Текст книги "Кровавый целитель. Том 4: Late game - Часть 1 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц)

«Да сколько у тебя ещё козырей в рукаве?» – мысленно завыл Вилл. В сражении с другим игроком нельзя было просмотреть, сколько у него осталось маны или физической энергии. Полоска была одна – красная, с обозначением здоровья. Иногда под неё добавлялась вторая строка, белого цвета. Была она намного меньше и обозначала щит – количество урона, которое способен впитать игрок. Пока эта шкала не будет сбита, шкала здоровья не будет уменьшаться. Судя по появившейся белой линии под здоровьем Черепа, саммон Зулдрии использовал какое-то умение, способное создавать щит. И судя по тому, с каким большим скрипом падала вторая шкала, накинутый щит был прочным.

– Да почему он не спадает! – рычала Мама, без остановки избивая Черепа, словно боксёр грушу.

– Осторожно! – предупредила Инви.

Вилл скосил глаза на Зулдию. Судя по всему, волшебница вошла во вкус свободного каста. На секунду пробились воспоминания из прошлых игр, когда в одном из массовых замесов разрешили не хилить, а сосредоточиться на уроне. Чувство, когда тебе никто не мешает, а в логе раз за разом вылетают большие цифры урона, было прекрасным.

Зулдрия грациозно развела руки в стороны, и это не предвещало ничего хорошего. Какие есть сильные способности в ветке земли? Разве что…

– Это каменный дождь! – узнал заклинание Вилл.

– Алина!

Ауриэтта всё поняла. Она сменила цель, отвела локоть в сторону и прицельным выстрелом отправила в сторону Зулдрии очередную «Оглушающую стрелу». Её прелесть была в том, что несмотря на самый малый эффект оглушений среди всех классов, способность перезаражалась быстрее всего. Стрела с алым наконечником рассекла полумрак, который разбавляли вспышки заклинаний и настенные факелы. Промахнуться она не может – не позволит система.

– Да чтоб тебя!

От увиденного уже хотелось горько смеяться. Земляной саммон, который пытался перегрызть ногу Катрине, внезапно разжал зубы и бросился в другую сторону, туда, где стояла Ауриэтта. Аватар животного отказался точно на пути полёта стрелы. Наконечник попытался вонзиться в жёсткую земляную кожу, но ничего не вышло. Стрела вяло упала на пол. Не получилось.

«Нет, это уже выходит за все рамки», – с некой злобой думал Вилл. В игре присутствовали «костыли», которые придавали происходящему реалистичность. В обычной игре стрела пролетела бы сквозь земляного защитника, поскольку Ауриэтта отправляла заклинание в другую цель. В этой же игре стрела, пусть и подправленная системой, не могла пролететь сквозь преграду или другого человека – препятствие прерывало полёт. Призванный артефактом саммон проявил чудеса сообразительности и защитил свою хозяйку от оглушения.

– …ждь! – удалось расслышать концовку названия заклинания.

Потолок затрясся. Сверху осыпалась земля. Часть попала на лицо и неприятно забралась за шиворот. Казалось, что ещё секунда – и всё сверху рухнет, погрузив комнату под завалы.

БАЦ!

Прямо под ноги упал булыжник размером с крупного человека. Через секунду он растворился. Следом упал второй. Третий упал на голову Инви. Короткие волосы сразу пропитались кровью, и лишь система не дала превратить разбойницу в фарш. Один такой камень отнял сорок процентов.

– Исцеляющий свет! Магическое поглощение! Запечатанная решимость!

«Магическое поглощение», щит, было накинуто на Маму. Вовремя. Через мгновение после того, как её обволокла мягкая защитная аура, сверху упал очередной булыжник. Незримый щит лопнул моментально, но благодаря этому здоровье упало на пятнадцать процентов, а не на все тридцать.

Слишком быстро. Не успел загореться эффект от наложенной «Запечатанной решимости», как раздалась новая вспышка. Из-за двойной атаки, сперва падающего камня, а следом и двуручного меча Черепа, здоровье упало ниже пятидесяти. Активировался баф на плюс двадцать пять процентов к защите на восемь секунд. Этого должно хватить, чтобы уцелеть в непроглядном аду.

– Исцеляющие огоньки! – раздался сквозь грохот голос Катрины.

