Текст книги "Шторм в сердце империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

В Россию дворянские клубы пришли из Англии, ещё в конце прошлого века. Об этом мне рассказал Бродяга, а он знает всё. Или почти всё. Досуг у аристократов не сказать чтобы блистал разнообразием – редкие балы, светские рауты, чтение и нескончаемые дуэли. Ах да, театры. Потом ещё опера прибавилась. А тут – заведения, заточенные под группы единомышленников.

И всё же, дворянские клубы бывают нескольких типов.

Попроще и более навороченные.

«Волга» относилась к последним.

Этот загородный комплекс чем-то напоминал советскую базу отдыха для избранных. Благоустроенный участок соснового бора, несколько корпусов в конструктивистском стиле, охраняемый периметр, строгий контроль на въезде. Никаких железнодорожных магистралей и крупных автомобильных трасс поблизости. Чтобы сюда приехать на машине, требовалось съехать с имперского автобана на шоссе попроще, а уж затем – на выделенную «аристократическую» дорогу. Эта дорога целиком и полностью принадлежала Роду Плещеевых. Как и дворянский клуб, естественно.

Вы спросите, почему комплекс называется именно так?

Да потому что стоит на берегу Волги. На крутом берегу, с прекрасными видами на широкую ленту реки. И с собственным причалом. Всё охраняется, акваторию патрулируют быстроходные катера, у причала расположен пост КПП. В целом же, персонал старается не отсвечивать и создавать у членов клуба полную иллюзию уединения.

Федя осматривал всё это «глазами» проекции.

Я сидел в кресле с отстранённым видом и ловил «весёлые картинки».

А картинки были реально весёлыми. Настолько весёлыми, что я постоянно одёргивал Федю и выгонял его из некоторых помещений, в которых веселились высокопоставленные господа. Подобно другим дворянским клубам, «Волга» открывала двери исключительно лицам благородного происхождения. Клубную карту нельзя было купить. Не важно, финансист ты или промышленник, купец или банкир. Пропуск возможен только по факту протекания в твоих жилах «голубой крови».

Так вот, аристо кутили на широкую ногу.

Бухали, употребляли разную дрянь, делали ставки на подпольных боях без правил, не брезговали оргиями и прочим непотребством. Всё это в режиме нон-стоп, без скидки на время суток. Я только и успевал, что оттягивать Федю от самых стрёмных мест. Не хватало ещё преждевременно травмировать детскую психику…

Поверхностный осмотр результатов не дал.

Если не считать результатом обнаружение нескольких переговорных комнат, в которые Федя проникнуть не смог. То есть, комнаты были, в них кто-то сидел, но защита оказалась настолько мощной, что проектор не сумел туда зашвырнуть призрачный дубль оружейника.

Тогда я попросил Федю переместиться на аэродром.

И вот здесь уже стало веселее.

Два частных самолёта на взлётно-посадочной полосе. Без гербов и опознавательных знаков. Прибывшие явно путешествовали инкогнито, что наводило на определённые мысли.

– Так, здесь понятно, – произнёс я, не прибегая к помощи телепата. – Погнали в другое место.

И мы погнали.

Вторым пунктом программы шёл загородный клуб «Платон». Владельцем числился граф Платон Якушев, один из вассалов Рода Чингисов. Якушев входил в Дом Тигра, причём считался одним из самых преуспевающих дельцов губернии. Формально его клуб предназначался для философских диспутов, на деле там процветал игорный бизнес. Точнее – карточный. Легально установить «одноруких бандитов» Якушев не мог – такие вещи не поощрялись правящими элитами. А вот организовывать турниры по Штоссу, Висту и Бостону в РИ не возбранялось никем. За столами «Платона» сиживал цвет казанской аристократии. Нередко здесь спускались целые состояния, люди проигрывались в пух и прах, а некоторые дворянчики средней руки выходили отсюда богачами. Якушев славился искренней неприязнью к шулерам всех мастей, его люди тщательно следили за новичками, а игорные залы, по слухам, оснащались блокирующей артефакторикой. То есть, эмпатам и телепатам ничего не светило, ага.

