Текст книги "Солярис (СИ)"
Автор книги: Lia Fe
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 34 страниц)
Пролог
Я стояла посреди тёмной улицы, где меня с ног до головы заливал бледный жёлтый свет старого фонаря. Она была совершенно пустая, совершенно безмолвная и совершенно одинокая… Я просто шла, шла и остановилась.
Взглянув под ноги, я увидела, что все краски пропали, будто кто-то применил к реальности фильтр «сепия». В этот самый миг острая стрела одиночества пронзила моё сердце. Никогда в жизни я не чувствовала себя столь никчёмной.
В груди сжался ком, а к глазам вновь подступили слёзы. Мне так надоело быть сильной! Я хотела рыдать во всё горло, хотела кричать от боли на всю улицу, но я не могла, голос меня уже не слушался. Проклятый голос! Разозлившись на саму себя, я побежала со всех ног. Лёгкие судорожно вдыхали и выдыхали ночной воздух. Тот был таким холодным, что обжигал дорожки слёз на моих щеках.
Я неслась, не чувствуя времени, да и дороги под собственными ногами тоже. Деревья сменялись новыми и новыми фонарями, те редкими домами, а дома вновь деревьями.
Осознание, что силы послали меня куда подальше, пришло слишком поздно, я споткнулась и встретилась лицом с землёй. Точнее, с грязным, пыльным асфальтом. Впрочем, мне было наплевать.
Кажется, прошла целая вечность прежде, чем я смогла кое-как отдышаться и успокоиться. И еще немного прежде, чем приподняться. Лишь тогда я смогла разглядеть, что находится вокруг.
Я оказалась на мосту. Старом, ржавом, заброшенном мосту. Почему ноги принесли меня именно сюда? Почему в это место? А может, они знали меня лучше моей непутёвой головы? Ведь мы с мостом были даже похожи: оба грязные, пустые и одинокие.
Какая ирония. Только вот… Возможно когда-то отыщется человек, который починит этот мост. А в том, что найдётся кудесник, сумеющий починить моё сердце, я очень сильно сомневалась.
Глава 1
Одним месяцем ранее.
Первым, что я почувствовала было тепло. Словно меня с головой опустили в горячую ванну. Но с каждой секундой приятная нега превращалась в жар, а манящая темнота обращалась в свет, вынуждая меня открыть глаза. Сон, если таковой был, растаял в воздухе, словно дым.
Комнату заливал мягкий солнечный свет, пробивающийся сквозь плотно задёрнутые шифоновые шторы, когда один из лучей упал мне на лицо, заставив пробудиться.
Я плотнее зарылась носом в подушку, краем глаза наблюдая за солнечными зайчиками. Те играли на календаре, украшающем одну из кремовых стен. Прямо под ним расположился стол, на котором ровными стопками стояли новые учебники и еще неисписанные тетради, а его центр украшала небольшая плетёная корзина, доверху набитая разной канцелярией.
По соседству со столом высился огромный черный стеллаж, сверху донизу заставленный книгами разных жанров: от детективов до романов, от классики и до фэнтези. Кое-где их разбавляли свечи и рамки с фотографиями.
Один взгляд на книжные полки вызвал во мне воспоминание о вчерашнем вечере. Пошарив взглядом по постели, я нахмурилась. Затем, свесилась с неё, устремив взгляд на пол и облегчённо вздохнула. Потрёпанный от частого перечитывания томик Джейн Остен валялся прямо под кроватью. А рядом, там же на полу, стояла пустая чашка из под кофе.
– Слава Великим силам! – выдохнула я, радуясь тому, что в своём стремительном падении героини романов Джейн не встретились с чашкой и, соответственно, оставили ту целой и невредимой.
Руки неспешно потянулись за телефоном, от лёгкого прикосновения экран загорелся, часы показывали девять утра.
– Сколько?!
Я резко выпрямилась на кровати, вызывая лёгкое головокружение. Но ведомая лишь одной мыслью:
– Я чуть не проспала!
