Текст книги "Первый Артефактор семьи Шторм 6 (СИ)"

Автор книги: Юрий Окунев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

– Ты чужак. Смысл тебе оставаться здесь? Тебе нужно двигаться дальше. Ты же хотел стать сильнее. – начал заново шарманку бог Контроля. Он снова закрыл глаза и говорил вяло.

– Я сам решаю, что мне делать, – отрезал я резче, чем надо. Потому что я действительно хотел стать сильнее. Но есть и другой способ: – Например, ты неплохо подкормишь меня и цикл перерождения. Старый бог, как перегной для нового. Почти коммерческий бренд. Нужно зарегистрировать, а то мне уже несколько раз предлагали это сделать, а я всё откладываю.

Фиолетово-глазый смотрел на меня отстранённо, как смотрят на чужих детей, которых понимают не до конца.

– Ты думаешь совершенно не о том, чужак. Тебе стоить понять…

– Я уже понял, – перебил я Бога. – Ты проиграл битву, но не войну. Ты, конечно, не вовремя, но по идее, раз ты жив, ты должен обладать циклом перерождения. А значит, сможешь возродиться в другом теле. Осталось понять, как тебя выкинуть из моего.

Я посмотрел на левое запястье. Там, уже давно, ничего не было. Браслет, ставший ключиком к моему сознанию и телу, растворился.

– Как ты умудрился втиснуть своё сознание в такой маленький объект?

Бог Контроля промолчал. Его лицо ничего не выражало, а глаза он закрыл. Ветви и куски коры, что держали его в плену, сжались поплотнее, сжимая в смертельных объятьях. Не быстро, но он, его энергия, станет частью меня.

И я не испытывал никакой жалости к нему.

Когда я решил вернуться в реальность и отвернулся от древа перерождения, Бог всё-таки заговорил:

– Шторм, – он хмыкнул. – Всё-таки странно называть тебя этим именем. Твой предок очень не любил богов.

– Я с ним солидарен.

Пленник помолчал, но продолжил.

– В общем, будь аккуратен. Мои коллеги, – он выделал «коллеги» язвительным тоном, – почувствуют знакомые потоки силы. И могут попросить тебя о том, что ты не сможешь сделать.

– Что именно?

– Снять с них все ограничения.

– Обойдутся, – спокойно ответил я, делая шаг прочь.

– Только вот закрыть разрыв тебе всё равно придётся. Иначе может случиться то, что даже твои артефакты не смогут сделать. – Его голос зазвучал грустно, будто он признавал какую-то ошибку.

– И что же может быть хуже, чем ожившие боги в мире людей, которые борются с демонами?

Бог Контроля, прикованный к моему циклу перерождения чуть дёрнулся, скрипнуло дерево.

– Они могут решить объединиться.

Глава 3
Время решать

Демоны и боги вместе. Против людей. Перспектива так себе, откровенно говоря.

Номинально я являюсь богом, поэтому мне может и какая-то выгода перепадёт, но чуйка, что проблема сильно глубже, не давала успокоиться.

А ещё меня беспокоило, что во мне живёт Бог Контроля, за чей Дар, по его же приказу, до сих пор уничтожают всех.

Ну, почти всех: Надежда Кайманова, как и мифическая Лиза из моей пыточной камеры явно исключение. В то время как тот залётный парень, который хотел меня подчинить после пыток – поплатился за Дар моментально.

В любом случае теперь мои риски противостояния с людьми выросли ещё больше. Особенно с тупыми, которые действуют строго по уставу, не учитывая нюансы.

Над обвешать себя ещё большим количеством божественных артефактов, чтобы их фон перебил нюх даже у самой отбитой Гончей, которая решит пойти против Главы.

Или по приказу Главы – я не строил иллюзий, что если выживу после закрытия разрыва, меня вычеркнут из мира силой.

В любом случае, сейчас нужно поторопиться и закрыть дыру между мирами, чтобы минимизировать риски. Как войны, так и объединения двух фракций против мелких одноразовых людишек.

Я с трудом разлепил глаза, возвращаясь в реальность. Ладони всё ещё упирались в пол, а сам я сидел на коленях перед зеркалом.