Клуб «Платон» меня удивить не смог. В эти дни ничего значимого не происходило. Несколько человек лениво перекидывались картишками в одном из залов, играя с верхним «потолком» ставок, без фанатизма. Кто-то сидел в гостиной, потягивая вискарик, кто-то гонял шары по бильярдным столам, а кто-то залипал в библиотеке. Да-да, встречались и такие. Якушев собрал одну из лучших в стране коллекций литературы по философии, эзотерике и криптоистории. Из числа изданий, которые не были засекречены инквизиторами, разумеется.

И никаких намёков на авиацию.

Пустой аэродром, одиноко торчащая причальная вышка для дирижаблей.

– Дальше, – скомандовал я.

Мы переместились километров на десять западнее и оказались на противоположном берегу Волги, где раскинулся во всём своём великолепии загородный клуб «Сибарит». Вот где у нас с Федей отвисла челюсть. Ну, отвисла она у Феди, а я подыгрывал. За свои многочисленные жизни я и не такого насмотрелся.

В общем, «Сибарит» тоже находился под «крышей» Тигров, но заправлял здесь Род Байкеевых. Ставка была сделана на роскошь, безупречный сервис, изысканные развлечения и выписанных из самой Франции поваров. Да, чуть не забыл про камерный оркестр, радующий гостей живой музыкой. Тут уже организаторы настолько развернулись, что составили программу на несколько недель вперёд. Приглашённые театральные труппы, иллюзионисты, факиры, танцовщицы. Концерты эстрадных звёзд для избранных…

И всё это – на фоне дорого обставленных залов, галерей и гостиных.

Колонны, мрамор, лепнина, фонтанчик в вестибюле главного корпуса, гостиничный этаж для постояльцев, решивших обосноваться в лесу с ночёвкой. Полуобнажённые девушки с подносами, обслуживающие клиентов. Во всех смыслах обслуживающие. Никакого намёка на дела и работу. Полный релакс. Перезагрузка, как стало модно говорить в моей прежней реальности.

И целых четыре самолёта на аэродроме.

Без гербов.

Я не знаю, что у них там за день такой. Всемирный съезд зажравшихся аристо? Смотрю, уже многие предпочитают летать с ветерком, а не тащиться с черепашьей скоростью на цеппелине. Спешат, экономят время…

В одну из переговорных комнат проекция влезть не смогла.

У двустворчатых дверей выставили охрану.

– Фух, – я открыл глаза, провёл рукой по своей шевелюре и на несколько секунд задумался. – Непростой выбор.

– Ты доволен? – уточнил Федя. – Можно возвращать дубля?

– Возвращай, – разрешил я.

И встал, чтобы выйти из комнаты.

– Математика, – напомнил оружейник.

– Ах, да! – я демонстративно хлопнул себя по лбу. – Вот голова дырявая! Бродяга, когда Феденька сделает домашку по математике, проверь его, пожалуйста.

– Эй! – возмутился толстяк. – Я сам должен делать?

– Увы, – моё лицо стало печальным. – Жизнь – боль.

Из комнаты я выходил в гробовом молчании.

* * *

Решение отозвать из Европы Мусаева напрашивалось само собой.

И я его принял.

Прыгун переместился к воротам КПП, пересёк незримую черту каббалистического отклонения, а уж затем телепортировался к моей усадьбе. Внутренние перемещения никак не ограничивались, сдвиги затрагивали только внешние траектории. Это было сделано ради удобства нашей гвардии. Быстрое реагирование при множественных атаках – наше всё.

Помните тот случай, когда инквизиторы по очереди прыгали куда-то за едой и водичкой? Я на следующий день устроил знатную выволочку своим каббалистам, но камеры показали, что каратели телепортировались в центр посёлка, где у нас сосредоточена вся инфраструктура. А вовсе не в Фазис, как я сгоряча подумал.

Мы собрались в кабинете.

Я, Мусаев, Демон, Багус, Хасан.

