Текст книги "Девяносто девять дней в "Сантосе" (СИ)"
Автор книги: Юлия Поспешная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)
– Я просто хотел помочь Сашке с её не разделенной любовью, – невинным голосом, ну лукаво произнес Ростислав.
Я вопросительно уставилась на него.
– А причем тут?.. – но я все поняла прежде, чем закончить вопрос. – Подожди, там на яхте будет Борис?!
– Ну, да, – пожал плечами Рос. – Он же мой друг… Я и подумал свести их у себя на яхте. Вечер, море… яхта, в виде замкнутого пространства. У Саши будут все шансы…
– Ага, – буркнула я, – скорее у Бори будут все шансы, воспользоваться Сашкиными чувствами.
– Вот и подстрахуешь её, – проворковал Рос.
Я чуть нахмурилась, глядя на него.
– Ты ведь это специально, да? Ты все подстроил!
– Не понимаю, о чем ты, – улыбнулся этот самоуверенный нахал, – по-моему я поступаю благородно: даю Сашке завоевать Бориса. Своего друга подставляю, между прочим.
– Ой-ой-ой, – скривилась я. – Конечно! Как же!.. Подставляет он! Бедный Боренька!.. Ему грозит преданная и чистая любовь искренней и немножко трусливой девчонки!
– Главное, что этого хочет Сашка, да и… Борису пора бы остепениться. Знаешь, скольких он уже?..
– Мне это не слишком интересно! – поспешно высказалась я. мИ потом, а самом тебе не пора бы остепениться.
– Возможно, – хмыкнул Рос. – Начал подумывать об этом в последнее время.
Так, я сейчас очень надеюсь, что он про себя он точно шутит. А то это правда заходит слишком далеко. Я вздохнула, испытующе и недоверчиво глядя на Роса. Затем с сомнением обернулась на Сашку.
Девушка, как раз кому-то что-то быстро писала на телефоне.
Я вздохнула. Нельзя её одну отпускать. Да ещё с такими двумя опытными ловеласами, иди знай, что они там удумают. Вечером, на море, в замкнутом пространстве, на яхте.
– Ладно, – выдохнув, решилась я. – Когда мы…
– Сейчас, – Рос взял меня за руку.
– Сейчас?! – ахнула я. – Но я не готова! Совсем!
– Брось, ты отлично выглядишь!
– Но… слушай мы же наверное будем купаться?
– И что?
– У меня нет купальника!
– Ну, ночью, в принципе, можно и без него…
– Рос! – предупреждающе воскликнула я. – Не переходи границ, будь добр!
– Как скажешь. Предлагаютебе и Саше заехать в магазин, за всем необходимым.
– Нет уж, – я ещё в прошлый раз решила, что не надо позволять Росу тратить на меня или Сашу деньги.
А то парни имеют не хорошую привычку считать всякие такие вещи определенного вида «инвестициями», прости Господи, а потом… потом требуют «дивиденды», известно в какой, хм, валюте.
Нет, уж. Обойдемся пока без вложений в наши акции. А что касается Саши… то это можно считать лишь благотворительным взносом, и она Жарковскому тоже ничем не обязана. Вот так.
Сашка, узнав про яхту и о том, что там нас будет только четверо, радостно захлопала в ладоши и даже нетерпеливо попрыгала.
Я же не была настроена так оптимистично. Я прекрасно понимала, что своим согласием даю Ростиславу ложные надежды, и потом, когда он узнает… Я бы хотела быть, как можно дальше от Анапы, но главное – с Костей!
Саша и Ростислав всё-таки уболтали меня заехать в магазин за купальниками. И я, мысленно ругая себя последними словами, поддалась на их уговоры.
В магазине мы с Сашкой рассматривали самые модные на этот сезон закрытые купальники. Сашка пока выбрала купальник горчичного оттенка, он хорошо подходил к её загорелой коже. А я, поскольку в сравнении с ней, была бледной поганкой примеряла себе белый купальник в голубую клетку и открытым животом.
Такого у меня ещё не было, но я вроде на ютубе видела, что такие как раз сейчас в тренде.
Я ещё крутилась перед зеркалом, придирчиво оглядывая купальник на предмет того, как он на мне сидит, когда шторка, закрывающая вход в примерочную, колыхнулась и я увидела лицо Роса.
– Ты что делаешь?! – я повернулась к нему и инстинктивно попыталась закрыться руками.
