Текст книги "Повелитель Стихий. Том 4 (СИ)"
Автор книги: Ленивая Панда
Соавторы: Ярослав Сай
Жанры:
Боевое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)
– Далеко не все руды Бурь обладают достаточным количеством стихийной силы. В абсолютном большинстве её кот наплакал, и сделать из такой руды хоть что нибудь не представляется возможным. Точнее, сделать то как раз можно, но предмет выйдет обычным, даже классический артефакт его переплюнет. Это и есть пустышка.
Кивнул и сделал скучающее лицо, неторопливо проходясь нитью по соседним камням.
Невидимый барьер встречался в каждом куске, однако стихийной силы в остальных представленных породах было значительно меньше. Одинокая капля воды во втором, кроха земли в третьем, а четвертый вообще еле отозвался, настолько слабо, что стихию я не различил. Видимо, вот и пошли эти самые пустышки.
– Фальк, – Нейрас внезапно отвлек меня от просмотра и коротко глянул мне за спину, после чего подобрался. – Всё, мне пора работать. Можешь походить вместе со мной, только помни – не вмешивайся и не привлекай внимание моих старших.
Оглянувшись, я увидел как к нам шёл эларий средних лет, чьё белое оказалось белым по-настоящему. Плотная ткань сияла и искрилась, на ней не имелось ни пятнышка каменной пыли. На поясе висела костяная бирка с резьбой, а следом молча шагали двое носильщиков с плетёными коробами.
– Тарвен.
Старик обронил имя ещё по дороге, в очередной раз посоветовав не попадаться этому эларию под ноги.
– Нейрас, – бросил эларий вместо приветствия, ещё не дойдя до нас. – Северные ряды сегодня. Идём.
Говорил он, глядя куда-то поверх стариковой головы, словно обращался к пустому месту, которое по недоразумению умеет отвечать. По мне представитель дома мазнул взглядом, на пол-удара сердца задержавшись на короткой куртке, и знакомство закончилось. Приблудный помощник оценщика внимания не стоил, что устраивало меня целиком.
Северные ряды, если верить утренним пояснениям старика, держали крупные артели, поднимавшие породу с глубины.
Хаотичные палатки по сторонам оставались одиночкам у входа, здесь же нас встречали стройные прилавки, каждый камень на которых лежал отдельно, обособленно, подчеркивая свою ценность.
Нейрас медленно шёл вдоль стоек, чуть склонив голову, и вглядывался в товар. Периодически старикан задерживался и брал камень в руки – видимо, оценщикам такое дозволялось, и крайне внимательно осматривал со всех сторон. Затем старик двигался дальше либо указывал пальцем на выбранный камень.
– Огонь, – ронял он вполголоса, Тарвену в спину. – Холод. Снова огонь.
Стоя в шаге, я слышал каждое слово, хотя до соседних стоек оно уже не долетало. Носильщики забирали выбранные товары и крайне аккуратно укладывали в короб.
К слову, ошибался мой знакомый довольно часто. Нет, с выбранными им камнями проблем не было, стихия всегда определялось верно, и уж тем более пустышек не попадалось. Однако довольно часто камни, под завязку запитанные стихией, Нейрас пропускал. Крутил в руках пару секунд и возвращал на место, как вещь, недостойную внимания.
– Быстрее, – подгонял Тарвен, почти не глядя на товар. – Время, Нейрас.
Вежливостью тут даже близко не пахло. Ходили по прилавкам мы уже почти час, старик исправно выбирал товар, а скучающе-раздраженная выражение лица элария не сменилось ни на грамм. Ему было абсолютно плевать на Нейраса, в то время как владельцы лавок смотрели на него чуть ли не с маниакальным возбуждением и надеждой.
Старика здесь знали в лицо, и не просто знали – уважали. Оно и логично – именно Нейрас решал, получит ли владелец лавки сегодня неплохую прибыль или нет. Вот только дому Клос каким-то образом удалось запудрить мозги моему товарищу, и вся его репутация перед ними была лишь пустым звуком.