Над головой закрутились изумрудные огоньки, ласково касающиеся волос. Как только он получит очередной урон, они сразу сработают.

«Чёрт, что же делать», – сознание пыталось найти ответ. Сюда бы Шрама, слона съевшего на битвах с другими игроками. Зулдрия нещадно загоняет их в ловушку, в конце которой будет один исход – незримой пикой она проткнёт сердце каждого, положив конец игре и надеждам вернуться в реальный мир. Её ротация пошла по второму кругу – вновь оглушение от «Землетрясения», а следом глаза опять забились песком. Инви отчаянно прыгнула волшебнице за спину и попыталась оглушить – бесполезно. В этот раз Зулдрия защитилась «Зельем неукротимости». Осталось сорок процентов маны. У Катрины и того меньше – двадцать девять. На его стороне есть один плюс под названием «специальный класс», но в них, кроме «Кровавого равновесия», нет заклинаний лечения. Либо они заканчивают бой до момента, как выдыхаются ресурсы, либо без лечения их перебьют как котят.

– Помогайте мне! – ревела Мама, привлекая к себе внимание и требуя ассиста на Черепа.

Его щит удалось расколоть, но практически сразу на него повесили новый. Чёртов земляной саммон своей сообразительностью действовал на нервы, а перегрызенная правая рука неприятно ныла. Вилл подавил боль. Не время жалеть себя.

Три девушки облепили Черепа как дети новогоднюю ёлку. Со всех сторон в него летели атаки. «Добивающая стрела», урон от которого зависит от жизней игрока – чем меньше, тем больше наносит умение. «Хитрая атака», которая наносит тройной урон в случае атаки со спины. Способности Мамы же были необычными для Стражей и практически копировали боевую технику из реальной жизни. Её стальная перчатка загорелась, и Череп получил чёткий и красивый хук.

Пятнадцать процентов. Пришлось рискнуть собой и исключить из ротации исцеляющие умения и сфокусировался на атаке. В Черепа улетел очередной «Кровавый шар», который забрызгал кровью как его, так и атакующих Амазонок. Семь процентов. Череп успел подлечить себя откатившимся умением, но под таким ассистом жизни падали слишком быстро.

– Берегитесь! – предупредила Инви.

Зулдрия времени не теряла. С её пальцев сорвался земляной ком, который в полёте разросся до размеров копья. Пролетев через весь зал, оно воткнулось в Маму, а после осколки разлетелись, попав задев всех Амазонок. Черепу подарили передышку в пять секунд. Вместе с этим все удобно собрались в кучке для следующего заклинания.

– Божественная милость!

Сквозь белоснежно-изумрудный свет от использования своей красной кнопки удалось разглядеть подтверждение догадки. Всё верно. В этот раз Зулдрия оказалась отличницей – следующее заклинание она подготовила совершенно правильно, согласно ситуации. Так как три цели стояли кучно, а ещё рядом была Катрина, то идеальный момент, чтобы ударить «Пробуждением земли».

Зулдрия развела руки в стороны и немного поддалась вперёд. Оставить её уже не получится. Вилл ждал. Как и в случае с Гидрой, идеально поймать нужный тайминг. Рано. Теплее. Ещё.

– Небесный свет! – выкрикнул Вилл, когда чутьё дало отмашку.

Под землёй у Амазонок развернулся хаос. Под действием невидимой силы развернулся земляной столп, который скрыл девушек и Черепа. Сразу же всё вокруг окутал мягкий изумрудный свет от массового заклинания лечения. Шкала здоровья стала полем битвы между заклинанием Зулдрии, которое постоянно отжирало здоровье, и исцеляющими силами добра. Две незримые армии сошлись на ничье, и здоровье, плавая то в одну, то в другую сторону, замерло почти на той же отметке.

– Держимся! Добиваем этого! – командовала Мама и продолжала нещадно бить отмахивающегося двуручником Черепа.

Им удалось пережить сильную атаку, а вот Череп балансировал на грани смерти. Оглушений у Зулдрии пока нет. Очередной накинутый саммоном щит в этот раз треснул быстрее – помогла откатившаяся красная кнопка Инви. Десять процентов. Пять. В этот раз уже не шла речь о том, чтобы взять Черепа в плен – ему давали шанс сдаться, и не было смысла рисковать. Он сам выбрал судьбу.