– Ситуацию вы знаете, – начал я без предисловий. – Прямо сейчас в одном из дворянских клубов Казани наши враги заключают военный союз. После этого они могут нанести удар, и очень быстро.

– Координаты мест, где будут устроены диверсии, переданы Апраксиным, – отчитался Багус.

– Прекрасно, – одобрил я. – Насколько я понял, наёмники князя активизируются уже нынешней ночью. И мы не должны отстать в этом вопросе. Я хочу, чтобы ты, Паша, объявил полную боеготовность. Больше никакой обороны. За шесть или десять часов мы можем перебросить десант в Подмосковье, разнести в хлам остатки гвардии Раевских и захватить их родовое гнездо.

– Но Максима Раевского там не будет, – заметил Хасан.

– Если я сделаю правильный выбор, его… в принципе, не будет.

– Хочешь отправиться в один из этих клубов? – заинтересовался Демон. – Но мы рискуем втянуть в конфликт Тигров. Это их территория.

– Только «Сибарит», – покачал я головой. – «Волга» принадлежит Плещеевым.

– Изложите свой замысел, господин, – попросил Багус.

– Мусаев отправляется в «Сибарит», – распорядился я. – Задание простое. Разведка. В случае обнаружения кого-то из наших врагов – ликвидация. Вырезаем всех, невзирая на то, объявили они нам войну или нет.

– То есть, и Гамовых? – уточнил Мусаев.

– Да.

– Если их там нет?

– Возвращаешься в распоряжение Паши, ждёшь дальнейших приказов. Никакой самодеятельности.

– Понял, – последовал бесстрастный ответ прыгуна.

– Я беру на себя «Волгу». Разношу её в хлам, если посчитаю нужным. Это территория противника. Никакой жалости, таков путь.

Хасан скептически покачал головой:

– Брат, я тебя умоляю, будь осмотрительным. Не попадись в ловушку. Они там могут что угодно развернуть, как показывает практика. Возьми с собой кого-нибудь.

Я задумался.

– Кого?

– Прыгунов моих возьми, – посоветовал Демон. – Ребята крепкие, проверенные. Я тебе убойную группу соберу. Порубите всех в капусту.

– Всех не нужно, – возразил я. – Там куча левого народа отдыхает.

– Надо действовать тонко, – поддержал меня Багус. – Это не штурм.

– Кроме того, – добавил Хасан, – почему вы не рассматриваете вариант… что там вообще никого нет? Ни в одном из этих клубов? Они могли пустить дезу, а теперь ждут, что мы клюнем.

– И такое возможно, – признал я. – Поэтому я отправлюсь один.

Хасан закатил глаза.

– Не обсуждается, – я строго посмотрел на своего инструктора.

– Что нам делать, – поинтересовался Демон, – если в твоё отсутствие они нападут на посёлок?

– Отбиваться, – хмыкнул я. – Говорю же: полная боеготовность.

– Но они в Тифлисе, – напомнил Хасан.

– Раевские, – уточнил я. – Про Гамовых мы ничего не знаем. Кроме того, что этой ночью Мещерские устроят им весёлую жизнь.

– А мне нравятся твои связи, – хмыкнул Демон.

– А то, – я довольно осклабился. – Значит, так. Мастер Багус, отправьте в Тифлис несколько лучших агентов. Тех, кто сможет с воздуха или иным способом обнаружить скопление сил противника. Крупное войско не скроешь. Ищите ангары, склады, крепости, пакгаузы – всё, что можно использовать для хранения большого количества бронетехники. Изучите окрестности железнодорожного вокзала.

– Дирижабли проверяем? – уточнил Багус.

– Пусть кто-нибудь глянет, – согласился я. – Беглый осмотр. Просто посмотрите, нет ли скопления воздушно-десантных кораблей.

– Серго, ты забываешь про автобаны, – встрял Хасан. – Если они захотят перебросить к нам своих мехов и пехоту на фурах, такую колонну не пропустишь. Пусть наш человек займёт позицию на выезде из города, у заправки. Посидит в кафешке, понаблюдает. Если что – на заправках всегда есть таксофоны.

