290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Торговец жизнью (СИ) » Текст книги (страница 4)
Торговец жизнью (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 12:30

Текст книги "Торговец жизнью (СИ)"


Автор книги: Kellerr






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Кириан подошёл к другой стороне начала моста, где висела небольшая покосившаяся вывеска, еле-еле державшаяся на одном креплении: «Мост имени В. Бернаскони». Кириан не помнил, как его звали, но Бернаскони слыл одним из строителей моста, вздумавшим когда-то продолжить прямую дорогу через соседние города – Нокс и Лакус – через маленькую деревеньку, которая впоследствии и стала называться Старым городом.

В отличие от освещённого Дуплекса, Старый город всегда был погружён во мрак. Поговаривали, что там ещё оставались живые люди, прятавшиеся в разрушающихся от времени домиках, но никто их не видел. По крайней мере так слышал Кириан от посторонних.

Аина задержалась на десять минут, испугав Кириана, когда неслышно подкралась сзади.

– На что смотришь?

Он вздрогнул, отскочив в сторону. Сердце быстро-быстро застучало в груди, и хоть теперь он видел Аину, сразу успокоиться не получилось.

– Не делай так. Особенно когда мы здесь, – попросил Кириан.

– Не пугайся, – она махнула рукой в сторону реки. – Мост не кусается. Это всего лишь старая железная громадина, которая когда-нибудь наверняка рухнет.

– Зачем ты просила дождаться тебя?

– Я пойду с тобой.

– Аина, брось…

– Ну уж нет, – скрестила она руки на груди. – Ты там ни разу не был и даже не представляешь, куда идти, а я давно не навещала сестру. Прогуляемся.

Кириан едва удержался, чтобы не закатить глаза. Прогуляемся? Что ж, отличная прогулка по заброшенной земле, населённой мертвецами.

– Только не говори, что всегда ходишь туда одна.

Аина пожала плечами.

– Отец боится того места, но я его не виню.

– Ещё бы. Ночь – не самое лучшее время для прогулки на кладбище.

– Обычно я стараюсь идти, когда светло. Но ты ведь хочешь найти Торговца, а если верить легенде, днём он не появляется. Хотя я сомневаюсь, что его и сейчас возможно отыскать, – Аина переступила черту, условно отделявшую мост. – Но я же твой друг, помнишь? Если есть шанс, то мы попробуем это сделать.

Кириан был благодарен Аине. Он сам редко становился инициатором сумасшедших идей – в основном эта обязанность оставалась на плечах Аины. Ещё в школе, после того, как они стали общаться, Кириану несколько раз приходилось прикрывать её, чтобы мелкие хулиганства не всплыли на поверхность. С возрастом взрывной характер немного смягчился, но вот любовь к разного рода слухам и сплетням у Аины осталась, именно поэтому она знала многое о Торговце, хоть сама никогда не жаждала встречи с ним.

Сейчас же Кириан видел озорной огонь в её глазах. Аину влекло таинство приключения, она хотела перейти этот мост и оказаться в глуши, которой боялось большинство жителей Дуплекса.

Ступив на мост, Кириану показалось, что он услышал долгий протяжный стон. Внизу бежали незамёрзшие воды реки Евы, шум которых теперь можно было хорошо различить. Под ногами хрустел оставшийся снег и мелкие камни.

– Знаешь, почему эту реку назвали Евой? – спросила Аина, повернувшись к нему лицом и теперь идя спиной вперёд.

– Споткнёшься, – предупредил Кириан. – Почему же?

Она лишь отмахнулась.

– Так звали жену Витара Бернаскони – строителя моста. Ева… красивое имя. – Аина отбежала в сторону и, опасно перегнувшись через перила, взглянула вниз. Кириан подцепил её за куртку, резким движением оттащив назад. – Ева спрыгнула с моста и утонула, потому что не умела плавать. Поэтому Витар заканчивал строительство в жуткой депрессии. Говорят, в итоге он сошёл с ума, убил обоих сыновей, а потом покончил и с собой. Хотя правду мы никогда не узнаем. Жуткая история.

– И какой тогда смысл называть мост его именем?

