Текст книги "Первый Артефактор семьи Шторм 6 (СИ)"

Автор книги: Юрий Окунев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Затем приходила очередная группа демонов и пыталась выкинуть незваных гостей с гранитной платформы. Сначала пытались отправить больше солдат, но ширина лестницы не позволяла им воспользоваться преимуществом.

Затем пришла очередь разнообразных одарённых. Эти оказались умнее прошлых, строили щиты и атаковали разными атрибутами. Защитные артефакты людей скрипели, стонали и периодически сгорали.

Яростный приказал экономить их, уворачиваться, убивать раньше, чем атаки дойдут до них, но всё равно запас щитов неуклонно таял. Как и надежда, что они смогут вернуться домой через этот проход.

За эти сутки все получили по несколько ранений, но пока везло, что неглубокие и не страшные. Даже Роксана, которая теперь постоянно присоединялась к защите, прорезая строй врага своей страшной огненной магией, сломала два пальца, вручную сталкивая тяжеленную тушу демона-гвардейца, который присоединился к очередной атаке.

Виолетта, которая теперь прижимала к себе обожжённую руку, даже хихикнула:

– Был бы здесь Кирилл, мы могли бы вообще о ранениях не переживать.

Все улыбнулись, но понимали, что в этот раз Кириллу повезло больше всех. И надеялись, что Шторм с той стороны что-нибудь придумает.

А затем случилось это: разрыв над ними мигнул, резво расширился на мгновение, а затем сузился, превратившись в сияющую точку. На неё было больно смотреть, будто кто-то светил с той стороны очень мощным фонарём. Однако всем стало ясно одно: теперь выхода, через который они могли бы пройти, больше нет.

После этого они приняли решение уходить с платформы. Прорываться из лагеря и искать убежище. Где? Как? Они понятия не имели, но оставаться наверху, без надежды на отступление, не могли.

Поэтому дождавшись очередной пересменки на лестнице, они рванули вниз, выжигая оставшихся охранников и направляясь в сторону выхода из лагеря.

Что их ждёт? Скорее всего смерть. Но сжав зубы, Яростный вёл своих людей вперёд, молясь про себя:

– «Шторм, придумай что-нибудь! Ты же бог, чтоб тебя!»

Глава 18
Расчеты

Пётр Меньшиков замер статуей и слился с небольшим лесочком, что чудом уцелел после пожара, устроенного Князем Огня. Он смотрел перед собой, но ничего не видел.

Потому что последнее, что отпечаталось в его мозгу, было бледное, застывшее в потерянном состоянии лицо Роксаны, падающей в бездну между мирами.

С тех пор, как это случилось, прошли часы. Проредившие свои ряды демоны рыскали по парку в поисках людей, не понимая, что почти все пришедшие канули в разрыв. Рыли носом землю, но не замечали невидимого наблюдателя, слившегося с самой тенью.

Возможно потому, что наблюдатель сейчас и сам был не совсем здесь.

Меньшиков не мог понять, что произошло. Как это могло случиться. Почему Роксана в принципе здесь оказалась. И спустя часы озарение настигло его: она почувствовала его присутствие, заметила, когда он пришёл «проститься». И пошла следом.

Для того, чтобы защитить её от себя, от своей сути, а также отомстить Шторму, он пошёл навстречу своей судьбе. Но теперь вместо этого он сидит в кустах, проживая минута за минутой то, как его любимая пропала.

Спустя неизвестное количество времени тёмный одарённый очнулся от своего забытья. Несколько демонов пронеслись недалеко от него, направляясь в сторону укрытий, которые они выстроили ранее. Они обеспокоенно переговаривались на своём языке и тыкали оружием в противоположную сторону парка.

Накатившее поле энергии Пётр не спутал бы ни с чем. Он подобное чувствовал тогда, в небе над особняком Шторма. Что-то, что смогло его сбить с толку, уронить на землю, а затем, за мгновения до касания земли, подорвать жемчужину опыта.

Теперь он уже не сомневался, что это был Шторм. Как и сейчас. Его энергия кругами расходилась по парку, накатывая волнами, цепляя из-под земли, как острые крючья.

Затем пришли крики, от которых Меньшикову стало не по себе. Это были мучительные стоны, от которых его окаменевшее сердце на мгновение дрогнуло. А затем пришло злорадство: он слышал, что умирают демоны. И как бы близок к ним он не стал, он испытывал радость, что твари сейчас страдают.

– Я всё помню, – прошептал он, поправляя одежду. После этого он по большой дуге обогнул лагерь демонов.

Когда он увидел, что у лагеря и внутри него завязался бой, то понял, что Шторм уже внутри. Решение пришло мгновенно: если тот выживет, Меньшиков поймает его на выходе, там, где Сергей будет максимально расслаблен.

Однако от увиденного дальше Пётр споткнулся и замер: перед ним оказалось поле, усеянное мёртвыми демонами. Их тела прижимали к земле странные тонкие крючья, словно под землёй спрятались сотни рыбаков, которые поймали добычу и прищемили её к поверхности.

– Когда ты стал так силён, Шторм? – пробормотал под нос Меньшиков. Он даже на мгновение задумался, а стоит ли реализовывать свой план.

За спиной громыхнуло сильнее, чем раньше, Пётр перестал стоять столбом и понёсся прочь. Мимо несколько раз мелькнули странные тени, но он не обратил на них внимания: не реагируют на него и хвала небесам. Только внутри нарастало напряжение.

Он использовал тёмный Дар, чтобы перекинуть себя через забор. Прыжок вышел круче, чем у кенгуру, только асфальт больно ударил в пятки при приземлении. Воздух всё ещё пах гарью и немного тленом с кислой примесью разложения.

Быстро оглядевшись, Пётр скрылся в тени дома, сливаясь с тьмой, будто он часть её. Теперь даже в упор его никто не заметит.

Он научился этому дома, когда его начали избегать. Несмотря на, а скорее благодаря демоническому заражению, он повысил своё сродство с атрибутом тьмы и теперь мог работать с ней в самых разных ипостасях. А ведь тень – это будущая тьма, так что Меньшиков научился становиться совсем незаметным. Даже на виду у других.

Зов внутри него становился всё сильнее, но Меньшиков сжал кулаки, перебарывая себя. На мгновение его снова уколола вина: упасть в разрыв между мирами должен был он, а не она. Но теперь разрыва нет и Зов тянет его в другую сторону.

Но всё же прежде, чем он пойдёт искать другую дверь, он должен закончить с делами.

Ждать пришлось недолго: через ворота в парк Пётр увидел, как по мёртвому полю бежит Шторм в компании крупного мужчины и огромной лисы. Меньшиков даже несколько раз проморгался, чтобы убедиться, что его не глючит. Но затем он вспомнил некоторые виды из Холла Героев и соединил отдельные факты.

– Ты полон сюрпризов, Шторм, – пробормотал он, чувствуя беспокойство.

Затем он увидел, как Сергея окружили, завязался короткий разговор. Шторм стоял ровно, будто перед ним стоял не демон почти в два раза выше, а обычный человек, ещё и не слишком опасный. Огромный лис прикрывал спину, пока мощный мужчина оглядывался по сторонам.

От следующего события Меньшиков чуть не выпал из тени. А всё потому, что на Атерона посыпались мелкие и многочисленные огненные шарики. На мгновение сердце тёмного одарённого пропустило удар: он узнал Дар и на секунду поверил, что Роксана вернулась.

Но затем он понял, что почерк атаки иной – в бой пошёл Кирилл Привалов.

Мелькнул огненный меч – настоящий артефактный меч, напитанный Даром огня, – упал на голову демона, но тот подставил руку в наруче и с искрами остановил удар. После сразу завязался яростный ближний бой.

Меньшиков был уверен, что Шторм воспользуется ситуацией и убежит, но вместо того он бросился на помощь Привалову. И что ещё больше удивило тёмного – он начали вместе работать! Когда Привалов и Шторм успели сработаться⁈

Сейчас было бы очень удачно ударить Шторма в спину, ранить, но Меньшиков не готов был подставлять друга. Привалов дрался как зверь, но он всё-таки человек против демона, а эти твари непредсказуемы! Пусть мелочь боится артефактов, но Атерон доказывал прямо сейчас, что он так просто не сдастся даже против них!

Мужчина и лис отбивались от остальных демонов, что сжали плотное кольцо, и даже здесь Меньшиков чувствовал мощь Дара. Казалось, что перед ним идёт схватка богов, настолько чувствовалась сила магии. Но он отгонял от себя глупые мысли: богов нет, а если они случайно появляются, то Церберы отлавливают их и уничтожают.

Наблюдая за боем, он сам не заметил, как сжал кулаки и начал внутренне болеть за людей. Ему казалось, что ещё несколько ударов и демон падёт, разрубленный на части. Но это оказалась лишь мечта.

По парку разошлась кровавая волна, и Атерон за несколько секунд увеличился в размерах. Его руки и ноги стали ещё толще, а Дар моментально подавил силу противников. Трое человек и лис упали на колени, не в силах противостоять чужому влиянию.

– Черви! – пророкотал на весь квартал Атерон. – Мало кто способен довести меня до бешенства. Но вам удалось. А значит теперь умрёте не только вы, но и всё живое в округе! Мне нужна кровь! – рявкнул он, выпуская из ладони длинный ярко алый клинок.

Демоны, что остались на ногах отшагнули назад, но тут же подняли в воздух кулаки и закричали, приветствуя своего командира. Высший демон плавно повернул клинок острием вниз, после чего коротко замахнулся и рубанул по Привалову.

Рука Кирилла, тлея на лету, упала за землю. Сам же Привалов кратко крикнув, упал на бок, видимо потеряв сознание от боли.

В следующую секунду алый клинок погас, как гаснет свеча, которую задул ветер. Шторм, который только что стоял на коленях, медленно поднялся.

Атерон попробовал вызывать ещё один меч, но он лишь вспыхнул на мгновение и снова погас. Ярким серо-белым светом блеснул короткий меч Шторма, после чего правая кисть демона взлетела в воздух и упала в стороне.

Высший демон пошатнулся, глядя не верящими глазами на культю. В это время в парке поднялась песчаная буря, скрывая людей и уже через минуту троица бежала по дорожке у ворот парка. Точнее, двойка бежала и тащила раненного Привалова. Лиса прикрывала им отход.

Меньшиков уже сделал было шаг вперёд, чтобы перекрыть им путь к отступлению, как в дальнем конце улицы раздался вой сирен. Затем с визгом покрышек из-за поворота вылетели два военных грузовика. Следом выкатился танк.

Шторм, увидев это, моментально бросился вперёд и на землю, утягивая мужчину и Привалова следом. За их спиной из песчаной бури выскочили демоны, готовые разить направо и налево, как грохнул выстрел.

Танковый снаряд пронёсся мимо укрытия Меньшикова и врезался в стену рядом с выходом из парка. Осколки, пыль и дым моментально поднялись в воздух, сбивая с толку демонов.

Следующий снаряд прилетел через десять секунд и лёг ровно туда, где находился выход из парка и стояли оглушённые и лежали наиболее умные демоны. Одарённые попробовали выставить щит, но снаряд блеснул синеватым узором на боках и взорвался, покрывая площадь квадратов двадцать слоем льда. Не делая различия между плитками, стенками, кустами и плотью демонов.

В проходе застыла настоящая ледяная композиция, которой подошло бы название: «Взрыв демона», поскольку некоторые из них уже состояли из отдельных кусков и только магический лёд удерживал их вместе.

Армейские грузовики остановились между Штормом и демонами, оттуда выскочили солдаты и начали поливать врага огнём из автоматов, пока группа из пятерых солдат затаскивает людей в машину.

Меньшиков видел, что как минимум некоторые пули сверкают Даром, за счёт чего демоны, подошедшие из-за ледяных скульптур, получают множество ранений и отходят назад, отдавая резкие короткие приказы.

Снова пальнул танк и солдаты, цепляясь за грузовик, отступили. Машины взревели мощными моторами, уехали прочь, оставив после себя осколки льда и пятна тёмной крови на асфальте.

Меньшиков ещё несколько минут постоял, оценивая ситуацию, а когда услышал гул двигателя и металлический шелест гусениц, поспешил прочь. Судя по всему, люди решили взять демонического врага в кольцо и задавить тяжёлой техникой с мощной примесью артефакторики.

Наконец-то.

Однако Пётр злился из-за того, что не смог выполнить свою цель. Он слишком долго ждал, поэтому Меньшиков больше не мог игнорировать зов, идущий из его нутра. Он пошёл вслед за ним на поиски другой двери в иной мир.

Когда он добрался, злая ухмылка прорезала лицо: он стоял у дома, который возненавидел и обещал уничтожить.

Перед ним находился особняк Шторма.

* * *

Кирилл Тамбовский и Ангелина отработали на славу. Девушка отмечала, что парень, несмотря на свою любовь к травмам, оказался весьма дотошным молодым человеком. Он обзванивал всех знакомых и незнакомых, представлялся человеком Сергея, объяснял задачу и, если того требовала ситуация, выбивал необходимое.

Дольше всего пришлось договариваться с артелью артефакторов-оружейников, но тут помогли связи Яростного и Мосина. Стоило заместителю главы Гильдии появиться в разговоре, как даже самый упёртый оружейник поднимал лапки начинал танцевать под музыку.

Точнее, резать руны на пулях. Это была идея Шторма, которую почему-то игнорировали почти все: превратить обычные снаряды в артефактные. Да, это требовало времени, но пока не требовалось превращать всю обойму в артефакты, а лишь каждый третий-пятый патрон.

Быстрее всего всё поняли военные. Возможно потому, что Кирилл сразу позвонил Анне Суворовой и та, пользуясь своей властью и связями, быстро пригнала необходимое оборудование.

Надо было видеть глаза танкиста, когда ему вернули парочку снарядов и сказали, что теперь он может замораживать врагов. Его рот стал размером больше, чем танковая пушка. Ангелина прикрыла лицо рукой, чтобы её не выдали улыбка и смех.

Демидовой пришлось больше времени заниматься материалами и поставками. Отец очень злился, но всё же согласился помочь вместо того, чтобы рваться к дочери. Тем более, что Сергей строго-настрого запретил сообщать их точное местоположение до его возвращения.

С этим, кстати, было больше всего проблем: приходилось спешить и Шторм отправился на задание без прикрытия тяжёлой техники. А когда это случилось с ребятами…

Ангелина затаила дыхание, чтобы не расплакаться. Никто не должен видеть её слёз, она никому не позволит увидеть её такой. Особенно Кириллу.

Парень, узнав новости, превратился в безумного робота. Он монотонно поднимал трубку, говорил, приказывал, отказывался, чтобы положить трубку и снова её поднять. При этом в его глазах горело яростное пламя и только сильная рана на ноге, которая плохо заживала, останавливала его от того, чтобы не побежать в парк вслед за Виолеттой.

В какой-то момент Ангелина подошла к нему, положила руки на плечи и тихо сказала:

– Сергей сделает всё, чтобы они вернулись.

Кирилл дёрнул головой, и даже со спины она видела, как у него задвигалась челюсть. Казалось, что он пытается раскусить ком, который застрял у него в горле. Потом он просто кивнул.

Спустя час, когда они оба застыли в ожидании новостей от Штома, резко зазвонил телефон. Схватив трубку, Кирилл молча выслушал доклад и откинулся на спинку, закрыв глаза.

Ангелина почувствовала, как леденеют руки и в животе скручивает узлами.

– Военные успели. Прикрыли отход Шторма.

– Ребята?

Тамбовский покачал головой.

– И Привалов ранен. Потерял руку. Везут в госпиталь на срочную операцию.

– Тогда поехали к ним! – Ангелина вскочила со стула и почувствовала лёгкое головокружение. Она ещё тоже не до конца поправилась.

– Нет, – осадил её Кирилл. – Шторм приказал оставаться нам на месте.

– Но они там, а мы…

– А мы держим тыл. Если бы не наша работа, то и их бы спеленали, понимаешь! Шторма с Кефиром бы точно убили, а ребята в другом мире и скорее всего живы, пусть и в неизвестном месте! – Его голос слегка просел. Он совсем не был уверен, что у другой части Братства резца всё в порядке.

Ангелина без сил уселась на стул, потёрла уставшие глаза. На ногтях слегка облез лак, а на указательном пальце появился заусенец, который захотелось сразу же выдрать. С трудом удержавшись, она достала маникюрные ножницы и начала приводить руки в порядок.

Это простое занятие позволило ей отвлечься от напряжённых мыслей. Не о поставках и договорах, не о снарядах и пулях, а о нём. О Сергее.

Последний в роду. Артефактор. Вечно в драке. Защищает своих. Хранитель. Бог.

От его ролей и ипостасей слегка шла кругом голова и без усталости. Но кем бы он ни был, он оставался надёжным и странно уверенным, что всё будет хорошо. И даже когда плохо, делал всё и до самого конца, чтобы сложилось как надо.

Если он сказал оставаться, то значит у него есть идея, что делать дальше. Оставалось только верить в него. Не как в бога – Ангелину всё-таки это больше забавляло, – а как в своего мужчину.

От одной этой мысли она слегка засмущалась, а затем одёрнула себя. Нечего вести себя как малолетняя девчонка! Не сейчас. Сейчас нужно собраться и…

На телефон пришло сообщение. Прочитав его, Ангелина замерла, пытаясь понять, что произошло. И как теперь быть.

Сообщение было от Шторма с незнакомого номера. Однако он назвал одну из секретных фраз, которыми они все обменялись ещё до поездки на Парад Победы. Так, на всякий случай. И вот теперь фраза «Нужна шахта мифрила» пригодилась.

Далее следовал список, что требовалось срочно доставить к дому Шторма и этот список очень напрягал девушку. Ладны бы это были просто металлы или кристаллы, да даже уран, который Сергей безуспешно пытался выбить из военных!

Но сейчас Сергей просил патроны, бензин и запас армейских сухпайков на месяц.

– Ты что, решил на диету сесть? – прикусив губу подумала Демидова, но ничего спрашивать не стала.

Лишь ответила кратко: «2 часа».

Затем она схватила телефон и начала названивать по всем известным контактам, не стесняясь даже канцелярии Князей. Канцелярия, правда, оказалась самой бесполезной, а вот Суворовы и даже Воронова, наоборот, помогли быстро и легко.

Лишь кратко и с толикой юмора Анна уточнила:

– Это на переворот, пока все заняты?

Ангелина на мгновение оторопела, но женщина-артефактор засмеялась:

– Ему так много не понадобится, а значит дело более серьёзное. Всё будет вовремя. Пока что мы загнали этих тварей за стены в парке, и они теперь огрызаются оттуда.

Это была хорошая новость. Если не считать того, что им нужно как-то попасть в парк и вытащить друзей. Сергей ничего не сказал о том, как прошла их миссия по спасению ребят и что именно там произошло.

Воронова, когда услышала, что Сергею нужна парочка артефактов, сухо подтвердила:

– Уже в пути. – А затем, помолчав, спросила: – Пусть он постарается вернуть и Роксану. Какими бы у них не были отношения.

Сердце Ангелины гневно дёрнулось, но она удержала себя в руках.

– Я передам ему, – сказала она тоном Снежной королевы, после чего положила трубку.

Через два часа все припасы были доставлены к дому и сложены в прихожей под присмотром молчаливого повара. Шторма никто не видел, но повар жестами показал, что всё в порядке и, после подтверждения со стороны Ангелины, посторонние убрались с территории поместья Штормов.

– Что ты задумал, Сергей? – спросила Ангелина, отправив сообщение, что «шахта проинспектирована».

В ответ пришло: «спасибо».

А через пять минут ещё одно сообщение: «Надеюсь мои расчёты верны».

Ангелина попробовала написать ему или позвонить, но оператор сообщил: «Телефон вне зоны доступа или отключён от сети».

Глава 19
Шакрим

– Все живы? – тяжело дыша спросил Яростный.

Ребята заугукали, не в силах сказать ни слова. А движение в темноте было не разглядеть.

Алексей, привалившись к стене спиной, пытался перевести дух. Тёмный камень приятно грел уставшее тело, расслаблял, отдавая накопленное за день тепло. Шершавая текстура словно напоминала, что всё происходящее – реальность, а не страшный сон.

Следующий час прошёл в тишине. Пятёрка людей, затерявшаяся в чужом мире, одновременно боялась быть обнаруженной и наслаждалась отдыхом.

Прошедшие после спуска с гранитной платформы десять часов, если верить наручным часам, прошли в постоянном беге, поиске укрытий, перестрелках и потасовках под оранжевым небом.

Яростный до сих пор не верил, что они смогли вырваться из лагеря и затеряться сначала в небольшом городке, а затем и в пригородах, похожих на человеческие степи, усеянные небольшими пещерами и гротами, уходящими под землю.

Он долго не мог понять, почему на них набрасываются только отдельные отряды, в то время как соседние, даже стоящие и молча изучающие схватку перед глазами, не вмешиваются. Лишь спустя время они начали понимать: здесь каждый сам за себя.

Строгая иерархия, ограниченная ответственность. Пока нет приказа вышестоящего – никто не двинется с места. Армия вокруг разрыва готовилась к рэкету нового мира, а не к позиционным войнам и даже партизанскому сопротивлению.

Только сейчас Алексей понимал, насколько демоны рассчитывали на предателей со стороны людей. Что мир сдадут на блюдечке с голубой каёмочкой. Никто не хотел просто так отдавать свою жизнь.

Безусловно были более подготовленные и дисциплинированные отряды, но даже они могли вмешаться только тогда, когда Яростный и компания подходили слишком близко к их позициям и охраняемым палаткам или кухням-алтарям.

Как только они это поняли, двигаться стало легче. Люди обходили опасные участки, уводили преследователей в самые дальние сектора лагеря, где даже палатки и вооружение демонов было максимально простым и неприхотливым. Эти вмешивались только в самом крайнем случае.

Когда люди вырвались в город, за ними погнался всего один отряд – из тех, что вёл их от самой лестницы. Видимо они поняли, что именно они станут крайними, когда начнутся настоящие проверки. Хотя Яростный почему-то сомневался, что они начнутся.

Потому что, как только они вошли в город, солдаты отстали, что-то хрипло прокричав им в спину и радостно гогоча. Причина этого веселья стала ясна чуть позже, когда из тёмных проулков вышли тощие, с горящими оранжевым глазами демоны.

Оказалось, что криминальные бедняцкие гетто есть и у демонов. Местные зубастые жители решили, что им привалило какое-то необычное мясо и не ожидали никакого сопротивления. Так что артефакторы прошли сквозь них как Дар сквозь руну: быстро и со световыми эффектами.

Через десять минут улица затихла, случайные прохожие попрятались, а люди получили одежду этого мира. Драную, пахнущую странным сочетанием Дара и едкого пота, но скрывающую их неместные фигуры от посторонних глаз.

– Нам нужна вода. И, желательно, еда, – сказала тихо Лена. Она ослабла больше всех и опиралась на Виолетту. – Иначе мы долго не протянем.

Все понимали, что прошло уже полтора дня после попадания в этот мир, и в последний раз они пили воду примерно три часа назад, до прорыва из лагеря. Да и животы уже требовали калорий – сил бежать и использовать Дар не оставалось.

– Я изучу местность, отдыхайте, – приказал Яростный, набрасывая капюшон своей накидки.

Обыскав ближайшие улицы и спугнув нескольких тощих демонов, он нашёл бочку с водой и наполнил из неё свою флягу. Затем вернулся к ребятам и они, как могли, очистили жидкость. Тут помог Кузьмин с Даром земли, который фактически сделал глиняный и песочный фильтры, прогнав по давлением воду через него.

Утолив первую жажду, ребята двинулись прочь. Сделав лишь несколько шагов, они услышали поступь множества ног: к ним спешила целая группа демонов. Только это были не солдаты и не стражи местного правопорядка, как они сначала подумали, активируя Дар и артефакты.

Это оказались местные бандиты. Они, как и представители в родном мире людей, выделялись развязной походкой, манерой держаться будто все им должны и выставленным напоказ оружием. Хреновым оружием, самым внушительным из которых был тесак у предводителя.

Их главарь, по крайней мере он вышел вперёд и указал на них своим тесаком, на хрипящем наречии что-то спросил. Ребята переглянулись и пожали плечами.

– Не понимаем, – сказал Яростный.

– Иномирцы? – хрипло спросил главарь, чем вызывал оторопь не только у людей, но и у демонов. – Как вы сюда попасть?

Языком он владел кривовато, но рассуждать долго не стал:

– Хватайте! – Его не поняли, и он гортанно выкрикнул: – Храрв!

Демоны-бандиты ринулись вперёд.

Яростный без зазрения совести испепелил атакующих огненным артефактом, оставив парочку стонущих раненных и вылупившего глаза главаря.

– А теперь мы поговорим, – сурово сказал Яростный, наблюдая, как отступает демон.

Убежать ему не дала Привалова. Он сделала резкое движение и за спиной демона возникла стена пламени. Отшатнувшись назад, демон перевёл взгляд на неё. Увидев её глаза, он неожиданно упал на колени:

– Алые глаза! Алые глаза у иномирки!

Дальше они пошли вшестером. Яростный решил, что местный проводник им пригодится. Воевать со всем гетто они могли, но недолго. Местный, тем более главарь банды, мог их вывести из города гораздо быстрее.

Демон, которого звали Хатур, постоянно оглядывался на Привалову, но отвечал на вопросы и вёл людей прочь из города. В итоге они оказались у одной из пещер. Как сказал Хатур, её использовали для контрабанды.

– Мы приносить разные вещи из миров. Иногда выгода спрятать, – он ухмыльнулся, но увидев, что Роксана смотрит на него, убрал оскал и потупил взгляд.

Следующий час после попадания в пещеру все молчали, измотанные страхом и усталостью. Девушки спали, в том числе Привалова. Кузьмин с Всеволодом по очереди дежурили, приглядывая за остальными и за демоном. Но тот словно не подумывал предать своих пленителей, а наоборот заботился об их безопасности и комфорте.

Как иначе объяснить его желание принести хворост – или то, что заменяло его в этом мире, – и развести костёр без дыма у специального выхода на поверхность. Хатур даже показал источник воды. Она оказалась с лёгким серным привкусом, но сейчас всё равно казалась вкуснейшим коктейлем.

Причину заботы Яростный понял через часа три-четыре, когда уснули все кроме него – от опустил Кузьмина на отдых, оставшись на дежурстве.

– Командор, – хрипло обратился к Алексею Хатур. – Разговор поговорить надо.

– Почему ты меня называешь командором? – первым делом спросил Алексей.

Демон ухмыльнулся.

– Разный другой мир. Войска, солдаты. Главный – командор. Я был командором, – он гордо ткнул себе пальцем в грудь. – Ты главный здесь. – Обвёл рукой пещеру.

– Что ты хотел обсудить? – спросил Алексей.

Голова гудела, хотелось лечь и уснуть, но сейчас надо дать отдохнуть ребятам и разобраться с этой улыбчивой рожей, от которой так и тянет неприятностями. Мало того что демон, так ещё и бывший командор-военачальник, а теперь – уличный бандит. Так себе почва для доверительных отношений.

Но видимо военачальников хотя бы немного учили языкам тех миров, куда отправляли воевать.

– Хочу ширдык, – сказал он какое-то странное слово, а увидев недоумение на лице парня, сделал пару круговых движений руками, вспоминая перевод. – Еда, мясо, оружие. Ширдык.

– Трофеи? – удивился Яростный, а демон закивал.

– Ширдык, трофей! Мне нужен трофей. Мы любим трофей, они хорошо стоят. В прошлый рейд много потеряли, но и трофей был – ух! – Демон удивительно чётко сказал слово «рейд». Будто бы оно было ему родным. Неужели оно звучит также, как у людей?

– Какой трофей? Мы здесь, а не дома, – всё ещё не до конца понимая демона покачал головой Алексей. В глазах плясали красные точки.

– Оружие. Металл. Еда, мясо, – перечислил Хатур.

– Ты хочешь, чтобы я проводил тебя в наш мир, чтобы ты мог добыть трофей? – потёр виски Хранитель. Сейчас ему очень хотелось запустить в демона Дар смерти и разложить его на плесень и липовый мёд.

– Ты дашь его. Принесёшь. А я помогу дойти.

Наконец что-то сложилось в голове парня.

– Ты готов нас проводить к разрыву, а взамен ты хочешь, чтобы я принёс тебе что-то ценное из моего мира? Как плату?

Демон широко оскалился и выставил перед собой когтистый мизинец левой руки.

– Сделка, – чётко сказал он. – Шакрим.

– Шакрим?

Демон кивнул, протягивая мизинец ближе.

Сделка с демоном. Что может быть безрассуднее? Но сейчас Алексей готов был пойти на сделку с богами, Церберами и даже демонами, чтобы спасти ребят и вернуться домой. Тем более этот бандит уже сделал вклад в этот самый шакрим, тьфу ты, сделку.

Хотя, скорее он просто выкупил свою жизнь, показывая свою ценность, чтобы его не убили, как его подельников в городе.

Алексей поднял руку и выставил мизинец:

– Шакрим!

Демон схватил его мизинец своим и слегка сжал. Тут же Яростный почувствовал тепло в руке, а затем холод в груди – его Дар откликался на демоническое слово. Магическая клятва? Видимо да. Значит теперь точно придётся добыть ему трофеев.

После этого Хатур отступил в тень поближе к стене и прижался к ней спиной.

– Отдыхай. Путь. Нас ждёт путь.

Через час проснулся Всеволод, а затем Виолетта. Женщина сменила парней на посту, а Алексей, получив кивок от Кузьмина, что тот приглядит, позволил себе уснуть. Снов он не видел, но, когда проснулся, понял, что ему стало легче – голова гудела не так сильно.

Чуть позже Хранитель рассказал о сделке с демоном, чем вызывал недовольные вздохи. Голосом разума неожиданно оказалась Привалова:

– Если он действительно нас выведет, то я лично ему подарю артефактный меч из коллекции отца. – После этих слов она глянула на Хатура и тот склонился в глубоком поклоне.

– Алые глаза, благодарность.

– Почему вы, демоны, так опасаетесь алых глаз у людей?

В ответ Хатур лишь покачал головой, стараясь не смотреть на Роксану. Зато Привалова от него взгляда не отводила:

– Нам рассказывали, что демоны ведут себя иначе. Ты слишком разумен, договороспособен. Ты умён, не пытаешься нас убить даже во сне. Твои же собратья в нашем мире…

Яростный вспомнил их первую совместную стычку у Румпеля, высокие тёмные фигуры, которые атаковали раз за разом. Как и остальные бои: когда демонами становились люди; когда демоны защищали разрыв и Атерона. Картинка действительно не складывалась.

– Потому что мы разные, – он сплюнул густую слюну в костёр, от чего тот на мгновение вспыхнул ярче. – Есть народ демонов, есть военачальники, есть подчинённые народы, есть фермы. Есть особые звери, которых вы тоже зовёте демонами.

Он скрестил мизинцы и прижал их к груди.

– Я был в вашем мире лет двадцать назад. По вашему это в два раза больше. Мы провалились, нас предали как раз такие, из захваченных ферм. Смешали карты, мы потеряли многих ещё в переходе.

Артефакторы переглянулись. Они знали уже в общих чертах историю Кефира. И понимали, о ком говорит демон.

– Военачальники изменили план. Владыка, главный, решил идти вдолгую. Я не подходил. Слишком прямой. Слишком выгодный, – его глаза блеснули в свете костра. – Выгнали с куском мяса. Трофей забрали. Шмайсер! – неожиданно смачно проговорил он. – Красивая штука.

Он погрустнел, вспоминая. Алексей с трудом сдержал смех: демон тосковал по трофейному оружию немцев. Тогда они были мастерами оружейного дела.

– Шмайсер не обещаю, но Калашникова точно добудем, – пообещал Яростный, а затем спросил: – Куда нам идти дальше?