Текст книги "Императар? Стукай! (СИ)"
Автор книги: Кайзер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)
Глава 15
Выслушивать историю человечества за последние тысячелетия было, мягко говоря, неприятно. Особенно когда ты сама была частью столь постыдного прошлого.
После того как брат с сестрой обменялись приветствиями, своеобразный квартет из примархов Жиллимана и Томоэ и их доверенных офицеров Такеко и Катона направился в более удобное место для разговора. Людям Ультрамара было крайне тяжело сидеть на татами, в то время как женщины чувствовали себя на них удобнее, чем на самом роскошном троне. И в этой спокойной обстановке Катон с тяжелым сердцем слушал, как отец рассказывает примарху Второго Легиона обо всем произошедшем. И тогда Катон открыл для себя две очень важные вещи.
Первая. Судя по тому, что примарх Жиллиман начал рассказ с Великого Крестового Похода, когда он вместе с братьями покорял звезды, капитан предположил, что примарх Второго Легиона находилась в этом стазис-резервуаре более двадцати пяти тысячелетий. Сначала Томоэ слушала с любопытством, пока Жиллиман описывал великие завоевания человечества. Но когда речь зашла о Ереси Хоруса, её лицо сменилось на откровенно гневное выражение. И чем больше рассказывал Жиллиман, тем сильнее она разочаровывалась.
Второе, что Катон узнал в тот день: когда бьют по голове его отца, звук получается похожим на глухой удар в гонг. Прямо посреди рассказа капитан Ультрамаринов стал свидетелем того, как примарх Томоэ взорвалась от гнева и со всей силы заехала брату по затылку, выплескивая ярость от услышанного. И это при том, что он только-только начал рассказывать об Эре Отступничества!
– Да пожрет меня Варп! Как такое вообще могло произойти? Как девять примархов могли пасть перед Хаосом?! Как Император этого не предвидел?! Какого демона творил этот идиот?! – возмущалась Томоэ.
Минуточку. Примарх Томоэ только что назвала Императора Человечества идиотом? Лицо Катона вытянулось от шока. Он едва сдерживался, чтобы не обвинить примарха в ереси, но видя, что отец молчит, опустив голову, капитан понял: здесь кроется тайна, о которой он пока не знает. Сейчас лучше всего было просто продолжать слушать.
– Прости, что не сдержал обещание. Я клялся разбудить тебя, когда человечество воплотит мечту отца. Когда над славным Империумом взойдет солнце, а в галактике воцарятся мир и процветание. Вместо этого я разбудил тебя в худшие времена: Империум истекает кровью под ударами ксеносов и разрывается от внутренних войн. Галактика погрузилась в хаос и отчаяние. Надеюсь… ты сможешь меня простить.
– Оставь свои извинения при себе, Жиллиман. Это ничего не решит. Я знаю, что если уж ты нарушил клятву, значит, петля на твоей шее затянулась слишком туго.
Примарх была права. Положение Империума было критическим. Тираниды, демоны, предатели, Тау, Некроны, орки… А теперь еще и этот новый колоссальный орочий WAAAGH! в Сегментум Обскурус. Это было уже слишком. Жиллиман не мог справиться с этим в одиночку. Последнее, что он слышал о своем брате Льве Эль'Джонсоне, дошло через Данте, магистра Кровавых Ангелов, но с тех пор о примархе Первого Легиона не было никаких вестей. Чем он там занимается? Из раздумий его вырвал тяжелый вздох Томоэ, за которым последовали слова сожаления.
– Ох… Вулкан… Леман… Сангвиний. Я так мечтала о дне, когда мы снова увидимся.
Затем она глубоко вздохнула и посмотрела на Жиллимана полным решимости взглядом.
– Хорошо. Рассчитывай на мою помощь, лорд-командующий Жиллиман. Я снова буду сражаться под имперским знаменем, даже если сам Император запретил бы мне это. Просто… дай мне время, чтобы заново собрать Легион.