– …щит!

Две атаки, которые одновременно провели Мама и Инви, должны были стать последними для Черепа, согнав его здоровье в ноль. Кулаки и кинжалы, которые почти достали плоть врага, жалобно звякнули. Черепа полностью покрыла едва заметная корка, которая начала разрастаться. «Алмазный щит» – одно из защитных умений земляной школы. Вилл помнил его по одному из МинМаксерских журналов – это заклинание затачивает союзную цель в земляной кокон. Игрок не может двигаться, но он неуязвим почти ко всем видам урона и каждую секунду восстанавливает здоровье. Зулдрия пошла на неожиданный шаг – дорогое по мане заклинание она отдала на одну из шестёрок. Благородно решила спасти? Зато её запасы значительно иссякли, да и в любом случае она осталась без помощника, пусть и тугосоображающего.

Из того же номера удалось узнать, что волшебник может «заточить» цель на разное время – хоть на пять секунд, хоть на двадцать, и длительность также влияла на манапул.

– Переключаемся! – крикнула Мама.

– Я её отвлеку, – уверенно сказала Инви.

Через откатившийся «Прыжок за спину» она прыгнула к Зулдрии. Поспеть за ней никто не смог, кроме саммона, который резво передвигался на четырёх лапах.

– Кам…ая…ст…на.

«А это ещё что?» – тревожно подумал Вилл. Перед этим волшебница успела вставить другое заклинание – «Зыбучие пески», которые снижали скорость перемещения. Из-за этого, несмотря на не такое большое расстояние, не получилось добраться до Невозвращенки слишком быстро.

– Инви! – вместе крикнули Мама и Катрина.

Своей поспешностью разбойница подложила себе свинью. Судя по невнятному произношению заклинания, Зулдрия использовала «Каменную стену». Об этом и красноречиво сказала возникшая стена, которая рассекла комнату на две части. Они остались в одной, вместе с закованным в «кокон» Черепом, а Инви, Зулдрия и её питомец, в другой. И это плохо.

– Она не протянет одна! – тревожно выпалил Вилл.

Разбойница девяносто с лишним уровнем ничего не сделает в одиночку волшебнице сто двадцать четвёртого и её саммону.

– Пробивайте её! Бейте в эту точку!

Каменная стена, как объект, который появился благодаря системному заклинанию, имел как время действия, так и определённый запас прочности. Длительность в тридцать секунд – это слишком много, и Инви не протянет долго. Альтернативный вариант – дружно ударить в один из секторов и пробить стену.

– Быстрее! – Вилл спешно торопил всех, хотя и нужды в этом не было.

Больше всего старалась Мама. Она так быстро работала кулаками, что иногда было невозможно уследить за её движениями. Погано было то, что здоровье этого сектора не было видно – как понять, насколько близок ты к пробитию? Всё, что оставалось, – мысленно умолять стену треснуть быстрее.

– Держись…ДЕРЖИСЬ!

После отчаянного крика Мамы, приправленного очередной серией быстрых ударов, по стене прошла трещина. Часть обвалилась вперёд, и Мама, сильными руками отбрасывая разломанные куски, ворвалась на ту сторону. Вилл, чувствуя неладное, залетел следом. Зулдрия развернула настоящую бурю – повсюду летали песчинки, нещадно бьющие по лицу, камни, куски земли. Найти в этом хаосе хоть кого-то невозможно. Вилл посмотрел на плашку здоровья группы. Инви – пятнадцать процентов.

– Инви! – закричал уже Вилл.

– Я здесь! – глухо раздалось справа.

«Дерьмо!» – выругался внутренний голос. Чтобы излечить Инви, нужно взять её в системный прицел, но это не давала сделать царящая вокруг буря. «Чувство крови» здесь не поможет – в «ином» режиме можно увидеть цель, но не взять в прицел.

– Выплеск крови!

