Текст книги "Цепи свободы (СИ)"
Автор книги: Alony
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
Глава 18
Дальше завтрак проходил без особых потрясений. Рядом с сэром Ричардом Труа сидели его жена и дочь. Леди Аврора выглядела немного моложе мужа. Она, как и он, смотрела на всех доброжелательно, и от взгляда ее глаз веяло теплом. Она часто улыбалась сидящим за столом, а когда обращаясь к мужу, нежно касалась его руки. Было очевидно: несмотря на прожитые вместе года, они всё еще любили друг друга.
В отличии от четы Труа, их дочь Беатрис, разительно отличалась от своих родителей. Хотя девушка обладала миловидной внешностью, но ее взгляд выражал лишь высокомерие. Она почти всё время молчала, иногда лишь отвечая на вопросы, обращённые лично к ней. Когда за столом появилась новая гостья, Беатрис смерила ее недовольным взглядом и весь завтрак только таким взглядом и одаривала ее.
Поначалу Изабель не замечала к себе презрительного отношения со стороны мисс Труа, но когда однажды задержала на той мимолетный взгляд, сразу же почувствовала исходящую от Беатрис волну неприязни. Но сейчас это открытие не только не задело ее, но и не вызвало никаких негативных чувств. Слишком часто она сталкивалась с подобным отношением, чтобы хоть как-то на это реагировать.
Неприязнь же Беатрис была основана не на пустом месте. Неизвестно как, но влюбленная женщина всегда интуитивно чувствует свою соперницу. Стоило только мисс Далкейт появиться в столовой, как Беатрис тут же всё поняла! Она сразу заметила, с какой нежностью ЕЁ Даймонд смотрел на девушку. В глубине души Беатрис уже давно считала хозяина дома своим, и только ее юный возраст мешал им быть вместе. Но теперь она достигла зрелости и могла стать его женой. Не проходило и дня, чтобы она не ждала от него предложения руки и сердца.
До этой минуты Беатрис нисколько не сомневалась, что будет именно так, как она решила. Тем более Даймонд ни разу ни кем серьезно не увлекался. Она вообще не видела его в обществе других дам. Но с появлением этой Далкейт, Беатрис сразу почувствовала неладное. Она всерьез забеспокоилась, что ее желание стать герцогиней Ланкастер может не сбыться.
После завтрака Изабель решила подняться к себе. Но когда она направлялась к лестнице, ещё в холле ее догнала леди Труа.
– Мисс Далкейт, – прикоснувшись к ее руке и немного запыхавшись, заговорила с ней женщина, – не желаете ли прогуляться со мной? За домом есть замечательный парк! Там не только красиво, но и тень от деревьев спасет нас от солнца. Мне очень хочется поближе познакомиться с вами. Ну как, вы согласны пройтись со мной?
Смотря в доброе лицо леди Труа, Изабель совсем растерялась. Она уже настолько привыкла быть никому ненужной, что сейчас подобное предложение крайне взволновало ее. Она не понимала, как ей стоит себя вести с гостями Ланкастера.
– Я даже не знаю… Хотя… Я с большим удовольствием составлю вам компанию! – вдруг решилась она. – Тем более, у меня ещё не было возможности осмотреть местность. Мне на самом деле будет очень приятно, если вы мне всё здесь покажете.
– А мне будет приятно познакомить вас с владениями вашего родственника! Уверяю вас, тут есть на что посмотреть! Тогда через несколько минут встретимся у главных дверей.
– Хорошо, леди Труа.
Аврора поспешила вернуться к мужу, чтобы предупредить его о своих планах на утро.
Изабель попросила служанку принести ей накидку, так как несмотря на чистое небо, воздух был ещё достаточно свеж. Готовая к длительной прогулке, она направилась к выходу, но стоило ей только подойти к дверям, как увидела мчащегося в ее сторону Ланкастера.
– Могу я узнать, куда вы собрались?! – тут же потребовал он ответа.
– Я хочу прогуляться.
– Тогда я составлю вам компанию.
На лице Изабель отразилось возмущение.
– Но у меня уже есть компания!
– И кто это?
– Я что, должна вам всё докладывать?!
