Текст книги "Хранитель талисманов 2 (СИ)"

Автор книги: Юлия Давыдова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Вот сразу не мог замок на крови поискать! – обругал он сам себя за потерянное время.

Территория опечатана последними белыми волками, на кого ещё они могли оставить доступ, если не на своего по крови? Самое простое и надёжное решение.

Велехов подставил руку под кончик загнутого лезвия. Красные капли упали в чашу и мгновенно исчезли, впитанные без остатка. Ещё секунду было тихо, но дрожь уверенно подразнила пространство. Синий свет напитал воздух, показывая границу защитной стены, и меж пограничных столбов в её магической ткани образовался проём.

Никита мгновенно подобрал сумку и в один прыжок оказался у входа. За его светящимися краями виднелась совсем другая картина мира. Там небо не скрывали кроны деревьев и ярко светила луна. Едва переступив границу щита, Велехов почувствовал перемещение. На секунду пространство перед глазами растеклось, а когда снова стало чётким, впереди под лунным светом легла выложенная камнем дорога, уходящая по открытому полю далеко в холмы.

– Ужин подождёт, – решил Никита, обращаясь в волка.

Он потянулся, размял лапы и бесшумно помчался по пустынной дороге, давно забывшей следы.

* * *

Ночь здесь была совсем другая, не такая, как в Рилеве, и уж тем более не такая, как во внешнем мире. Тишина особая, живая, но столь застывшая, спящая сама по себе. Словно вся территория была огромной комнатой со звуконепроницаемыми стенами. Попробовав ради интереса телепатическую связь, Никита понял почему у него такое ощущение изоляции. Щит, окружающий Вулавал, ничего не пропускал – ни живого, ни мёртвого, ни мысленного, вообще ничего.

Белый волк мчался по древней дороге. Дикое поле, в котором она лежала, было странно знакомо. Вдалеке справа в неровных очертаниях виднелись высокие башни Катата – сторожевого поста. В книгах Софьи они были великолепными высокими сооружениями, но сейчас светлеющая тьма не скрывала их разрушенные верхушки. В последних сражениях драконы хорошо порезвились на них.

Никита мчался дальше, всё больше понимая, где конкретно находится. Главная дорога в Танадор! Столица располагалась на приличном расстоянии от пограничных столбов. Видимо, защитная магия Вулавала перебросила его километров за сто от границы, что было очень даже неплохо. В своих видениях он видел именно главный город. Каждый сон вёл по улицам, вымощенным белым камнем, мимо определённых зданий, каждый раз по одному и тому же пути. Куда? Только Танадор мог ответить какая сила и с какой целью призывает белого волка.

На рассвете Велехов всё же сделал привал. Дорога завела в лес и где-то через километр прошла через небольшую круглую площадь. Прямо среди деревьев довольно большое пространство было выложено камнем. Его центр украшали развалины фонтана, но вода по-прежнему выбивала в старинные чаши. Она чудесно дополнила завтрак.

Никита сел на камни, съел сразу все пироги, запивая их водой из ладошки. Осматриваясь вокруг, он чувствовал, что этот лес знаком ему каждым деревом и кустом, каждым изгибом камней на старинной дороге. И даже казалось… что кто-то внимательно смотрит на гостя.

Ощущение взгляда, видимо, создавала магия Вулавала. И словно всё вокруг ждало и даже торопило. Велехов не спал уже сутки, чувствовал усталость, но всё в нём требовало продолжать путь. И внезапно, яркое видение осветило ему лес на много лет в прошлое. Цветные ленты, украшавшие деревья, поднялись в воздух в порыве ветра, перенёсшего в этот момент времени. В центре площади зашумел фонтан. Здесь было полно народа. Купеческий отряд остановился на привал. По дороге к ним приближались несколько белых волков, а вместе с ними сурвак.

Никита удивлённо смотрел на последних.

– О, приветствую! – купец поднялся навстречу оборотням.

Волки обратились в людей.

– Тимофей, как добрались? – спросил старший группы.

– Слава святым духам, всё хорошо, – ответил купец. – А чего это вы за нами?

– Вам по главной дороге в город нельзя, – сказал оборотень. – Только по реке.