С лёгкой опаской я поднял взгляд, но вместо того, чтобы увидеть чужие фиолетовые глаза, на меня смотрели раскрасневшиеся, покрытие сеткой красных сосудов синие. Хвала небесам!

– Шторм, как вы? – фальшиво заботливо произнёс Черкасов. Я чувствовал через его артефакты, как пульсируют потоки силы в его теле.

– Вернулся, – ответил я и посмотрел на него через отражение.

Он резко выдохнул.

– Глаза…

– Да, теперь всё хорошо, – ответил я, и меня тут же чуть не снёс Максим.

Он схватил меня за лицо, оглядел пронизывающим медицинским взглядом, положил засиявшую зелёным светом руку на лоб. Тепло разлилось по векам, ушла головная боль.

Затем Подорожников отвалился от меня почти вертикально назад, пусть и сидел на корточках, и только Сухов, который вовремя среагировал, не дал ему стукнуться головой о пол.

– Живой. Мать его, живой, – в полубреду прошептал юный лекарь.

Мы отнесли Максима в комнату, а через минут пять приехала скорая. Бригада очень настороженно прошла по сгоревшему саду – видимо новички, в первый раз в наших краях – и обследовала Максима и меня.

У Подорожникова, как и предполагалось, сильное магическое и физическое переутомление. У меня – ожоги на ноге, лёгкое сотрясение в голове. «Упал со скамейки неудачно», виновато пояснил я врачу.

Нам выписали таблеток и мазей, попросили приехать на обследования в стационар. Особенно, если начнётся тошнота или головокружение.

Мы клятвенно пообещали приехать в ближайшее время. Если повезёт успеть до войны.

Когда все лишние разъехались и мы уселись в малой столовой за скромный обед, состоящий всего лишь из четырёх блюд, если не считать запеканку на десерт, Черкасов прямо спросил:

– Что это было? На самом деле.

Все посмотрели на меня очень внимательно. Особенно пристально следил Кефир, в золотых глазах которого застыла тревога. Он пытался пробиться в моё сознание, но не смог. Он единственный, кто понимал, насколько необычно было моё состояние.

Я задумался, попивая чай и с надеждой поглядывая на стынущую передо мной запеканку. Сухов предусмотрительно отодвинул её в сторону.

Пришлось говорить. И я решил говорить честно:

– Мой разум пытался захватить… – я замолк, но всё же сказал прямо: – бог.

– Какой бог⁈ – сморщился Сухов, но Черкасов сделал жест рукой, прося того не кипятиться раньше времени.

Антон смотрел на меня очень внимательно.

– Какой бог? – переспросил я, подбирая слова. Хотя, к демонам: – Бог Контроля. Тот самый, которого первым убили во время Штурма.

В столовой повисла неуютная тишина. Люди пытались поверить моим словам, а Кефариан… Лис пытался не рухнуть со стола, будто он уже выпил чаю и сейчас отправится в невероятные приключения подальше от этой реальности.

– Ты уверен? – хрипло спросил Максим.

– К сожалению, вполне. Я уже встречался с ним. – Вздохнул. – Он как-то проник внутрь испытания Оком Шторма. Я тогда слышал только его голос, но сейчас он явился сам.

– Боги вернулись? – всё ещё без доверия спросил Сухов.

– Они и не уходили. По крайней мере этот, как я понял, – быстро дополнил я.

Мы помолчали, а я почувствовал чужое недовольство внутри. Бог Контроля, временно являясь моей частью, подконтрольной частью, не одобрял мою откровенность.

– И что он хотел? – спросил Черкасов.

– Меня, – кривая улыбка сама вылезла на губы. – Он хотел занять моё тело и использовал Дар контроля над моим сознанием.

– И как тебе удалось вырваться? Ведь Дар контроля силён, а если это был бог… – искал последние логические зацепки не верить Сухов.

– Он был в спячке долгие годы и ослаб. Плюс, как оказывается, у меня есть некоторый иммунитет к Дару контроля. Уже не в первый раз спасает.

Внутри раздался хохот. Что ж, я могу понять запертого бога – скорее всего все мои прошлые «предчувствия» и возможности заметить Дар контроля его заслуга. Он берёг моё тельце, ожидая подходящего момента.