– Ультрамар предоставит всю необходимую помощь, чтобы Второй Легион смог вернуть свое былое величие как можно скорее. Вы можете использовать наши лаборатории и любые другие ресурсы, которые вам понадобятся.
– Моя госпожа, образцы геносемени в безопасности и готовы к использованию, как только криозаморозка будет полностью снята, – сообщила Такеко.
– Отлично. Лорд-командующий, я прошу разрешения начать набор рекрутов в королевстве Ультрамар.
– Разрешение получено. Я отправлю эмиссара в каждый мир, чтобы объявить о вашем прибытии.
– Благодарю вас, лорд-командующий. Второй Легион, Кровавые Девы, присоединится к вашей крестовой походу через месяц.
– Ждем вашего возвращения, командующая Томоэ.
После обсуждения последних деталей примарх и капитан Ультрамаринов вернулись на свой корабль, чтобы взять курс на Макрагг. Но в пути Жиллиман не мог не заметить на себе тяжелый, полный любопытства взгляд Катона.
– Можешь спрашивать, капитан. Я знаю, что сейчас в твоей голове роится множество вопросов.
– Приношу извинения, лорд-командующий. Не хотел отвлекать вас своими неуместными вопросами.
– Ты заслужил уважение своего легиона и своего примарха. Считаю, что у тебя есть право узнать то, что так не дает тебе покоя.
– Ваши слова наполняют меня радостью, отец. Но… почему вы позволили примарху Томоэ так отзываться об Императоре?
Жиллиман знал, что рано или поздно этот вопрос прозвучит, но ответить на него было всё равно непросто.
– Мы, примархи, были созданы Императором. Мы его сыновья. Те, кто несет его гены и ответственность за его будущее. Но, в отличие от нас… у Томоэ были отец… и мать.
– Мать? – непонимающе переспросил Катон.
– В Томоэ не сто процентов генов Императора. В её генетический код также вплетены гены Амар Астарты.
Катону не нужно было ничего говорить, чтобы Жиллиман понял, какие мысли сейчас крутятся в голове капитана. Видя его сомнения, он продолжил рассказ.
– После успешного создания Льва, первого из нас, отец захотел поэкспериментировать с более… естественным методом… Но результат оказался не тем, чего ждал Император. По какой-то причине Томоэ выросла сильнее и крупнее нас всех, её вены явно были полны отцовской генетики. Но Император так и не признал её своей дочерью. Для него она была лишь… неудачным экспериментом. В его глазах… она не была идеальной.
В голосе Жиллимана сквозила легкая печаль. У него остались теплые воспоминания о том недолгом времени, что они провели вместе в первые дни Крестового Похода, но у этой истории не было счастливого конца.
– Вскоре после начала галактической кампании Император приказал распустить Второй Легион. Я не знаю причину: все их немногочисленные битвы заканчивались безоговорочными победами. Но, видимо, Императора не устраивало присутствие на поле боя той, кого он считал своей ошибкой. Но они не были ни в чем виноваты.
– Они? Женщины-Астартес?
– Именно так… Томоэ никогда не простила этого нашему отцу. Он ей не доверял… или, возможно, боялся… не могу сказать точно. Но Томоэ отказалась оставаться в стороне, особенно после всех тех трудностей, через которые ей пришлось пройти. Она пришла ко мне и попросила погрузить её в вечный сон и присмотреть за её дочерьми. Я… я не смог сделать для неё большего… Нет… я побоялся сделать больше. Я её не виню. У нее есть полное право злиться на Императора. Но она куда более благоразумна и предана делу, чем любой из нас. В этом… в этом я абсолютно уверен.
Катон слушал эту историю с потрясением, но всё сходилось. Разумеется, его тогда еще не было на свете, но это объясняло, почему в записях у Ультрамаринов в какой-то момент произошел такой неконтролируемый скачок численности войск. Это были Астартес Второго Легиона, влившиеся в их ряды. Хотя, конечно, лишившись геносемени своего примарха, они мало-помалу исчезли, пока в легионе Ультрамара не осталось ни одной из них.