– Мне просто необходимо быть в курсе всех ваших дел, в таком случае я могу быть спокойным за вас. Так с кем вы идете на прогулку?
– С леди Труа, – нехотя ответила Изабель.
– Что ж, тогда я могу с легкостью вас отпустить. Но после обеда вам необходимо остаться в замке. У нас будут дела.
Она тут же с опаской посмотрела на него.
– Какие это у нас с вами могут быть дела?
Заметив направляющуюся к ним Аврору, Даймонд быстро проговорил:
– По-моему, вам уже пора идти. Всё узнаете потом, – и не дождавшись ее ответа, пошел прочь.
Изабель нахмурилась и подозрительно смотрела ему вслед всё то время, пока возле нее не оказалась леди Труа.
– Я готова! – с энтузиазмом сообщила та, и, подхватив новую знакомую под руку, потянула ее на улицу.
Медленным шагом они прогуливались вдоль аккуратно подстриженных деревьев и кустарников. Сад и вправду был великолепен! А с любовью Изабель к цветам, ее глаза находили, и подолгу задерживались на множестве красивых кустов.
Но полностью расслабиться и наслаждаться видом ей не пришлось. Разговаривая с леди Труа, Изабель поняла, что совершенно ничего не знает о семье Ланкастера. Где его родители? Бабушки? Дедушки? Есть ли у него братья и сестры? А ведь она считается его родственницей! Боясь выдать себя, во время разговора она всячески обходила эту тему. Благо, ее спутница много рассказывала о себе, а от Изабель требовалось лишь слушать ее. И сейчас подобная роль была ей очень даже по душе.
Из рассказов леди Труа она узнала, что в молодости Аврора смогла подарить сэру Ричарду четверо детей. Но будучи ещё совсем маленькими, трое из них умерли. И только Беатрис родилась с крепким здоровьем. Поэтому, всю свою любовь и заботу они подарили дочери. Они почти ни в чем ей не отказывали. Но когда она повзрослела, тут-то они и осознали, что совершили ошибку. Беатрис выросла упрямой и капризной особой. Вместе с Ричардом, Аврора пока не оставляла попыток повлиять на нее и исправить их собственные ошибки по ее воспитанию, но к сожалению, дочь уже мало поддавалась на вразумления. Теперь они надеялись, что будущий муж сможет хоть немного приструнить ее.
Два часа прогулки пролетели незаметно. Изабель осознала, что живя с Гессом была лишена возможности иметь близких друзей. Мелисса никогда не вела с ней задушевных бесед. Да и чем в сущности они могли делиться друг с другом? К тому же Освальду не нравилось, когда кто-то посторонний пытался сблизиться с ними. Тем более что приходилось скрывать истинное положение дел. В сущности, все пять лет она жила в полном одиночестве. Но сейчас, благодаря леди Труа, ощутила давно забытую радость от простой задушевной беседы. Изабель даже могла сказать, что в эти два часа была по-настоящему счастлива!
В отличии от завтрака, обед прошел в спокойной дружеской атмосфере. После трапезы Даймонд задержал Изабель в столовой.
– Как прошла прогулка с леди Авророй?
– Хорошо.
– Вам понравился мой сад?
Изабель нахмурились.
– Вы об этом хотели со мной поговорить? Тогда я поднимусь к себе.
Даймонд усмехнулся.
– И я даже не буду возражать.
– Правда?
– Правда. В вашей комнате вас ждёт месье Жаме. Он снимет с вас мерки и изготовит платья по фасонам, какие вы сами выберите. У него с собой должно быть несколько готовых нарядов. Купите что понравится. А после примерки вас будет ждать экономка. Завтра я уеду, и пока меня не будет, вам предстоит управлять моим замком. Она всё вам покажет.
– А почему вы решили, что я возьмусь управлять вашим замком?
– Мне кажется, это самое логичное в данной ситуации. В доме остаются гости, и кроме вас этим некому заняться. Было бы странно, если бы экономка решала, что подавать к столу, когда в замке живёт хозяйка.
Даймонд намеренно подобрал это слово.