– Ну, он был лидером в группе энтузиастов, которые прокладывали дорогу между Ноксом и Лакусом. Мост стал главной и самой сложной деталью, так что его имя на той дурацкой табличке оправдано. Как-никак тяжёлая работа.

– Знай я эту историю раньше, то уже бы сомневался в своей решимости идти по мосту с кровавой историей, – Кириан оглянулся – Дуплекс остался далеко позади.

– Я же говорила: мост не кусается, глупый.

Ближе к середине моста воды Евы шумели всё громче. Кириан опасливо поглядывал вниз, и ему казалось, что даже течение становилось быстрее. По мере удаления от центра к берегу Старого города в воздухе всё сильнее звенела тишина. Пришлось внимательно вслушиваться в скрип снега под ногами, следить за вырывавшимися изо рта клубами пара и наблюдать, как прорисовываются на фоне тёмно-серого неба уцелевшие треугольные крыши домов.

– Кладбище слева от моста, до него идти около десяти минут, – Аина указала направление рукой. – Это одно из немногих мест в Старом городе, которое я знаю.

– Хочешь сказать, ты бывала не только там?

– В первые месяцы после того, как моя сестра умерла, я думала о встрече с Торговцем, хотя отец был категорически против. После похорон я несколько раз втайне переходила мост, но так и не отправлялась дальше кладбища. Потом, когда идея стала навязчивой, я гуляла по улицам.

Аина замедлила шаг, когда до конца моста оставалось совсем чуть-чуть.

– Но Торговца ты так и не встретила, – догадался Кириан.

– Не встретила, – кивнула она. – Его можно найти только с непоколебимым желанием – сомнениям здесь нет места. Видимо, у Торговца нюх на тех, кто ему нужен, а к другим он даже не считает нужным являться. Своеобразные меры предосторожности. Я же постоянно колебалась, понимала, что даже если решусь, отец в лучшем случае выставит и меня, и сестру на улицу. В итоге сомнения взяли верх. Я не была готова рискнуть всем даже несмотря на то, что боль от потери разъедала сердце.

В то время Кириан не был знаком Аиной. Они часто пересекались в школьных коридорах, но никогда не разговаривали. В какой-то момент Аина пропала и не появлялась пару недель, а потом, вернувшись, ещё дольше ходила мрачнее тучи. По школе быстро разлетелся слух о смерти её сестры, некоторые же начали поговаривать о встрече Аины с Торговцем, но всё быстро стихло.

Кириан не знал, достаточно ли его желания. Ему не нужно было никого возвращать к жизни – только понять, как смягчить установленную за жизнь цену.

Расстегнув молнию на куртке, Аина достала из внутреннего кармана свёрнутый лист бумаги и пару небольших фонариков.

– Это карта Старого города. Таких уже не осталось, но когда-то я нашла её на дне ящика отца, – она зажгла фонарик. – Так как это было небольшое поселение, примечательных мест здесь мало. Вот это – кладбище, – Аины ткнула в огороженный прямоугольник неровной формы с левой стороны карты. – Сейчас оно несколько больше, но сути не меняет. Рядом находилась церковь, теперь она почти полностью разрушена. Это школа, больница, даже театр есть, вернее, сцена под открытым небом. А вот это здание уже интереснее, – её палец переместился к условному центру карты. – Витар с командой выстроили его специально, чтобы дать крышу над головой многочисленным строителям. Здание стоит до сих пор.

Кириан взял карту в руки, рассматривая пожелтевшую от времени бумагу. Он никогда раньше не видел эту карту, только смотрел с крыши девятиэтажки на другой берег. Основная часть маленьких квадратиков означала жилые дома, которых здесь было большинство. Домов побольше можно пересчитать по пальцам обеих рук. Часть из них Аина уже показала. Через всю карту к мосту вела витиеватая линия – та самая дорога, соединившая Нокс и Лакус.

Старый город пах по-другому.

