Текст книги "Зодчий. Книга VIII (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

В себя я приходил долго. Сначала появились звуки: булькающие и совершенно инфернальные. Однако за ними скрывалась уютная рутина, от которой хочется повернуться на другой бок и дальше наслаждаться сном.

Что я машинально и собирался сделать, и уже в процессе попытался открыть закатывающиеся глаза. Веки были тяжелее пудовой гири. Что Ира мне вколола⁈ Голоса чуть оживились. Один из них приблизился и принялся бубнить над ухом:

– Миша? Миша, ты проснулся?

– Ваше сиятельство? – добавился ещё один голос, басовитый и гулкий. По-моему, это Капелюш. В просвете прищуренных век появился беспокоящийся лик телохранителя.

– Где она… – вывалилось из моего очень вялого рта. Да уж, вот это точно бином Ньютона. Я рывком сел. Так, подо мной койка. Одежда тоже на мне. Правда это, скорее всего, ничего не значит. Свесив ноги, я прижался спиной к стене, мутно оглядывая помещение. Лысый Люций поспешил назад к кровати Пановой. Девушка лежала на спине, повернув к нам голову, и глаза её были открыты, на губах появилась слабая улыбка. Хорошие новости тоже есть, получается.

– Где монахиня? – повторил я уже более твёрдым тоном. – Ирина.

– Убыла, Хозяин! – рядом материализовался Черномор. – Хозяин, случилось страшное. Вы должны немедленно спуститься в лабораторию.

– Насколько страшное? – мотнул головой я. Мир ещё кружился.

– Кажется, я убил людишку, – виртуальный помощник опустил окуляры. – Впрочем… Слово «кажется» здесь лишнее.

Дурь зелья вылетала у меня из головы в один момент.

– Что за человек?

– Сопровождающий Магистра Буревого, Хозяин. Я пытался предупредить вас о вторжении, но вы спали.

Так, по очереди.

– Куда убыла Ирина? – повторил я.

– Не знаю, Хозяин. Но могу предположить, исходя из накопленного объёма данных и их анализ, что конечное место назначения – Горный Алтай. Туда она и собиралась для исполнения финального акта пророчества. Если, конечно, я всё правильно понял.

– Пророчества? – я медленно моргал, глядя в лицо взволнованного Капелюша и продолжая мысленный диалог.

– Да, желаете посмотреть записи? – услужливо предложил робот. – Возможно, вы подметите то, что я не понимаю вследствие проблем с аналитическим модулем. Некоторые человеческие мотивации мне совершенно не даются, особенно связанные с метафизическими проявлениями верований и обрядов.

– Что за сопровождающий Буревого? – не ответил я. Кажется, у меня случилась потеря лояльного биоманта. Как именно это произошло – знать не хочу, надо придумывать как теперь жить в новой реальности.

– Геннадий Лебедев, наёмный помощник. Выпускник Псковского Рудоразедывательного Института. Отличник, медалист, победитель турнира Семи Камней. Хозяин, я убил восходящую звезду…

Черномор опустил голову.

– Саша, ты как? – перевёл я взгляд на Панову. Девушка слабо улыбнулась и попыталась поднять руку, но ту сразу же перехватил Люций.

– Тебе надо отдыхать! – настойчиво произнёс вечный, обращаясь к боготворимой спасительнице.

Я, наконец, сполз с кровати.

– С вами точно всё в порядке? – Капелюш встал рядом, готовый подхватить меня в случае падения. – Матушка Ирина сказала, что вам нужно пару дней отдохнуть и избегать нагрузок. Нервное перенапряжение.

– На том свете отдохну, – натянуто улыбнулся я. Посмотрел на часы. Чёрт возьми, почти семь вечера… Я доковылял до кровати Саши, из-за бледности кожи её рыжие волосы казались разлившимся по подушке пламенем.

– Михаил Иванович… Люций сказал мне, что вы спасли меня, – прошептала девушка.

– Это была командная работа, – отметил я. – Что ты помнишь?

Лицо Пановой дрогнуло.

– Голос… Чужой голос, звучащий как родной. Я… Я была сама не своя, простите, ваше сиятельство.

Губы её задрожали.