Решение пришло спонтанно и было настолько безумным, что на в обычных условиях оно бы не пришло никогда. Усиленная версия «Выплеска крови» делает ровно то, что написано в умении – выплёскивала во всю сторону кровь. Использование «Кровавого шара» подсказало, что эффект остаётся даже на союзниках. Решение было простым – использовать тяжёлые капли крови не только для пробития песчаной стены, но и для пометки разбойницы. Во все стороны, как от лопнувшего пакета с водой, разлетелась кровь. Сзади раздалась ругань – судя по всему, капли попали в глаза Катрине и Ауриэтте. Сейчас это интересовало мало. Вилл с замиранием сердца следил, как кровавый круг рассекает царящую вокруг бурю. Вскоре на пути появилась преграда – девушка-разбойник. Капли крови попали на неё, сформировав нечёткий, но всё-таки образ. Систему это устроило. Прицел появился.

– Исцеляющий свет! – закричал Вилл.

Мягкий зелёный свет обнял разбойницу, а сразу после этого со стороны Зулдрии прилетело три каменных булыжника. Поднявшееся до сорока трёх процентов здоровье опасно упало до девяти.

– Кровавое равновесие!

Девяносто семь процентов и девять за секунду создали дуэт из пятидесяти трёх. Буря начала медленно рассасываться. Удалось увидеть, что на ноге Инви повис саммон. Чудовище из семейства кошачьих грызло девушку, словно пыталось помешать двинуться навстречу. Сейчас это уже было неважно.

– Оглуша… – начала Ауриэтта. – Дура, вот ты и попалась!

В глазах Зулдрии, которая использовала откатившееся «Зелье неукротимости», впервые появилась паника. Ауриэтта обманула. Она не использовала оглушение. Своей обманкой она вынудила прожать зелье, которое подарило бы десяток секунд свободы и, за которые, волшебница могла выкинуть пакость и перевернуть бой. В этот раз Амазонка сработала умнее. Как только оглушение закончится, она или Инви нанесут свой стан. Если не выйдет – есть «Усыпление», причём две штуки. Волшебница выбросила все козыри. Ей ничего не светит.

Вилл почувствовал, незримая сила отрывает от стены и затаскивает за стену. Мама. Инви спряталась в откатившуюся невидимость. Зулдрия осталась по ту сторону стены одна, и возведённая преграда стала щитом.

– Вперёд! – отдала приказ Мама по прошествии нескольких секунд.

Не успел Вилл ворваться в проход, как увидел, что Зулдрия опустила посох и подняла правую руку.

– Я…сдаюсь…

Игроки, которые много времени провели в ПВП-битвах, прекрасно знают, что бой заканчивается не тогда, когда у тебя не осталось здоровья, а когда становится очевидным, что шансов на победу нет. Это лишь в красивых сказках принято сражаться до конца, побеждая непобеждаемое на последнем издыхании. К победе ведёт длинная цепочка действий, и если какие-то звенья отваливаются, то всё кончено. Умный игрок всегда чувствует этот момент. Всё, ты проиграл, и никакое благородное сопротивление это не исправит.

– Отзови свою дрянь! – потребовала Ауриэтта.

Зулдрия кивнула и сделала кроткий жест скрещенными пальцами. Питомец замер и превратился в дымку, которая втянулась в навершие артефакта.

– Быстро, вяжите её.

Инви накинула кляп. Ауриэтта связала руки. Для ещё большей безопасности Зулдрию заставили сесть возле одной из стен и связали ноги. Связали и Черепа, который вывалился из земляной темницы. Увидев, что его «хозяйку» пленили, он благоразумно решил не сопротивляться.

– Эй, ты, – Мама позвала Айронмэнчика, который пугливо прятался за дверью. – Я правильно понимаю, что мы всё осмотрели?

Он нервно кивнул.

– Если какие-то помещения и остались, я про них не знаю.

– Ладно. Будь здесь что-то, Вилл бы заметил. Пора уходить.

– Я хочу поговорить с ней. Один, если можно, – негромко сказал Вилл.

– Вилл, – с нажимом сказала Катрина. – Давай поговоришь потом. Времени нет.

– Пожалуйста. В таком состоянии она ничего мне не сделает.

Всё это время Вилл неотрывно смотрел в зелёные глаза девушки.

– У тебя три минуты. Давай без глупостей, – сказала Мама и вывела всех из зала.

Вилл присел на колено и вытащил кляп. Опрометчиво, но без специальных жестов она сделать всё равно ничего не сможет.