Здесь стояла давящая тишина, чувствовалась враждебность. Многие домики, выстроенные из дерева, прогнили от времени, а некоторые были сожжены и разгромлены людьми. Уже после того, как построили мост и Дуплекс начал быстро разрастаться, противники полумёртвой деревеньки, которая стала Старым городом, уничтожили почти всё, что можно было уничтожить, а оставшиеся жители, испугавшись, пустились в бега в соседние города. Слухи о Торговце погубили многих живых.

Руины сгоревших домов виднелись повсюду, но сейчас, запорошенные снегом, выглядели не так страшно.

Кириан шёл по еле заметной протоптанной дорожке вслед за Аиной к кладбищу, которое оказалось совсем близко от моста. Металлическая ограда сохраняла свою неприступность, а вот массивный замок с ворот давно был сбит и валялся в стороне.

Ряды тёмных одиноких могил, простиравшиеся далеко вперёд, навевали тоску, одиночество и горечь. Кое-где около надгробий Кириан заметил сидевших кукол. Их лица были похожи друг на друга, в них читался общий почерк, но причёски и одежда были разными. Большие разноцветные глаза застывшими кристаллами смотрели на Кириана, заставляя то замедлить шаг, то ускорить его.

– Странная идея – оставлять на могилах кукол вместо цветов, – сказал Кириан вслух, неотрывно смотря то на одну куклу, то на другую.

– Это не просто куклы, – бросила через плечо Аина. – Это куклы тех, кто не выплатил цену за свою вторую жизнь. Бракованный товар, который больше нельзя использовать. Говорят, Торговец держит в них души, чтобы дать временное пристанище, раз тела после смерти бесполезны. Куклы подобны сосудам. Или клеткам, если тебе так больше нравится.

– Мне никак не нравится, – Кириан невольно задумался о Коди и о том, что где-то есть и его кукла.

Такого жуткого места он не видел ни разу в жизни. Кладбище располагалось на пустынном месте прямо около берега реки, лишь кое-где изредка виднелись деревья. В основном пейзаж представлял собой ровные ряды могил, дополненные сидящими на них куклами. Если Аина действительно часто ходит к сестре, то имела хорошие нервы, чтобы привыкнуть к такому зрелищу.

Мост не кусается, говорила она. А мёртвые куклы такие же безобидные?

Кириан задержал взгляд на белокурой красавице с ярко-синими глазами, одетую в красное платье. Она выглядела совсем новой, снег ещё не успел скрыть её под собой. Видимо, кто-то совсем недавно вставал перед таким же выбором, как и Коди, но итог стал неутешительным.

– Мы пришли! – крикнула Аина, обогнав его на несколько метров.

На надгробии были высечено имя её сестры – Сари Ламур. Никаких фотографий, никаких цветов, никакой куклы.

Она неподвластна Торговцу.

– Сари не любила цветы, – Аина присела на корточки, смахнув снег с камня. – Она любила минимализм и была страшной чистюлей. В её комнате вечно всё было вылизано до блеска.

Кириан слушал внимательно, не перебивая. Аина редко упоминала о сестре, так как каждый раз становилась слишком грустной, и именно поэтому он сам никогда не пытался расспросить о Сари. Он просто не знал, как нужно себя вести в такой ситуации.

– Отец хотел, чтобы в пекарне ему помогала именно она. Конечно, такая аккуратная, такая старательная… не то что я.

– У тебя талант в другом.

– У меня хорошо подвешен язык, знаю, – Аина усмехнулась, но усмешка получилась невесёлой. – И больше никаких талантов.

– Порой знать, что сказать, куда лучше, чем уметь что-то сделать.

Аина подняла голову, посмотрев на него задумчивым взглядом.

– Сомнительная правда. Я бы поспорила…

– Я не знал, как поддержать Коди, когда он показал мне метку. Я просто стоял рядом и ничего не делал, хотя понимал, что нужно что-то сказать. Пообещать хорошее, уговорить не брать в голову. Что ещё делают в таких ситуациях? Он мой младший брат, и я всегда старался сделать его жизнь чуточку лучше, но в самый важный момент ничего не сказал правильно.

– Но сделал, – Аина встала, успокаивающе коснувшись его руки. – Ты сейчас здесь и хочешь попробовать осуществить самую сумасшедшую вещь, которую я только слышала. Договориться с Торговцем? Ха… до сих пор не понимаю, всерьёз ли ты.