Тонкими пальцами я отбросила тёмно-синее одеяло в сторону и вскочила на ноги, но, прежде чем сделать шаг, посмотрела на свои полураздетые стопы. Один носок была на месте. Но второй… Взгляд нашёл пропажу в складках одеяла. Замешательство длилось секунду. Затем я наспех натянула носок-напарник обратно на левую ступню и поспешила в ванную.
Зажав зубную щетку за щекой, я уставилась в зеркало на своё отражение. Светлые волосы растрепались и торчали во все стороны, словно пучок соломы, обычно прямая челка решила встать дыбом, а голубые глаза немного распухли и покраснели. Я нахмурилась. Такова была плата за чтение до глубокой ночи.
Я встряхнула головой, как делала каждый раз, когда хотела избавиться от дурных мыслей. Сейчас нужно сосредоточиться на планах на сегодняшний день, а не на сожалениях.
Так я и собиралась поступить, но моё подсознание, услышав слово "сожаления", решило проигнорировать внутренний голос. В голове всплыл недавний разговор с отцом. Он позвонил вчера поздним вечером и сообщил, что задержится в своей командировке еще на два дня.
Я так разозлилась, что не сразу заметила, как собственные пальцы со всей силы сжали расчёску.
– Ну и чёрт с ним! – ругательство сорвалось с губ шепотом.
Нет, я не была против того, чтобы отец работал. И даже понимала, что он старается на благо семьи, но всё это уже переходило границы. Начало переходить несколько лет назад.
Раньше папа мог пропадать в командировках по несколько недель, но всегда старался вернуться поскорее и провести больше времени с семьёй. Но потом недели превратились в месяц, затем в несколько. Он начал пропускать семейные вечера, позже – праздники. И я… скучала.
В последний раз мы с отцом виделись в самом начале лета, когда он объявил, что уезжает до конца августа. Я глубоко вздохнула, заново переживая неприятные воспоминания.
Конечно, тогда не обошлось без споров и упрёков, но папа был непреклонен. Все эти недели я ломала голову: в чём преимущество быть главой компании и не иметь возможности взять себе отпуск тогда, когда пожелается?
О том, что папа решил уехать от нас на три месяца по собственному желанию, я старалась не думать и просто ждала двадцать девятого августа – дня его возвращения. Естественно я разозлилась, когда он сообщил о задержке.
Но была та, кто его, конечно же, поддержала. Арина. С каждой удачной сделкой моя младшая сестрёнка становилась всё счастливее, ведь успех компании и нолики на семейном счёте были её оружием в борьбе за социальную власть. Арине нравилось быть богатой, впрочем, как и самим родителям. Я же, не сказать, что была против шика и роскоши, просто отец так быстро сколотил состояние, что я до сих пор не могла к этому привыкнуть, слишком яркими были воспоминания из самого «обычного» детства.
Мне было семь, когда папа, скопив довольно внушительный капитал, ушёл из старой фирмы, затем перевёз семью в элитный городок под названием Солярис и открыл свою мульти-компанию занимающуюся одновременно маркетингом и менеджментом. Поначалу приходилось туго, большая конкуренция, маленькие связи. Но затем последовал один успешный проект, потом еще один – уже крупнее. И так год за годом.
С тех самых пор он не провалил ни одного дела, его имя стало появляться в журналах про бизнес, фирма переехала в новый офис, а мы – в новый дом. У меня появилась своя комната, сестрёнка поселилась в спальне напротив.
Я не смогла сдержать улыбку, вспомнив, с каким воодушевлением она обустраивала свой уголок. Казалось, что прежде чем купить очередную подушку, Арина изучила мебельный магазин с лупой в руках. Денег она тоже не пожалела. Невольно, моя мимолётная радость поблекла, из груди вырвался тяжелый вздох.
Закончив расчёсывать волосы, я заплела их в две тугие косы и поспешила обратно в комнату.
– Великие силы, как же здесь душно!
Подойдя к окну, я рывком отодвинула шторы и, распахнув его нараспашку, выглянула наружу. В лицо ударил прохладный ветер, а нос сразу различил аромат прелой листвы. Я подставила лицо навстречу мягкому солнышку и закрыла глаза, наслаждаясь каждой секундой.
