Текст книги "Солярис (СИ)"
Автор книги: Lia Fe
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 34 страниц)
– Ого, – я старалась говорить как можно меньше, чтобы не отвлекать и не сбивать с мысли учителя.
– Да и как специалист скажу вам, что не так-то просто управлять Буцефалом и подхватывать девушку одновременно, – на этот раз я не смогла скрыть удивления. – Видел вас, когда подъезжали к конюшням, – пояснил Виталий Семёнович, отвечая на немой вопрос.
– Я и не знала, – виновато произнесла я.
– Ничего, конь то у парня о-го-го, и десятерых выдержит. Да и Алек талантливый наездник, мог бы стать отличным спортсменом, если бы не отец.
– Георгий Антверлен.
– Уже в курсе? – я кивнула. – Именно, в такой семье, как Антверлены, понятие свободы относительно.
– Но я слышала, что брат Алека каким-то образом смог обеспечить себе свободу.
– Евгений? Да, парень выбил себе пару лет на путешествия, не больше. У таких как они – жизнь прописана с рождения. Это как золотая клетка. Да и Георгий не самый добрый папа. Не подумай, я очень его уважаю, он потрясающий бизнесмен. Но когда у тебя в руках такая ответственность, как «АНТ Констракшн» рано или поздно приходится выбирать между работой и семьёй.
Я нахмурилась, явно не понимая, к чему ведёт собеседник. У Алека ограниченная свобода, а его папа не самый милый и добрый отец на свете, и что дальше? Я-то здесь причём?
– Ты, наверное, не понимаешь, почему я тебе всё это рассказываю, – словно прочитав мои мысли, произнёс учитель. – У этих мальчиков была не самая лучшая жизнь. И, я не хочу показаться страшным дядькой, если тебе нужны только деньги Алека…
– Вы что?! – резко возмутилась я.
– Да, да, ты не такая, – саркастично произнёс старик.
– Не такая, и мне не нужны его деньги.
– Неужели? – он с подозрением прищурился.
– Я дочь Виктора Ардена, мне хватает на жизнь, – отчеканила я.
Никогда раньше мне не приходилось козырять именем отца, да и в других я этого совсем не любила. Считала пустой показухой и хвастовством. Но сейчас, этот человек обвинил меня в том, что я какая-то бесчестная охотница за деньгами. Да он ничего обо мне не знает!
– Ты? Виктора Ардена? – мужчина казался не столь удивлённым, сколь впечатлённым.
– Именно, – подтвердила я.
– В таком случае прошу прощения, – он сказал это спокойно, без эмоций, как самую обычную условность. Но последующая его речь была более взволнованной. – Пойми, я знаю этих мальчишек всю жизнь, знаю, сколько всего они пережили. Не хочу, что бы хоть кто-то из них страдал.
– Поверьте, я тоже этого не хочу, – я постаралась выдавить из себя всю искренность, на которую только была способна.
– Так значит, он тебе правда нравится?
– Правда, – ответила я и поняла, что наконец призналась. В первую очередь себе.
– Я смотрю, вы времени не теряете, – отметил Алек, подходя ближе.
Я покраснела. Великие силы, лишь бы он не слышал наших последних слов! Одно дело признаться себе, но совсем другое – ему. Забавно, я снова переживаю, как четырнадцатилетний подросток. Необычное ощущение, но на удивление довольно приятное.
– Нужно же было развлекать эту прелестную мадемуазель, пока ты шлялся неизвестно где, негодник.
– И я вам за это очень благодарен, – улыбнулся друг и посмотрел на меня. – Готова?
– Готова ли я? – моё лицо растянулось в ехидной усмешке. На что Алек удивлённо приоткрыл рот, улыбнулся, но так и не нашелся что ответить.
Обратная дорога в город была не такой приятной, как днём. Шоссе и улицы переполнились автомобилями, взрослые спешили выбраться из пыльных офисов и отправится по домам. Подростки прогуливались по вечернему городу, наслаждаясь погодой. А молодёжь сновала компаниями, явно ища приключений на сегодняшний вечер. Автобусные остановки переполнились так, что за свободное место в маршрутке могла разразиться третья мировая. Город жил и дышал, словно очнувшись от долгой спячки. А я наблюдала за всем этим со стороны, проезжая с Алеком под яркими дорожными фонарями.
