне, расположенной прямо за баром – вот. Это, конечно, не навороченное пирожное, но зато вкусно.

Прямо передо мной на тарелке лежали два огромных круассана. В нос мигом ударил приятный сладкий аромат, а от самой выпечки еще исходило приятное тепло.

– Какая красота, а что за начинка? – восторженно спросила я.

– Обычный крем, они только из духовки, попробуй, – сказал парень и поставил перед моим носом большую чашку кофе.

Великие силы, если Глеб продолжит в том же духе, то я брошу свою жизнь и выйду за него замуж.

Я молча повиновалась и откусила небольшой кусочек. Десерт захрустел, а затем я почувствовала вкус сладкого крема.

– Вкуснятина! Ты это что, сам приготовил?

– Ну да, – Глеб явно покраснел.

– Круто! Не знала, что ты умеешь печь.

– Да ты вообще многого обо мне не знаешь, – улыбнулся друг, наливая вторую чашку кофе, уже для себя, и усаживаясь напротив, по другую сторону барной стойки.

– Это точно, хоть мы и знакомы целую вечность.

– Да, но знаешь, если честно, я почти не общаюсь со своими клиентами, так изредка болтаю с некоторыми. Но вы с Линой исключение, может потому, что приходите сюда уже несколько лет, не знаю, – я хотела вставить слово, но он не позволил – я просто хотел сказать, что был приятно удивлён, когда ты позвонила позавчера и попросила об услуге.

– Почему?

– Сам не могу понять, но я был рад помочь. Вы, девчонки, хорошие и умные, с вами всегда есть о чём поболтать. И подружки у вас хорошие, особенно та, как её…

– Инга? – уточнила я.

– Именно, Инга, – еще раз улыбнулся Глеб, делая большой глоток из своей чашки.

– Да, она замечательная, – кивнула я – помнишь, я рассказывала тебе про наш Книжный клуб и сайт?

– Такое забудешь, ты же прописалась в нём без права на выселение.

– Именно так! – засмеялась я. – Так вот это Инга всё придумала. Она у нас, так сказать, президент клуба, мозг операции.

– Да? Это круто, – парень одобрительно поджал губы и покачал головой.

– Не то слово! На самом деле, я ей даже немного восхищаюсь, не каждый может отдаться чему-то на все сто процентов, даже любимому делу. А она может и делает. Инга не будет спать ночами, редактировать статьи, организовывать встречи и конкурсы. И всё это ради других людей.

– Перебарщиваешь, Арден, – усмехнулся Глеб.

Мы оба понимали, о чём речь, но я всё равно невинно захлопала глазами. Подумаешь, немного рекламы…

– Ты и сама не хуже, – продолжил друг – пашешь как ломовая лошадь, не выходишь из библиотеки.

– Скажешь тоже, – фыркнула я, а затем слегка улыбнулась – но спасибо. Правда, всё равно это не так круто. Кстати, я всё хотела спросить, как твой локоть?

– Уже почти зажил, – ответил собеседник – твоя подруга отлично умеет обрабатывать раны.

– И зализывать, – прошептала я, а затем сделала большой глоток кофе, чтобы не рассмеяться. Перед глазами так и стояла картина, полураздетый Глеб и смеющаяся Инга. Ну-ну.

– Кстати, как там всё закончилось, дом цел, родители не устроили взбучку?

– Вроде нет, точно не знаю, мы не говорили после вечеринки. Инга лишь на утро прислала СМС, что всё хорошо и поблагодарила за помощь.

– Понятно.

– На самом деле, мне очень любопытно, будут ли обсуждать этот хаос в школе. Наверняка будут!

– Не думал, что меня будут интересовать школьные сплетни, – покачал головой Глеб. – Но ты же расскажешь потом?

Я выпучила глаза.

– Обязательно.

И не успела сказать больше ни слова, как дверь за моей спиной распахнулась и в кафе влетела Лина. Подбежав к стойке, она сказала:

– Я не опоздала, ровно тридцать минут, – задыхаясь, подруга ткнула пальцем в наручные часы, стрелки которых показывали ровно полвосьмого.

– Хорошо, я тебе верю, – улыбнулась я.

Лицо приятельницы раскраснелось от быстрой ходьбы, но сама она выглядела, как всегда, чудесно. Из под красного плаща выглядывали форменный бордовый пиджак, юбка в серо-малиновую клетку и белая блузка с кружевами. Волосы девушка решила собрать в высокий хвост.

Наконец отдышавшись и подняв голову, Лина посмотрела на опустевшую посуду.

– А ты что, давно меня ждёшь?

– Нет, я просто пришла пораньше.

– С чего это вдруг? – с подозрением спросила она.

– Не выспалась.

