Текст книги "Императар? Стукай! (СИ)"
Автор книги: Кайзер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)
Глава 2
Звучит, конечно, как полнейшее пиздотрясство, но для Космодесантника, который двести лет без передышки крошил врагов Империума, все здешние опасности казались легким недоразумением. Внезапное появление кровожадного сквига воспринималось не как угроза, а как доставка горячего обеда прямо к ногам. И это было чертовски удобно.
За те двенадцать дней, что он бродил по этим зарослям, Канан ни разу не остался голодным. Он даже соорудил себе подобие одежды из шкур, содранных с убитых тварей. Не то чтобы ему было что скрывать или стыдиться наготы… В конце концов, теперь он был орком, чья голозадость и брутальность – буквально синонимы.
Всё это время он слонялся по джунглям в поисках хоть чего-то полезного, но тщетно.
Неужели он один на всей планете? Бред собачий.
В этой густой зеленой заднице должен быть кто-то еще. Он уже так долго не видел никаких следов цивилизации, что перспектива наткнуться на других орков казалась даже заманчивой. Хотя именно это и было его главной головной болью.
В его глазах зеленожопые всегда были тупыми, вульгарными скотами, помешанными на войне. Он опасался, что они попытаются пустить его на мясо, как только увидят, а позволить себе сдохнуть он не мог. У него была миссия. Предназначение. Никто не смел стоять у него на пути, и он готов был проломить череп любому оркомудню, который рискнет сунуться – даже если бы это были его бывшие братья из Черных Храмовников.
Был тихий вечер. На плече Канан тащил тушу очередного сквига, добытого на ужин. Его импровизированные шкуры, пропитанные черной грязью и запекшейся кровью, придавали ему мрачный вид. Словно огромная тень, он бесшумно скользил сквозь сумерки джунглей. У него не было конкретной цели. Нужно было просто найти укрытие на ночь, или, на худой конец, залезть на дерево, чтобы поспать в безопасности. Вечер не предвещал ничего интересного, пока до его слуха не донеслись странные звуки. Ошибиться было невозможно: где-то впереди шла грызня.
Канан хищно оскалился и двинулся на звук. Если два сквига рвут друг другу глотки – это подарок судьбы. Останется только добить победителя, и у него будет две туши. Пара дней без забот о жратве, да и лишние шкуры не помешают.
Орк бесшумно пробрался сквозь подлесок к источнику шума. Но то, что он увидел, заставило его застыть в недоумении…
Там было не два, не три и даже не четыре сквига. Целая стая из шести красных тварей загнала в кольцо странное создание. Существо, которого Канан в своей прошлой жизни никогда не видел. Да он вообще не подозревал, что такие бывают. Шесть агрессоров были классического кроваво-красного цвета, но тот, что жался в центре, был ослепительно белым, как снега ледяного Фенриса.
Белая тварь была измотана и покрыта глубокими укусами. Красные выблядки не прекращали атаки, кусая и бросаясь на свою жертву со всех сторон. Судя по размерам, Канан прикинул, что беляш родился максимум неделю назад. Сквиг-альбинос? Он никогда о таком не слышал. Может, поэтому он никогда не видел взрослых белых сквигов? Потому что обычные собратья пускают их на фарш еще в младенчестве? Вполне логичная гипотеза.
По правде говоря, орку было абсолютно насрать, что там случится с белым сквигом. Если красные его сожрут, они просто сэкономят Канану время на убийство. Его волновало только свежее мясо. И всё же… при виде этой сцены что-то внутри него неприятно кольнуло.
Белый сквиг делал всё возможное, чтобы защититься, но выстоять одному против шестерых было нереально. К тому же остальные были крупнее, а их пасти – зубастее. И если они его еще не прикончили, то только потому, что им доставляло больное удовольствие мучить его. Мелкие садисты.
Канан стоял в тени, не собираясь вмешиваться. Альбинос пытался огрызаться, но его израненные лапы дрожали, а круглое тельце оседало в грязь. Единственное, что он мог – тихо рычать и пытаться укусить тех, кто подбирался слишком близко к его морде. Но красные уродцы не были тупыми и кусали его с боков и со спины. Малыш был истощен. Раны были слишком глубокими. Поняв, что это конец, он издал тонкий, почти неразличимый писк, полный боли.
