Текст книги "Первый Артефактор семьи Шторм 6 (СИ)"

Автор книги: Юрий Окунев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

В первый раз что ли?

К тому же там не вылечить такое количество раненных. А здесь – возможно.

На едва крутящихся колёсах мы смогли добраться до склада, который отец Подорожникова когда-то присмотрел для своих целей. Под нами находился подготовленный, но мёртвый алтарь, а вокруг – запас медицинского оборудования.

Так что мы развернули полноценный полевой лазарет. Черкасов оказался опытным медбратом и ловко помогал Максиму. Хотя ногу в его экзоскелете пришлось отрегулировать, чтобы не запинался. Одна дуга помялась при падении.

Сухов переживал потерю своей батарейки и спрашивал, смогут ли её поменять по гарантии. Я пообещал ему сделать новую и не взрывоопасную.

Только после этого его лицо разгладилось, и он вдруг сказал:

– Я человек практичный. Пусть и говорят, что на линии неверующих нет, но я всегда оставался циником в этом вопросе. Но сегодня, – он покачал головой, – когда я увидел как ты быстро разобрался с проблемой батарейки и использовал её, чтобы мы могли сбежать, я готов признать тебя богом артефакторики.

Неисправим. Не единого луча света из глаз или души. Только холодная прагматичная логика.

В ответ я тогда похлопал его по плечу и отправил помогать стелить койки для раненных друзей. Пусть прагматично поможет.

Я обошёл каждого, с каждым переговорил, кто был в сознании. Подержал за руку, если требовалось.

И только спустя десять насыщенных болью и надеждами часов, переговорив после операции с Приваловым, я наконец закончился.

Я просто упал за какой-то ящик и остался там лежать, пока не вставшая на ноги Лена Толмачёва, поисках туалета, случайно не забрела не в тот угол склада и не нашла меня рядом с коробкой с дезинфекторами.

Момент, когда меня подняли на руки, я видел будто со стороны. Казалось, что эти люди несут святыню, саркофаг со святым, а не уставшую тушку одного артефактора. Они старались одновременно не касаться меня лишний раз, но при этом каждое касание было наполнено уважением и трепетом, который я не до конца понимал.

– Ты выглядишь слишком удивлённым для бога, Шторм, – проворчал мне в лицо Контролёр. – Как ты выживал раньше, если тебя не носили на руках почитатели?

Мы оказались с ним лицом к лицу. Повезло, что он всё также был прикован к древу перерождения, иначе бы я не смог сопротивляться ему в нынешнем состоянии. Не хватало сейчас для полного счастья потерять контроль над телом и разумом.

Я проигнорировал его вопрос и стал медитировать рядом с деревом. Пока я вырубился в реальном мире, хоть с пользой проведу его здесь.

Только мне не дали.

Сначала закряхтел Контролёр, но через минуту он стал издавать стоны боли.

– Успокойся! Я ничего плохого тебе не сделал! – мне показалось, что в его голосе мелькнул настоящий испуг. – Остановись!

– Прекрати орать! – не открывая глаза попросил я.

– А-а-а-! – проорал он, заставив меня глянуть, что происходит.

И тут я чуть не упал на спину: моё дерево, мой цикл перерождения, опора и твердь, шаталось. Шаталось так, как расшатывают зуб перед тем, как его вырвать.

Заключённый в плен древа Контролёр дёргался, пытался вырваться, но не мог ничего сделать. Из него вытекали силы, причём не ко мне, а куда-то ещё. Словно в землю. Голодную и сухую.

А затем проснулся уставший артефактор, прислушался к спящему, но вс равно чувствительному телу, и понял, что происходит.

– Активизировался алтарь! – воскликнул я. – Началась привязка.

– Хорошая… штука… – сквозь зубы простонал Контролёр. – А я здесь причём?

Пришлось заставить себя изо всех сил проснуться и принудительно прервать процесс привязки к алтарю. Благодаря ему я могу стать сильнее, но… при этом есть свои нюансы.

Видимо, я так активно думал о том, что привяжу к нему Привалова, что не осознавая этого настроился на частоту артефакта, активизировав процесс.

И пусть напрямую местный алтарь не являлся атрибутом огня, но всё же обсидиан многое позволяет обойти.

Магический камень, что не говори.

