Текст книги "Малышка (СИ)"

Автор книги: Яна Сокол

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

Глава 35

Сава

Он не здесь.

Слишком спартанская обстановка. Не для того, кто ради положения охмурил наивную девчонку. И шел по головам, чтобы получить свое.

– Он здесь не жил, – сообщаю я Павлу, набрав его сразу же, как только попал внутрь этой хибары. – У него есть другое место.

– Я проверю еще раз, – успокаивает он меня.

Многоэтажка, каких здесь много. Требующая ремонта от крыши до крыльца. Я бы сказал проще, что ей только снос поможет.

Служить в войсках специального назначения, вернуться живым оттуда, откуда не все возвращаются, чтобы потом встретить свою старость в таком месте? Нашему брату не позавидуешь.

У подъезда напоролся на сухую старушку, которая пыталась открыть дверь.

– Спасибо, – поблагодарила она, когда я придержал ей дверь, но не спешила пройти внутрь, оглядывая меня сверху донизу с большим любопытством. – А ты никак в седьмую квартиру заселился?

Она назвала номер квартиры, что числилась за Новиковым.

– Пока еще нет, только присматриваюсь, – улыбнулся я, но, судя по нахмуренному лицу, старушке я явно не понравился.

– А ты не смотри, – отрезала она. – Хватит с нас солдат и их оргий. Развели срамоту, – покачала она недовольно головой. Уверен, могла бы – сплюнула бы мне под ноги. – Другое место подыщи. Сюда только семейных пусть отправляют, – продолжила он резко, проходя внутрь.

– Так я семейный, – ляпнул не подумав, чтобы хоть как-то ее остановить. – А что, в этой квартире до нас плохие люди жили?

– Ну как тебе сказать… – сразу изменилась старушка, по-доброму улыбнувшись. – Ты это… давай я тебя чайком угощу, а то налетела как сорока.

– Да ничего страшного, я не в обиде, – улыбнулся я. – Так и что?

– Да был тут один, – скривилась она. – Таскал сюда девок целыми караванами, а по ночам как устроят ор, хоть на стенку лезь. Приходилось Матвеева, участкового нашего, вызывать. Оказалось, что они тут непотребствами занимались. Наркоманы, – вещала старушка, найдя благодатные уши. – Я многих солдатушек видела, но этот совсем не такой, окаянный. Глаза как у дьявола, огнем горят. – Она вдруг опомнилась и даже тон сменила: – Но его давно уже здесь нет, ты не переживай. Умотал он к бабке своей, теперь ее голова пускай болит. Жалобу мы написали, вот его отсюда и убрали. Остальные в доме все старики, да Орловы с детками, – махнула она рукой. – А ты-то давно женат?

Звонок мобильного позволил мне удрать от каверзного вопроса. Тем более что я узнал, что хотел.

– Ты что-нибудь нарыл?

– Если позволишь вставить хоть слово, то расскажу, – усмехнулся Алекс. – Друзей у него в части не было. Нелюдимый и дёрганый, – сообщает он. – Начальство его не любило. Ни к чему не годный. Парни, мягко говоря, ненавидели. Если коротко, доносчик, трепло и трус.

– Я знаю причину его дерганности, – усмехаюсь я. – Наркоман он, а значит, неуравновешенный и непредсказуемый.

– А что, у нас теперь уже анализы не берут?

– Думаю, что он подкупал или еще как-то влиял на врача, – предполагаю я.

– Или покровительство генерала ему помогало скрыть свое пристрастие, – озвучивает мои мысли Алекс. – Был тут один парень, с кем он больше всех общался, хочу к нему наведаться.

– Я думал, ты уже?

– Нет. Его в изоляторе держат.

– Понятно. Будь на связи.

– Есть, мамочка.

Несносный.

Набираю Павла, нужно проверить информацию о бабушке Новикова. Хотя боюсь, что в таком состоянии он вряд ли бы к ней поехал, но чем черт не шутит.

– Померла она, полтора года назад, – перезванивает Павел буквально через двадцать минут. – Но только вот странное дело, свидетельство о смерти так и не получили, и пенсию за нее до сих пор кто-то стабильно получает.

– Думаешь, он?