– Что так? – удивился купец.

– Слишком груз у тебя важный, Тимофей. Бимир велел разгрузить всё на пристани.

Первую повозку немедленно подогнали к лестнице, ведущей с фонтанной площадки вниз. Ребята из купеческого отряда начали развязывать страховочные узлы. Груз был упакован и закреплён с высшей степенью надёжности. Сурваки приняли у них свёртки и направились к лестнице. Никита последовал за ними.

Ступени привели всех на пристань. В низине раскинулось большое озеро, и тёмно-синий цвет сразу показал, что глубина довольно приличная. Из неё внезапно поднялись несколько устройств, напоминающих современные гидроциклы, разве что вместо двигателей в них светились сферы Альтана. Управляли ими русалы, что удивительным не было. Ведь озеро скрывало подводный путь из города, находившегося в нескольких десятках километров отсюда. Так что человеку, не имеющему способности дышать под водой и видеть в абсолютной тьме, его было не осилить. А вот для русалов никаких сложностей.

Альтановые гидроциклы заскользили по воде к берегу. Пока сурваки и парни купеческого отряда переносили груз на новый транспорт, Тимофей спросил оборотня:

– Мы теперь всё время так будем?

– Теперь да, – подтвердил тот. – Слухи уже ходят, а Бимиру приказали соблюдать секретность. Больше вы в город ни ногой.

– Что ж, будем делать, как велено, – согласился купец.

Весь груз перенесли и закрепили. Русалы, ни минуты не задерживаясь, нырнули на своих гидроциклах, сразу исчезая в глубине озера, а видение Никиты рассеялось…

Он сидел ещё мгновение, собираясь с мыслями.

Видение было интересным. Особенно, присутствие сурвак. Они работали и общались наравне со всеми, да и выглядели совсем не так, как сурваки Навии. Чистые, бритые. Даже кожные складки на лицах не так явно выражены, из-за того, наверное, что в них не набились грязь и пепел.

Велехов спустился по склону на выложенный камнем бережок. Вид озера никак не соглашался быть похожим на тот, который он только что видел. Прозрачная вода показывала неглубокое дно, усыпанное камнями, и стаи мелких рыбок. Похоже, в озеро сбросили несколько сотен тон песка, чтобы похоронить подводные входы.

Никита расстегнул ремень с фляжкой и сумкой, оставил всё и вошёл в воду. Поплавал, нырнул несколько раз. Но если когда-то здесь и были подводные сооружения, то сейчас ничего об этом не напоминало.

Отдохнув и освежившись в озере, Велехов вышел из воды и уже собрался было поднять ремень, лежавший на песке, как внезапно почувствовал новый запах и мимо его уха со свистом пролетел кинжал.

Чутье подсказало – за спиной стоит девушка, а до этого, видимо, лежала неподвижно. Подойти так, чтобы не услышал оборотень, не может никто. Худая и лёгкая, одежда тканевая, железа нет, кроме кинжала. Похоже, это было единственное оружие. Никита обернулся, стараясь не делать резких движений.

Девушка стояла, словно маленькая берёзка. Черноволосая, белокожая, изящная, лет восемнадцати на вид. Из одежды короткий сарафан и сапожки. Оружия действительно больше нет. Метнув кинжал в чужака и не попав, она, конечно, не обрадовалась.

– Нехорошо нападать со спины, – улыбаясь, произнёс Велехов.

Девушка была напряжена, но яркие карие глаза сверкали с интересом. Она рассматривала одежду-паутинку, ведя взгляд по сильной фигуре молодого мужчины.

– Как ты прошёл сюда? – спросила она.

Голос был звонким, а тон резким.

– Стена пропустила, – ответил Никита.

– Неправда! – не поверила «березка». – Стена никого никогда не пропускает!

– Тогда откуда ты здесь? Кто ты? Как тебя зовут? – Велехов шагнул к девушке, и она сразу попятилась.

– Ты без оружия? – «берёзка», не найдя на чужаке ничего, даже отдалённо напоминающее оружие, очень удивилась. – Почему?

Велехов начал смеяться:

– А у меня здесь нет врагов.