– Ты ни в чём не виновата. Тебя вела тварь Скверны, – я положил руку ей на ладонь. Люций напрягся, но промолчал. – Судя по тому, что вы раскопали в святилище Аль Абаса – у тебя не было шансов сопротивляться.

– Я хотела знать ответы… – отвела глаза Саша.

– Ты молодец. Но теперь восстанавливайся. Оставляю тебя в надёжных руках, – я покосился на вечного. Тот же торопливо закивал, мол, да, он надёжный. Если дело не зайдёт о брюкве и желании убивать осквернённых.

– Люций, на пару слов, – позвал я бессмертного.

Мы выбрались из палаты. Вечный встал так, чтобы видеть Сашу через стекло двери. Её кровать хорошо просматривалась с этого места. Та койка, где валялся я – нет. И слава богу.

– Скверна атаковала границу к северу отсюда, – посмотрел я в водянистые глаза Люция.

– Ты что-то слышал?

Он кивнул, но с совершенно отсутствующим видом. Ему гораздо интереснее было сидеть рядом с Пановой, чем отчитываться.

– Что ты слышал? – терпеливо спросил я.

– Рабум идёт на Петербург. Рабум приведёт к Истине всех заблуждающихся. Рабум есть генерал Истины и помазанник Великих. Все склонятся перед Рабумом, – скучающим тоном протараторил Люций. – Все должны слушать его, если хотят оставаться с Истиной. Чушь.

Это плохо.

– Ты слышал про этого Рабума раньше? – тихо спросил я.

Вечный помотал головой.

– Там тихо было. Но был зов. Давно, но без имён. Разве это важно? Я же говорил, что там что-то собирается. Просто неразборчиво было.

– Говорил… – сказал я и замолчал. Именные генералы Скверны – это нехорошо. Рядом с ними Демон-Принц со своей Стаей безобидная шайка первого-второго ранга.

– Я пойду? – Люций сделал шаг вбок, выходя из моего поля зрения.

– Стой.

Он тяжело вздохнул и переступил с ноги на ногу, как ждущий скачки конь.

– Есть ещё один вопрос. Не хочу его задавать, но должен, – продолжил я. – Ты знаешь, как люди Ставра научились обретать твоё бессмертие?

Вечный вздрогнул, как от удара, кровь схлынула с его лица. Он помотал головой и отступил испуганно.

– Нет. Нет. Ставр… Нет! НЕТ!

Я выставил перед собой руки, показывая свои ладони.

– Всё хорошо. Я просто спрашиваю.

– Никто не спрашивает просто так! – почти закричал Люций. – Никто не спрашивает просто так! За вопросами всегда больно!

Он торопливо распахнул дверь в медицинский блок и нырнул к Саше. Схватил её за руку и испуганно посмотрел в мою сторону, будто собачонка, ожидающая удара палкой от злого хозяина.

Ладно. Значит, будем двигаться по долгому пути.

Когда я вышел из медицинского блока на волю, то первым делом наткнулся не недружелюбные взоры матушек. Капелюш стоял рядом, готовый подхватить. От свежего осеннего воздуха голова закружилась ещё сильнее.

– Ваше сиятельство, ваш помощник вас искал. Который… Ну живой компьютер ваш, – проговорил Капелюш. – Я пытался вас разбудить несмотря на запреты Ирины, но вы не ответили.

Я кивнул, мол, всё по плану, а затем обратился к ИскИну:

– Так, Черномор, а теперь в деталях, что за Лебедев и почему ты его убил?

В ожидании ответа я пошёл к машине, кутаясь в пальто. Тело бил озноб, зубы лязгали друг о друга.

Изображение робота тотчас появилось слева от меня. Черномор даже эмулировал качение на моноколесе, пусть оно и проваливалось в землю сантиметров на пять. Повернув ко мне прозрачную голубоватую голову, виртуальный помощник объявил:

– Был высокий риск раскрытия подземной лаборатории, Хозяин. Я предположил, что это будет лучший вариант для соблюдений конфиденциальности. Лебедев добрался до лабораторного блока, проделав прямой ход в основное помещение. Смею предположить, что юноша знал, где копать.

– Геомант?

– Выпускники Рудоразведывательного Института всегда обладают аспектом Земли, – торжественно произнёс Черномор.

Опять Аль Абас?