Последние две недели Солярис заливало дождями, и я даже уже смирилась с тем, что холода вернулись в город окончательно. Но вчера нас вновь посетило солнце, будто вспомнило, что лето еще не закончилось. Три дня… Три дня и вернусь в школу.
Впереди меня ждал выпускной класс: безумное время подготовки к экзаменам и напряженной учёбы. Каждый раз, когда я представляла себе возвращение в Среднюю школу Соляриса, внутри меня бушевали самые противоречивые чувства. С одной стороны, мне хотелось оттянуть момент встречи с одноклассниками и занудными школьными предметами. А с другой, я не могла дождаться встречи с увлекательными школьными предметами и десятками толстых учебников. Главное избегать дурацких школьных интриг. Может, стоит закрыться на весь год в библиотеке?
Впрочем, именно так я и планировала поступить – зарыться с головой в книги, направить все силы на подготовку к экзаменам и не отвлекаться на всякую чушь. Но этот марафон начинался через три дня, а пока что можно было расслабиться, запастись годовой порцией терпения и насладиться последними крохами уходящего лета. А ведь времени осталось так мало. Кстати о времени!
Отвернувшись от окна, я подошла к календарю и, взяв со стола черный маркер, зачеркнула сегодняшнее число. Помимо только что появившегося крестика, дата была отмечена толстым красным кругом. Я вырисовывала его особенно тщательно. Но не только потому, что сегодня в город должен был вернуться отец. Он был не единственным, чьего приезда я ждала с невероятным трепетом.
Сегодня из Австралии возвращалась Лина, и я ужасно соскучилась по лучшей подруге. Внутри меня одолевало странное чувство: будто наша разлука длилась не три месяца, а три года. Наверное, такое бывает, когда очень близкий человек уезжает на другой континент, да еще и так надолго.
С Линой Солмей я познакомилась, когда была в пятом классе. В тот год её отец, прямо как и мой, переехал в город вместе с дочкой и открыл здесь новый ресторанчик итальянской кухни «Delizioso».
Помню, как мы с сестрой и родителями заглянули туда в первый раз, чтобы поесть пиццу и пасту. Я и помыслить не могла, что милая девочка по ту сторону кассы окажется моей одноклассницей и по совместительству лучшей подругой. Но, в конечном счете, этот ресторан нас и свёл.
Когда Лина только перевелась в нашу школу, то не сразу пошла на контакт. Да и класс не спешил заводить дружбу с новенькой. У каждого были свои лучшие друзья и сформировавшийся круг общения, никто не горел желанием впускать незнакомку. Почти никто.
На тот момент у меня не было определённой компании, хотя я хорошо общалась с некоторыми девочками из класса. Мы частенько играли после школы, вместе делали уроки в библиотеке и ходили на английский. Мне с ними было очень комфортно, но крепкой дружбы завязать так и не удалось.
С Линой всё закрутилось в один октябрьский вечер, когда я притащила в «Delizioso» новенький томик приключенческих рассказов о волшебном мире часов. Читать я любила жутко. Точнее, до сих пор люблю. И с лёгкостью могу провести ночь в объятиях увлекательной истории.
В тот далёкий осенний день папа подарил мне долгожданную книгу, а я была так счастлива, что попросту отказалась выпускать её из рук. Так и продолжала носить томик за собой с утра и до самого вечера, пока не притащила её и на наши семейные посиделки в «Delizioso».
Лина уже тогда начала помогать своему папе с рестораном: провожала гостей к их местам, разносила меню, меняла салфетки на столиках. В общем, делала всё, что могла сделать двенадцатилетняя девчонка.
Когда она с торжественным видом принесла нам кожаную папку со списком блюд, её взгляд невольно упал на мою книгу.
– Это твоя? – с округлившимися глазами, выпалила Лина.
Я удивлённо проследила за её взглядом.
– Книга? Ага, – самодовольно кивнула в ответ я.
– Я еще нигде не видела этой части! – удивление превратилось в восхищение и, кажется, уважение.
– Мне папа подарил! А ты что, тоже читала их?