Слух и нюх уже подсказывали, что в кустах, окружающих берег, идёт движение. Но запах был смешанный. Затаились не только люди.

– Мне не нужно оружие, – ответил Никита на вопрос «берёзки». – Я на моей родной земле.

Он снова сделал шаг и девушка опять отступила. Вела чужака за собой.

– А ты что же такая красивая одна в лесу? – усмехнулся Никита, чтобы подтолкнуть тех, кто ждал в кустах. – Не боишься, что тебя волк украдёт?

«Берёзка» внезапно вскинула голову и вызывающе сверкнула глазами:

– С чего ты взял, что я одна?

На берег стремительно выскочили человек десять, вооружённые арбалетами, копьями и кинжалами, и всё разом замерли. Потому что на их глазах чужака охватило синее пламя, и вместо человека встал белый, как горный снег, волк. Минута молчания затянулась. Первая рухнула на колени девушка, едва не стукнувшись лбом о землю:

– Повелитель!

Остальные догнали её через секунду. Велехов такого не ожидал. Сам замер и удивлённо оглядел людей. Судя по их одежде и амуниции, они не были воинами, скорее охотниками. Больше молодые, но были и мужчины постарше. И все смотрели на чужака с напряжением и недоверием. Удивлению, похоже, не было предела, и никто не знал, что делать дальше.

– Прости нас, повелитель, – наконец произнёс один из охотников. – Мы не могли тебя узнать.

Никита вернулся в человеческий облик и задал вопрос:

– Кто вы такие?

– Мы народ Вулавала, я Мартан, – ответил мужчина. – У твоих ног моя дочь Хелея и мой сын Хонт.

– Вы не похожи на народ Вулавала, – резко сказал Велехов. – Вы даже не оборотни.

Он оглядел лица и телосложение. Некоторые из охотников вообще напомнили ему сурвак. Похоже, это были полукровки! Иначе объяснить такие особенности внешнего вида было просто невозможно. Среди присутствующих нашлись и двое крупных мужчин с бордовым оттенком кожи. Явно от смешения крови аркаидов и людей.

– Святые духи, что случилось с этой землёй? – удивлённо спросил Никита. – Откуда вы здесь?

Люди переглянулись. Коротких и ясных ответов у них явно не было.

– Наши предки поселились на этих землях, – попробовал объяснить Мартан. – Им разрешили.

– Сурвакам? Аркаидам? – Велехов оглядел охотников ещё раз, убеждаясь, что глаза его не обманывают.

– Да, – подтвердил Мартан. – Белые волки спасли жизнь многим, разрешив остаться здесь. И моему роду тоже.

Никита начал понимать:

– Ваши предки – это пленные?

– И те, кто отказался воевать на стороне повелителя Скарада, – тихо подала голос Хелея.

Она так и сидела перед хранителем на коленях, глядя на него снизу вверх сверкающими глазами.

– Они покинули Навию, когда началась война и прибыли сюда, – прошептала девушка. – Белые волки дали им убежище, а потом и новый дом.

Велехов покачал головой:

– Я никогда не слышал об этом.

– Берегини сказали нашим предкам, что они будут в безопасности, если никто не будет знать, – произнёс Мартан, – так рассказывал мне дед.

– Всегда берегини, – тихо проворчал Никита. – Великое переселение народов через бешеное расстояние и никто ни сном ни духом.

Но они, конечно, были правы. Если никто не знает, то никто не будет искать, мстить и лить кровь.

Велехов наконец сообразил, что надо поднять людей с колен.

– Ваше селение в Танадоре? – спросил он.

– Да, хранитель.

– Хорошо, проводите меня в город.

* * *

Во дворце берегинь полным ходом шла подготовка к празднику, но за стенами главного зала кипел совет.

– Схема похищения понятна, но цель нам не ясна, – говорила Гинева. – Мы составили список всего, для чего может использоваться сила берегини, и сопоставляем это с возможностями Таркора. Но война ушла в глубокое подполье, и это осложняет нашу задачу. След партизанских отрядов в Навии потерян. Разведка не знает где они.

– Таких проколов мы давно не допускали, – хмыкнул Байтар.

– Мы найдём Арнаву и талисманы, – уверила Гинева. – По мере того, как разведка будет вычислять возможное местонахождения Таркора, ударные группы будут направляться туда.