Кириан поднял глаза на остроконечные пики ограды, за которым молчаливо ждал Старый город. Он и сам не понимал, всерьёз ли всё это.

========== Глава 5. Человек без тени ==========

Старый город молчал и не давал подсказок. Он очаровывал и одновременно пугал своей белоснежностью, из-под которой проглядывали чёрные обуглившиеся стены домов. Однако были и нетронутые улицы, которые сильно отличались от того, что Кириан увидел около моста. Чем дальше они продвигались, тем меньше разрушений встречали.

Если бы Кириан не знал, что Старый город – убежище затаившихся мертвецов, бесплотных душ, то позволил бы себе сравнить его со сказочной деревенькой. Пушистый снег, тишина и полное отсутствие людей.

Но стоило только вспомнить, что неподалёку находилось кладбище, пугавшее чернотой могил, его потряхивало. Кириан никогда не считал себя впечатлительным, тем более – впечатлительным от каких-либо мест. Но то, что располагалось всего-то через реку от Дуплекса, в получасе быстрой хотьбы от дома, ужасало.

Школа и больница, что находились ближе к реке, были выстроены из кирпича, они зияли тёмными выбитыми окнами и сорванными с петель дверьми. Театр, о котором упоминала Аина, представлял собой летнюю открытую сцену с многочисленными рядами лавочек напротив. Видимо, это место не привлекло к себе внимания, оставшись нетронутым после побоищ. Если напрячь воображение, то можно было представить, как когда-то здесь давали представления актёры, собирая вокруг любопытных восхищающихся зрителей.

Кириан обошёл и школу, и больницу и даже прогулялся вокруг театра. Ничего интересного, кроме гулкого эха шагов и обсыпавшейся штукатурки, там не было. В классах остались брошенными книги, тетради, личные вещи. На графитных досках белым мелом были написаны математические формулы, начертаны таблицы, а в одном из кабинетов красовалось разноцветное поздравление с днём рождения.

Всё выглядело так, будто людям пришлось срочно уйти, бросив привычную жизнь. Сбежать. Так оно и было, но Кириан всегда оставался лишь одним из тысяч таких же свидетелей истории Старого города. Одно дело, когда слушаешь россказни сторонних незнакомцев, совсем другое – оказаться здесь, ходить там, где кто-то жил и кто-то погиб, и видеть те страшные разрушения, за день обратившие поселение в мёртвую зону.

– Не могу поверить, что жители Дуплекса были готовы истребить здесь всех, кто не уйдёт добровольно, – с холодным трепетом прошептал Кириан, но в замерших стенах школы его голос казался слишком громким.

– Они считали, что Старый город покрывает Торговца, помогает ему. Может быть, так оно и есть, вот только живые люди здесь были ни при чём, – откликнулась Аина, шагая позади.

– И после, не разобравшись в ситуации, бросились жечь дома? – обернулся он, остановившись.

Лицо Аины не выражало прежней уверенности – она была насторожена.

– К такому нельзя подготовиться и отправиться в библиотеку, чтобы найти книжку с правилами действий, – ответила она несколько резко и добавила: – Сам же говорил.

Да, он говорил, и поэтому сейчас оказался здесь, посреди заброшенного города. В какой-то степени Кириан действовал точно так же, только совершенно не знал, чего ждать от задуманного плана. Хотя плана, в общем-то, и не было. Единственной его целью стало оказаться в Старом городе, действовать по мере обстоятельств, ведь никто не пытался искать встречи с Торговцем в иных случаях, кроме возвращения умершего к жизни. А даже если кто-то и пытался, то либо умно помалкивал, либо уже встретил свою смерть.

Однако главный вопрос оставался открытым: как найти того, кто столь искусно прячется и явно не желает быть найденным просто так?

Кириан кусал пересохшие губы, оглядываясь по сторонам. Обстановка была отталкивающая: длинные светлые коридоры, пустые кабинеты, много всевозможных бумаг, каких-то записей, медицинских приборов.