Его план сработал. Изабель зарделась и даже немного вытянулась. Раньше она ничего не могла решать без ведома Гесса.
– А если вам будет нужна помощь, леди Аврора поможет. У неё в этом большой опыт. Сэр Ричард с женой были мне как родители. Поэтому я попросил, чтобы они пожили тут, пока меня не будет. Они с готовностью вам помогут.
Изабель усмехнулась.
– То есть вы попросили их присматривать за мной?
– Можете называть это как угодно, но мне будет гораздо спокойнее, если они будут рядом.
– Кстати, про родителей! – воскликнула Изабель. – Я ведь совершенно ничего не знаю о вас. Раз уж мне приходится участвовать в этом фарсе, то необходимо хоть немного узнать историю вашей семьи. Было бы странно, если в разговоре с другими выяснится, что я не имею ни малейшего понятия, кто они и где.
Даймонд удивился, что сам не подумал об этом.
– Вы абсолютно правы! Это мое упущение. К сожалению, сейчас для этого нет времени. Думаю, единственная возможность поговорить будет после ужина, так как завтра ранним утром я уже уеду.
– После ужина, так после ужина, – пожала Изабель плечами и, встав из-за стола, отправилась в свою комнату.
Глава 19
У Изабель голова пошла кругом от изобилия разных тканей. Судя по их количеству и качеству, Ланкастер не пожалел денег для ее будущих нарядов. Портным оказался француз, произносящий слова с характерным акцентом. Помимо тканей, Месье Жаме так же привез несколько готовых платьев. Изабель выбрала пять из них. Купить больше она постеснялась. Еще он выложил перед ней две дюжины нижних сорочек из тончайшего шелка, несколько теплых накидок, шарфов, поясов и тому подобного. Внутри себя Изабель даже испытывала благодарность к хозяину дома. Освальд никогда не делал для нее ничего подобного. Только Мелиссе он дарил дорогие подарки. Сейчас же она чувствовала себя настоящей леди.
На примерку и выбор фасонов платьев ушло более двух часов. Позже к Изабель пришла экономка. Она показала замок, рассказала какие блюда предпочитает есть хозяин и его гости, когда привозят товары и сколько припасов вмещают кладовые. Изабель внимательно слушала и старалась всё запомнить.
С делами было покончено перед самым ужином. Для выхода к столу, Изабель решила надеть новое платье. Оно было сшито из красной порчи, отделанной серебряной тесьмой. При её появлении в столовой Даймонд даже открыл рот. Он не сводил с неё глаз, пока она не заняла место за столом. Всё это не ускользнуло от пытливых глаз Беатрис. В эту минуту она ещё сильнее ненавидела Изабель.
Сэр Ричард выразил восхищение прекрасным видом мисс Далкейт.
После ужина все переместились в гостиную, чтобы выпить чаю. Там уже горел камин. Женщины уселись на два дивана возле небольшого столика, а мужчины заняли место у камина. Только Беатрис находилась в мужской компании.
Изабель успела познакомиться с остальными двумя дамами. Они сопровождали своих мужей и с удовольствием вступали в обсуждение фасонов модных в этом сезоне платьев.
Так как Изабель сидела лицом к камину, то легко могла наблюдать за мужской компанией, при этом не отвлекаясь от разговора. Ее внимание привлекло поведение Беатрис. Та стояла рядом с Ланкастером и не сводила с него глаз. Она как-то неестественно громко смеялась и несколько раз прикасалась к нему. А если он обращался к ней, то её щеки покрывались румянцем. Для Изабель было очевидно – Беатрис влюблена в Даймонда. Но судя по его поведению, он этого даже не замечал.
Изабель перевела взгляд на Аврору. Понимает ли та, что творится с её дочерью? Но Аврора сидела спиной к молодым людям и не могла как-то выдать себя и то, как относится к выбору Беатрис.
Вдруг, Ланкастер отделился от своей компании и подошёл к Изабель и ее компании.
– Милые дамы, мне придется ненадолго похитить у вас мисс Далкейт. Надеюсь вы позволите мне это сделать?
Дамы заверили его, что на правах родственника он имеет полное право переговорить с ней.
