Текст книги "Го юй (Речи царств)"
Автор книги: Автор неизвестен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)
Вэнь-цзы спросил: “Как долго проживет правитель?” Лекарь ответил: “Если чжухоу будут ему подчиняться – не более трех лет, а если они откажутся подчиняться – не более десяти лет[1712]1712
Подчинение чжухоу дало бы Пин-гуну возможность все время уделять женщинам.
[Закрыть]. Если он проживет больше этого срока, владение Цзинь постигнут бедствия”.
В этом году Чжао Вэнь-цзы умер, а чжухоу восстали против Цзинь. Через десять лет после этого Пин-гун скончался.
[185][1713]1713
См. Цзо-чжуань, гл. 41, с. 1657.
[Закрыть]
Когда циньский Хоу-цзы явился служить Цзинь, он имел тысячу повозок, а когда служить Цзинь явился чуский княжич Цзы-гань, у него было только пять повозок.
[В это время] старший наставник Шу-сян, по существу, ведал определением размеров жалования, поэтому Хань Сюань-цзы спросил его о размерах жалования двум книжичам. Шу-сян ответил: “Для сановников крупного владения полагается жалование в размере пахотного поля для содержания пятисот воинов, а для старшего дафу — в размере пахотного поля для содержания ста воинов. Поскольку оба княжича являются старшими дафу, каждому из них достаточно положить жалование в размере пахотного поля для содержания ста воинов”.
Сюань-цзы возразил: “Циньский княжич более богат, почему же вы уравниваете их?” Шу-сян ответил: “Титулы жалуют в зависимости от выполняемых обязанностей, а жалование зависит от титула, в то время как титул и жалование определяются в зависимости от добродетели и соответствуют имеющимся заслугам. Разве можно определять жалование по богатству? Богатые купцы в Цзян проезжают мимо дворца в повозках с кожаным верхом и проходят мимо него с деревянными коромыслами на плечах только из-за того, что у них мало заслуг; разве они вправе украшать свои повозки золотом и яшмой, расшивать узорами свои одежды?! Благодаря богатству они могут поддерживать отношения с чжухоу, но не получают никакого жалованья, поскольку не имеют больших заслуг перед народом. К тому же Цинь и Чу – равные по силе владения, так зачем различать их по признаку богатства?”
[Сказав так, Шу-сян] уравнял жалование обоим княжичам.
[186]
Чжэнский правитель Цзянь-гун прислал Чэн-цзы[1714]1714
Чэн-цзы – посмертный титул внука чжэнского правителя Му-гуна, носившего имя Цяо и прозвище Цзы-чань.
[Закрыть], внука правителя Му-гуна, [в Цзинь] для установления дружественных отношений. [В это время] Пин-гун был болен, поэтому посла принимал и устраивал его на подворье Хань Сюань-цзы.
Когда гость спросил о болезни правителя, Хань Сюань-цзы ответил: “Наш правитель давно болен. Мы приносили жертвы, сообщая о его болезни всем низшим и высшим духам, но болезнь не проходит. Нынче правитель видел во сне желтого медведя, вошедшего в ворота, которые ведут в переднее помещение дворца, но мы не знаем, ведает ли он убийством людей или же является злым духом?”
Цзы-чань сказал: “По мудрости правителя вы [прекрасно] справляетесь с важными делами управления, так какой может быть злой дух?! Как я, Цяо, слышал, некогда Гунь нарушил приказ императора [Яо], за что был сослан и убит в горах Юйшань[1715]1715
См. отрывок [27], примеч. 57.
[Закрыть], после чего превратился в желтого медведя, который удалился в бездонные пропасти гор Юйшань. При династии Ся этому духу[1716]1716
В переводе исправлено ошибочное употребление иероглифа (ГЮКИ, с. 320).
[Закрыть] стали приносить жертвы в окрестностях столицы, так поступали в течение трех династий[1717]1717
Имеются в виду династии Ся, Инь и Чжоу.
[Закрыть]. Духи распространяют влияние если не на членов своего рода, то на лиц, занимающих с ними одинаковое положение, поэтому Сын Неба [всегда] приносит жертвы Верховному владыке, гуны и хоу — духам чжухоу, имеющим заслуги перед народом, а сановники и лица, занимающие более низкое положение, – только духам своего рода. Ныне, когда дом Чжоу несколько ослаб, его дела, по существу, продолжает владение Цзинь, и, возможно[1718]1718
В переводе исправлено ошибочное употребление иероглифа (ГЮКИ, с. 320).
[Закрыть], [желтый медведь] появился потому, что не принесли жертвы в окрестностях столицы, [как некогда при династии Ся]”.
Сюань-цзы доложил об этом правителю, тот совершил жертвоприношение в окрестностях столицы, на котором главным жрецом был Дун Бо[1719]1719
Дун Бо – цзиньский дафу, относившийся, как и Гунь, к роду Сы.
[Закрыть]. Через пять дней [поправившийся] Пин-гун встретился с Цзы-чанем и подарил ему треножник из владения Цзюй.
[187]
Шу-сян явился к Хань Сюань-цзы. Сюань-цзы стал жаловаться на бедность, но Шу-сян поздравил его с этим.
Сюань-цзы сказал: “Я ношу звание сановника, но не имею соответствующих богатств, поэтому не могу поддерживать отношений с другими сановниками, а это печалит меня. Почему вы меня поздравляете?”
Шу-сян ответил: “Некогда Луань У-цзы не имел даже пахотного поля, которое позволяло бы содержать сто воинов[1720]1720
В тексте пропущен иероглиф (ГЮКИ, с. 320). Луань У-цзы как старший сановник должен был иметь поле, которое позволяло бы содержать пятьсот воинов.
[Закрыть], в его доме не было достаточного количества жертвенных сосудов, но он повсюду распространял свои добродетели, смиренно соблюдал установленные законы и правила, поэтому его имя стало широко известно среди чжухоу. Чжухоу стремились сблизиться с ним, жуны и дисцы с любовью думали о нем, а наведя порядок во владении Цзинь, он налагал наказания справедливо, что позволило ему избежать беды[1721]1721
Луань У-цзы убил правителя Ли-гуна и возвел на престол Дао-гуна, но народ, ценя добродетели Луань У-цзы, оставил убийство правителя без последствий.
