Текст книги "Повелитель Стихий. Том 4 (СИ)"
Автор книги: Ленивая Панда
Соавторы: Ярослав Сай
Жанры:
Боевое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)
В пару домов я заглянул. Внутри было хоть шаром покати, только каменные лежанки у стен да ниши, выметенные дочиста. Всё уцелевшее в войну за сотни лет вынесли гости вроде меня. Кое-где на стенах темнела копоть от давних костров. Кто-то здесь даже ночевал, невзирая на советы из заметок.
Кости почти исчезли. Пару раз под подошвой хрустнула крошка, в которой при желании угадывались обломки. Вот и всё. За сотни лет здешних мертвецов растащили: кого твари, кого время.
Остановившись посреди улицы, я загнал нить в ближайший дом и прислушался к сопряжению.
Искомые мною эманации смерти были. Но старые и жидкие, как слежавшаяся пыль. После руды из кратера, от свежих разломов которой болела голова, эту плёнку я едва отличал от пустого камня. Росток даже из вежливости не шевельнулся.
Мало. И это я ещё комплимент делаю.
Пройдя квартал, ещё раз проверил фон у дома с проломленной крышей. Эманации лежали таким же тонким слоем, без единого сгустка. Если весь Кхэллис такой, я прокатился зря.
Впрочем, для окраины ожидаемо. Когда город режут, умирают не у ворот. Жители жмутся туда, где надеются отсидеться, поближе к толстым стенам и поглубже в подвалы. Так что пока не спешил расстраиваться.
Тишина вокруг стояла вязкая. Не было ни единого лишнего звука, и стук собственных подошв казался непозволительно громкими, хоть ступал я тихо.
И тут где-то справа, в глубине улиц, что-то громко прошуршало.
Ножи сами оказались в ладонях. Звук шёл издалека, нити туда не дотягивались, поэтому я замер у стены, вглядываясь в серую муть. Для осыпи слишком размеренно, для ветра… какой под землёй ветер. Шорох повторился тише, добавив мягкий и равномерный стук, словно что-то куда-то прыгало.
Наконец, взгляд наткнулся на движение. В конце улицы по стене дома карабкалась фигура, различимая лишь на пределе зрения. Мелочи на таком расстоянии расплывались, но повадка читалась и так. Человек, а вероятнее эларий в плаще лез аккуратно и уверенно. Подтянувшись, он перевалился через проём второго яруса и пропал внутри.
Выходит, даже прямо сейчас я тут не один. Такие же искатели, надо полагать, ведь заметки в сети читал далеко не только я. Окликать коллегу через всю улицу смысла не было, так что просто пошёл дальше, к центру.
Чем ближе подбирался к нему, тем шире становились улицы и крупнее дома. Окраина жила тесно, коробка к коробке, а здесь пошли фасады с резьбой и дворы за каменными оградами. Богатый был город. До войны.
Первый щелчок донёсся откуда-то сверху, с тёмных верхних ярусов. Сухой одиночный стук камня. Я шага не сменил, только подобрал нити плотнее. Через десяток шагов щёлкнуло снова, уже с двух сторон.
Не камешки, значит. Снова кого-то встретил. Интересно, сново любители приключений, или же…
Нить зацепила первую тварь шагов за десять. Тёплое пятно на стене слева, чуть выше моей головы. Через пару секунд появилось и второе, на карнизе верхнего яруса, прямо по курсу. Третье, четвёртое… и пятое, позади, отрезающее дорогу назад. Сходились они не спеша, с разных сторон, а щелчки теперь сыпались почти без пауз. Твари перекликались, стягиваясь ко мне.
Видны они были хорошо. Размером с крупную собаку, бледные, безволосые. Передние лапы были длиннее задних, когти хорошо держали на отвесной стене. Головы плоские, половину морды у каждой занимали чёрные глаза без зрачков. Видимо, таким способом они адаптировались к темноте.
Охота для тварей была привычным делом, и показываться на глаза они не спешили. Только одна пару раз мелькнула впереди, но тут же быстро возвращался под прикрытие развалин.
Бежать или прятаться смысла не было, по стенам эта компания передвигалась явно быстрее, чем я по мостовой. Да и зачем, собственно. Что-то сне подсказывает, что расклад сил совсем не в из пользу.