Я сел в машину, и Капелюш отвёз меня домой. За те несколько часов моего отсутствия ситуация в мире не изменилась. Сеть была забита слухами. И тут уже нужно было выбирать тот пузырь, чьи слухи хотелось слушать. На поверхности оказались два из них. В первом Скверна уже была замечена в Москве, и обращённые полки солдат, брошенные предателями-аристократами, вовсю сражаются возле императорского дворца под Петербургом. Во втором информационном пузыре всё было напротив прекрасно и удивительно: нападения монстров ничем не отличались от предыдущих и были без потерь отбиты смелыми воинами Его Императорского Величества.

Истина, как водится, ничего общего с обоими источниками не имела. Однако никаких прямых сведений с мест у меня не было. Кроме сводок с границ окрестных земель. Ни у Злобека, ни у Приборово, ни вокруг Влодавы ничего экстраординарного не случилось. Было замечено движение у Константина, и группа бойцов Вепря выловила там трёхрангового монстра. На этом все активности Скверны в секторе и закончились.

Обольщаться удалённостью я не собирался. Раз там именной генерал, значит, никто не в безопасности. Вопрос в том, насколько готова к войне армия Империи. Мысли перепрыгнули с общей проблемы на ситуацию с обороной. Рудник у Константина и производство – это хорошо.

Первая партия неодимовой руды отправилась на обработку, но времени уже играло против меня. Для полного цикла, со всеми моими технологиями, замаскированными под обычные предприятия, всё равно понадобится четыре недели. До этого момента стены будут в зачаточном состоянии. И ещё, если начнётся заварушка, то разбегутся специалисты. Надо укреплять тот фланг дополнительно и повышать оклад. Тут дело уже не в прибыли, а в обороне.

Машина остановилась у моего участка. Капелюш повернулся ко мне:

– Ваше сиятельство, вам помочь дойти?

– Юра, я в порядке, – улыбнулся ему я. – Спасибо за заботу.

У калитки меня покачнуло, но удалось вцепиться в ручку. Вот это отраву в меня вкололи…

– Как ты это проворонил, Черномор? – поинтересовался я. – Почему не поднял тревогу?

Виртуальный помощник появился рядом и стал фиолетовым.

– Простите, Хозяин. Я пытался поднять тревогу, но вы спали!

– Я не об этом. Меня вырубила биомантка, Черномор. Это прямая агрессия.

Окуляры вытянулись, изображая изумление:

– Это была агрессия? Но… – робот вытянул шею, почесал гибким щупальцем затылок. – Это не было похоже на агрессию. Это было похоже…

Я поднял руку, не желая слушать продолжения. Ладно, тоже мне проблема. Ирина была ценным активом Томашовки, но активом нестабильным. И то, что могло случиться – случилось.

Едва калитка отворилась, как возле меня оказалось Нямко.

– Ням! – воскликнуло оно, подпрыгивая. Потом указало чёрной ручкой куда-то не север. – Ням! Ня-я-я-ям!

Из-за дома выпрыгнул фонарь и в несколько скачков оказался рядом.

– Ням! Ня-ня-ням! – продолжало ведро. И Светко согласно изогнулся, кивая плафоном. Нямко тем временем развело маленькие ручки в стороны, с сомнением промолвило:

– Ням?

А затем развело их ещё шире.

– НЯМ!

– Понял, не дурак, – буркнул я. Пошарил по карманам и нашёл плоский камень с ладожских шхер. Протянул приятелю, после чего уставился на фонарь.

– А тебе гостинцев не принёс, извини. Ты вообще, что любишь? Всеблагое электричество?

Светко не пошевелился.

– Ням, – предположило ведро.

Я улыбнулся и прошёл к крыльцу. Дурнота почти спала, хотя слабость и оставалась. Параллельно просмотрел запись появления в моих подземных владениях Геннадия Лебедева, а также момент его гибели.

Геомант Аль Абаса на это раз рыл небольшой проход в лесу, примыкающему к районе таунхаусов. С виду совершенно обычный человек, какие на улице никогда не привлекают внимания. Он забрался в поросль ёлок, замаскировал вход и очень быстро с помощью геомантии проделал ход вниз, аж до большого зала. При этом Лебедев несколько раз сверялся с нарисованной от руки схемой.