[Закрыть].
Появившийся затем Хуань-цзы[1722]1722
Хуань-цзы – посмертный титул Луань Яня, сына Луань У-цзы.
[Закрыть] отличался заносчивостью, стремлением к роскоши и ненасытной алчностью, нарушал существовавшие правила, действовал, как хотел, брал в долг деньги, копил богатства и должен был дойти до беды, но благодаря добродетелям Луань У-цзы умер естественной смертью.
Когда появился Хуай-цзы[1723]1723
Хуай-цзы – посмертный титул Луань Ина, сына Луань Яня, см. отрывок [168].
[Закрыть], он держал себя по-другому, чем Хуань-цзы, и продолжал совершенствовать добродетели Луань У-цзы, что позволяло избегать беды, но из-за преступлений, совершенных Хуань-цзы, ему пришлось бежать в Чу.
Богатства Ци Чжао-цзы[1724]1724
Ци Чжао-цзы – Чжао-цзы – посмертный титул цзиньского сановника Ци Чжи.
[Закрыть] составляли половину богатств дома правителя, члены его семьи занимали половину постов в трех армиях, и полагаясь на богатства и любовь правителя, он вел роскошный образ жизни во владении. Однако труп его был выставлен на всеобщее обозрение во дворце, а его род был уничтожен в Цзян. А ведь восемь представителей фамилии Ци, пятеро из которых были дафу, а трое сановниками, пользовались большой любовью правителя. Тем не менее в одно прекрасное утро все они были уничтожены, и никто не оплакивал их. Произошло это только из-за того, что они не обладали добродетелями. Вы бедны, как Луань У-цзы, и, мне думается, можете быть таким же добродетельным, как и он, поэтому я и поздравил вас. Если вы не будете печалиться из-за того, что нетверды в добродетели, а станете горевать о богатстве, боюсь, вас скоро придется оплакивать, а поздравлять будет не с чем”.
Сюань-цзы, поклонившись до земли, сказал: “Мне, Ци, грозила гибель, но благодаря вам я сохранил жизнь. Не только я, Цн, удостоился получить ваши указания, но все мои предки, начиная с Хуань-шу, благодарны вам за милостивое наставление”.
ГЛАВА 15
РЕЧИ ВЛАДЕНИЯ ЦЗИНЬ
РАЗДЕЛ ДЕВЯТЫЙ. ЧЖАО-ГУН
[188][1725]1725
См. Цзо-чжуань. гл. 47, с. 1911—1912.
[Закрыть]
Ши Цзин-бо[1726]1726
Ши Цзин-бо – цзиньский дафу, носивший имя Ми-моу. Занимал должность судьи.
[Закрыть] выехал в Чу и вместо него исполняющим обязанности судьи был назначен Шу-юй[1727]1727
Шу-юй – прозвише цзиньского сановника Яншэ Фу.
[Закрыть]. [В это время] Син-хоу[1728]1728
Син-хоу – сын чуского сановника Шэньгун У-чэня. На двадцать шестом году правления луского Сян-гуна (548 г. до н. э.) У-чэнь бежал во владение Цзинь и получил право кормления с города Син. В связи с этим его стали называть синским хоу.
[Закрыть] и Юн-цзы[1729]1729
Юн-цзы – чуский дафу, бежавший в Цзииь.
[Закрыть] вели спор из-за границы полей, поэтому Юн-цзы, добиваясь, чтобы его признали правым, отдал Шу-юю свою дочь. Когда наступил день вынесения приговора, Шу-юй несправедливо признал виновным Син-хоу. [Рассерженный] Син-хоу убил тут же в суде Шу-юя и Юн-цзы, что обеспокоило Хань Сюань-цзы.
Шу-сян сказал [Хань Сюань-цзы]: “Вина трех плутов одинакова, прошу убить оставшегося в живых[1730]1730
Имеется в виду Син-хоу.
[Закрыть] и выставить для всеобщего обозрения их трупы!”
Хань Сюань-цзы спросил: “Почему вы так говорите?” Шу-сян ответил: “Фу[1731]1731
Ау – имя Шу-юя.
[Закрыть] продал судебное решение, Юн-цзы купил его за дочь, а Син-хоу, не занимая соответствующей должности, присвоил связанные с ней права. Таким образом, один из них нечестно продал справедливые законы владения, другой порвал с родственными чувствами, добиваясь, чтобы его признали правым, и третий, не будучи начальником приказа, ведающего наказаниями, самовольно совершил убийство и их вина одинакова”.
Услышав об этом [разговоре], Син-хоу бежал, после чего в совершении преступления были обвинены члены его семьи, а трупы Шу-юя и Юн-цзы были выставлены на базарной площади для всеобщего обозрения.
[189][1732]1732
См. Цзо-чжуань, гл. 47, с. 1915—1916.
[Закрыть]
Чжунхан Му-цзы[1733]1733
Чжунхан Му-цзы – сын цзиньского сановника Чжунхан Яня (он же – Сюнь У); Му-цзы – его посмертный титул.
[Закрыть] напал во главе войск на дисцев[1734]1734
Имеется в виду владение Сяньюй, принадлежавшее племени байди.
[Закрыть] и окружил город Гу[1735]1735
Гу – город во владении байдисцев, находившийся на территории совр. уезда Цзиньсян в пров. Хэбэй.
[Закрыть]. Некоторые из гусцев просили разрешения поднять в городе мятеж[1736]1736
Гусцы хотели поднять мятеж, чтобы облегчить штурм города.
[Закрыть], но Му-цзы не согласился с этой просьбой. Тогда военные чиновники сказали ему: “Представляется возможность, не утомляя войска, занять город, почему же вы не делаете этого?”
Му-цзы ответил: “Это противоречит правилам поведения, которые следует соблюдать, служа правителю. Лица, которые хотят сдать город и изъявить покорность, непременно потребуют от меня предоставления выгод[1737]1737
Имеются в виду награды и титулы.