Лина посмотрела на меня так, будто я сморозила полную чушь.
– Разумеется.
Оказалось, что она тоже являлась фанаткой этой истории. Так, слово за слово, мы нашли еще одну общую тему для разговора, а потом еще одну. И через короткое время нас уже было не оторвать друг от друга. Помню, как была на седьмом небе от счастья. Это же так круто – встретить кого-то, с такими же интересами! Да и Лина была рада наконец завести друга в новых краях.
С тех самых пор я стала всё чаще заглядывать в «Delizioso». Мы с моей новой лучшей подругой могли часами пить кофе и обсуждать книги, делать уроки и просто сплетничать. Так и возникла наша крепкая связь. Это была больше, чем просто дружба по интересам, я словно нашла родственную душу.
И вот этим летом Лина уехала. Впервые в жизни мы расстались на такой длительный срок. Подруга с детства мечтала стать великой танцовщицей, как её мама. Поэтому и уехала в австралийский танцевальный лагерь на целых три месяца, когда представилась такая возможность. Там девушка успешно познавала всю глубину и сложность будущей профессии. Я была безумно рада за неё, хоть и скучала – также безумно.
Прикрыв окно, я в два шага подскочила к шкафу, но стоило открыть белоснежные дверцы, как мне на голову чуть не вывалилась стопка свежевыглаженной одежды. Глаза распахнулись от удивления, а руки в последний момент подхватили внушительную кипу. Я раздраженно вздохнула.
– Вот же сестрёнка! Та еще помощница.
Если бы не моя хорошая реакция, то пришлось бы собирать все вещи с пола. На это ушло бы минут десять, не меньше, а мне сегодня никак нельзя было опаздывать.
Опустив отутюженную стопку в сторону и постепенно вернув вещи на место, я окинула свой гардероб придирчивым взглядом. Да уж, тусклее и мешковатее одежда только у готов. Впрочем, меня это вполне устраивало. Руки сами собой потянулись к излюбленным черным джинсам, в дополнение к которым были выбраны черный топ и тёмно-зелёный свитер. Я мигом скинула с себя пижаму и натянула выбранные вещи, оставался лишь лёгкий макияж.
С косметичкой я подружилась не так давно. Но не потому, что мама в своё время не научила дочь пользоваться подводкой, просто пока все мои одноклассницы тащились от поп-звёзд и красились как в модных журналах, я читала. Книги мне всегда были больше по душе, чем видеоклипы и девичники у подруг. Зато Лине, в отличие от меня, всегда удавалось совмещать миры модниц и книголюбов, чему я, честно признаться, немного завидовала. И всё же мне были чужды все эти девчачьи штучки, пока… Пока я не влюбилась.
Это произошло два года назад, когда ко мне в душу запал один парень, даже не знавший о моём существовании. К сожалению, я была не единственной девушкой, влюбившейся в него по уши. Ох, далеко не единственной.
Тихий смешок слетел с моих губ, когда я вспомнила те времена.
Тогда я вполне могла смириться с тем, что он никогда обо мне не узнает и просто остаться такой, какая есть. А могла попытаться изменить что-то, стать лучшей версией себя и попробовать обратить на себя его внимание. Переходный возраст – тот самый период, когда ты особо подвержен любому влиянию. Когда моё сердце заняла любовь, перед глазами вспыхнули слова, подслушанные в одном ток-шоу: «Никто с первого взгляда не влюбится в твой богатый внутренний мир».
Это была громкая фраза, но, даже спустя годы, я не могла не признать её правоты. Ведь, в конечном счёте, это помогло мне стать лучше. Пусть и не в привычном большинству смысле. Ведомая лишь упрямством и воодушевлением, я и решилась с головой окунуться в девчачий мир.
В этом мне отлично помогла лучшая подруга. И хоть Лине не удалось избавить мой гардероб от многочисленных свитеров и огромных футболок, она привила мне любовь к косметике и научила красиво укладывать волосы. К слову, это привело к успеху, тот самый парень заметил меня. Через какое-то время мы начали встречаться, но в конце концов разошлись. Я вновь встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, об этом мне точно не хотелось сейчас думать.