Перед тем, как отправится, он подробно разузнал, куда точно мне нужно приехать. Так что мне не пришлось показывать дорогу прямо во время движения, я могла наслаждаться поездкой и размышлять о своём.
Когда мотоцикл свернул на знакомую улицу, я даже загрустила. Неужели этот вечер и вправду заканчивался?
Шины заскрежетали по асфальту, и мы остановились. Нехотя, я отстранилась от спутника и, перекинув ногу, спрыгнула с мотоцикла.
– Спасибо, что подвёз, – сказала я, пока мы оба избавились от шлемов.
– Рад помочь, – мягко улыбнулся Алек. Кажется, он тоже немного грустил. – Уверена, что больше ничего не нужно?
Эта интонация и взгляд, полный надежды…Внутри меня всё перевернулось. Захотелось просить, нет, умолять Алека остаться. Вцепиться в его кожаную куртку, как обезьянка, и сидеть рядом, пока всё тело не онемеет. Но разве я могла? Я тихо вздохнула и качнула головой.
– Уверена. Думаю, мы сами справимся.
– Как скажешь. Эй, Мила?
– Да?
– Когда я смогу снова тебя увидеть?
На этих словах взгляд Алека пронзил меня насквозь, в полутьме его глаза стали малахитовыми, и я готова была поклясться, что в жизни не видела ничего прекраснее. В его голосе послышалось необычное сочетание надежды и уверенности, а еще – желания. Он и вправду этого хотел.
– Думаю, скоро, – моё лицо озарила улыбка – я тебе напишу.
– Договорились, – уголки его губ дрогнули в короткой полуулыбке. – Забавно получается, в прошлый раз со свидания сбежал я, а теперь сбегаешь ты.
Я усмехнулась. И вправду, забавное совпадение. Только надеюсь, оно больше не повторится.
– Спасибо, – тихо сказала я – за понимание и поддержку.
– Мила, – Алек положил ладонь мне на щёку, отчего по всему телу словно заряд тока прошелся – я всегда буду поддерживать тебя.
Казалось, повелитель времени снова замедлил его. А я перестала слышать и видеть всё вокруг, кроме этого парня. Как так вышло, что меня тянуло к нему, словно намагниченную? Я же только-только его узнала. Чувства, бушующие внутри меня, не поддавались никакой логике. Я опустила ресницы, боясь представить, что будет дальше. Но тут дверь за моей спиной распахнулась, зазвенел колокольчик, из ресторана вышли трое посетителей.
Алек неспешно убрал руку с моей щеки, словно делая над собой усилие.
– Наверное, мне пора ехать, – лишь сказал он.
– Да, наверное, – нехотя подтвердила я.
Никто не пошевелился.
Прошла секунда, две, пять…
– До встречи, Мила Арден, – на прощание Алек подарил мне свою фирменную ухмылку и, заведя мотор, быстро скрылся в темноте.
С минуту я стояла и смотрела в пустоту, пытаясь осознать, что же это только что было. Но повторный звон колокольчика входной двери вернул меня в реальность, у меня еще будет время об этом подумать. А сейчас нужно отыскать Лину.
К моей радости, подруга нашлась очень быстро. Она стояла на складе и пыталась пересчитывать коробки. С первого взгляда было ясно, что работа ей давалась с большим трудом, ведь рядом стоял Макс и что-то усердно ей втолковывал.
Подойдя ближе, я смогла уловить лишь последнюю его реплику:
– Ну почему ты просто не согласишься? – злобно и отчаянно воскликнул парень.
Не успела Лина ответить, как я опередила её.
– Лина? – громко сказала я и одарила бармена многозначительным взглядом. – Привет, Макс, ты разве не должен быть в зале?
– Привет, Мила, – сухо поприветствовал он, явно расстроенный моим вмешательством. – Сегодня я работаю на складе.
– Слушай, мне нужно поговорить с Линой, это личное. Поэтому не мог бы ты… – мой взгляд уперся в табличку «выход».