[Закрыть]. Однако нет большего предательства, чем, получив приказ оборонять город, изменить своему правителю. Награждать добрых и карать предателей – закон для владения. Согласиться на просьбу гусцев, но не предоставить выгод, значит подорвать к себе доверие, а предоставить выгоды – значит наградить величайших предателей. Наградив предателей, предоставив им высокое жалованье, что станешь делать с добрыми? И еще: дисцы, которые ненавидят своего правителя, хотят сдать город и изъявить покорность, чтобы добиться осуществления своих желаний, но разве не найдутся такие же и в Цзинь? Таким образом, на примере города Гу я научу население наших пограничных окраин измене. Слуга правителя наступает в зависимости от имеющихся сил, и если не может наступать, отступает, но не подкупает изменников, стремясь к собственному покою”.
[Сказав так, Му-цзы] приказал военным чиновникам прокричать защитникам города, чтобы они приняли меры предосторожности, ибо предстоит штурм. Не успели воины подняться на стены, как город Гу сдался.
Одержав победу, Чжунхан Бо[1738]1738
Чжунхан Бо – он же Чжунхан Му-цзы.
[Закрыть] возратился обратно вместе с правителем Гу, Юаньчжи, приказав гусцам вернуться к своим занятиям и разрешив сопровождать его только чиновникам. Однако слуга правителя города Гу, по имени Сушали, вместе с женой и детьми последовал за Юаньчжи, а когда военные чиновники схватили его, отказался вернуться к своим занятиям, сказав: “Я служу правителю, а не земле, поэтому и называюсь слугой правителя. Разве меня называют слугой земли? Теперь, когда мой правитель фактически переехал в другое место, разве я могу жить в Гу?”
Му-цзы вызвал Сушали и сказал: “В Гу [новый] правитель, служите ему от всего сердца, а я определю для вас жалованье и титул”. Сушали ответил: “Я приносил подношения дискому правителю города Гу, но не приносил подношений цзиньскому правителю города Гу. Как я слышал, приносящий подношения является слугой и не должен изменять правителю. Имена приносящих подношения записываются на бамбуковых табличках, и они умирают за правителя – таков древний закон. В этом случае правитель носит славное имя, [говорящее об умении подчинять себе других], а слуги не изменяют правителю. А когда слуги осмеливаются действовать в личных интересах, только затрудняя начальника приказа, ведающего наказаниями, это нарушение старых законов, и что тогда можно ожидать, кроме неожиданных бедствий?”
[Растроганный] Му-цзы со вздохом сказал приближенным:
“Как я должен совершенствоваться в добродетели, чтобы приобрести подобного слугу!” – после чего разрешил Сушали следовать за Юаньчжи. Во время доклада о достигнутых успехах Му-цзы рассказал Цин-гуну о Сушали, и тот, дав правителю города Гу пахотные земли в Хэине, назначил Сушали его помощником.
[190]
Во время дружественного визита в Лу Фань Сянь-цзы[1739]1739
Фань Сянь-цзы – сын цзиньского сановника Фань Сюань-цзы, носивший имя Ши-ян.
[Закрыть] спросил о горах Цзюйшань и Аошань[1740]1740
Цзюйшань и Аошань – горы на территории совр. уезда Мэнъинь в пров. Шаньдун.
[Закрыть]. Лусцы ответили, наименовав горы по названию сянов[1741]1741
Сян — административная единица.
[Закрыть], в которых они находились. Сянь-цзы спросил: “Разве они не называются горами Цзюйшань и Аошань?” Лусцы ответили: “Названия гор табуированы, так как обозначающие их иероглифы входят в имена Сянь-гуна и У-гуна[1742]1742
Имя Сянь-гуна было Цзюй, а имя У-гуна – Ао.
[Закрыть]”.
Вернувшись обратно, Сянь-цзы предостерег всех, кого он знал: “Людям нельзя не учиться. Я ездил в Лу, где назвал горы именами, которые считаются табуированными, чем навлек на себя насмешки. Так получилось только из-за того, что я не учился. Учение для человека можно сравнить с ветвями и листьями на дереве. Ветви и листья на дереве дают человеку укрытие, так что же говорить об учениях, созданных благородными мужами!”
[191]
Дун Шу[1743]1743
Дун Шу – цзиньский дафу.
[Закрыть] хотел жениться на дочери Фаня[1744]1744
Имеется в виду дочь сановника Фань Сюань-цзы.
[Закрыть]. Шу-сян сказал: “Род Фань богат, не лучше ли остановить сватовство?” Дун Шу ответил: “Я хочу связать себя узами брака, чтобы иметь поддержку”.
Однажды Дун Ци[1745]1745
Дун Ци – жена Дун Шу.
[Закрыть] пожаловалась Фань Сянь-цзы: “Дун Шу относится ко мне непочтительно”. Сянь-цзы схватил Дун Шу и привязал к ясеню, росшему во дворе. Мимо проходил Шу-сян. Дун-Шу обратился к нему: “Почему бы вам не попросить за меня!” Шу-сян ответил: “Вы добивались связать себя узами, вас связали, добивались поддержки и получили поддержку, т. е. добились того, чего хотели, зачем же еще просить за вас?”
[192]
Чжао Цзянь-цзы[1746]1746
Чжао Цзянь-цзы (он же Чжао Ян) – сын цзиньского сановника Чжао-Цзин-цзы.
[Закрыть] спросил: “У луского Мэн Сянь-цзы[1747]1747
Мэн Сянь-цзы (он же Чжунсунь Ме) – луский сановник.
[Закрыть] пять сильных охранников, а у меня ни одного. Почему?” Шу-сян ответил: “Потому, что вы не хотите. Если бы вы захотели, я, Си, готов бороться с вашими врагами!”
[193][1748]1748
См. Цзо-чжуань, гл. 52, с. 2126.
[Закрыть]
У жителей Гэнъяна[1749]1749
Гэнъян – город, правом кормления с которого пользовался род Вэй. Находился на территории совр. уезда Цзиньян в пров. Шаньси.