– Ну привет, – поздоровался Вилл.

Зулдрия несколько секунд молчала и сверлила взглядом больших глаз.

– Пр…вет, – тяжело поздоровалась она.

– Что с тобой? Почему ты говоришь так необычно? В игре же ни у кого нет проблем с речью. Почему ты – исключение?

Волшебница усмехнулась, из-за чего её перемазанное кровью и землёй лицо на секунду стало жутковатым.

– Ты…всё ра…вно…не…пов…ришь…А…есл…повер…шь…то это…нич…го…не изме…нит.

– Ну почему не изменит? – Вилл не отводил от девушки взгляда. – Я хотя бы пойму, зачем вы устроили этот цирк под названием «Невозвращенцы». Ты же одна из шишек, правильно понимаю?

Зулдрия не ответила.

– Ладно. Если не хочешь говорить со мной, будешь говорить с другими. Уверен, что многие хотят с тобой познакомиться. Так или иначе, ты расколешься и расскажешь всё, как миленькая.

Волшебница вновь жутко усмехнулась.

– Ду…рак. Я вам…не бу. ду…ни…го…говор…ть, – она тяжело сглотнула и продолжила. – Ме…ня…ли…бо…спа…сут…ли…бо…я…ум. ру…от де. бафа… А…самим…уби…ть…меня…вам…смело…сти…не хва…тит.

Теперь уже Вилл замолчал. Нет. Она не врёт. Она действительно верна своим убеждениям и лучше умрёт, чем предаст кого-то из своих товарищей.

– Я так понимаю, что артефакт ты тоже никому не отдашь?

Зулдрия утвердительно кивнула. Вилл же такой уверенности в себе не чувствовал. Ещё несколько секунд назад хотелось безнадёжно покачать головой, встать и отдать её в руки Амазонок. Но…есть ли в этом смысл? Вернее, не приведёт ли это к ещё большим последствиям?

Вилл снова посмотрел на девушку. «А убить меня вам смелости не хватит». Этими словами она точно уколола больное место всех игроков. Даже Амазонки, несмотря на всю ярость, бо́льшую часть Невозвращенцев не тронули. Они убили лишь тех, кто вступил в бой, и то не всех. И в этом игроки отличались от Невозвращенцев. Пока те использовали самые бесчеловечные методы, убивали и насиловали, простые игроки были милосердными. Несмотря на угрозы, не было ни одной смертной казни. Невозвращенцев пленили, вот только многие из них умудрились сбежать. Венж, который наворотил делов, сбежал и до сих пор разгуливает на свободе, не ответив за свои злодеяния.

Рука сама достала из инвентаря ритуальный кинжал. Левая рука сжала посох. У него сейчас два пути. Первый – вывести пленницу из комнаты и отдать её в руки Амазонкам, которые либо сами допросят её, либо отдадут в чужие руки. У её дружков будет несколько дней на то, чтобы освободить боевую подругу, и нет никаких гарантий, что во время освобождения не прольётся очередная река крови, и если сбежит – прольётся зря. Второй выход у него в руке.

– Ух ты…уди…вил…

Если Зулдрия что-то и поняла, то она держалась достойно. Вилл прикрыл глаза. Нет. Ошибки прошлого больше не повторятся. Даже если ради этого придётся пожертвовать чем-то важным – своей душой.

* * *

– Вилл? Какого ты один? – нервно спросила Ауриэтта.

Вилл ничего не ответил. Левая рука держала «Посох четырёх стихий», правая – окровавленный кинжал.

– Что за…

Мама всё поняла первой. Вилл моргнуть не успел, как его взяли за грудки и прижали спиной к холодной стене.

– Зачем? Мы только сведений могли бы из неё вытянуть! – гневно рычала она.

– Отпусти меня, – пусто ответил Вилл.

Эмоции в этот момент куда-то ушли. Словно кто-то невидимый дёрнул рубильник. Ничего.

Мама злобно сплюнула на землю и отпустила.

– Действительно, Вилл? – спросила Катрина.

– Вы можете гарантировать, что она действительно всё расскажет? Вы уверены в том, что её не пойдут отбивать? И вы можете дать мне уверенность, что при попытке её освобождения не умрут десятки или даже сотни людей? Ну! – рявкнул в конце Вилл, почувствовав на мгновение злость.