Жиллиман знал, что после расформирования легиона женщин-Астартес должны были… ликвидировать. Но он не мог этого допустить. Воины не заслужили такого исхода. Не тогда, когда они проявляли столь абсолютную преданность Империуму и Императору, который их не ценил. Возможно, это был один из немногих случаев, когда Жиллиман втайне ослушался отца. Но клятва примарха Ультрамаринов нерушима.
– Сын мой. Томоэ, что ты сейчас услышал… лучше держать в тайне. Я рассказал тебе это, потому что доверяю твоему благоразумию.
– Вам не нужно напоминать мне об этом, отец. Ваше слово для меня – непреложный закон.
– Хорошо. Мир, где выросла Томоэ, после того как капсулы были разбросаны по космосу, теперь поглощен Цикатрикс Маледиктум. У нее нет мира, который она могла бы назвать домом. И хотя Ультрамар окажет ей любую поддержку, я знаю, что в глубине души она никогда не назовет его своим. Единственное, что мы можем сделать – это быть на её стороне. Точно так же, как она будет на нашей.
– Можете рассчитывать на мое слово и мою честь, лорд-командующий. Я приложу все усилия, чтобы оказать Второму Легиону любую необходимую помощь.
– Отлично. Потому что с этого момента ты назначаешься советником Второго Легиона.
– Что?
Тем временем, в другой части вселенной, в гигантских залах мира-корабля разворачивалась весьма необычная сцена. Аэльдари с изумлением наблюдали, как этот небольшой отряд зеленокожих вырезает их общих врагов, не неся при этом никаких потерь. Возможно, свою роль сыграл эффект неожиданности: силы Хаоса никак не ожидали удара от орков. Но Канан лично вел своих бойзов в бой, чтобы устроить резню коррумпированным силам.
Среди аэльдари оставались лишь единицы тех, в чьих бесконечных циклах еще хранились воспоминания о временах, когда аэльдари и орки – тогда еще называвшиеся Крорками – сражались плечом к плечу против неудержимых некронов. Хоть ту войну они и проиграли, обе расы смогли выжить, но пошли разными путями. Теперь, словно ожившее воспоминание из далекого прошлого, орки снова маршировали рядом с ними, чтобы дать отпор врагу. Конечно, далеко не все встретили это с одобрением. До тех пор, пока:
– Это наш шанс! В атаку! – скомандовал кто-то.
Канан услышал вдалеке сильный женский голос и сразу понял, что это кричит их предводительница. Едва шок от внезапного появления зеленокожих прошел, аэльдари бросились в бой.
Слепо продвигаться по незнакомому полю боя было плохой идеей. Канан решил, что лучшим выходом будет найти ту, кто командует эльдарами. Возможно, у неё есть какой-то план по отражению сил Хаоса, в котором он мог бы помочь или, по крайней мере, не мешаться под ногами.
Путь к цели оказался непростым: бесчисленные демоны Хаоса Слаанеш и оскверненные космодесантники Детей Императора преграждали им дорогу. Но этого было недостаточно, чтобы остановить новый смертоносный меч Каудильо. За ним по пятам следовали Мюррей, благородные Нобы и те несколько орков-коммандос в фиолетовом, которых тоже затянуло в варп-воронку. Прорубившись сквозь врагов, они наконец достигли своей цели.
В самом эпицентре битвы изящная фигура яростно сражалась с космодесантником Хаоса, в котором Канан с первого взгляда признал грозного воина. Без сомнения, именно эта аэльдари отдала приказ к атаке. Но было ясно, что она измотана и не справляется с противником, который лишь смеялся и издевался над ней, стремясь сломить её дух.