[Закрыть] возникла тяжба; опасаясь неудачи, они обратились за помощью к Вэй Сянь-цзы[1750]1750
Вэй Сянь-цзы – цзиньский старший сановник Вэй Шу; Сянь-цзы – его посмертный титул.
[Закрыть], принеся ему подарки. Вэй Сянь-цзы вознамерился согласиться.
Янь Мо[1751]1751
Янь Мо – цзиньский дафу, известный под прозвищем Мин.
[Закрыть] сказал Шу Куаню[1752]1752
Шу Куань – цзиньский дафу, известный под прозвищем Бао.
[Закрыть]: “Не убедить ли нам его [отказаться от подарков]?! Наш господин прославился среди чжухоу как не принимающий подарков, поэтому если сейчас он примет подарки от жителей Гэнъяна, то уронит [свои добродетели], чего нельзя допускать”.
Оба отправились на прием [к Вэй Сянь-цзы] и не уходили из его дома. Сянь-цзы, собравшись поесть, спросил, кто во дворе. Ему ответили: “Во дворе находятся Янь Мин и Шу Бао”. Вэй Сянь-цзы вызвал их и предложил откушать вместе. Во время еды гости три раза вздохнули. Насытившись, Сянь-цзы спросил: “Люди говорят: “Только за едой можно забыть печаль”, но пока мы ели, вы три раза вздохнули, в чем дело?”
Гости в один голос ответили: “Мы, маленькие люди, жадны. Когда принесли пищу, мы, опасаясь, что ее не хватит, вздохнули. В середине еды мы стали укорять себя – разве у нашего господина может не хватить еды?! – и поэтому вздохнули во второй раз. Когда вы, господин, закончили есть, нам захотелось, чтобы ваше сердце благородного мужа было таким же, как желудки у нас, маленьких людей, желания которых иссякают, едва они насытятся, поэтому мы и вздохнули в третий раз”.
Сянь-цзы воскликнул: “Превосходно!” и отказался принять подарки от жителей Гэнъяна.
[194]
В сражении у города Сяи[1753]1753
На тринадцатом году правления луского Дин-гуна (498 г. до н. э.) Чжао Цзянь-цзы убил ханьданьского дафу Чжао У. В связи с этим Чжао Цзи, сын убитого Чжао У, поднял восстание. К нему присоединились его дядя Чжунхан Инь и Фань Цзи-шэ. Восставшие напали на дом Чжао Цзянь-цзы, который бежал в Цзиньян, где был осажден тремя вышеназванными лицами. Сражение у Цзиньяна и названо сражением у города Ся (ЧЦЦЧЧИ, гл. 56, с. 2282—2283).
[Закрыть] Дун Ань-юй[1754]1754
Дун Ань-юй – слуга Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть] совершил многочисленные подвиги, за что Чжао Цзянь-цзы решил наградить его. Дун Ань-юй стал отказываться от награды, но Чжао Цзянь-цзы хотел непременно вручить ее.
Тогда Дун Ань-юй сказал: “Когда я был молод, меня рекомендовали на должность чиновника, держащего в руках кисть, я я помогал вам составлять приказы и, сообразуясь с созданными прошлыми поколениями законами, укреплял среди чжухоу чувство долга, однако вы, господин, [никак] не отметили этого. Достигнув зрелого возраста, я отдавал все силы, занимая должность начальника военного приказа, в результате негодяи не смели появляться. Состарившись, в одежде с черной каймой, в высоком головном уборе, в кожаных наколенниках и подпоясанный поясом, я исполнял обязанности управляющего, и народ не помышлял об измене. [Однако вы никак не отметили этого.] Теперь, когда я в одно прекрасное утро совершил безумный поступок, вы говорите: “Хочу непременно наградить вас!” Поскольку вы награждаете меня за безумный поступок, мне лучше бежать”.
[Сказав так, Дун Ань-юй] поспешно вышел. После этого Чжао Цзянь-цзы освободил Дун Ань-юя от награды.
[195]
Чжао Цзянь-цзы приказал Инь До[1755]1755
Инь До – слуга Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть] управлять городом Цзиньян. Инь До попросил указаний, сказав: “[Вы посылаете меня] для сбора шелка [в виде налога] или же для защиты этого города?” Цзянь-цзы ответил: “[Конечно], для защиты города!” Инь До сократил количество дворов [в Цзиньяне][1756]1756
Переселив часть жителей Цзиньяна в другие места, Инь До тем самым сократил количество людей, живших в Цзиньяне. В результате у каждого появилось достаточное количество земли для обработки, и каждый сделался зажиточным.
[Закрыть].
Цзянь-цзы, наставляя Сян-цзы[1757]1757
Сян-цзы – посмертный титул У-сюя, сына Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть], сказал: “Если во владении Цзинь произойдут смуты, не считай Инь До молодым, не считай, что Цзиньян лежит далеко, а непременно ищи там убежище”.
[196]
Чжао Цзянь-цзы приказал Инь До управлять городом Цзиньян, сказав: “Обязательно снесите валы, [построенные Чжунхан Инем и Фань Цзи-шэ во время осады города]. Если, приехав в Цзиньян, я увижу валы, то буду считать, что увидел Чжунхан Иня и Фань Цзи-шэ”. Инь До выехал в Цзиньян, где, наоборот, увеличил высоту валов.
Цзянь-цзы, подъехав к Цзиньяну, увидал валы и в гневе воскликнул: “Обязательно убейте Инь До, только после этого я въеду в город”. Дафу стали просить за Инь До, но Чжао Цзянь-цзы не согласился с их просьбами, сказав: “Этим я лишь прославлю своих врагов!”
Выступивший вперед Ю У-чжэн[1758]1758
Ю У-чжэн – цзиньский дафу, носивший прозвище Бо-лэ.
[Закрыть] сказал: “Некогда [ваш дед], ныне покойный дафу Вэнь-цзы[1759]1759
Вэнь-цзы – посмертный титул цзиньского дафу Чжао У, деда Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть], спасаясь в юном возрасте от беды, жил при Мэн-цзи во дворце правителя[1760]1760
Мэн-цзи – старшая сестра цзиньского правителя Цзин-гуна, жена Чжао Шо, сына сановника Чжао Дуня. Вступила в незаконную связь с младшим братом Чжао Дуня Лоу-ином, за что Чжао Тун и Чжао Ко, старшие братья Лоу-ина, выгнали его. Мэн-цзи оклеветала Чжао Туна и Чжао Ко перед Цзин-гуном, и они были убиты.