Как только неожиданный гость приступил к работе, Черномор в первый раз попытался достучаться до меня. Он появился в визуальном облике в палате, рядом с моей койкой, и громогласно заявил:

– Просыпайтесь, Хозяин. Вторжение.

В этот момент в палате ещё была Ирина. Монахиня прекрасно владела собой, и, обнаружив иллюзорного гостя, негодующе нахмурилась:

– Михаил Иванович отдыхает после долгой дороги. Ему нужен покой и здоровый сон!

Черномор посмотрел на неё, потом на меня. Потом снова на неё и исчез.

Второй раз преданный ИскИн появился в палате через полчаса, когда монахини и след простыл. В этот момент Лебедев пробил короткий путь к подземному комплексу и ступил в освещённое пространство, где сверился с нарисованным планом.

Черномор выпалил тревожные новости о чрезвычайном происшествии в моё спящее лицо, на разных уровнях громкости. После чего замолк, склонил механическую голову набок и снова исчез.

В третий раз робот попытался разбудить меня при помощи Капелюша. Это случилось в тот момент, когда Лебедев добрался до залы, где прежде держали Люция. Геомант нашарил лучом света столб, скользнул им по цепям и разочарованно выругался.

Юра, встревоженный приказом робота, вошёл в палату и потряс моё бесчувственное тело за плечо. В ответ я только всхрапнул. Лебедев обошёл тюремный зал, а затем, сверяясь с планом, двинулся в обратный путь. Но вместо того, чтобы юркнуть в проделанный ход и вернуться к хозяевам с выполненной миссией, на свою голову и мою удачу решил пройти чуть дальше, опасно приближаясь к фальшивой стене, скрывающей лабораторию.

И в этот момент Черномор приступил к активным действиям. Лебедев медленно продвигался по тоннелю, используя дар геоманта, когда впереди послышался шорох. Культист застыл, прислушиваясь. Пыль вокруг него задрожала, пропитываясь силой. Мелкие камушки поднялись в воздух, собираясь во вращающийся ком. Значит, минимум мастер, раз такое умеет.

Несколько секунд незваный гость ждал, после чего крадучись двинулся дальше, в сторону звука. Черномор откатился назад, прячась в темноте.

– Кто здесь? – крикнул Лебедев. – Помогите. Я заблудился!

За ним поднимались в воздух несколько колючих шаров, медленно вращающихся и набирающих обороты.

– Пожалуйста, не прячьтесь! – жалобно добавил геомант, на лице мелькнула хищная улыбка. – Я провалился в дыру и, по-моему, сломал ногу.

Гость стал прихрамывать.

Черномор наблюдал за ним из темноты.

– Почему вы молчите? – продолжал Лебедев, шаря светом фонаря по стенам. – Помогите же мне!

Мой помощник перекатился чуть назад, и в этот же миг один из вращающихся комков земли, пыли и камней с гулом устремился в то место, куда двигался робот. Культист почувствовал моего помощника и сразу атаковал. От удара Черномора развернуло на месте. Лебедев же вытянул руку вперёд, направляя остальные снаряды.

Те высекали искры, обрушиваясь на металлическое тело. Черномор пытался закрыться буром, но тщетно.

– Что ты такое? – удивился Лебедев, а затем запустил ещё два снаряда прямо в голову роботу. Механическое тело задрожало и грохнулось на камни. Геомант осторожно приблизился, минуя фальшивую стену.

Черномор шарил по полу манипулятором и со скрипом крутил головой. Один из окуляров повис разбитым.

– Убийца, – без эмоций прохрипел робот. – Убийца.

– Ничего себе какая прелесть, – цокнул языком Лебедев и замер. Медленно повернулся, глядя на катящуюся ему навстречу фигуру. Прожекторы на броне Черномора вспыхнули, ослепляя. Культист прикрыл лицо рукой, после чего рухнул на колени, взывая к силе. Каменные шипы подбросили второго робота в воздух. Короткий жест, и целый пласт земли завалил проход, отсекая моего помощника от цели. Завыл шахтёрский бур, вгрызаясь в преграду.

– Убийца, – повторил лежащий за спиной Лебедева Черномор, и геомант вздрогнул.

– Убийца, – послышался голос из-за завала.