– Да ладно тебе, – пожал плечами Рос, – я же тебя и так в этом купальнике увижу…
– Рос, сейчас же выйди вон! – воскликнула я возмущенно. – И больше, пожалуйста, никогда так не делай!
– Ладно… как скажешь… – лениво ответил Жарковский, самым что ни на есть похабным образом и жадным взглядом разглядывая мое тело. – Тебе идёт. Берём?
– Я ещё не решила! – огрызнулась я.
Ростислав, посмеиваясь, задёрнул шторку обратно. Я услышала его удаляющиеся шаги и отвернулась к зеркалу.
Во мне клокотала ярость вперемешку с пережитым смущением. Нет, ну у него вообще есть рамки дозволенного?! Он что не понимает, что вот так вот нельзя врываться к девушке к примерочную?! Кто вообще его воспитывал! Нахал бестактный!
Я вспомнила, как он только что смотрел на меня и как «гладил» жарким взглядом мое полуобнаженное тело. Несмотря на негодование, от пят до шеи меня пробрало будоражащее волнение. Крутясь перед зеркалом, я пыталась гнать от себя мысли о Ростиславе, но они с неуклонной назойливостью вновь и вновь проникали в мой разум. Это мешало сосредоточится, и я не могла понять, нравится мне мой купальник или всё-таки нет.
От этого я начинала сердиться уже сама не себя.
Ну, вот зачем, спрашивается, он вломился ко мне в примерочную!
Блин!.. Был бы на его месте хотя бы Костя!.. Интересно, где он сейчас? Что с ним? Сегодня я не видела его в дельфинарии.
При мысли о Косте сердце наполнила тревога. Я вдруг почувствовала себя какой-то дрянью.
Косте плохо, больно и тяжело. Он явно переживает какую-то трагедию, случившуюся с его отцом, а я… А я тут собралась отправиться на яхте! И с кем?! С Ростиславом Жарковским, которого Костя на дух не переносит!
Как он потом, после этого, вообще на меня посмотрит!
Я с трудом подавила порыв выйти из примерочной и отказаться от прогулки на яхте. Успела передумать. Я вспомнила слова Кости, его поведение и вспомнила Инну. А что если она сейчас там, рядом с ним? Что если она сейчас пытается утешить и поддержать его, и тут я такая заявлюсь, «Здрасте!».
Нет, уж. Выставлять себя дурой, которая никому не нужна со своей заботой, я точно не собираюсь.
Свой выбор, в конце концов, я остановила на закрытом, кобальтового оттенка, купальнике, с лямкой на одно плечо. Мне понравилось, как он смотрелся. Стильно, неброско, и очень изящненько. К тому же дефилировать перед Борисом и Ростиславом в открытом бикини, например, точно не лучшая идея. Хотя… Ну, мне же всё равно после купания, нужно будет во что-то переодеться.
Бикини, кстати, здесь были очень симпатичные, но они все состояли чуть ли не только из веревочек, и категорически не стала их брать.
Вторым купальником я выбрала вариант с лифом-бандо и современным цветочным принтом, в лазурных и бело-желтых тонах. То, что надо!
Рос оказался не только нахалом, но ещё и очень требовательным нахалом!
– Я плачу за твои вещи, Лана, – со смехом заявил он, когда я отказалась показывать свои покупки на себе, – я имею право увидеть, как все смотрится… на тебе.
Сашка, слышавшая это, за спиной Роса состроила мне рожицу.
Её, похоже, вся эта ситуация сильно забавляла.
Ну, конечно, ей весело. Она вся в предвкушении – её ждет встреча с Борей, на яхте, вечером в море… Просто идеальная среда для романтики! А вот я туда собираюсь, большей частью, ради неё. Потому что, когда я вознамерилась вызвать ревность Кости, путем показательных отношений с Ростиславом, я выставила себе четкие границы, переступать которые ни в коем случае нельзя. А что выходит в реале… Сейчас мы с Сашкой, по всем характеристикам, собираемся на самое настоящее парное свидание. Нет, ну а как ещё это назвать?..
– Если для тебя так принципиально, – ответила я, – я верну тебе деньги за все эти вещи.
– У вас выдача зарплаты не так скоро, – нахально улыбаясь, ответил Жарковский.
А вот это уже было низко!
– Знаешь, что! – я не на шутку рассердилась на этого самодовольного козла.
О чем я думала, когда хотела его использовать! Он же… самодовольный и наглый осёл! Хоть и очень обаятельный, чтоб его!..
– Лана, не кипятись, – засмеялся вдруг Рос. – Ты меня сейчас сожжешь взглядом! Но подумай, какая разница? Я ведь всё равно тебя увижу в этом купальнике меньше, чем через час… Какой смысл?..
– Смысл в том, – сдерживая рвущееся наружу негодование, – что ты требуешь от меня взять и, фактически, раздеться перед тобой!
– Но на пляже и яхте ты же…
– На пляже и яхтевсе раздетые! – выпалила я.
И видимо повысила голос больше, чем нужно. Потому что в нашу сторону полетели опасливые взгляды консультантов и других покупателей.
Я поняла, что ляпнула уже после того, как прозвучали мои слова. А Рос с готовностью расплылся в сладостной и предвкушающей улыбке, точно у какого-то мультяшного персонажа, задумавшего пакость.
– Так тебя смущает, что когда ты разденешься, я буду в одежде? – проговорил он мечтательным голосом и подступил чуть ближе. – Если хочешь… можем раздеться оба прямо в примерочной!
Вот честное слово! В этот самый миг я готова была залепить ему пощечину! Совсем охамел! Нет никаких границ морали и этики! Хотя… О чем я! Границы, рамки, правила этики и Жарковский, видимо, понятия не совместимые.
Да, это все будет тяжелее, чем я думала. Кажется, я серьезно ошиблась в выборе парня, к которому меня должен приревновать Костя. Чёрт побери, я даже не знаю, будет ли он меня вообще ревновать!..
А-а-а! Ну, почему! Почему, все здравые мысли, блин, приходят только ПОСЛЕ того, как ты уже успеешь наделать всякой фигни!
– А вот об этом, – угрожающе вытянув указательный палец в сторону Ростислава, проговорила я. – даже не мечтай!
Не говоря больше ни слова, я направилась к кассе. Пусть только попробует не рассчитаться! Я ему такого точно не забуду! Я не злопамятная, но он же сам меня подбил ехать покупать купальники за его счет! А теперь условия тут выставляет!
Ростислав, всё-таки, за всё рассчитался. Однако, пока он расплачивался, с его губ не сходила самодовольная и торжествующая ухмылочка.
– «Радуйся, радуйся», – подумала я, с раздражением. – «Ничего из того, что ты там себе напридумывал, с моим участием, не сбудется!».
Сейчас, я в серьёз подумывала о том, чтобы после этого променада на яхте, как-то отдалится от Роса. А то Жарковский, судя по всему, уже слишком много о себе возомнил и слишком многое уже предвкушает. Надо его аккуратненько… ну, не то чтобы обломать, но-о… притормозить. Слегка.
А то меня пугает, с какой скоростью развиваются все эти события. Блин! Это я ещё не знаю, как на все это дело отреагирует Костя!
Темнело быстро. Закат цвета сирени и спелой вишни стремительно таял в черно-синих оттенках наступающей южной ночи.
Я почувствовала приятный прохладный морской воздух, ласково овевающий тело, лицо и путающийся в моих распущенных волосах.
На кабриолете Chevrolet Camaro мы, под приятную музыку, довольно быстро добрались до местной пристани.
Всю дорогу я озабоченно думала о том, что из-за напористости Ростислава я не успела, как следует привести себя в порядок. Не то чтобы я собиралась прямо капитальный марафет наводить ради него, но всё же у меня было минимум макияжа и, если честно, не самые свежие волосы. Сашка, в отношении меня, была лучше готова. Всю дорогу она, не скрывая восхищения, поглядывала на Беркутова, сидящего впереди, рядом с Жарковским.
Когда мы подъезжали к пристани у меня, против воли, вырвался восторженный вздох.
Внизу, перед нами раскинулась широченная, сияющая огнями аттракционов, рекламными указателями и вывесками различных заведений просторная набережная. Она была усеяна кафешками, барами и ресторанами! Повсюду разгуливали аниматоры в причудливых костюмах, слышался запах сладкой ваты и смех детей, которые играли в большом игрушечном городе с цветными шариками.
От набережной тянулись «дорожки» пристаней для десятков… Нет! Сотен яхт! Белоснежные корабли вольготно покачивались на водной глади, по которой расплывались пестрые отражения набережной и свет растянутых на столбах гирлянд Эдисона.