– И всех потеряем, – нахмурился воевода. – Партизаны на своей земле нам ловушек наставят. Скарад её давно к войне приспособил. Там, где равнины были, стали овраги и насыпи. Местность пересечённая, и только навийцам известно как по ней пройти. А уж яму с кольями выкопать так, чтобы наши воины в неё попали, это дело для них совсем простое. Где наш хранитель, кстати? Вот его и надо отправить за талисманами. Это его работа.

– Хранитель пока не может, – констатировала Гинева. – Он находится на территории Вулавала и связаться с ним возможности нет. Щит препятствует любому проникновению, включая связь через медальон.

Байтар повернулся к Вурде:

– А ты почему ещё здесь? Выход твоей группы был назначен на раннее утро.

– Группа ушла, – кивнул ворлак. – Я догоню их. Всё равно по долине Синевы быстро не пройдёшь.

– А скоро вообще не пройдёшь, – согласился воевода. – Когда воды озёр Мрака докатятся до Алавии?

– Через три-четыре недели, – ответил Вурда. – Но я бы сократил этот срок. Мы наблюдаем за дамбами, они не выдерживают. Плиты земли разламываются, любая преграда рушится. Уже через неделю чёрные воды могут подойти к источникам питьевой воды Алавии. И по дороге они, конечно, обрушат стены храма-усыпальницы. Я думаю, пора отвести корпус охраны.

– Тем более, что охранять им уже нечего, – хмыкнул Байтар. – Сегодня отдам приказ. Переводи своих на Ведяву, будете там отдыхать.

– Отдыхать… – тихо зарычал Вурда.

Его передёрнуло от воспоминаний. Многокилометровая территория, залитая водами Озёр Мрака, хлынувшими из Навии во время светопреставления. Одни разломы и водопады чёрной отравы. Травы нет, деревьев нет, вообще ничего живого нет. Кроме ворлаков, неделями живущих, как горные сайгаки. Сон только на вершинах, с четырьмя постами, чтобы никто не скатился и не провалился.

Берегини, конечно, позаботились о безопасности своих наблюдателей. Перед уходом окунули ворлаков в специальный раствор. Он затвердел на коже, как резина, и воду не пропускал. Для экстренных случаев дали специальный эликсир, который помогал в первые пять минут контакта. Выпили оборотни этой гадости очень и очень много. И пока больше ничего в рот взять не могли. Казалось, желудок вместе с сердцем выплюнуть можно.

– Ладно, ладно, – усмехнулся Байтар, заметив выражение лица ворлака, – выдержишь. В Темнике тоже сейчас нелегко.

Вурда кивнул. Воевода был очень прав. Город заняли алавийские войска, но воду им приходилось доставлять драконами. Рептилии делали несколько рейдов в день с цистернами. Колодцы Темника питались от подземных вод Навии, а они были связаны с Озёрами Мрака. И эти тёмные воды по-прежнему представляли опасность. Пить воду в Навии было нельзя. А те, кто делал это всю жизнь – последние поколения навийцев, оставались преданными Скараду – своему единственному повелителю. Они не видели мирного будущего и не могли видеть. Пленных отпаивали чистой водой и это помогало, но чтобы до конца растворилась их ненависть, это предстояло делать ещё очень и очень долго.

Байтар взглянул на Браду:

– Берегини обещали сообщить о возможных путях решения проблемы.

Брада кивнула:

– Сообщим, как только появятся пути решения проблемы.

– Это будет после того как храм-усыпальница утонет в чёрных водах или раньше? – воевода не шутил, спрашивал серьёзно.

– Надеюсь, раньше, – ответила берегиня, – путешествие хранителя в Вулавал может принести свои плоды.

Байтар вопросительно смотрел на неё.

– Это наше дело, – покачала головой Брада. – Магия белых волков заняла своё место в ткани нашего мира, но ведёт себя независимо, как и сам хранитель. Сейчас в её цепочках сильное волнение. Мы более чем уверены, что кто-то ведёт Никиту к сердцу Вулавала. Князь Бимир обещал совету справиться с тёмными водами, и эти знания должны быть переданы новому хранителю. Мы полагаем, именно за этим его и призывают.