Быстро подкрасив ресницы и щёки, я намазала губы вишнёвым бальзамом и в довершение образа нанесла на запястья любимым цветочный аромат, не забыв напоследок улыбнуться своему отражению. Всё вместе выглядело вполне неплохо. Сумка, балетки и я готова.
Мне не терпелось скорее выбежать из дома, так что я без раздумий схватила свой любимый рюкзак и поспешила на первый этаж.
– Мила, ты уже встала? – с кухни донёсся мамин ласковый голос.
Я остановилась как вкопанная. Не стоило сбегать, не сказав родным ни слова. Несколько секунд я медлила, а затем ноги сами понесли меня на кухню.
– Конечно, мам, – натянуто улыбнулась я, облокачиваясь на дверной косяк. – Во-первых, я не Арина – спать до обеда. А во-вторых, ты что забыла, что сегодня возвращается Лина?
– Такое забудешь, – в ответ фыркнула она. – Ты же мне все уши прожужжала. Садись за стол, я сделаю завтрак.
На этот раз моя улыбка была от всей души. Сегодня у мамы оказалось хорошее настроение. К сожалению, данное явление с каждым годом можно было лицезреть всё реже.
Когда папа стал частить с командировками, мама сильно изменилась. Поначалу это было незаметно, ведь она по-прежнему ходила в свой любимый фитнесс клуб или встречалась с подругами на воскресных собраниях. Позже я заметила, что она стала брать на себя всё больше обязанностей, начала всё чаще проводить время вне дома. Словно пытаясь заполнить супружескую пустоту заботами о других. Но хуже всего становилось, когда её гиперактивность сменялась приступами меланхолии. Тогда мама могла сутками сидеть в своей комнате, толком не выбираясь из постели.
Не знаю, замечала ли это Арина, но я – да, поэтому старалась всё реже лезть к матери со своими проблемами и переживаниями. Я знала, как трудно и одиноко ей без папы, поэтому не смела возлагать на неё еще и собственные тревоги.
Однако иногда случались дни, когда мама была в прекрасном расположении духа. Это было похоже на тёплое солнечное утро, грянувшее во время суровой и серой зимы. И я была безмерно рада, что, несмотря на папину двухдневную задержку, на материнском лице сегодня сияет улыбка.
Только вот её хорошее настроение, никак не могло оправдать моё опоздание. Опустив взгляд в пол, я покачала головой.
– Прости, мам, но я опаздываю. Мы с Линой позавтракаем в нашем месте.
– Хотя бы кофе возьми, – предложила мать, коварно сверкнув глазами.
Я держала оборону не более трёх секунд.
– Возьму, – закусив губу, простонала я. Ну что за женщина! Она знала чем меня подкупить. От кофе, тем более с собой, я никогда не отказывалась.
Через секунду раздалось жужжание кофемолки, затем послышался звук льющегося кипятка. Наконец мама протянула мне ароматную жидкость и спросила:
– Ты ничего не забыла? Ключи, проездной, кошелек…
– Мам, – моя ладонь вскинулась в предупредительном жесте – ну конечно нет. Я же не маленькая.
– Ну конечно, – передразнила она меня. – Я просто забочусь.
– Спасибо, я ценю это, правда, – пролепетала я, возвращаясь в прихожую и натягивая кеды.
– Ладно, всё, хватит болтать, иди поцелуй маму и беги уже по делам.
Я засмеялась, быстро чмокнула маму в щёку и выскочила за дверь. Этот маленький обычай прощания завёлся у нас очень давно, когда я была еще маленькой. Мама и папа всегда целовали меня с сестрой на прощание перед уходом в школу или погулять. Точнее, раньше всегда целовали, теперь это происходило гораздо реже. И не потому, что мне было уже семнадцать, а Арине – четырнадцать. Просто и мы, и родители, немного изменились.
Спустившись по ступенькам крыльца, я сделала большой глоток кофе и отправилась к месту встречи.