– Боже мой! – воскликнула Аина, когда они уже возвращались обратно на улицу и, заглянув за стойку регистратуры с разгромленными картами пациентов, обнаружили человеческий скелет. На нём мешком висела одежда – белый халат, скрывавший тело. Скелет лежал на полу, а покрывшийся паутиной череп чёрными ввалившимися глазницами смотрел в потолок.

Кроме него, Кириан больше не натыкался на подобное здесь, в Старом городе. Если бы не брошенное имущество, сложно было бы вообще поверить, что тут когда-то кто-то жил.

Ощущения оказались смутными. Кириан не испугался, как Аина, но внезапно почувствовал себя неуютно. Он продолжал неподвижно стоять и смотреть на скелет, будто это что-то могло изменить. Поймав встревоженный взгляд Аины, уже давно отступившей к противоположной стене, он вздрогнул и, заставив себя не смотреть на мертвеца, поспешно направился к выходу.

– Ты не испугался.

Она была уверена.

– Почему же, – возразил он, – я не ожидал такое увидеть.

– Но не испугался.

На улице словно стало ещё холоднее, чем было, и Кириан повёл плечом, уставившись на далёкие огни Дуплекса.

– Когда-то давно я видел похожее, – нехотя признался он. – Мне было лет двенадцать, может, чуть больше. Я видел, как человек прыгнул с крыши и насмерть разбился о землю. Тот звук, – Кириан закрыл глаза, морщась от воспоминаний, – помню до сих пор. Поэтому покрывшийся пылью скелет меня не особо пугает.

Он попытался улыбнуться, но вышло неестественно, натянуто. Аина промолчала, но ещё долго неотрывно смотрела на него.

– Ты никогда не рассказывал.

– Не о чем рассказывать, – оборвал Кириан тему. – Кто-то решил умереть, и это не моё дело. Не стоило так переживать о чужом человеке.

Дальше они шли в тишине, а Кириан невольно погрузился в остатки воспоминаний о том дне. Мама отпаивала его успокоительным, а отец недовольно хмурился, как делал всегда. Именно он бросил едкую фразу о том, что не нужно терзать себя из-за чьей-то смерти, тем более что человек не имел к нему никакого отношения. Они даже не были знакомы, так к чему волнение?

Только после Кириан смог успокоиться, поймав в рассуждениях отца некий смысл.

– Пойдём к тому бараку… в котором жили строители, – немного подумав, озвучил идею он.

– Хочешь продолжать? А если там будут ещё тела? – с сомнением спросила Аина.

Кириан тяжело посмотрел на неё.

– Они мертвы и вряд ли встанут. Торговец так не работает. В Старом городе не скелетов нужно бояться.

Дом для рабочих располагался посреди жилых построек и представлял собой длинное двухэтажное многоквартирное здание с небольшими комнатками, рассчитанными на одного человека. Витар с командой заботились о комфорте своих работников, ведь для многих было важно хорошенько отдохнуть после трудового дня именно в одиночестве. На первом этаже находилась просторная столовая, вот только посуда здесь была одноразовая – не нашлось ни одной нормальной тарелки или кружки. Рядом помещение тоже выглядело достаточно просторным и походило на зал для совещаний или сборищ, о чём свидетельствовала доска на стене, на которой остались листы с чертежами и записями. На некоторых Кириан сумел различить облик моста.

Пока Аина задумчиво перебирала содержимое ящиков письменного стола, Кириан заглянул в соседнюю комнату, на которой болталась табличка «В. Бернаскони». Личная комната Витара? Любопытство толкнуло вперёд, ручка легко поддалась, и его встретил затхлый пыльный воздух. Окно на удивление оказалось целым, как и всё остальное. Естественно, на мебели скопилось много пыли, но никакого другого беспорядка не было.

Обведя фонариком всю комнату, Кириан задержал взгляд на столе, на котором лежало много папок, бумаг и разрозненных тетрадных листов. Рабочие записи, ничего более. Однако мелкие клочки с короткими пометками от руки привлекли большее внимание, чем то, что было написано аккуратным почерком. В основном они не несли никакого смысла кроме упоминания о Еве и мелких рабочих напоминаниях.