– Но я…
– Пожалуйста, – сказала я резче, чем планировала изначально. Ну и плевать, если это заденет его нежные чувства. Когда кто-то лезет к моей лучшей подруге, я выключаю сантименты и включаю свою стерво-версию.
Не то чтобы мне нравилось быть такой злюкой, скорее это была необходимость. Жизнь в Средней школе Соляриса не всегда была сахаром, особенно для таких ботаников как мы. Как ни крути, но в любом учебном заведении, не важно, элитное оно или обычное, есть задиры. А если это задиры с толстыми кошельками, то их шутки и розыгрыши могут быть куда опаснее, чем в самой обычной школе.
Особых проблем с ребятами такого типа я никогда не испытывала, не считая прошлогоднего случая с маникюрной бандой. Просто еще в детстве насмотрелась, как одни ученики издевались над другими, без особой на то причины, а те, естественно, бросали школу или даже меняли город. Так что в один прекрасный день в третьем классе я поклялась себе, что если вдруг стану объектом насмешек и издевательств – то смогу за себя постоять. Так и происходило на протяжении семи лет, стоило хоть кому-то из хулиганов оскорбить меня или обидеть моих друзей, я ставила их на место, а порой могла и в драку ввязаться. Но последнее случилось всего дважды.
Я быстро поняла, что жертвами этих идиотов становятся робкие, беззащитные ребята, которые повинны лишь в нестандартной внешности, редком имени или особом таланте. Ведь большинство издевательств строились именно на зависти. А единственным эффективным способом борьбы с подобными кознями были смелость, дерзость и уверенность. Мы с Линой прозвали это «стерво-версия».
И она прекрасно работала. Прямо сейчас Макс поджал губы, словно обиженный ребёнок, и скрылся в соседнем зале. Как только дверь за ним захлопнулась, Лина бросилась мне на шею и разрыдалась.
– Спасибо, что приехала, – проныла она мне в плечо.
– Эй, успокойся, – я мягко погладила подругу по голове.
– Ты не…не понимаешь… – Лина начала заикаться, а её плечи вздрагивали в такт всхлипываниям.
– Так, во-первых, высморкайся, – мои руки выудили из сумки упаковку сухих платочков, я вытащила один и протянула девушке. – А во-вторых, сейчас я принесу тебе воды, и ты спокойно мне всё расскажешь, с самого начала, договорились?
В ответ та лишь кивнула.
Спустя несколько минут Лина, осушив стакан с водой наполовину, поставила его прямо на бетонный пол и рассказала мне обо всём, что здесь сегодня приключилось. Оказалось, что Макс буквально ходил за подругой по пятам. Сначала, она не придала значения тому, что он вертится рядом, спрашивает о жизни и школе. Но когда Лина, намеренно ушла в другой зал, чтобы побыть одной, Макс пошёл следом. И так снова и снова. Именно после этого приятельница и позвонила мне.
Но дальше всё стало только хуже, бармен, якобы невзначай, дотрагивался до её талии и рук, задевал её бедра, а один раз вообще чуть не зажал в узком коридоре.
На этом моменте рассказа моя челюсть отвисла до колен.
Затем Макс решил действовать напрямую, пригласил Лину на свидание. Но та, отказалась, сославшись на наличие молодого человека. На что Макс ей не поверил! «Он сказал, что никогда не видел меня с парнем, поэтому не верит. Мила, он что, следит за мной?» – продолжала восклицать Лина. Всё закончилось тем, что после повторного отказа, парень начал повышать интонацию и чуть ли не кричать на неё, но в этот момент как раз появилась я.
– Вот же влюблённый идиот.
– Мила, что мне делать? – взмолилась подруга.
– Может, расскажешь папе?
– Нет, он тогда его уволит.
– Так это же к лучшему, разве нет?
– С одной стороны да, но с другой… Вдруг он и вправду за мной следит? Так он хотя бы половину времени будет проводить на сменах.
– В этом есть логика, – покачала головой я – но что тогда делать в оставшееся время?
– Ничего, – выдохнула подруга. – Куплю газовый баллончик, а лучше два.
– А я тебе покажу пару боевых приёмов.