Изабель послушно шла за Даймондом, пока они не вошли в кабинет. Комната была обставлена с такой любовью, что это сразу бросалось в глаза. Горящий огонь в камине создавал в кабинете ещё более приятную обстановку.
– Здесь очень уютно, – не удержалась Изабель от восхищённого замечания.
Даймонд довольно улыбнулся.
– Это то место, где я больше всего люблю проводить время.
Он подошёл к столу и взял с него свечу.
– Пойдёмте, я вам кое-что покажу.
Они подошли к стене напротив входа, а затем Даймонд поднял руку, освещая висевшую на стене картину. Перед Изабель предстала молодая пара. Молодая женщина сидела на кушетке, а за ней стоял мужчина. На вид им было не больше тридцати лет.
– Это мои родители, – объяснил Даймонд. – Томас и Иоланда Ланкастер. Спустя год как художник изобразил их на этом полотне, их не стало.
При этих словах на лице герцога отразилась глубокая печаль.
– Сколько лет вам тогда было?
– Пять.
Изабель почувствовала, как сжалось ее сердце. Она вспомнила кончину своих родителей. Ей тогда было семнадцать, а Мелиссе четырнадцать. Но в отличии от Ланкастера, большую часть своей жизни она провела с ними и хорошо их помнила.
– Мне очень жаль, – смотрела она с сочувствием на красивую пару изображенную на холсте.
– В то время многие в замке умерли от оспы. Так же умерли мои дедушка и бабушка. Меня успели увезти в дом семьи Труа. Отец попросил своего лучшего друга позаботиться обо мне. В то время Ричард потерял первенца. Они с Авророй взяли меня в свою семью и растили как родного сына. Когда же мне исполнилось шестнадцать, я вернулся в родовой замок. Ричард позаботился, чтобы домом и моих владениями управлял толковый и надёжный управляющий. Поэтому когда я вернулся, тот всё передал в мои руки.
– А есть ли ещё какие-нибудь родственники? – спросила Изабель, памятуя о том, кем он ее представил.
– Есть, но только очень дальние. Я не поддерживаю с ними отношений. У матери есть двоюродная сестра. Но они виделись лишь в детстве, поэтому ничего конкретного о ней я сказать не могу, даже есть ли у неё дети. Знаю лишь, что её звали Камилла Далкейт. Вы и будете называться её дочерью.
Даймонд так же рассказал про своих предков, когда и где поженились его родители.
Пока он сидел рядом с Изабель на небольшом диване и посвящал ее в подробности истории его семейства, с огромным удовольствием любовался ее красивым лицом. Царивший в комнате полумрак делал обстановку в комнате завораживающей и интимной, а отбрасываемые отблески огня от свечей не просто отражались в глазах Изабель, но и придавали ее взгляду лихорадочный блеск, словно она пылала к нему страстью.
Даймонд знал, что это было обманчивое зрелище, но с большим удовольствием поддавался на этот обман. С каждой проведенной в ее обществе минутой ему становилось все сложнее держать себя в руках. Стоило только протянуть руку и коснуться ее, как тут же Изабель окажется в его объятиях. Даже сейчас, несмотря на свою враждебность, она внимательно слушала его и смотрела ему прямо в глаза. Ее близость буквально сводила его с ума!
Всё чаще в голове возникала мысль поцеловать ее. Вначале Даймонд старательно гнал ее, но чем дольше они находились вместе, тем неудержимее было это желание. Он почти перестал сопротивляться ему.
Чтобы не наделать глупостей, Даймонд решил поскорее закончить их «свидание».
– Если я удовлетворил ваше любопытство и у вас нет ко мне больше вопросов, то мы можем вернуться к гостям.
Изабель быстро поднялась на ноги и без колебания направилась к выходу. С долей грусти, что приходится лишаться удовольствия лицезреть ее в непосредственной близости, Даймонд последовал за ней, как вдруг, уже взявшись за ручку двери, Изабель резко остановилась и обернулась к нему. Не ожидая от нее столь стремительных действий, Даймонд чуть не вдавил ее в дверь. Он успел затормозить в самое последнее мгновение. Но словно не замечая проявленную им ловкость, нисколько не скрывая своего любопытства, Изабель с интересом спросила:
– А как долго вас не будет?
Он видел, как ей нравилась мысль, что он уедет.
– Если ничто не нарушит мои планы, то через две недели ждите моего возвращения.
Её довольный вид задел его самолюбие. В голове созрел маленький план мести. Наверно ему не стоило приводить его в жизнь, но побороть искушение было уже невозможно.
– Так как всё это время я не смогу вас видеть, то хотел бы, чтобы вы кое-что подарили мне на память.
Изабель выглядела озадаченной.
– Я не понимаю о чём вы? У меня ведь ничего с собой нет.
– У вас есть очень многое. И ваш подарок будет самым драгоценным из тех, что я когда-либо получал.
Даймонд стремительно положил руку на ее талию и резко притянул Изабель к себе. Пока она не успела опомнится, он обхватил ее затылок свободной рукой и слегка наклонив голову назад, чтобы ему было удобнее добраться до ее рта, склонился над соблазнительными губами. Изабель в миг поняла, какой подарок он хотел получить от нее, но что-либо с этим сделать уже не могла. Он крепко держал её в своих руках. Она предприняла попытку отстраниться от него, но в это же время он прижался к ее губам. Даймонд вихрем ворвался в ее рот и делал внутри неё то, отчего у нее подкосились ноги, а голова пошла кругом. Ничего подобного в своей жизни она ещё не испытывала! Его губы, язык, бесстыдно ласкали ее рот и задевали в ней какие-то неведомые струны. Проникая в самую его глубину, Даймонд терзал ее изнутри.
Изабель была настолько ошеломлена новыми ощущениями, что совсем не сопротивлялась ему, и позволяла наглецу делать с ней всё, что он хотел. Но наконец разум не просто вернулся к ней, но и забил в колокол. Даймонд не имел права целовать ее! Когда он захватил её верхнюю губу и погрузил в свой рот, Изабель со всей силы вонзила зубы в его нижнюю губу, отчего он тут же болезненно вскрикнул и молниеносно отстранился от неё. С каким же удовольствием она наблюдала выступившие на его коже две капельки крови! Даймонд выпустив ее из объятий и коснулся раны рукой. На пальцах остались небольшие красные следы.
– Как вам мой подарок, понравился? – не удержалась Изабель от язвительного тона. – Может желаете получить ещё один? Теперь он ещё долго будет напоминать вам обо мне!
Даймонд криво улыбнулся. Изабель же развернулась, открыла дверь и с гордым видом вышла из кабинета, не забыв громко хлопнуть той самой дверью.
Когда-то Даймонда беспокоило, что жизнь с тираном сделало её безвольным существом. Но сегодня он на собственном опыте убедился – она готова постоять за себя!
Изабель вернулась в гостиную. Из гостей там остались только сэр Ричард, Беатрис и одна из дам. Первый стоял возле камина и листал книгу. Дама раскладывала пасьянс, а Беатрис как статуя сидела вся в напряжении в кресле, ожидая возвращения Даймонда. Изабель пожелала немногочисленной компании спокойной ночи и поднялась к себе.
Через пять минут в гостиной появился и хозяин дома. Беатрис сразу заметила его распухшую губу. Хотя она была не искушена в таких делах, но сразу поняла, чем он там занимался с мисс Далкейт. От злости и досады она вцепилась в подлокотники и со всей силы сжала их.
Даймонд подошёл к Ричарду и перекинулся с ним парой слов. Тот кивнул головой.
– Может сыграем в карты? – обратился он к остальным присутствующим.
Дама с радостью согласилась и принялась поспешно собирать наскучивший ей пасьянс. Беатрис же осталась сидеть не шелохнувшись. Даймонд подошёл к ней и дотронулся до ее плеча.
– С тобой всё в порядке? Для игры нам нужен четвертый человек.
Грубо оттолкнув его руку, она резко встала.
– Пусть твоя родственница составит вам компанию! – с нескрываемым раздражением бросила она и чуть ли не бегом покинула гостиную.
Даймонд удивлённо смотрел ей вслед, а затем перевел изумлённый взгляд на Ричарда, не понимая, что так испортило настроение Беатрис. Тот лишь пожал плечами и развел руки в стороны.
– В этом возрасте они все подвержены перепадам настроения, – констатировал он и от неловкости за поведение дочери что-то хмыкнул себе под нос.
Понимая, что игра расстроилась, оба мужчины уселись в кресла и принялись вести неспешную беседу. Дама с разочарованным видом вновь разложила пасьянс.
Глава 20
Лёжа в кровати, Изабель уже в который раз мысленно возвращалась к поцелую. Это был первый настоящий поцелуй в её жизни. Никогда Гесс не целовал её подобным образом. Он вообще не целовал ее. Она по пальцам могла сосчитать, сколько раз муж прикасался к ней. Первый был на свадьбе, когда их сочетали, а второй на балу. Он лишь прижимался к её губам. Но даже эти невинные поцелуи были ей противны. В душе Изабель радовалась, что он не хотел её и никогда не приходил к ней в постель.
Она дотронулась до своих губ. Они ещё помнили поцелуй Ланкастера. Она не понимала, почему его прикосновения не были ей неприятны. Более того, ей даже понравилось то, что он делал с ней! Вначале его рот был настойчивым, стараясь полностью завладеть её ртом, но когда он достиг своей цели, прикосновения стали нежными и ласковыми. Она полностью растворилась в этих новых и неизведанных для себя ощущениях. И только гордость заставила её прекратить эту приятную пытку.
Неужели всё дело в самом поцелуе? Разве может он понравиться, если человек, от которого он исходит, тебе ненавистен? Изабель представила, как Освальд целует ее подобно Ланкастеру. Её тут же всю передёрнуло. Нет. Она не испытала бы с ним такого удовольствия. Тогда все таки почему поцелуй Даймонда был ей приятен? Густо покраснев, Изабель так и не осмелилась честно ответить себе на этот вопрос.
За завтраком собралась всё та же компания, за одним лишь изменением – отсутствовал хозяин дома. Без него Изабель чувствовала себя более свободно, особенно после вчерашнего происшествия. Сэр Ричард развлекал всех рассказами о том, как в прошлом они с Авророй путешествовали. За столом царила дружеская атмосфера. Лишь Беатрис сидела с непроницаемым лицом, и когда все смеялись над забавными моментами из жизни герцога Труа, оставалась холодна как рыба. Изабель заметила, что у той напрочь отсутствовало настроение, но решила, что именно отъезд Ланкастера так сильно повлиял на девушку и теперь она не хотела ни с кем разговаривать. При этом сама Изабель не догадывалась, что именно ее присутствие в этом доме беспокоило и бесило Беатрис.
После завтрака все разбрелись по своим делам. Помня о своей задаче быть хозяйкой дома, Изабель распорядилась на счёт обеда и ужина и приказала сменить белье во всех комнатах. Чтобы сделать обстановку в доме ещё более уютной, облачилась в фартук садовника и отправилась в сад. Там росло множество дивных цветов, из которых в уме уже составила много прекрасных букетов. За этим занятием её и застала леди Труа.
– Вот вы где, моя дорогая! – осматривая Изабель и клумбы, улыбнулась Аврора.
Изабель положила срезанную розу в корзину и виновато взглянула на нее.
– Простите, что покинула вас и всех остальных гостей. Наверное мне следовало предложить вам какое-нибудь развлечение, а не заниматься тут в саду своими делами?
– Не переживайте, мы все так часто бываем в гостях у Даймонда, что давно чувствуем себя здесь как дома. Если вам нравится проводить время в саду, то с чистой совестью пользуйтесь этой возможностью. А могу я узнать, куда вам столько цветов? – с любопытством смотрела Аврора на небольшую пестреющую разными цветами горку, лежащую у клумбы, и на корзину в руках Изабель.
– Хочу составить для каждых покоев цветочную композицию. Цветы – это моя слабость! Всегда любила украшать ими комнаты в своем доме.
Аврора выглядела немного озадаченной.
– Разве у вас был сад и большой дом?
Изабель растерялась, так как совсем забыла, что она бедная родственница, у которой были настолько стесненные обстоятельства, что ей пришлось переехать сюда. Но сильнее всего ее расстраивало, что приходилось выкручиваться и обманывать леди Труа..
– Нет, конечно. Но небольшой клочок земли у меня всё же имелся, а в доме любая комната – кухня или даже уборная – достойна быть украшена скромным, но милым букетом.
– Вы абсолютно правы! Изабель, вы не против, если я составлю вам компанию и тоже поучаствую в вашем любимом деле?
– Я буду этому только рада!
Аврора тут же взяла ножницы и с энтузиазмом принялась срезать приглянувшиеся ей розы.
Когда горка из цветов выросла в два раза, было решено перенести ее в дом, уложить на стол и уже там продолжить работу. Изабель выбирала по одному цветку и складывала их в букет. Аврора же вставляла букеты в вазы и придирчиво поправляла, чтобы всё смотрелось гармонично.
– Леди Труа, расскажите мне о Даймонде? Я ведь почти ничего о нем не знаю, – спросила Изабель, прикладывая лилию к хризантемам.
– А что именно тебя интересует? – смотрела Аврора на букет в вазе, решая, нужно ли укоротить возвышающуюся над остальными цветами розу.
– Какой у него характер? Что он любит, а что ему не нравится?
– Характер? – задумчиво протянула леди Труа. – Я бы сказала, что Даймонд обладает прекрасным характером. Он добрый, отзывчивый, не терпит, когда с кем-либо обходятся несправедливо и всегда пытается восстановить эту самую справедливость. Правда бывает немного импульсивным и вспыльчивым. Любит всё сделать по-своему. Но это у него от отца. Даже как-то странно. Хотя с пяти лет Даймонд рос у нас, но многие его черты передались ему именно от родителей. Томас Ланкастер был очень решительным человеком, я бы даже сказала властным, но при этом без ума любил свою жену и заботился о ней. Вначале, когда Томас сообщил семье, что намерен взять Иоланду в жены, герцог и герцогиня Ланкастер сильно воспротивились их браку, так как Иоланда была из бедной и незнатной семьи. Они грозились лишить сына наследства, но он всё равно пошел против них и женился на девушке. В итоге, его родителям не осталось ничего другого, как только смириться с его выбором. Позже они полюбили свою невестку. А через пять лет на свет появился Даймонд. Как же они были счастливы! Если бы не проклятая болезнь, они смогли бы увидеть, как растет их сын! А твоя мать разве ничего не рассказывала тебе про свою сестру?
– Нет. Никогда.
– А как Даймонд нашел тебя? – вдруг поинтересовалась Аврора.
Услышав ее вопрос, Изабель настолько растерялась, что не придумала ничего лучше, как только неуверенно произнести:
– Я точно не знаю.
Леди Труа молчала. Изабель испугалась, что она что-то заподозрила. Только бы та не начала задавать ей и другие вопросы относительно их встречи с Ланкастером.
– Дорогая, посмотрите! По-моему этому цветку здесь не место?! – указала Аврора на лилию.
Изабель облегчённо выдохнула.
– Вы абсолютно правы! – и одним решительным движением вытащила её из вазы.
Каждый день Изабель всё больше нравилась роль хозяйки в замке Ланкастера. Она уже была в курсе всех особенностей управления этим домом. Она даже взяла на себя смелость и переставила некоторую мебель в гостиной. Именно там она чаще всего проводила время с Ричардом и Авророй. Иногда все гости собирались вместе и играли в карты, катались на лошадях, устраивали пикники на лужайке. Беатрис редко учувствовала во всеобщем веселье. Обычно она сидела в своей комнате или по настоянию родителей сопровождала их на прогулках.
Месье Жаме привозил несколько готовых нарядов, которые не только великолепно сели на фигуру Изабель, но и подчеркнули ее высокий статус.
Единственное, что продолжало беспокоить ее и заставляло чувствовать себя неуверенно, так это возвращение Даймонда. В его отсутствие ее жизнь стала такой, какой была до смерти родителей. Но когда он приедет, не захочет ли от нее большего? Предвестником чего был тот самый поцелуй? Готовит ли он для нее унизительную роль любовницы?