Несмотря на яркое солнце, объявшее своим светом весь Солярис, утро было свежим. Прохладный ветер перебирал густую листву деревьев и та отзывалась характерным шелестом. Птицы громко распевали свои мотивы. Соседи стригли газон на своей лужайке, отчего по всей улице разносился приятный аромат свежескошенной травы.
Минуя два перекрёстка, на третьем я свернула налево и вышла на нужную улочку. Впереди показался огромный трёхэтажный особняк из желтого кирпича, строительство которого было в самом разгаре. Дойдя до него меньше, чем за минуту, я остановилась прямо напротив – на автобусной остановке.
Людей здесь практически не было. Лишь молодая женщина с ребенком на руках и пожилая пара. Мальчишке, сидящему в объятиях своей мамы, было не более двух лет. Он держал в руках игрушечный зеленый грузовик и что-то лепетал на своём детском языке. Женщина же активно ему отвечала. Рядом с ними стоял пёстрый детский велосипед с тремя колёсиками, вместо обычных двух.
Что касается пары, то они сидели молча. Бабушка склонила голову на плечо своего супруга и закрыла глаза, блаженно слушая звуки природы, временами заглушающиеся шумом стройки и криками рабочих. Руки деда крепко сжали упирающуюся в асфальт трость. Его затуманенный взгляд был направлен вдаль. Любопытно, о чём он сейчас размышляет?
Я не могла отвести глаз от этих людей, когда меня посетило какое-то странное чувство. А ведь однажды я буду такой же: буду держать малыша на руках, буду сжимать руку любимого супруга. Только до этого мне еще жить и жить. Для начала неплохо было бы школу закончить и в университет поступить, тогда уже буду и о семье и о будущем думать. Но сейчас – нет. Я пообещала себе – ничего, отвлекающего учёбу. Ну кроме книг и моего тайного хобби. И только этого.
Мои мысли прервал опустевший стаканчик. Я выбросила его в ближайшую урну и присела на свободный краешек скамейки.
– Ну и где носит этот автобус? – пробурчала себе под нос я.
Если верить часам, то тот опаздывал на целых семь минут.
Я уже начала жалеть о собственной поспешности, как из-за поворота вынырнула огромная белая маршрутка. Сбоку её украшали три голубые полоски, а спереди большая карточка с цифрой пять. «Пятёрка», так мы называли автобусы, идущие к городскому вокзалу, неспешно подъехал к остановке. Дверцы раскрылись и оттуда мгновенно хлынули люди. Первым вышел молодой мужчина, он сразу подбежал к девушке с ребенком и поцеловал любимую. Следом вышли еще несколько пассажиров, с равнодушным видом проследовавших мимо всей нашей группы. Затем появилась парочка забавных рыжеволосых близнецов, оба тащили на плечах огромные рюкзаки, больше их самих. Мальчишки подошли к пожилой паре, все четверо улыбались.
Я вновь перевела взгляд на распахнутые двери автобуса и увидела мою Лину. Дыхание перехватило, а сердце забилось чаще. Одетая совсем не по сезону – в лёгкое голубое платье и джинсовую куртку – она пыталась вытолкнуть огромный черный чемодан вперед себя. Я сразу же подбежала к подруге, чтобы оказать максимально возможную помощь, а когда мне это удалось – стиснула её в крепких объятиях.
– Ура! Ты вернулась. Я так соскучилась! – запищала я ей в плечо.
– Привет, я тоже! Мне столько всего надо тебе рассказать, – воскликнула в ответ девушка. Я лишь сильнее прижала подругу к себе и только потом отпустила.
– Рассказы немного подождут. Для начала дойдём до «Delizioso», а когда устроимся поудобнее – я буду вся внимание.
Только сейчас я заметила, что помимо гигантского чемодана, стоящего у наших ног, на Лине висели две внушительные сумки.
– Великие силы, и как ты это всё дотащила?! – искренне изумилась я.
Лина звонко рассмеялась и развела руками.
– Сумасшедшая, – покачала головой я и тоже усмехнулась. – Давай сюда чемодан и скорее пошли. Мне не терпится услышать все подробности.