– Бимир много чего наобещал, – серьёзно заметил Байтар. – Ну так и быть, давайте подождём приятных новостей от хранителя.

* * *

Вид открывался фантастический. Город, лежащий на невысоких холмах, составляли террасы и площади, выстроенные в настоящие ансамбли. Множество мостов соединяли речные каналы. Сверкающе на солнце водные рукава пронизывали все уровни архитектуры, где-то стекали искусственными водопадами, где-то огибали здания в узких каменных руслах. По периметру городской черты поднимались высокие обзорные башни.

Подходя ближе, Никита разглядывал постройки. Несмотря на то, что они неплохо сохранились, Танадор находился в полном запустении. Время едва спрятало следы здешних сражений. Трава покрыла стены и ступени зданий, мощёные камнем дороги, но выбоины были видны. И некоторые повреждения на каменных поверхностях не были похожи ни на одно известное Велехову оружие.

– Чем это сделано? – спросил он людей.

– Камни сами откалываются, – ответила Хелея. – Когда землю трясёт.

Взгляд Никиты всё чаще натыкался на последствия природных волнений: огромные разломы в пустых чашах городских бассейнов, горы камней, лежащие на земле статуи.

– Здесь в центре трясёт особенно сильно, – говорила девушка, – поэтому наши дома дальше отсюда.

Земля как раз задрожала, и охотники остановились переждать. Все воспринимали происходящее, как землетрясение, но Велехов сразу понял – это кое-что совсем другое. Было похоже, что несколько мощных полозов с невероятной скоростью промчались под камнями площади и с бешеной силой ударили в основание здания. Последние колонны рухнули, как вигвам из спичек. А через тело Никиты прошла волна – жар, влага и лёгкость, ноги будто оторвались от земли. Это нельзя было не узнать. Магический всплеск!

Такое явление могло возникнуть при неосторожном обращении с магическими предметами. Всё равно что коснуться оголённого провода под напряжением графитовым стержнем и получить разряд. Но сейчас сила всплеска была просто немыслимой.

Никита, сев на корточки, провёл рукой по камням площади. Они и на ощупь стали тёплыми, даже цвет слегка изменился, словно подсвеченный изнутри белым сиянием.

– Можно идти! – крикнул Мартан, когда всплеск опал. – Теперь повторится только через несколько дней, – добавил он для Никиты. – И земля сейчас остынет.

– Так часто? Раз в несколько дней? – переспросил Велехов. – И давно?

– Раньше случалось пару раз в год, – Мартан, отвечая на вопрос хранителя, окинул его странным взглядом и добавил: – Но с начала лета раз в несколько дней.

Люди шли, тоже оглядываясь на Никиту. Хелея не отставала от него ни на шаг, как и её брат Хонт.

Они были очень похожи между собой чертами лица. Разные только возрастом. Хонт выглядел лет на двадцать. Старший брат. И он не оставлял младшую сестрёнку, шагающую без всякой осторожности. Взгляд девушки был направлен только на светлые волосы идущего перед ней хранителя и его рельефную спину, а под ноги она совсем не смотрела.

Когда Мартан ответил Никите, девушка быстро добавила:

– Мы знали, что-то должно случиться.

Велехов обернулся к ней, вопросительно подняв бровь.

– Что-то стало происходить, – говорила Хелея. – Землю часто трясёт и вода в каналах греется до кипятка. Всё это началось так быстро. Мы даже думали, что это знак нам покинуть наше селение, что духи хранителей за что-то злятся на нас.

– Хелея, – строго остановил её Мартан.

Но девушку это возмутило:

– Что, отец? Мы все говорим об этом. И ты сам.

Никита взглянул на Мартана, и тот, хоть и нехотя, но подтвердил:

– Всё так, хранитель. Ты появился сейчас, когда Танадор… выгоняет нас.

Охотник замолчал, и его лицо стало по-настоящему мрачным. Велехов не успел начать разговор об этом, охотники привели своего гостя к обжитому участку города.