– Разумно, – кивнул я. – Мастер, распорядитесь.

Багус кивнул.

Индонезиец не тратил время на записи, у него была идеальная память.

– Всё, – я встал, давая понять, что совещание окончено. – Времени не теряем, работаем.

Выпроводив всех своих подчинённых, я попросил Бродягу открыть проход в арсенал. На сей раз, как бы мне не хотелось помахать кусаригамой, которую Федя повторно призвал из мира идей, я решил отойти от традиций. Плещеевы – не Раевские. Но и у них могут быть припрятаны тузы в рукавах. Поэтому лучшим средством для тесных помещений будет меч-трость. Никаких цепей, сложной каббалистики и всего, что может отказать при блокировке. Также мне пригодится набор метательных ножей – цельнометаллических, без накладок, но с баллистическими отверстиями.

Облачившись в выстиранный и благоухающий чистотой комбез Михалыча, я распределил оружие так, чтобы выхватывать его быстро. Трость – в специальные фиксаторы на поясе. Ножи – в скрытые чехлы на грудь, плечи и бёдра. Чехлы были сделаны из той же ткани, что и комбинезон, а дополнительные накладки окончательно маскировали металлические рукояти. От пистолета я отказался, поскольку работать предстоит при большом скоплении народа. Подумав, прихватил с собой прибор ночного видения – для него нашёлся ещё один карман на бедре. Эти штуки здесь компактные и практически ничем не отличаются от очков-консервов, столь популярных у любителей стимпанка в моей прежней реальности.

Критически осмотрев себя в зеркало, я остался доволен.

И поспешил напитать комбинезон своей ки.

– Бродяга, мы отправляемся в клуб «Волга».

– Особые инструкции? – уточнил домоморф.

– А как же, – хмыкнул я. – Слушай внимательно…

Глава 12

Люк бесшумно втянулся в скрытый паз.

В шахту посыпался ворох иголок.

Да и в целом пахнуло осенью.

Я осторожно выглянул из проёма. Глаза у меня быстро подстраиваются под кромешную темень, даже прибор ночного видения использовать не обязательно… Но здесь было достаточно светло. Среди высоченных сосен, поскрипывающих на ветру, тянулись аккуратные парковые дорожки со скамейками и беседками. Дорожки петляли между деревьев, через равные промежутки их освещали фонари. Чуть поодаль света становилось ещё больше – там стояли жилые корпуса.

Поблизости никого не было.

Выбравшись из люка, я отдал приказ Бродяге закрыть вход. Когда отверстие шахты затянулось, забросал круглое чёрное пятно ворохом игл.

Меня поразила царящая в окрестностях клуба тишина.

Лес величественно шумел на ветру, изредка каркали вороны да что-то поскрипывало. И никакого смеха, пьяных воплей, прочей дичи. Охранники если и мелькали в пределах видимости, то безмолвными тенями, поодиночке, в глубине сосен. По дорожкам персонал клуба вообще не перемещался.

Я втянул ноздрями запах леса.

Замер, давая комбинезону возможность настроиться на окружающую среду. Иллюзион я в этот раз не брал – на случай артефактной блокады. Поэтому следовало рассчитывать исключительно на каббалистику Михалыча. Пока комбез мимикрировал отменно: без задержек и помех подстраивался под ландшафт, не сбоил, не тянул слишком много энергии. При таком расходе меня по завихрениям ки не обнаружить. Там вообще ничтожное потребление.

Хорошо в сосновом бору.

Листья под ногами не шуршат.

Мягко ступая по мшисто-игольчатому ковру, я направился к аэродрому. Первое, что меня интересовало – самолёты. Если их нет, я опоздал.

Путь отнял добрых полчаса.

Взлётно-посадочная полоса расположилась в стороне от исхоженных троп. С главным комплексом это место связывала подъездная дорожка.