Старик-оценщик, который самостоятельно и абсолютно верит в то, что он ни на что не годится, кроме как быть рабом спасшего его дома. Удобно, разве нет?
Денег Тарвен не жалел. Я старался не суетиться прямо вплотную с ним, так что точное количество оставляемых по прилавкам кристаллов было не рассмотреть, но поток был знатный. И носил он свои богатства в пространственном артефакте, что лишний раз подтверждал его состоятельность. А ведь это даже не Высший эларий! Просто какой-то там сопровождающий.
Ходить по рынку и осматривать руды неожиданно оказалось крайне интересным занятием, так что не успел заметить, как прошло уже несколько часов, и Тарвен остановился, сказав, что на сегодня хватит. Затем, не удостоив старика даже взглядом, Тарвен вытряхнул в подставленную ладонь щепоть серой пыли из мешочка. Нейрас молча пересыпал плату в свой кисет, после чего кивнул и отступил.
И-и-и… Я правильно понимаю, что это всё⁈ Видимо, да.
Даже не попрощавшись, представитель дома направился куда-то дальше по улице, напрочь выкинув из головы, что всё утро рядом с ним ходил какой-то там старик. Да и то, что этот старик был не просто стариком, а целым Высшим, элария так же не смущало ни малейшем образом.
Эх, Нейрас, Нейрас. Уж не знаю, чем там тебя шантажируют, или реально просто промыли голову каким-то чудесным средством, но так просто это оставить – будет искреннем неуважением к тебе.
Если ты и правда по своей воле выбрал такой путь, то так и быть, оставлю всё на своих местах. Но вот если нет…
Вероятно, с учетом навыков Нейраса, эларии могут внезапно вспомнить про ещё один, давно забытый дом.
Глава 6
– Ну как, насмотрелся? – Нейрас проводил взглядом белую спину Тарвена, пока та не растворилась в толпе, и повернулся ко мне.
– Насмотрелся, – кивнул я. – Пойдём?
– Пойдём, – старик, однако, ещё несколько мгновений не двигался. Пожевал губами, склонив голову набок. – Или погоди. Ты не устал?
– Я? С чего вдруг?
В отличие от Нейраса, я не работал, а просто осматривался.
– Тогда покажу ещё кое-что, раз уж пришли.
Время позволяло. Со слов Нейраса, обычно он возвращался с торгов под вечер, но сегодня Тарвен сказал «всё», едва день перевалил за половину.
– Тут есть что-то интереснее нашей утренней прогулки?
– Есть, – Нейрас качнул подбородком туда, где ряды уходили в полумрак. – Павильон руд.
– Что за павильон?
– Дойдём, увидишь.
Нейрас заковылял вдоль прилавков. Я пристроился сбоку, под его хромоту, хотя сейчас старик шёл заметно бодрее, во время рабочего дня.
– Мы не дошли до самой интересной части. Здесь, как ты понял, в основном лишь шахтеры-одиночки да небольшие группки, которые продают свои же находки, – заговорил он на ходу. – Копают близко, копают мелко. Ни о чем. А вот павильон держат артели, при этом самые большие. У них и штреки самые глубокие и дальние, и экипировка гораздо лучше, и есть возможность выкупить ценные редкости у мелких конкурентов. Совсем другой разговор.
– Насколько глубокие?
– Ну как. День спуска, – Нейрас пожевал губами. – Бывает, два. Лучшие артели внизу и жить могу, неделями. Правда это крайне редкая история – артефакты для такой долгой защиты от бури в копеечку встанут.
Житьё под землёй и так на любителя, а тут еще и постоянно ориентироваться в Буре… Сложно представить, зачем вообще кто-то соглашается на подобное.
– И как я понимаю, Буря внизу еще жестче, чем на поверхности?
– Мягко сказано, – подтвердил Нейрас. – Чем ниже, тем холоднее, и там, в штреках, совсем холодно. И буря соответственно меняется. Внизу она густая стоит, порода в ней годами вылёживается. Впитывает стихию. Оттуда руды ценнее. И пустышек, считай, не бывает. Точнее, конечно встречаются, но крайне редко и до прилавков они совсем не доходят.
– Совсем не доходят? Настолько серьезно?
– Ага, – уверенно кивнул старик. – Репутация – дело такое. Одно дело на улице пустышками торговать, и совсем другое в павильоне, где даже самый маленький кусок стоит космических денег.
На секунду Нейрас прервался, на ходу кивнув знакомому торговцу – тот поклонился вдвое ниже.
– А у частников что?
– Пустышки через одну. Дёшево. И редкой стихии не встретишь. Сколько я уже тут – лишь несколько раз видел что-то ценное на улицах.
Тем временем ряды вокруг понемногу редели. Полосы света на своде расходились шире, а гул кратера, у входа стоявший в самих костях, оседал до шёпота. Однако публики в эту сторону шло гораздо большо, да и одета она была заметно чище.
– Если всё лучшее свозят сюда, то почему Клос закупается в рядах, среди обычных дешевок?
– Когда как, – Нейрас пожал плечами, не сбавляя шага. – Сырьё попроще тоже требуется, а здесь имеется вероятность сэкономить. Правда только в двух случаях – либо если ты очень везучий, либо же у тебя за спиной стоит опытный оценщик. Как я, например.
Старик чуть прибавил шага, завершая разговор, и махнул рукой вперед.
Правда ничего показывать не требовалось – я всё видел сам. Дальний торец пещеры, с порога тонувший в полумраке, вблизи оказался вовсе не торцом.
В скалу было врезано здание с гладко стёсанным фасадом. На фоне рубленого камня эта плоскость бросалась в глаза раньше дверей. Над входом тянулась сплошная светящаяся полоса. От больших ворот пещеры её заслоняли навесы и ярусы рядов, зато с полусотни шагов она горела во весь фасад. Широкие двери открывались внутрь. Камень перед ними вымели дочиста, убрав пыль и следы сапог.
После утреннего торга с его отвалами и скрежетом такая чистота сама по себе тянула на заявление. Вывески над входом не было. Место, которому нужна вывеска, стояло, видимо, где-то пониже классом.
Пока мы одолевали последнюю сотню шагов, из дверей вышли двое в белом с носильщиком. Короб у последнего был крошечный, дай бог с локоть длиной, и нёс он его перед собой на обеих руках, как ребёнка.
Стоявшие у дверей двое с костяными бляхами шагнули было наперерез. Нейрас потянул из-под одежды пластину, и оба мгновенно сдали обратно, а ближний даже голову склонил. Второй продолжал коситься, но уже молча, по инерции.
Удобная штуковина. Если в итоге решу надолго здесь осесть, то надо обязательно будет податься в оценщики и обзавестить подобной.
Сразу за дверями проход коротко заламывался. На повороте шум кончился, гомон торга остался снаружи, за камнем. Стало слышно собственные шаги. Пылью вовсе не пахло. Воздух стоял чистый, прохладный. Свет от таких же полос лежал по залу без единого тёмного угла. Под ногами блестел шлифованный камень без колеи. Двое служителей у дверей поклонились Нейрасу, я же для них был пустым местом, на которое не стоило обращать внимания. Вероятно, приняли за обычного носильщика, особенно с учетом моей одежды.
– Руками ничего не трогай, – напомнил Нейрас. – Тут тем более.
Вдоль стен и по центру тянулись прилавки. Ну как прилавки – отдельные подставки, покрытые тёмной тканью, на каждой из которых лежало строго по одному камню.
Народу было немного. Несколько элариев в белом переходили от одной породы к другой, подолгу задерживаясь, пока служители держались у стен. Товар с виду почти не отличался от утреннего. Те же серые и бурые куски с кулак или чуть больше, разве что отмытые. Крупных камней, с добрую голову каждый, на весь зал нашлось три. Их выложили в самой глубине, на виду. Возле этой тройки дежурил отдельный служитель, стоявший прямо при товаре.
Ну что, поглядим, чем глубокие штреки лучше мелких.
Выбрав крайний камень, я отправил к нему нить. Привычный невидимый барьер встретил её на дальних подступах, раньше ожидаемого, и с первого нажима вовсе не пропустил. Змейка воли упёрлась, точно в мокрый войлок, и встала.
Пришлось надавить сильнее. Сопротивление поддалось на волос, снова застыла, но дожать её получилось без церемоний. На улице такое удавалось продавить за три-четыре секунды. Здесь шла уже восьмая, а виски даже слегка закололо от прилагаемых усилий. И только затем преграда исчезла.
Нить провалилась внутрь, тяжесть схлынула, а со стороны я выглядел просто задумавшимся над булыжником. И хорошо.
Внутри меня встретила молния. Надо же – первая проба, и сходу редкая стихия. Да и ее концентрация значительно превосходила виденную раньше. Нейрас не соврал – руды здесь были значительно более представительные.
Следующий кусок породы поддался с той же неохотой. Полный, с зыбкой и мутной стихией, которую я даже не смог сходу различить. Туман?
Хоть и редкая, но довольно спорная стихия, потому что является производной воды и воздуха. И по отдельности, что первая что вторая будет гораздо лучше, чем их «дочка».
– Нейрас, а можешь посмотреть на этот кусок? – решил проверить я старика. – Что тут за стихия?
Старик молча кивнул и взял руду, начав неспешно крутить ее перед глазами. При этом процесс занял заметно больше времени, чем на уличных рядах.
– Вода, – наконец выдал Нейрас. – Но что-то не так, не уверен на все сто. Одно можно сказать точно – по стихийной силе тут всё в порядке.
Ага, пределы старика обнаружились довольно быстро. Конечно, часть он определил правильно, к тому же туман сам по себе далеко не известная стихия, в отличие от той же молнии, которую крайне легко отличить. Но это была ошибка.
– Понял, спасибо, – поблагодарил я, сделав вид, что очень удивился.
– Не стоит, – махнул рукой Нейрас и двинулся дальше. – Тем более что я мог ошибиться. А покупать и проверять верность моих слов мы всё равно не будем – кристаллов то нет.
С этим я как раз был не согласен – в моем пространственном кольце лежало приличное количество ценных «стекляшек». В казне Вардиса я практически ничего не хранил, так что мог позволить себе довольно многое. Мои артефакты и просто заготовки из чиза приносили хорошую прибыль. Мягко говоря.
Интересно, как там дела у сестры и остальных… На мгновение провалился в грустные мысли, однако почти сразу же я выгнал их из головы.
Мои люди точно не пропадут, по крайней мере не так быстро. А оставлять их одних я и не собирался. Сейчас встану на ноги здесь, и сразу же займусь Вардисом. Думаю, что моих возможностей будет вполне достаточно, чтобы тайно приглядывать за своими владениями.
Вернулся к осмотру руд. Теперь не проверял волей каждый камень – лишь выбирал самые интересные на вид. Попался холод, за ним снова молния, потом опять холод. Пустышек не было, даже самый бедный кусок тянул на рабочее изделие. Артели своё дело знали.
Зато потом началась просадка. Очередной кусок породы оказался заполнен стихией немногим больше, чем уличные камни. При этом внешне он выглядел один в один, как его соседи на стоящих рядом стойках. Затем попался еще один такой, и еще.
Примерно половина представленных руд Бури была, конечно, не пустышками, но смотрелась крайне блекло на фоне остального великолепия.
Рядом тем временем выбирали. Пожилой эларий кружил над выкладкой, наклоняясь к самому камню и ведя пальцем вдоль трещинок. Молодой спутник почтительно ждал в шаге позади. Совещание шло неспешно. Речь я разбирал почти целиком. Пожилому нравились косые трещинки на правом камне, верный, по его словам, знак большого количества стихийной силы. Молодой добавил что-то про рыжую крапинку у кромки. Наконец старший указал на правый камень и с удовольствием одёрнул рукава.
Вот только в нем стихийной силы была примерно вчетверо меньше, чем в другом, что предлагал эларий помоложе. С трудом удержался, чтобы не хмыкнуть вслух.
Нейрас будто услышал о том, что я думаю, подошёл ближе и обронил спокойным тоном:
– К слову. Любой кусок руды здесь – десять стихийных кристаллов. Любой. А дальше уже, повезет не повезет.
– Сколько⁈
Несмотря на то, что я не кричал, вышло слегка громче, чем стоило. Служитель у стены повернул голову, а эларий за соседней стойкой оглядел меня целиком, уже не одну куртку. Деревенщину привели, что с неё взять.
– Десять, – повторил Нейрас с легкой усмешкой. – Это внизу. Наверху дороже.
Десять кристаллов за камень. Сразу стало понятно, почему кто-то был готов рисковать жизнью и спускаться на недели в Бурю, лишь бы наткнуться на ценный улов. Для многих этот риск более чем оправдан.
Но это со стороны продавца. А вот стоит ли это покупать?
– И что, никто не жалуется? – тут же озвучил свой вопрос.
– А куда им деться, – Нейрас пожал плечами. – Тем более что цена оправдана – если повезет, то руда окажется редкой стихией, да еще и под завязку заполнена силой. Такой кусок породы и пол сотни кристаллов может стоить. Желающих много.
– Казино, – подытожил я вполголоса. – Покупаешь непонятно что, надеясь окупиться. А кто считает себя умнее прочих, приводит оценщика, пробуя обыграть заведение.
– Можно и так сказать, – усмехнулся Нейрас.
Не задерживаясь на нижнем этаже, старик свернул к лестнице в дальнем углу зала.
Широкие низкие ступени вырубили из той же скалы и отполировали до костяного блеска. Охраняли лестницу уже не простые работяги при бляхах.
С нижней ступени нам наперерез шагнул молодой служитель в белом. Вежливо поклонившись, он встал точно посередине прохода.
– Прошу прощения. Второй этаж открыт для владельцев серебряной карты покупателя или выше, – выговорил служитель без запинки, по заученному. – Ее можно приобрести внизу или получить за покупки. Если угодно, я провожу к…
– Новенький, что ли? – перебил Нейрас.
Служитель моргнул. Такого вопроса его оперативная память обработать не смогла, и он завёл сначала, слово в слово:
– Второй этаж открыт для владель…
– По второму кругу пошёл, – вздохнул Нейрас, неторопливо и даже с удовольствием вытягивая из-под одежды пластину на шнуре.
Молодой уставился на резьбу. На его лице появилось испуганное выражение, смешанное с непониманием – он явно осознавал, что к нему пожаловал кто-то из перечня исключений, но понять кто именно не получалось.
И где они только такую бестолочь откопали? Вероятно чей-то родственник.
– Я… одну минуту, у вас карта…
– Ирвен где? – в голосе Нейраса появились недовольные нотки.
Договорить молодому не дали. Из глубины зала уже спешил служитель постарше, сухой и седоватый.
– Прошу простить, Уважаемый Нейрас, – поклон вышел куда глубже, чем у молодого. – Мальчик первую неделю в зале. К дверям, – уронил он в сторону, не повышая голоса, и молодого как водой смыло. – Поднимайтесь, прошу. Рад вас видеть.
Взгляд старшего служителя мазнул по мне, по куртке и задержался ровно настолько, чтобы это стало заметно.
– Он со мной, – сказал Нейрас.
– Разумеется.
Больше в мою сторону служитель не смотрел.
– Зелёный совсем, – беззлобно заметил Нейрас, кивнув вслед молодому.
– Учим, – коротко ответил седой тоном, из которого следовало, что учёба идёт тяжело.
Нейрас хмыкнул с пониманием.
С лестницы нижний зал был виден как на ладони. Прямые ряды витрин, белые фигуры между ними, стерильная чистота без единой пылинки. И отсюда ещё заметнее было то, насколько одинакова внешне вся эта руда.
