Текст книги "Цепи свободы (СИ)"
Автор книги: Alony
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)
Глава 28
Вечером снова приходил доктор и осмотрев больную, остался доволен тем что увидел, при этом не забыв предупредить остальных, что ночью ее состояние может ухудшиться. К сожалению, его слова сбылись и до самого утра Беатрис металась на постели от жара. Хотя все знали что такое было возможно, но по итогу почти никто не оказался к этому готов.
Аврора постоянно гладила дочь и читала молитвы, Ричард всё восклицал, что лучше бы это он себе что-нибудь прострелил, а Даймонд бегал из угла в угол, нигде не найдя для себя покоя. Каждый новый стон Беатрис болью отзывался в сердцах всех троих. Изабель, как накануне советовал доктор, всю ночь смачивала в холодной воде тряпку и укладывала ее на горячий лоб больной.
Лишь к утру температура спала и Беатрис, наконец, заснула. Изможденные и уставшие, Аврора с Ричардом заснули в этой же комнате, только одна на софе, а другой в кресле. Даймонд с Изабель ушли к себе. Но поспать долго им не пришлось, так как вновь пришёл доктор. Ещё раз осмотрев рану, он сказал, что не стоит опасаться за жизнь девушки и то, что произошло ночью – это обычная реакция организма при таких ранах. Но его слова нисколько не успокоили ни Ричарда, ни Аврору, ни Даймонда, и все они ещё усерднее принялись обихаживать Беатрис.
Для этого вся их троица весь день провела в комнате и никто не отходил от нее ни на шаг. Хотя небольшая температура у Беатрис все же сохранялась, но находилась она в сознании. Вид её был бледен, а любая еда вызывала тошноту, из-за чего все остальные продолжали расстраиваться.
Теперь Изабель была предоставлена сама себе. Пока Даймонд был наверху и никуда не выходил, кроме как справить нужду, она дала указание Джону, какие блюда следовало подавать на завтрак, обед и ужин; так же проверила запасы продовольствия и составила список того, что ещё требовалось купить. Несколько раз поднималась в комнату Беатрис, чтобы узнать о её состоянии, встречала и провожала доктора. Передала Даймонду пришедшие письма. Приказала слугам убраться в других комнатах и везде сменить постельное белье.
Так полетели дни за днями. Изабель снова выполняла роль хозяйки дома, давала слугам распоряжения, следила за замком и служила посредником между всех со всеми. Спустя неделю Беатрис чувствовала себя лучше, и вскоре ей было позволено не просто лежать, но и сидеть на постели.
Ричард с Авророй почти не покидали её комнату, выбираясь из покоев только по острой необходимости и нужде. При этом кто-нибудь из них всегда оставался с дочерью. Даймонд так же проводил с Беатрис большую часть дня. Она всё время просила его остаться, а он, по-прежнему съедаемый чувством вины, не мог ей отказать. Лишь пару-тройку раз ему удавалось пообедать или поужинать в обществе Изабель.
– Я вам очень благодарен, – выражал он ей признательность, когда, наконец, ему посчастливилось оказаться с ней за одним столом, – что вы взяли на себя все обязанности по дому. К сожалению, все эти дни вам приходится проводить одной, а я не могу уделить вам хоть немного времени.
– Мне это совсем не в тягость. Я давно научилась справляться со всем сама и не привыкла постоянно бывать в обществе людей.
Даймонд прекрасно видел, что ее слова были очередной бравадой, за которой она пряталась, чтобы никого не обременять ещё сильнее.
– Дорогая, милая Изабель, без вас всем нам было бы намного труднее! И я очень, очень сильно ценю вашу помощь. Даже не представляю, что бы я делал без вас! Наверное, это было провидение, что вы оказались здесь, в моем замке!
Изабель с сомнением посмотрела на Даймонда, но упрекать все таки не стала. В это время в столовую вошёл Джон с подносом в руках. На подносе лежало два письма.
– Милорд, только что пришли почта, одно письмо для вас, другое для сэра Ричарда.
Даймонд взял то, что предназначалось ему, а другое велел отнести наверх, в комнату Беатрис.
Взглянув на имя адресата, загадочно посмотрел на Изабель. Она нахмурилась, так как не могла понять, что бы это значило.
– Угадайте, от кого это письмо?
Она часто заморгала, а потом пожала плечами.
– Не представляю.
– От Говарда Фостера! – радостно воскликнул он и быстро распечатал письмо.
Находясь в ожидании, Изабель смотрела на него и терпеливо ждала, пока его глаза скользили по строчкам. Вот, он дочитал до конца и с загадочной улыбкой на лице взглянул на нее.
– Ну, что он пишет? Жена и ребёнок здоровы? – не выдержала Изабель.
– Они совершенно здоровы! Говард назвал сына Эдвардом, в честь своего деда.
– Замечательное имя! Эдвард Фостер!
– Так же Говард сообщает, что младенец очень похож на него, и это не его слова, а свидетельство других людей. Мари уже полностью оправилась от родов и теперь не отходит от малыша, посвящая ему всё своё время. Пишет, что их счастье не знает границ!
Последние слова Даймонд произнёс с нескрываемой завистью.
– По-моему, нет ничего лучше, чем радость материнства. Мистеру Фостеру очень повезло с семьёй… – но не успела Изабель закончить, как в столовую ворвался Ричард.
Вид его был чрезвычайно расстроенный, отчего сидящие за столом перепугались.
– Что случилось?! Беатрис! Ей стало хуже?! – вскочил Даймонд с места.
Ричард остановился возле стола и растерянно посмотрел на друга.
– Ох, нет, с ней всё в порядке. Мне пришло письмо от поверенного. Я ведь совсем забросил дела. Он пишет, что возникли проблемы с арендаторами и без меня их никак не решить. Даймонд, мне придётся уехать. Прошу тебя, позаботься о моей семье. Как жаль, что именно сейчас мне приходится их оставить!
Отчаяние, которое сквозило в его голосе, побудило Даймонда подойти к другу и в знак поддержки положить руку ему на плечо.
– Тебе не стоит так сильно переживать. Для Беатрис и Авроры я сделаю всё что в моих силах, и даже больше! Можешь спокойно оставить их на меня, с ними всё будет хорошо. Когда ты собираешься отправиться в путь?
– Мне и часа хватит на сборы. Чем быстрее уеду, тем скорее всё решу и приеду.
– Тогда я прикажу подготовить для тебя лошадь.
Вскоре Ричард попрощался со всеми, дольше всех задержавшись в комнате Беатрис, а потом запрыгнул на коня и пришпорил его, гонимый желанием решить все свои дела и вернуться к дорогим ему людям.
Теперь Даймонд с Изабель виделись ещё реже. Беатрис требовала от хозяина дома постоянного внимания и никуда от себя не отпускала. Когда Аврора отдыхала, та настаивала, чтобы именно он был с ней рядом и развлекал ее либо чтением книг, либо разговорами. Несколько раз Изабель пыталась заменить его, но Беатрис сразу же начинала стонать от якобы сильных болей, а потом говорила, что только с Даймондом чувствовала себя лучше.
Чтобы хоть как-то скрасить свое одиночество, Изабель разбила перед домом несколько клумб. По утрам она занималась цветами и саженцами, а после обеда читала или гуляла по саду. Хотя ей было жалко Беатрис, но забытое чувство одиночества противным жалом вонзилось в сердце и давало о себе знать свербящей тоской. Хотя Изабель говорила Даймонду, что привыкла быть одна, но на самом деле страх быть отвергнутой вновь настиг её. Освальд вспоминал о ней, только чтобы в очередной раз унизить и наказать, а всё остальное время её для него не существовало. Мелисса тоже не горела желанием поддерживать с ней дружеские отношения. И теперь, когда Изабель ощутила себя хоть кому-то нужной, снова лишилась этого приятного чувства. Она всячески старалась гнать подальше грустные мысли, но они сидели в голове и отзывались в груди щемящей болью. Как же ей было стыдно, что в такой ситуации она жалела себя. Ей должно быть гораздо важнее благополучие других, а не свое собственное. Все равно ей не суждено было обрести счастье.
Спустя полторы недели от Ричарда пришло письмо. Изабель поспешила наверх, в комнату его дочери, чтобы поскорее отдать письмо Авроре или Даймонду. Когда она вошла внутрь, то увидела, как последний сидел в кресле возле кровати Беатрис и читал вслух лёгкий роман. В это время устроившись на софе в противоположном конце комнаты, Аврора мирно спала. Как только Изабель появилась, Даймонд сразу же оторвался от книги, замолчал и с интересом уставился на нее, а Беатрис скривила рот и с недовольным видом окинула гостью презрительным взглядом. Изабель предпочла не обращать внимание на больную, а показала Даймонду конверт и слегка помахала им. Он тут же поднялся с кресла и, чтобы не разбудить Аврору, прошел к окну, попутно взмахом руки приглашая Изабель присоединиться к нему. Она послушно подошла и встала всего в нескольких дюймов от него, а потом протянула письмо. Даймонд быстро прочитал его и шёпотом сообщил:
– Ричард пишет, что закончил все свои дела и отправляется обратно. Судя по дате, приедет он где-то дня через три. Так что ждать его возвращения осталось совсем недолго.
– Представляю, как сильно обрадуется Аврора.
– Это точно, но пусть пока отдохнет. Расскажу ей, когда проснётся. Она и так мало спит.
Изабель согласно кивнула и, немного повернув голову, посмотрела на улицу. Даймонд прищурил глаза и всмотрелся в нее.
– Изабель, как вы? Мне кажется, что мы с вами не виделись целую вечность. У вас всё хорошо? Вам не слишком тяжело в одиночку заниматься делами по дому?
Его слова вызвали улыбку на ее лице. Она покачала головой.
– Нет. Со мной всё в порядке.
И тут Изабель поймала себя на мысли, что стоять вот так, напротив Даймондом было очень волнительно. Чуть склоняясь к ней, он смотрел таким ласковым взглядом, что у нее просто захватило дух! Внутри росло странное, и до этой поры неизвестное ей чувство. Чувство, от которого она приходила в смятение. Но оно не пугало ее, нет. Наоборот! Оно приятно тревожило, волновало, завораживало и полностью заполняло сердце. Чем дольше она смотрела на Даймонда, тем сильнее испытывала трепет. Вот уже и щеки покрылись румянцем, а глаза стали отражением ее внутреннего состояния. Она смотрела на Даймонда и не могла отвести взгляд. Впрочем, он делал тоже самое. Они стояли друг напротив друга и не произносили ни слова, наслаждаясь так неожиданно возникшей между ними близостью.
Глава 29
Даймонд не мог поверить, что Изабель дарила ему нежный взгляд! Да, да, именно нежный! Как же он соскучился по ее прекрасным синим глазам, прямому и слегка вздернутому носику, пухлым губам и шелковистым волосам. А ее голос? Он услаждал его слух!
Оказавшись рядом с ней, ему было не под силу молчать и он сразу же выдал ей все свои мысли, а она ответила ему улыбкой. Улыбкой! Изабель, наконец, дарила ему надежду! В ее глазах больше не читалось враждебности или настороженности. Она ласкала его пылким взглядом, заставляя гореть от страстного желания заключить ее в объятия и поцеловать. Даймонд потерял счёт времени, не в силах прекратить эту сладостную муку и отпустить любимую, пока вдруг не услышал раздраженный голос Беатрис:
– Даймонд, ты совсем про меня забыл! Ну, что там в письме?
Ее голос прозвучал настолько пронзительно, что в ту же секунду наваждение испарилось как дым. Изабель смущенно отвернулась от Даймонда, стараясь спрятать пылающие щёки, а он испытал болезненное разочарование.
– Через три дня возвращается твой отец, так что скоро он будет здесь, – преодолевая досаду, с некоторой неохотой дал он ответ Беатрис.
– Что? – от громких голосов проснулась Аврора. – Кто будет здесь? – спросила она, зевая и прикрывая рот рукой.
– Ричард, – повторил Даймонд, подошёл к ней и протянул ей письмо.
Аврора вскочила с софы, схватила листок и принялась читать ровные строчки хорошо знакомого ей почерка.
– Доченька, как же хорошо, что совсем скоро мы снова будем все вместе! Ричард смог уладить дела в самые кротчайшие сроки и теперь спешит к нам, чтобы обнять нас! – радостно воскликнула она.
– А что если нам к его возвращению устроить праздничный ужин? – искренне радуясь за леди Труа, предложила Изабель.
– Ну конечно! Нам всем это просто необходимо! – подхватила ее идею Аврора. – Я прикажу приготовить для Ричарда его самое любимое блюдо! Нужно срочно предупредить слуг, чтобы они поставили вымачивать…
– А как же я?! – не дав договорить матери, громко возмутилась Беатрис. – Я ещё не могу вставать! Мне что, пока вы будете там развлекаться, одной тут страдать?!
Услышав ее слова, Аврора так и застыла с открытым ртом, окинув всех беспомощным взглядом. На выручку ей пришла Изабель.
– Если никто не возражает, мы можем устроить ужин в этой комнате. Вот здесь, – она очертила круг, – можно будет поставить стол из гостиной. Он не слишком большой, но его будет вполне достаточно, чтобы на нем поместились все необходимые столовые приборы и блюда. Сэр Даймонд, вы же не будете возражать?
Глаза всех дам устремились на него.
– Это же просто великолепная идея! – посмотрел он с восхищением на Изабель. – Мы уже так давно не ужинали все вместе, что было бы преступлением не возобновить нашу добрую традицию в самое ближайшее время.
Если Изабель с Авророй преисполнились радостью и находились в предвкушении пусть и небольшого, но праздника, то Беатрис с недовольным видом сложила на груди руки и исподлобья посмотрела на мисс Далкейт. Своим вмешательством та разрушила ее маленькую идиллию, когда лишь она владела вниманием Даймонда.
Ещё немного обсудив предстоящий ужин, Изабель пожелала Беатрис скорейшего выздоровления и направилась к выходу. Даймонд стоял у дверей и, когда она проходила мимо, наклонился и, только чтобы она могла слышать, с жаром произнес:
– Изабель, я не представляю своей жизни без вас!
Она тут же возблагодарила небеса, что в этот момент он не видел ее лица, которое горело так, будто она находилась у раскаленной печи. Его слова обожгли сердце и против воли навечно поселились в нем.
Даймонд стоял у окна и, пока Аврора читала Беатрис книгу, наблюдал за тем, как Изабель возилась над клумбами с цветами. Ему хотелось сделать для неё что-нибудь приятное. Но что? Дарить дорогие подарки он теперь боялся, вдруг тем самым снова расстроит её. Тут нужно было что-то такое, что порадует ее, но в тоже время не заставит чувствовать себя чем-то обязанной ему. Что же это может быть? Что же… Что же…
Вдруг, словно молния его осенила гениальная мысль! Не ведая того, но Изабель сама подсказала ему верное направление! От такого подарка она уж точно не откажется!
Неожиданно сорвавшись с места, Даймонд как ошпаренный вылетел из комнаты, никому ничего не сказав. Аврора с Беатрис уставились на стремительно захлопнувшуюся за ним дверь, а потом удивлённо переглянулись и пожали плечами.
Даймонд нашел Джона и передал ему свой приказ, а затем строго наказал, чтобы тот немедленно отправил посыльного исполнить его поручение. Через два дня поручение было выполнено, и с трепетом в сердце, и даже в руках, ранним утром Даймонд держал небольшой свёрток, который был для него ценнее, чем любое самое дорогое украшение.
Когда Изабель спустилась в столовую, чтобы позавтракать, то с удивлением обнаружила там Даймонда.
– Доброе утро, дорогая Изабель! – радостно приветствовал ее хозяин дома, а потом помог ей занять место за столом. – Вы сегодня чудесно выглядите! – учтиво проговорил он и тоже уселся на стул.
Изабель положила салфетку на колени и с интересом посмотрела на него. Ей показалось, что он был как-то слишком возбужден.
– У вас что-то случилось? – поинтересовалась она.
– Почему вы спрашиваете?
– Просто мне непривычно видеть вас здесь в такой час.
– Тогда могу вас успокоить, что у меня всё в порядке. Даже Беатрис уже намного лучше и совсем скоро она сможет самостоятельно покидать комнату.
– Рада это слышать! – произнесла Изабель, а затем взяла свежеиспеченную булку и намазала ее гусиным паштетом.
Даймонд отпил чай.
– Могу я узнать, какие у вас планы на это утро?
Изабель снова посмотрела на него.
– Почему вы спрашиваете? – задала она вопрос, который только что звучал из его уст.
– Просто интересно, – пытался он выглядеть беззаботно.
Хотя она не поверила ему, но все же удовлетворила его любопытство:
– Сразу после завтрака я займусь цветами. Их необходимо полить, а потом проверю всё ли готово для завтрашнего ужина, который, как вы помните, мы решили устроить в честь возвращения сэра Ричарда.
На самом деле она ещё собиралась пересадить несколько кустов роз, но решила, что подобные подробности вряд ли его заинтересуют.
Узнав о ее планах, Даймонд довольно хмыкнул и как ни в чем не бывало продолжил свой завтрак.
Прежде чем заняться любимым делом, Изабель поднялась к себе, переоделась в более подходящий для грязных работ наряд и отправилась на улицу. Но когда она подошла к лестнице, обнаружила внизу Даймонда, который все время посматривал вверх. Как только он заметил ее, тут же расплылся в улыбке и протянул ей руку.
– Ну наконец-то вы идете! Изабель, быстрее спускайтесь, именно вас я уже жду столько времени.
– Могу я узнать зачем? – шагая по ступенькам, недоумевала она.
Сразу же его лицо приобрело загадочный вид.
– Это сюрприз.
Он дождался, когда она оказалась рядом с ним, а потом добавил:
– Прошу вас только довериться мне и ни о чем не беспокоиться. А для начала закройте глаза.
Вместо того, чтобы закрыть их, она ещё больше открыла их.
– А это зачем?!
– Я же говорю, что вам нужно довериться мне.
– Вы что, снова решили похитить меня?
Даймонд засмеялся.
– Если только вы сами попросите об этом. Ну же, смелее!
Она несколько секунд раздумывала, но все таки подчинилась и сделала как он просил.
Даймонд взял её за руку и куда-то повёл. Когда он предупредил ее о двух ступеньках, Изабель поняла, что они вышли на улицу. Пройдя ещё немного, он остановился.
– Можете открывать! – наконец разрешил он, и она быстро распахнула глаза.
Ее взгляд остановился на небольшом столике, на котором лежало несколько луковиц.
– О Боже, да это же… тюльпаны! – поражено воскликнула она и посмотрела на Даймонда. – Но откуда?!
– Это мой вам подарок. Их привезли сегодня утром специально для вас.
Даймонд замер, ожидая ее реакции. Он боялся, что она снова расплачется или скажет, что ничего от него не примет. Но вдруг, Изабель как маленький ребёнок засмеялась и захлопала в ладоши, а потом принялась осматривать каждую луковицу, поднимая ее и вертя перед глазами.
– Среди цветов, которые я выращивала, у меня ещё никогда не было тюльпанов! Родители не могли себе их позволить, а на севере они бы просто не выжили. Даймонд, спасибо, что исполнили мою мечту! – она одарила его таким пламенным взглядом, что ощутил напряжение внизу живота.
Пока он думал о том, как держать себя в руках, она, тем временем, продолжила рассуждать:
– Так, нужно срочно посадить луковицы. Лучше высадить их вон там, – присматривалась она к пустующему месту на клумбе справа от себя.
Приложив неимоверные усилия и немного уняв желание, Даймонд мужественно выпячил вперед грудь и твердо заявил:
– Я готов!
– Вы хотите мне помочь?! – поразилась она.
– А почему бы и нет?
Изабель окинула его оценивающим взглядом с ног до головы.
– Тогда думаю, вам будет лучше переодеться.
Он беспечно махнул рукой.
– Ради тюльпанов мне не жалко испортить свой шерстяной костюм. К тому же, у меня не так много времени. Так что вы поручите мне делать?
Первый раз в своей жизни занимаясь цветами, Даймонд не столько заботился о тюльпанах, сколько хотел насладиться возможностью побыть рядом с Изабель. Желание остаться с ней наедине перевешивало все прочие неудобства.
Пока он перекапывал землю, то успел поведать ей, как в юности вместе с Говардом не раз шутил над маленькой Беатрис. Изабель забавляли его рассказы и она весело смеялась над ними.
Когда лукавицы заняли свое место в лунках, к Даймонду подошел Джон с маленьким подносом в руках.
– Милорд, прошу простить, что отвлекаю вас, но пришла почта. Мне отнести письма в дом или вы их здесь посмотрите?
– Неси в дом, – сразу же решил Даймонд, но через секунду уже передумал. – Хотя давай я их сейчас просмотрю.
Отряхнув руки от земли, он взял конверты и принялся быстро перебирать их. Прочитав имя очередного отправителя, он уже было хотел убрать письмо в конец стопки, как вдруг опомнившись, снова перечитал его. На конверте значилось имя Мелисса Милтон.
В один миг Даймонд покрылся испариной и перевёл встревоженный взгляд с письма на Изабель, но она совсем не обращала на него внимания, присыпая лукавицы землей и похлопывая ладонями по образовавшимся горкам.
– Изабель, простите меня, но я должен покинуть вас, – с трудом выдавил он из себя.
Она взглянула на него.
– Что-то случилось? Да на вас лица нет!
– Нет, нет, вам показалось. Ещё раз прошу простить меня, – и склонив голову, направился в дом.
Как же письмо жгло его руку! Даймонду приходилось смирять шаг, чтобы не перейти на бег и не вызывать у неё ещё больших подозрений. Оказавшись в кабинете, торопливо закрыл дверь, прошел к столу и уселся за него. Одним резким движение сорвал печать, и тут же из недр конверта выпало другое письмо. На нем стояло имя «Изабель». Его он не стал распечатывать, а раскрыл то, которое предназначалось лично ему, и принялся с волнением читать:
«Не скажу, что рада приветствовать вас, герцог Ланкастер, но если бы не одно обстоятельство, я бы никогда не стала писать вам. Вы обманули меня, сначала подарив ложную надежду, а затем жестоко забрав ее, и за это я презираю вас!
Но причина, по которой я вам пишу касается не меня, а моей сестры. Я не знаю, что вы сделали с Изабель, но хочу надеется, что с ней всё в порядке и она всё ещё жива. Если она находится рядом с вами или вы знаете где она пребывает, то прошу вас передать ей второе письмо. Не надеюсь на ваше благородство, но взываю к совести, если она у вас конечно же есть. В письме для Изабель я извещаю ее, что Освальд Гесс как две недели назад скончался от сердечного приступа. Замок и всё его имущество теперь принадлежит ей. Я же переезжаю в Лондон. В письме есть мой новый адрес. Если она решит вернуться, пусть сообщит мне. Я должна поговорить с ней. Прощайте».
Дочитав письмо до конца, Даймонд не сразу осмыслил его содержание. Он ещё раз пробежался по нему глазами и уставился на дверь. Гесс умер… Изабель свободна… Больше ее не связывают брачные узы, а это значит… что он мог жениться на ней!
Эта мысль привела его в восторг и наполнила надеждой и уверенностью на скорое счастье! Теперь ничто не стояло между ним и Изабель! Теперь они могли стать мужем и женой, и как законные супруги обрести покой и уют в объятиях друг друга! Он сейчас же пойдёт к ней и всё ей расскажет, а потом попросит ее выйти за него замуж. А она ещё переживала, что Освальд проживет много лет и не скоро покинет этот бренный мир! Ха! Скоро все его мечты станут явью и Изабель будет принадлежать только ему!
Даймонд бросился к выходу, взялся за ручку двери и уже было надавил на нее, как вдруг его сознание пронзила отрезвляющая мысль. А с чего это он решил, что Изабель захочет выходить за него замуж?! Она не была похожа на влюбленную в него женщину. Почти все дни проживания в его замке она не проявляла к нему симпатии. Кроме упрёков в свой адрес, по сути, он от нее ничего другого и не слышал. Что если узнав о смерти мужа она не захочет, а она не захочет(!), остаться с ним и навсегда покинет его?
Даймонд убрал руку от двери, так и не открыв ее, а затем медленным шагом вернулся к столу и снова уселся в кресло. Нет, он не должен принимать поспешных решений. Нужно всё хорошенько обдумать. Он вновь перечитал письмо. Сейчас он был больше чем уверен, что когда Изабель узнает правду, то без раздумий уедет, а он навсегда потеряет её. Она ни за что не останется с ним.
Перед мысленным взором предстало ее лицо и то, как всего несколько дней назад она смотрела на него. Наконец-то Изабель немного смягчилась к нему. А как радовалась его подарку! Он чувствовал, что между ними протянулась невидимая нить симпатии. Он с таким трудом добился её расположения, что просто не мог вот так легко его потерять! Изабель должна быть с ним. Конечно, он обязан ей рассказать о случившемся, но сделает это тогда, когда будет уверен в её чувствах, когда она сама захочет остаться с ним. А пока ему лучше молчать.
Отперев маленьким ключом ящик стола, Даймонд положил туда оба письма и быстро закрыл их. Он понимал, что действовал эгоистично, но успокаивал себя тем, что Изабель здесь хорошо и нет ничего плохого в том, что не сейчас, а чуть позже она узнает о смерти Гесса.