– Убийца, – раздался третий из темноты. Вспыхнули фонари, заливая белым светом пространство.

Лебедев перестал улыбаться. Манипулятор первого робота вдруг хлестнул ему по ногам. Звук сломанной кости разнёсся по подземелью треском сухой ветки. Геомант заорал от боли.

– Убийца, – все вместе сказали роботы. Преграда рухнула и сквозь неё протиснулся огромный бур.

– Убийца!

Лебедев запаниковал, сдвигая камни. Второй робот застрял, бур надсадно жужжал, целясь в лежащего геоманта, а тот давил всей мощью, отчего из ноздри потекла струйка крови. С треском погасли огни зажатого камнями Черномора, но третий выкатился из темноты и наотмашь огрел культиста манипулятором. Голова Лебедева мотнулась в сторону, а через секунду вращающийся бур вонзился ему в грудь.

– Убийца, – повторили динамики Черномора.

Минус два робота… Проклятье. И пусть сцена смерти гостя от Аль Абаса, явно пришедшего на поиски Люция, была довольно жуткая, но Лебедева жалко не было.

– Мне кажется, Хозяин, что вам это не понравилось, – осторожно проговорил виртуальный помощник.

Я дошёл до кухни, залпом выпил стакан воды, размышляя о случившемся. После чего вздохнул и зашагал к лифту. Посмотрим, насколько всё плохо.

Глава 6

Место гибели Лебедева напоминало сцену из фильма ужасов. Я прибавил освещения и присел возле трупа, после чего занялся ремонтом покоцанного геомантом робота. Источник энергии не повредило, так что эту аватару Черномора можно было спасти. Чего нельзя было сказать о раздавленном экземпляре.

– Хозяин, я очень сожалею, – равнодушно прохрипели динамики сразу двух роботов. – Я не думал, что так придётся поступить. Я не хотел так поступать. Людишки очень хрупкие. Слишком хрупкие.

Робот навис над мертвецом, его окуляры вытянулись, изучая труп.

– Это на самом деле оказалось ужасно, – ровным голосом сообщил помощник.

Я осторожно обыскал мертвеца, вытащил телефон, выкачав с него информацию и торопливо просмотрев переписки. Звонил Лебедев нечасто и в основном Магистру Буревому. Зато нашлось снесённое приложение для общения, в котором удалось восстановить удалённый чат, где некто «Архангел Михаил» уверял, что если Лебедев найдёт Объект, то получит право на обряд причащения. Хм… Возможно, этот геомант после смерти не очнётся. Но это не значит, что я не подстрахуюсь.

Схема, по которой работал мой подземный гость, была распечатана с отсканированного рисунка. Я перебрал листки с отметками мертвеца. Один из них оказался изображением моих земель, сделанным с воздуха. Либо дрон, либо дирижабль. В любом случае тот, кто составлял план, был хорошо осведомлён как о моих владениях, так и о подземных лабиринтах. Настолько хорошо, что один кусок, отмеченный на карте, я не мог вспомнить, чтобы находил. Неужели пропустил? Вроде бы всё обшарил. Ладно, это позже.

Больше ничего, кроме амулетов и усилителей, у Лебедева не нашлось. Отложив артефакты, я поднялся на ноги:

– Наведи здесь порядок, а труп давай в биомодуль. Подержим его там неделю, поглядим на прогресс.

– А как же Лапшин? – поинтересовался Черномор.

Голова предыдущего геоманта признаков разума не подавала, не выдержав встречи с Кожиным. Так что дорога ей прямиком в трансмутатор. Всё, что было нужно – она успела сообщить. Теперь же только пузыри пускала и глаза пучила.

– Лапшин больше не нужен. Подготовь его для транспортировки. Как и третий номер.

Окуляры роботов одновременно повернулись к мёртвому остову их товарища.

– Будет исполнено, Хозяин.

Смахнув рукой груду земли в сторону, я двинулся к месту, где был заперт Рапира. Подошёл к каменной стене и приложил ладонь, прислушиваясь. Нет движения. Одержимый охотник так и стоял в земляном мешке. Хорошо, что новенький посланник Аль Абаса на него не вышел. Был бы неприятный сюрприз.