Но что Канан заметил почти сразу – так это тело Лорда-Феникса эльдар, распростертое на полу. Меч этого космодесантника Хаоса был залит свежей кровью, вероятно, одного из самых могущественных воинов-аэльдари во всей галактике. Этот десантник Хаоса… был явно не из простых.
* * *
Канан не раздумывал ни секунды. Этот Космодесантник перед ним был устрашающим врагом, и его нужно было устранить любой ценой. Или хотя бы попытаться. Оставив своих бойзов сражаться бок о бок с эльдарами, которые оказались весьма компетентными воинами, Канан бросился в гущу битвы.
Мюррей и остальные попытались пойти за ним, но никто не мог угнаться за Каудильо, особенно когда колонна отродий Хаоса отрезала их от повелителя. Действуя в одиночку и обладая невозможной для своих габаритов ловкостью, Канан взмахнул мечом, отправляя души десятков тварей Слаанеш обратно в Варп. Многие пытались оборвать его жизнь, но ни один не смог даже оцарапать его плоть.
Канан не колебался. Как только цель оказалась в зоне досягаемости, он занес оружие, готовясь отрубить врагу правую руку, а если повезет – разрубить его пополам. Но беловолосый орк никак не ожидал такой молниеносной реакции от десантника Хаоса. Тот заблокировал удар своим оружием даже не глядя – его внимание было приковано к эльдарке, которая пыталась пересилить его в клинче (и в котором Хаосит имел подавляющее преимущество).
– Ну надо же… Ну надо же… Посмотрите, кто тут у нас, – протянул космодесантник Хаоса. – Похоже, новая игрушка моего повелителя решила укусить руку, которая ее кормит. Очаровательно.
Под натиском объединенных сил Хаосит решил разорвать дистанцию, оттолкнув обоих противников, чтобы занять более выгодную позицию. Теперь он мог видеть и орка, и эльдарку. Его восторг только рос, отражаясь в макабрической, циничной улыбке, расплывающейся на лице.
– Я уже говорил твоему дерьмовому богу, – процедил Канан. – Я не такой, как вы. Никогда им не был и никогда не буду. Одно ваше присутствие вызывает у меня рвотный рефлекс, и я не желаю ничего, кроме как избавиться от этого мерзкого чувства.
– М-м-м. Интересно. Мне это нравится, – усмехнулся десантник Хаоса. – Давай, попробуй… Если кишка не тонка.
– Не расслабляйся, зеленокожий, – предупредила эльдарка. – Это Люций. Чемпион Слаанеш. И несмотря на свои раны, он остается чудовищным противником.
Слова эльдарки повергли Канана в шок. Люций? Люций Вечный?! Это имя он слышал бесчисленное количество раз в прошлом. Зло и безумие во плоти. Лицо, изуродованное сотнями шрамов, которые он нанес себе сам, и абсолютно нулевая вменяемость.
Его тело было заковано в Броню Воющих Душ, испещренную бесконечными искаженными лицами. Сотни голосов тех, кто когда-то победил его, теперь были навечно заключены здесь, чтобы мучиться до конца времен.
В правой руке он сжимал культовый Клинок Лаэра – тот самый, в котором когда-то обитал демон, совративший примарха Фулгрима. Теперь меч был пуст и представлял собой силовое оружие, мало чем отличающееся от любого другого. Но в руках непревзойденного мечника он становился невероятно смертоносным.
Его вторая конечность уже даже не была рукой. Это был омерзительный мясистый червь, известный как Кнут Мучений. Смертоносный дар Бога Излишеств своим самым любимым детям. Плотяная масса, которая извивается и рубит своих жертв так, словно обладает собственным разумом.
И всё же раны на теле Люция были очевидны. Судя по всему, дуэль с Лордом-Фениксом эльдар не прошла бесследно. Хотя Люций и вышел победителем, он получил пару ударов, которые для любого существа рангом пониже оказались бы смертельными. Но Люций был кем угодно, только не простым смертным.