– Не уверен. Его одноклассник и бывший сослуживец поведал мне одну занимательную историю. Новиков наш – тот еще отморозок. На одном из первых заданий мирную… – Павел замер на секунду, будто не зная, как сказать. – Короче, насиловал он всех женщин, что попадались ему на пути, и даже девочек, – выдавил из себя Павел. – Но в тот момент, когда всем казалось, что он достиг дна, его не только из армии не выкидывают, а, наоборот, вдруг дают чин. И откуда ни возьмись, у него и денежки появляются. Как-то раз, нажравшись в хлам, он похвастался в клубе, что теперь он элитный боец и теперь-то уж его все зауважают, и тем более какой-то там Арсений, – на секунду Павел замолкает. – Мне одному кажется, что он о нашем общем знакомом?

– Генерал Лебедев, – подтверждаю я и жду продолжения.

– Именно, только вот что мне кажется странным: слишком уж по-панибратски называет он Лебедева, – выдает он свои сомнения. – Ты так не считаешь?

– Зацикливаться на этом не будем. Давай адрес, проверю дом его бабки.

– Еще большую странность хочешь?

– Ты издеваешься? – рычу недовольно я. – Выкладывай уже все, что у тебя есть.

– Бабка его жила недалеко от того поселка, что мы проверяли, – быстро рапортует он, заставляя меня заскрежетать зубами. – А, вот еще, у него есть дом на побережье. Куплен недавно. Место сейчас скину, – тараторит он и кладет трубку.

Увидев адрес, понимаю, что не успею. Слишком далеко.

– Мне нужна группа, чтобы проверить дом Новикова, – сообщаю Роману, как только тот поднимает трубку. – Адрес я тебе скинул, отправь кого-нибудь.

– Я что, твоя личная гвардия парней на побегушках? – злится Роман. – Мои ребята, вообще-то, заняты на операциях.

– Мне плевать, где и что у тебя занято, я поручил ее тебе, а ты ее проворонил, – цежу я сквозь зубы. – Ты обязан ее найти.

– Черт, – он быстро кладет трубку.

Легко бросать в него обвинения, когда сам виноват.

Не уберег. Не удержал.По моей и только моей вине Малышка сейчас непонятно где. В порядке ли она? Мысль, что Новиков мог причинить ей вред, врывается в мозг, и мне хочется согнуться будто от боли. Это как удар под дых.

«Она в порядке. С ней все будет хорошо», – уговариваю себя, но не особо помогает.

Возвращаюсь на место встречи. Ждать просто невыносимо. Желание хоть что-то сделать распирает изнутри. Мысли не дают покоя.

Если бы не Валид… Жгучая ревность сжигает мое нутро, но при этом и тупая боль не дает вздохнуть свободно.

Кто бы сказал, что любовь такая, я бы лучше застрелился, чем позволил себе во всем этом утонуть.

Глаз сомкнуть не могу. Сны о ней меня преследуют. А днем еще хуже. Отсчитываю время до захода, чтобы снова окунуться в свой собственный мираж, где только и слышу ее плач и зов о помощи.

– Эй! – голос Алекса вырывает меня из моих мыслей. – Ты в порядке?

– В полном, – отрезаю я, не желая, чтобы он в это лез.

– Да по тебе сразу видно, – усмешка друга заставляет подняться в груди что-то темное и жгучее.

Отхожу от него, подальше от греха. Как же хочется сделать больно. Ему, себе, всему миру. Но только это Кире не поможет. Я и так отнял у нее слишком много времени своими заскоками.

Звонок от Романа немного разрядил обстановку.

– Там чисто, – бросает он. – Вряд ли там кто-то жил.

– Что-то еще?

Но Роман, ничего не ответив, отключается. Я понимаю его, хоть и не хочу. Дать слово и не выполнить обещанное – это не для него. Вот и мучается он, так же, как и я. Зря я на него наехал.

– Узнал что-то новое? – спросил я у Алекса, как только он появился.

– Да почти ничего, – покачал он головой. – Дружбан из СИЗО утверждает, что Новиков связался не с теми людьми. Слишком богатые и влиятельные. Новиков с ума сошел от радости, что ему так подфартило. Сорил деньгами налево и направо. Судя по тому, что ты сказал, он подсел на наркотики.

– Боюсь, подсел он на них давно, – качаю я головой. – Употреблял еще на своей старой хате, а ее назвать мечтой денежного парня никак нельзя.

– Получается, что у нас по нему ничего нет? – спрашивает разочарованно Алекс.

– Только дом бабки не проверили, – напоминаю я, не желая думать о том, что мы топчемся все на том же месте.

– Роман хотел туда Валида направить, – бросает Павел. А у меня все тело непроизвольно напрягается от его слов. – Так что… – от тычка Алекса он резко замолкает.

– Мы сами проверим, – бросаю я, отворачиваясь.

Решив спуститься на тросах, а не лететь на ближайшую опушку, откуда вертушка нас забирала, мы сэкономили себе время и уже через пятнадцать минут были у села в двадцати четырех километрах от того поселка, что мы обследовали до этого.

Если четыре дома можно назвать селом.

Причем из них лишь два дома стоят, а от остальных только бревна остались, да и то не везде.

Уже на подступах к хибаре я знал: его здесь нет и никогда не было.

Вдруг передо мной выбежал мальчуган с отгрызенным яблоком в руках.

Он встал истуканом и уставился на меня не мигая. Хорошо, что мы с парнями разделились.

Миг, и вот малец уже пришел в себя и дал деру. Я бежать за ним не спешил, но скорости прибавил. Продолжая наблюдать косым взглядом за окрестностями, все-таки не упускал пацана из поля зрения. Сколько ему? Четыре, пять? Ушлый малец. Проскользнул через щель в заборе, точнее куске ограды, пробежал до перевернутой брички, перелез через нее, как обезьянка, и тут же попал в руки Алекса.

Как ни странно, пацан не кричал, только брыкался. Алекс держал его на вытянутой руке, пока тот пытался его укусить.

– Отпустите его, – потребовал тонкий голосок за моей спиной.

Я обернулся и наткнулся на дуло дробовика, который танцевал туда-сюда в руках девушки-подростка. Тонкая как тростинка, с длинными, светлыми, собранными в косичку волосами, в старом огромном платье в цветочек, с завязанным на талии платком, она переводила наполненный ужасом взгляд с меня на Алекса. Видно было, что ей не по силам держать тяжелое оружие, тем более она пыталась натянуть горловину платья обратно, так как та все время норовила оголить ее острое плечико.

– Алекс, отпусти мальца, – сказал я ровным тоном, не желая ее пугать, а то еще пальнет с перепугу. – Мы не собирались причинять вам вред, – отбрасываю свое оружие за спину и поворачиваюсь к ней лицом. При этом держу руки так, чтобы она видела, что я не опасен.

– Зачем тогда пожаловали? – она впивается взглядом в Алекса, который продолжает держать пацана.

Секунда, но мне ее хватает, чтобы одним движением успеть отобрать у нее ружье.

Взгляд у нее как у ребенка, которому не дали сладкое, о котором он мечтал долгое время. Полоснув меня им и тут же опомнившись, она кидается… на Алекса.

– Отпусти его, – кричит девушка, но Алекс, бросив парня мне, хватает ее.

Ловлю пацана на лету. Тот глазками вытаращил, и на лице мальца расплывается довольная улыбка. К моему удивлению, он хлопает в ладоши и, кажется, требует еще. Главное, брыкаться перестал. Подбрасываю его вверх и ловлю. Видно, что ребенок радуется, но из его открытого, как у рыбки, рта не выходит ни звука. Что это с ним?

Перевожу взгляд на девушку, которая продолжает сражаться. Она вцепилась в руку Алекса, который зажал ее между ног и спеленал в своих объятиях. Смотрелось это со стороны немного комично. Но, судя по лицу Алекса, ему было не до смеха.

– Ты закончил? – не мог я его не поддеть.

– Успокойся ты, дикая кошка, – ответил он, но не мне. – Не собираемся мы тебя убивать. Успокойся. Кому сказал?

– Убери от меня свои лапы, – продолжает она сопротивляться, и я решаю вмешаться. Пацан у меня на руках уже освоился и вовсю пытался пощупать мое оборудование.

– Тихо, – гаркнул я, прижимая мальца к себе, чтобы тот не испугался. Тому, похоже, было все равно, так как он дорвался наконец до своей цели. – В селе, кроме вас, есть люди?

Своего я добился, девушка испугалась и замерла. Она впилась взглядом в мальца, потом уставилась на меня и быстро отрицательно покачала головой.

– Хорошо, а теперь успокойся, и мы поговорим, – предлагаю я, кивая Алексу, чтобы тот ее отпустил. – Кто вы? Что вы делаете в этом заброшенном месте? – спросил я, погладив пацана по спине, пока тот самозабвенно разглядывал бинокль в своих руках.

– Я Варвара Новикова, а это Анатолий, мой сын.

Встречаюсь взглядом с таким же ошарашенным Алексом.

Она что, тётя этого утырка? Не может быть!

Глава 36

Сава

– Кто тебе Артем Новиков? – спрашивает Алекс, немного тряся девушку, так как все еще держит ее за руку.

– Он мне никто, – кричит девчонка.

– Не ври, – продолжает давить на нее Алекс. – Кто он тебе? Он здесь? Говори.

Прежде чем я успеваю ему сказать, что пора бы остыть, девочка начинает плакать.

– Он здесь? – спрашиваю я, подходя ближе.

– Нет, – качает она снова головой. – Если бы только он посмел сюда явиться, я бы сама его убила, – продолжает она через всхлипы, и не только я слышу в ее голосе ненависть. Так, что-то здесь явно нечисто.

– Вы его ищете? – она вскидывает голову, встречаясь со мной взглядом. – Что он опять натворил? – спрашивает она обреченно.

– Он похитил… близкого мне человека, – не скрываю я. У меня нет времени, и нужна ее помощь. Я чувствую, что она может нам помочь.

– Скорее всего, он у себя в берлоге, – выдает она после долгого молчания. – Это далеко отсюда. Отпустите нас, и я покажу где.

– Она врет, – Алекс продолжает ее держать.

– Я не вру, – Варя смотрит на меня и говорит только со мной, игнорируя Алекса, что того не на шутку злит.

– Хорошо, – соглашаюсь я под молчаливое неодобрение друга. – Я гарантирую вам безопасность. Покажи нам дорогу. Сейчас.

– Долго ты собираешься еще наслаждаться концертом? – спрашивает Алекс громко, куда-то вбок, откуда вылезает довольно улыбающийся Павел.

– Я думал, вам и без меня весело, – хмыкает он. – Не хотел, чтобы вас пристрелили из-за меня, – обращается Павел ко мне, – а потом и надобности во мне не было.

Я согласно киваю. Он все правильно сделал.

– Отведи мальца на базу, – прошу я товарища.

– Нет! – кричит Варя. – Вы сказали, что отпустите, – возмущается она, снова начиная вырываться из рук Алекса.

– Ты хочешь тащить с нами ребенка? Сама же сказала, что далеко, да и там кто знает, что нас ждет? Уверена, что хочешь этого? – спрашиваю я, и она, наконец успокоившись, отрицательно качает головой. – За ним присмотрят и здесь, но на базе его покормят, его осмотрит врач, да и ему будет интересно увидеть что-то новое, – объясняю я Варе ситуацию, передавая ошарашенному Павлу мальца. – Да и мы чем быстрее дойдем, тем быстрее вернемся.

– Хорошо, – соглашается она после долгого молчания, – но потом вы нас отпустите.

– Конечно. Я же обещал.

– Отпусти меня, – рычит она в сторону Алекса.

– Ага, чтобы ты рванула как гончая? – не отстает от нее Алекс, чем удивляет меня.

– У вас мой ребенок, куда мне бежать? – пытается вырвать руку девушка, бросая на него яростный взгляд.

– В это-то я как раз и не верю, – отрезает Алекс, подтаскивая Варю к себе поближе. – Сколько тебе лет? Пятнадцать? И у тебя ребенок? Ты когда его родила, в десять? – наседает мой друг, а девушку начинает трясти.

– Алекс, отпусти ее, – приказываю я, делая шаг в их сторону.

– Ой, – в этот же момент Алекс сгибается, а девушка отскакивает от него, как от прокаженного.

– Так, кажется, вам тут и без нас весело, так что мы пошли, – бросает Павел, – да, малой? Что-то ты у нас не больно говорливый.

Варя застывает от его слов.

– Подождите, – кричит она Павлу, и тот останавливается. Варя подходит к нему и забирает сына. Что бы ни было, девочка любит этого ребенка, и это видно невооружённым взглядом. А вот мать ли она ему, это надо еще выяснить. Алекс прав, слишком она молода, чтобы иметь ребенка. Да и кем она приходится Новикову, она так и не сказала.

Что-то тихо сказав пацану и обняв его, Варя предала его Павлу. Малец, к счастью, не капризничал.

– Он не говорит и даже звука не издает, – предупредила она его. – Не задавайте ему вопросов, хорошо? И он боится громких звуков.

– Все будет хорошо, у меня полно братьев и сестер, – успокаивает Павел ее и уносит ребенка.

– Туда идти больше десяти часов, – говорит она деловито. – Мне нужно захватить из дома вещи, – предупреждает Варя. – Не уверена, что до темноты успеем. Придется заночевать в лесу.

– Ты нас этим не напугаешь, – усмехается Алекс, продолжая следить за ней недовольным взглядом.

– Я не пугаю вас, идиот, это вам не просто лес, – разводит она руками, – там чаща непроходимая. Не пройти, если троп не знать, ну или прорубать себе дорогу.

– А можно все ускорить и взять вертушку, – отрезает Алекс.

– И предупредить его о вашем приходе? – бросает Варя, двигаясь в сторону одного из домов.

– Кажется, этот раунд остался за ней, – хлопаю я Алекса по спине, двигаясь вслед за девушкой.

В домике, в котором она живет, чисто и сухо. Видно, что она за ним ухаживает. Что-то покрашено, что-то вкривь и вкось, но приколочено. Пахнет хлебом, и у меня в желудке вдруг громко начинает урчать. Когда я в последний раз ел?

Девушка двигается быстро и собирает все нужное в огромный рюкзак.

Я засматриваюсь на фотографию на стене. Там бабка с дедом в обнимку на лавочке перед домом сидят. А перед ними девчушка на велике. Уж очень она похожа на Варю.

Перед моим носом неожиданно появляется кусок хлеба с маслом, кошусь на девушку, что протягивает мне еду.

– Берите, а то всю живность распугаете в лесу своим урчанием, – говорит она серьезно, протягивая мне вслед за хлебом еще и два вареных и уже очищенных яйца. Беру все и сразу запихиваю одно яйцо целиком в рот. Вкуса не чувствую, но подкрепиться стоит.

– А мне ничего не сообразишь поесть? – спрашивает Алекс Варю, как только мы появляемся на пороге.

– Не нанималась бесплатно тебя кормить, – отрезает девушка, закидывая рюкзак себе на плечо.Она переоделась в штаны и водолазку и теперь выглядела еще более худой и слабой, а рюкзак на ее спине казался слишком огромным для нее.

Алекс одним движением отобрал у нее ношу, закинул себе на плечо и зашагал вперед, несмотря на ее сопротивление.

– Все равно кормить тебя не буду, – крикнула ему вслед Варя, покраснев от злости.

– Куда ты денешься, – бросил, не оглядываясь, Алекс, продолжая шагать.

– И ты не туда идешь, – зарычала девушка.

Алекс остановился и посмотрел на нее, приподняв бровь.

Варя демонстративно развернулась и пошла в противоположном направлении. Услышав смешок Алекса, я поспешил за девушкой.

Чувствую, это будет незабываемое путешествие.

И чего Алекс к ней прицепился? Мне уже начинает казаться, что ему это нравится.

Шли долго, даже в темноте продолжали следовать за Варей. Она была права: не лес, а джунгли. Огромные деревья с широкими кронами, такими, что и света дневного не видно было, а в темноте и подавно хоть глаз выколи. Каждый шаг давался с трудом из-за густого подлеска.

Варя явно устала, но все-таки продолжала идти. Алекс прошел вперед меня и схватил девушку за плечо.

– Нам нужно остановиться, – сказал он, хотя я был против.

– Что, бравый солдат не может осилить такой короткий путь? – поддела его Варя.

– Тебя шатает последний час, – не отреагировал он на ее издевку. – Тебе нужно передохнуть, как и нам, – последние слова Алекс сказал с нажимом. – Или ты собираешься упасть тут в обморок? Так-то ты точно поможешь своему дружку сбежать.

– Ничего я не собираюсь, – пробубнила девушка, оглядываясь.

До этого момента я видел, что она прекрасно ориентируется в лесу, поэтому даже не подумал возмущаться, когда она пошла в другую сторону, только пометку в голове сделал, что шли мы на запад, а теперь идем на север.

– Ты куда? – зато Алекс был тут как тут.

– Нам придется переночевать в лесу, – пояснила девушка. – Здесь опасно, любой зверь может застать нас врасплох, – она прошла еще немного вперед и остановилась у небольшого холма. – А я знаю место, где мы можем быть в безопасности.

У склона холма оказалась не то пещера, не то яма, в которую мы смогли заползти. Места здесь для троих было явно мало. Отказавшись от еды, решил прикорнуть, если получится, перед тем, как взять дежурство. Все равно уснуть не смогу. Но все-таки прикрыл глаза, слушая разговор Алекса с Варей.

Задела она моего друга, кажись, за живое.

– Сколько тебе лет?

– Тебе какое дело?

– Раз спрашиваю, значит, есть.

– Отвали. Идиот.

– Я тебе рот с мылом помою, если не перестанешь ругаться и обзывать меня.

– Себе помой. Не лезь ко мне.

– Я тебе задал вопрос, ответь мне.

– Чего ты прицепился-то?

– Варвара, – от тона Алекса я чуть не усмехнулся. Точно задела.

– Не смей меня трогать, – поцедила девушка.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать, – прошипела Варя дикой кошкой, явно не желая меня будить. – Отпусти.

– Врешь, – цедит Алекс не так тихо, он-то знает, что я не сплю. – Откуда у тебя пятилетний ребенок?

– Ему не пять, а три. Отпусти.

Решаю, что хватит с меня интригующих историй на сегодня, поэтому, чтобы не смущать Варю, тянусь, будто просыпаюсь, и встаю. Видно, по красным лицам обоих, что я не вовремя, но если друг бросал на меня досадливый взгляд, то Варя явно была благодарна.

– Я подежурю, – бросаю я, выползая из ямы-пещеры.

– В этом нет необходимости, – говорит Варя просительным тоном, – наоборот, привлечете хищников.

– Все равно не усну, так что хоть с дичью позабавлюсь, – отмахиваюсь я.

– Ты не ответила, – за моей спиной Алекс снова начинает на нее наседать. Похоже, спать сегодня никто не будет.

Хочется закурить, да только на задании это практически то же самое, что повесить себе на лоб мишень.

Потому обхожу периметр и начинаю делать разминку. Чтоб меньше думать.

Удачи мне в этом.

Варя напоминает мне мою Малышку. Такая же бойкая, бесстрашная и смелая.

Господи, пусть с Кирой все будет в порядке. Я готов на все, только бы с Малышкой все было хорошо. Пусть будет с другим, но живая и счастливая.

Господи, я никогда тебя ни о чем не просил, но сейчас умоляю, пусть она вернется ко мне живая и невредимая. Отдай мне то, что уготовил ей. Пусть это ничтожество не сможет причинить ей вреда. Позволь мне найти ее, позволь спасти. Умоляю.

Впервые, с тех пор как мне исполнилось десять, и я перестал верить в то, что мама за мной вернется, я молился. От всего сердца и до слез в глазах.

Сердце в груди ныло. Тоска по ней и ужас оттого, что Кира не в порядке, убивали меня.

Никогда ни к кому так не относился, никого так не любил. И никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Она где-то там, одна, во власти конченого наркомана, который может выкинуть все что угодно, и я не могу ничего сделать. Даже на шаг не приблизился к ней. Чувствую, будто трепыхаюсь на одном месте, как в болоте, в которое сам же и угодил.

Я не смогу жить, зная, что ничего не сделал. Не смогу жить без нее.

Прошла целая вечность, прежде чем из пещеры вылезла Варя, а за ней и недовольный Алекс.

– Ты не разбудил, – пробурчал он больше для проформы.

Было еще темно, но мы двинулись в путь. Солнце стояло в зените, когда наконец Варя остановилась.

– Мы почти дошли, – предупредила она тихо. – Лес там резко кончается, и на несколько километров голый участок, – Варя посмотрела на меня. – Подумала, вам будет это важно, – пожала она плечами. – Там две пятиэтажки и восемь домов. Он тусовался в том, что из красного кирпича с черными окнами, – она перевела дыхание. – Второй этаж, но он мог занять любой, потому что здесь давно никто не живет, даже животных не осталось.

Сердце бьется в горле от надежды, что эта тварь здесь. Что я нашел Малышку и могу спасти.

– Останься здесь, – приказал Алекс Варе, – спрячься где-нибудь, – на что девушка демонстративно громко фыркнула, но все-таки осталась.

Хорошо, что Варя предупредила нас о поляне, так что мы быстро двинулись в обход, подстраховывая друг друга.

Здание определили быстро. Еще на подходе к нему я заметил белый и очень странный трос, свисающий с окна.

«Черт возьми, что она делает?» – успел я подумать, когда увидел женскую фигурку, вылезающую из окна.

Кира. Малышка. Это она!

У меня дыхание перехватило и сердце замерло в груди, когда я понял, что она спускается с окна по простыне. Она не достает до земли. Господи.

Но, прежде чем я успел, приказав Алексу прикрывать меня, добежать до нее, она уже упала с приличной высоты и не двигалась.

Что же ты творишь, Малышка?

Я не могу ее сейчас потерять, только не когда только нашел. Господи, это несправедливо.