Амазонки переглянулись. Ответа у них не было.

– Хватит. Из-за того, что я отказался убить женщину в локации со специальным квестом, умерли четыре прекрасных человека. Из-за того, что я отказался убить разбойника Трэдитора, он убил трёх ребят из нашей гильдии и ещё чёрт знает сколько людей до этого. Я сыт по горло таким издевательством над своим благородством. Всё. Довольно. Я отсёк одну из голов чудовища и забрал одно из его орудий, – Вилл бросил косой взгляд на посох. – Если мне нужно замарать руки для того, чтобы спасти жизни других, в том числе и близких, я готов стать последней мразью. И не смейте меня в этом упрекать.

Не дожидаясь ответа, Вилл пошёл первым, проверяя путь «Чувством крови». Если Амазонки и хотели что-то сказать, то отставили мнение при себе. К счастью, врагов больше не было – все силуэты были пленными Невозвращенцами. А вот возле лодок стояла последняя освобождённая девушка.

– Света! Ты сдурела? Почему не уплыла? – строго спросила Мама.

Невысокая целительница семьдесят четвёртого уровня с ником Юдирра виновато потупила карие глаза.

– Мне…мне было страшно плыть одной! А ещё я очень за вас переживала!

– Всё в норме, – безэмоционально ответил Вилл. Левая рука по-прежнему сжимала артефакт, элементы в навершии которого весело играли друг с другом.

– А это…откуда у Вас? – осторожно спросила девушка.

– Забрал у прошлого владельца.

– То есть…убили? – Юдирра перешла на шёпот.

Вилл ничего не ответил и сел в лодку первым. На выходе Айронмэнчик предупредил, что до пробуждения мирового босса осталось пятнадцать минут. Все друг за дружкой забрались в лодку, и она плавно отплыла при помощи системы.

Глава 6

– Брэйв! Не спи!

Рыцарь пробурчал нечто отдалённо похожее на «нет».

– Брэйв, – лениво повторил Вилл.

– Отстань от меня…

Вилл решил зайти с другой стороны.

– Ди!

– Мы не спим, нет… – сонно ответила волшебница.

Игра игрой, но спать в четыре утра хотелось как в реальной жизни, так и в виртуальной темнице. Была и другая причина – излишне умиротворяющая атмосфера в любовном уголке рыцаря и волшебницы. Во многом это заслуга большого камина, обложенного тёмно-синими камнями. Мало того, что на его покупку ребята отдали пять тысяч золотых, так ещё и ежедневное обслуживание стоило двести – деньги, с учётом инфляции сопоставимые с базовыми расходами среднестатистического игрока. С одной стороны, тратить столько на декор – расточительство, с другой, моральное состояние в определённых случаях намного важнее снаряжения. Экономить тоже нужно с умом, а покупать самую дешёвую кровать и спать на улице – глупость не меньшая.

Голый по пояс Брэйв пускал слюни в подушку. От знакомства с ней его привычно ровные светлые волосы напоминали птичье гнездо. Ди же сидела рядом, опершись спиной о стену и растянув ноги по кровати. Распущенные рыжие волосы скрыли лицо, а шея склонилась почти под углом в девяносто градусов.

Вилл хотел было кинуть в парочку подушку, но после передумал. В конце концов, именно он ворвался в их комнату в четыре утра, разбудил и сказал, что «Кровавый культ» проведёт здесь внеочередное собрание. Им с ребятами есть что обсудить, и разговор не может ждать до утра. Мория была пока единственной, кто оказалась введена в курс дела. Возвращение на базу напоминало путь домой с дневником, полных двоек. Вроде бы, дома ждёт любимая мама, но боишься именно того, что она отругает.

Мория удивительным образом нашла нужный баланс. Никаких истерик, лишь укоризненный взгляд и суровое «Я же тебе говорила, без глупостей!». По мере рассказа взгляд голубых глаз менялся – строгость угасала, зато разгорались тревога и сожаление. Казалось, что она слишком близко приняла слова о тяготах пленных девушек, а услышав, что всех удалось спасти, счастливо выдохнула. Сложнее всего было рассказать о бесчеловечном с точки зрения морали решения убить сдавшуюся Невозвращенку. Мория не стала осуждать или, напротив, изо всех сил поддерживать.