С изрезанным кнутом, пробитым копьем животом, десятками мелких ран по всему телу и густой темно-красной, почти черной кровью, Люций всё еще стоял на ногах. И хотя он был ранен, он был в идеальной форме, чтобы сразиться сразу с двумя противниками. И он был этому несказанно рад.
– Берегись! – крикнула эльдарка.
Воительница, уже видевшая его в бою, встревожилась при малейшем движении десантника Хаоса. Времени на объяснения не было, но Канан и сам понял, что сейчас будет атака. И он не ошибся.
Орк с ужасом увидел, как плотяная рука Люция взмыла в воздух, обрушиваясь на них подобно смертоносному хлысту, от удара которого раскололась земля под их ногами. Эльдарка без проблем уклонилась благодаря своей феноменальной ловкости. Канану же пришлось выставить меч, чтобы заблокировать удар, но он не смог остановить отдачу: кнут изогнулся вокруг лезвия и с чудовищной силой хлестнул по наплечнику, который орк недавно снял с убитого капеллана.
Удар был настолько брутальным, что Канан рухнул на одно колено, а его и без того израненное тело содрогнулось. Но, по крайней мере, массивный кусок имперского металла спас ему жизнь… Пока что.
Когда Канан пришел в себя после сокрушительного удара, он увидел, как израненный десантник Хаоса бросается на него с абсурдной для его габаритов скоростью, занеся меч, чтобы пробить толстую шкуру орка.
Воспользовавшись своей низкой стойкой и тем, что его меч уже находился в горизонтальном положении, Канан вложил все свои силы в подъем, ударив по клинку противника своим собственным. Оглушительный лязг ударил по барабанным перепонкам всех присутствующих, заставив Люция отшатнуться на пару шагов, прежде чем он смог восстановить равновесие.
– Да! Ты силен! Обожаю! Просто обожаю! – заходился в экстазе Люций. – Еще один шрам для моего лица. Еще больше крови для моей жажды. Моя Госпожа будет так довольна, когда я отрублю тебе голову!
Безумию Люция не было предела. Его рассудок стал ценой, которую он заплатил за бессмертие, но это была ничтожная плата за звание лучшего мечника в галактике. Он уже начал входить во вкус схватки, когда вспомнил, что орк сражается не один.
Канан с изумлением наблюдал, как эльдарка, исчезнувшая из поля его зрения секунду назад, вынырнула из теней смерти и крови прямо за спиной маньяка, высоко в воздухе. Ее странный огромный зубчатый меч был готов оборвать жизнь врага. Но Люция невозможно было застать врасплох таким трюком.
За спиной Люция странный артефакт сработал абсолютно независимо от его воли. Устройство впрыснуло в тело десантника Хаоса чудовищную дозу комморрагских стимуляторов, превратив его в еще более неконтролируемого психопата, чем он был до этого.
Меч эльдарки так и не коснулся плоти противника. Вместо этого она получила такой сокрушительный удар кулаком, что отлетела метров на двадцать, кувыркаясь и несколько раз жестко ударившись о землю, пока не рухнула тряпичной куклой на груду трупов, усеивавших поле боя.
Мир вращался перед ее глазами, всё тело пронизывала невыносимая боль. Мышцы слушались с трудом, но их хватило, чтобы попытаться поднять голову. И тут она увидела, как над ней возвышается внушительная фигура Люция. Он занес меч, готовый разрубить ее пополам, и она ничего не могла с этим поделать.
Но звонкий удар металла сотряс поле боя. Когда эльдарка снова открыла глаза, ее обзор заслонил массивный силуэт того самого странного орка. Он успел как раз вовремя, чтобы заблокировать удар этого устрашающего противника. Канан вновь почувствовал, как ярость и безумие разорванной души давят на его уставшие плечи, но сейчас было не время для сомнений.
Два металлических клинка скрежетали друг о друга с такой силой, что металл начал сминаться. Выбросы психической энергии взрывались пугающими вспышками пурпурных миазмов и молний, черных, как бескрайний космос. Меч Люция ревел от психической мощи своего владельца. Перед Кананом стоял человек, который полностью отдал себя Хаосу, и теперь эта гниль текла по его венам, наполняя макабрический клинок тайными силами Варпа. Меч Канана, напротив, не излучал никакой силы.
Его зеленое тело, привязанное к Пустоте, не имело никакой связи с энергиями Варпа. Или, возможно, Слаанеш просто блокировала ее. А его собственной мощи не хватало, чтобы активировать подобные эффекты. В его прошлой жизни эта мерзость уже давно бы познала смерть от лезвия его клинка, но сейчас сама Дисторсия, казалось, отказывалась воздействовать на его врага. Но сверхчеловеческим усилием Канану удалось выпрямиться и оттолкнуть безумца, который отчаянно пытался его убить. Безумца, чья улыбка, казалось, вот-вот навсегда изуродует его лицо.
– Сражаться можешь? – спросил Канан у израненной эльдарки, которая изо всех сил пыталась удержаться на ногах.
– Я… не паду… – выдохнула она. – Я… защищу свой народ… и своих людей… Я не паду… Я вышвырну этих ублюдков из моего дома.
Канан не мог этого отрицать. Дух у эльдарки был железным, но ее тело вряд ли было к этому готово, особенно с вывихнутым левым плечом и кровью, сочащейся из-под респиратора ее шлема.
Одного быстрого взгляда было достаточно, чтобы оценить ее истощение. Он даже представить не мог, как долго она уже сражается. И в отличие от Люция, у нее не было коктейля из безумных стимуляторов, чтобы продолжать бой ценой каждой клетки своего тела. К тому же, Лорд-Феникс явно успел оставить на Люции немало ран до своей гибели.
– Ты заходишь справа, я слева? – предложил Канан.
– Убьем… эту тварь.
Слова беловолосого орка не были брошены на ветер. Ни он, ни эльдарка не стали медлить, бросившись в разные стороны, чтобы взять Люция в кольцо и атаковать с противоположных направлений. Если повезет, они смогут измотать его или найти слепую зону, чтобы покончить с ним. Хотя сказать это было куда проще, чем сделать.
Канан бросился на грозного Астартес Хаоса. Их мечи столкнулись с таким грохотом, что поверхность под их ногами содрогнулась. Эльдарка, несмотря на свои раны, демонстрировала феноменальную ловкость, уклоняясь от смертоносных выпадов демонического хлыста с грацией, которая заставила бы любую балерину удавиться от зависти. Это был элегантный и прекрасный танец смерти и крови.
Люций, в свою очередь, ничуть не испугался того, что оказался в меньшинстве. Он лишь маниакально хохотал, наслаждаясь каждым моментом. Стимуляторы, сжимающие его нервы и взрывающие тело, держали его в состоянии абсолютного психоза, далекого от любых остатков рассудка или здравого смысла. Он был способен не только блокировать и уклоняться от атак обоих противников, но и контратаковать с такой яростью и тотальным контролем над боем, что Канану и эльдарке приходилось отступать, чтобы просто перевести дух.
И в этот момент на поле боя забрезжил луч надежды. Мюррей и его бойзы наконец-то прорубили себе путь сквозь бесконечную волну отродий Хаоса. Орки с восторгом наблюдали за тем, как мастерски их Босс бьется с врагом, хотя и не могли понять, какого варпа он сражается бок о бок с этой странной остроухой. Но проблемы только начинались.
– Моя госпожа! У нас неприятности! – прокричал эльдар-воин своей предводительнице на их родном языке. – Демоны вот-вот прорвутся в Зал Врат!
Услышав это, Канан мгновенно почувствовал, как эльдарку накрыла волна тревоги. А циничная улыбка, которая стала еще шире на лице Люция, ясно дала орку понять: что бы там ни происходило, это не сулит ничего хорошего.