Но в итоге оказался прикован к древу перерождения, ожидая, пока оно высосет из него все соки.

– Я в порядке и сейчас не время думать о вернувшемся так неожиданно божестве прошлого. Сейчас нужно подготовиться к борьбе.

– Ты имел в виду к войне? – уточнил Сухов.

– Нет, – замотал головой. – Есть шанс не дать войне начаться, ограничиться мелкими стычками. Есть большой проход между мирами, который скорее всего попробуют использовать демоны. И нам нужно его закрыть прежде, чем они войдут сюда.

– Как ты это сделаешь, Сергей? – спросил Черкасов.

– Мне помогут Церберы. – Увидев недовольство на лицах своих людей, дополнил: – Они сами предложили. У них есть какой-то план, и я со своими артефактами смогу закрыть разрыв. – А про себя подумал: также божественностью, как и юный Привалов, но об этом им знать не стоит. – Высшие демоны не смогут войти в наш мир и защищаться станет в разы проще.

– Разумно: перекрыть главную транспортную артерию. Я так понимаю, что она единственная, да, Шторм? – Черкасов смотрел испытующе.

У меня не дрогнул не единый мускул, даже когда Кефир начал двигать бровями, показывая, что я дурак.

– Главный проход один, – обтекаемо ответил я. – Закрыв его мы получим преимущество.

– Ты уверен, что сможешь закрыть его? – уточнил Максим.

Нет. Но кто сказал, что нельзя попробовать. Но вслух я сказал иначе:

– Я обсужу этот вопрос с Церберами, узнаю их данные, после чего уже смогу составить итоговый план по подготовке. После мы сможем запереть демонов по ту сторону.

– А если не получится закрыть? – весомо спросил Черкасов, и все снова затихли, пристально глядя на меня.

Я видел беспокоящиеся глаза, лица соратников, которые со мной фактически с первого дня появления в этом мире. Они до сих пор не знают, кто я, но доверяют несмотря на то, что из-за меня уже не раз страдали.

Вплоть до смерти.

– Меня может испепелить, – честно ответил я, но прежде, чем они начали отговаривать от миссии, поднял руку: – Однако я сделаю всё возможное, чтобы этого не произошло.

– Обычные артефакты не справятся, – не спросил, а утвердительно сказал Антон, а Андрей кивнул.

– Не справятся. Но у меня есть варианты посерьёзнее. Отступать некуда. За нами столица, планета и те, кто в нас верит.

И кто нас любит.

Мужчины молча кивнули, принимая мои слова. Никто не пытался отговорить, переспорить, предложить уйти. Все понимали, что я – один из тех, кто сможет. Из тех, кто уже доказал, что может добиться успеха и победить, даже ценой сломанных рёбер и обгоревших до кости рук.

– Дайте мне сутки, я приду в себя. Смогу откачать вас, если что, – сказал Максим.

Черкасов и Сухов стукнули пацана по плечам, от чего тот сморщился. Однако его глаза улыбались.

Через полчаса я уже набирал номер Церберов:

– Нужно встретиться и обсудить разрыв. Уверен, что вы уже нашли самый крупный.

Анна в трубке несколько мгновений молчала, явно взвешивая, что ответить.

– Хорошо. Завтра утром. Мы подготовим план и пригласим… остальных участников.

На этом мы и сошлись.

После чего я ушёл в подвал, попросив никого меня не беспокоить. Кроме Кефира, понятное дело.

Лис тихо спустился вслед за мной, изучил Инъектор, мягко касаясь его прохладной поверхности носом.

– Не пробовал вытягивать из него силу? – спросил я, проверяя, взял ли всё, что требовалось. В этот раз у меня было очень много металла и камней.

Лис помотал головой.

– Сейчас нельзя этого делать. Угроза демонов – это тебе не игрушки. Вся энергия тебе понадобиться, ничего лишнего не будет. Я себе не прощу, если тебя размажет из-за того, что Инъектору не хватит пары процентов заряда.

– Всё настолько плохо с закрытием разрывов? – почувствовав беспокойство уточнил я.