Затем по просьбе Хань Сянь-цзы Мэн-цзи и ее сын Чжао У были взяты во дворец Цзин-гуна, что позволило сохранить род Чжао.
[Закрыть]. Он соблюдал сыновний долг, что позволило ему сделаться дафу, наставляющим сыновей правителя и сановников; он отличался почтительностью, что дало возможность повыситься по службе [и стать сановником]; обладал воинскими доблестями, благодаря чему занял пост старшего сановника; отличался мягкостью, что позволило приобрести прекрасную репутацию. Хотя Вэнь-цзы был лишен постоянных правил рода Чжао[1761]1761
Род Чжао был уничтожен Цзин-гуном, поэтому Вэнь-цзы не с кого было брать пример для подражания.
[Закрыть], [которым он мог бы следовать] и не имел учителей и пестунов, он начал заниматься самосовершенствованием, что позволило снова занять место, принадлежавшее его предкам.
[Сын Вэнь-цзы], Цзин-цзы[1762]1762
Цзин-цзы – посмертный титул Чжао Чэна, отца Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть], росший во дворце правителя, хотя и не успел воспользоваться поучениями и наставлениями[1763]1763
Вэнь-цзы умер, когда Цзин-цзы был еще ребенком.
[Закрыть], занял по наследству место Вэнь-цзы. Он также, [следуя по стопам отца], занимался самосовершенствованием, что позволило сохранить созданное покойным отцом и не возбудить порицания во владении. Следуя добродетели, Вэнь-цзы обучил вас, отбирая слова, наставлял вас, выбирал учителей и пестунов, чтобы они помогали вам. Теперь, заняв по праву наследства его место, вы имели постоянные правила, созданные Вэнь-цзы, располагали поучениями и наставлениями Цзин-цзы, все это еще более усиливали учителя и пестуны; кроме того, вас защищали отцы и старшие братья [вашего рода]. Однако вы пренебрегли этим, и вас постигла беда[1764]1764
Имеется в виду окружение Цзиньяна, см. отрывок [194], примеч. 25.
[Закрыть].
Инь До, [по-видимому], говорил: “Радоваться, думая о радости, и остерегаться, думая об опасности, – неизменный закон для людей. Если я насыплю землю, валы смогут служить учителями и пестунами для правителя[1765]1765
Валы будут напоминать правителю о необходимости быть осторожным.
[Закрыть], так почему же мне не увеличить их высоту?” Именно поэтому он и исправил валы. Он, вероятно, говорил: “Может быть, валы явятся для правителя зеркалом, в котором он увидит свои ошибки, и это принесет спокойствие роду Чжао?” Наказать Инь До значит наказать доброго человека, а наказание добрых неизбежно повлечет награждение дурных. На что тогда надеяться вашим слугам?”
Обрадованный Цзянь-цзы воскликнул: “Без вас я едва не лишился права называться человеком!”, после чего наградил Инь До за спасение от бедствий.
Следует сказать, что в прошлом между Бо-лэ и Инь До существовала вражда, [но, получив награду], Инь До явился с ней к Бо-лэ, сказав: “Вы спасли меня от смерти, разве я смею не отдать вам награду!” Бо-лэ отказался взять награду, сказав: “Я думал о господине, а не о вас. Вражда остается враждой!”
[197][1766]1766
См. Цзо-чжуань, гл. 57, с. 2317—2318.
[Закрыть]
После сражения у [холма] Те,[1767]1767
Те – холм, находившийся во владении Вэй. На первом году правления луского Ай-гуна (495 г. до н. э.) цзнньские сановники Чжунхан Инь и Фань Цзи-шэ подняли восстание в Чаогэ. На помощь восставшим пришли владения Ци и Чжэн. Первое отправило зерно, а второе – войска для его доставки. Чжао Цзянь-цзы пытался перехватить зерно, в результате чего пронзошло сражение у холма Те.
[Закрыть] Чжао Цзянь-цзы сказал: “Чжэнцы напали на меня, я упал на чехол для лука, харкая кровью, но звуки барабана не смолкли[1768]1768
Чжао Цзянь-цзы, раненный в плечо, находился на колеснице и упал начехол для лука, но звуки барабана, призывавшие войска к нападению не умолкли.
[Закрыть]. В нынешнем сражении никто не вел себя так, как я!”
Вэйский Чжуан-гун[1769]1769
Чжуан-гун (имя Куай-куй) – старший сын Дин-гуна, правителя владения Вэй. После неудачной попытки убить жену Дин-гуна бежал во владение Цзинь, где постепенно вошел в доверие к Чжао Цзянь-цзы и добился права сидеть на правой стороне его боевой колесницы. В дальнейшейм с помощью Чжао Цзянь-цзы вернулся во владение Вэй и вступил на престол.
[Закрыть], сидевший на правой стороне колесницы Чжао Цзянь-цзы, сказал: “[Спасая Чжао Цзянь-цзы], я девять раз соскакивал с колесницы и девять раз вскакивал на нее, нападая на врагов, которых всех уничтожил. В нынешнем сражении никто не совершил больших подвигов, чем я!”
Ю У-чжэн, правивший колесницей, сказал: “Обе постромки у колесницы должны были лопнуть, но я сумел сдержать лошадей. В нынешнем сражении я иду следом за старшим на колеснице[1770]1770
. Т. е. за Чжуан-гуном.
[Закрыть]”. Потом он поехал на колеснице по набросанным в качестве заграждения бревнам, и обе постромки лопнули.
[198][1771]1771
См. Цзо-чжуань, гл. 57, с. 2316—2317.
[Закрыть]
Вэйский Чжуан-гун, молясь [перед сражением о победе], сказал: “Я, ваш правнук Куай-куй, помогающий Чжао Яну, осмеливаюсь открыто доложить великому родоначальнику Вэнь-вану[1772]1772
Вэнь-ван – чжоуский правитель, пожаловавший своему сыну Кан-шу владение Вэй.