Перебрав большинство из смятых клочков бумаги, Кириан взглянул в мусорную корзину около стола и обнаружил там ещё гору подобных заметок. Все они были написаны на скорую руку, словно Витар торопился и зачем-то выплёскивал мимолётные мысли на бумагу. В большинстве заметок Кириан не видел никакого смысла, но его насторожил страх, читавшийся практически во всех записях. Он ничего не знал о Витаре, но интуиция подсказывала, что тот явно чего-то боялся.

Единственный ящик стола оказался приоткрытым, и, бросив огрызки заметок в мусорную корзину, Кириан выдвинул его и замер, наткнувшись на старую поблёкшую фотографию поверх очередных бумаг. С фотографии на него смотрел мальчик с весёлыми улыбающимися глазами и тёмными волосами, обнимавший большого плюшевого медведя. Кириан не сразу среагировал, потому как почти никогда не видел эту улыбку наяву, из-за чего лицо казалось совершенно иным. На фотографии был Коди, но лет на пять младше.

Несмотря на внешнее сходство, Кириан с трудом верил, что это один и тот же человек. Дрожащей рукой он поднял фотографию, рассмотрев её поближе, и перевернул. «Когда он ещё улыбался», – гласила надпись сзади, оставленная почерком Витара, но не поспешным, а аккуратным, как в рабочих записях.

В горле встал неприятный ком, Кириан почувствовал озноб. Перевернув фото обратно, он ещё долго смотрел на него, слыша, как за спиной продолжала что-то перебирать Аина.

Шею лизнул морозный воздух. Он не сразу сообразил обернуться, вдруг ощутив чужое присутствие за спиной. А когда обернулся, столкнулся с внимательным блестящим взглядом невысокой девчонки. Коротко вскрикнув от неожиданности, Кириан спрятал руки за спиной, сжимая фотографию, и отступил, упираясь бёдрами в ребро преградившего путь стола.

Девчонка стояла на расстоянии метра, кукольные пухлые губы изгибались в подобии улыбки, а зелёные глаза неотрывно следили за ним. Она склонила голову набок, колыхнув выпущенные у лица пряди, а две косы, истончавшиеся к кончикам, очертили фигуру в пропылившемся старомодном платье.

– Что-то случилось? – из соседнего дверного проёма показалась Аина, открыв рот, чтобы сказать что-то ещё, но замерла на пороге.

Незнакомка перевела на неё взгляд, изучив так же внимательно, как и Кириана, а потом шире растянула губы в улыбке. Кириан вздрогнул – вместо ряда белых зубов он увидел почерневшие гнилые столбики, в один миг разрушая магию невинной внешности. А девчонка тем временем подняла руку, убирая мешающуюся косу за плечо и демонстрируя такие же жуткие чёрные обломанные ногти со странной серо-синей кожей на пальцах. Аина сбоку невольно охнула и поморщилась от отвращения, чем только вызвала её тихий смешок.

– Вам двоим нельзя здесь быть, – её голос оказался гораздо приятнее на слух, чем внешность, однако звучал он холодно и неприветливо. – Вы не за тем пришли.

Аина молчала, в любой момент готовая сорваться с места – она выглядела испуганной. Кириан осмелился ответить первым.

– Здесь никто не живёт.

– Но это и не ваш дом. Сюда не приходят, чтобы побродить по пустым домам, – резко отозвалась незнакомка.

– Я здесь с вполне конкретной целью – мне нужен Торговец, – прямо сказал Кириан. Он чувствовал, что она объявилась не просто так.

Девчонка прищурилась, прожигая его насквозь взглядом, и вдруг шагнула вперёд, но не приблизилась вплотную.

– Я хочу узнать подробнее о цене за вторую жизнь. Мой брат…

Девчонка опередила его, снова хихикнув и кивнув головой. Серость её кожи на контрасте с яркими живыми, но такими пугающими глазами пробирала до мурашек и не позволяла двинуться с места. Кириан словно прирос к месту, что-то похожее происходило и с Аиной: она стояла в дверном проёме, вцепившись руками в косяк.

– Брат, значит. Вы все такие заботливые и испуганные, когда приходится платить по счетам. Неужели рассчитывал, что время никогда не придёт?