Селение располагалось на самом краю Танадора, подальше от центра. В городе застройка была круговая – несколько домов возводили вокруг одной площади, которая служила внутренним двором. И в своём селении жители повторили её. Деревянные одноэтажные дома были построены вокруг небольших площадок. Там горели уличные костры, а на углах строений чуть заметно при дневном солнце светились альтановые фонари.

– Их было много, – произнёс Хонт, заметив заинтересованный взгляд Никиты. – Дед рассказывал, что хранители уходя, оставили им этот свет.

– Ясно, – кивнул Велехов.

Никаких заборов вокруг селения не было. Дорога вела насквозь через него к небольшой площади в центре. Навстречу выходили люди и с удивлением рассматривали незнакомца среди своих охотников. Но удивление быстро сменялось на страх. Никита замечал это и пока не понимал, почему такая реакция.

– Все идите к моему дому! – громко говорил Мартан. – Зовите соседей!

И жители подходили со всех сторон. Толпа окружила дом старшего охотника, располагавшийся рядом с главной площадью селения. Здесь стало не протолкнуться.

Поднявшись на ступени крыльца, Мартан оглядел собравшихся и крикнул:

– Сегодня на свою землю вернулся господин белый волк! Поклонитесь повелителю!

Люди в толпе замерли, с недоверием и волнением глядя на чужака, а Никита покачал головой:

– Не надо.

Жители селения переглядывались и перешёптывались.

– Отправляясь сюда, я не знал, что встречу кого-то, – произнёс Велехов. – Видеть вас мне так же странно, как и вам меня. Но бояться меня не нужно, я вам не враг.

– Скажи, господин, белые волки вернулись? – спросила Хелея.

– Нет, – ответил Никита. – Насколько мне известно, я единственный.

Мартан, наконец, озвучил тревожный шёпот толпы:

– Что значит для нас твой приход?

– О чём ты? – не понял Велехов.

– Белые волки разрешили нашим предкам остаться на этой земле, – объяснил охотник. – И с того времени, как стена укрыла их от остального мира, мы живём на ней, как на своей. Но мы никогда не забывали, что мы здесь не хозяева.

Мартан взглянул на людей. Все молчали в ожидании, не отводя глаз от хранителя. А Никита, наконец, понял. Жители Танадора – это потомки переселенцев, домом которых когда-то была Навия. Они здесь гости. Почти все они полукровки – дети смешанных союзов разных существ. Что не удивительно, ведь они были заперты все вместе и рано или поздно должны были породниться. А теперь, когда хранитель здесь – он по праву рода единственный хозяин этой земли. Нужны ли они ему?

– Думаешь, я могу выгнать целый народ? – усмехнулся Велехов. – Что ж, ты меня совсем не знаешь.

Но люди в толпе ждали его ответа.

– Кто дал вашим предкам слово об этой земле? – спросил Никита.

– Князь Бимир, – ответил Мартан.

– Я чту его слово, оно остаётся в силе, – с полной уверенностью сказал Велехов. —

Он не считал себя вправе отменить решение последнего князя Вулавала, да и не хотел. Эти люди живут здесь очень давно, сменилось несколько поколений. Эта земля принадлежит им уже в силу рождения на ней.

Никита сел на ступени крыльца и обвёл народ внимательным взглядом. Люди поняли его слова, так что напряжение на их лицах уступало облегчению и интересу.

– Ты прошёл через стену⁈ – внезапно крикнул кто-то из толпы. – Что там? Что сейчас по ту сторону?

– Что и было раньше, – улыбнулся Велехов. – Граница с княжеством Рилевы. Дальше Воград и Алавия. Синева и Навия. За сто лет мир не сильно изменился.

– А повелитель Скарад?

В толпе послышались тревожные вздохи.

– Мёртв, – ответил Никита.

И наступила тишина.

Мартан внимательно смотрел на хранителя.

– Расскажи, – попросил охотник. – Когда наши предки покидали Навию, он был их главным врагом. Обещал боль и смерть каждому, кто осмелится примкнуть к берегиням и покинуть родную землю. Мой дед помнил, как его семья бежала ночью, когда из колодца в их селении полилась чёрная вода. Те, кто выпил её, забыли всё о себе. Помнили лишь, что служат повелителю и убивали тех, кто не с ними.