Глаза я закрыл первым, потому что с экстрактом вспышка в упор ослепила бы меня надёжнее любой твари. Ориентироваться помогали нити, пять тёплых пятен и камень вокруг. Твари сорвались разом, сверху и с боков. Я же не растерялся, зачерпнув стихийной силы из сопряжения и вложив ее в простейшее воплощение.
Вспышка.
Беззвучная, прямо в упор.
Даже сквозь закрытые веки мир полыхнул белым. Тварям, прожившим всю жизнь в кромешной тьме, хватило с головой. Прыжки сломались на середине. Одна тварь врезалась в стену, две другие покатились по мостовой. Ещё одна прыгнуть не успела и сорвалась со стены сама. Щелчки захлебнулись, поднялся визг.
Дальше ножи. Пять бросков за пару секунд. Нити довели лезвия до плоских голов, оборвав визг.
Как котят, честное слово. Даже неловко.
Стало тихо. Открыв глаза, я пару секунд промаргивал плавающие пятна. Экстракт своё взял даже сквозь веки. Нити тем временем ощупали ближние крыши.
Стая оказалась одна, подмога ниоткуда не лезла.
Шуму, правда, вышло порядочно. Да и вспышку мог кто-то разглядеть. Так что если кто тут ещё бродит, то теперь знает, где меня искать. Собрав ножи и обтерев их, я дальше задерживаться не стал.
Ещё через четверть часа улица распахнулась, и я вышел на главную площадь.
Простор чувствовался больше по звуку шагов, чем глазами. Серая муть съедала дальнюю сторону целиком. По ближней проступали колоннады и широкие лестницы самых крупных зданий города, во входные проёмы прошёл бы тягач с прицепом. Ближе к середине нашлась чаша давно высохшего фонтана. Шагов четыреста в поперечнике, если верить эху и ногам.
Если смерть где-то и осталась, то здесь, в сердце города, где в последние часы собирались все, кому бежать было некуда.
Эманации и тут оказались жидкими, хотя и гуще, чем на окраине. Росток даже вяло качнулся, но тут же снова затих. На две грани этим не наскребёшь и за год. Жаль, простейший вариант не сработал. Но все же стоит еще посмотреть.
Следы прежних гостей попадались на каждом шагу. На стенах у развилок процарапаны стрелки, у дверных проёмов остались отметины углём. Кто-то давно вёл учёт осмотренного, причём разными руками. У спуска в один из подвалов болтался огрызок верёвки, истлевший до бахромы. Его хозяин спускался сюда, когда меня ещё на свете не было.
В другом подвале кто-то выломал кладку дальней стены. Судя по аккуратной куче щебня рядом, за ней ничего не нашли. Старательные ребята. Упорные. Кхэллис излазали вдоль и поперёк, и, судя по свежим отпечаткам, лазят сюда до сих пор.
Я бесцельно плутал по центральным районам, бродя от одного приметного здания к другому. Все же спешить с выводами очевидно было глупо.
У всех, кто побывал здесь до меня, не было одной вещи.
Воли.
Прежние искатели шли туда, куда вели двери и лестницы. Меня же двери не ограничивали. И это может оказаться ключевым.
Войдя в очередное здание, я пустил нити вниз и в стороны, сквозь стены и плиты пола. Камень, камень, снова камень…
Пусто, ничего интере…
Стоп!
Или все же кое что есть?
Глава 15
Нить воли чиркнула по краю пустоты и проскочила дальше.
Так. Спокойно. Я вернул её на то же место и повёл медленнее. Под плитами пола лежал сплошной камень без трещин и швов, метра два толщиной, однако дальше он кончался. Ниже была пустота, и пустота большая.
Я ещё раз оглядел зал, в котором стоял. Это было одно из крупных зданий на площади: колонны у входа, широкая лестница, внутри всё выметено до голого камня. Когда-то здешние хозяева жили богато, а вот для чего служил дом, я так и не разобрал. Ниши да пустые проёмы, ни одной подсказки. Хотя чего гадать, среди развалин и целый дом не вдруг опознаешь.
Зато под полом у этого места кое-что имелось.
Нырнув в толщу, нить пошла вдоль пустоты по камню. Это была комната, и немаленькая, с низким куполом и идеально ровным полом. Стены же оказались странными. С изнанки нить читала их сплошным рельефом, где выпуклые узоры покрывали тысячи мелких плиток из другого камня. Местами из стен выступали целые картины.
Я провёл прозрачную змейку вдоль одной, снимая форму до последнего бугорка. Ряд фигур в полный рост, за ними что-то ветвистое, то ли деревья, то ли ещё один узор.
Во всех домах, которые я сегодня прошёл, стены были голыми. А тут сплошная отделка, целая, без сколов и обвалов, хотя саму комнату снаружи вовсе не видно. Похоже, до неё так никто и не добрался. Чутьё сборщика уже деловито потирало руки.
Ну-ка, ну-ка.
Для порядка я прогнал нить по периметру. Боковых ходов не нашлось, комнату наглухо запечатал монолит. Чем дольше нить ползала по рельефу, тем сильнее хотелось взглянуть на него глазами.
Осталась мелочь: попасть внутрь. Два метра сплошного камня. Условным воздушным тараном такую плиту грызть придется порядочно, а чем потяжелее… шумно. И шума мне сейчас хотелось меньше всего, ведь по городу бродят другие искатели приключений, а по стенам лазит местная живность. Да и после вспышки я наследил дай боже. И это я молчу про свод, который висит над половиной города сотни лет на честном слове. Долбить пол в его центре – отличный способ проверить, насколько честным было это слово.
Значит, ищем дверь. Кто строил комнату, тот в неё как-то спускался.
Нить пошла по контуру пустоты. У дальней от входа стены вверх поднимался ход, два коротких марша с поворотами, и упирался в ту самую плиту, по которой я только что ходил. Сверху плита как плита, шов забит вековой пылью, глазами не взять.
От края плиты нить ушла в толщу стены. И вот там нашёлся металл. Тонкие тяги тянулись вверх к полости с грузом-противовесом, а от неё дальше, к одной из ниш зала. Чистая механика без капли стихии и единого плетения.
Видимо, оттого комнату никто и не нашёл. Стрелки на стенах и уголь у проёмов оставили поколения старательных ребят, но искали они глазами и стихийным чутьём.
В нише на уровне груди из стены выступала каменная розетка, цветок с толстыми лепестками. Точно такая же сидела рядом, ещё пара украшала дальний конец зала. Обычный декор, взгляд не цепляет. Вот только под этой, единственной из всех, в камне прятался ход для тяг.
Прежде чем давить, я постоял, прислушиваясь к площади. Механизм пролежал без дела столько веков и наверняка сработает громко, это к гадалке не ходи. Снаружи висела всё та же вязкая тишина. Лучшего момента уже не будет.
Я положил ладонь на розетку и надавил. Ничего. Тогда упёрся крепче, вложив вес.
Каменный цветок подался внутрь.
Скрежет встал такой, что я невольно пригнулся. Звук прокатился по мёртвому городу, затихнув где-то в развалинах. Плита дрогнула, просела и поползла в сторону, открывая чёрный проём. Потом всё стихло.
Я стоял не дыша, собрав нити кольцом, и слушал. Тишина, верхние ярусы молчали. Для верности выждал ещё, считая про себя, и на второй сотне отпустило. Если кто и слышал, проверять не пошёл. Так что теперь мое внимание занимало совсем другое.
Сотни лет. Сотни лет этой штуке, и она работает⁈ Тяги уцелели, противовес не заклинило. Плита со скрежетом, но дошла по пазам до конца. Боюсь даже представить, насколько хорошо проектировали механизм, раз он до сих пор способен функционировать. А значит…
Такое делают, когда помещение внизу стоит любого времени и любых денег. Выходит, нашёл я вовсе не кладовку с соленьями. Что же вы там такое прятали, господа строители?
Вниз уходили целые крутые ступени. Пыли на них хватало, но следов в серой мути экстракта было не разобрать. Одну нить я подвесил дежурной у проёма, чтобы первым узнать, если кому-то приспичит спуститься следом.
Зачерпнув света из сопряжения, я собрал над плечом каплю размером с ноготь и тут же об этом пожалел. Экстракт никуда не делся, по глазам резануло, будто плеснули кипятком. Пришлось гасить каплю до огонька в полсвечи, пережидая резь и промаргиваясь, и только потом понемногу добавлять яркость.
Благо что здесь, в тайной комнатушке, мой импровизированный фонарик никто не разглядит. Можно не переживать.
Последняя ступень лестницы осталась позади, и я поднял каплю повыше.
Ну нифига ж себе!