Полоса оказалась не асфальтовой, а грунтовой, аккуратно укатанной и обрамлённой рядами фонарей. На ней, замершие, как два пернатых хищника, стояли самолёты. Именно два, как и видел Федя. Без опознавательных знаков, их матовая тёмная краска почти сливалась с ночью. Вот зачем, скажите на милость, красить летательные аппараты в серые и чёрные тона? Я затаился у края леса, в тени огромной сосны, слившись с её корой и иголками, принялся наблюдать. У одного самолёта возились механики, проверяя что-то у шасси при свете переносных фонарей. Их неспешные, почти ленивые движения говорили, что господа пока не торопятся к отлёту.

Это было хорошо. Означало, что я успел.

От самолётов я двинулся обратно в сторону главного корпуса, но уже не по дорожкам, а напрямик, сквозь лесную чащу. Я беззвучно скользил меж стволов под прикрытием комбинезона, сливался с тенями, превращал свой силуэт в естественную часть ландшафта. Я двигался медленно, с остановками, постоянно сканируя округу. И вот, уже на подходах к освещённой зоне, мои предосторожности оправдались.

Сначала я услышал их: сдержанное перешёптывание, скрип кожаного снаряжения, приглушённый шаг по земле. Двое. Они шли по своему патрульному маршруту, пересекая мою траекторию под углом. Я застыл. Не просто остановился, а вжался в землю у подножия старой, полуразвалившейся сосны, поросшей мхом. Комбинезон, уловив текстуру коры и цвет влажного мха, завершил иллюзию. Я стал частью пейзажа – бесформенным тёмным выступом у корней.

Охранники прошли в пятнадцати шагах. Я видел их профили на фоне далёких фонарей: профессиональные, подтянутые, с короткими мечами у пояса. Их взгляды скользили по знакомым точкам, но моё пятно их не заинтересовало. Они даже не замедлили шаг. Пробормотав что-то о «скучной смене» и «барской похабе», они растворились в переплетении стволов.

Я выждал ещё минуту, пока звуки их шагов полностью не утонули в ночной тишине, и только тогда позволил себе расслабить мышцы и двинуться дальше. Сердце билось ровно и спокойно. Это работало. Каббалистика Михалыча и моё умение быть незаметным сделали своё дело. Я был невидимкой в самом сердце вражеской территории.

Теперь нужно было добраться до клуба и найти ту самую переговорную, куда не смог проникнуть Федя. Туда, где, судя по всему, и вершились судьбы не одного десятка Родов. Я продолжил путь, уже чётко понимая, что охота началась. И первая её фаза – остаться в тени – была успешно пройдена.

Корпуса «Волги» были ярко освещены уличными фонарями.

Несколько припаркованных внедорожников явно принадлежали аристократам, отдыхавшим параллельно с моими «друзьями». Клуб – он на то и клуб. Любой человек с клубной картой может заявиться и воспользоваться своими правами. И даже владельцы этого заведения не возьмут на себя смелость выпроводить гостей. Я не сомневался, что Плещеевы тоже здесь. Если и не наблюдают за ходом переговоров, то наверняка попытаются узнать первыми о принятых сюзеренами решениях.

Делаю часть фасада проницаемой.

Осторожно, чтобы не привлечь к себе внимания.

Слишком много тут одарённых не самого последнего ранга. Эти могут при желании сосредоточиться и уловить повышенную циркуляцию ки.

Главный корпус имел сложную форму, как бы составленную из нескольких пирамид с открытыми и застеклёнными террасами. Окна самых необычных конфигураций, но преимущественно панорамное остекление. Просторный, светлый вестибюль. Скучающий администратор. Боевой администратор, припрятавший под столом ножны с танто. Знаю я таких типов. При необходимости – боевая машина, сметающая всё на своём пути. Охраны не видно…

Одна гостиная закрыта, там веселится молодёжь.

Несколько номеров заняты, там уже вовсю кто-то сношается.

Гораздо интереснее коридор, ведущий в глубину здания. Усилив зрение, я обнаружил, что этот коридор связан с охраняемой лестницей, возле которое дежурила пара «шкафов» с боевыми ножами. Вот эти – явно из «плещеевских». Даже не скрывают гербы на пиджаках. Детали отсюда не рассмотреть, но я уверен, что накаченных типчиков выставил хозяин клуба.