– Договорились, – впервые за сегодняшний вечер на лице Лины появилась улыбка.
– Так много тебе еще работать? – я решила сменить тему.
– Нет, папа позвонил, сказал, что завтра будут новые поставки, так что часть работы можно отложить на другой день.
– Отлично, тогда может тебе помочь с сегодняшней частью? Две головы всё же лучше, чем одна.
– Спасибо, – согласилась подруга – мне осталось только перепроверить число бутылок.
Я удивлённо вскинула брови, тогда она пояснила:
– Ну вдруг они просчитались и прислали меньше положенного.
– Теперь понятно, босс. С чего начинать?
Мы управились менее чем за час. Стоило начать работу, как слёзы подруги высохли, а плечи перестали дрожать при каждом глубоком вздохе. С одной стороны, в этом была моя заслуга. Ведь мы с Линой действовали друг на друга как спасательные жилеты, брошенные тонущим во время кораблекрушения. Словно тебя окутывают тёплым одеялом, которое никто никогда не сможет снять. Это было чувство одновременного уюта и надёжности.
Но, с другой стороны, я также понимала, что значительную роль в психологическом спокойствии подруги сыграл, переставший маячить перед глазами, Макс.
Так что мы просто работали и не говорили ни о чём, кроме дела. Конечно, мне безумно хотелось поделиться с лучшей подругой подробностями своего невероятного свидания, но верещать о счастье, когда Лина только вытерла слёзы было явно не лучшей идеей. Прикидывая, когда будет лучше поднять данную тему, я пришла к выводу, что следует ждать, пока Лина сама об этом не спросит. Да, пожалуй, это был лучший вариант.
Когда подсчёт последней коробки закончился, я взяла несколько бутылок и, по просьбе Лины, понесла в центральный бар, пока та заполняла очередной бумажный отчёт. Сложив всё необходимое в коробку, я крепко ухватилась за неё двумя руками так, что для выхода из комнаты, пришлось толкать дверь спиной.
В главном зале людей оказалось меньше, чем обычно. Это было вполне ожидаемо, учитывая, что сейчас шла середина рабочей недели, а на улице стояла сказочная погода.
Водрузив коробку на большую барную стойку, я обернулась к окну и всмотрелась в темноту. Жаль, что даже в самую ясную погоду, на небе было видно не более трёх-четырёх звёзд.
– Мила? – позвал мужской голос.
– Да?
Ноги сами повернули меня на сто восемьдесят градусов, но когда я увидела лицо Макса, сразу захотела отвернуться обратно.
– Погоди, – выдал он, явно разгадав мои намерения.
– Чего тебе? – ядовито спросила я.
– Слушай, я не знаю, что тебе сказала Лина, но она неправильно меня поняла.
– То есть ты не пытался её склеить и позвать на свидание?
– Я флиртовал, – он небрежно пожал плечами – но понял, что невзначай перешел границы. Она правда мне нравится, – сейчас Макс больше походил на отчаявшегося ребёнка, чем на влюбленного юношу.
– Невзначай перешел границы? – эхом откликнулась я, парень промолчал. – Гулять с тобой или нет – решать Лине, я к этому не имею никакого отношения.
– Но ты её лучшая подруга.
– И что с того? – я начинала злиться.
Неожиданно на ум пришла картина: я и Алек стоим на повороте злосчастного моста, он пытается извиниться и галантно предлагает загладить свою вину. А затем я вернулась в реальность и увидела стоящего перед собой Макса, готового в любой момент разреветься, словно девчонка.
– Может, ты поговоришь с ней? Для неё важно твоё мнение, – продолжал настаивать парень.
– Макс, – раздраженно зашипела я – у Лины есть молодой человек.
– Да? И где он? – вызывающе спросил он.
На секунду мой мозг затуманился. И что ответить? Что он в какой-то там европейской стране, учится без остановки, а с подругой гуляет только по видеочату? Нет, нельзя бросать всё на полпути.
– Она не обязана перед тобой отчитываться.
– Ты права. Но что-то я ни разу не видел её с парнем, она либо с тобой, либо с вашим странным книжным клубом. Но чаще всего вообще одна, – на этих словах я удивлённо округлила глаза, кулаки зачесались.