Надо перетащить бедолагу в клетку Тринадцатого Отдела. Я постоял, оценивая расстояние и свои силы. Похлопал по стене и отошёл. Не сегодня. Слишком рискованно, могу вымотаться, а силы потребуются. Не сражаться же с охотником ещё раз, только ради транспортировки.

Любой бой может закончиться поражением. Так что подождёт. Если эксперимент пройдёт хорошо, то все порадуемся, а если сдохну при попытке перетащить объект из точки А в точку Б… Вряд ли это кому-то поможет.

Место, отмеченное на карте, находилось в дальнем конце зала, где содержался Люций. Я подошёл к точке, вслушиваясь в силу и пытаясь отловить любые колебания энергии. На вид стена стеной. Структура однородная, плотность тоже. Однако по плану что-то здесь скрывается.

Я осторожно снял верхний слой обожжённой почвы и снова прислушался к ощущениям. Наверное, с таким же успехом можно было копать в любом направлении. Впереди была только земля и ничего кроме земли.

Может, уровень выше или ниже спрятан?

Я продолжил раскопки, и уже через два метра земля с шуршанием посыпалась в чёрную нишу, вместе с разрушенным изоляционным заклинанием. Вот оно что… Пахнуло затхлостью, да так сильно, что пришлось закрыть лицо рукавом. В помещение вплыла огненная сфера, выдирая из темноты зловещие лики на стенах.

Пригнувшись, я проник в открывшийся передо мной зал. Метров десять на десять. На сводах скалились морды монстров, струилась вязь рун. Почти всё пространство было заставлено массивными металлическими контейнерами. Я осторожно прошёл между двумя, нависающими над головой. Встал перед дверцами. Внутри защекотало от чувства незнакомой технологии.

Взгляд упал на цепь, обматывающую ручки контейнера, и массивный замок. Как наивно. Я напитал кулак землёй и одним ударом сбил его на каменный пол. После чего размотал цепь, слушая стук звеньев, и распахнул дверцы.

– Ого… – сказал я в тишину подземелья. Огненные сферы поплыли над тёмными силуэтами спрятанного оборудования. Вдоль стены шли стеллажи с химическими ингредиентами, у самого входа стоял причудливый хирургический стол, с непонятной конструкцией под ним.

Никогда прежде не видел ничего подобного, но, судя по всему, источником питания для него служила энергия Осквернённого Колодца! Я медленно огляделся по сторонам, скорее догадываясь, чем чётко понимая предназначение того или иного агрегата.

Таких контейнеров в подземелье нашлось четыре штуки. И самый крайний из них скрывал один-единственный агрегат, похожий на небольшой постамент для дирижёра, окружённый десятками подписанных иероглифами клавиш. Я медленно ступил на него, провёл пальцами по холодным письменам. Постамент напоминал пульт управления в соборе выстроенным безумцем для служения тёмным богам. Матовый металл с зелёным отливом, белёсые пятна в местах соединений, будто разновидность коррозии. Клавиши были узкие, покрытые шершавым напылением с острыми рёбрами иероглифов. Слева и справа возвышались рычаги, украшенные тотемными головами рогатых монстров с глазами из драгоценных камней.

Здесь когда-то работал серьёзный техномант. Техномант сильно больной на голову, но сумевший подчинить мощь Скверны… Всё, что оказалось в подземном тайнике – совершенно точно использовало порченую энергию. Возле загадочного массивного постамента я провёл около получаса, изучая находку. После чего пришёл к выводу, что передо мной оказалась попытка создать собственный Конструкт. Конструкт, работающий на Скверне. Вряд ли такой аппарат мог произвести на свет что-то серьёзное, однако его совершенно точно когда-то использовали.

Местные умельцы поражали меня всё больше. Такую энергию бы в мирное русло, а не на службу обитателям Изнанки… Интересно, как звали того техноманта, который занимался столь необычными изысканиями.

Я медленно покинул залу. После чего завалил проход обратно. Энергия Скверны – опасный дар. Очень опасный. Использовать его я не стану, и попыткам других буду противиться. Потому что знаю, чем закончится.

Могли ли аль-абасовцы столько раз прорываться ко мне только ради оборудования? Сомневаюсь. Их целью наверняка был Люций. А такую технику транспортировать, да ещё и незаметно, могло оказаться проблемой. Потому здесь её и схоронили.