Из её слов Кириан извлёк одно: он не первый, кто решился найти обходной путь.

– Ему всего пятнадцать…

– Возраст, в котором он умер в прошлой жизни, – сказала незнакомка. – Кому-то везёт ещё меньше. И если ты решил плакаться и умолять на коленях, лучше возвращайся туда, откуда пришёл. Цена оговаривается сразу, но люди почему-то считают, что даже такая вещь, как шанс на вторую жизнь, должна доставаться бесплатно. Но раз кто-то не имеет смелости оплатить этот шанс, то пусть имеет смелость хотя бы вновь умереть.

Она говорила чётко и непоколебимо, разъясняя всё до мельчайших деталей. Кириан же уцепился за самую важную болезненную деталь – возраст, в котором он умер в прошлой жизни. Неужели так рано? Почему? Что случилось? Ответы на эти вопросы наверняка навсегда останутся погребёнными где-то в далеко в прошлом, если только Коди не придётся их вспомнить, а вряд ли там есть что-то приятное.

Девчонка была права – ничто в этом мире не даётся просто так. Но от несправедливости и безвыходности ситуации болело в груди, будто бы не хватало воздуха, а цель визита в Старый город всё равно была близка. Пусть та, кто предстал перед ними, не являлась Торговцем, но наверняка была связана с ним.

– Если Коди и умрёт, то я хотя бы попытаюсь помочь, – на выдохе произнёс Кириан.

Взгляд незнакомки изменился. Застыв в сомнении, она перестала улыбаться и теперь смотрела на него с некоторым недоверием. Её глаза поблёскивали в жёлтом свете фонариков.

– Вот как, – наконец произнесла она, чем ввергла Кириана в ещё большее непонимание, но уже в следующее мгновение обратилась к Аине: – А кто ты?

– Она со мной, – поспешно ответил Кириан.

– Спутник?

– Проводник. И поддержка, – Кириан неоднозначно взглянул на Аину, но ту сейчас вряд ли волновало то, как он её называл. – А ты?..

Больше она не улыбалась, держась серьёзнее и сдержаннее.

– Препятствие, отделяющее глупых людей от Торговца, – прозвучал ответ. – Как мост, через который не каждый осмеливается перейти, чтобы попасть сюда.

– Препятствие, значит. Так тебя можно преодолеть или нет?

И заранее знал результат: да, можно. И он это уже сделал, как только назвал имя Коди. Крепче сжал в заведённой за спину руке фотографию, о которой неустанно продолжал думать. Неважно, какими средствами, но главным было прорваться вперёд.

Губы девчонки дрогнули, приоткрылись.

– Идём за мной, – и она скрылась из поля зрения, отступив в темноту, лишь гулкие шаги в пустом коридоре напоминали о её присутствии.

Кириан сразу же двинулся следом, но Аина удержала его, заставив повернуться и посмотреть ей в глаза. За время их беседы она не проронила ни слова, но сейчас выглядела куда испуганнее, чем раньше.

– Плохая идея, – качнула она головой.

– Хорошая, – не согласился он.

– Мы даже не знаем, можно ли ей доверять, – продолжала пытаться остановить его Аина.

– Вот я и проверю, – Кириан высвободил руку. – Можешь остаться, дальше я справлюсь сам, тебе совершенно не обязательно рисковать, – и, подумав, добавил: – Спасибо.

Аина сердито переминалась с ноги на ногу.

Не дождавшись решения, Кириан решительно зашагал к выходу, поспешно сунув фотографию в карман. Сейчас было не до неё, но и оставить её здесь же попросту нельзя. Луч фонарика беспорядочно плясал по треснутым стенам, но больше Кириан не обращал никакого внимания на обстановку – на улице за окнами в снежной белой темноте что-то ярко светилось и привлекало внимание. Задержав дыхание, он толкнул дверь, морщась от укусившего морозного воздуха, и остановился, не пройдя и двух шагов.

В здании напротив горел свет, которого до этого не было. Разрушенное крыльцо теперь выглядело как новое, а двери не болтались на ослабевших петлях. Соседнее окно переливалось радугой из мигавших огоньков, освещая жутких красивых кукол, каких Кириан уже видел на кладбище. Они все смотрели вперёд мёртвыми глазами, словно маня к себе, приглашая подойти ближе. По спине пробежал холодок, заставив невольно содрогнуться и сжать руки в кулаки.

– Боже мой… – прошептала появившаяся из-за спины Аина.

Кириан безмолвно покосился на неё, на что она пожала плечами, заворожённо глядя вперёд.

– Даже не думай, что я останусь тут одна после случившегося.

Под не то осуждающими, не то насмешливыми взорами кукол, Кириан первым вошёл внутрь, оказываясь в просторном квадратном помещении. Здесь было темно – освещением служили свечи, чьи огоньки заплясали от движения воздуха. Пугающие тени на чёрных стенах покачнулись им в такт, и Кириан понял, что оказался в игрушечном подобии склепа. В большой комнате не было ничего, кроме стеллажей, сверху донизу заставленных куклами. Они были точно такими же: похожими на лица, но в разных одеждах с тщательно проработанными деталями и разными причёсками.

Он слышал, как Аина зашла следом и остановилась за спиной, ничего не говоря, но её дыхание прервалось.

Голова внезапно закружилась, в ушах послышались перебивающие друг друга перешёптывания. В этих куклах – души тех, кто безропотно ожидает своего второго шанса. За каждой из нескольких сотен пар глаз прячется кто-то, кто совсем недавно ходил по одной земле с Кирианом.

Мотнув головой, он попытался сбросить охватившее напряжение и почувствовал, как Аина вцепилась в его ладонь заледеневшими пальцами.

– Я говорила, что это плохая идея, – шепнула она ему на ухо перед тем, как в дальнем углу, прочно скрытом во тьме, шевельнулась ещё одна тень и медленно двинулась с места.

– Пешка никого не пропускает просто так, пусть в вас и нет горечи утраты, – раздался шелестящий голос. – Я не чувствую запаха смерти, но… чувствую страстное желание спасти кого-то, – тень на мгновение замерла, прежде чем шагнуть в ту область, где свет свечи выдал человеческие очертания. – Это место не для тех, кто хочет спасти ещё живых.

Пляшущие огни постепенно позволили рассмотреть худые жилистые ноги и руки, облачённые в тёмные мешковатые одежды. Чёрный балахон прятал под капюшоном лицо, но чуть закатанные рукава позволяли рассмотреть кисти с болезненно выступающими костями, на которых болтались множество плетёных браслетов, а округлый вырез демонстрировал острые ключицы и напряжённую шею. Цвет кожи в свете свечи выглядел гораздо серее, чем у той девчонки – Пешки? – вот только на лице остро очерчивались впалые скулы и глубокие пугающие синяки вокруг белёсых глаз без зрачков.

«Слепой», – пронеслось в мыслях Кириана. С такими глазами он не должен ничего видеть. Его взор был направлен куда-то вдаль, в сторону, но в то же время движения оставались уверенными.

В детстве Кириан слышал истории про Торговца и видел начертанные на стенах домов вблизи от реки картинки подобно детским рисункам. У него не оставалось сомнений в том, что именно Торговца он сейчас видит прямо перед собой.

Страх медленно прокрался к горлу, лишив способности дышать, когда Торговец, задержавшись на месте, вновь двинулся в их сторону – Аина ещё больнее сжала руку Кириана и попыталась спрятаться за его спиной. Торговец всё так же пустыми глазами смотрел в сторону с низко поднятой рукой, будто бы ощупывал пальцами воздух. Когда он приблизился к Кириану, то поднял руку выше, безошибочно очерчивая линию подбородка, носа, шеи и плеч на расстоянии пары сантиметров от них. Кириан же, не смея пошевелиться, рассматривал его мёртвые глаза без зрачков, которые вблизи отливали лёгким серо-голубым цветом.

Воздуха перестало хватать, пришлось осмелиться за плавный выдох и вдох.

Когда рука Торговца опустилась, он вдруг повернул голову и взглянул прямо в расширившиеся от неожиданности глаза Кириана, прошептав:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю