Текст книги "С чистого листа 2029 - 2 (СИ)"
Автор книги: Alchy
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
– Это да, – уже серьёзно сказала Настя, – эта семейка, сколько себя помню, всю дорогу пакостной была. А уж как до власти дорвались…
Посидели, Жека рассказал, как всё случилось, преуменьшая опасность – в его изложении вчерашняя поездка звучала как увеселительная прогулка с элементами комедии. Настя дополнила впечатлениями мамы и пересказом сестры, которая ей позвонила первой. Наелись, допили настойку и Света засобиралась:
– Молодежь, я пойду с Мишей прогуляюсь, в парк сходим, он до десяти работает как раз. – Настя стала возражать, что они ничуть им не мешают, учительница с пониманием улыбнулась: – Настя, такие записки, как вчера вечером – просто так не оставляют. Я же вижу, что у вас напряг какой-то, давайте решайте, а мы через часок придём…
– Останься, Свет, – решил Жека, – один чёрт у нас бюджет практически общий, вместе выживаем. Так что тебе тоже лучше это услышать.
– Хорошо, – чуть поколебавшись ответила Света, – только Мишу посажу уроки делать…
Пока Света озадачивала Мишу домашним заданием, Жека с Настей убрали со стола, она принялась мыть посуду. А Жека вышел на улицу покурить, собраться с мыслями. Вздрогнул от окрика Насти:
– Оденься! Не выскакивай на улицу раздетый, что за привычка дурная, мало тебе синяка на полголовы, простыть хочешь?
«Заботится», – Жека послушно накинул куртку, сморщившись, натянул ставшую маленькой пидарку, – «вот как тут врать… Тут только по классике, говорить всё как есть, но не всё и без подробностей…»
Вернулся с улицы – девчонки на кухне сидят, приготовились слушать. Присел за стол, обвел взглядом обоих:
– Кредит я взял, вернее – два кондиционера и расходники различные. По инсайдерской информации нас ждет непростой год и всё это понадобится. А не понадобится, так всегда пригодится и перепродать можно. Можно считать это долгосрочным вложением, за два года инфляция кредит сожрет подчистую, а материальные ценности такими и останутся…
– И правда атомная война будет? – Охнула Света: – Нагнетают и нагнетают, уже сил нет бояться…
– И это тоже возможно, – кивнул Жека, – вариантов событий несколько и все они не очень. Поэтому и хочу подготовиться, ту же тушенку сварить, я взял в кредит то, что нам обязательно пригодится.
– Жень, а зачем светильников столько? – Вкрадчиво поинтересовалась Настя: – Ведь если третья мировая начнется, то откуда электричество возьмется?
– А у нас ведь под Озерском атомную электростанцию запустили, раньше графика. – Задумалась вслух Света: – Сегодня на открытом уроке эту тему обсуждали, первый энергоблок ввели в эксплуатацию, через три месяца обещают второй включить. Так что свет будет, да?
– Да, – согласился Жека, – а вот пепел и сажа, поднявшиеся в атмосферу, закроют солнце. Так что и кондиционеры, и лампы – обязательно пригодятся. Ну и плюсом будет то, что кредит не придется отдавать…
Посмеялись все вместе, нервно, но обстановка разрядилась. Света спросила, на какую сумму оформлены кредиты, быстро подсчитала. Тряхнула головой:
– Потянем, вы всё равно вдвоем в Жениной комнате живёте. В твоей, Настя, хоть сейчас можно мини-оранжерею устроить, хоть зелень свежая будет. Выплатим, особенно если Женя так же крутится будет, весной дачей займемся всерьёз, все вместе.
– Да у него и так с февраля до весны там рассадник всего, – согласилась Настя, – прибрал пока всё в шкаф и кладовку. Рассаду для дачи готовит, а с этими лампами, что заказал, да в таком количестве…
– Тем более, – возразила Света, – правильно Женя сказал, что это актив, который если не использовать самим, так продать можно. С двадцать седьмого года, как коноплю разрешили курить и выращивать, так полгорода по вечерам из окон этими лампами отсвечивает…
Помолчали, дружно, не сговариваясь – уставились в окно, где крупными хлопьями валил снег в ночи, лениво кружась и выделывая пируэты в свете уличного фонаря. Настя пожала плечами, сдаваясь прижалась к Жеке, проворчала:
– Вот никогда не понимала эту эстетику выживания после катастрофы, бесило прямо, ни фильмы, ни игрушки не нравились. Даже Робинзон Крузо вызывал непонимание, как так жить можно… Словно сердцем чуяла…
– Ну, – Света размышляла рационально, – раз никто не собиратся сложить лапки на груди и умирать, то не всё так плохо. Да, Женя? Вот эти бомбоубежища, у начальная военная подготовка в школе сейчас обязательный предмет, всё это звенья одной цепи?
– Да, – Жека почесал нос, – да вы не ждите что ужас-ужас будет, скорей всего ограниченное применение будет, но вот последствия несколько лет разгребать придется…
Настя вроде прислушалась к аргументам, но проявила упрямство, задав каверзный вопрос:
– А как же радиация?
– А что радиация, – рассудительно ответила Света, – у нас люди в области живут и ничего, «Маяк» совсем рядом. В Сибири Железногорск есть, так что больше пугают, планета и не такое видела, а мы поумней динозавров.
Разошлись по комнату, Жека радовался, что и девчонок морально подготовить получилось, не выставив себя конспирологом – они хоть и не поверили безоговорочно, но задумались. И как лыко в строку: СМИ с истерией по поводу большой войны, подготовка убежишь, да и сама жизнь, с только что отгремевшими беспорядками в городах и магазины с лимитированной выдачей продуктов… Так что поверили, не всему, но тому, что ждут непростые времена – поверили безоговорочно.
Настя, правда, уже в постели, когда спать легли – прикусила его за ухо и спросила требовательно:
– Женя, я ведь чувствую, что ты что-то скрываешь. Врорде и правду говоришь, складно всё, а ощущение осталось…
Жека скрипнул зубами:
– Да чо я вру-то? Просто разные варианты могут быть, все эти сценарии после катастрофы и последствия только на компьютерах просчитаны, как оно в реальности выйдет – сами увидим, не дай бог конечно…
– Ну ладно, смотри, если обманешь… – Настя полежала спокойно, потом снова обняла его и прошептала на ухо: – Но знай, даже если весь мир завалит радиоактивным пеплом, я буду тихо стоять за твоей спиной и подавать фитолампы! Эх, жалко, что после ядерки такой статус вконтакт не поставить…
Глава 14
14.
'Мы шли дорогой горемык искать свою судьбу
В одной деревне на ночлег старик пустил в избу
Мы пили крепкий самогон – хозяин был к нам добр
Река бежала за окном, шумел сосновый бор
Я пью чуть больше чем могу, но меньше, чем хочу
Когда я пью, я не пою – я не пою, кричу
Никто мне глотку не заткнёт, не запретит мой пляс
Но тут старик сказал: «Дай я…» и начал свой рассказ…'
Сплин
В пятницу утром, проводив всех на работу, Жека набрал Ильяса:
– Салам пополам, не отвлекаю?
– И тебе не хворать, говори.
– Да я про охоту сегодняшнюю, накидай в общих чертах, чо брать, чо делать будем. Я же не настоящий охотник, у меня сайга просто есть. А ты меня так ни разу и не взял на охоту…
– Сам виноват, – Оживился друг, – то тебе некогда, то ты не пьёшь. Поработать придется, охота это тебе не увеселительная прогулка, сам убедишься. Хорошо, кстати, что спросил, мы туда с пустыми руками не ездим, – здесь Ильяс самую чуточку замялся, – я обычно настойку везу, Ильдус расходники всякие. Качественно спиртное для нас и мужиков я возьму, а ты можешь водки достать?
– Могу, она же пока не по нормам продается, – неуверенно сказал Жека, подсчитывая, сколько у него денег в наличии, – а зачем, у меня тоже настойка есть твоя, сколько надо?
– Не трожь стратегические запасы! – Предостерёг Ильяс и подкинул идею: – Я не про магазинную водку, а про левый контрафакт, друга своего потряси, делец который. Смысл вот в чём: Игнат, егерь, предлагает уток, по две штуки за бутылку сменяет. Магазинную жаба душит брать, а вот по дешевку если левой вырубить… Только смотри, чтоб нормальная была, а то потравим полдеревни, к кому в следующий раз ехать…
У Жеки от предложенного варианта, как у той лисы из басни – от жадности в зобу дыханье спёрло. Перевел дух и предложил:
– Да ради такого варианта и магазинной взять можно, я в деле! Сейчас подобью бабки, если надо, по знакомым пробегусь и займу!
– Отставить занимать! Жека, это не те утки, это дикие, кряквы там, чирки и прочая фауна, так что надо именно дешевой достать…
– А сколько весят? Ты вот давал мне утку в прошлом году какую-ту, так она на два с чем-то вытянула.
– Я тебе селезня давал, и крупного, там до кило они, плюс-минус. Давай, подсуетись, до восьми вечера ещё есть время.
Друг едва не положил трубку, Жека, занятый подсчетами – в последний момент сообразил:
– Подожди, а сколько нам наменяют утятины? Ящик, полтора брать?
– Игнат сказал, что всё возьмут, сколько привезем. – Ильяс задумался, затем выдал: – Что в мой багажник поместится, у Галяма занят будет полностью, он бензина подкопил, его повезет. Ну не знаю, четыре шесть ящиков точно можно взять, считай ещё что лося нам ещё с собой обратно везти, вот и прикидывай, сколько влезет. Галям опять же, с прицепом поедет, так что дерзай – сколько получится достать, столько и бери…
После звонка достал листок бумаги, на телефоне открыл калькулятор и занялся подсчётами. Итоги порадовали, оставалось ещё с Гришей связаться, для полного счастья. Впрочем, про себя Жека уже решил, что даже если Григорий ничем не поможет – закупится в «Красно-Белом», Свету и Настю растрясет и к дяде Ване забежит. Пусть пенсионер кубышку распечатывает, ради такого дела. То, что дед откладывает на свои похороны, Жека знал, тот сам неоднократно ему об этом говорил, просил проводить в последний путь достойно…
«Какие похороны, тут выживать надо и утятиной закупаться на всё, пока возможность есть», – репетировал он предстоящий в перспективе разговор с пенсионером, – «потом тоже на тушняк её, да поварить побольше, не хуже консервов „цыплёнок в собственном соку“ выйдет. Главное, специй туда не жалеть…»
Набрал Гришу, спросил про водку, особенно упирая на то, чтоб и дешевая была, и качество нормальное. Гриша замялся и замолчал, Жеке пришлось даже напомнить о себе:
– Алло, уснул что ли?
– Евгений, а можно поинтересоваться: ты у меня сейчас как друг или как мент спрашиваешь?
Пришлось объяснить с помощью нецензурной лексики и детально. Гриша заинтересовался не меньше, чем Жека после звонка Ильяса, театрально застонав:
– Евгений, такие вещи надо заранее согласовывать! Мне нужно время…
– Сам вот только узнал и тебя набрал. – парировал Жека: – Думай, тушка утки, дичь уральская, выросшая на вольных хлебах или чо они там жрут, без ГМО и антибиотиков, за какую-то жалкую бутылку водки, можно даже без акцизной марки. Сколько тебе надо времени?
– Часа три-четыре. – Ответил Гриша не раздумывая. – Где я тебе без акцизов возьму, это же контрафакт, практически ничем не отличается от настоящей…
Жека выдохнул с облегчением, договорились, что после семи вечера заедут к Грише и заберут всё, что тот сумеет достать. Тут же набрал Ильяса, обрадовал его.
– Вот, я ни в тебе, ни в твоём друге не сомневался! – На заднем фоне у Ильса что-то гремело, жужжало и стучало: – Лады, замётано, я пораньше отпрошусь, приеду после семи, на связи.
– На связи…
«На ровном месте утятины получилось достать», – потирал руки Жека, – «с каждой бутылки по тушке и без всяких вложений, ай да я, ай да молодец! Но всё это придется на четверых раскидывать, если я правильно понял, меня ведь тоже на охоту не просто так берут. Ладно, грех жаловаться, даже если ящик водки будет, то это сорок уток. Двадцать Грише, двадцать нам на четверых, по пять прекрасных, дивных жирных птиц на рыло. И деда не придется беспокоить, он к своим похоронным трепетно относится, америкосы так свой Форт-Нокс не охраняют…»
День, определённо – с утра задался и Жека даже забыл про шишку на голове. То ли эйфория от предстоящей удачной сделки накрыла, то ли и впрямь, сбылись слова судмедэксперта, бросившего при осмотре:
– Да как на собаке заживет…
Ещё раз проверил, всё ли собрал: аптечку на этот раз особенно тщательно проверил и, подумав, доложил туда бинтов, флакон перекиси водорода и пачку ибупрофена. С собой перекус тоже приготовил, оставив пока термос открытым на кухне: кофе и сахар засыпан, осталось залить кипятком, сунуть в рюкзак и в путь-дорогу. «Как я перед Кундравами не хотел тормозок брать», – вспоминал среду, – «хорошо, что Настя настояла, потом все вчетвером поели, так бы оголодали. А зная Галяма и его „тщательное планирование“ – ещё бы обезбола рецептурного в аптечку не мешало добавить…»
До самого вечера места себе не находил, представляя, как они будут охотиться. В первый раз едет, считай, до этого только с Ильясом на озера катались и речку, браконьерили, ставя сети и с удочкой сидели. А здесь лось и утки. Утки ладно, их уже добыли, а как лося брать будут? В общем, Жека был на взводе до вечера: «Настоящая охота, это тебе не древний фильм „Особенности национальной охоты“, где все стереотипы собрали. Лишь бы не облажаться…»
Из памяти его как-то вылетели несколько моментов с рыбалки, ничуть по накалу идиотии не уступающие фильму. То они с Ильясом с утра не могли сети найти, которые вечером поставили, так и уехали без них и рыбы, несолоно хлебавши. То дальний родственник Ильяса, накурившись травы с похмелья – сожрал приготовленный для прикормки и ловли паренный горох, пока они переплывали реку и пришлось в результате ворочать камни на берегу, пытаясь хоть червя найти.
Всякого хватало, может поэтому Жека на подсознательном уровне так и не выбрался ни разу на охоту – одно дело на рыбалке пить, другое – пьяные мужики с огнестрелом. Жека почесал затылок, где под шевелюрой скрывалось несколько шрамов: лет пять назад осваивал спиннинг под руководством друга, и при отработке энергичного заброса блесны со спины – вогнал себе туда тройник. Да так капитально, что пришлось возвращаться в город – самим вытащить не получалось и анестезия не помогала, протрезвел тогда сразу. И к спиннингу охладел…
«Да не, взрослые же уже, на этот раз нормально всё будет…» – успокаивал он себя, но аптечку, на всякий случай – ещё раз перепроверил, добавив две пачки активированного угля. И тормозок с перекусом дополнил десятком вареных яиц (на всех) и тонко нарезанными пластами сала: «На улице минус двадцать давит, на выходные минус двадцать пять „гисметео“ обещает. А горах, да возле озера – все тридцать может щёлкнуть, особенно с утра, никак без жирной и калорийной пищи…»
После двух вернулась с работы Света с Мишей. Пацан, почувствовав настрой Жеки – пристал с расспросами, пришлось ему рассказывать про охоту. В глазах у Мишани, по мере повествования – такая тоска и желание отправится вместе с Жекой на это чудесное мероприятие сквозила, что пришлось объяснить, почему ему нельзя:
– Нет, Мишаня, тебе рано пока, несколько лет подождать придётся. Но уже весной начнем с тобой проходить курс молодого бойца на даче, будем смотреть, как там себя покажешь. Посмотрим, как сорняки уничтожать будешь и за колорадским жуком охотиться. Да не куксись ты, мне вот тридцать лет и первый раз на охоту еду, до этого по нормативам не дотягивал, а тебя с детства готовить будем…
Миша, несколько успокоенный – принялся играть в «охоту» с Марысей в коридоре. А Жека снова завалился на диван, набираясь сил и смотря так полюбившийся ему сериал. После обеда легкая головная боль немного давала о себе знать, всё-таки для неё встреча с прикладом не прошла бесследно…
После шести вечера приехала с работы Настя, все вместе поужинали, Жека давал последние наставления перед отъездом:
– Если заказы с маркетплейса придут, то пусть лежат, не вздумайте забирать, там и негабарит, и тяжелое, меня ждите.
– Женя, а ты когда последний раз там что-то заказывал? – Подняла на него удивлённые глаза Настя.
– Клавиатуру механическую, вернее, сразу три, – Жеке пришлось задуматься, вспоминая, когда это было, – в конце двадцать шестого. Тогда как цены начали скакать, я сразу три и заказал. Первую убил уже, сейчас второй пользуюсь, новенькая в заначке…
– Страшно далёк ты от народа, Женя, – включилась в разговор Света, переглянувшись с подругой, – мне третью неделю заказ не могут привезти, статус в пути стоит, из Новосибирской области. А у тебя не один товар, как мы уже выяснили, хорошо, если до нового года привезут…
Не стал язвить по поводу того, что настоящий мужик всё добывает сам, а не впадает в зависимость от пунктов выдачи – себе дороже, Света с Настей спелись давно. Попробуй над ними поязвить – сам объектом шуток станешь, поэтому поблагодарил за ужин и засобирался в дорогу. А тут и Ильяс позвонил, что подъезжает. Взял сайгу в руки, за спину рюкзак и заторопился на улицу, покурить успеть до приезда друга…
Через десять минут они уже стояли у подъезда Гриши, подъехав ровно в тот момент, когда он вышел – словно поджидая их за дверью. Жека приоткрыл дверь:
– Айда, Гриша, садись. – Едва он залез в салон, Жека задал мучавший его с самого утра вопрос: – сколько достал?
– А точно за бутылку по утке?
Вопросом на вопрос ответил коммерческий приятель Жеки, на что сидевший за рулём Ильяс поперхнулся и поспешно отвернулся. Гриша усмехнулся:
– Да всё нормально, парни, я тоже эту водку взял под честное слово и что до понедельника отдам за неё утятиной, по утке за каждые две бутылки. Шесть ящиков, водка левая, но качество на уровне, такой же спирт, как на нашем ликёро-водочном. А если честно, это тот же самый спирт, но я вам этого не говорил…
Ильяс не выдержал и захохотал в голос, на недоуменные взгляды ответил спустя некоторое время, просмеявшись и вытирая выступившие слёзы:
– Копать-хоронить, рыночная экономика наглядно и в картинках. А сколько самому последнему человеку в цепочке достанется, пух и перья от этой утки?
– Жиза… – развёл руками Гриша: – Пойдем, поможете, каждому по два ящика и за раз спустим, только давайте без шума и палева.
Потом все вместе поднялись к нему и спустили водку в машину, под пугливый шепот Гриши:
– Аккуратно, Евгений… Тихонько, Ильяс, чтоб не брякало, не надо соседей дразнить, и так косо смотрят…
С Галямом и Кузьмичем встретились в старом городе, по быстрому перекурили на улице – мороз ощутимо давил, чем ближе к ночи, тем сильнее. Определились с порядком движения: Галям на своём китайце с прицепом и в авангарде, Жека с Шамой замыкающие. И тронулись в путь…
Жека в машине вспомнил восторженный вид Кузьмича, усмехнулся и на всякий случай посмотрел в зеркало: «Да нет, показалось, я же взрослый мужик, где только не был и чего только не видел. Ну и погода, надеюсь, не в ночь на этого лося пойдем…»
На выезде на М5 Галям остановился возле поста, вышел из машины, недолго переговорил с несшими службу бойцами. Затем подошел к машине Ильяса, дождался когда тот откроет окно и недовольно бросил:
– На трассе всё спокойно, подъем на Уреньгу не стоит, как в гололед, путь чистый. Хули встали, поехали!
Тронулись вслед за Галямом, Жека поинтересовался у друга:
– Чего это он?
– Так на охоту едем, – пояснил Ильяс, – нервничает и в предвкушении. Не, так-то он не пьёт, но на охоте – святое дело…
На трассе и впрямь было чисто, обгоняя редкие машины – домчались до поворота на Зюраткуль, свернули налево. Въехали на живописный участок дороги, с двух сторон обрамленный берёзами, высаженными словно по линейке. Жека вспомнил, как летом сюда ездили несколько лет назад, с племянниками: жара, раскидистые берёзы стоят вдоль края дороги, даруя спасительную тень. И поежился от контраста – в зимней ночи, лишенные листвы деревья смотрелись не так шикарно, больше ассоциируясь с фразой из какого-то старого фильма: «а вдоль дороги мертвые с косами стоят…»
Жека отогнал от себя невеселые мысли: «как бы не накаркать, тьфу три раза», и спросил у друга:
– Ильяс, а ты не в курсе, там зоопарк живой сейчас на озере?
Тот покосился на него с недоумением:
– Ты чего, маленький что ли? Мы на охоту собрались, а не в зоопарк…
– Да вспомнил просто, там медведь такой смешной был, мы его сгущенкой кормили. Банку ему закатываешь в клетку, он её в одну лапу хватает, второй по ней хлопает и всё, жестянка расплющена, мишка сгуху с лап слизывает…
– Не дай бог, – Ильяс покосился на Жеку и усмехнулся, – спят они сейчас. Представь, что вместо банки твоя голова будет, ну их, этих медведей. Тоже нервничаешь? Расслабься, у нас сейчас свой зоопарк будет, Игнат баньку обещал истопить к приезду…
Не проехав и пяти километров по берёзовой аллее, Галям мигнул стоп-сигналом и остановился, Шама последовал его примеру, припарковавшись у обочины. Повернулся к Жеке:
– Традиция такая, посты все проехали, ГИБДДешников тут не водится. Тут останавливаемся и у Магнитного, закусь есть? Пошли в машину к старшине, видишь сидят и ждут…
Прихватил бутылку настойки и вылез из салона, Жека за ним, выудив из рюкзака тормозок. Минут пять посидели у Галяма, выпив по две стопки и символически закусив, скорее – занюхав. Благо и старшина предупредил:
– Не налегайте на хавку, минут через двадцать по человечески за столом посидим. – Прижмурил глаза: – Игнат такую шурпу варит, пища богов!
Ильяс по дороге проинструктировал друга, рассказав о Игнате:
– Мужик колоритный, вторую чеченскую прошел, егерем тут работает с нулевых, знает всех и его все знают. Увидишь, короче, они с Галямом старые кореша, могут дурковать немного под синькой, ты им не перечь, главное. Одно слово – офицеры…
Жека кивнул, мол понял. В голове слегка зашумело, в теплой машине было тепло и уютно, пусть на улице мороз и, а за окном уже самая настоящая тайга – со всех сторон подступали сосны и ели. Асфальт сменился гравийной грунтовкой, дорога взяла круто в гору. Жека потянулся было в карман за сигаретами, но спохватился, вместо этого включив магнитолу, со словами:
– Чего там у тебя есть?
Из динамиков грянуло:
'Осыпается листва, наступают холода,
Но весёлая шпана не скучает никогда.
Кровь разгонит самогон, а на погоду нам чихать.
И пойдём по переулкам приключения искать…'
А. Дюмин
Жека, обычно не любивший шансон, прислушался и расплылся в улыбке. Ильяс подмигнул:
– Вот-вот, Жека, про что я и говорил, настоящим ментом становишься. Уже и в шансоне разбираться начинаешь…
Подъехали к шлагбауму перед посёлком Магнитный, Галям три раза коротко просигналил, из будки выглянул охранник. Присмотрелся и скрылся внутри, через несколько минут выйдя уже одетым. Ильяс толкнул Жеку:
– Бери закусь, сейчас по одной, перекурим и уже до озера без остановок, минут двадцать и на месте.
И правда, замахнули по стопке, почти половину бутылки оставив охраннику, и снова расселись по машине. Жека спросил:
– А не жирно ему столько оставили?
– Не-а, – помотал головой Ильяс, – тут же пропускная система, а мы обратно совсем не пустые поедем. Это же заповедник…
Жека замолк, решив больше не задавать вопросов: «помолчи и за умного сойдешь, сейчас сам всё увижу…»
Немаленький посёлок проехали насквозь, держа курс на самый край, мимо респектабельных особняков и коттеджей. Подъехали к скромному, но добротному рубленному дому, на воротах которого красовались два выбеленных солнцем и дождями черепа: лосинный и медвежий.
– В натуре, колоритный этот ваш Игнат… – Удивленно проговорил Жека, выбираясь из машины.
– А то! – Подмигнул ему Ильяс. – Сейчас познакомитесь…
Распахнулась дверца рядом с воротами, вышел крепкий мужик с окладистой русой бородой, на вид ему можно было дать и сорок, и пятьдесят лет – точней не определить сходу, борода возраст скрадывает. Рост под два метра, накинутый на футболку полушубок расстегнут. С Ильясом и Ильдусом он обнялся, Жеке и Кузьмичу протянул по очереди руку, размером с малую саперную лопатку, представился:
– Игнат. Будем знакомы и добро пожаловать. Галям, Ильяс, загоняйте машину, сейчас пиздюки ворота откроют. А вы проходите во двор пока, бычки не разбрасывать, если курите, у крыльца ведро под пепельницу. – У Галяма спросил: – Натаскиваешь, нормальные парни?
– Свои, да. – Кивнул старшина.
Ильяс шепнул Жеке:
– Сейчас увидишь этих пиздюков, дети его, Андрон и Слава, наших лет…
Открывшие ворота мужики, под стать Игнату, подошли к отцу и гостям, обменялись рукопожатиями. Галям с Ильясом загнали машины, сыновья Игната скоро закрыли ворота, вставив в проушины увесистую жердину. Принялись за разгрузку привезенных ништяков, Игнат довольно оглаживал бороду, особенно обрадовавшись канистрам с бензином:
– Вот это дело! Ну давайте, перекурим и за стол, по быстрому за встречу, а потом в баню. Два раза подкидывали, каменка добела раскалилась…
Прошли в дом, Жека огляделся с удивлением, ожидая увидеть жилище егеря другим. А тут типично городская квартира, разве что стол широкий и длинный, вдоль стены лавка из досок, да русская печь. Но на стене – телевизор здоровый, в соседней комнате краем глаза заметил включенный монитор и системный блок рядом, мигающий светодиодами. В углу холодильник, рядом с ним вертикальный морозильный ларь, литров на двести пятьдесят, если не больше.
И запахи: какие-то сушеные травы, от печи пышет приятным теплом после мороза, и пахнет вкуснейшим варевом мясным, с чесночной ноткой. Жека сглотнул слюну, покосившись на накрытый к их приезду стол. Ильяс выставил на стол сразу пять бутылок своей настойки приговаривая:
– От нашего стола вашему, чем это пахнет так, Игнат, давай за стол уже…
– Шурпа из косули, да потом ещё утятины туда покрошил. – Игнат скривился и пожаловался: – Надоела уже, вам сварганил, похлебаете в охотку. Колбасы привезли?
– А как же! – Галям расстегнул сумку, достал два увесистых батона, протянул хозяину: – Докторская, как ты любишь.
– Ну, – нахмурил брови Игнат, – стволы в шкаф убирайте и прошу за стол…
Все дружно прошли в третью комнату, за Андроном, убрали своё оружие в железный шкаф, который сын Игната тут же закрыл, спрятав ключ в карман. Вернулись обратно, уселись за стол, Игнат выставил на середину здоровую кастрюлю, с торчавшей в ней поварёшкой, от которой и исходил тот самый сводящий с ума аромат, распорядился:
– Накидывайте, у нас самообслуживание. – Дождался, когда все себе налили шурпы, выдернул пробку из бутылки: – Ну, вначале за приезд накатим. Кузьмич, Жека, вы у нас в первый раз, сегодня отдыхаем в меру, а завтра с утра в лес, далековато придется за мясом идти, туда-то под гору, зато обратно в гору. И километров восемь, так что сильно не злоупотребляем…
После чего разлил всю бутылку по семи граненным стаканам и пододвинул к себе вторую:
– Ну, чего смотрите, за приезд!