Велехов тяжело вздохнул. Эти люди многого не знают. Как и он сам. Лишь недавно, перечитав все книги в библиотеке Рилевы, он немного разобрался в том, что произошло сто лет назад.

Первая война с мятежным драконом-оборотнем Скарадом закончилась через полгода после того, как он сделал Навию своей. Получив власть от Озёр Мрака, он легко захватил эту землю и пошёл дальше, опустошая всё на пути. Стойкость Алавии, Вограда и Рилевы обратили армии Скарада вспять. Но загнав его обратно в Навию, берегини совершили грандиозную ошибку. Они сделали из неё клетку. Оградили защитными заклятиями по рекам, создали форпосты – крепости Синеву и Силеславу, и за ними броневые щиты Алавии – Ведяву и Ринароль.

Велехов спрашивал себя, зачем берегини явили такую милость? Но потом понял, что это решение было самым жестоким из возможных. И он не знал почему они так поступили. Жить в клетке после поражения на пустой земле – берегини обрекли на это всех, кто остался со Скарадом. Только вопреки всему мятежный дракон не сдался. Оказался сильнее всех и поднялся снова. Удар, нанесённый им в эту войну, был страшен. Помимо тысяч воинов, погибших на поле боя, он впустил в долину Синевы воды Озёр Мрака. А это грозило бедствием всему.

Люди с ожиданием и волнением смотрели на задумчивое лицо молодого мужчины с голубыми глазами и волосами цвета снега в солнечных лучах. Именно так белых волков-оборотней описали их предки, именно такими они их и представляли. Но никто и не надеялся увидеть хотя бы одного из них воочию.

– Была вторая война, – сказал наконец Никита. – Хорошо, что вас она уже не коснулась. После последнего сражения прошло несколько месяцев. Скарад мёртв, но его приспешники живы, – голос Велехова перешёл в рычание, когда он вспомнил Таркора, но договорил он уже спокойно: – Я в дороге пару дней. Дайте мне отдохнуть. Потом я отвечу на все ваши вопросы.

Велехову надо было разрядить обстановку и самому подумать о том, что теперь делать. Уже завтра нужно отправляться в Алавию, чтобы не опоздать на все церемонии и рассказать о новом народе берегиням.

Мартан начал провожать людей с площади. Толпа расходилась с неохотой, но всем было, что обсудить. Так что вскоре почти все ушли. Остались только соседи.

Между ближними домами располагалось кострище из обтёсанных камней и стояли столы. Огонь горел и сейчас. Женщины и девушки собрались возле него, чтобы готовить пищу. Но больше поглядывали на оборотня, сидящего на ступеньках крыльца, и перешёптывались.

– Хранитель, – Хелея опустилась на корточки напротив него. – У нас есть кровать и постель. Если хочешь отдохнуть…

– Не надо, – отказался Никита.

– Ты будешь обедать с нами? – девушка вздохнула с придыханием.

– Если пригласите, – улыбнулся Велехов.

– Конечно! – Хелея удивилась. – Конечно, повелитель.

– Святые духи… – прошептал Никита.

Сейчас, немного разобравшись в ситуации, он, наконец, обратил внимание на все эти слова.

– Я тебя обидела? – испугалась девушка.

– Не зови меня так, – попросил Велехов. – Моё имя Никита.

– Хорошо, – Хелея смутилась.

Мартан и несколько охотников, оставшихся во дворе, отошли подальше и тихо говорили, но Велехов, конечно, слышал их.

– Я ему не верю, – произнёс Мартан. – Это его земля, и раз он пришёл, значит, она ему нужна. Не зря же город хранителей больше не хочет, чтобы мы были здесь.

– Но он обещал, что земля останется нашей, – возразил Хонт. – Нам говорили, что хранители были благородны и не творили зла. Может, и этот окажется таким же, как его предки.

– Они не творили зла, но оно вилось вокруг них, как вьюга, – заметил один из старших охотников.

– Узнаю слова наших дедов, – усмехнулся Хонт. – Если свет слишком ярок, тьма идёт за ним по пятам. Отец, ты думаешь, он приведёт к нам беду?

Мартан покачал головой:

– Я не знаю.