***
Не прошло сорока минут, как Лина погрузила все сумки в отцовскую машину. Когда Андрей Николаевич увидел дочь, то поначалу не поверил своим глазам, а затем держал в объятиях почти так же долго, как и я.
Дело в том, что моя подруга не предупредила отца о своём приезде. Главной тому причиной послужило то, что она совсем не хотела отвлекать Андрея Николаевича от работы. Ну и конечно, Лине хотелось устроить для папы приятный сюрприз.
На дворе стоял конец августа, и почти все столики в «Delizioso» оказались заняты. К тому же прекрасная погода способствовала наплыву посетителей. Так что работа у Андрея Николаевича шла полным ходом.
– Великие силы, мышка! Что ты здесь делаешь? Я думал ты приедешь через пару дней. Что-то случилось? – радость в его глазах резко сменилась беспокойством.
Отец Лины был невысоким крепким мужчиной с загорелым лицом и тёмно-серыми глазами – единственной чертой внешности, что он передал дочери по наследству. Русые волосы были коротко подстрижены, щёки запылали от жара кухонной печи, а брови сомкнулись на переносице, когда он задал свой вопрос.
– Нет-нет, всё замечательно, – поспешила заверить подруга. – Я просто хотела сделать тебе сюрприз. Прости, если напугала.
На её лице показалась виноватая улыбка.
– Ну ты даёшь, – выдохнул Андрей Николаевич, а затем улыбнулся. – Совсем не жалеешь моё слабое сердце.
– Еще раз прости.
– Забудем. К тому же я очень рад, что ты вернулась. Кстати, девочки, вам сегодня повезло: ваш любимый столик как раз свободен. Бегите, занимайте, а я всё принесу. Вам как обычно?
– Ты еще спрашиваешь? – подруга весело склонила голову. – Спасибо пап, люблю тебя.
Лина крепко обняла отца. Тот мгновенно прижал дочь к себе, опустив руки ей на спину. От трогательности этой сцены к горлу подступил ком. Я постаралась поскорее проглотить его и отогнать мысли о собственном родителе подальше.
– Я тоже тебя люблю, – ответил Андрей Николаевич, погладив Лину по макушке.
Только сейчас я заметила, как сильно отросли волосы у моей подруги. Теперь прямые локоны доходили ей до талии. В отличие от меня, Лина была настоящей красавицей. Невысокая и спортивная, с густой копной тёмно-каштановых волос. Длинные локоны аккуратно обрамляли бледное лицо. Серые глаза украшали густые ресницы. А страсть к красной помаде делала подругу похожей на Белоснежку. Лёгкое голубое платье до колена лишь подчёркивало её яркую внешность.
Кто бы мог подумать, что за такой красотой скрывается хрупкое и ранимое сердце. Ведь из нас двоих именно я была упрямой, грубой, вечно нарывающейся на неприятности, а Лина… Подруга являла собой спокойствие, нежность и поразительную чуткость. Сейчас она светилась от счастья.
Когда Андрей Николаевич ушел, мы поспешили занять стол на двоих. Тот расположился в самом углу просторной террасы. Я очень любила это место. Оно находилось в стороне от других столиков, здесь мы могли наблюдать за окружающим миром, оставаясь незамеченными. Я и Лина любили разглядывать посетителей и прохожих, фантазируя о том, кто были эти люди. Придумывать о них истории. Просторный стол позволял с комфортом заниматься своими делами. Например, читать или делать домашнее задание. И, конечно же, здесь было невероятно уютно.
Пока мы сидели за любимым столиком и ждали самый вкусный в мире завтрак, Лина рассказывала о своей жизни в Австралии. Подробности, которые каким-то образом были упущены во время телефонных звонков.
– Мила, ты бы видела наше шоу на закрытии лагеря! Мы учили и отрабатывали хореографию целых два месяца. Надеюсь, Никита пришлёт мне видео. Конечно, эффект будет не таким, как если бы ты смотрела вживую, но я уверена, что тебе в любом случае понравится.
– Уже начинаю жалеть, что не поехала туда с тобой, – засмеялась я. – Теперь придётся маяться в ожидании видео.