– С каких это пор ты не высыпаешься?

Глеб не сдержал смешок. Они все, что, сговорились? Ну иногда люди не высыпаются, такое бывает. Даже чаще, чем иногда.

– Долгая история, расскажу всё по дороге. Глеб, можно нам два латте с собой?

– Глеб? – выпалила Лина, округлив глаза. – А что у тебя с…

Подруга недоуменно начала водить пальцем вдоль собственного подбородка.

– Решил сменить имидж, – перебил тот.

– Хм, а тебе идёт.

– Спасибо, – благодарность дополнила мягкая улыбка. – Так что, два латте?

Я кивнула в подтверждение.

– Эй, Арден, я бы на твоём месте поостерёгся пить столько кофе, вредно.

– Сама знаю, зануда, но ничего не могу с собой поделать.

– Пожалуйста, противная девчонка, – он выставил перед нами два бумажных стаканчика.

– Так, и сколько я тебе должна за всё? – я указала ладонью на стаканчики и пустую посуду.

– Расслабься, сегодня угощаю.

– О, спасибо, – робко произнесла я, беря свой стаканчик и поворачиваясь к выходу, куда уже ушла Лина. – До встречи!

– Погоди, – остановил меня приятель, когда моя рука уже тянулась к дверной ручке. – Я, кажется, знаю, как ты можешь вернуть мне долг.

– И как же? – заинтригованно спросила я.

– Дашь мне телефон своей подруги, Инги? – тихо произнёс он, словно боялся, что нас подслушают.

– Конечно, – ответила я, в который раз за сегодня сдерживая улыбку – записывай.

***

За каких-то двадцать минут людей на улице стало намного больше. Тут и там сновали мужчины с портфелями, женщины гуляли с собачками, а дети направлялись на учёбу. Я подошла к лучшей подруге, та грела руки о тёплый стаканчик.

– Что он хотел? – с любопытством поинтересовалась она.

– Не поверишь. Попросил номер Инги, – хихикнула я, и мы пошли к школе, параллельно продолжая беседу.

– Да ладно? Это очень здорово. А ей скажем?

– Думаю да, рано или поздно она всё равно узнает, что это я дала ему телефон.

– Это точно, поэтому лучше предупредить заранее.

– Вот и я так подумала. Кстати, а чего ты так бежала? – поинтересовалась я, вспоминая запыхавшуюся подругу.

– Не поверишь, проспала!

– Ты? С каких пор?

– Тех же, что и ты не высыпаешься, – выпалила она, и мы дружно рассмеялись.

На секунду, я поймала себя на мысли, что чувствую себя намного лучше. Да, у меня есть о чём нервничать, есть вопросы без ответов, я практически не спала, но сейчас я иду бок о бок с лучшим другом, и мне уже от этого хорошо.

– Ладно, а если серьёзно?

– Да я вчера до двух часов ночи переписывалась с Никитой, вот и вырубилась без сил. Даже будильник прослушала.

– Ничего себе, – удивилась я. – И как протекает жизнь в Равенской Академии Искусств?

– Отлично. В этом году они ставят «Щелкунчика», со дня на день начнутся пробы на главные роли. Никита, конечно же, будет пробоваться на роль принца.

– Здорово, но я думала, что это очень сложный балет. Разве его осилит непрофессиональная группа студентов?

– Ты что! Это же ребята из самой «РАИ», конечно, они его осилят. Я более чем уверена, что постановка будет великолепна, – пока подруга продолжала восхвалять студенческий состав престижной академии, мы подошли к высоким черным воротам.

Несмотря на то, что до первого урока оставалось каких-то пятнадцать минут, во дворе кишела жизнь. Больше всего привлекала внимание группа поддержки, с самого утра тренирующаяся на лужайке. Вопреки прохладному осеннему ветру, большая часть девчонок была одета в короткие спортивные юбки, на плечах у них красовались серые куртки-бомберы, благодаря которым они становились похожи на героинь американских кинофильмов. Не менее громкими оказались ребята из хора, они распевались, сидя прямо на столах для обеда. Наверное, у них первым уроком класс по вокалу, везёт, у меня же геометрия.

На контрасте с этими двумя компаниями, остальные ученики казались серой массой. Прогуливающиеся вдоль крыла младшеклассников, читающие книгу под деревом, болтающие на ступеньках крыльца, они были фоном для местных заводил, но в тоже время составляли большую часть нашей школы.

Войдя в вестибюль, мы медленно направились к гардеробу.

– Кстати, как тебе Глеб без бороды? – спросила я.

– О, я так удивилась, когда увидела его. На секунду даже подумала, что это не Глеб, а какой-то новенький бариста, – ответила Лина, настороженно оглядываясь на поток школьников вокруг нас.