Дальше – веселее.

Лестница на третий этаж, угловая рекреационная зона. Растения в больших кадках. Диванчик с тремя бойцами. Эти мускулами не поигрывают, а форма явно другая. Я узнал цвета Гамовых.

А это у нас кто?

Несколько рядов дверей, ведущих в переговорные комнаты. И коренастый гвардеец в полувоенном френче. Бритоголовый, за поясом торчат штуки, подозрительно смахивающие на саи.

Переговорная комната, в которую не сумел проникнуть Федя, моему всевидящему взору поддалась. Стена и дверь растворились, оставляя лишь общие контуры. Сквозь перекрытия стен и потолков, я увидел довольно просторный зал с круглым столом в центре. Окна в пол, но поляризация односторонняя. Я догадался об этой особенности, поскольку видел похожие комнаты со своей стороны. Без проницаемости казалось, что квадраты пустые и чёрные, а третий этаж и вовсе нежилой.

За столом собралась милая моему сердцу компашка.

Максим Раевский, какой-то мрачный тип, как две капли воды похожий на покойного герцога, только постарше, барон Строев с одноручным мечом у пояса… Это с одной стороны. С другой – Константин Альбранд, пожилой дядька, смахивающий на основательно постаревшего Дольфа Лундгрена, Плещеев и Крутов. Поскольку я завалил патриархов этих Родов, то за столом находились старшие сыновья моих противников. По виду – тридцать и двадцать лет. Война – дело молодых, ага.

Ни Грессер-Гамовой, ни её малолетнего отпрыска.

То есть, Гамовы даже не пытаются соблюсти нормы приличий…

А зачем? Любой документ подписывается регентом. Герцогиня в курсе происходящего и наверняка одобряет. Я не верю, что сегодняшняя сходка – это самоуправство Альбранда. Конечно же, они посидели на общем совете и делегировали боевому князю всё, что касается войны. Лучшей кандидатуры ведь и не сыщешь.

Я не мог рассмотреть деталей.

Даже звуки голосов не просачивались сквозь шумовую защиту.

Но было очевидно, что лежащие на столе документы уже подписаны и скреплены печатями, а сейчас ведётся обсуждение стратегических нюансов. Говорили преимущественно Альбранд, Строев и мужик, похожий на старину Дольфа. Карты на столе разложили, водичку из графина попивают. Прямо на моих глазах в комнату вошли ещё два персонажа в дорогих костюмах, не имеющие при себе оружия. Вероятно, стряпчие. Тихо разобрав бумаги, мужики в костюмах удалились. Проследив за ними, я увидел, что эти типы пересекли коридор, спустились вниз по лестнице, а потом вышли на задний двор. Сев в разные машины с тонированными стёклами и без гербов на капотах, персонажи перестали для меня существовать. Понятно, что они под охраной вывезут ценные бумаги из клуба, доедут до Казани и отправятся восвояси на пассажирских дирижаблях. Первым классом, естественно.

Господа решили задержаться.

Но это ж сколько часов они потратили на обсуждение пунктов грядущего соглашения? Три-четыре? Я вспомнил, что в этой реальности тексты договоров и соглашений набираются вручную на пишущих машинках. Наверняка, подобные услуги оказываются в клубе Плещеевых. Не удивлюсь, если и нотариус где-нибудь сидит.

Ещё одна интересная деталь.

Все собравшиеся были при параде, в военных мундирах с гербами, а при себе имели клинки. Исключение составляли разве что удалившиеся с документами стряпчие.

Мои губы искривились в плотоядной усмешке.

Главы Родов, вне всяких сомнений, подписали военное соглашение и вступили в союз. А это означает, что я имею полное моральное право вырезать всех, кого посчитаю нужным. Не припомню, однако, можно ли заключать такие союзы после объявления войны? А, пофиг. Меня это не остановит.

Сняв с пояса трость-меч, я перехватил её таким образом, чтобы держать вдоль руки и за спиной. Комбинезон подстроит мимикрию, и палка будет сокрыта от посторонних глаз.

