Текст книги "Шторм в сердце империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 9

– Радомир Васильевич! – жизнерадостно провозгласил я. – Наидобрейшего вечера!

– И чем он такой добрый, господин Иванов? – опешил собеседник.

– Ну как. Наши общие враги подставились.

Тишина затянулась надолго.

Не удивлюсь, если князь вызвал своего телепата и начал песочить СБ за нерадивость. Судя по всему, мне удалось удивить своего делового партнёра.

– Не напрягайтесь, ваша светлость, – прервал я эти тягостные раздумья. – Речь идёт о Гамовых.

– И что с ними такое?

– Вышли из клана.

– Да ладно! – вырвалось у Мещерского.

– Вы этого не знаете, потому что новость официально не обнародована. Но поверьте, они уже расторгают соглашение и встают на тропу войны.

– С кем?

– Со мной. С кем же ещё.

И я сжато рассказал о событиях последних дней, умолчав только о Расширителе и своих многомерных путешествиях. Это знание Мещерскому ни к чему.

– Подожди, – от волнения князь перешёл на «ты». – Хочешь сказать, они просто так взяли и покинули Дом Волка? Со всеми своими привилегиями, торговыми преференциями и мощной защитой?

– Ну, защита не такая уж и мощная, – возразил я. – Не абсолютная, во всяком случае. Волконский не хочет со мной воевать. И он отозвал гвардию Гамовых в Никополь. Те поняли, что разобраться со мной при поддержке клана не получится. Выводы очевидны.

– Великие Дома уже не те, – глубокомысленно изрёк Мещерский.

И в чём-то он был прав.

Сила клана – в единстве.

Один за всех и все за одного.

Если нарушить этот принцип, последствиями может накрыть, как волной цунами. Слухи о том, что кто-то из клановых аристо поцапался с мелким периферийным бароном и не получил должной поддержки от лидера, распространятся молниеносно. А если устои можно пошатнуть один раз…

Конечно, ситуация изменилась по простой причине.

Я переродился в этой реальности.

До сих пор никто не мог ввалиться к лидеру Великого Дома и начать диктовать свои условия. Это нонсенс. Вот только попробуй объясни это дворянам, почуявшим слабость вожака.

Безусловно, у Волконских и Долгоруковых имелись козыри на руках.

Вышедшие из кланов Рода нарушили негласное правило – заключили неформальный военный союз. А кроме того, никому не дозволено творить дичь просто по факту клановой принадлежности. К примеру, если бы Раевские вдруг решили напасть на Казань, вряд ли бы их поддержали. Серьёзные военные операции должны согласовываться наверху. Во избежание.

– Клан выстоит, – озвучил я свои мысли. – А вот наши враги – нет.

– Хочешь войну? – в голосе Мещерского проскользнули нотки азарта.

– Возьмите на себя Гамовых, – предложил я. – Пока я разделываюсь с Раевскими. Войска Альбранда будут перемещаться вблизи ваших владений. Думаю, это будет переброска по воздуху. Или по имперским трассам на автопоездах. А потом приду я.

– Ты хочешь, чтобы я объявил войну княжескому Роду?

– Не обязательно. У вас ведь нет формального повода. Меня устроят диверсии. Разрушенные дороги, нападения в глухих местах. Привлеките кого-нибудь со стороны. Мне вас учить?

– Хм, ты прав. Это ведь шанс поквитаться с Альбрандом за всё.

– И я о том.

– Но мы не сможем претендовать на контрибуции.

– Сможем. Если вынудим их объявить войну официально. Или предоставить нам повод бросить им вызов.

– Вряд ли они дёрнутся, сражаясь с тобой.

– Посмотрим.

– И кому достанутся трофеи в случае победы? Мы с тобой официально ничего не подписывали.

– Давайте так, – предложил я. – На кого нападут с объявлением – тому и плюшки. Но он же поделится с партнёром. Идёт?

– Хм. Без договора?

– Даю слово чести, что разделю добычу с вами поровну. Не вижу смысла обманывать – у нас долгосрочное сотрудничество в разных сферах. Один завод чего стоит.

– А мне нравится, – Мещерский вдруг повеселел. – Как в старые добрые времена.