И тут в голове у орка что-то перемкнуло. Какая-то абсолютно нелогичная херня. С каких это пор Астартес размяк из-за визга ксено-животного? Он не понимал почему, но этот писк прозвучал для него как отчаянный призыв о помощи. Зов умирающего ребенка.
Канан вылетел из кустов как бронепоезд, застав стаю врасплох. Красные не успели даже пискнуть, как орк одним ударом дубины превратил череп ближайшего сквига в кровавое пюре. Остальные пятеро в ужасе отскочили – их сородич отлетел с одного удара. Такое заставит обосраться даже самую свирепую тварь. Они замерли, соображая, стоит ли атаковать внезапно появившегося зеленокожего гиганта, но Канан не дал им времени на раздумья. Он бросился в атаку.
Сквиги ничего не могли противопоставить этой зеленой машине смерти, чья ярость раскидывала их по поляне, впечатывая в стволы деревьев. Они пытались вцепиться в него, но горстка мелких тварей – не соперники бывшему Космодесантнику. Одним куском дерева он колол их крепкие черепа, как перезрелые дыни. Буквально через пару минут все красные сквиги были мертвы. Канан убил за эти дни достаточно, чтобы выучить их слабые места, хотя хороший удар дубиной прямо между глаз всегда работал безотказно.
Победоносно выпрямившись, Канан опустил взгляд на альбиноса, мысленно проклиная себя за то, что вообще вмешался. Тварь выглядела такой слабой и изодранной, что он сомневался, доживет ли она до утра. Орк тяжело вздохнул. Ему совершенно не улыбалось возиться с этим белым комком мяса, который к тому же смотрел на него со смесью ярости и паники. Винить его за недоверие было глупо, поэтому Канан просто развернулся и зашагал прочь.
Белый сквиг с облегчением выдохнул. Кажется, этот огромный орк не собирался его жрать, хотя оставалось загадкой, почему он бросил добычу. Малыш был сильно ранен, тело налилось свинцом. Холодный ветер обжигал кровоточащие раны. Он просто лег на землю, смиренно ожидая своего конца… как вдруг увидел, что орк возвращается.
Сквиг мгновенно напрягся. Он понимал, что если этот гигант решит напасть, сопротивляться бесполезно, но инстинкт выживания не позволял просто сдаться. Он глухо зарычал, пытаясь выглядеть угрожающе, но Канану было до звезды. Эта белая мелочь не представляла для него никакой угрозы. Вызывала лишь раздражающую жалость.
Жалкое рычание заглушил стук сухих веток, которые Канан швырнул на землю. Сквиг с подозрением наблюдал, как орк начал тереть деревяшки друг о друга, пока не пошел странный белый дым. А когда из хвороста вырвалось яркое пламя, маленькое сердечко сквига ушло в пятки. Жар, исходивший от огня, вызывал у него первобытный ужас. Он хотел бежать, хотел спрятаться от этой обжигающей херни, но лапы его не слушались.
Канан не обратил внимания на панику животного. Он вообще думал, что тварь испускает дух. Насадив кусок красного мяса на заостренную палку, он сунул его в огонь. Сквиг не понимал, что происходит, но божественный запах жареного мяса быстро перевесил страх.
Через полчаса ужин был готов. Сквижье мясо было жирным, жарилось долго, но результат того стоил. Белый сквиг с завистью смотрел, как Канан отрывает здоровенный кусок. В следующую секунду орк швырнул обглоданный, но мясной ошметок прямо под нос альбиносу.
– Хочешь жить – придется бороться, – прорычал Канан глубоким, мощным басом.
Сквиг непонимающе уставился на него, затем перевел взгляд на мясо. Он не мог встать, но изо всех сил вытянул язык, пытаясь подцепить кусок. Ему понадобилось три попытки, но как только еда оказалась в пасти, он проглотил ее почти не жуя. Винить его было не в чем – он умирал от голода. И только когда челюсти замерли, Канан швырнул ему следующий кусок, за которым тоже пришлось тянуться.
Прошло четыре дня. Белый сквиг уже стоял на ногах и даже мог немного бегать. Регенерация зеленокожих была поистине абсурдной. Канан продолжал подкармливать его, но каждый раз заставлял попотеть ради еды. Он привязывал кусок мяса к ветке и водил им из стороны в сторону, заставляя альбиноса прыгать, бегать и огрызаться.
К шестому дню белый сквиг был полностью готов к самостоятельной жизни. Раны затянулись, скорость вернулась. Теперь он мог сам охотиться и убегать от тех, кто крупнее. Пришло время разойтись.
Канан бросил на альбиноса последний взгляд – немое прощание, – развернулся и зашагал прочь, оставив растерянную тварь посреди поляны. В груди бывшего космодесантника шевельнулось странное, давно забытое чувство. Сентиментальность? Он отказывался в это верить, но понимал, что будет скучать по этому мелкому куску биомассы. За эти дни он даже начал чесать его за ушами. Но таскать его с собой было нельзя – это лишь обуза.
Так он думал ровно до того момента, пока не услышал за спиной торопливое топанье.
Канан обернулся и увидел белого сквига, семенящего следом.
– Нет. Пшел вон. Тебе со мной нелза.
Сквиг непонимающе хлопал черными глазками.
– Сгинь, я сказать! – рявкнул орк.
Испугавшись, сквиг отпрыгнул и спрятался за ближайшим деревом, робко выглядывая из-за ствола. Канан фыркнул, развернулся и пошел дальше, надеясь, что тупое создание наконец всё поняло.
Ага…
Пройдя десяток метров, он снова обернулся: белое пятно перебегало от дерева к дереву, крадучись за ним, как заправский скаут. Канан закатил глаза. Он что, стал нянькой? Орк остановился и скрестил руки на массивной груди. Сквиг медленно пополз к нему, виновато прижимая уши, словно ожидая трепки. Но ледяное сердце Канадца всё же дало слабину.
– И какого варпа мне с тобой делать? – буркнул он, грубо потрепав тварь по макушке. Сквиг довольно заурчал.
Концепция «домашнего питомца» для Космодесантника – это вообще нечто из области фантастики. За свои столетия он даже помыслить не мог о том, чтобы завести животину, а уж тем более – привязаться к ней.
Не понимая, что творится с его собственными мозгами, Канан поначалу относился к нему как к забавной занозе в заднице. Неуклюжая белая сарделька вечно лезла, куда не просят, перескакивая из одной смертельной ситуации в другую. То на других сквигов нарвется, то в ущелье чуть не свалится. Казалось, эта белая тварь просто запрограммирована сдохнуть от собственной тупости. И всё же орк проявлял к ней эмпатию. Не зная, как еще выразить эту привязанность, он просто назвал его «Белый».
К счастью, мелкое ксено-уебище начало само ловить какую-то мелочевку. Белый научился выживать. По крайней мере, совесть бывшего морпеха была чиста: если они разделятся, сквиг не загнется в первый же день.
Дни текли относительно спокойно. Насколько это вообще применимо к орочьим джунглям, кишащим хищниками. Белый притаскивал всё более крупную дичь, и Канан понимал: время расставания неумолимо приближается.
Выдалась тихая ночь. Лишь треск костра нарушал тишину. Костра… и урчащего желудка Канана. Охота сегодня не задалась, а его новообретенный орочий аппетит не знал границ. Впрочем, от голода он не сдохнет, так что паниковать было рано.
Он сидел один. Белый свалил в кусты пару часов назад, явно за жратвой. Канан даже завидовал ночному зрению этой мелкой твари – будь у него такое, ему бы не пришлось разбивать лагерь каждую ночь. Темнота напрягала даже самых отбитых ветеранов: тяжело убить то, чего ты, мать твою, не видишь.
Канан думал, что, может, оно и к лучшему. Возможно, Белый наконец-то осознал свою независимость и ушел насовсем. Раньше он так надолго не пропадал. Но сон всё равно не шел.
Вдруг в кустах хрустнула ветка. Канан мгновенно подобрался. Какая дерьмодемоническая тварь решила полакомиться им сегодня? За эти дни он успел выстругать из толстой ветви неплохое подобие копья. Оружие первобытное, но всё лучше, чем рвать глотки голыми руками.
В свете костра замаячил массивный силуэт. Он двигался тяжело, рывками. Канан перехватил копье, напряг мышцы ног, готовый к прыжку. Глубокий вдох… Но отблеск пламени выхватил из мрака знакомую белую спину, и орк опустил оружие.
Белый пятился задом наперед, волоча в пасти тушу сквига, который был крупнее него самого. Неужели он завалил этого кабана в одиночку? Насколько же сильна эта бледная табуретка с зубами? Канан облегченно выдохнул. За эту тварь точно можно было не волноваться.
Белый подтащил трофей к Канану, бросил его к ногам орка и отошел на пару шагов. Бывший Астартес непонимающе уставился на животное. Хотя ответ был очевиден.
– Что ты задумала, мелкая пакость? – прищурился Канан. Белый мордой подтолкнул тушу ближе к нему. – Ты… предлагаешь мне свою добычу?
В ответ сквиг издал короткий, утвердительный рык.
У орка чуть мозг не завис. Считалось, что сквиги – это безмозглые куски мяса, способные только жрать и дохнуть. Но эта белая хреновина с глазами-бусинками явно пыталась с ним общаться. У Белого был интеллект? Звучало как бред, но доказательство прямо сейчас истекало кровью у его ног.
Канан не стал ломаться. Он выпотрошил красного сквига и сунул мясо в огонь. Запах жареной плоти заставил обоих пускать слюни. Когда мясо было готово, Канан, не задумываясь, отдал Белому огромный кусок. В конце концов, это его добыча. Сожрать всё самому не позволил бы кодекс чести Космодесанта. Тот факт, что это животное добровольно поделилось с ним пищей, заслуживал абсолютного уважения. А уважение Космодесантника нерушимо, как слово самого Бога-Императора.
Так они стали полноценным охотничьим дуэтом. Уловы стали больше, промахов почти не было. Мяса хватало с лихвой. Но Канана начала смущать одна деталь: ему кажется, или Белый как-то подозрительно быстро растет?
Канан, сохранивший человеческое мышление, не догонял базовых принципов биологии зеленокожих. Он не знал про поле WAAAGH! и про ту ебанутую, но абсолютную истину, что от постоянных драк оркоиды стремительно набирают массу и силу. Он даже не замечал, что сам стал шире в плечах с того момента, как вылез из ямы. Но рост белого сквига был просто феноменальным.
То, что еще недавно было слабой белой крысой, теперь размером не уступало матерому гроксу. Гора мускулов, клыков и ярости, которая прямо сейчас дрыхла, свернувшись клубочком у ног Канана, греясь у костра.
Орк задумчиво посмотрел на своего компаньона. Осторожно протянул огромную зеленую лапищу и положил ее на белую шкуру. Ощущение было непривычным, но… правильным. Он начал почесывать монстра, и даже хрипло усмехнулся, когда спящий Белый начал непроизвольно дрыгать задней лапой от удовольствия. Кто бы мог подумать, что он будет называть товарищем тварь, которую в прошлой жизни без раздумий нашпиговал бы болтерными снарядами.
Дни шли, их тандем становился идеальным. С каждой охотой сквиг становился всё массивнее. Канан уже начал прикидывать, что если Белый вымахает до размеров тех тварей, которых он помнил по полям сражений, им придется валить дичь целыми стадами. И вот, спустя несколько недель изоляции, они наконец-то наткнулись на первых сородичей. И эта встреча стала полнейшим пиздецом.
Ужасающий грохот вырвал обоих из сна. Звук был надрывным, режущим уши – так воет двигатель, собранный из шлакоблоков и ржавых труб, который вот-вот взорвется, но почему-то продолжает ехать. Белый в панике вскочил – он никогда не слышал такого дерьма. А вот Канан этот звук знал. И от этого ему стало по-настоящему не по себе. Этот скрежет и рев преследовал его в ночных кошмарах. Это были моторы Культа Скорости.
Они вылетели из ниоткуда – Маньяки Скорости на своих драндулетах. Три мотоцикла и два багги, выкрашенные в вырвиглазный красный цвет («Шоб быстрее ехало!»). Они и не думали скрываться, наоборот, ревели моторами так, чтобы вся округа знала: они здесь.
Один из наездников заметил их. Заметил дикого, примитивного орка в грязных шкурах… а рядом с ним – Матерь Божья! – белого сквига.
Любой зеленожопый знает: мясо белого сквига – это ебаный деликатес. Орочья гурме-кулинария высшего пилотажа. Орки готовы были развязать войну и положить тысячи бойцов ради одного укуса этой редкости. А тут стоял экземпляр размером с носорога! Водила заорал остальным, и тачки заложили такой дикий вираж, что едва не перевернулись. Взвизгнув лысыми покрышками по лесному мху, они ринулись к добыче.
Байкеры лавировали между деревьями с нереальной для орков грацией. Канан даже моргнуть не успел, как на одном из багги застрочил крупнокалиберный пулемет. Если бы не густые стволы деревьев, бывший Астартес превратился бы в дуршлаг еще до того, как успел нырнуть в укрытие. Канан был в безопасности. А вот Белый – нет.
Машины мгновенно взяли белого гиганта в кольцо, отрезав его от орка. Сквиг метался, оглушенный ревом моторов, не понимая, на кого бросаться. Канан рванул было на помощь, но высунуться под перекрестный огонь из укрытия было бы тупым самоубийством. Вдруг с одного из багги со свистом вылетела тяжелая цепь с крюками. Она обвилась вокруг задних лап Белого. Машина рванула с места, повалив огромного сквига на землю и поволокла его по грязи и корням.
Белый издал душераздирающий вопль, полный боли и ужаса. Орки в машинах радостно гоготали, улюлюкая и наслаждаясь процессом. И так же быстро, как появились, Маньяки Скорости растворились в лесу, оставив после себя лишь облако вонючего выхлопа и глубокие колеи в земле.
– НЕ-Е-ЕТ! – взревел Канан.
Этот крик мог бы разорвать саму ткань реальности, но слышать его было уже некому. Орки-байкеры умчались, и лишь затихающий рев их моторов эхом отдавался в джунглях.
Канан сорвался с места. Он бежал так, как не бегал никогда в жизни. Он не думал. Ему не нужно было думать. У него была только одна цель – догнать их, и каждый мускул его нового, чудовищно сильного тела был подчинен этой задаче.
Он не знал, как долго он гнал по следу, но гул гребаных моторов не стихал. Джунгли начали редеть, и вскоре перед ним снова раскинулись раскаленные пески пустыни. Кто знает, в скольких километрах от места своего перерождения он оказался.
Но сейчас это не имело значения. На горизонте, прямо из песков, вырастала колоссальная орочья крепость, собранная из ржавого металлолома. И именно в ее массивные ворота в этот момент въезжали ублюдки, волоча за собой избитого, окровавленного Белого.
«Оркомудни. Вы захлебнетесь каждой каплей своей крови».
Слова Канана прозвучали как абсолютный, не подлежащий отмене приговор. Он сам того не ведая, привлек внимание одного конкретного бога в Имматериуме. Назревала грандиозная бойня, и сверхъестественные глаза с интересом уставились на эту свалку металла и песка.
Только конченый дегенерат мог осмелиться разозлить того, кто нес в себе искру Хаоса. И пусть боги милуют души этих идиотов. Потому что Канан их точно не пощадит.
Глава 3
Видеть, как Белого, закованного в толстые, ржавые цепи, безжалостно волокут по раскаленному песку вовнутрь крепости – от этого у него в венах буквально закипела кровь. Канан был настолько взбешен, что его тело, казалось, двигалось само по себе, опережая любые рациональные мысли.
Хотя…
Палка. Еда. Бить. Получать. Пизды. Больно. Не больно. Бить. Крушить. Пиздить. Ломать. Бить. УБИВАТЬ!
В такой ежедневной мантре тяжело разыскать рациональность. Но Канан очень пытался, ведомый прошлым.
Его тяжелые шаги впечатывались в обжигающий песок, но жар, лизавший зеленые ступни, был ничтожен по сравнению с тем жгучим чувством, что сдавило его массивную грудь. С того самого момента, как Канан стал Космодесантником, он никогда ни к кому не привязывался. Кодекс ордена строжайше запрещал это. Воины Астартес не имели права на подобные слабости, они были оружием, а оружие не умеет любить. Поэтому сейчас он даже не мог точно идентифицировать то, что чувствовал к Белому. Он видел в нём боевого товарища, верного брата по оружию, а не просто забавного питомца. Это был тот самый уродливый, зубастый младший брат, которого у него никогда не было.
Внезапно из его глотки вырвался странный звук – нечто среднее между бульканьем и рокотом: – Гр-р-р-рх…
Канан моргнул, на секунду сбитый с толку – как это так? Почему он не может контролировать свою ярость, хотя бы не вопя при этом?
Двое зеленожопых, охранявших вход в этот импровизированный форт, с любопытством уставились на странный силуэт, искажаемый маревом пустыни. Солнце слепило глаза, но когда они наконец разглядели, кто к ним приближается, оба разразились издевательским гоготом, бряцая своим ржавым оружием.
Что это за умора? Орк, напяливший на себя какие-то грязные шкуры? Никакой цивилизации! То ли дело они – обвешанные кривыми кусками металла, гордо именуемыми «броней». Да еще и… погодите, это что, волосы?! Какая-то варповская ошибка природы, а не орк! Позорище. Грех не поржать над таким придурком. Хоть какое-то развлечение в этот скучный, душный день.
– Хар-хар-хар! Эй, Уг, зырь-ка сюды! – прохрюкал первый охранник, тыча в Канана грязным пальцем. – Эт шо за уродливый гит приперся?
– Моя не знать, Грук! – заржал второй, вытирая сопли рукавом. – Ты на башку его тупую глянь! Небось снотлинг-переросток, у которого дохлый сквиг на макушке прилип! Хар-хар! Ну и уродство!
Два оркомудня продолжали ржать, абсолютно не отдупляя, с кем имеют дело. У Канана не было времени на эту дерьмодемоническую клоунаду. Его ноздри раздулись, вдыхая вонь перегара и немытых орочьих тел. Инстинкты зеленокожего внутри него взвыли. Канан скрипнул зубами, когда его губы сами собой растянулись в оскале, а с языка, помимо его воли, сорвались ломаные, грубые слова:
– Моя… вас… стукать… рвать…
Он мысленно выругался. Какого варпа?!
– Ой, зырь, кажись, придурок разозлился! – хмыкнул Грук. – Небось хочет нам пастукать… – начал было Уг.
Его слова захлебнулись кровью.
ХРУСЬ! Влажный, тошнотворный звук разрываемой плоти разорвал воздух. Когти Канана прошили толстую шею Грука насквозь. Бывший Астартес рванул руку на себя, и отрубленная башка орка с чавканьем отделилась от плеч.
Оставшийся в живых Уг в животном ужасе наблюдал, как голова его напарника по дуге улетает в металлическую стену – БЗЫНЬ! – а обезглавленная туша валится на песок, окрашивая золотистые барханы в багровый цвет. Стражник дернулся было к своей пушке, но Канан мертвой хваткой вцепился в его горло правой рукой, оторвав его от земли. Левой он перехватил запястье орка.
КРАК! Ослепительная боль пронзила Уга – жуткий беловолосый мутант одним движением сломал ему руку, дробя кости в труху.
Орочий вопль разнесся по округе.
Стражник был уверен, что это конец, проклиная всё на свете за то, что дохнет так жалко, даже не в хорошей драке. Но из паники его вырвал низкий, пропитанный яростью бас.
Канан заставил себя говорить четко:
– Где… он?
– Че?!
ГР-Р-РКХ! – Канан сжал пальцы на его горле сильнее, перекрывая кислород.
– Грр… Белый сквиг! Где он?!
– На… арене… кхек-кхек… Босс… забрать его…
– Отлично.
Бывший космодесантник небрежно отшвырнул орка в металлическую стену. Уг сполз по ржавому листу, заходясь в хриплом кашле и пытаясь осознать, что нападавший сохранил ему жизнь.
Какое убожество! Настоящий орк никогда не щадит врагов!
Впрочем, тот факт, что он всё еще дышит, радовал ровно до тех пор, пока он не увидел, что этот монстр сделал дальше.
* * *
Ворота крепости были массивными, но примитивными. Две колоссальные створки из тяжелого металла, наглухо закрытые изнутри. Для обычного человека или даже для слабого орка это стало бы преградой. Но Канан подошел к ним вплотную. Он положил ладони на раскаленный металл. Его разум, закаленный веками службы, не принимал слова «невозможно».
Он знал, что пройдет здесь. И в этот момент его абсолютная, непоколебимая вера срезонировала с дремлющей внутри него орочьей энергией.
WAAAGH!
Зеленая мускулатура на его руках вздулась до абсурдных размеров. Металл жалобно застонал.
СКРЕЖЕТ! БАБАХ!
Канан одним бешеным рывком распахнул створки настежь, с мясом вырывая толстенные петли из стен. Охранник просто выпал в осадок, пуская слюни.
Как он, мать его, это сделал?! Это же монстр!
Канану не составило труда вычислить нужное здание. От грубой конструкции, напоминавшей импровизированный Колизей, доносился такой рев толпы – «WAAAGH! КРОВЬ! СТУКАТЬ!» – что ошибиться было невозможно. Он шел по грязным, заваленным мусором и металлоломом «улицам» лагеря, покрытый свежей кровью, но всем было глубоко насрать. Те орки, что всё же обращали на него внимание, просто провожали его уважительными кивками: парень решил проблему самым орочьим способом из возможных. Постукал кого надо и идет дальше.
Добраться до арены оказалось проще простого. Вынырнув из полумрака вонючего коридора, он зажмурился от резкого солнца. Шум стоял такой, что закладывало уши. Когда зрение сфокусировалось, Канан понял, что стоит прямо на песке арены, пропитанном засохшей кровью.
– ЧЕ ТУТ У НАС?! – надрывался в рупор зычный голос заводилы. – НОВЫЙ ПРЕТЕНДЕНТ! НОВЫЙ КАНДИДАТ НА СМЕРТЬ ОТ РУК ЧЕМПИОНА!
– Какого хрена… – процедил Канан.
Трибуны взорвались диким ревом. Канан яростно сканировал каждый дюйм арены в поисках Белого, но тут его внимание привлек влажный хруст ломающихся костей прямо за спиной: ЧВЯК!
Бывший Астартес обернулся.
Здоровенный, раскачанный орк прямо сейчас давил кованым сапогом череп другого зеленокожего, превращая его в кровавую кашу. Грубое копье Чемпиона всё еще торчало из трупа.
Он с вызовом уставился на Канана.
– И ЭТО МОЙ НОВЫЙ СОПЕРНИК?! – проревел Чемпион, брызгая слюной. – КАКОЕ ПОЗОРИЩЕ! ДА Я ТЕБЯ НА СКВИГОВО ДЕРЬМО ПУЩУ!
Он выдернул копье, и кровь стекла по древку. Хорошая тактика устрашения, вот только странному беловолосому орку было абсолютно до звезды. Из груди Канана снова вырвался неконтролируемый рык: – Хр-р… Твой череп… лопнет…
– ТУПОЙ ГРОТ! ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ВЫЛЕЗ НА МОЮ АРЕНУ! ЗДОХНИ!
Чемпион бросился в атаку с ревом безмозглой скотины. Никакого плана. Никакой техники. Тупая первобытная ярость. Много мышц, ноль мозгов.
Толпа коллективно ахнула, когда копье их Чемпиона рассекло пустоту – ВЖУХ! – странный беловолосый орк просто исчез. Вернее, он нырнул в слепую зону, под самую тень своего противника. Он уже проверил силу своих новых рук на стражниках, и этот идиот не станет исключением.
ШШШШЛЮП! Когти Канана прошили толстую шею местного Чемпиона с такой легкостью, будто это был мокрый картон. Руки бывшего десантника рванули в разные стороны и как итоге – отрубленная башка Чемпиона взмыла в воздух, пока его массивная туша с грохотом валилась на песок.
Мертвая тишина накрыла арену, нарушаемая лишь стуком капель крови – кап-кап-кап – стекающих с отрубленной башки в руке Канана, словно из сломанного крана.
Жуткая, абсурдная, быстрая смерть… Но затем…
Трибуны просто взорвались! Вопли, свист, грохот ударов металла о металл рвали барабанные перепонки. Зрители требовали больше крови. Чемпион забыт. Его патетическая смерть – лишь признак слабости в глазах орков. Но сквозь этот животный гвалт пробились размеренные, тяжелые хлопки: Хлоп. Хлоп. Хлоп. Трибуны мгновенно заткнулись. Беловолосый орк презрительно поднял взгляд на VIP-ложу.
На балконе стояла массивная гора мышц, увешанная ржавым железом. Трехметровая машина для убийств. Металлическая челюсть Варбосса блестела на солнце, а его шлем с гигантскими рогами вопил о первобытной свирепости. Но наметанный глаз Канана, видевшего Боссов размером с дом, увешанных трофейными силовыми доспехами и демоническим оружием, быстро определил: это выскочка. Недавно захвативший власть. Клоун с манией величия.