Если вы подумали, что я ломанулся прямо через вестибюль, то нет. Мало ли, что там за устройства вмонтированы. Я уж молчу про дверь. Да и непонятно, чего ждать от парня за стойкой администратора.

Нормальные герои всегда идут в обход.

Поэтому я двинулся вдоль кромки леса, огибая здание по широкой дуге. Через пару сотен шагов нырнул в стену, проскользнул через полутёмную бильярдную, где катали шары пожилые аристо, и выбрался в нужный коридор.

Тишина – закачаешься.

Если не знать, что за стеной бухает толпа молодых ушлёпков, можно подумать, что в здании никого нет. Я постоял, давая комбинезону лишние секунды для адаптации. У подобной одежды есть слабые стороны – руки в перчатках, ноги в ботинках и лицо, выглядывающее из-под капюшона. Но Михалыч у меня гений. Поэтому его комбезы не только мимикрируют, но и создают на проблемных участках ограниченные иллюзии. Так было не всегда. Маленькие, но приятные бонусы стали появляться после расшифровки некоторых цепочек из подводного города в Атлантике.

Повернув голову, я всмотрелся в дальний конец коридора.

«Шкафы», охранявшие лестницу, никуда не делись. Стояли с каменными лицами, глядя в пустоту. Эдакие сфинксы на краю египетской пирамиды. По их рожам я вообще ничего не мог определить – верный признак профессиональных телохранителей.

Наверное, я мог бы их убить.

Да только лишний шум мне ни к чему.

Сместившись влево, я просачиваюсь сквозь стену в одну из гостиных. Чего только здесь не происходит. Несколько обнажённых тел переплетены на диване, оттуда раздаются сладострастные стоны. Ещё одна девушка скачет на своём приятеле посреди необъятного персидского ковра. В противоположном конце зала, не обращая на всё это внимания, бухают ещё несколько человек, распивая напитки прямо из бутылок. У окна спиной ко мне расположился ещё один член клуба, а на коленях перед ним стояла полураздетая девушка, активно двигающая светлой головой…

Меня никто бы не заметил, даже приди я в обычной одежде.

Направляюсь вдоль стены, граничащей с коридором, прямо к допотопной стенке-горке, уставленной книгами и фарфоровыми безделушками. Перешагиваю через бесчувственное тело, воняющее блевотиной, и ныряю в полки. Оказавшись под лестницей, восстанавливаю материальность.

Поднявшись на третий этаж, я оказался в рекреационной зоне со следующей партией боевиков. Эти сидели в расслабленном виде, пялились в тихо бормочущий телевизор и совершенно не ждали нападения. Я прикинул, что это средней силы одарённые, что-то в районе второго ранга. Один прыгун, два меты. Оставлять таких за спиной нельзя, но действовать надо тихо.

Нож, который я метнул, вошёл аккурат в глазное яблоко прыгуну.

Мужик даже не успел дёрнуться.

Меты сразу врубили ускорение, но вязкий бетон не способствует прогрессу в бою. Как только расплывшиеся тени стабилизировались, я снёс одному из охранников голову, а второму вогнал клинок в сердце. Да, не сказать, чтобы совсем бесшумно, подумал я, вкладывая очищенный меч в трость. Комбез и ботинки избавил от крови тем же способом, сделав их на пару секунд проницаемыми. После этого выдернул из черепа прыгуна нож.

Зона отдыха расположилась чуть в стороне от коридора с переговорными комнатами.

Мужик с саями не мог увидеть происходящее из-за угла.

Но мог услышать шум.

Поэтому я убрал очищенный нож и метнулся к телевизору. Встал возле стены, осторожно извлёк из трости меч и, держа его на обратном хвате, включил ждуна.

Секунды тянулись мучительно медленно, никто не появлялся.

Тогда я повернул голову и сделал стены прозрачными.

Бритоголовый хрен с саями ждал меня, приняв боевую стойку. Он молниеносно переместился к арке. ведущей в рекреацию, что говорило в его пользу.

Я вогнал недоноску метательный нож в висок.

Прямо через две стены.