– Барон Иванов плохого не посоветует.

– По рукам. Даю слово чести, что разделю всё поровну, если эти, как ты любишь говорить, упыри объявят мне войну.

– Замётано, князь.

И мы повесили трубки, довольные друг другом.

Но веселье только начиналось.

Чтобы поживиться за чужой счёт, мне нужно было придумать повод для войны с Раевскими. Повод был у них – я убил Самуила Владимировича и угнал не самый дешёвый дирижабль. А вот у моего Рода, по идее, никаких претензий быть не должно. Я ведь не смогу доказать, что виноградник сожгли по приказу этих ребят…

Что ж.

Проработаю ещё одну идейку.

– Бродяга, я хочу поговорить с Джан. Пригласи её в мой кабинет.

Через пять минут в кабинет ворвался недовольный вихрь.

– Серёжа, что случилось? У нас ужин, между прочим.

– Тема безотлагательная. Джан, дорогая, ты же в курсе, что наши активы в «Транскапитале» бессрочно заморожены, а завалить Грессер-Гамову пока не выходит?

Девушка закатила глаза:

– Серёжа, ты хоть изредка соблюдаешь нормы приличий? Что это за слово такое – «завалить»?

– Ну, если тебе больше нравится… – я на секунду задумался. – Упокоить. Отправить к праотцам. Прервать бренное существование. Познакомить с Хароном. Взвесить на весах Анубиса…

– Достаточно! – рассмеялась Джан. – Я тебя поняла!

– Отлично. Эта тварь скрывается, а у нас отрезали очень серьёзную статью доходов. И я решил это обсудить, пока у нас вообще всё не отжали.

– Отжали? – турчанка вскинула бровь.

– Я всегда так говорю.

– В высшем обществе так не принято.

– Ой, всё. Ты готова к разговору?

Девушка посерьёзнела:

– Само собой. У тебя есть план?

– Да. Я вот подумал… не факт, что смерть Грессер-Гамовой вообще решит судьбу наших вложений. Она ведь уже запустила механизмы. Но почему бы нам не задействовать собственные связи?

Очаровательно улыбнувшись, Джан приблизилась ко мне и погладила по щеке.

– Наконец, ты стал мыслить, как представитель высшего класса. А не как шиноби. Намекаешь на моего отца и его обширные знакомства?

– Как быстро ты улавливаешь намёки.

– Я уже об этом подумала. И успела переговорить с папой.

Девушка сделала паузу, загадочно улыбаясь.

– Не томи, – попросил я.

– Ну, он дал парочку мудрых советов.

– Так он не может надавить на Ганзу?

– Очень сложно давить на Ганзу, Сергей. Почти нереально. Напоминаю, что эта организация держит нейтралитет в войнах, обеспечивает конфиденциальность и…

– … хапает чужое, если попросят, – закончил я. – Никому нельзя доверять. Хоть ты собственный банк открывай…

Глядя на моё лицо Джан насторожилась:

– Эй, ты же не серьёзно?

– В каждой шутке… – я многозначительно усмехнулся. – Ладно, я всё понимаю. Ганза хорошо устроилась, помогает всем отмывать бабки и развивает торговлю. А где деньги, там и власть.

– И эта власть не по зубам моему отцу, – добавила Джан.

– Тогда давай вернёмся к его мудрым советам.

– Ну, он говорит, что связи – это палка о двух концах. Взять, например, совет директоров «Транскапитала». Есть там один хороший знакомый герцогини. Я бы даже сказала, дальний родственник. А есть ещё несколько директоров, имеющих свои интересы в Халифате. И очень рассчитывающих на торговые преференции со стороны Махмуда Шестого. Как тебе такой расклад?

Я крепко задумался.

Правитель Халифата был моим должником. Конечно, я бы предпочёл использовать этот инструмент при более серьёзных проблемах, но… Судьба распорядилась вот так.

– Хорошо, – сказал я. – Вот разберусь с нашими врагами – и отправимся в Стамбул.

– Можно и ещё куда-нибудь заглянуть, – промурлыкала Джан. – У отца хватает курортной недвижимости. Средиземное море тебе понравится, я уверена!

Кто бы сомневался.

Я там перерождался много раз, но больше всего почему-то запомнились цирки Римской империи. С кровью на песке и беснующейся толпой на трибунах.

– Подумаем, – уклончиво ответил я.

– Значит, ты согласен! – обрадовалась девушка. – Позвоню папе!

Вот она – женская логика.

Возразить я не успел.

Джан обернулась в дверях и добавила:

– Не опаздывай к ужину.

Война на пороге, а у неё ужин.

Как только закрылась дверь, раздался голос домоморфа:

– Входящий звонок.

Этой фразе я его научил.

– Кто уже там?

– Мастер Багус.

– Соединяй.

Начальник СБ звонил с очередной порцией «добрых» вестей. Главы двух Родов, с которыми я схлестнулся, вылетели из своих владений в Казань. Понятия не имею, чем обусловлен выбор города, но Багус уверен, что они согласовывают намечающийся договор о военном сотрудничестве.

Я всерьёз задумался над тем, чтобы отправиться в змеиное гнездо и перебить там всех. Но Багус меня разочаровал – место встречи держится в строжайшей тайне. Даже за самолётами Чёрное Око проследить не может – когда они вылетели и где приземлятся, всё засекречено. Мы знаем факт. Понимаем, какие события произойдут. Наши агенты отправлены к аэровокзалу Казани, и если там будет замечен кто-то из участников переговоров, мы сможем за ним проследить. Но проблема в том, что РИ поделена между людьми, имеющими собственные аэродромы и площадки для дирижаблей. Существуют и закрытые дворянские клубы для приватных встреч, располагающие небольшими посадочными полосами. Как правило, такие локации обустраиваются в сосновых лесах, на природе, в живописной местности. Подальше от любопытных глаз.

– Продолжайте наблюдение, – вздохнул я. – Постарайтесь раздобыть список закрытых дворянских клубов Казани с собственными аэродромами.

– Не думаю, что их будет много, – предположил индонезиец.

– И я не думаю. Как только обнаружите подходящие комплексы, дайте мне знать. И отправьте туда кого-нибудь… Хотя нет, не отправляйте. Просто сообщите мне.

– Будет исполнено, господин.

Я повесил трубку.

Проверить подходящие локации я смогу, обратившись за помощью к Феде. У нас ведь имеется Проектор. А уж как разделаться с упырями – это другой вопрос. Сложнее придумать, как не попасть на проблемы с Соборным Трибуналом, ведь я официально не нахожусь в состоянии войны с этими товарищами. Пардон, господами. Впрочем, меня сейчас интересует не столько юридическая сторона вопроса, сколько техническая.

Спустившись на первый этаж, я столкнулся в холле с дворецким.

Никанор торжественно вручил мне запечатанный конверт:

– Срочная доставка, ваше благородие.

Я тут же обратился к домоморфу:

– Бродяга, что показывает анализ?

– Никаких признаков отравляющих веществ, – доложил ИИ. – Вшитые каббалистические цепочки также не обнаружены. Я не ощущаю завихрений ки. Скрытые механизмы не зарегистрированы.

– Прекрасно, – я взял конверт только после выслушанного доклада. – Кто прислал?

– Курьер телепортировался к воротам КПП, ваше благородие. Я взял на себя смелость забрать документ в будке охраны.

– То есть, это вручено не под личную подпись? – я уже прочитал всё, что нужно на конверте. Отправителем значился герцог Максим Раевский, в качестве обратного адреса фигурировала родовая усадьба его отца. – Просто охраннику?

– Боюсь, что так, – скорбно произнёс дворецкий.

– Спасибо, Никанор. Вы свободны.

Дворецкий с достоинством удалился.

Конверт мне подали на подносе со специальным ножом для бумаги. Я воспользовался этим ножом, чтобы вскрыть послание. И невольно ухмыльнулся.

Объявление войны.

Кто бы мог подумать?

Составлено безупречно, поработал квалифицированный юрист. Мне вменялись в вину исчезновение Самуила Раевского (смерть не доказана, ибо нет тела), захват родового дирижабля и финансовые махинации, в результате которых Раевские понесли «колоссальные убытки».

– Ты чего такой радостный? – по лестнице спустился Федя, за которым неотрывно следовал мяукающий Кефир.

– Нам объявили войну! – возвестил я.

– Дай подумать, – мальчик сделал важное лицо. – Хочешь обогатиться за чужой счёт?

– Федя, ты даже не представляешь, насколько близок к истине.

Весело переговариваясь, мы пошли в малый обеденный зал, где уже сидели Джан и Маро. Слуги, как это было заведено, питались отдельно, для них была выделена столовая. Ну, а что. Не зря же мы носимся по всему миру в поисках протоматерии.

– Война! – объявил Федя, усаживаясь на своё место.

Кефир незамедлительно прыгнул к хозяину на руки, но был изгнан под моим строгим взглядом.

– Ты руки помыл? – спросила Джан.

– Какая ещё война? – заинтересовалась Маро.

– Помыл, – буркнул Федя.

– С Раевскими, – ответил я.

– А у вас дома скучать не приходится, – улыбнулась бессмертная.

И ведь не поспоришь.

– Ты как-то удивительно спокоен, – заметила Джан. – Это ведь герцогский Род. И достаточно сильный.

– По-моему, он не спокоен, – возразила Маро. – А доволен как Кефир, пожирающий сардельку.

Обе девушки рассмеялись.

Кот даже не отвлёкся от своего занятия.

– Раевские больше не в клане, – я придвинул к себе тарелку поближе. – Из минусов – у них куча вассалов. И наёмники набегут.

– Они как бы ещё в союзе с Гамовыми, – напомнила Джан. – Скоро будут. Я тоже иногда почитываю доклады нашей службы безопасности.

– Да пофиг, – отмахнулся я. – Мой план уже в действии. Поужинаю – и начну всех разносить.

– Благое дело, – с иронией похвалила Маро. – А что, и Гамовы больше не с Волками?

– Уже нет, – качаю головой.

На ужин подали картофельное пюре со строганной олениной и рукколой. Сардельки – это персонально для Кефира. Все знали, что кот на них подсел.

– Интересно, – Маро бросила мимолётный взгляд на подругу и поинтересовалась у меня: – Хочешь поразмяться перед великими свершениями? Ты мне спарринг задолжал.

– Почему бы и нет? – я с жадностью набросился на еду. – Часик у меня точно в запасе имеется.

Ну, это я думал, что имеется.

События продолжали радовать своей непредсказуемостью…

Глава 10

Князь Апраксин позвонил в тот момент, когда я рубился с Маро в большом зале. Работали парными мечами-бабочками. От поединка я получал небывалое удовольствие, ибо бессмертная отлично владела и этим видом оружия.

Всё испортил Бродяга:

– Сергей, важный звонок.

Мы замерли с выставленными мечами.

– Извини, – я выронил клинки, и они растворились в воздухе. – Что-то срочное.

– Где создать аппарат? – деловито поинтересовался домоморф.

– У меня в комнате, – виновато улыбнувшись, я развернулся к двери. – Подержи линию, пожалуйста.

Ни спарринг завершить, ни душ принять.

Пошли времена…

За окном давно сгустились сумерки. Усевшись в кресло, я снял трубку и поприветствовал отца. Наверное, стоило догадаться, что он вступит в игру. Раевские – исконные враги Апраксиных. Только общие клановые обязательства мешали им перегрызть друг другу глотки.

– Выражаю своё искреннее восхищение, – раздалось на том конце провода. – Довести юного Максима до такого состояния, чтобы тот вышел из состава Медведей… Сильно.

– Хочешь присоединиться к охоте? – предположил я.

– Ну, я практически уверен, что добычей Ивановы делиться не намерены. У вас там на принцип пошло. И всё же, у меня есть свой интерес в этой истории.

– Какой?

– Хочу зарыть этих господ окончательно. Чтобы никаких возвращений с повинной и проблем в будущем. Так что я готов помочь, и у меня есть что предложить.

– Слушаю внимательно, отец.

– Прямо вступить в конфликт я не могу. Но этого и не требуется. Всегда есть проверенные отряды наёмников, которых я могу отправить в разные интересные места. Пройтись, так сказать, по тылам. Одобряешь?

– Более чем! – обрадовался я.

– А ещё поделюсь ценной информацией.

– Тебе известно, где ведут переговоры Гамовы и Раевские?

Пауза.

– Нет, – ответил Дмитрий Романович. – Это я выяснить не смог. Но я знаю, что боевые соединения Раевских спешно выводятся из состава нашей армии и передислоцируются. Гвардия герцога тоже пришла в движение. Но всё это происходит тихо, без лишнего шума. Люди выезжают своим ходом и растворяются на просторах империи.

– Хочешь сказать, они не грузятся на поезда и дирижабли? – опешил я.

– Там всё тоньше, – хмыкнул князь. – Вроде как идут бессмысленные переброски отрядов между казармами, полигонами и усадьбами. Укрепляется оборона на отдельных участках. Наверняка твоя разведка доложит, что Раевские готовятся к сражению…

– Но? – вставил я.

– Пыль в глаза, Сергей. Иллюзия бурной деятельности. Огромное количество техники они вывезли из Московской губернии ещё несколько недель назад. Под видом ремонтов, сервисного обслуживания и всего такого. Фургоны и заправщики, грузовики и мотоциклы, мехи и бронированные штурмовые вездеходы. Всё это либо продавалось через подставные конторы, либо модернизировалось, либо тайно переправлялось на грузовых платформах. В реальности всё скапливается в Тифлисе.

Я насторожился.

Между Тифлисом и Фазисом – километров триста-четыреста. На скоростном дирижабле такая дистанция преодолевается за пару часов. Правда, я понятия не имею, как мои враги рассчитывают обойти систему раннего обнаружения Эфы. Тифлис полностью контролируется южным кланом, и большое войско обнаружат за считанные часы. Даже без учёта РЛС. Насколько я помню, в Тифлисе стоит крепость, принадлежащая Трубецким. И там – мощный гарнизон. Мы уже это проходили, и ничем приятным для вражин эта проигрышная тактика не завершилась.

Предупредят ли меня Трубецкие?

Хороший вопрос.

Ни князь, ни армейское командование Эфы ничего мне не должны. Война официально объявлена. Соответствующий документ администрация Эфы получила. По законам РИ, дальше – мои проблемы. Эфа не имеет права чинить препятствия вольным аристократам, решившим выяснить между собой отношения. С другой стороны, у нас есть возможность подключиться на каббалистическом уровне к радарам Великого Дома. Не просто есть, мы уже в системе. А это значит, что при масштабных перемещениях сил противника Илона свяжется со мной. А если не Илона, то Ахмет. Сейчас у меня налажена схема дежурств, при которой у радара всегда находится ясновидящий. Значит, с этой стороны ждать подвоха не стоит… Но на реагирование у нас будет всего два часа. Или чуть больше, если эти уроды будут двигаться автоколонной.

Делаю себе отметку: отправить в Тифлис несколько рептилоидов.

Подстраховка не помешает.

И да, о непонятных перебросках в Подмосковье мне докладывали. Инфа вскользь проскакивала в отчётах Багуса, но я не обратил на эти «мелочи» внимания.

– А люди? – уточнил я. – Как они перекидывают своих гвардейцев? И на чём будут выдвигаться из Тифлиса?

– На первый вопрос ответить легко, – ровным голосом произнёс Апраксин. – Едут в гражданском, как обычные пассажиры. Кто на поездах, кто на пассажирских дирижаблях или рейсовых автобусах. По-разному. Я уже давно за этим представлением слежу, просто не мог сложить общую картинку. Что касается второго вопроса… Тут я затрудняюсь с ответом. Дирижаблей Раевских точно нет в Тифлисе. Они же выдвигались, чтобы разделаться с тобой, и повернули обратно. Сейчас всё это стоит в ангарах. Я не знаю, что они задумали. Остаются поезда и автопоезда. Сам знаешь, Тифлис выхода к морю не имеет.

Вот кто, скажите на милость, всё это планирует?

Служба безопасности набросала психологический портрет Максима Раевского. Ясновидец, но обычный, второй ранг. Сила крови не запредельная, по прогнозам он может и высшим не стать. Его отец, например, до «троечки» не дотянул. Кроме того, Максим – повеса, дуэлянт, любитель устраивать дебоши в дворянских клубах. Дерётся неплохо, но лишь с теми, кто гораздо слабее его. Питает слабость к красивым девушкам… А кто не питает? Но никаких организационных и стратегических талантов за ним не замечено. Старый герцог делал ставку совсем на другого сына, который и должен был возглавить Род после его смерти. Но случился я, а затем – Константин Альбранд.

А здесь – такое многоходовое планирование…

Я даже не успеваю уследить за творческой мыслью противников.

– Спасибо, отец, – искренне поблагодарил я. Не впервые мелькнула мысль, что Апраксин признаётся далеко не во всех своих мотивах. – Ты очень помог.

– Не за что, – добродушно прогудел князь. – Я могу поджечь что-нибудь и даже отправить к Раевским геоманта. На исход войны это не повлияет, но они будут вынуждены отвлечься. Укажи на объекты – и я ударю.

– Буду должен.

– Ничего ты не будешь должен, – отрезал собеседник. – Говорю же, мне этот Род тоже не нравится.

– Тогда до связи. Я проконсультируюсь по объектам и пришлю список.

– Добро, сын.

Короткие гудки.

Мы как-то быстро перешли к формату… семейного общения? Не знаю, что перевернулось в сознании Дмитрия Апраксина, но в последнее время он помогает просто так. Под разными предлогами. Не рассчитывая на ответные плюшки.

И всё же, кто стоит за Максимом Раевским?

Сейчас, когда московский Род лишился двух главных интриганов, стало очевидно: у них есть светлая голова. Барон Строев? Начальник гвардии мне очень не нравился. Умный, жёсткий, с опытом. Чем-то напоминает моего Демона, только попроще. Или не попроще – я ведь с ним не сталкивался. Допустим, он спланировал тайную переброску сил в Тифлис. Но кто осуществляет общую координацию?

В голове щёлкнуло.

Грессер-Гамова.

Озарение на интуитивном уровне.

Герцогиня – тот ещё манипулятор. Эта женщина кровно заинтересована в выживании, укреплении и возвышении Гамовых. Однажды её сын станет главой Рода, а не просто пешкой в руках Альбранда. Но не является ли и сам Константин пешкой в руках герцогини? Прямой, твёрдый как скала, пекущийся о чести, никогда не уклоняющийся от драки, если того требуют обстоятельства. Но не настолько искушённый в аристократических играх, как мать номинального главы Рода.

И ведь Грессер-Гамова понимала, что я захочу её убить!

Понимала и скрылась с горизонта.

Медлить с принятием решений я не стал. Созвал экстренный военный совет, на который пригласи не только Демона и Багуса, но и своих союзников. Обрисовал общую картину, попросил подготовить Красную Поляну к осаде, выслушал все предложения и начал раздавать приказы. План уже созрел – в общих чертах. Скорректировать помогли многоопытные Хасан и мастер Багус.

Сразу после совещания, когда стрелки часов уже клонились к десяти, я набросал перечень объектов, по которым могли бы ударить отцовские наёмники. Наладил контакт с Апраксиным через Ольгу и передал список. После чего отпустил всех собравшихся, а индонезийца попросил задержаться.

– Мастер, что у нас по клубам с посадочными полосами?

Старик был готов к этому вопросу.

Казань, как и прежде, оставалась центром скопления наших противников. И я мог бы избавиться от всех разом. Тем более, что Казань не принадлежала ни одному из могущественных Домов империи.

– Господин, в окрестностях города нам пока удалось обнаружить три дворянских клуба, подходящих по всем критериям. Удалённость, никаких собственников из Домов Волка и Медведя. Наличие посадочных полос для небольших частных самолётов. И площадок для дирижаблей. Соблюдение конфиденциальности, защищённые артефактами и каббалистикой переговорные комнаты.

– А кто там заправляет? Чингисы?

– Дом Тигра владеет двумя из этих клубов, – ответил индонезиец. – Третий в собственности графского Рода Плещеевых.

Попались.

И как это я раньше не догадался пробить всех вассалов Гамова? Тем более, закадычных врагов? С другой стороны… кто ж знал, что они все попрутся в Казань.

– Прекрасные новости, – я откинулся в кресле с довольной ухмылкой.

– Отправить туда наших людей, господин?

– Пока нет, – осторожно ответил я. – Знаю я эти фокусы. Заготовят какую-нибудь ловушку, а сами будут в сторонке стоять и посмеиваться. Нет, мы будем действовать осмотрительно. Запустим Проектор, изучим всё, а уж потом нанесём удар.

– Переговоры могут продлиться всего несколько часов, – заметил Багус. – Самолёты летают быстро. Встреча, я полагаю, уже началась.

– Тогда будьте на связи, – я решительно поднялся с кресла. – Разведку начнём прямо сейчас.

Когда ты сражаешься с более мощным противником, важны хитрость, продуманная стратегия и использование любых преимуществ. А ещё – молниеносное реагирование. Но сейчас я столкнулся с целой толпой озверевших аристократов. Которые действуют сообща, обладают многолетним опытом участия в подобных конфликтах и никуда не спешат.

Федя недовольно обернулся на стук.

Едва переступив порог спальни оружейника, я поразился случившимся метаморфозам. Ни комиксов, ни телевизора, ни радиопереговоров с друзьями по всему миру.

Мальчишка сидел за рабочим столом и делал уроки.

– Не помешал? – робко поинтересовался я, ступая по ворсистому ковру.

– Ещё как помешал, – буркнул Федос. Кефир деловито трудился над когтеточкой. – У меня тут математика. Грёбаные дроби. Я уже их ненавижу.

– Ну, если ты в будущем захочешь контролировать конструкторское бюро нашего славного заводика, придётся терпеть, – философски изрёк я.

– Сам знаю. Что от меня надо?

– А вдруг я пришёл навестить старого друга.

– Ну-ну, – хмыкнул толстяк. – Скажи ещё, что уроки решил проверить… папочка.

– Проверить? – я показательно задумался над перспективой. – А надо?

– И без тебя хватает желающих, – проворчал Федя. – В конструктах ещё хуже, чем в реальной школе.

– Да ладно.

– А то. Они какие-то вопросики хитрые задают, и сразу всплывают образы на доске. Управляют моим сном, а я и поделать ничего не могу. И могут создать сон внутри сна, из которого я не выйду, пока всю домашку не порешаю. А это субъективно… до бесконечности.

– Всегда думал, что конструкты – это осознанные сновидения.

– Осознанные. Только в Дальневосточной сонной школе учителя вместе с морфистами работают. И у них так всё поставлено… чтобы никто не отлынивал.

Меня кольнуло смутное беспокойство.

– А они о нашей семье что-нибудь спрашивали?

– Пока нет. Но за мной Ярик присматривает.

– Ему разрешили?

– Джан настояла. Себя она может защитить, а ко мне приставлен Ярик. Ты же сам приказ отдал, не помнишь?

– Хм, – я присел у окна и задумчиво почесал подбородок. – Какой я молодец. Так почему же он тебя не прикрывает, если ты хочешь сачкануть?

– Издеваешься. Ещё один твой приказ.

Нда…

Вот она, многозадачность во всём своём великолепии.

А ведь я хотел использовать боевого морфиста в грядущей войне. Не получилось, не срослось. Подключу потом к охоте на эту шизанутую герцогиню.

– Ты молодец, – похвалил я. – Стараешься. Но и отдыхать тоже надо.

– Правда? – удивился толстяк. – Это что у нас в лесу сдохло?

– А как известно, – продолжил я, – лучший отдых – это смена деятельности. Сейчас, например, вместо тетрадки надо взять в руки Проектор.

– А дроби сами себя порешают?

– Бродяга потом поможет. Я ему дам инструкции.

– Ладно, – Федя с готовностью закрыл тетрадь и, распахнув дверцу письменного стола, вытащил Проектор. – Кого ищем? Куда идём?

– Сейчас через Олю получишь слепки.

Телепатический канал уже был настроен, и моя телохранительница ждала своего часа.

– Запускай своего аватара в Казань, – начал я раздавать инструкции. – Точнее, в Казанскую губернию. Километров тридцать от города. Нас интересует дворянский клуб «Волга». Лови координаты.

В комнате забурлила энергия.

Федя создал свою проекцию и приступил к работе.