Когда я слегка оклемался, рассказал Подорожникову о своём плане. Всё-таки он был хозяином этого места, а я лишь – временный опекун. А бог под боком – это навсегда.

– Я сделаю так, как считаете нужным, Сергей, – ответил он. – Я доверяю вам и… – его пауза затянулась, но спустя время он собрался и закончил: – и, как обещал раньше, продолжу служить вам и вашей семье. Независимо от того, кто вы на самом деле.

Я вспомнил крик в машине, когда мы падали: «Шторм! Молю! Ты же бог! Помоги нам!»

Это мог быть кто угодно. Это могли быть эмоции, бесплодный призыв о помощи.

Но кричал Черкасов. И в его голосе я слышал не мольбу потерянного человека, а окрик старшего офицера, который точно знает твои возможности и требует от тебя их показать в критический момент.

И именно в этот момент Черкасов призывал меня показать, кто я есть на самом деле.

– Позови Антона, – сказал я Максиму, когда мы обсудили свои дела.

Подорожников ушёл и через пять минут пришёл Черкасов. Он чуть хромал из-за неточности в экзоскелете, но пока у меня не было времени довести его до ума после ремонта.

Однако это не мешало ему смотреть на меня прямо, ровно и спокойно.

Я зада ему лишь один вопрос:

– Когда ты узнал?

Его лицо расплылось в той самой улыбке любимого дядюшки, который сейчас достанет зажигалку и подпалит бомбочку прямо на балконе многоэтажки. Я рефлекторно напрягся, но в то же время подался вперёд от любопытства.

А Антон пожал плечами, словно говорил очевидные вещи:

– Если вы думали, что Дар контроля не действует только на вас, Сергей Иванович, то ошибались. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – Поэтому я знаю, кто вы с вашего первого разговора со Смертью и Жизнью.

Внутри меня раздалось протяжное: «Чооооо⁈» Контролёр не смог проконтролировать чужой контроль? Это даже забавно.

Что ж, как минимум с одним вопросом мы разобрались.

Осталось дело за малым: убедиться, что передо мной не стоит ещё один бог.

Глава 10
Сюрприз-сюрприз

Привалов встал на третий день, и я не отказал себе в удовольствии поржать над его удивлённой рожей.

У него из горла до сих пор торчала трубка, к которой присоединялась система дыхания, но он, хрипло и тяжело, дышал сам. И то, хрипел только потому, что эту самую трубку Максим ещё не вытащил.

Огненный наследник спустил ноги с кровати, сделал несколько неловких шагов, поддерживаемый Подорожниковым, похожим сейчас цветом на скатерть. А затем Кирилл мягко оттолкнул лекаря и зашагал по комнате сам.

Он походил на деревянного Буратино, который неловко дёргал ногами, но бегал с детской непосредственностью.

Привалов попробовал что-то сказать, но трубка в горле помешала.

– Придётся помолчать ещё немного. – Кивнул Максиму и тот уложил пациента в кровать. – Вечером пойдём делать тебя сильнее. Как только доктор избавит тебя от лишнего.

Я пошёл к дверям и остановился в проходе:

– Либо ты можешь аккуратно выжечь это из своего тела, но потом компенсировать расходы Подорожникову. Всё-таки это его клиника.

Максим даже не повернул голову в моё сторону – так был занят медицинскими манипуляциями. Как только это всё закончится, дадим ему полноценный отдых. И премию за выдержку и верную службу.

Сейчас наш лазарет насчитывал троих серьёзных, с тяжелыми последствиями пациентов, а также всех остальных. У каждого была как минимум неприятная ссадина и у всех было опустошение после схватки с демонами.

Хуже всех себя чувствовали Привалов, Демидова и, кто бы мог подумать, Тамбовский. Наш Кирилл снова получил, причём дважды: сначала откат от щита Яростного, а затем уже при падении машины.

Виолетта пообещала, что в следующий раз сама действительно его придушит, чтобы не мучался. Сказала это с такой нежностью, что Кирилл не стал спорить с ней и только сжал её руку в своём ободранном кулаке.

Но помимо обычных пациентов у нас был и необычный. Кефир больше не скрывался от ребят – все его видели во время боя, слышали, что говорили демоны и люди. Так что с любопытством поглядывали на сине-рыжего лиса, который отдыхал в углу.

Я сделал ему подобие домика их коробки и двух одеял, так, чтобы он мог залезть внутрь и наблюдать за окружающими своими золотыми глазами. Правда большую часть времени он спал.

Пришлось потратить на него пару кристаллов атрибута жизни, чтобы помочь срастить кости, пострадавшие в драке с Атероном. Но даже этого оказалось недостаточно, чтобы привести его в полный порядок.

– Я предлагал тебе напитаться из Инъектора, – пожурил я его, усевшись рядом на пол. Конечно, я подстелил себе, только не соломки, а ещё одно одеяло.

Судя по запасам, которые натащил сюда отец Подорожникова, тот действительно планировал открыть здесь стационар.

– А если бы я тебя послушал, то ты бы уже гнил в парке под деревом, а демоны спокойно дальше маршировали по городу. А так они вынуждены быть настороже.

– Думаешь из-за того, что мы выжили?

Кефир приоткрыл левый глаз, махнул правыми ушами. Смотрел он на меня, как на придурка.

– Ни как, – ответил он на мои мысли. – Пойми, ты и твой дружок по несчастью – единственная достойная сила, которая может противостоять Атерону и компании.

– Только нас размазали, как джем по хлебу, и чуть не сожрали с потрохами. И только удача позволила нам уйти.

Кефариан вздохнул.

– Да, нам повезло. Но всё равно – остальные варианты хуже. Пока что они контролируют малую часть города и почти все спаслись. Если бы не вы – жертвы были бы раз в мильён больше.

Да, демоны пусть и нанесли неожиданный удар, уничтожили часть армии, чуть не порвали на куски Привалова и Братство резца, после взрыва сделали лишь небольшой рывок вперёд, заняв пару кварталов и закрепившись в домах.

По предварительным данным погибло порядка тысячи человек. Много, но в масштабах столицы… от гриппа в плохой сезон гибнет больше в неделю, несмотря на антибиотики и Дар. Особенно, если штамм в этом году резистентен и к магии, и к лекарствам.

В нескольких точках планеты произошли другие прорывы, но они тоже сделали короткие рывки, заняли удобные позиции и окопались. И всё замерло, вернувшись к шаткому статус-кво.

Только теперь все знали, что демоны – это не сказка.

Общий расклад нам сообщил сам Князь Огня. Привалов-старший очень долго просил дать сына к телефону, но мы были настойчивы, сообщая, что ему нужен отдых.

Как и не сообщили точные координаты нашей базы. Для звонков мы выбирались в сторону, используя нычки команды Вороновой. Оказалось очень удобно.

Александре Валерьевной мы тоже сообщили о том, что живы, пусть и ранены. Воронова первым делом спросила, что нам известно и Привалове-младшем. Услышав, что он жив, старуха в теле женщины средних лет засмеялась:

– Небо любит тебя, Сергей! Главное, не зазнавайся, а то и удачу потеряешь, и жизнь.

Отвечать не стал, лишь узнал, как охраняется лагерь. Тут бабушка посуровела:

– Хорошо охраняется. Тварей там видимо-невидимо. И они не скрываются, словно нарочито показывают свою силу. И посреди лагеря стоит кое-что интересное, – её голос стал тише и злее. – Всё думаю, как оно там оказалось, хотя кто-то обещал мне обеспечить безопасность.

Понятное дело, она говорила про Инъектор.

– Теперь мы не можем использовать тяжёлую технику против них из опасения задеть артефакт. Князья запретили мне превращать город в перспективный котлован под застройку. Хотя, честно сказать, – в её голосе появились доверительные нотки, как и риэлтора, предлагающего однушку по цене особняка, – я полгорода действительно снесла бы и перестроила нормально.

– Уверен в вашем вкусе, Александра Валерьевна, – ответил я. – Спасибо за информацию, будем учитывать.

– Что ты собираешься дальше делать, Сергей?

Неприятная дрожь пробежала по руке, но Воронова этого не увидела и не услышала.

– Есть у меня идейка. Хочу проверить.

– Держи в курсе.

Мы распрощались. Мне очень не хотелось делать то, что я задумал, но если мы не сможем пробраться в парк к демонам… то вариантов не останется.

– Шторм, – подошёл ко мне Сухов. – Привалов зовёт.

– О, – я отвлёкся от своих мыслей. – Кто-то быстро заговорил. Он согласился оплатить расходы Подорожникова?

Сухов криво улыбнулся:

– Он готов выкупить его вместе с клиникой. И у него есть все шансы, – сузив глаза сказал Андрей.

– С чего ты взял? – Мы пошли вместе к «палате» Привалова.

– Вы же так и не взяли с него клятву.

Я резко остановился и посмотрел на Сухова.

– Думаешь, если я привяжу его к своей ноге, то он никогда не предаст? – Зло усмехнулся. – Я много раз видел, как собаки, посаженные на цепь, сгрызали лицо своим хозяевам. Не говоря про котов.

Сухова слегка передёрнуло.

– К тому же, ты сам ведь не хочешь оказаться на поводке.

Он медленно покачал головой.

– Значит готов убить? – Я специально откинул подол крутки, обнажив грудь под чёрной майкой.

Он снова покачал головой.

Я запахнул куртку и глухо сказал:

– Тебе было бы достаточно просто не ехать за мной позавчера. Остаться дома, не лезть на рожон. – Я посмотрел ему в глаза. – Но ты полез. Вместе с Черкасовым. А Макса вы оставили здесь только потому, что знали: ему там опасность грозит. И хотели защитить мальчишку. Так зачем мне надевать на вас поводки? Вы сами выбрали идти рядом со мной. Пусть невольно, но всё же.

Я звучал как старый дед, но ничего не мог с этим сделать. Мне было важно донести свою мысль до него. Судя по тому, как нахмурился лоб и взгляд обратился куда-то внутрь, зерно идеи я закинуть смог.

Сухов повернулся и медленно пошёл вперёд, а я следом. Я не смотрел на него, наблюдая краем глаза. Через полминуты он глубоко вздохнул, выпрямил спину. Его шаг стал чётче, походка – увереннее. Лишь перед самой дверь он остановился.

– Черкасов прав в одном: вы своих не бросаете. Это я в вас и ценю, Сергей Иванович.

После чего молча открыл дверь, впустил меня внутрь и прикрыл её за моей спиной.

Привалов сидел на кровати, одетый в простую полувоенную одежду, и смотрел мне в лицо. Судя по нахмуренным бровям и сжатым кулакам, нам предстоял непростой разговор.

Я не стал проходить дальше в палату и опёрся спиной о стену рядом с дверью. Мы помолчали, настраиваясь на разговор.

– Ты – бог, – констатировал Привалов.

Его голос звучал глухо и было заметно, что он едва держится в прямом положении. Но гордость и железная воля заставляла его сидеть, а не лежать.

– Да. – А чего выпендриваться, когда всё и так понятно.

– И Церберы предложили тебе закрыть разрыв из-за этого, чтобы никто не узнал, а не из-за артефактов.

– Нет.

Вот тут Привалов завис и посмотрел по-новому. Но ничего не спросил. Зато я добавил:

– Я действительно могу эффективно использовать различные артефакты. И они действительно помогают мне решить поставленную задачу.

Кирилл кивнул, принимая сказанное. Зато теперь пришло моё время задавать вопросы:

– То есть старики решили тебя шантажировать?

Кирилл кивнул, поморщился.

– Хочется верить, что на защите мира их требования ограничатся, – сказал он, и было ясно, что он сам не верит в сказанное.

Кто добровольно откажется от рычага давления на самых значительных людей страны и мира.

– Не переживай, – усмехнулся я в ответ. – Когда всё это закончится, я помогу тебе остаться независимым от этих стариков.

– Почему ты называешь их стариками. Ладно глава, но Анна…

Я подмигнул ему в ответ. Пусть думает сам.

– Понятно, – протянул Кирилл. – Хорошо. Тогда скажи, почему ты мне помогаешь?

– А почему ты со мной не хитришь, не строишь сейчас козни? Куда делся знаменитый Огненный паук, которого все боятся? – ответил вопросом на вопрос. Также в лоб.

Кирилл коротко хохотнул и даже разжал кулаки.

– А кто сказал, что Паук сейчас не в этой комнате. – Его лицо на мгновение стало каменным, ничего не выражающим. – Просто я понял, Сергей, что с тобой нужно прямо. Так быстрее, эффективнее и больше информации получаешь.

Он развёл руками в стороны, мол, ничего личного.

– Кстати, где мы? – он покрутил головой, словно искал окно или табличку с координатами.

Я проигнорировал этот вопрос, но ответил на другой:

– Я помогаю не тебе, а этому миру. Слишком он мне нравится, понимаешь? – Внутри меня хохотнул Контролёр. – С твоей помощью победить будет чуток проще. Да и меньше артефактов сгорит просто так, -ворчливо закончил я.

– Шторм, как обычно, считает копейки, – искренне и даже по-доброму улыбнулся Кирилл. – Так было всегда, судя по рассказам отца и деда.

– Возможно поэтому нам удалось выжить несмотря ни на что.

В комнате повисла гнетущая тишина, но Привалов не отвёл взгляда. А затем он сказал:

– Мы были уверены, что твоя семья запланировала что-то плохое. Очень плохое. Примерно как то, что произошло, – он грустно хмыкнул. – Информация шла от надёжного доверенного источника.

– Светланы?

Он покачал головой.

– Яровая лишь подтвердила другую информацию. Кстати, давно не слышал о ней ничего. Где она?

– Спроси у Анны на досуге, – сказал я и вышло это резче, чем хотелось.

Привалов задумчиво изучил моё лицо. Я видел, как у него в голове складываются некоторые пазлы, но судя по морщинам на лбу выводы его пока не радовали.

То ли ещё будет, юный бог.

– Так кто так желал уничтожить мою семью и забрать мой дом?

Привалов вздохнул.

– Мой наставник. Как я теперь понимаю, он преследовал вас достаточно давно.

– Что ему было нужно?

– Подвал вашего дома.

В голове взорвался целый вулкан мыслей, но Кирилл продолжал.

– Он никогда не уточнял, что именно ему надо, но даже когда Юсупов перестарался, – тут он неожиданно поперхнулся и закашлялся. – Но даже атака Юсупова, который разрушил половину твоего дома, его не беспокоила. Лишь бы подвал сохранился.

Его интересовал алтарь? Проход в секретную комнату? Кефир? Разрыв реальности под домом?

– Так, погоди. Получается, к атаке Юсупова он тоже имеет отношение? Это не личный бзик сумасшедшего старика?

– Да, – кратко ответил Привалов. Слишком быстро. Слишком прямо. Глядя мне в глаза.

Внутри взвыла чуйка, требующая проверки. Ведь помимо атаки Юсупова была ещё атака с воздуха, которая чуть не убила нас. И она явно была согласована со штурмом.

Огненный паук… ты был в курсе планов Юсупова. А может быть даже приложил к этому свою мохнатую лапу?

Молчание затягивалось, но никто не прерывал его. Кирилл не оправдывался, он был опытным политиком и переговорщиком. А я… а я думал.

Придумал. Хе-хе.

– Ладно, это всё в прошлом. – Нарочито тяжело вздохнул. – Сейчас нужно мир спасать и это можем только мы, боги.

Кирилл выпрямился, будто принимая награду на плацу.

– Что ты предлагаешь? Ты говорил что-то про усиление.

– Да. Но даже с ним мы не станем ровней Атерону. Это тот главный демон, который тебя продырявил, – пояснил я на непонимающий взгляд Привалова. – Так что нам нужна дополнительная помощь.

– Помощь? Ты знаешь ещё бога⁈

– Как-то плохо работают Церберы, не находишь? И на что идут наши налоги, – проворчал я, выглядывая за дверь. Увидев Сухова, попросил: – Приведи Черкасова, пожалуйста.

Обернувшись, я увидел ошалевшее лицо Кирилла. Он не спел скрыть своих эмоций. Только смог пробормотать:

– Ну, Шторм, ну умеешь же ты создавать… – что именно создавать он так и не сказал.

Зато в комнату вошёл Черкасов и вопросительно посмотрел на меня. Я, не поведя бровью, представил его Привалову:

– Наследник, познакомьтесь – Антон Черкасов, бог земли.

Всё-таки парень не выдержал и закинул ноги на кровать и откинулся на подушки.

– Что за хрень твориться в этом мире, – простонал он, закрыв глаза.

За это время я успел бросить в Черкасова один взгляд. Он всё понял.

– Подобное притягивается к подобному, – сказал я. – Даже прошлые боги сидели тёплой компанией на горе Храма и, несмотря на нелюбовь друг к другу, тусили за одним столом. Да и о чём говорить с обычными людьми, наследник? Кстати, тебе рассказать анекдот?

Кирилл замотал головой. Ну и не надо. Князья оценили. Думаю, Атерон тоже бы поржал. Прежде, чем оторвать нам голову.

– Кстати, а почему он не хотел нас убивать сразу? – спросил вдруг Привалов. – Ну, тот демон.

Мы с Черкасовым переглянулись. Вопрос действительно был важным.

Ответ пришёл откуда не ждали:

– Мало кто откажется от батарейки и ключа от мира одновременно, – в комнату, пройдя сквозь стену, вошёл Кефир. – Тем более, что именно Шторм и его друзья умеют делать убойные артефакты, единственное оружие, которое способно дать отпор демонам даже без богов.

Он выглядел уставшим, осунувшимся, если так можно сказать про лиса. Но золотистые глаза блестели упрямо.

– Бог Огня, – обратился Кефариан к Привалову. – Насколько просел твой Дар после ранения?

Привалов дёрнулся, не ожидая такого. Сжал губы в тонкую линию, заметил это, расслабил лицо.

– Немного просел, да.

– То есть меньше половины или всё-таки больше? – холодно уточнил Кефир.

Ничего себе. То есть Кефир, ты можешь и такое видеть?

– Чуть больше, чем половина, – сдался под его взглядом Привалов.

Огненный паук словно сдулся от этих слов и стёк по подушкам ниже. Его взгляд бессмысленно упёрся в стену.

– Поэтому ты так хотел воспользоваться помощью Шторма, – не спросил, а констатировал он. Затем Кефир повернулся ко мне. – Он сейчас не переживёт то, что ты задумал.

– Но нам нужно закрыть разрыв, – начал было я, но Кирилл перебил:

– Тогда пусть Черкасов это сделает. Он сильнее меня, как одарённый, я вижу это. Значит и как бог – тоже. Пусть он займёт моё место.

Кирилл выглядел так, как выглядит расстроенный ребёнок, которому пообещали три дня в парке развлечений, а он в последний день заболел, причём по собственной вине. Однако говорил он с мрачной решимостью, как руководитель, а не ребёнок.

Это непроизвольно вызывало во мне чувство уважения.

Зато Кефира словно стукнули по башке мешком муки. Или песка. Он уставился сначала на Кирилла. Тот смотрел в стену и не реагировал.

Потом перевёл взгляд на Черкасова. Тот пожал плечами, улыбнулся и достал эспандер из кармана. Мягко заскрипела пружина.

Последним одарил взглядом меня. И если до этого было ошеломление, то сейчас он, казалось, готов вырасти в размерах и надавать мне лапами по башке.

– Шторм! – Его глаза яростно блеснули, а по шерсти пробежали искорки.

– О, вижу тебе уже лучше, – широко улыбаясь ответил ему.

– Нет, не увильнёшь! – рыкнул лис, заставив Черкасова сбиться со счёта, а Кирилла повернуть голову. – Ты что творишь? Зачем ты это сделал?

– Что именно? – невинно спросил я.

– Думаешь мне просто? Думаешь я рад, что оказался во всей этой ситуации? Из уважения к твоему прадеду…

– И твоим личным целям. – Но Кефир не заметил моего замечания.

– … я с тобой нянчусь, помогаю и ищу способы выбраться из той задницы, в которую люди загнали себя всего за пятьдесят лет! Но нет, тебе всё хиханьки да хаханьки Атеронова задница!

Кирилл нахмурился и спустил ноги с кровати.

– Что у вас тут произошло? О чём ты, магическая лиса?

– Лис! Я – лис! – проорал Кефир.

Его хвост начал стучать по полу, а из глаз посыпались натуральные искры, готовые поджечь помещение.

– А этот идиот, сюрприз-сюрприз, – он ткнул в меня лапой с такой яростью, что меня оттолкнуло силой Дара на полшага, – умудрился обычного человека, только подумать, Атерон, в какую задницу ты в этот раз попал, мне даже тебя жалко, обычного человека превратить в полубога!

В палате повисла странная и очень вязкая тишина, нарушаемая только хриплым дыханием.

Причём хрипели все: Кефир, Кирилл, Черкасов и даже я.