Ну и, логично предположить, сейчас Культ владеет технологиями более современными, если их Магистр правильно использует гения-инженера, создавшего эти прототипы.

– Хозяин, к вам гости, – рядом со мной появилась проекция Черномора.

– Кто?

– Господин Астахов, Хозяин. Исходя из его поведения, я могу предположить, что он очень недоволен! Очень-очень, Хозяин!

Я хмыкнул, сунул руки в карманы пальто и зашагал к лифту.

Астахов не был недоволен. Скульптор, создавший «Обращение» был в ярости!

– Ваше сиятельство! Это погубит весь концепт! – обрушился он на меня, стоило отворить дверь. – Как вы могли⁈

– Добрый вечер, – улыбнулся ему я. Красные волосы юноши торчали во все стороны.

– Вы должны немедленно прекратить это, ваше сиятельство! Заклинаю вас! – взмолился он.

– Никита Якович, прошу вас, объясните ваше недовольство, – мягко попросил я. – Может быть, зайдём? У меня есть изумительный настой на байкальских травах.

– Нет! Нет! Мы должны немедленно идти! – затряс головой Астахов, – этот верующий глупец сказал, что действует по вашей указке. Моё «Обращение» это не иконы золотом его мазать!

Точно, я должен был предугадать такую реакцию.

– Никита Якович, давайте не будем горячиться. Ни вам, ни мне от этого легче не будет.

– Вы не понимаете? – ахнул Астахов, выпучив глаза. – Вы на самом деле не понимаете? Оно всё испортит! Это поганое золото неуместно. Ведь это очищение! Это процесс перехода одной материи в другой. Золото – дешёвка! Вы просили меня не дом цыгана обставить или же золотой унитаз инсталлировать! Вы просили искусство. А он… Он всё погубит!

Из-за дома показался Светко, осторожно прыгнул к крыльцу. Негодующий творец ничего не заметил, увлечённый личной трагедией.

– Нет-нет, ничего портить Олег не станет, – помотал я головой. – Прошу, доверьтесь мне! Уверяю, если результат окажется печальным, мы всё сумеем исправить. «Обращение» никак не пострадает. Просто дайте время, и вы будете поражены результатом.

– Да я уже поражён! Золотые глаза монстров! Да как такое может быть? Вы видели золотые глаза монстров хоть раз? А как же реализм⁈ Это ведь невозможно! – брызнул слюной Астахов. Ох уж эти творцы…

– Никита, при всём моём уважении, но вы не могли бы перестать на меня кричать? – очень тихо спросил я. – Вы, несомненно, очень талантливы, и я большой поклонник вашего искусства, но о манерах тоже не забывайте, хорошо?

Светко прыгнул ещё несколько раз, оказавшись у крыльца. Этому-то чего надо?

Моя короткая отповедь почти не помогла. Скульптор всё ещё трясся от злости. Но мне нужен был его талант, так что я готов был терпеть. До разумных пределов, конечно.

– Вы должны немедленно отправиться туда, – Астахов ткнул пальцем куда-то в сторону сада с «Обращением». – И приказать ему прекратить! Пока он всё не загубил! Умоляю вас!

Фонарь засветился, и скульптор изобразил волну в танце, а затем обратную. Я же хлопнул в ладони и сместился вправо, а затем влево, поигрывая плечами. Мы оба сделали эти танцевальные па с совершенно серьёзными лицами.

– Что это значит? – опешил скульптор, продолжая танцевать. Я, тоже не в силах остановиться, скосил взгляд на Светко. Вечер, двое мужчин на крыльце дома пляшут на месте под неслышимую музыку. Максимально дикая ситуация.

– Ну-ка давай без этого, а? – сухо приказал я фонарю. Тот в ответ вытянулся, указывая плафоном на Астахова.

– Ням, – сказало появившееся из-под дома Нямко, поигрывая камнем в руке.

– Он друг, – пояснил я.

– Ням? – с сомнением уточнило ведро.

– Боже мой, что это? – Астахов моментально забыл про меня. Свет угас, и танцы прекратились. Никита уставился на Светко, и фонарь выпрямился.

– Нет! Нет! Вернись! – воскликнул Астахов. – Прикажите ему вернуться. Пусть встанет так, как стоял!