После серой мути глаза чуть не заболели заново, теперь уже от обилия красок. Под низким куполом раскинулся круглый зал шагов пятнадцать в поперечнике, без единого уголка голого камня. Стены покрывала сплошная мозаика, синие и белые завитки обвивали полуколонны, по куполу расходились лучи из мелких плиток. Между полуколоннами стояли те самые фигуры в полный рост, которые нить нащупала сквозь камень. Пол устилали плиты попроще, тоже с узором.
Сами узоры лежали объёмно, волнами, хоть пальцами трогай. Я и потрогал, не удержался.
Под пальцами прокатились холодные отполированные гребни, пыль на таком камне почти не держалась. Между плитками сидели гладкие блестящие вставки, ловя свет из воплощения над моим поечом и подмигивая в ответ.
Красиво до неприличия. Наверху дохлый город с оплавленными углами и крошевом костей под ногами, а тут хоть приёмы устраивай. Сколько же лет какой-то мастер провёл в этой яме, выкладывая плитку за плиткой?
В дальнем конце вдоль стены тянулись каменные полки, рядом стояло несколько бочек. На полу темнела горка обломков.
Деревце смерти в сопряжении не шевельнулось ни на волос. Стихии, ради которой я сюда ехал, в зале вовсе не оказалось. Досадно, но ладно. С пустыми руками я всё равно не уйду. Или…
Полки встретили меня пылью, толстой и слежавшейся, как войлок.
Бочки оказались пусты. По очереди осветив каждую, я увидел лишь дно со стенками, у двух были сдвинуты крышки. Внутри ничего, даже запаха.
Зато на полках под пылью проступали чистые круги и прямоугольники там, где когда-то что-то стояло. Их тоже припорошило, но тонко, самым верхним слоем. Да и от лестницы к полкам, если приглядеться, тянулась старая натоптанная тропа, затянутая той же тонкой плёнкой.
Печально.
Пыль копится веками, поэтому вещи должны были простоять здесь очень долго после войны, чтобы под ними остались чистые пятна, пока вокруг ложился первый слой. Потом их забрали, а на сами следы вновь успело насыпать своё. Вероятно, случилось это давно, может, сотню лет назад или раньше.
Вот тебе и нетронутая комната. Кто-то дошёл сюда до меня, выгреб всё подчистую, аккуратно закрыв за собой дверь. Остались только стены, которые с собой не унесёшь. Да и добирались сюда, видно, единицы, пока остальные бродили наверху со своими стрелками и углём.
Мазнув пальцем по чистому пятну на полке, я ощутил лишь гладкий холодный камень. Даже крошки не осталось.
Вторая эларийская сокровищница в моей коллекции снова оказалась пустой. В Тарнисе, в точно такой же обчищенной, Тобиас до последнего верил, что найдет какой-то тайник, но не справился. Здесь же было тоже самое.
Только там, в подземном городе, этот случай сразу забылся после встречи с таинственным духом, но а сейчас…
Нить воли в последний раз прошила полки, стены за ними и весь пол, пройдя от бочек до самого центра. Ничего.
Что ж. Пора подниматься.
Я уже повернулся к лестнице, но напоследок повёл каплю света вдоль стены. Когда ещё доведётся посмотреть на такую работу? Повёл и завис.
Узор только издали казался украшением. Вблизи завитки складывались в цепочки, которые тянулись к полуколоннам, обегали их по спирали и ныряли под купол. Глаз шёл за ними сам, бросить на середине не получалось. Я вёл свет дальше, наблюдая, как следом по залу бегут десятки солнечных зайчиков от гладких вставок. Они скакали по стенам и сапогам, гасли за спиной, вспыхивали впереди. Зал будто шевелился вокруг, живой и переливчатый.
Погоди-ка.
Зачем в запертом подземном зале столько зеркальных элементов? Для кого им тут блестеть? Да и если присмотреться, расположены они вовсе не где попало. Я ещё раз повёл каплю по кругу. Точно. Вставки тянутся цепочками с равными промежутками, как заклёпки по шву. В отличие от остального, довольно хаотичного узора.
Думал над этой странностью я долго. Ходил по кругу, осматривал узоры. И уже собирался было махнуть рукой, как взгляд зацепился за круглое углубление в стене, размером с крупную монету, посреди самой густой россыпи блестящих вставок. Пустое. Мозаика вокруг него закручивалась кольцами, как вода над сливом. Чем оно меня так зацепило? Ямка и ямка, может, выпал кусок за столько лет…
Поднеся свет ближе, я сощурился. Вставки вокруг впадинки били отражениями в глаза, аж слеза пошла.