– Да, я тоже была в шоке.

– Но я вправду думаю, что так ему намного лучше, – подруга хмыкнула своим мыслям.

– Что? – прищурилась я.

– Да ничего, просто сначала такие мускулы, потом щетина… Мне любопытно, что он выдаст в следующий раз.

– Ну всё, теперь ты и меня заинтриговала, – захихикала я, а потом моё внимание привлекли довольные подростки, идущие навстречу.

Все они смотрели на нас с Линой и улыбались во все тридцать два зуба. Я несколько раз моргнула, отгоняя наваждение. Да ну, это ерунда какая-то. Скорее всего, мне померещилось с недосыпа.

– А он не сказал, почему это сделал? – спросила подруга, отвлекая меня от рассматривания встречного потока.

– Он сказал, что она его старит, – усмехнулась я.

– Что?! – искренне удивилась Лина – Не может быть!

– Да, и меня удивил этот нелепый аргумент.

– Именно. От точно лжет.

В эту секунду к нам подбежали три девочки, кажется, они учились в восьмом классе, показали большие пальцы вверх и убежали. Мы с подругой остолбенели от удивления, но всё же смогли улыбнуться в ответ.

– Так, мне кажется или что-то происходит, – первая отошла от оцепенения Лина.

– Тут точно что-то происходит, гляди, как народ на нас смотрит, – прошептала я.

Хорошо, что в этот момент мы дошли до своей части гардероба, так что, пройдя в секцию для одиннадцатых классов, нам выпала возможность поговорить без посторонних ушей. По крайней мере, мне так казалось.

– Когда мы только вошли, я заметила, что ребята на нас как-то странно смотрят, – сказала подруга, снимая плащ.

– Я тоже! Но думала, что мне показалось, – подтвердила я её догадку.

– И как это всё понимать?

– Не знаю.

Тут к нам снова подошли ребята. На этот раз это были девушка и парень из десятых классов, первая робко переминалась с ноги на ногу, так что мальчик начал говорить сам.

– Вы же подруги Инги Лейман? – спросил он.

– Эм, ну да, – неуверенно ответила я.

– Передайте ей, что она классная.

– Вы все классные, – поправила девчонка своего приятеля.

– Оке-ей, – медленно протянула я, растягивая каждую букву.

– Спасибо, – намного бодрее ответила Лина.

Сразу после этих слов они удалились, а мы беспомощно уставились друг на друга.

– Ну теперь у нас хотя бы есть зацепка, – пожала плечами я, беря портфель.

– Да, нужно поговорить с Ингой, – кивнула Лина.

– Тогда давай найдём её сразу после геометрии.

– Замётано. А сейчас пойдём быстрее в класс, а то с минуты на минуту прозвенит звонок.

По пути к кабинету нам попадались такие же счастливые школьники. Ну вот, не прошло и двадцати четырёх часов, а в мою копилку под названием «Вопросы без ответов» упала еще одна монета.

***

Весь урок я витала в облаках, думая то о джипе, то об Алеке, то о разговоре с отцом. Но в данную секунду больше всего меня волновали ребята из школы. С чего это они стали так приветливы и внимательны? Еще и та странная парочка в раздевалке, просто с ума сойти. В голову не приходило ни одного нормального объяснения, даже наоборот, фантазия уносилась вдаль, придумывая самые нелепые ситуации. Вот я понимаю, если бы мы выиграли в лотерею, побывали у президента, ну или, в крайнем случае, сдружились с кинозвездой. Но мы…в мозг пришла странная догадка, но она казалась настолько нелепой, что я даже встряхнула головой, чтобы отогнать её. Нет, нет и нет, Алек точно не может быть кинозвездой, я бы знала. Да и причём тогда Инга и Лина? Нет, этот вариант точно отпадает.

– Мила! – услышала я резкий голос учительницы.

– А? – удивлённо спросила я.

Оказывается, Ирина Михайловна давно перестала читать занудную лекцию о том, как сложно нам всем будет сдать экзамен на большие баллы и о том, как сильно это повлияет на нашу жизнь. В общем, ничего нового, всё то же, что говорит каждый учитель про свой предмет из года в год. Но сейчас учительница смотрела прямо на меня, да и весь класс тоже. Лина молчала, боясь даже вздохнуть в гробовой тишине.

– Я спрашиваю, чему равна длина диагонали параллелепипеда.

Я перевела взгляд за спину преподавательницы, ребята зашептались. Легкотня. Параллелепипед то прямоугольный. Так чему там равны стороны…два, три и четыре? Суммируем квадраты длин, и извлекаем корень.

– Корень из двадцати девяти, – уверенно произнесла я.

Я, конечно, не фанатела от точных наук, как Алек, но дурой тоже не была.

В классе снова воцарилась полная тишина, но через несколько секунд голос Ирины Михайловны зазвучал вновь. Никак не отреагировав на мой ответ, она повернулась к другой половине класса и продолжила вести урок.

– Теперь представим, что высота фигуры увеличилась вдвое, чему будет равна длина диагонали? Вилен.

– Ты чего? – шепотом спросила Лина.

– Просто задумалась, – также тихо ответила я.

– Давай возвращайся на землю, а то так пропустишь что-нибудь важное.

– Знаю.

Так и прошёл весь урок. Учительница постепенно допрашивала класс, я думала о своём. Когда часы показали, что до звонка осталось меньше минуты, мне на телефон пришла СМС: «Встречаемся в женском туалете. Сейчас! И». Я обеспокоенно посмотрела на лучшую подругу, Лина тоже смотрела на меня. Я поняла, что она тоже получила сообщение. Инга сама дала о себе знать.

Как только по школе разнёсся характерный звон, мы выскочили из-за парты и побежали в коридор. По дороге к месту назначения нам встретилась Соня, её короткие белые волосы немного растрепались.

– Вы тоже получили? – прерывисто дыша, спросила она.

– Да, ты знаешь что случилось? – в ответ спросила Лина.

– Хватит болтать, сейчас всё узнаем, – оборвала я их обеих на полуслове и ускорила темп.

Когда мы, наконец, добрались до нужного места, Инга уже ждала нас. Она плотно закуталась в большой бордовый кардиган и, сидя на подоконнике, смотрела в окно. Когда входная дверь распахнулась, она встревоженно обернулась на нас.

– Что случилось? – первой не выдержала я. А следом, мысленно одёрнула себя за бестактность. Вдруг и правда случилось что-то серьёзное, нужно быть помягче.

– Вы заметили, что люди ведут себя по-другому? – робко начала Инга.

– Ты о ребятах из школы? – уточнила Лина, восстанавливая дыхание.

– Да, о них.

– Ну такого и при всём желании не пропустишь, – ответила я.

– Так вот это из-за меня, то есть из-за моей вечеринки.

– Как это? – удивилась Соня.

– Я думала, что все разозлятся из-за псевдо полицейских, – поддержала Лина – но они явно какие-то довольные и счастливые.

– Я тоже, – поспешила вставить свои пять копеек и я. – Они же всех выставили из дома, сорвали праздник. Ну по крайней мере, ребята должны были в это поверить.

– Вот именно! И я так думала, – воскликнула Инга, спрыгивая с подоконника – думала, что все походят, поворчат и забудут. А тут…

– Ну?

– Что?

– И?

– …они в восторге! – наконец закончила подруга.

– В смысле?! – хором воскликнули мы, открыв рот от удивления.

– Не может быть! – воскликнула Лина.

– Их же выгнали, – это я.

– Но почему? – а это Соня.

– Да всё просто! Ребята говорят, что моя вечеринка была настолько крутой, что даже соседи вызвали полицейских. Теперь они все хотят прийти в следующий раз, даже восьмиклассники! – шок от этих слов оказался настолько велик, что на некоторое время воцарилась абсолютная тишина.

– Но это же хорошо, нет? – наконец прервала молчание Соня.

– Нет! – почти крикнула Инга. – Я больше не хочу устраивать вечеринки, никогда! Как представлю всё что было, мне плохо становится!

– Так не устраивай, тебя никто не заставляет, – заботливым тоном произнесла Лина, а затем подошла к подруге и обняла её за плечи. И как это у неё получается, быть такой милой и тактичной? Я так никогда не смогу, даже если буду десять лет учиться смирению у буддистских монахов.

– Да, они не могут принудить тебя, так что не переживай.

– Спасибо, девочки, но я не уверена, что родители позволят мне такую роскошь.

– Мы с ними поговорим, – поддержала Соня.

И пусть в этих словах не было правды, Инге нужно было их услышать. Хотя мы, теоретически, и вправду могли поболтать с мамой и папой подруги за чашечкой английского чая, они вряд ли бы стали слушать кучку необузданных школьниц. Даже таких симпатичных, как мы.

– К тому же, тебе уже восемнадцать, а это последний учебный год в «СШС», – произнесла я.

– Мила права. Но всё равно помни: что бы ни случилось, мы всегда будем рядом, – улыбнулась Лина.

Инга поочерёдно окинула нас своим встревоженным взглядом, а потом глубоко вздохнула.

– Еще раз спасибо вам, – немного успокоившись, улыбнулась девушка. – Но что теперь делать с ребятами? Они еще долго будут обсуждать эту тему.

– Готова поспорить, что завтра эта новость будет в школьной газете и в новом выпуске новостей, – засмеялась Соня.