Велехов встал и направился к охотникам. Хелея немедленно увязалась следом. Мужчины повернулись к хранителю, когда он подошёл и замолчали.

– Всё в порядке, Мартан, – сказал Никита – У тебя верные опасения. Вам пока не за что верить мне. Но завтра я уйду, и у вас будет время обо всём подумать.

Охотники невольно вздрогнули, поняв, что их разговор был услышан.

– Ты уйдёшь? – нахмурился Мартан.

– Да, – кивнул Велехов. – На мне лежит обязанность хранителя и я должен быть в Алавии. Чуть позже я вернусь.

– А стена? – внезапно спросил Хонт.

Никита взглянул на молодого охотника.

– Ты разрушишь её? – спросил тот с явной надеждой в голосе.

– Я не знаю, как это сделать, – ответил Велехов. – К тому же… я сам впервые за долгое время чувствую себя в безопасности здесь, под её защитой. Не стоит торопиться с её разрушением. Опасности внешнего мира те же. А вы давно не защищались.

Хонт смерил хранителя недоверчивым взглядом и вызывающе хмыкнул:

– А наши деды говорили, что вы не боялись никаких опасностей. Были самыми сильными из всех оборотней.

Никита засмеялся этим словам. Ведь он знал, как мало значит сила на самом деле и как легко её лишиться.

– А я всю жизнь хотел пройти через стену, хранитель, – добавил Хонт. – Как и многие из нас. Жить в огороженном мире не так легко, как тебе кажется.

– Совсем не легко, – согласился Велехов. – И всё же, не торопись. Я расскажу о вас берегиням и спрошу их совета. Тогда и решим, как поступить.

Хелея внезапно подошла к отцу и взяла его за руку:

– Хватит вам, хранитель просил отдыха.

Через минуту все расположились за столом на обед. Но люди то и дело приходили во двор старшего охотника под любым предлогом, чтобы ещё поразглядывать Никиту, отчего тот не мог удержать улыбку. Смешно было подносить ложку ко рту, когда все на тебя смотрят. Особенно дети.

Как Мартан не старался, выгнать мальчишек и девчонок он не смог, и они все в итоге так и собрались тесной кучкой под столом. Один мальчонка оказался сыном Хонта. Ему было уже года три и на коже ярко выраженная бордово-коричневая пигментация.

Велехов понял всё, когда увидел жену. Молодая девушка села рядом с Хонтом. На самом деле была довольно симпатичной, только почти негритянкой, с кожей светло-коричневого цвета с бордовым отливом. Это могло быть только от аркаидов. Никита с интересом отмечал всё. Как и то, что женились здесь рано.

За столом люди разговорились. Хранитель спрашивал их, как и они его. Никита выяснил, что таких селений, как это, довольно много. Они разбросаны по всей территории Вулавала далеко друг от друга, но жителей в них мало. В селении Танадор всего порядка трёхсот человек. По подсчётам Велехова, исходя из слов людей, выходило, что сейчас на землях его небольшого княжества – не многим более тридцати тысяч квадратных километров, может проживать всего около двадцати тысяч человек.

Хелею постоянно отзывали от стола другие девушки. Расспрашивали о том, как она встретила хранителя. И та, не уставая, рассказывала заново и заново, как чуть не убила Никиту своим кинжалом. Тот слышал и смеялся.

Красавица «берёзка» искренне переживала за своё знакомство с ним. И не знала, что при всём желании ей не удалось бы причинить ему хоть каплю вреда. Её кинжал даже не поцарапал бы кожу. Для этого нужен острозаточенный меч и сила удара буйвола.

Люди всё приходили во двор Мартана посмотреть на хранителя и поговорить с ним. И так до самой ночи. Когда стемнело, меж домов ярко засияли альтановые фонари, в костры подложили побольше дров, а Никита, наконец, почувствовал настоящую усталость. Он покинул стол и расположился возле дома Мартана. Обратился волком и разлёгся на камнях. Люди так и наблюдали за ним. Когда увидели обращение, возгласы и шёпот по этому поводу стали восхищёнными. Для тех, кто никогда не видел оборотней, переход из одного тела в другое в ярком синем пламени был удивительным. Пугающим, но удивительным.