Господи… Я посмотрел на барабашку и кивнул. Фонарь осторожно потянулся к скульптору.

– Вот! Стой! Стой! – восхищённо пробормотал красноволосый творец. Похлопал по карманам, вытащил блокнот, карандаш и принялся чиркать на бумаге. Я закрыл дверь и спустился по ступеням, протиснувшись мимо Никиты.

– Ням? Няням! – поделился своими соображениями Нямко. С некоторой, как мне показалось, ревностью.

– Дайте мне неделю, Никита. Уверен, результат вы почувствуете, – сказал я Астахову. Скульптор дёрнулся, повернулся ко мне и нахмурился:

– Вы о чём?

– Об «Обращении»…

– А… Да-да, конечно. Вы позволите? – Астахов ткнул карандашом в Светко.

– Если он не против, – улыбнулся я.

Плафон качнулся в мою сторону словно с недоумением, а потом вернулся на исходную позицию.

– А как я узнаю, что он против? – поинтересовался скульптор.

– Наверное, он упрыгает, – пожал плечами я. – Наслаждайтесь, Никита!

Когда за моей спиной закрылась калитка – фонарь так и стоял, замерев. Модельная карьера, видимо, ему пришлась по барабашечьей душе. Подул резкий ветер, и я вдруг почувствовал ледяной укол на щеке. Едва заметный. Вытащил руку из кармана и поймал снежинку. Поднял голову на тёмное небо.

Первый снег.

Живот забурлил, напоминая о себе. Так что я встрепенулся, поднял воротник и зашагал по дорожке в сторону «Логова друга». Это был тяжёлый день. И мне бы на самом деле не помешало хорошенько выспаться, без применения средств поражения вроде тех, что испытала на мне Ирина.

Сумасшедшая монашка.

«Логова друга» встретило меня тихой мелодией и напряжением. Люди отдыхали, как и прежде, но над всем ими словно нависла тёмная туча. Каждый то и дело поглядывал в телефон, проверяя новости.

Я прошёл к своему столику, сел за него и подозвал официантку, после чего заказал себе овощное рагу со свининой и графин морса. Откинулся на спинку, расслабленно прикрыв глаза. Мысли летели с лихорадочной скоростью, цепляясь друг за друга. Пришлось силой воли останавливать броуновское движение. С гостями мы разобрались. Теперь оборона. Но сначала поесть, конечно же.

В ожидании заказа я набрал Светлану. Моя фиктивная невеста ответила на третий гудок и сразу же воскликнула:

– Миша, слава богу, ты добрался?

– Здравствуй, – улыбнулся я. – Да, я в «Логове» сейчас. Днём только приехал.

– Здравствуй, здравствуй! Я слышала, что поезда мимо Пскова не ходят. Как ты доехал?

– С божьей помощью, – не стал я описывать все перипетии автомобильного путешествия.

– Хочешь приеду? Ты маме позвонил? Она очень переживала.

Я хмыкнул. Когда перед спуском в подземные лабиринты звонил матушке, та то же самое сказала про Светлану. Круговая порука у них. Не нравится.

– Приезжать не надо, сама понимаешь, дел у меня не в проворот сейчас. Кстати, о делах. Света, мне нужен твой Буревой. И нужен срочно.

– Буревой? Зачем? – удивилась графиня. – Он сказал, что сделал всё, о чём мы договаривались. По-моему, уже уехал. Или только собирался? Хочешь, я свяжусь с Подвальным?

– Нет нужды. Где Магистр остановился? – забарабанил я пальцами по столу. Рядом возник кувшин с морсом, и девушка грациозно наполнила стакан. Получив мой благодарный кивок, красавица упорхнула.

– В «Трёх дубах», как я помню. А что? —

– Спасибо. Я перезвоню.

– Миша… что-то произошло? – похолодел голос Светланы.

– Ерунда, но нужно поговорить с глазу на глаз, – уклонился я от ответа.

– Это связано с Сашей?

– Нет, это связано с его людьми.

– Миша, я ручаюсь за него! – поспешила заверить Скоробогатова.

– Тогда ему нечего бояться.

На лавку напротив меня сел Кожин, с совершенно серьёзным лицом. Положил шляпу на стол и опёрся на локти, сцепив кисти в замок. Я кивнул приятелю и сказал в трубку: