Текст книги "Малышка (СИ)"
Автор книги: Яна Сокол
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 26 страниц)
Глава 9
Сава
– Что, уже заценила? – усмехаюсь, наблюдая за ее реакцией. Если бы взглядом можно было убить, то я бы уже лежал бездыханный.
– Это же… сарай, – наконец выдавливает она из себя.
– Не преувеличивай, – улыбаюсь как дурак.
– Так я еще приуменьшила, – возмущается она.
Забираю у нее сумки и направляюсь, как она мягко выразилась, к «сараю».
Малышка, конечно, права. Здесь всего четыре стены и потолок, вместо пола утоптанная земля. Это она еще не знает, что здесь и света нет, а вода – в колодце, что за этим строением.
Кира идет за мной несмелыми шагами.
– Нет, – возражает, как только переступает порог, – нет, нет. Это место не подходит.
Оглядываюсь на нее и понимаю, что причиной такой реакции стала кровать, от которой она не может оторвать взгляд. Да и не кровать то вовсе, а дверь, поставленная на опоры из кирпичей. Матрас на ней из старых вещей собранный. Но думается мне, что не качество матраса на ее реакцию повлияло, а то, что она узкая и, кроме нее, здесь лечь негде. Здесь вообще, кроме этой самодельной кровати, маленького стола, одного стула и железного стеллажа с вещами, ничего нет. Если не считать по мелочи, типа табуретки.
– Я уверен, здесь нас точно искать не станут, – озвучиваю я плюс, усмехаясь в ответ на ее реакцию.
Малышка резко разворачивается и несётся к выходу.
– Черт, – бросаюсь за ней. Я, конечно, предполагал, что она будет возмущена, но не знал, что настолько.
Перехватываю ее за талию и поднимаю, лишая возможности двигаться. Кира, как всегда, пытается меня достать, но я ей этого не позволяю.
– Это сейчас лучшее место для нас, – пытаюсь до нее донести. – Здесь на многие мили никого нет, и это последнее место, где нас будут искать. Тем более о нем никто не знает.
– Здесь невозможно жить, – не слушает она. – Здесь ничего нет.
– Поэтому-то это и идеальное место, – настаиваю я. – Просто переждем здесь пару дней и посмотрим, что там дальше будет.
– Я не хочу, – шепчет она, слышу слезы в ее голосе.
Опускаю ее и поворачиваю лицом к себе. Малышка отводит взгляд, но я настойчиво заставляю ее посмотреть на меня.
Товарный поезд врезается в грудь. Огромные озера, наполненные слезами.
– Все будет хорошо, – пытаюсь ее успокоить, – тебе не о чем волноваться.
– Как же не о чем, – ехидно выдает она, а глазки сверкают яростью, – всю дорогу мне угрожал и пошлостями сыпал. Привез в дремучий лес в лачугу, где меня никто не найдет, и я должна спокойно все принять?
– Я не угрожал, – только и могу выдавить.
– Нет, конечно, – снова ехидничает она, но за всей этой бравадой теперь я вижу, что Малышка не на шутку напугана.
Хватаю ее за подбородок и приближаю к ней свое лицо.
– Я никому не позволю причинить тебе вред, – говорю четко, чтобы поняла и приняла.
– Я тебе не верю, – шепчет она. – Кто защитит меня от тебя?
Замираю. Так это она меня так испугалась?
Дожил, напугал женщину тем, что ее хочу!
Такого со мной никогда еще не случалось.
– Если только это тебя пугает, то зря, – сообщаю. – Я не насильник, – злость прорывается в голосе. Нет, ну что она там себе надумала, в самом деле? – Я, так сказать, сторонник добровольных отношений.
– А мне так не показалось, – задирает она подбородок.
За ее сексуальным телом я и не заметил, что она совсем еще девчонка.
– Малышка, я не буду повторять это вновь, но если ты и будешь подо мной, то только потому, что сама ко мне придешь, – чеканю я уверенно.
Как же она меня злит сейчас.
Отпускаю ее и делаю шаг назад. Смотрит на меня так, будто я сейчас на нее нападу и съем. Именно это мне и хотелось сделать, но я не настолько конченый, чтобы идти напролом и пугать ее еще больше.
А вот соблазнить… Окидываю ее взглядом. Пожалуй, именно так я и поступлю.
Посмотрим, на сколько ее хватит?
Но вначале нужно раскрыть ей свой обман и наконец дойти до цели нашего путешествия.
– Заберем рюкзаки, прежде чем двинемся, – бросаю я, поворачиваясь к ней спиной, – они нам еще понадобятся. И, девочка, в лесу водятся волки, так что не самая умная идея – бежать туда сломя голову.
Слышу через секунду, что она таки направилась за мной.
Вот чертовка. Но не глупая.
Выхожу из землянки с рюкзаками, но, вопреки своим словам, не отдаю ей ничего. Проигнорировав ее протянутые руки, шагаю мимо нее в лес.
– Мы не к машине? – догоняет меня ее голос.
– Мы идем туда, куда направлялись, – бросаю за спину и слышу, как она замирает, но не останавливаюсь.
– Кира, волки, – напоминаю я и слышу, как она снова начинает движение.
Идем дальше в тишине.
Хочу увидеть лицо Малышки, когда она увидит дом, поэтому резко оборачиваюсь.
Кира идет, опустив голову и глядя себе под ноги, но вот она поднимает взгляд и застывает с открытым ртом.
Да, именно это я и хотел увидеть.Этот дом принадлежит одному отставному полковнику. Мне довелось с ним познакомиться на похоронах его сына, тот был убит во время одного секретного задания. Я не был знаком с ними обоими, но не смог не остановиться и не принести соболезнования. Спустя несколько дней он мне позвонил. Мы встретились, разговорились, подружились.
Для меня до сих пор остается тайной, почему он тогда связался со мной. Но теплые отношения мы с ним сохраняем до сих пор.
Дом Игорь построил из прихоти, как он говорит. Но по мне такое просто так не строят.
– Наверное, не толкни меня судьба и не стань я военным, стал бы строителем, – смеялся Мартынов, когда я точно с таким же выражением лица наблюдал за тем, что стояло посреди непроходимой чащи. Домом это назвать тогда язык не поворачивался.
Прямо на склоне, у подножия горы, между двумя громадными валунами, которые служили ему стенами, был построен дом. Точнее, он просто был вписан между ними. Из-за того, что построен он был из таких же валунов, но поменьше, его практически невозможно было обнаружить, если не знать, где искать. А сверху из-за травяной крыши казалось, что местность вообще не тронута людьми. Вся эта территория принадлежала Мартынову, и он охранял эту гору и лес, как заповедник.
– Люди глупы и алчны, – говорил он, печально наблюдая за огнем, – уничтожают все вокруг себя, думая, что смогут построить лучше. Но все, что они могут, – это разрушать. К счастью, или к несчастью, мы не все такие.
– Что это? – шокированный голос Киры заставляет отбросить воспоминания и снова к ней обернуться.
– Это наш конечный пункт, – сообщаю я. – Пойдем, рассмотришь все поближе, – усмехаюсь я на то, как она, не глядя под ноги, спотыкается. Успеваю ее поймать до того, как Малышка упадет.
– Осторожно, здесь крутой склон, – предупреждаю я ее.
Она не спешит освободиться, чем я и пользуюсь, прижимая ее к себе.
Мое тело слишком остро на нее реагирует. Несколько невинных касаний – и я уже готов на стенку лезть от желания ее поцеловать.
Пытаюсь отвлечься созерцанием родных мест.
Как же давно я здесь не был. Знаю, что, будь Игорь дома, встретил бы нас еще у сторожки, где я чуть не довел до истерики Малышку. Но его нет, и это значит, что он уехал по «делам», как он объясняет свое отсутствие.
Я прекрасно понимаю, что он не на рыбалку ездит, но не расспрашиваю его ни о чем. Сам расскажет, если захочет.
Дом не запирается, так что вхожу спокойно и открываю шторы, чтобы впустить немного света.
Малышка стоит у порога, рассматривая стены и купол. Здесь два уровня: на первом этаже гостиная и кухня, на втором две спальни.
Это, на мой взгляд, просто идеальное место, чтобы скрыться от лишних глаз, если появилась необходимость.
– Господи, какая красота, – шепчет Кира себе под нос. Кажется, даже не понимая этого.
– Как быстро меняется реакция человека на одни и те же условия, если немного облагородить вид, – делаю я замечание. Она резко оборачивается ко мне, не понимая, к чему это я. – Здесь все то же, что и в сторожке, – поясняю я, – нет воды, света и интернета, и все те же два на два, но этим местом ты восхищаешься, а от того убегала в истерике, – усмехаюсь.
– Если ты намекаешь на то, что я недалекая, то да, в связи с последними событиями, могу с тобой согласиться, – зло чеканит она, разворачиваясь к выходу. – Только такая могла тебе довериться, – бурчит она себе под нос.
Зачем я так сказал? Почему мне так хочется ее задеть? Эта девушка просто выводит меня из себя.
– Я вовсе не это имел в виду, – кричу ей вслед и понимаю, что она не остановится. Догоняю ее. – Ты куда?
– Подальше отсюда, – бросает она, продолжая идти.
– Я же предупреждал, что в лесу волки, – напоминаю я.
– За все время нашего пути нам никто не встретился, – отвечает она, бросая на меня злой взгляд, так как я не отстаю от нее ни на шаг, – так что я рискну.
– Мы шли днем, а сейчас вечер, – указываю я ей на очевидные вещи, – они только выходят на охоту. Ты не успеешь дойти до сторожки.
– Тебе-то что? – спрашивать она, уже по-настоящему меня зля.
– Так, хватит, – бросаю я, прежде чем встать у нее на пути, и тут же приседаю, из-за чего она по инерции, конечно же, спотыкается об меня и наклоняется, пытаясь удержать баланс и не свалиться. Поднимаюсь уже с ней на плече.
В первые секунды она не сопротивляется, но вот потом, как дикая кошка, попавшая в капкан, начинает дергаться и шипеть. Еле удерживаю ее на плече. Ощущаю, как ее ногти впиваются в мою спину. Шлепаю по ее шикарной заднице, чтобы неповадно было.
– Запомни, Малышка, ты метишь меня, значит, я мечу тебя в ответ, – поглаживаю ее мягкую попку. Отчего она замирает.
– Меня тошнит, – предупреждает она, но я в это не особо верю, потому как слишком яростно звучит ее голос. Да и мы уже дошли.
– Не заставляй меня запирать тебя в подвале, – угрожаю я, поставив ее на пол и заглядывая в ее красное личико.
– Ты всегда используешь силу, если не можешь победить словами? – спрашивает она, пытаясь выровнять дыхание.
– Всегда, – смеюсь над ее усилиями.
– Мужлан.
– Глупышка, – губы растягиваются в улыбке. – Что бы там ни было, не самая лучшая идея – бежать на ночь глядя, – перехожу на серьезный лад. – Здесь быстро темнеет, так что нужно приготовиться. А то останемся в темноте без тепла и света.
– Ты серьезно говорил насчет отсутствия электричества? – кажется, она посчитала, что я ее просто пугаю.
– Шутил, конечно, – смеюсь. – Найдешь выключатель – врубай, – открываю дверь, – а я пока дрова натаскаю и керосин притащу.
– Зачем дрова, лето на дворе? – спрашивает Кира, следуя за мной.
– Ты удивишься, как здесь по ночам холодно. Тут тебе не город.
Мы как раз дошли до землянки, которую, как и дом, просто так не обнаружишь, судя по тому, как Кира прошла мимо нее, не заметив.
– Вот тут, – привлекаю я ее внимание.
Она оглядывается, и снова у нее на лице то самое шокированное выражение.
– Кому принадлежит этот дом? – спрашивает Кира, пока я вытаскиваю все необходимое.
– Почему ты думаешь, что он не мой? – удивляюсь уже я.
– Потому что хозяин такого места мне точно будет симпатичен, – отрезает она, задирая свой подбородок. – В отличие от тебя.
Уверен, что и она Игорю понравится. Он уж точно оценит ее норовистый характер.
Почему от этого предположения у меня в груди печет, настроение портится и садануть хочется во что-нибудь со всей силы? Желательно в лицо. И я знаю в чье.
Я, кажется, сошел с ума.
Глава 10
Кира
Господи, как же мне понравился этот дом!
Даже то, что в нем нет света, меня не испугало.
Такое чудо природы. Как можно было придумать что-либо подобное? Уму непостижимо.
Я видела, что Сава наслаждается моим шокированным видом, специально все так подстроил. Чего стоило только то, что он угрожал, будто мы в том сарайчике жить будем. До сих пор мурашки по спине. Но я не могу скрыть свои эмоции. Дом просто обалденный.
Конечно, он утрировал, что тут ничего нет. Вода тут была, потому что на кухне я заметила мойку со смесителем. Не думаю что она для крастоты.
– Зачем мойка без воды? – спросила я, когда он начал разводить огонь.
О камине нужно сказать отдельно, потому как ничего подобного я в жизни не видела. Вроде старая печка, но с современным декором. А когда в нем весело заплясал огонь, без дыма и гари, я перевела взгляд на Саву и приподняла брови в ожидании его ответа.
– Тут сложная система отопления, дым идет по трубам под пол, – объяснил он.
– А вода? – напомнила я, садясь у огня. В желудке заурчало. Кроме печенек в машине, мы так ничего и не поели.
– Вода тут в основном дождевая, – усмехается он, поднимаясь. – Так что если экономить, то можно и искупаться. Сейчас нужно поесть, пока не стемнело.
– А свет? – продолжаю настаивать.
– Свет только от свечек, которых, к сожалению, нет, и с помощью вот этого, – он указал на то, что принес из той землянки в лесу.
Что-то похожее на железную банку, снизу толстую, сверху зауженную и с торчащим изнутри черным язычком. Сверху этот язычок закрывал стеклянный вытянутый колпак.
– Это керосиновая лампа, и, судя по твоему лицу, ты о таком не слышала, – смеется Сава.
– Конечно слышала, – возражаю я, не желая признавать свое незнание, – просто впервые вижу такую модель.
– Разнообразием моделей они не отличаются, – его смех становится громче, раздражая меня. Ну и где я должна была с таким столкнуться?
– Не вижу ничего смешного, – отрезаю, поднимаясь. Невыносимый тип. Только и знает, что издеваться и подкалывать. Да с таким серьезным лицом, что не поймешь, шутит он или нет.
– Подожди, я там из запасов Игоря вытащил банку тушёнки и пару картох, – привлекает он снова мое внимание, – сейчас суп сварганим.
Представила себе эту бурду и передёрнулась.
– Чего ты носик свой морщишь? – смеется он опять.– Ты же еще не пробовала.
– Просто представила, – возмущаюсь я. – И прекрати надо мной издеваться.
– Насчет моей готовки ты не права, – качает он головой, – будет вкусно, обещаю, – он облизывается слишком сексуально, на мой взгляд, так что мне хочется его стукнуть. – А что касается второго, то уж прости, но ты сама прям напрашиваешься.
Не отвечаю этому хаму, поднимаюсь и иду к своему рюкзаку.
– Я лучше приведу себя в порядок, чем продолжу тебя тут развлекать, – шиплю себе под нос и поднимаюсь наверх.
Осматриваю комнаты. Первая явно хозяйская, ничего лишнего, только кровать и тумбочка. Две двери. Заглядываю внутрь. Первая – маленькая гардеробная, вторая – ванная. И судя по тому, что во второй спальне я обнаруживаю такую же чашу, как и в хозяйской ванной, купаться здесь принято в деревянном чане. Вторая спальня практически ничем не отличается от первой, просто здесь в гардеробной нет вещей. Зато есть полотенце. Выдохнув с облегчением, привожу себя в порядок. Не рискую залезть в чашу, потому как просто не могу разобраться, как тут все работает. Поэтому, набрав немного прохладной воды в небольшую чашку, что стоит здесь же, моюсь. Холодно. Через минуту зубы начинают стучать. Так что я, быстро обтеревшись, переодеваюсь. От голода начинает мутить.
Подумав, накидываю свитер, который почему-то умудрилась засунуть в рюкзак. Утопаю в нем, как в мешке, но делать нечего, и я, закатывая рукава, иду вниз. Ароматный запах еды разносится по дому. Сава был прав, к тому моменту, как я управилась со своими делами, уже так стемнело, что я не могла увидеть, куда ступаю. Пришлось прощупывать все руками и ногами, чтобы не свалиться и не свернуть себе шею.
В тот момент, когда я в очередной раз протянула руку, пытаясь нащупать стену, наткнулась ладонью на что-то теплое. На секунду мне захотелось прижаться к этому теплу, чисто по-человечески, но я тут же себя одернула.
– Тебя долго не было, – почему-то шепотом говорит Сава.
– Я купалась, – выдаю я, стуча зубами.
– Ты что, сдурела? – тут же громко возмущается он, и я чувствую, как взлетаю и оказываюсь у него на руках. – Кто в это время суток купается?
Мы спускаемся вниз так быстро, что мне кажется, мы летим.
И как только он может что-то видеть в этой кромешной тьме?
В один миг меня закутывают в огромное, пахнущее шерстью одеяло и сажают у камина. Здесь уже можно разглядеть хоть что-то.
– Пей, – приказывает он, всучив мне в руки деревянную чашку с ручкой-мишуткой, которую я рассматриваю, пока грею руки. Только сейчас я понимаю, насколько действительно замерзла.
На удивление запах соответствует вкусу. Зажмурив глаза, наслаждаюсь непонятной бурдой, приготовленной Савой, и теплом огня.
Мне кажется или здесь пол теплее? Тут я вспомнила, что он говорил что-то про отопление.
– Ну как тебе? – спрашивает Сава, садясь напротив с такой же чашкой, но, в отличие от меня, он не укутан по самый нос в одеяло.
– Съедобно, – хитрю я.
– Да ладно, поэтому ты уже все вылакала? – смеется этот негодник.
Перевожу взгляд на чашку – и правда все выпила.
– Давай еще налью «съедобного», – протягивает он руку.
От тепла меня немного разморило, и я расслабилась.
– Так и где он? – спрашиваю я. – Хозяин дома, – уточняю увидев недовольное лицо Савы.
– Уехал по делам, – отвечает он, нехотя.
– И кто он? – продолжаю спрашивать.
– Тебе зачем? – майор окидывает меня недовольным взглядом.
– Ну, хотелось бы знать, в чей именно дом я ввалилась по твоей милости, – удивляюсь я его реакции.
– Ему ни холодно ни жарко от того, что ты тут погостишь вместе со мной, – отрезает он. Грубиян.
Но, блин, тут так тепло, что не хочется двигаться. Меня все еще знобит, так что я сильнее укутываюсь в одеяло.
Не буду больше с ним разговаривать. Хам.– Не знаю, как ты, но я буду здесь спать, – вопреки своим же мыслям решаю сразу застолбить себе местечко.
– Спешу тебя обрадовать, но мы оба будем спать здесь, – возражает он.
– Что? С чего это? Ты иди спать наверх, – возмущаюсь я.
– С того, что ночью станет еще холодней, – чеканит он недовольно.
– И что? – возмущаюсь я, забыв, что только что куталась и стучала зубами. – Здесь места мало.
Я развожу рукой, мол, сам посмотри.
– Почему ты так упираешься? – делает он удивленное лицо, будто действительно не понимает. – Я знаю, о чем говорю.
– Вы что же, с хозяином дома тоже друг дружку здесь грели? – вырывается у меня.
Сама не ожидала от себя такого ехидства. Судя по его блеснувшим яростью глазам, это я зря.
– Не думаешь же ты, что я настолько наивна?
– Теперь я знаю, что ты настолько глупа, – кидает он, направляясь ко мне.
Я непроизвольно вся сжимаюсь от страха. Но, вопреки моим фантазиям, он только отбирает у меня пустую чашку. И, судя по грохочущим звукам, он, стоя спиной ко мне, моет посуду. И да, Сава в ярости.
– Спасибо, – решаю я немного смягчить свои слова и сменить тему. – И как долго мы тут пробудем?
– Пока, думаю, неделю, а там посмотрим.
– Ты же шутишь? Неделю? Мне нужно вернуться в город, – возмущаюсь я, забыв все свои благие намерения.
– Здесь ты в безопасности, – отрицательно качает он головой и, не оглядываясь, выходит в ночь. Вот так, без ничего, в полную темень.
Я тут же вскакиваю, но замираю. Я не думала, что боюсь темноты, но только боюсь, что до этого я ее и не видела. Здесь, в отличие от города и воинской части, света нет нигде, ни одного слабого огонечка.
– Сава, – зову я с порога. Мой голос возвращается ко мне эхом, и странные звуки ночи вместе с ним. – Сава.
– Я здесь, – он появляется из ниоткуда. – Зачем тебе в город?
Его вопрос застает меня врасплох.
– Просто надо, – отвечаю, пропуская его в дом.
Он принес какие-то странные черные кругляшки. Весь измазавшись при этом. Я неосознанно протягиваю руку и вытираю черную полосу с его подбородка. Вскинув голову, встречаюсь с его довольным взглядом и, резко отдернув руку, прячу ту за спину. Что я творю?
– Ты же понимаешь, что в нашем случае «просто надо» или «просто хочу» невозможно? – прерывает он мои внутренние метания.
– Твоя жизнь зависит от моей, равно как и моя от твоей, – он кладет кругляшки рядом с камином-печкой и открывает его дверцу. – Тебе понравится, если я буду скрывать что-то от тебя и делать все на свое усмотрение? – спрашивает Сава, укладывая два кругляшка прямо в огонь.
Я настолько засматриваюсь на то, как огонь жадно начинает их лизать, что не сразу осознаю, что он имеет в виду.
– Можно подумать, ты все это время делал не это? – возмущаюсь я. – Не сказал мне, что происходит, и велел залезть в сумку, – загнула я палец. – Проехал по всем ухабам, зная, что меня может укачать, – загибаю второй. – Оставил меня одну в кафе со словами «жди меня здесь» и укатил, не сказав куда, – уже третий.
– Все, все, я понял, – отмахивается он.
– Напал на меня и неподобающе трогал, – загибаю четвертый палец. – Вез, не сказав куда, будто я мешок какой-то, смеялся надо мной и дурацки подшучивал, – я уже не загибаю пальцы, просто высказываю ему все свое недовольство. – Даже сейчас пытаешься все провернуть в свою пользу. Ничего мне не рассказываешь, но хочешь, чтобы я тебе доверяла, – под конец я уже практически ору. Нужно взять себя в руки. – Я даже сейчас не знаю, где я, и, если что-нибудь с тобой случится, что тогда мне делать и куда идти? – говорю я уже более спокойным голосом.
Сава смотрит на меня своим колдовским и абсолютно нечитаемым взглядом.
– Для того, кто не доверяет сам, ты слишком много просишь, – наконец выдыхаюсь я.
Мы стоим друг напротив друга. По воле судьбы связанные и незнакомые люди. Напряжение между нами можно резать ножом. Я понимаю, что без него не знаю, где была бы, но также осознаю, что не понимаю, зачем он это делает – помогает мне.
– Дело не в доверии, – вдруг произносит Сава, отвлекая меня от собственных мыслей.
– А в чем тогда?– не понимаю я. – В том, что я женщина? Думаешь, не осилю?
– Дело в том, что в тот момент нам было не до того, чтобы объяснять тебе, что происходит и как мы будем решать эту проблему, – отвечает он. – Я не привык рассказывать, что, как и почему делаю, – качает он головой. – Я просто это делаю.
Вроде бы логично. Но я так не могу.
– Если ты потрудишься рассказать, я пойму, – пытаюсь я ему объяснить.
– Просто выполняй, что говорю, и все закончится хорошо, – отвечает Сава. Он действительно не понимает.
– Я не солдат и не твоя подчиненная, – снова пробую пробиться. – Если нам предстоит пройти это вместе, то тебе придется все мне рассказать, – говорю я, но он отрицательно качает головой. – Не оставляй меня с закрытыми глазами, – прошу я, – иначе как мне тебе доверять?