– Я знаю, что ты поступил правильно. Я всегда буду за тебя.

Её слова согрели больше всяких утешений и объятий.

Вилл легонько побил себя по щекам. По телу разливалась нечеловеческая усталость, лавиной нахлынувшая после освободительной операции. Страх того, что шанс на успех был минимальным, и что в любой момент их могли не только схватить, но и убить, запоздало начал давить. Тяжёлым грузом висело решение убить Зулдрию. Хотелось провалиться в пустоту, в которой несколько часов не будет никого – ни «Невозвращенцев», ни самой игры.

– Где этот мелкий… – недовольно бурчал Брэйв.

Намтик был единственным, кто пока отсутствовал. Остальной «Кровавый культ» был на месте. Помимо валяющихся на кровати Брэйва и Ди, в комнате был Кромор. Колдун, сменивший привычные чёрные волшебные одеяния на такого же цвета спальную рубашку, сидел в кресле. Отрывать от сна пришлось как его, так и верного друга. Костик, в гладком черепе которого отражался свет, послушно стоял рядом со своим безволосым хозяином.

– Открыто, – сонно сказал Брэйв, услышав стук.

Дверь осторожно открылась, а следом в свете камина появился последний член команды.

– Здравствуйте, – тихо поздоровался Намтик. – Простите что запоздал, я…заблудился. Не сразу нашёл дорогу.

Он скромно вошёл и закрыл за собой дверь. В отличие от остальной тройки, на нём были меховые доспехи, аналогичные тем, которыми владела Инви. Два дня назад разбойник стал официальным членом гильдии, и теперь группа была в «Багровом очаге» в полном составе.

– Падай, – кивнул Вилл на свободное кресло.

Намтик кивнул и послушно сел рядом, а его тёмные волосы прямо упали на глаза, практически полностью скрывая их.

– Встаю…встаю… – ворчал Брэйв.

Вскоре он вместе с Ди выпрямился. Увидев, что все готовы, Вилл открыл инвентарь, достал «Посох четырёх стихий» и положил его на стол.

– Я сейчас буду говорить, а вы внимательно слушайте. Все вопросы оставьте на конец.

Все недоумённо переводили взгляд с него на посох. Вилл вздохнул и начал рассказ. Он ничем не отличался от той версии, которую услышала Мория. Скрывать от ребят подробности нет смысла. Брэйв несколько раз хотел что-то вставить, но каждый раз получал локтем под правый бок.

– В общем, как-то так, – закончил Вилл. – Мы с Амазонками разошлись. Они пошли заниматься освобождёнными пленницами, а я сразу вернулся на базу. Готов к вашим вопросам.

Все ненадолго ушли в себя, переваривая рассказ под приятный треск камина.

– Это всё, конечно, замечательно, – первым начал Брэйв. – Но ответь мне на главный вопрос. Ты дурак?

Вилл усмехнулся.

– Твоя формулировка слишком мягко отражает действительность.

– Нет, ну правда! – импульсивный Брэйв как всегда завёлся с пол-оборота. – Почему ты ничего не сказал нам? Хотя бы предупредил! Мы то думали, что квест затянулся, и ты остался в Деревне белой сливы, а тут на тебе!

Вилл покачал головой.

– Во-первых, успех операции зависел от нашего количества. Всё упиралось именно в определённое число игроков, которое и позволило безопасно высадиться. Если бы предупредил вас – вы бы, скорее всего, пошли за мной. Нет уж. Мы и так каждый день балансируем на лезвии ножа, но одно дело подставлять под удар себя ради скорейшего возвращения, и другое – бросаться в логово Невозвращенцев ради спасения незнакомых девушек. Это было моё бремя, и только моё.

Вилл внимательно обвёл взглядом каждого. Если кто-то и хотел возразить, то промолчал.

– Ладно, – сказал Брэйв. – Главное, что всё закончилось хэппи эндом. Девушки свободны, мрази мучаются, ты…забрал посох у дурной невозвращенки.

– Да. Предварительно её убив, – Вилл мрачно закончил то, что хотел сперва сказать Брэйв.