[Закрыть], доблестному предку Кан Шу[1773]1773
Кан-шу – сын чжоуского Вэнь-вана, родоначальник правящего рода.
[Закрыть], совершенному предку Сян-гуну[1774]1774
Сян-гун – вэйский правитель, дед Чжуан-гуна.
[Закрыть] и мудрому отцу Лин-гуну о своей просьбе: пусть у меня не будут перерублены жилы и поломаны кости, пусть не будет ран на лице, пусть оружие не знает неудачи, пусть меня не охватывает чрезмерный страх. О смерти я не смею просить!”
Цзянь-цзы сказал: “Я, Чжи-фу[1775]1775
Чжи-фу – имя Чжао Цзянь-цзы, которое он принял после снятия осады городя Цзиньян.
[Закрыть], [тоже прошу об успехе], полагаясь на его молитву”.
[199]
Чжао Цзянь-цзы собрался на охоту в заповедник Лоу, [принадлежащий правителю владения Цзинь]. Услышав об этом, Ши Ань[1776]1776
Ши Ань – цзиньский дафу.
[Закрыть] стал ожидать его с собаками у ворот заповедника. Увидев Ши Аня, Чжао Цзянь-цзы спросил: “Что вы здесь делаете?” Ши Ань ответил: “Я приобрел собак, которых хочу попробовать в этом заповеднике”. Цзянь-цзы сказал: “А почему [заранее] не доложили об этом?” Ши Ань ответил: “Если слуга не подражает действиям господина, это выражение непокорности. Вы собрались в заповедник Лоу, но смотритель заповедника ничего не слышал об этом, так как же я мог побеспокоить вашего дежурного чиновника!”
Чжао Цзянь-цзы вернулся обратно.
[200]
Шао Ши-чжоу[1777]1777
Шао Ши-чжоу – слуга Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть], сидевший на правой стороне боевой колесницы Чжао Цзянь-цзы, услышал о силе Ню Таня[1778]1778
Ню Тань – слуга Чжао Цзянь-цзы.
[Закрыть] и попросил разрешения побороться с ним, но потерпел неудачу, после чего стал уступать ему свою должность. Согласившись с этим, Чжао Цзянь-цзы поставил Шао Ши-чжоу управляющим [своего дома], сказав: “Он, увидав достойного, уступил ему свое место, и этот поступок может служить уроком”.
[201]
Чжао Цзянь-цзы сказал: “Мне хотелось бы приобрести хороших слуг Фань Цзи-шэ и Чжунхан Иня”. Ши Ань, прислуживавший Чжао Цзянь-цзы, спросил: “Как вы использовали бы их?” Цзянь-цзы ответил: “Все хотят иметь хороших слуг, к чему вы спрашиваете об этом?”
Ши Ань возразил: “Я спросил потому, что не считаю их за хороших слуг. Ведь служащие своему господину должны увещевать его при ошибках и хвалить за добрые дела, советовать то, что нужно, и отвергать то, что не следует делать, отдавать службе все свои силы и выдвигать мудрых, выбирать способных и рекомендовать их на службу, с утра до вечера говорить о том, что хорошо и что плохо, и докладывать об этом господину. Они должны руководить господином, следуя гражданским добродетелям, направлять его действия, соблюдая смирение, служить ему, отдавая все силы, жертвовать за него своею жизнью. Если господин слушает их, они являются к нему, а если не слушает, уходят от него. Ныне слуги Фаня и Чжунхана не смогли помочь своим господам, а, наоборот, довели их до беды. Когда же их господа бежали на чужбину, они не только не смогли упрочить там их положение, а отвернулись от них, так что же хорошего они совершили? Если бы они не отвернулись от своих господ, разве мы могли бы приобрести их? Хорошие слуги двух сановников должны усердно разрабатывать для своих господ планы, стремиться, чтобы они снова заняли высокое положение на чужбине и обязаны поступать так до самой смерти, когда же они могут явиться к вам? Если же они явятся, это будет означать, что они не хорошие слуги”.
Цзянь-цзы воскликнул: “Прекрасно! Мои слова действительно были ошибочны!”
[202]
Чжао Цзянь-цзы спросил у Чжуан Чи-цы[1779]1779
Чжуан Чи-цы – цзиньский дафу.
[Закрыть]: “Кто из мужей на востоке мудр?” Чжуан Чи-цы поклонился и воскликнул: “Смею поздравить вас!” Цзянь-цзы сказал: “Вы не ответили на мой вопрос, почему же поздравляете меня?” Чжуан Чи-цы ответил: “Я, ваш слуга, слышал, что когда владение ожидает расцвет, благородные мужи считают, что у них не хватает необходимых качеств, когда же владение ожидает гибель, они считают, что у них всего в избытке. Ныне вы, господин, выполняете обязанности по управлению владением Цзинь, но, несмотря на это, обращаетесь с вопросом ко мне, маленькому человеку, и стремитесь узнать о мудрых людях, поэтому я и поздравил вас”.
[203]
Чжао Цзянь-цзы со вздохом сожаления сказал: “Птичка, попадая в море, превращается в маленького моллюска, а фазан, попадая в реку Хуайхэ, превращается в крупного. Большие морские черепахи, кайманы, рыбы и съедобные черепахи также могут превращаться в другие существа, и как печально, что только человек не может этого!”
Доу Чоу[1780]1780
Доу Чоу – цзиньский дафу, известный под прозвищем Мин-до.
[Закрыть], прислуживавший Чжао Цзянь-цзы, заметил: “Я слышал, что благородный муж скорбит об отсутствии мудрых, а не об отсутствии богатства, скорбит об отсутствии добродетели, а не об отсутствии любви правителя, скорбит об отсутствии доброго имени, а не о том, что не достиг преклонного возраста. Фань Цзи-шэ и Чжунхан Инь, не печалясь о различных бедствиях, хотели захватить власть во владении Цзинь, поэтому их сыновья и внуки должны сейчас пахать землю во владении Ци, а их быки для жертвоприношений в храме предков трудятся на полях. Разве существуют сроки для изменений в положении человека?!”