– Вау!.. – выдохнула я.
– Рос, а какая из них твоя? – спросила Саша.
– Последняя, слева, – не оборачиваясь бросил Ростислав, – только она не моя, а моего отца, если уж быть откровенным.
– Как и тачки, – хохотнув, заметил Борис.
– У меня своя доля в бизнесе и даже свои направления, – напомнил Рос, – так что машины я покупал на свои. А яхта… У меня пока нет лишних восьми миллионов.
– Миллионов рублей?муточнила Сашка.
Рос только фыркнул, а я ответила подруге:
– В таких яхтах, Саш, ничего рублевого, нет априори.
– Ты уже бывала на таких, Лана? – спросил Рос.
– Нет, – поймав его игривый взгляд в зеркале заднего вида, ответила я.
– Значит, у тебя сегодня будет первый раз, да? – и это беспардонный нахал выразительно шевельнул бровями.
Саша хихикнула, Боря тоже одобрительно хохотнул, а мы с Росом продолжали смотреть друг на друга, через зеркало. Я одарила его одним из своих лучших уничтожающих и презрительных взглядов. Но этого южного, богатого наглеца это ничуть не смутило, и он продолжал счастливо улыбаться мне.
Рос припарковал машину на паркинге гольф-клуба и мы, по пристани направились к яхте Жарковских.
По мере того, как мы шли мимо других яхт и яхточек, я видела, как судно, на которое указал Рос, увеличивалось в размерах с каждым шагом. Ну ничего себе! Самый настоящий двупалубный плавучий дом! Яхта была потрясающей. Я бы ни за что, сейчас в этом не призналась Росу, но корабль был великолепен! Белоснежный, с синими линиями на белых боках. Переливающийся фешенебельным лоском и дорогой белизной! О него захватывало дух, как и от предвкушения ступить на борт такой красавицы!
Саша не удержалась и, оказавшись на борту яхты, запищала от восторга. Я проявила большую сдержанность и только одобрительно улыбнулась, глядя на внутреннее убранство судна.
Я заметила, что интерьер явно оригинальной дизайнерской обработки, а это ещё миллиона полтора сверху. Плюс, всякие дополнительные предметы удобства и так далее, ещё миллиона два. В общем и целом, выходило под двенадцать миллионов евро. – Это круизер, да? – спросила я Роса.
Жарковский, направлявшийся к штурвалу корабля, остановился и кивнул, снова улыбнувшись:
– Хочешь покажу, как ею управлять?
– Нет, спасибо, – я качнула головой, – лучше покажи каюту, где можно переодеться в купальник.
– Пойдём.
Каюты располагались ниже и оказались ничуть не хуже, чем номер в каком-нибудь приличном отеле. Только существенно меньше.
Большую часть занимала огромная двуспальная кровать. Над ней в обе стороны вытянулось прямоугольное зеркало. Справа оказалось нечто вроде тумбочки, влитой в стену. Весь интерьер был оформлен в кофейных тонах покрыт древесной текстурой, с потолка светили кружочки точечного освещения. В правой части каюты я увидела кабинку душа с полупрозрачной матированной дверкой. У противоположной стены, под фотокартинами на морскую тематику, стоял небольшой кожаный диванчик. А на полу был светло-бежевое ковровое покрытие. В общем, номер, то есть каюта, была то что надо.
Я обернулась назад, Ростислав, опершись плечом на косяк двери с усмешкой наблюдал за мной.
– Ты не мог бы выйти? – спросила я.
Брови Жарковского поползли вверх. Чему он так удивляется? Не ожидал, что я попрошу его оставить меня одну? Или он надеялся, что я у меня отсутствует стыд, какого, наверняка, нет у тех девиц, которых он привык, пардон, «снимать» в своих клубах и барах.
– Ты меня стесняешься?
Ну, и что за идиотский вопрос?! Да, блин! У достаточно обостренное чувство стыда! Да скромность, к добру ли к худу ли, во мне тоже воспитали.
– А ты считаешь себя мужчиной? – в тон ему спросила я.
– Причем, чертовски милым и обаятельным, – он выразительно скривил лицо.
– Мужчины обычно выходят, когда девушка переодевается!.
– А если я просто отвернусь? – спросил он лукавым голосом.
– Рос, ну тебе что четырнадцать? – попыталась я застыдить парня.
Ну, да! Конечно! Застыдить Жарковского! Ха! Это тоже самое, что у хищника искать сочувствие к зайцу или загнанной лани. А именно оказавшейся в ловушке ланью, я себя отчасти и ощущала. Потому что я вдруг осознала (неожиданно) что Жарковского, как и Стрельцова толком то не знаю. А теперь я с ним и его дружком на яхте, совсем одна. Саша не в счет, мне кажется она так одержима Беркутовым, что будет рада любому развитию событий.
А я вот не знаю, что буду делать, если Рос на полном серьёзе, вдруг, начнет ко мне приставать.
– Знаешь, Лана, – задумчиво проговорил Ростислав. – Обычно я, как раз, уверен, что я взрослый молодой и здоровый мужик. Но вот такая штука… Почему-то рядом с тобой, глядя на тебя, я иногда ощущаю себя школьником. Наверное, потому что, как и в школе, я теряюсь и не знаю, как к тебе подступиться.
Я опустила взор, не зная, что ему ответить. Не надо. Не надо ко мне подступаться, Рос. Точнее, надо, но только чуть-чуть, чтобы побесить Костю. А ты хочешь подступить слишком близко…
– Ладно, нельзя так нельзя, – как-то подозрительно легко отступил Рос.
Жарковский развернулся и вышел из каюты. Я ещё несколько секунд смотрел ему вслед. Меня охватило легкое нервозное состояние, а в голове быстро, как резиновые мячики, прыгали и скакали шустрые мысли.
Подумав, я подошла к двери каюты и закрылась. Мало ли. Вдруг кое-кто, неугомонный, решит ворваться сюда. Лучше перестраховаться.
Поступок Роса меня серьёзно насторожил. Кажется, Жарковский решил всерьёз использовать сегодняшнюю ночь, чтобы попробовать получить от меня желаемое. Ну, мне остается надеяться, что у Ростислава есть ко мне хоть чуть-чуть уважение и хоть немного совести, потому что я к такому повороту событий совсем не готова. Вот просто категорически! Но… беда в том, что я теперь совершенно не уверена в том, чем закончится сегодняшняя ночь.
Когда я, уже переодевшись в купальник, вышла из каюты и поднялась на палубу, сразу же увидела Сашку, хихикающую на диване, рядом с Борисом. Беркутов рассказывал какой-то смешной эпизод из своей жизни, активно жестикулируя руками.
Я не стала им мешать. Сегодняшняя ночь – Сашкин шанс.
Я прошла на нос яхты и встала у бортика, вдохновенно глядя вперёд. С шумным плеском яхта летела навстречу горизонту, тонкой линии блеклого просвета, между темным морем и усеянным миллионами ярко-сверкающих песчинок звёзд летним ночным небосводом. Яркая лунная и звёздная ночь вызывала у меня самозабвенное восхищение!
В Москве таких ночей не бывает, как и таких звёзд, луны и, конечно, моря.
Я запрокинула голову назад, с удовольствием зажмурилась, и почувствовала набегающие с моря порывы соленого ветра с капельками бриза, оседавших на лице ласковым прикосновением. В шепоте волн вдали, слышался убаюкивающий и воркующий голос моря.
Я услышала сзади шаги и тут же, открыв глаза, обернулась, пугливо уставившись на Жарковского.
Рос стоял в двух шагах от меня, спрятав руки в карманах кофейно-серых шорт. Ветер трепал его рубашку, прижимая её к мускулистому рельефному торсу парня.
В этот миг я в полной мере оценила, насколько все-таки Ростислав красив. Конечно, для меня идеалом остается Костя, но глупо отрицать привлекательность внешности Роса. Красивый и уверенный в себе, богатый подонок. Прибавьте сюда ещё харизму, нахальность и хищные повадки, и это будет просто убийственная смесь!
– Ты что-то хотел? – спросила я и услышала, как дрогнул мой голос.
Я опять волнуюсь? Из-за него? Почему мне стало как-то неловко, и вообще не по себе. Не уютно, не комфортно и немного страшновато.
– Просто… любовался видом, – ответил он по-дурацки улыбаясь.
– Видом м-моря? – спросила я.
– Этим тоже, – сочным глубоким голосом, ответил Рос и встал рядом со мной.
Он облокотился на отливающие блеском света металлические перила на носу и уставился вдаль.
– Каким манящим и таинственно пугающим, выглядит ночное море, – произнес он вдохновенно и задумчиво.
– Да… – согласилась я. – Наверное… Подожди, Рос!.. А… Я с тревогой обернулась на рубку управления яхты.
– А кто ведёт судно?!
– Авторулевой, – хмыкнув, усмехнулся Ростислав. – Ты про автопилоты слышала? Вот здесь такой же…
– А-а… и ему можно верить?
– Я сам его программировал, мответил Ростислав, потирая руки
Ну, наверное, меня это должно успокоить.
– Лана, – потирая ладони и не глядя на меня, спросил Жарковский.
Мне показалось, или в его голосе послышалась робость. Да нет, не может быть.
– Я не знаю, стоит ли тебя спрашивать сейчас… Да и вообще, стоит ли…
Она замолчал и качнул головой. Я ждала, внутренне напрягшись и не сводила с него настороженно взгляда.
– Просто, когда ты согласилась на эту… поездку на яхте… Ты… – Рос выдохнул и ухмыльнулся, – Господи, Лана!.. Ты и правда заставляешь меня чувствовать себя каким-то девятиклассником! Как будто я снова вернулся в то время, когда боялся девчонкам даже слово сказать…
Я порядком осоловела от услышанного. Поверить в то, что Жарковский был робким пятнадцатилетним пареньком, который боялся говорить с девушками, при его то положении, очень сложно. Но я откуда-то знала, что сейчас он искренен.
– Значит, – улыбнулась я, – в школе ты был стесняшкой?
– Да… – протянул Рос, все ещё заметно волнуясь, – и, честно говоря, был уверен, что те дни позади.
– И что же заставило думать тебя иначе?мспросила я, догадываясь, какой услышу ответ.
– Сама знаешь– фыркнув, ответил Рос, – как смотрю на тебя, так язык к небу прилипает и дыхание перекрывает. Начинаю всякую чушь нести…
– Да, я заметила, – вздохнула я.
– Извини, – пробасил он.
– Да ничего, – сейчас я ощущала сочувствие к Росу.
Даже он, оказывается, может быть таким милахой.
– А что ты хотел у меня спросить? – деликатно и мягко произнесла я.
Рос отвел взгляд от моря и внимательно посмотрел на меня. Я, нервно сглотнула, глядя в глаза парня. Жарковскому не нужно было ничего отвечать, всё было в его взгляде. Как всегда.
– Ребята! Эй! Рос! Лана! – вдруг раздался радостный голос Бори, – Идите сюда! Я салютную установку нашёл!
Радостно хохоча, Беркутов скрылся за палубной надстройкой.
– О, Господи!.. – простонал Рос и опустил голову вниз. – Пусти козла в огород!..
Это было сказано с таким искренним отчаянием, что не удержалась и засмеялась во весь голос.
– Наверное отыскал салют, который с моей последней днюхи остался, – проворчал Рос. – Идём… Похоже сейчас мы и ещё пол Анапы увидим гораздо больше звёзд, чем было запланировано!
Да, слова Роса не были преувеличением. Когда Боря, высунув язык от старания, устанавливал громоздкую салютную установку, я сразу же вспомнила момент из первого фильма «Властелин колец». Там два непоседливых хоббита тоже откопали огромную ракету и запустили ею в небо, в самый разгар праздника. Я отлично помнила, какой яркий салют, в виде дракона они устроили.
И когда, наконец, ударила салютная установка Ростислава мы с Сашей обе взвизгнули, вжавшись в спинки диванов на открытой палубе.
А в небе над нами со свистом и грохотом разрывались цветные всплески. И таки яркие, как на день города в Москве! С дополнительными эффектами, вспышками и оседающей сияющей «пылью». Взрывы салюта озаряли море вокруг нас километров на десять-двенадцать, не меньше! Можно было не сомневаться, что наш салют был заметен не только с берегов Анапы, а чуть ли не со всех городов Краснодарского края!
– Ур-ра!!! – орал, как бешенный Боря, прыгая по яхте с бокалом в руке. – С праздником, товарищи!!! Ур-ра!!!
– Да с каким праздником, Борь, – Рос по-дружески толкнул друга в плечо. – Ты сколько вина выпил? – Не знаю… Вино хорошее, кстати! – проорал в ответ счастливый и пьяный Беркутов.
– Ещё бы, – фыркнул Ростислав, – пол ляма за бутылку! Губа-то, а точнее желудок, у тебя не дурак, друг.
Когда салют перестал грохотать, Боря включил музыку и, подскочив к Сашке потянул её к себе, пританцовывая рядом.
Он закружил её в танце.
– Боря!.. – заливаясь довольным смехом, воскликнула Сашка. – Ну ты что… Подожди, пожалуйста… Я бокал поставлю!
– Лучше допивай и бросай в море! – пропел Борис.
– Эй, давайте без этого! Я серьёзно! – вмешался Рос.
– Да ладно…
– Ай, Боря, осторожно! – запищала Саша.
Беркутов её не послушал, резко развернул и бокал в руке Сашки опрокинулся точно в мою сторону.
Я отскочила прочь, как ошпаренная, быстро отряхивая с себя вино.
– Ой, Лана, прости пожалуйста! – запричитала перепуганная Сашка.
Она бросилась ко мне с салфетками.
– Да всё нормально, – проговорила я, забирая у нее салфетки, – ничего страшного… Сейчас пойду, переоденусь.
Я спустилась вниз, в отведенную мне каюту и осмотрела себя.
С досадой вздохнув, я покачала головой, глядя на огромное, отчетливо заметное при свете, темное пятно на купальнике.
Блин, жалко! Несмотря на то, что это куплено на деньги Роса… Я ведь собиралась его себе оставить и, как минимум, в этом сезоне поносить ещё на пляж. М-да, видимо не судьба.
Я взяла другой купальник, с лифом-бандо, и зашла в душ. Там я переоделась и смысла с тела засыпающие капли и струйки вина.
Когда я вышла обратно, завернутая в полотенце, в каюте я увидела Роса, который развалившись, сидел на диванчике. Взгляд парня сканировал моё тело и готова была поклясться, если бы Рос обладал способностью телекинеза, мое полотенце уже лежало бы на полу.
Я остолбенела и в растерянности уставилась на Жарковского.
– Ты ч-чего?.. – глуповато спросила я.
Рос в ответ поднялся с дивана, на котором сидел и не торопливо подошел ко мне.
От него слегка веяло вином, мужским парфюмом и чуть-чуть горьковато-кислым запахом пота.
– Рос, мне нужно переодеть купальник… – проговорила я.
– И что? Мне опять выйти? – спросил он, глядя на меня чуть затуманенным взглядом.
Да что же такое! Второй раз я оказываюсь в одной и той же ситуации! Хм, хотя, нет. В первый раз я хотя бы была одета.
– Лана… – Рос коснулся моего обнаженного плеча и ласково провел ладонью по моей коже.
– Рос, не надо… – жалобно проговорила я. – пожалуйста... Уйди… Не надо делать ничего… что ты задумал…
Но Жарковский приблизился ко мне почти вплотную, настолько, что я ощущала учащенное и гулкое биение его сердца. А он, наверняка, слышал моё.
– Слышишь? – шепнул Ростислав, глядя на меня сверху вниз. – Слышишь, как они тянутся друг к другу…
Он наклонился ко мне и попытался поцеловать, но я увернулась.
– Нет, стой! Не надо! – воскликнула я испуганно. – Правда, Рос… не надо! Слышишь?! Перестань!..
– Лана, – его пронизывающий басовитый голос прозвучал возле самого моего уха. – Ты не представляешь, какой силой воли нужно обладать, чтобы оставить тебя в таком виде… И лично у меня, её нет.
Я, чувствуя, как дрожь пленяет мое тело в страхе, безвольно глядела на него. Я знала, что задумай Рос что-то нехорошее, я же ничем, никак, совсем не смогу ему помешать!..
– Пожалуйста, Рос… – едва не плача, попросила я. мНе надо… Если я тебе правда хоть чуть-чуть дорога, не надо… Пожалуйста!..
– Ты, что, маленькая моя, – он провел рукой по моим светло-русым волосам, – подумала, что я посмею тебя… обесчестить? Тебя?!Он фыркнул и с улыбкой, покачал головой.
– Я не буду скрывать, да и ты сама это уже прекрасно поняла: я тебя хочу, Лана. Знаю, звучи грубо, да и мы с тобой толком не особо знакомы… Но, я ничего с собой поделать не могу. Меня к тебе влечет так, что я перестаю думать и контролировать себя… И это всё ты! Ты, Лана!
Его рука сжимается в кулак на моих волосах, он шумно и хищно втягивает воздух возле моих волос. А затем резко разворачивается и уходит.
Я не сразу решилась выйти из каюты. Меня всю лихорадило. Но не от страха, нет. Я вдруг поняла, что не особо то и боялась того, что могло случится. Нет, я боялась другого-страсти, которую услышала в голосе Жарковского. Она была импульсивная, обжигающе горячая, сметающая все мои внутренние барьеры и, казалось, добираясь до моей души.
Я долго не могла прийти в себя. Сидя на кровати, подобрав ноги, я пыталась пережить откровения Ростислава.
Его слова застряли у меня в голове и звучали по кругу.
С чувством, нескрываемым пылким желанием и рвением.
Нет, конечно, я не собиралась бежать и отдаваться ему, просто… Я поняла, что возвращаться назад поздно: я уже переступила границу, из-за которой обратного выхода, без боли и слёз, уже нет.
Или я не переступала, а просто кое-кто затянул меня через неё.
Справившись с пережитым потрясением, я рискнула выйти на верхнюю палубу. С Ростиславом я старалась не встречаться взглядом.
Все они, втроем что-то оживленно обсуждали, указывая пальцами на небосвод.
Прежде, чем я успела задать хоть какой-то вопрос Борис заорал:
– А он ещё одна! Смотрите! Смотрите!!!
Я увидела, как гладь ночного неба рассек золотой росчерк падающей звезды.
– Видели?! Видели?!! – восторженно закричал Борис и тут он увидел меня. – Лана! Ты видела?! А?!! Видела?!! Звезда! Падающая!!!
Тут он застыл, его глаза возбужденно расширились, и он фанатично прошептал:
– Желание! Кто успел загадать желание? Его взгляд метнулся к Саше.
– Я не успела, – с улыбкой вздохнула та.
– А ты? – Беркутов впился в меня взглядом. – Успела? – Нет, Борь… – почему-то виновато улыбнулась я.
– А ты, Рос? Успел? – уставился на друга Боря.
Саша тоже взглянула на Жарковского.
– Да, Борь. Успел. – веско и уверенно ответил Ростислав.
– И, что, думаешь сбудется? – лукаво ухмыляясь, спросил Борис.
Я не удержалась и тоже аккуратно посмотрела на Жарковского.
Тот залпом опрокинул бокал и взглянул мне в глаза тем взглядом, от которого я вся, с ног до головы, замирая и ощущаю дрожь по всему телу.
– Посмотрим, – многообещающе проговорил Рос, не отводя взгляда от моих глаз.
* * *
За Сашкой теперь присматривать было не очень удобно. Потому что кое-кто очень настырный, все время пытается поймать мой взгляд, все время норовит оказаться рядом и хоть за руку взять.
Когда он в последний раз так сделал, я раздраженно вырвала свою ладонь из сильных мужских пальцев и ушла к корме яхты. Здесь, я спустилась вниз на купальную платформу, которая лишь немного возвышалась над уровнем воды.
Усевшись на теплое покрытие, я спустила ноги в воду. Я слышала смех Саши и по нему ориентировалась: пока смеется все в порядке. Но, я всё равно нервничала и ничего не могла с этим поделать. Поступок Ростислава серьёзно напугал меня, но при этом вызвал странное чувство волнительного и тревожного предвкушения.
Хм, надеюсь меня не заводят столь рьяные попытки мужчин продемонстрировать своё непреодолимое влечение к моей скромной персоне. Потому что это будет уже за граню здравого смысла, и я начну всерьёз опасаться своих будущих действий!
Я плавно водила ногами в прохладной морской воде и смотрела на слоенный «пирог» из десятков тысяч ярких огней, каким выглядела отсюда ночная Анапа.
Я услышала шаги за спиной, но не стала оборачиваться: и так знала, что это Рос.
Я настороженно замерла, мое сердцебиение стремительно увеличивалось. По коже спины и рук взбиралось настырное просачивающееся в душу волнение и капелька тревоги.
Что он предпримет? Попытается опять, ещё более, откровенно выразить свое желание? Начнет просить прощения? Или просто заговорит, как ни в чем не бывало, как будто не было этой странной сцены в каюте, двадцать минут назад?