И тем разительнее нас встретил второй этаж.
Камень отделки и полосы света остались прежними, зато товар был другим. Полки с товарами стояли реже, над каждой в свод врезали собственную короткую полосу света.
Руда здесь отличалась. Камни на выкладках переливались каждый по-своему, двух похожих не лежало во всём зале. Ближний, например, отблескивал синим цветом, словно его покрасили светоотражающей краской. У соседнего вся поверхность была в порах,а в каждой поре светилась крошечная искорка.
Видимо, с рудами происходило то же самое, что и с подснежниками – после определенного этапа стихия их видоизменяла. Однако из-за того, что в отличие от растений, камни обладали свойством скрывать стихию в себе, помогало определению ценности это абсолютно никак. А скорее даже наоборот– могло натолкнуть на ложный след.
Покупателей наверху было всего ничего. У ближней стены стояли двое, ещё одна компания собралась в конце зала. Та пара рассматривала единственный серый камень, тихо переговариваясь. Один покупатель отступал на шаг, смотрел издали, возвращался. К камню за всё это время не притронулся ни один.
– Дальше сами, Уважаемый? – спросил наш сопровождающий где-то на середине зала.
– Сами, – кивнул Нейрас.
Служитель поклонился и отошёл к лестнице.
У здешних выкладок Нейрас откровенно расцвёл. Останавливаясь у каждого второго камня, старик склонял голову то так, то этак и щурился, как на хорошую еду. Сложная работа однозначно поднимала его настроение.
Хотел тоже начать работать нитью, как нас неожиданно отвлекли.
– Высший Нейрас?
Обернувшись, я увидел троицу элариев. Ледяное деревце в сопряжении слегка повело ветвями – кто-то из них был высшим.
Больше ничем они не выделялись – трое статных элариев в стандартной для них белой одежде с какими то гербами. Стоп, случайно не эти же гербы я видел у утреннего сопровождающего? Дом, Клос, какая встреча!
Нейрас, тоже развернувшись, молча кивнул в ответ.
– Как ваше здоровье? – участия в голосе говорящего было ровно столько, сколько положено для случайной встречи. – Дом беспокоился.
– Всё в порядке, – нейтрально ответил Нейрас. – Как видите, даже нашел в себе силы прогуляться.
Показательная вежливость буквально выжигала мне глаза.
– Не ждали вас здесь, – улыбка элария была поставлена не хуже речи, тёплая и гладкая. Верить ей мешали глаза, хладнокровно сканирующие окружение. Они прошлись по старику, по мне, задержались на пустом поясе без бирки и вернулись к Нейрасу. – Дом дал вам поручение?
– На сегодня уже всё, – помотал Нейрас головой. – Утром закончил работу.
– Рад это слышать. В таком случае, удачной вам прогулки, Высший.
Все трое поклонились разом и двинулись в глубину зала. Напряжение в воздухе стало еще гуще – этот диалог для меня был буквально олицетворением странности и неловкости.
При этом официально Нейрас стоял на той же ступеньке общества, что и Клос. И ведь судя по тем моментам, что не были связаны с этим домом, старик еще не растерял воли к жизни! А значит, надо попробовать достучаться до остатков здравого смысла.
И кажется, у меня уже есть план, как это сделать.
– Слушай, Нейрас, – обратился я к поникшему старику. – Я же правильно понимаю, что все руды, что ты покупаешь вне рабочего времени – твои? И Клос не может на них претендовать.
– Да, – равнодушно кивнул он. – Только какая разница? Даже осколки в моих карманах – не частые гости, так что купить себе что нибудь даже на уличных прилавках не про меня.
– А это уже не важно, – широко улыбнулся я, переводя свой предвкушающий взгляд на спины удаляющейся тройки Клос.
Одновременно с этим нить воли направилась к ближайшему камню.
Как хорошо, что мы с вами здесь встретились. Посмотрим, насколько велика окажется ваша жадность.




