Отражениями…
Отражается! Я не верю в такую удачу, но у меня же как раз имеется одно зеркало!
Цепочку я снял через голову. Крошечное зеркальце со дна костяной ямы в Нижних землях, я в него свои глаза проверял чаще, чем иной модник причёску. Кулон лёг в выемку корпусом, и дожимать даже не пришлось.
Он вошёл как влитой, без люфта и перекоса. Я поддел крышку, и та откинулась с привычным щелчком. Зеркальце смотрело в зал. Будто под него это гнездо и вытачивали.Идеально!
Совпадение из тех, от которых чешется затылок. Про кулон потом. Сейчас есть вопрос поинтереснее.
Я отступил на шаг и приготовился к чему-нибудь. К скрежету, как наверху, или к свечению.
Вот только все вокруг молчало. Зеркальце тускло поблёскивало в гнезде, и на этом всё, полная тишина.
Хорошо. Думаем. Слишком идеально подходит паз, а значит, надо не просто вложить в него кулон. Вероятно, надо посветить?
Следующие минут десять я гонял каплю света, как мальчишка солнечного зайчика. Уменьшал до искры, раздувал до размера головы и подносил вплотную к зеркальцу.
Потом менял угол, заходя к гнезду с другой стороны. Зайчики носились по мозаике целыми выводками, вставки перемигивались. Красота, только толку от неё ноль, зал молчал. Под конец светить заставляло уже чистое упрямство.
Даже ободок корпуса я понажимал, проверяя, до конца ли село зеркальце. Село как надо, тут претензий не было.
Может, дело в самом свете? Чем эларии освещали свои залы до войны, я понятия не имел. Вдруг их светильники горели иначе, другой стихией или цветом, отчего моя белёсая капля для здешних задумок попросту не годится? Проверить это было нечем, поэтому мысль отправилась в стопку бесполезных.
Обидно. Загадка вроде вот она, и решение почти на ладони. Зеркало в гнезде, свет подан, а ответ не складывался. Чего-то в этой связке не хватало, и я, хоть убей, не видел чего.
Опустив каплю, я огляделся без цели, в попытках зацепиться взглядом за что нибудь еще. И к моему удивлению, это получилось.
Горка обломков. Та самая, на которую я махнул рукой ещё с лестницы, лежала посреди зала, вдали от стены и полок. Пройдясь вокруг, я убедился, что до стен во все стороны одинаково. Мусор так аккуратно не падает. Или мне уже мерещится умысел в каждом здешнем камне?
Присев, я поворошил обломки. Все они откололись от одного камня с полированными боками, а самый крупный сохранил дугу круглого основания. Пара кусков даже сошлась друг с другом.
Вероятно, это был постамент. Стоял посреди зала, высотой примерно по пояс, и на нём что-то располагалось. Что-то, что потом сбили или унесли вместе с верхушкой, а сами обломки гости бросили, и вот они сейчас передо мной.
И если в зале, где каждая вторая плитка работает зеркалом, в самом центре что-то стояло… Источник света? Какой-нибудь их светильник, бивший прямо в ключевой элемент и запускавший всю эту карусель?
Что ж, буду верить что, гости выгребли не только полки, а прихватили и сердце зала, оставив меня гадать, что тут светило и как. Потому что в таком случае я уже близок к разгадке. А если нет… Не буду об этом думать.
Благо свой светильник у меня имеется.
Поднявшись, я встал вплотную к обломкам, в самый центр.
Маленькая капля света для такого дела не годилась, нужно было что-то помощнее. Для начала стоит попробовать направленный поток. Условный луч или какой-нибудь недолазер.
Сказано – сделано.
Вторая грань, конечно, уменьшает возможности для оперирования со стихией, но кое-как луч собрался. Рыхлый, с палец толщиной, но всё же луч. Понеслась.
Луч упёрся в кулон. От зеркальца отскочил бледный зайчик, замерев на мозаике в паре пальцев от ближайшей блестящей вставки. Я подождал, но зайчик висел на стене и нагло ничего не делал.
Да чтоб тебя. Ну же!
Выжав из луча всю яркость, я повёл его на волос в сторону. Потом ещё на волос.
И тут зал вспыхнул.