– ПАЗДРАВЛЯЮ, ЧЕМПИОН! – проревел Варбосс. – АРЕНА ТВОЯ. ЧЕ ХОЧЕШЬ ЗА ПОБЕДУ?!
Канан подавил подступающий орочий акцент, сжав челюсти, и произнес: – Белый сквиг. Где он?
Варбосс опешил. И не от наглости требования, а от того, как это было сказано. Дикция идеальная. Слова четкие. Почти… как у юдишек. Это было просто не по-орочьи!
– ХАР-ХАР-ХАР! – грохнул Варбосс, и его смех подхватили прихвостни. – ВЫ СЛЫХАЛИ?! ЭТОТ ПРИДУРОК БАЗАРИТ КАК СЛАБАЯ ЮДИШКА! ХАР-ХАР! МОЯ ТВОЯ НЕ ПОНИМАТЬ!
Его насмешки пролетели мимо ушей Канана. По знаку Варбосса несколько гретчинов выкатили на песок массивную железную клетку. Внутри был Белый. Бедный сквиг был избит до полусмерти. Его глазки едва открывались, шкура была покрыта кровоточащими рубцами. Разглядев силуэт Канана, он издал слабый, обнадеживающий писк.
Канан стоял как каменный идол. Лицо не дрогнуло. Но внутри него прямо сейчас Слаанеш упивалась той яростью, что переполняла его душу. Имматериум сгустился бы вокруг него, если бы Принц Удовольствий захотел материализоваться прямо здесь. Из горла Канана вырвалось глухое рычание. На этот раз он его не сдерживал.
– БЕЛЫЙ СКВИГ – ЭТО НЕ НАГРАДА! – осклабился Варбосс. – ЭТО ДЕЛИКАТЕС ДЛЯ МЕНЯ! ТОЛЬКО БОСС ЖРЕТ ТАКУЮ ВКУСНЯТИНУ!
Канан поднял на него взгляд. Взгляд неумолимой, бездонной бездны. Взгляд самой Смерти.
– Что ж… – процедил он, а затем его орочья природа окончательно прорвалась сквозь человеческий лоск: – Тогда моя оторвет тваю башку!
Беловолосый орк подхватил с песка грубое копье прошлого чемпиона и направил его прямо на босса.
Атмосфера на арене мгновенно стала густой, хоть ножом режь. Топот тысяч ног загремел по деревянным настилам. Кто-то бросил вызов Боссу! Сейчас будет мясо! Все орки лагеря ломанулись к Колизею, гроздьями вися на соседних крышах. Для них это был просто очередной суицидник, который сейчас эффектно сдохнет. Никто, кроме избитого стражника, не понимал, какой хтонический пиздец сейчас начнется.
– ЗНАЧИТ, ХОЧЕШЬ ПАДРАТЬСЯ… А? – зарычал Босс, предвкушая забаву. – ДАВНО Я ТАК НЕ ВЕСЕЛИЛ…
– Захлопни пасть, споровый ублюдок, – ледяным тоном оборвал его Канан. – У меня нет времени на твой треп.
Лицо Варбосса потемнело от ярости, вены на лысом черепе вздулись.
«Молодежь совсем страх потеряла! Никакого уважения к предбоевому трепу!» – пронеслось в его крошечном мозгу. – ХОЧЕШЬ СДОХНУТЬ ПОБЫСТРЕЕ?! НУ ДАВАЙ, Я ТЕБЕ ПОМОГУ!
Варбосс сиганул со своего балкона. БУУУМ! – он приземлился на песок, земля содрогнулась, подняв облако пыли. Почти два с половиной метра мышечной массы в красной броне с кучей шипов. Защита дырявая, классическая орочья халтура. В правой руке – здоровенная двуручная шута, в левой – массивная зубчатая чоппа. Варбосс-середнячок. Даже смешно: как он собирается перезаряжать пушку, если в другой руке тесак?
– ГОТОВ СДОХНУТЬ, СНОТЛИНГ?!
Молчание и испепеляющий взгляд – вот всё, что он получил в ответ.
– НУ И СДОХНИ!
Варбосс вскинул шуту.
Использовать дальнобойное оружие первым – логично. ДАККА-ДАККА-ДАККА!
Оглушительный грохот разорвал воздух.
Но Канан не стал ждать. Он рывком подхватил с песка обезглавленный труп прошлого чемпиона и выставил его перед собой.