– Ты что следишь за ней?
– Нет, – слишком быстро для правды ответил он.
Я сделала вид, что поверила, но только потому, что безумно устала и валилась с ног, а мозг работал процентов на пятьдесят. Вот завтра высплюсь и подумаю об этом на свежую голову, а пока нужно отвадить этого чудика хотя бы на время.
– Послушай, – начала я мягче – даже если бы у Лины не было парня, не факт, что она бы стала встречаться с тобой.
– Но почему?
– Ну Макс, тебе же не пять лет, вкусы у людей разные.
– И что мне делать? – обессилев, выдохнул он.
– Понятия не имею, но знаешь, возможно, если бы ты не был таким навязчивым, то привлекал её куда больше.
На этих словах я развернулась на каблуках и пошла в сторону выхода. Нужно забрать подругу и валить отсюда быстрее. Взгляд метнулся на настенные часы. Девять вечера. Внутренний голос взвыл от отчаяния при мысли о домашнем задании, а тело хотело только съесть йогурт и сходить в душ. Чтобы выполнить все пункты нужно собрать волю в кулак, что я, собственно говоря, и собиралась сделать.
Как и всегда, дорога домой стала отличной возможностью пораскинуть мозгами.
Во мне бушевали противоречивые чувства: эйфория от встречи с Алеком, переживания за Лину, злость на Макса, казалось, голова вот-вот лопнет. Нужно сосредоточиться на чём-то одном, и уроки для этого как раз подходят. Займу голову чем-то нейтральным. Кстати, что у нас там завтра в школе? Школа! Я и забыла, что меня с Алеком видела половина старших классов. Ой, что же завтра будет.
Как бы я себя не уговаривала, что одноклассники забудут всё увиденное и обойдут эту тему стороной, я понимала, что это неправда. Перед глазами замелькали девчонки с их расспросами. Великие силы, надеюсь, ко мне не будут подбегать семиклашки. Я сделала глубокий вдох, ничего, как-нибудь справлюсь.
Толкнув дверь двумя руками, я вошла в родной дом. Здесь на удивление было тихо. Наверное, мама заняла ванну, а Арина засела в комнате, и смотрит очередной модный туториал. Но когда я вошла на кухню, чтобы сварганить себе поздний ужин, то поняла, что ошиблась. Сестра сидела за широким обеденным столом и готовилась к завтрашним урокам.
– Привет, – удивленно произнесла я.
– Привет, – равнодушно ответила та.
– А ты чего здесь, а не в комнате?
– Тебя жду, – Арина оторвала взгляд от писанины и впилила его в мою персону.
– Меня? Зачем?
– Где ты была? – сощурившись, спросила сестрёнка.
– С Линой, – последовал честный ответ. – Помогала ей с инвентаризацией.
– Не ври.
– Я не вру!
– Но мне сказали, что уехала из школы с каким-то парнем.
– Ну… – протянула я. – Может и уехала. Тебе-то какое дело?
– Кто он? – кажется, любопытство одерживало над ней верх, так как строгий тон сменился на более приветливый.
– Просто друг.
– Ммм… – задумчиво промычала Арина. – И что ты с ним делала?
– Гуляла. Это что допрос?! – возмутилась я. Если так и завтра в школе будет, я не выдержу.
– Нет, просто любопытно, – ответила сестра, отодвигая учебник в сторону. – Так значит, вы просто гуляли и всё?
– Да, Арина, просто гуляли, – я закатила глаза и отвернулась, чтобы включить кофемашину.
– Тогда почему от тебя пахнет сеном? – с вызовом спросила та, а по моей спине пробежали мурашки.
– Я каталась на лошади, – медленно сказала я.
– Ты? Ты же не умеешь!
– Теперь умею.
– Ха, – фыркнула сестра, явно представляя меня верхом. Да уж, сколько не учись, а лучшей наездницей всегда будет Арина.
– А где ты каталась? – любопытно спросила девчонка. – Мне интересно, я знаю все конные клубы в городе.
– Точно не помню название… – я нахмурилась, припоминая – вроде «Вольный ветер» или как-то так.
На этих словах, лицо сестры скривилось так, словно я влепила ей аплеуху.
– Поверить не могу, – злобно выдала она, собирая свои вещи.
– Что? – отчеканила я.
– Да ничего! – огрызнулась сестра, покидая комнату – просто я уже год пытаюсь к ним попасть, а ты вот так взяла и приехала.
– Я что, в этом виновата? – крикнула я в коридор, но ответа так и не получила.
Ну что за ерунда? Откуда я могла знать, что Арина давно хочет попасть в это место. Наоборот, во время поездки я представляла, как сильно оно ей понравится. Вместо обиды сестра могла бы просто попросить об услуге, я бы поговорила с Алеком, думаю, он смог бы устроить катание. Но нет же, мы теперь будем дуться и не разговаривать неделю.
Прекрасно, теперь на одну головную боль стало больше. Я потёрла виски. Ничего, я сильная, я с этим справлюсь.
Глава 13
Я отодвинула штору и выглянула в окно. В это раннее утро улицы были абсолютно пустыми. На горизонте только-только забрезжил рассвет, и небо еще не успело приобрести голубой оттенок.
Сегодня я проснулась слишком рано: часа в четыре утра. Несмотря на то, что сон был непродолжительным, я чувствовала себя наполненной силами и энергией. Впервые за долгое время у меня возникло острое желание творить музыку.
Сейчас стены собственной комнаты давили так, что было трудно дышать. Мне хотелось как можно скорее добраться до музыкального класса и выплеснуть эмоции в тетрадь для нот.
Пока весь дом спал, я собиралась в школу и радовалась внезапно возникшему вдохновению. Когда руки наносили небрежный макияж, я мысленно вернулась к событиям вчерашнего вечера. Нужно было еще раз обдумать всё, что произошло и решить, как поступать дальше.
Первым, в памяти всплыла ссора с сестрой. Всего несколько фраз – но столько злобы.
Конечно, мы и раньше ругались: часто подшучивали друг над другом, спорили по пустякам – это было обычным делом. Но в тоже время – мы еще никогда не таили друг на друга обиду. А реакция Арины как раз походила на последнее, и от этого мне становилось не по себе.
Ясное дело, я не специально попала в этот дурацкий «Вольный ветер», так что обвинения сестры – глупы и беспочвенны. Но она, кажется, была убеждена в обратном. Я понимала, поговорить с Ариной, объяснить ей как именно всё произошло было бы лучшим решением. Но станет ли сестра меня слушать? Чутьё подсказывало, что нет.
А что насчёт Макса? Его поведение в ресторане сильно удивило меня. Еще недавно этот парень искренне мне нравился. Он был вежлив, постоянно интересовался делами Лины, но никогда в них не лез. Его симпатия казалась довольно милой и, даже, в чём-то трогательной. Так мне казалось со стороны. Но кто же знал, что на самом деле происходило между ними наедине?
Вчера Макс стремительно упал в моих глазах. А учитывая то, что он, возможно, и вправду следил за подругой, нужно было скорее придумать, как с ним справится.
Возможно, с этим могли помочь девочки из книжного клуба, я уверена, что на пятерых мы придумали бы отличный план по обезвреживанию противника и обязательно помогли Лине. Возможно, закопали бы тело в лесу…
Однако сейчас большую часть моих мыслей занимал Алек. Стоило мне закрыть глаза, как я чувствовала его ладонь на своей щеке, а по телу сразу пробегала армия мурашек. С каждой секундой я всё сильнее осознавала, что влюбляюсь в этого парня по уши. В его ухмылку, манеры, запах и даже в цвет его глаз. И меня пугало это до чёртиков.
Во-первых, я обещала себе, что не буду отвлекаться на отношения в выпускном классе. Мне хотелось полностью сосредоточиться на учёбе, выйти на золотую медаль и получить максимальный балл по всем экзаменам. Но вот, не прошло и двух недель от начала занятий, а при одной мысли об Алеке, я забываю, как дышать.
А во-вторых, я очень боюсь, что он передумает. Что снова внезапно пропадёт, разорвёт отношения, перестанет со мной общаться. Никогда раньше я не привязывалась к человеку так быстро. С Алеком я впервые за долгое время ощутила себя нужной, с ним мне казалось, что я особенная.
Это было не похоже на то, что я испытывала с Дмитрием. Тогда у меня было чувство, что он идол, снизошедший до своей фанатки. И пусть он никогда не признавал подобного, тихие отголоски этого ощущения преследовали меня на всём протяжении наших отношений.
С Алеком же всё было иначе. Тогда, на берегу, я увидела, что за маской снисходительности и уверенности скрывается глубокий парень, искренне переживающий за семью. Казалось, он давно искал человека, способного понять его ношу, и вот он нашел меня, а затем рассказал сокровенную тайну. В это мгновение я поняла, что он доверяет мне чуть больше, чем всему остальному миру.
А еще я много думала о разных «моментах». Вроде тех, когда он подхватил меня у озера, когда с нежностью смотрел в глаза на фоне заката, или когда прощался со мной возле «Delizioso». Мне кажется, что в эти самые моменты он хотел меня поцеловать, но по какой-то причине так этого и не сделал. Сначала я переживала, что он этого не хочет. Но потом предположила, что он боится спугнуть меня. Ведь стоит поспешить, и я могу оттолкнуть его, разрушить ту хрупкую связь, что возникла между нами.
Да, возможно я ошибаюсь и всё это бред безумной девчонки, явно перечитавшей любовных романов. Но что если нет? Определённо, есть вероятность, что мои догадки соответствуют действительности. И мне просто необходимо это проверить.
Но что же делать? Наверное, нужно показать Алеку, что он для меня тоже важен. Ведь, скорее всего, он этого и ждёт – когда я подам знак или намекну.
Только вот я понятия не имела, как это сделать. Я же робею при нём и превращаюсь в каменную статую. Тут нормально говорить трудно, не то, что подавать какие-то там знаки. Думай, Мила, думай!
Кажется, в этот миг моё подсознание вняло внутреннему голосу, потому что в голову пришла отличная идея. Просто гениальная! И она точно должна была сработать.
От внезапного озарения я взбодрилась не хуже, чем от трёх чашек крепкого эспрессо. Быстро натянув серые брюки, белую водолазку и форменный бордовый пиджак, я закинула необходимые учебники в рюкзак и вышла из комнаты. Прокравшись по ступенькам на первый этаж, я как можно тише надела ботинки, обмотала форменный полосатый шарф вокруг шеи и вышла на улицу. В отличие от предстоящего тёплого дня, утро было довольно прохладным. Я затянула шарф посильнее и надела наушники. Телефон сразу заиграл одну из любимых песен и я, мурлыкая в её такт, поспешила в школу.
Часы показывали двадцать минут пятого, даже «La Palette» еще не открылся. А значит, у меня есть три часа до встречи с Линой. Я окинула взглядом пустую улицу и пошлёпала по сухому асфальту, чувствуя себя героиней фильма.
Когда перед глазами появилось внушительное здание «СШС», первые солнечные лучи уже пробились из-за горизонта и ласкали землю своим прохладным желтым светом. Парковка была непривычно пустой, здесь лишь красовались парочка автомобилей и чей-то спортивный велосипед. Видимо кто-то оставил их вчера после занятий. Не могло же быть такое, что я не единственная, кто пришел в школу к пяти утра.
Я обогнула здание и вышла в сад. Листочки высоких берёз успели пожелтеть и колыхались на ветру, создавая привычное шуршание. Высоко над головой птицы распевали свои мотивы. Сейчас дворик казался очень просторным. И мне не верилось, что через несколько часов все скамейки будут забиты учениками.
Осматриваясь по сторонам для подстраховки, я дошла до нужной двери и, достав из рюкзака ключ, отперла её. Внутри коридор был очень тёмным, поэтому пришлось пробираться на ощупь. В прошлом году наставник книжного клуба дал Инге ключ от «черного хода». Это произошло из-за того, что иногда мы засиживались за работой практически до закрытия школы. Вот учитель и дал нам возможность самим приходить в школу когда надо, естественно это было большим секретом. Поначалу, у нас был один ключ на всех. Но это вызывало некоторые неудобства, так что пришлось сделать несколько дубликатов.
Я редко использовала свой ключ по назначению, куда чаще пробиралась в музыкальный зал, где могла спокойно репетировать. Обычно это происходило до начала занятий, либо совсем поздними вечерами.
Ежедневные уроки музыки начинались не раньше двенадцати. Поэтому я не боялась быть застуканной. Только вот приходилось всё время прятать гитару на складе музыкальных инструментов, чтобы никто не мог ей воспользоваться, а порой я могла принести её в книжный клуб или оставить в квартире Лины.
По узкой лесенке я поднялась на второй этаж и, найдя нужный кабинет, толкнула дверь. Та ожидаемо поддалась.
Класс музыки располагался прямо над Книжным клубом, что было очень удобно. Только вот коридоры этого этажа были не такими запутанными, как внизу. Из-за того, что стен и перегородок, создающих многочисленные закутки и коридоры, здесь было в разы меньше, второй этаж казался намного просторнее первого. Хотя взглянув на крыло с улицы было понятно, что это не так.
Сейчас в комнате было довольно темно, так как солнце освещало школу с противоположной стороны. Но зато через окна можно было любоваться на раскинувшийся внизу сад.
Я подошла ближе и открыла настежь форточку, сразу подул осенний ветерок и растрепал мои распущенные волосы. Комната наполнилась свежестью и звуками города.
В любое другое время я бы не стала открывать окно, побоялась бы, что кто-то может услышать гитару и застукать меня. Но стрелки часов располагали к полному уединению.
Пробравшись в дальний конец класса, я протянула руку за диван, вытащила черный кожаный кейс и положила его к себе на колени. Проведя ладонью по шершавой поверхности, я достала из кармана ключ и отворила крохотный серебристый замочек.
Да, кофр у меня был что надо. Прочный и твёрдый снаружи, но мягкий внутри. Выбирала я его, правда, не из-за мягкости ткани, а из-за наличия замка. Ведь меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то случайно позарился на моё сокровище. Правда, сокровище не совсем соответствовало этому статусу. У меня была самая обычная акустическая гитара марки Бэст Вуд. Ни крутых тебе наворотов, ни кучки ноликов в ценнике. Эта гитара была моей первой и единственной, а еще самой любимой и родной.
Я медленно провела пальцами по черному грифу, а затем зажала аккорд и начала наигрывать ту самую песню, что звучала утром в наушниках. Потом мне захотелось немного изменить мелодию, потом еще и еще. Так что в конечном итоге она совсем перестала походить на первоначальную. «Вот оно!» – пронеслось в голове. Я быстро скинула пиджак, достала из рюкзака нотную тетрадь, имеющую незатейливую золотистую обложку, и, найдя свободный лист, начала записывать.
В голове то и дело всплывали строчки стихов, я небрежно чирикала их над нотами. Как только вырисовался первый кусочек куплета, я промычала его, как если бы напевала про себя. Получилось неплохо, можно попробовать сыграть. Только лучше начать с перебора, а не боя. Так песня будет более лёгкой и мелодичной.
Высунув язык, я записывала, играла и снова записывала. Временами, комментируя себе под нос что-то вроде: «Да, вот так» или «Нет, до этого было лучше». Так что спустя минут сорок непрерывной работы у меня был готов набросок. Конечно, это далеко не идеально. Кое-какие аккорды я поменяю, стихи отредактирую, а так вполне неплохо. Нужно будет попробовать сыграть еще раз, после уроков. Заодно и голова немного прочистится.
Кстати, сколько времени я уже здесь? Мой взгляд упал на циферблат. Ого, уже без двадцати шесть! Целый час пролетел, как пять минут. В этот момент мой живот заурчал, взывая к еде. Похоже, он не может ждать Лину, придётся пойти в кафе раньше и позавтракать.
Я аккуратно вернула гитару в кейс, замок громко щёлкнул. Подёргав за крышку, я убедилась в его надёжности, и в очередной раз поблагодарила судьбу за столь выгодное вложение. Гитара вернулась в своё тайное место.