Повисла тишина. Вилл встал, подошёл к посоху и погладил его ладонью. Огонёк в навершии сцепился с маленькой молнией.

– Намтик, – Вилл позвал парня. – Помнишь Трэдитора?

– Я помню эту мр…

– Брэйв, – прервал его Вилл. – Я не у тебя спросил. Извини.

Брэйв картинно изобразил, что закрывает рот на замок и сделал приглашающий жест в сторону Намтика. Так как разбойник вступил совсем недавно, то не застал случая, когда его коллегу по классу схватили.

– Если честно, я не помню, – грустно признался разбойник. – Я знаю, что он убил нескольких ребят из нашей гильдии, но не припоминаю, чтобы сталкивался с ним.

– Последний день турнира. Заварушка возле Собора. Мы упали и столкнулись с «Невозвращенцами». Там был один, который просил пощады. Мы его отпустили.

– А, теперь вспомнил, – кивнул Намтик. Его лицо омрачилось, – Вот значит как…получается, из-за того, что мы его отпустили, он…

– Убил остальных. Именно поэтому я не рассказал тебе сразу всю картину. И не бери в голову, решение его отпустить принимал не ты, – Вилл похлопал Намтика по плечу. Он не заслуживает тяжёлого бремени подобной ответственности. – Я устал. Этот зацикленный круг, в котором после благородства тебя макают в дерьмо, мне надоел. Я не хочу рисковать вами. Я не хочу, чтобы из-за очередного благородного решения кто-то из вас пострадал. Если такое случится, это меня сломает совсем. Нет. Я не допущу такого. И плевать, через что придётся пройти.

Внутренний огонь уверенности придал словам твёрдость.

– Меня очень тронули эти слова, Апостол Вилл, – Кромор поднялся с кресла и опустился на колено, склонив голову. – Уверен, что выражу общее мнение, но мы все понимаем, для чего это было нужно.

– Ну всё, хватит, – несмотря на серьёзность ситуации, щёки загорелись. – Твои ролевые замашки превратят меня в помидор.

– Кромор сказал правильно – всё в порядке. Эта сука, кем бы она ни была, ответственна за то, что многие люди страдают, были убиты или изнасилованы. А если к ним прибавить тысячи простых игроков, которые ждут конца игры, то она ещё мягко отделалась.

– В кои-то веки согласна с ним, – пожала плечами Ди. – Убийство…это плохо, но мы сейчас на настоящей войне. Одним благородством не победишь.

– Спасибо, – искренне поблагодарил ребят Вилл.

Посох беззвучно покашлял, привлекая к себе внимание.

– Теперь посох. Для начала небольшая формальность.

Вилл вернул его в руку.

– Я, Виллиус, отрекаюсь от «Посоха четырёх стихий». Я передаю этот тёмный артефакт новому владельцу, который будет нести тьму и хаос в жизни людей.

И без того тёмное древко окутала вязкая, холодная тьма. Беснующиеся в навершии элементы на мгновение замерли. Вилл протянул посох Ди.

– Эм…это мне? – растерялась она.

Вилл улыбнулся.

– А ты видишь в комнате другого волшебника? Брэйв? Не думал сменить класс.

– Легко. Любимая, отдай мне игрушку.

– Обойдёшься! – Ди мягко хлопнула его по руке и забрала посох. Как только её ладони коснулись артефакта, холодная тьма спала. Передача завершилась.

– А вообще это нечестно! – картинно возмутился Брэйв. – У Вилла есть артефакт. У Намтика есть. Теперь у тебя, любимая, есть крутая игрушка. А когда игра заслуженно вознаградит того, кто каждый день подставляет себя под удар?

Для пущего эффекта Брэйв постучал кулаком по груди.

– Брат Брэйв, у Вас есть сестра Диана, – резонно заметил Кромор.

Брэйв с таким интересом посмотрел на свою девушку, словно увидел её в первый раз в жизни.

– Что делает этот посох? – тем временем спросил Намтик.

– Он…Хм. Зачем рассказывать, если можно показать? Иногда одна практика лучше десятка теорий. Встаньте.

Вилл жестами попросил подняться Брэйва и Ди.

– Ди, этот артефакт призывает саммона. Судя по описанию, тип зависит от той школы магии, прокачанной сильнее всего. Попробуй.