– Думаешь, почему богов так много? – Глаза Кефариана блеснули. – Потому что держать защиту непросто. Людей много, это ваш, точнее их плюс. Но качество вашей силы также имеет значение. Пока что основная работа всё равно на богах – прошлых и будущих.

– Думаешь, Кирилл станет полноценным богом.

– У него только два варианта: или стать им, или умереть пытаясь.

Разговор сам собой затих, и я перенёсся через алтарь в секретную комнату. Здесь меня ждал мой новый и самый важный проект.

Махина артефакта начинала довлеть надо мной, но пока что это был лишь каркас, голый скелет без мышц и кожи. И для начала мне нужно было всё это ещё раз укрепить, а только потом начать подготавливать «красоту».

Я уселся за стол, который также незаметно притащил сюда, пока все пытались разобраться с ремонтом наверху. Не самый удобный, но сейчас секретность и важность разработки перевешивала даже больную спину.

Снова вспомнилась прошлая жизнь, чего не было уже несколько недель. Тогда я также сидел в скрюченной позе и полировал кристаллы для артефактов вне рангов. Тогда это длилось десятилетиями, а я отдавал все силы, чтобы успеть подготовить их до смерти бренной оболочки.

Сейчас немного проще, потому что многие металлы, даже обычная сталь, могли удерживать силу Дара в себе. Это означало, что я мог сделать даже несущую конструкцию напитанной Даром, избегая при этом дороговизны (как танк из золота) и лишнего усложнения (как нанесение трёх слоёв фольги с разными рунами для укрепления и усиления).

Следующие два часа я наносил руны на сталь, обвязывал крепления вязью, запечатывал контурами.

В нескольких местах пришлось переделать прошлые наработки, потому что нашёл ошибки. А один узел даже выбросил, потому что не сошлись полярности нескольких кристаллов и пришлось заменить на титановый профиль.

Затем я приступил к подготовке «сердца» артефакта, который поможет связать всю конструкцию – сложную, многосоставную – воедино. Здесь я щедро использовал металлы и кристаллы с атрибутом крови, добавляя немного аметистов и других ментальных ресурсов.

Когда я крутил в пальцах, отсекая грани на особо крупном аметисте, почувствовал, как заворочался в плену Бог Контроля.

– Не шурши, отвлекаешь, – сказал я ему мысленно.

– Убери эту хрень, качество ниже, чем яйца таксы.

Я внимательно посмотрел на камень, но ничего странного не увидел. Хороший крупный аметист.

– Да ты примени свой Взгляд, артефактор хренов. Не обычный, а нормальный, божественного уровня. Я же чувствую Дар контроля, как ты чуешь артефакты.

Это могла быть ловушка. Только какая? Пока я использую Взгляд сущего Бог вырвется и снова попробуем меня подчинить? Не столько же силы сейчас в этом камне.

Ладно, рискнём.

Сосредоточившись, изучил аметист и вдруг увидел: внутри него была небольшая полость. Она почти не влияла на потоки энергии, поэтому обычный Взгляд артефактора ничего не замечал.

Но вот при нагрузке или атаке эта полость может выдать совершенно не нужны мне резонанс и рвануть. Оторвав мне ногу. Или задницу.

– Вот видишь, артефактор, – довольно сказал Контролёр. Я решил его так называть. – Это моя стихия.

Я не стал отвечать, продолжив собирать свой проект, выбросив плохой аметист, взяв вместо него два других и сразу проверив их Взглядом сущего. В этот раз они были цельными и без изъянов.

Лис, который даже не заметил моего общения с самим собою, сидел рядом на столе, иногда мотал хвостом, оглядывался. Пару раз он отходил и телепортировался через алтарь домой, проверяя, как там дела и как Инъектор запирает разлом под моими домом.

– Стал немного, но уже. Процесс идёт, – успокоил он меня. – Но взять Инъектор тебе всё равно придётся.

Я лишь кивнул. Мой главный козырь. И моя главная слабость. Мишень на спине, которая никуда не делать, а лишь временно потеряла в цене. Но стоит мне закрыть разрыв между мирами, как все вспомнят, что у Шторма нет сил защищаться.