Зайчик прыгнул на еще одну зеркальную вставку, оттуда на соседнюю, через купол, вниз, снова вверх. Отражения множились быстрее, чем я успевал моргать, свет скакал по их цепочкам, как искра по сухой траве.
Идеально. Каждый отражающий элемент стоял точно там, куда прыгал зайчик с предыдущего. И с каждым разом света становилось больше. Сильно больше, чем я давал!
Откуда, за счёт чего⁈ Мой рыхлый лучик такого каскада не устроил бы при всём желании. Зал сам усиливал его на каждом прыжке, и как это работает я пока не понимал.
Моргнуть очередной раз я не успел. Из самого центра купола на меня обрушился столб света, причём без единого звука. Всё это представление происходило в полнейшей тишине, только кровь тяжело толкалась в ушах.
Глаза пришлось зажмурить намертво, экстракт добавил своё, и из-под век потекли слезы. Больно.
Но почти сразу я переключил свое внимание на окружающее пространство – света вокруг было столько, что в воздухе вокруг меня появились робкие стихийные эманации.
Нечто похожее я встречал в этом мире пару раз – в том месте, где обнаружил Цветок Слез, а так же в кратере рядом со стихийным источником. Прекрасное место для медитаций.
Росток света в сопряжении потянулся к эманациям всем молочным тельцем, каждым листочком. Чёрное деревце смерти, наоборот, поджалось у дальнего края, как кот от воды.
Приоткрыв глаза щёлочками, кое-как проморгался. Весь зал горел от купола до пола, а под ногами пропала тень. Свет шёл отовсюду разом, так что места даже для малейшего неосвещенного участка не осталось.
Зато осталось понять, что я только что обнаружил. И правда тренировочную комнату для усиления сродства со стихией света? Или же…
Резкое осознание заставило меня прервать ход мыслей. А это еще откуда?
Внезапно, кроме света, воля обнаружила еще одну стихию. Жесткие, колючие эманации, частицы скручиваются и распадаются на мелкие куски… Пространство⁈
Глянул под ноги. По плитам пола сквозь пыль проступала вязь воплощения. Тонкие, с волос, линии разгорались изнутри ярче залитого светом камня и складывались в широкое кольцо вокруг обломков постамента. Ровно вокруг меня.
Ноги вынесли меня за кольцо раньше, чем голова успела что-то решить. Спасибо рефлексам. Прошлое такое воплощение под Тарнисом успешно сработало, но сейчас я не хотел перемещаться в какой-нибудь подвал эларийского дворца.
Пару вдохов я простоял за кромкой, прислушиваясь к колючим эманациям. Они не нарастали. После того, как портал был активирован, ничего больше не происходило.
Картинка сложилась быстро – ничего особо сложного тут не было. За исключением необычного механизма усиления света с каждым отражением.
Передо мной располагалось воплощение-закладка, которое активируется через цепь зеркал. Ну а пока что она не активна, стихию в таком воплощении даже волей не почувствуешь.
Неплохая маскировка. Свет вообще капризная штука, буквально пол градуса отклонения, и вся цепочка коту под хвост. А здесь кто-то всё идеально выверил, выстроил на нём целый зал, и еще и увязал зеркала и воплощение пространства в одну схему, которая пережила своих хозяев. Я бы такому мастеру руку пожал.
Сколько искателей прошло по этому полу за все эти века, с их неумолимым желанием найти сокровища? И ни один не почуял, что топчется по двери.
Осталось только разобраться, что за дверь.
Обошел кольцо воплощения, не переступая черту.
Под столбом света глазам приходилось несладко, поэтому вязь удавалось разбирать лишь урывками, щурясь и роняя слезы. Она шла без разрывов, виток к витку. Вопросы толкались в голове, перебивая друг друга.
Те, кто выгреб полки, унесли и светильник с постамента. Понимали ли они, что он запускал? Тогда почему оставили гнездо целым, вместо того чтобы расколотить всю цепь от греха? А если не знали, то получается, по ту сторону этой двери сотни лет не ступала ничья нога.
Звучит… Привлекательно.
Смерти я тут не нашёл, это да. Зато нашёл дверь, которую прятали настолько хорошо, что на той стороне меня обязаны встретить горы сокровищ. Как минимум.
И кто я такой, чтобы сопротивляться подобному соблазну? Правильно – никто.
После быстрых раздумий, нога сама собой сделала шаг вперед, переступая черту портала.




