[204]
Чжао Сян-цзы[1781]1781
Чжао Сян-цзы – сын Чжао Цзянь-цзы, носивший имя У-сюй. Сян-цзы – его посмертный титул.
[Закрыть] послал Синьчжи Му-цзы[1782]1782
Синьчжи Му-цзы – цзиньский дафу. носивший имя Гоу Му-цзы – его посмертный титул.
[Закрыть] напасть на дисцев, и тот одержал победу над городами Цзожэнь и Чжунжэнь, о чем сообщил явившийся гонец. На лице Чжао Сян-цзы, который готовился есть и катал катышки из вареного риса[1783]1783
В тексте Люйши Чунь-цю в этой фразе есть разночтения (ЛШЧЦ, гл. 15, с. 161).
[Закрыть], [после получения сообщения] появилось испуганное выражение.
Его прислужник спросил: “Гоу[1784]1784
Гоу – имя Синьчжи Му-цзы.
[Закрыть] совершил великое дело, почему же у вас нерадостное выражение лица?” Сян-цзы ответил: “Я слышал, что когда при неполных добродетелях одновременно приходят благополучие и жалование – это называется везением. Везение – не счастье, не обладающий добродетелями нет может ему радоваться, радость приходит не в результате везения, поэтому я и испугался”.
[205]
Чжи Сюань-цзы[1785]1785
Чжи Сюань-цзы – цзиньский сановник Чжи Цзя; Сюань-цзы – его посмертный титул.
[Закрыть] хотел объявить своим наследником Яо[1786]1786
Яо – сын Чжи Сюань-цзы, Чжи Бо, носивший посмертный титул Сян-цзы.
[Закрыть], но Чжи Го[1787]1787
Чжи Го – цзиньский дафу, родственник Чжи Сюань-цзы.
[Закрыть] сказал: “Лучше объявить наследником Сяо[1788]1788
Сяо – сын Чжи Сюань-цзы от наложницы.
[Закрыть]”. Чжи Сюань-цзы ответил: “Сяо жесток”.
Чжи Го возразил: “Жестокость Сяо в лице, а жестокость Яо в сердце. Жестокость в сердце приводит владение к краху, в то время как жестокость в лице не приносит вреда. Яо превосходит других в пяти отношениях и уступает им лишь в одном. Он превосходит других по красоте бороды и высоте роста; в физической силе, необходимой для стрельбы из лука и в управлении колесницей; в различных видах искусства; в красноречии и остроте в спорах; в решительности и твердости, но при таких качествах он крайне нечеловеколюбив. Когда, используя свои пять преимуществ, он начнет притеснять других и действовать вопреки человеколюбию, кто простит ему это? Если вы объявите Яо наследником, род Чжи непременно будет уничтожен”.
Чжи Сюань-цзы не послушал совета. Тогда Чжи Го оформил отделение от рода у великого историографа и взял фамилию Фу. Когда фамилия Чжи погибла, уцелел только один Фу Го.
[206]
Чжи Сян-цзы[1789]1789
Чжи Сян-цзы (он же Чжи Бо) – сын цзиньского сановника Чжи Сюань-цзы; Сян-цзы – его посмертный титул.
[Закрыть] построил прекрасный дом, в который вечером пришел Ши Чжо[1790]1790
Ши Чжо – слуга Чжи Сян-цзы.
[Закрыть].
Чжи Бо сказал: “Какой прекрасный дом!” Ши Чжо ответил: “Хорош-то хорош, но у меня он вызывает чувство страха”. Чжи Бо спросил: “Какого страха?” Ши Чжо пояснил: “Я служу вам, держа в руках кисть, и знаю, что в имеющихся записях говорится: “На высоких горах и возвышенных плоскогорьях не растут травы и деревья, а там, где растут сосны и кипарисы, почва не плодородна”[1791]1791
Высокие горы и возвышенные плоскогорья, сосны и кипарисы символизируют крупных сановников. На высоких горах и плоскогорьях из-за холода и каменистой почвы не растут прикрывающие землю трава и деревья, точно так же мало кто поддерживает крупных сановников. Под соснами и кипарисами из-за постоянной тени почва мало подходит для произрастания других растений, точно так же крупные сановники не дают возможности возвыситься другим, что вызывает против них недовольство.
[Закрыть]. Для дома использовано много земли и дерева, и я боюсь, что он не принесет спокойствия”.
Через три года после постройки дома фамилия Чжи погибла.
[207]
После возвращения [Чжи Сян-цзы] из владения Вэй[1792]1792
Чжи Сян-цзы возвращался через владение Вэй после нападения на владение Чжэн.
[Закрыть] три сановника[1793]1793
Имеются в виду Чжи Сян-цзы, Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы.
[Закрыть] устроили в Ланьтае пир, на котором Чжи Сян-цзы насмехался над Хань Кан-цзы и оскорблял Дуань Гуя[1794]1794
Дуань Гуй – помощник Вэй Хуань-цзы.
[Закрыть].
Услышав об этом, Чжи Бо-го[1795]1795
Чжи Бо-го – цзиньский дафу, родственник Чжи Сян-цзы.
[Закрыть] увещевая [Чжи Сян-цзы], сказал: “Если вы, господин, не примете мер предосторожности, вас непременно постигнет беда”. Чжи Сян-цзы ответил: “Беда может возникнуть только из-за меня, если я сам не устрою беды, кто посмеет вызвать ее?” Чжи Бо-го возразил: “Дело обстоит не так. Фамилию Ци постигла беда из-за оглобли повозки[1796]1796
Цзиньский сановник Ци Чоу вел земельную тяжбу с сановником Чанъюй Цзяо. В ходе тяжбы он схватил Чанъюй Цзяо, надел на него ножные кандалы и вместе с отцом, матерью, женой и детьми привязал к оглобле повозки. В дальнейшем Чанъюй Цзяо сделался фаворитом цзиньского правителя Ли-гуна и, пользуясь своим положением, убил трех представителей фамилии Ци, отомстив таким образом за нанесенную обиду.