– Мне очень повезло, что я попала в первый ряд, – доверительно прошептала девушка, будто нас могли подслушать. – И я приятно удивилась, когда наши педагоги придумали всё так, что даже танцовщик с самой маленькой ролью смог бы проявить себя. Понимаешь, это совсем не похоже на то, что мы все эти годы создавали в студии.
– Может, твой опыт послужит толчком к переменам? Расскажи об этом педагогам.
Казалось, мои слова заставили подругу всерьёз задуматься.
– Полагаешь, стоит?
– Уверена, они сами закидают тебя вопросами.
Мысленно представив этот момент, я не смогла сдержать ухмылки.
– Так что ты там говорила о первом ряде?
– Ах да! – встрепенулась Лина. – Я хотела сказать, что несмотря на всё это, тех, кто стоял впереди, было видно намного лучше. И я до сих пор не могу понять, как мне удалось затесаться в это число, ведь там очень много талантливых ребят. А хореографы отобрали лишь двенадцать человек.
– Наверно всё потому, что ты тоже очень талантливая, а еще трудолюбивая, – подметила я.
Лина не напрашивалась на комплименты, она действительно часто сомневалась в себе, недооценивая собственные возможности. Это мне в ней всегда нравилось. Нет, не её неуверенность. А то, что подруга была скромной и никогда не ставила себя выше других. Лина – была самым талантливым человеком из всех, кого я знала. Хоть она сама в это и не верила.
– Ты замечательно танцуешь, – продолжила я. – И твоя стена грамот, медалей и кубков говорит об этом громче мои слов. Любой университет мира примет тебя с распростертыми объятиями.
После моих слов щёки девушки покрыл румянец.
– Это неправда, чтобы попасть в университет нужно очень много работать.
– Куда же еще больше, – мои брови поднялись вверх.
В ответ подруга лишь усмехнулась и пожала плечами.
– А ты как? Решила куда будешь поступать?
– Да, – кивнула я. – Отец уже все уши прожужжал мне про свою компанию. Сказал, что если буду заниматься экономикой и маркетингом, то он устроит меня на стажировку, а потом – полноценно возьмёт в штат сотрудников.
– Слушай, это конечно здорово, – с сомнением произнесла Лина – но как же твоя мечта? Ты же не этого желала совсем недавно. Что изменилось?
– Ничего, – ответила я, стараясь не выдать чувств – просто я поняла, что папа прав. Это была глупая идея, и у меня всё равно ничего бы не вышло. Я же совсем не похожа на тебя, Лина. И не смей спорить! – прервала я, собиравшуюся возразить подругу. – Я рада, что у меня есть такие хорошие перспективы. Теперь я могу не переживать за своё будущее.
К концу моей небольшой и, как я надеялась, уверенной речи, к столику приблизился Андрей Николаевич, тем самым спасая меня от проницательного взгляда подруги. В руках он нёс внушительный поднос, заставленный всякими вкусностями.
– Обсуждаете будущее, девочки? – спросил он.
– Да, – ответили мы в один голос.
– Мила, ты собираешься работать на папу?
– Угу, – кивнула я – у него очень интересная работа. Только нужно еще в университет попасть.
– Я уверен, всё получится. Вы же у нас умницы, – мужчина ласково посмотрел на дочь. – А отец обязательно будет тобой гордиться. Кстати, он еще не приехал? Вы давно не заглядывали ко мне всей семьёй.
– Его задержали коллеги в Вероне, но он скоро вернётся. Надеюсь, мы успеем заглянуть сюда до начала учебного года. Мама соскучилась по вашей пасте.
– Ох, Верона – чудесный город. Мне жаль, что Виктор не смог возвратиться вовремя. Передавай Афине привет и скажи, что я приготовлю ей вкуснейшую пасту, как только она заглянет, – подмигнул Андрей Николаевич и, развернувшись на пятках, поспешил обратно в ресторан.
– Обязательно! – крикнула я вслед.
– Твой отец опять задержался? – с сочувствием в голосе спросила Лина.
Я нервно глотнула кофе.