Если, конечно, правильно подловить момент.

Я зло усмехнулся, оглядывая свой артефакт. Сейчас он уже был на две головы выше меня и от него исходила спокойная, но мощная энергия земли и огня.

А вот когда я добавлю всё остальное… К нему будет страшно подойти не только человеку с некоторыми атрибутами, но и демону с крупными рогами.

Штормы вновь займут своё место в этом мире.

Спать я пошёл в два ночи, чтобы успеть привести мысли в порядок. Написал Ангелине и ребятам, сказал, что заеду после встречи у Церберов. Девушка ответила через три минуты.

Вся команда, кроме Всеволода Кузьмина и Лены Толмачёвой, оказалось, работали. А эту парочку отпустили пораньше, поскольку у них практика в Институте.

– Мы сделали два десятка комплектов для солдат. Завтра приедут тестировать и забирать, – сказала они тихо в трубку, когда я позвонил.

– Постараюсь успеть на смотр. Вдруг смогу что полезное подсказать.

– Буду ждать, – просто ответила она, но по моему сердцу прокатилась волна тепла.

Оставшиеся часы пролетели незаметно, а в семь тридцать Кефир потрогал мой нос лапой:

– Вставай. Старые боги ждут тебя.

– Но не ждут тебя, – пробормотал я, приходя в себя. Я чуток не выспался.

– Меня мало кто ждёт, – грустно ответил он, за что получил порцию почесушек за ухом.

Пусть он делал вид, что это одолжение, что это нужно мне, но судя по искрам на шерсти, кайфа он получил немерено.

– Когда закроем разрыв, разрешу тебе выпить целый чайник чая, – великодушно сказал я, чем заслужил восторженный вопль и прыжки по животу твёрдыми лапами.

Потому что знал, что Кефир будет рядом и поможет мне.

Быстро собравшись и приведя себя в порядок, мы с Черкасовым уехали, оставив в доме Подорожникова и Сухова. Максим всё ещё еле двигался после истощения. Ему нужен был отдых и полноценное питание. Которое ему наш молчаливый повар и обеспечивал.

Машина быстро доехала до Делового центра, остановилась на парковке для гостей Церберов.

– Странно, что парковка пустая, – прокомментировал я.

– Наверное потому, – хлопнув дверью, ответил Черкасов, – что желающих ехать к ним добровольно – нет. Одни мы.

– Но-но, зато мы спасаем мир! – добавив юношеского задора в голос ответил я. – К тому же мы не одни.

Я указал рукой на подъезжающую чёрную представительскую машину, но без гербов и опознавательных знаков. Но мне они и не нужны были – брата-бога я чувствовал издалека. Особенно столь молодого и неопытного.

Нас молча провели до лифта, нажали на нужный этаж, ввели пароль, после чего кабинка поднялась в кабинет главы.

Вид из окна всё ещё завораживал, гора Храма казалась непостижимой, а сам Глава Церберов, он же Бог Смерти собственной персоной, высеченным из камня: такой же неподвижный и слепой.

Анна излучала сосредоточенную деловитость, но подготовить травяной чай для всех участников не забыла.

– Нам понадобиться вся сосредоточенность и при этом спокойствие, – сказала она, когда Привалов спросил про кофе. – Попробуйте, не пожалеете.

Я, на всякий случай, посмотрел на чай Взглядом артефактора, но ничего не заметил. Контролёр внутри тоже не шевельнулся. Хотя, возможно, причина последнего была в том, что он боялся, что его обнаружат бывшие коллеги.

– Что ж, раз все собрались, давайте начнём нашу встречу, – заговорил Смерть, когда мы выпили по глотку и поставили чашки на стол.

Давайте. Мне очень интересно, что вы придумали для нас. И что задумали на самом деле.

Глава 4
На границе разлома

– Ты уверен, что всё получится? – заговорил со мной впервые за сутки Кирилл Привалов. И его голос совсем не пылал любовью и надеждой.

И я его понимал на все сто двадцать процентов и не осуждал.

План богов был надёжным, едрить его, как швейцарские часы. Его пересказ в первом приближении занял примерно две минуты.

Суть проста: прийти на место разрыва, просканировать местность и найти края; затем встать с двух сторон и, направляя энергию Дара, начать «зашивать» ткань реальности. Причём, когда говорили Боги, при слове Дар они кивали на Привалова, а затем добавляли «и артефакты», чтобы кивнуть на меня.

Затем следовало провести небольшой ритуал и влить ещё немного энергии. После этого магия, чудо и пляски до семи утра, потому что в восемь уже на работу.

То, что я бог, Смерь и Жизнь тактично решили умолчать. Оно и понятно: проще манипулировать молодым парнем, который только-только проклюнулся и всего боится. В первую очередь боится умереть.

Вспомнилась моя дочь из прошлой жизни, которая боялась моей смерти.

Оглядевшись, изучил парк и то, что осталось от сцены, на которой мы уже сталкивались с Атероном в его «ослабленной» версии.

Зрелище было не для слабонервных: развороченное здание, пятна крови на земле, рунические символы на фонарях и деревьях, горящие магическим оранжевым огнём. Военные с артефактным оружием в руках и с бледными лицами людей, повидавших в этой жизни всё.

– Сколько атак вы уже отбили? – спросил я у капитана Горчакова, местного начальника.

Его броня была потрёпана, на клинке, зажатом в кулаке, виднелись зазубрины, а кожа на кисти была покрыта шрамами – там сгорали отражающие браслеты.

– Семь, – сухо ответил он, потирая кисть.

Я не мог не уточнить:

– Браслеты у Греховина брали?

Горчаков нахмурился, снова потёр запястье. Промолчал.

Тогда я тихо сказал:

– Я узнаю оттиск своей работы даже по ожогу на руке. – Засунул руку в карман, протянул пару браслетов ему. – Это улучшенная версия, меньше отдача.

Горчаков не стал отказываться, сжал артефакты в руке. Судя по тому, как дёрнулась его щека, он уже не раз прощался с жизнью, получая удары от демонов.

Но вообще, конечно, это не дело. Гончие скрывали ото всех, что разрыв не только существует, но и используется небольшими группами демонов для атак. Они установили какие-то свои артефакты вокруг парка, ввели собственные силы, привлекли наёмную группу.

Ребятам платили дофига, но всё равно не столько, чтобы в одиночку противостоять демонам.

– Почему они тянули кота за хвост? Если бы ты не попросил встречи… – покачал головой Привалов.

Как наследник Князя он был в бешенстве: такое скрывать от властей! Что себе позволяют эти Гончие?

– Искали способ обойтись одним мной. Но потом повезло найти тебя и расслабились, – ответил ему, изучая структуру маскирующего артефакта. Судя по тому, как довольно ворчал внутри Контролёр – эта штука принадлежала когда-то ему.

Я же изучал его для своих целей. И видел потенциал. Жаль, что сегодня я не смогу использовать свою новую разработку – она ещё не готова для испытаний.

Оглянувшись назад, увидел ребят из Братства. Мы, как и планировали, встретились после переговоров с Церберами. А затем они чётко сказали: одного меня не пустят.

– Можешь говорить что хочешь и прикрываться идеалами, но я не допущу, чтобы вся слава досталась тебе, – пафосно заявил Яростный. – Мы тоже хотим оставить след в истории.

– Если ты считаешь кровавое пятно на брусчатке достаточным пятном – то приходи, – попытался образумить я его и остальных, но меня никто не послушал.

Гончих они просто послали. На добычу полезных ископаемых.

Теперь вот стоят чуть вдалеке, ощетинившись защитными и атакующими артефактами, готовые даже к армии демонов. По крайней мере они так считают.

Кефир же до сих пор качает головой:

– Почему молодые считают себя бессмертными и вечно лезут на рожон? – спросил он в пространство.

– Потому что, – ответил я вместо пространства, – они ещё не видели смертей достаточно близко. Всё ещё верят в свою исключительность.

– Почему же ты не веришь? Даже будучи исключительным? – прищурил глаза Кефариан.

– Потому что слишком долго был никому не нужной посредственностью. Тем, чья жизнь засыпана золой разочарования с самого начала. Кому даже ради минимальных результатов нужно было пахать в три раза больше остальных. А спустя годы…

Я хмыкнул, а вместе со мной хмыкнул скованный Контролёр.

– А спустя годы мой опыт стал считаться талантом. Сработал в нужный момент, и все его заметили.

Зазвонил телефон.

– Да, мы на месте, – отчитался я.

– Сейчас вам принесут два артефакта, необходимых для ритуала. После активации приступайте, – сказала Анна, и словно по волшебству рядом с нами появился ничем ни примечательный человек с тяжёлой шкатулкой.

– Вас с главой ждать? – спросил я, а Кирилл с интересом посмотрел в мою сторону.

– Мы не можем, – с наигранной печалью сказала она.

Я покачал головой и Привалов выругался себе под нос.

Незаметный человек открыл шкатулку, показывая два массивных, с ладонь размером, кристалла. Острые неровные грани, но при этом чётко видно, что это сделано нарочно, руками мастера.

На каждой грани сияли руны старого насечения, которые даже в мом мире использовались крайне редко, а здесь я видел их всего пару раз на древних артефактах.

Ещё одно наследие богов прошлого, которые, как оказалось, вполне себе неплохо живут с нами под одним небом.

Первым делом я достал увеличительное стекло в глазке, прищурился, изучая артефакт. Всё это для отвода глаз, поскольку на самом деле смотрел Взглядом сущего. Сейчас не время экономить силы и подставляться под чужие непредсказуемые артефакты.

Контролёр молчал, наблюдая из моего нутра за происходящим. Кирилл брезгливо изучал шкатулку, словно это была ржавая консервная банка с тухлятиной внутри. Хотя даже без артефактов она бы стоила несколько тысяч золотых за счёт тонкой работы и ценных пород дерева.

– Чисто, – сказал я, не испытывая никакого удовлетворения от вывода.

Если здесь нет подвоха, то он будет где-то ещё. А там мне будет сложнее его выявить.

Привалов тоже не выглядел довольным. По его лицу было видно, что недоволен… всем. И тем, что стал богом; что дал себя уговорить участвовать в этом безумии; что Гончие столько скрывают; что работать нужно именно со мной, в конце концов.

– Когда настроитесь на артефакты, займите точки, указанные красными флажками. Там находятся края разрыва. Оттуда и начнёте, – тихо, невнятно сказал человек, что принёс шкатулку. – Когда закончите – верните кристаллы. Это ценность ордена.

Мы оба с Приваловым косо посмотрели на человека, ничего не обещая. Просто понимали, что без нас ничего не сложится.

А причина была проста: нужна энергия бога, но выжившие Боги остались как раз без неё. Я, помимо того, что сам являюсь богом, научился управлять Инъектором так, как никто иной. А значит и энергией, что заключена внутри.

По крайней мере в теории. А практика сейчас подскажет, прав ли я в своих расчётах или нет.

Я поправил рюкзак, в который я положил Инъектор, предварительно обмотав его старой тканью – проверенный метод скрыть его ненадолго от чужих глаз. Хотя остановка исходящего потока помогла ещё больше.

Мы с Приваловым взяли кристаллы в руки, уселись на специально подготовленные стулья, начали настройку. Читали мантры, медитировали и нажимали на грани кристаллов в определённой очередности.

Перед нами были резонаторы магической энергии. Они усиливали колебания Дара, вынуждая его действовать мощнее, не сдерживаясь. При этом работать они могли только с определёнными потоками, а не со всеми.

А ещё они умели преобразовывать энергию в подобие нити, которая в свою очередь и сшивала разрыв. Не знаю, зачем их создавали и использовали раньше, но сейчас это действительно облегчает нам задачу.

Как минимум мне не нужно думать, как это сделать, хотя Кефир вчера предложил два рабочих варианта.

Надеюсь, не придётся прибегать ни к одному из них. Мне дороги как моя кровь, так и мой цикл перерождения.

Настройка заняла примерно двадцать минут, после чего я почувствовал, как кристалл в руках завибрировал и начал слегка летать над ладонями.

У Привалова то же самое случилось ещё минут через десять.

Мы посмотрели друг на друга, на ожидающих у границы опасной зоны людей, кивнули и пошли на точки старта.

Не дошли.

Раздался зычный крик: «Волна!», лязгнуло оружие, в воздухе завоняло Даром.

– Ложись! – приказал Горчаков, и мы с Кириллом, не сговариваясь, нырнули на землю.

Над нашими головами пронеслась линия разрывных снарядов, чередуемые красными трассерами. Запахло порохом, калёным металлом, кровью.

Спустя несколько секунд раздался первый вой, и демон ростом примерно с меня упал с простреленной головой. Почти сразу он начал плыть, растекаясь по чёрной от крови и пепла земле.

– Назад! – пытаясь перекричать грохот стрельбы приказал я наследнику, и мы вместе откатились, вот прямо по земле, колбасками, ближе к солдатам.

Нас тут же подняли, оттеснили назад, передали на руки подоспевшим артефакторам.

Яростный палил с наплечных копьеметателей (уже двух), помогая воякам. Особенно его помощь пригодилась тогда, когда пули перестали быть эффективными и солдаты пошли в рукопашную, звеня артефактными мечами и прикрываясь артефактной защитой.

– Смотри, щит быстро проседает, если в него бьют сразу двое. Нестабильная цепочка рун или схема балансировки? – голосом скучного учёного рассуждал за спиной наш Кирилл Тамбовский, а Лена записывала.

Всеволод вместе с Виолеттой помогали Яростному, не давая демонам подойти на расстояние атаки Флеймигатора, обсуждая при этом поставки материалов и информационную политику вокруг демонов.

– Они их всё ещё недооценивают. Нам повезло, что мы быстро нашли решение. Иначе жертв сразу могло быть больше, – говорил Всеволод, отправляя какую-то краснокожую макаку к демонам в ад.

– Лучше уже так, как сейчас, чем ничего. К тому же, властям не нужна паника. С ней справится сложнее, чем с армией демонов, – прагматично отвечала Виолетта, следя за тем, чтобы солдаты правильно использовали новую амуницию.

Созданный запас мы решили отдать тем, кто стоит на первом рубеже. Без них всё давно бы пошло по одному месту.

Так что теперь они получали советы от разработчиков напрямую. Ну, как советы…

– Эй, активируй кольцо, придурок! Без башки останешься, идиот! – кричала Виолетта на зазевавшегося солдата, чуть не получившего по башке когтистой лапой в два раза больше этой самой башки. – Пришивание головы к телу страховка не покроет!

Солдаты, видя нашу беспечность и наглость, сначала разозлились. Усилили натиск на демонов, не забывая ругать нашу болтовню.

– Ты сам выйди против такого, умник! – крикнул один из наёмников, с трудом отбив прямо удар по клинку, а затем расстреляв демона в упор.

Всеволод переглянулся в Виолеттой, та закатила глаза:

– Если что, я Лену успокаивать не буду. Сам расхлёбывай.

Кузьмин поправил бронзовые волосы, после чего преобразился: исчезла расслабленная улыбка, кривая ухмылка разрезала лицо, превращая его в маску. Страшную маску.

– Ой, довели, – проворчал Яростный. – Я с тобой, прикрою!

Они оба с разбегу врезались в небольшую группу желтых демонов, похожих на толстячков с массивными руками и огромными, под двадцать сантиметров каждый, когтями. Мы с такими ещё не воевали, но уже слышали о таких от местных.

Парни не использовали огнестрел, только копьемёты, Флеймигаторы, кольца для защиты и что-то из закромов Чумовых. Алексей яростно хихикал, когда выдавал нам небольшие плашки, похожие на медальоны.

Благодаря им удавалось повышать концентрацию и предсказывать некоторые удары за секунду-две.

Жёлтых превратили в мягкий фарш, растворяющийся на земле минут за пять. Всеволод и Яростный вернулись к нам, продолжая наблюдать за боем. После этого «представления» военные стали сосредоточенными и внимательно слушали наши рекомендации.

Словно из ниоткуда появлялись всё новые и новые группы демонов. А солдаты, теряя ранеными и оглушёнными, отбивались. Иногда мы вмешивались, но чаще всего оставляли работу другим.