[Закрыть], представителей фамилии Чжао оклеветала Мэн-цзи[1797]1797
Мэн-цзи – старшая сестра цзиньского правителя Цзин-гуна, жена Чжао Шо, сына сановника Чжао Дуня. Вступила в незаконную связь с младшим братом Чжао Дуня, Лоу-ином, за что Чжао Тун и Чжао Ко, старшие братья Лоу-ина, его изгнали. Мэн-цзи оклеветали Чжао Туна и Чжао Ко перед Цзин-гуном, и они были убиты.
[Закрыть], Луаня обвинила Шу-ци[1798]1798
Луань – цзиньский сановник Луань Ин. Отец Луань Ина, Луань Янь, был женат на Шу-ци, дочери сановника Фань Сюань-цзы. После смерти Луань Яня Шу-ци вступила в незаконную связь со своим слугой Чжоу-бинем, что разгневало Луань Ина. Напуганная Шу-ци ложно сообщила отцу, что Луань Ин готовится поднять мятеж. У Луань Ина, отличавшегося великодушием, было много друзей. Это встревожило Фань Сюань-цзы, державшего в своих руках управление владением, и он решил удалить Луань Ина из столицы, послав его на строительство стены вокруг города Чжу.
[Закрыть], Фаня и Чжунхана постигла беда из-за города Цзичжи[1799]1799
Имеются в виду цзиньские сановники Фань Цзи-шэ и Чжунхан Инь. Цзичжи – город, правом кормления с которого пользовался Фань Гао-и. Фань Цзи-шэ не любил Фань Гао-и, поэтому последний, когда Фань Цзи-шэ и Чжунхан Инь осадили Чжао Цзянь-цзы в Цзиньяне, поднял восстание в городе Цзичжи, что привело к бегству Фань Цзи-шэ и Чжунхан Иня из владения Цзинь.
[Закрыть]. О всех этих случаях вы знаете.
В “Книге дома Ся” говорится: “Когда один человек допустит три промаха, как можно ждать открытого проявления вражды? Необходимо принимать меры, пока вражда не проявилась”[1800]1800
См. ШШЧИ, гл. 7, с. 242.
[Закрыть]. В “Книге дома Чжоу” сказано: “Вражда возникает не [только] из-за важных, а также не [только] из-за мелких причин”[1801]1801
См. ШШЧИ, гл. 14, с. 484.
[Закрыть]. Именно поэтому благородные мужи обращают пристальное внимание на мелочи, почему и не знают больших тревог. Вы, оскорбив на одном пиру господина и помощника господина, не принимаете мер предосторожности, говоря, что никто не посмеет вызвать беду, чего, по-видимому, нельзя делать. Кто может не радоваться и кто [в то же время] может не бояться? Ведь даже комар, муравей, пчела или скорпион могут причинить вред человеку, а тем более господин или помощник господина!”
Чжи Сян-цзы не послушал совета. Через пять лет после этого произошла беда в Цзиньяне. Дуань Гуй поднял мятеж, возглавил смуту, убил Чжи Бо на поле боя, а затем уничтожил род Чжи[1802]1802
Алчный Чжи Сян-цзы потребовал у Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы отдать часть принадлежащих им земель, а когда это было сделано, предъявил такое же требование Чжао Сян-цзы. Последний ответил отказом, после чего Чжи Сян-цзы совместно с войсками Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы окружил Чжао Сян-цзы в Цзиньяне. Он построил вокруг города плотины и почти затопил его водой. Оказавшись в безвыходном положении, Чжао Сян-цзь тайно послал гонца убедить Хань Кан-цзы и Вэй Хуань-цзы перейти на его сторону, и в результате обиженный в прошлом Дуань Гуй высказался против Чжи Сян-цзы. Заговорщики разрушили плотины, направив воду на позиции войск Чжи Сян-цзы, а затем напали на них. В сражении Чжи Сян-цзы был убит.
[Закрыть].
[208]
Еще до осады Цзиньяна Чжан Тань[1803]1803
Чжан Тань – помощник Чжао Сян-цзы.
[Закрыть] сказал [Чжао Сян-цзы]: “Ваши покойные предки создали драгоценности на случай смуты во владении. Почему бы вам временно не отказаться от привязанности к этим изделиям и не предоставить их чжухоу [в обмен на помощь]?” Чжао Сян-цзы ответил: “У меня нет посла, [которого я мог бы отправить к чжухоу]”. Чжан Тань возразил: “Можно отправить Ди”. Чжао Сян-цзы ответил:
“К несчастью, у меня есть недостатки, я не могу равняться с покойными предками, а поскольку я не обладаю добродетелями, вы предлагаете мне прибегнуть к подкупу. Ди [всегда] стремился удовлетворить мои желания, увеличивая этим мои недостатки, чтобы получать от меня жалование. Я не дам изделия и погибну вместе с ними!”
Собравшись бежать, Чжао Сян-цзы спросил: “Куда нам бежать?” Сопровождавшие его ответили: “Чанцзы[1804]1804
Чанцзы – город во владении Цзинь, принадлежавший Чжао Сян-цзы.
[Закрыть] недалеко, и там толстые, сохраняемые в порядке стены”. Сян-цзы сказал:
“Народ и так устал, работая над их возведением, и если теперь заставить его оборонять город до последнего вздоха, кто поддержит меня?” Сопровождавшие Сян-цзы предложили: “Склады в Ханьдане наполнены зерном”. Сян-цзы ответил: “Чтобы наполнить их, мы выжали из народа все соки, и если теперь будем продолжать доводить народ до смерти, кто поддержит меня? Не лучше ли отправиться в Цзиньян! Этот город был завещан мне покойным предком, а Инь До проявил в нем великодушие[1805]1805
См. отрывок [195].
[Закрыть], поэтому народ, несомненно, объединится, со мной».
После этого Чжао Сян-цзы выехал в Цзиньян. Цзиньские войска, окружив город, затопили его, так что очаги в домах оказались под водой и в них завелись лягушки, но, несмотра на это, у народа не возникло мыслей о мятеже.
