Текст книги "Тайна рода (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Уточкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12
Кирпич

Мы с Алёной переглянулись и без слов поняли друг друга. Кто там засел у ворот – неважно. Может, остатки наёмников. А может, и флотские Железкина. Барьер пал, и они рванули проверить, что за чертовщина творилась в крепости. Встречают, понятно, всех на стволах – поди разбери в темноте, кто вышел из проклятого места.

Вот только выяснять это, стоя под прицелом, я не собирался. Даже если свои – начнётся долгая песня. Кто такие, откуда, что было внутри. Проверки, начальство. А времени в обрез.

– Не может быть, чтобы в такой крепости не было тайных ходов, – задумчиво произнесла Алёна.

Кузя мгновенно повеселел. Провёл нас запутанными коридорами в заброшенный склад с одинокой здоровенной бочкой. Со стороны входа в тюрьму донёсся взрыв. Стоило поторопиться.

Кузя, покряхтев, сдвинул бочку в сторону. Спиральная лестница уходила в пропитанную сыростью темноту.

– Ты откуда про этот проход знаешь? – озадаченно спросил я.

Алёна тоже с интересом взглянула на слугу рода.

– Так я, пока покой Алёны охранял, с крепостью болтал, – выдал Кузя как само собой разумеющееся. – Она мне много чего поведала.

Пропустив Алёну вперёд, мы с Кузей положили бочку на бок, накатили с краю на проход и пролезли вниз. Я, чуть подтолкнув, запер проход за нами полностью.

Алёна зажгла шарик холодного огня.

– Ты же должна была опуститься до первого ранга одарённых, – удивился я, разглядывая светляк.

– Пока ты решал мировые проблемы, я успела, ещё до подселения Наездника, перейти на уровень фигуры.

Голос её звучал глухо под сводами старой кирпичной кладки. Запах плесени красноречиво говорил, что ходом не пользовались лет сто, не меньше. Шли быстро. Желания встречаться с тайнами этого места не было от слова совсем.

Я держался настороже. На удивление, никто не выскочил и не попытался нас убить.

Наконец Кузя остановился и предложил мне проломить стену. Вынув Ухнеб, я ударил в указанное место. Стена в один кирпич толщиной легко поддалась. Дальше шёл серый бетон. Потратив пару минут и энергию, закачанную в Ухнеб, я пробился в современный коллектор.

По стенам тянулись кабели в защитных коробах, по полу текла грязноватая вода. Прямо над головой начиналась шахта, уходящая вертикально вверх. Забравшись по вмурованным в бетон скобам, я сдвинул чугунный люк и выбрался наружу.

Памятник баснописцу Крылову подсказал, что мы в Летнем саду. Целовавшаяся парочка замерла у памятника двумя испуганными сусликами. С неба сочился холодный дождь. Низкие тучи не позволяли определить, сколько времени.

Пока Алёна и Кузя выбирались из коллектора, я обратился к влюблённым:

– Не подскажете, который час?

Парень молча сорвался с места и скрылся за подстриженными кустами. Наверное, за часами побежал, усмехнулся я, наблюдая, как оседает на сырую площадку оставшаяся одна девушка.

Алёна первой кинулась к ней. Привычно приложила пальцы к шее.

– Жива, – сообщила она. – Но время не подскажет.

Я кивнул и в который раз пообещал себе купить нормальные механические часы. Привычка смотреть время на переговорнике снова подвела. Впрочем, судя по почти пустому Летнему саду, день уверенно шёл к вечеру.

Неожиданно из ближайших кустов возник Тайво. Я открыл рот, чтобы спросить, как он нас нашёл, но не успел. Следом за ним выскочили пятеро мужчин самого неприятного вида.

Тайво, воспользовавшись своей врождённой способностью, растворился в сумерках парка. Преследователи почему-то сочли виноватыми нас. Зря. У Алёны и без того настроение было отвратительное. Нам с Кузей даже вмешиваться не пришлось.

Тайво появился рядом так же незаметно, как и исчез.

– Я на вас, честно говоря, случайно наткнулся, – ответил он на незаданный вопрос. – Тут ещё две пятёрки по саду меня ищут.

– Зачем? – поинтересовался я.

– Убить хотят, – спокойно ответил Тайво.

Предложение Алёны их найти я отмёл, как не соответствующее моменту. Тут ещё Кузя засуетился. Прислушался к чему-то далёкому и нам недоступному.

– Алёна Игоревна, вам моя помощь ещё нужна? – наконец спросил он.

– Нет, – Алёна покачала головой и ударом ноги успокоила зашевелившееся тело одного из преследователей.

– Проблемы? – насторожился я.

– Ну так, – промямлил Кузя. – В замок забрались. Он нервничает.

– Тогда свободен, – сказал я.

Рядом с Кузей из грунта возникла тропа, вымощенная жёлтым кирпичом. Кузя шагнул и растворился вместе с ней, как утренний туман. На площадке тихо стонали преследователи, но двигаться не решались.

– Поехали в госпиталь, – предложил я.

– Машина неподалёку от главного входа, – отозвался Тайво. – Но там два здоровенных бугая.

Алёна нехорошо хмыкнула.

Тайво понимающе кивнул и пошёл вперёд, показывая дорогу.

Через пару минут Алёна аккуратно уложила охранников на газон и полезла в кузов.

– Подумать хочу, – хмуро сказала она.

Я забрался в кабину рядом с Тайво. Мы тронулись, и я задал вопрос:

– И кто на тебя охотился?

– Да это люди Кирпича, – флегматично ответил Тайво, не отрывая взгляда от дороги.

– Кирпич-то хоть большой? – с сарказмом поинтересовался я.

Тайво понял, что одним словом не отделается. Тяжело вздохнул.

– Павел Кирпичный. Один из авторитетов в криминальных кругах Петербурга. Я через него кое-что сбывал.

И снова замолчал.

– Ну и? – поторопил я.

– Решили меня кинуть, – Тайво нахмурился. Для него это было сильное проявление эмоций. – Пришлось зайти к ним в офис и забрать своё. Может, чуть больше.

Потом произошло вообще редчайшее явление – Тайво впал в гнев и аж прорычал:

– Совсем берега попутали. Сестрой шантажировать пытались. Обломятся! Нет её в городе.

Впереди показался блокпост самообороны. К остановившемуся грузовику подошёл молодой матрос в потёртом бушлате.

– Дальше нельзя, – он сплюнул. – Госпиталь блокирован. Там сейчас московских боевиков зажали.

Неожиданно вовремя подал голос Тайво:

– Ну и поделом. Нечего им у нас гулять.

Подозрительный взгляд матроса сменился вопросительным.

– Сами-то чего припёрлись? Если целитель нужен – двигайте на Народную, в госпиталь ветеранов, – он снова сплюнул. – Туточки в ближайшие сутки ловить нечего.

– Ну тогда бывай, – сказал Тайво и, ловко развернув машину, въехал в ближайший переулок. А потом свернул во двор-колодец.

Пока я размышлял, что делать дальше, Тайво покинул машину, обронив:

– Вы тут подождите. Я выясню, что там случилось.

Остановить его я не успел. Финн, как всегда, просто скрылся из вида. Никак к этому не привыкну.

Я вышел из кабины. Из кузова выпрыгнула Алёна. Мы осмотрелись. Облезлые стены пятиэтажки с четырёх сторон, тёмная арка, ведущая наружу.

– Это не госпиталь, – глубокомысленно заключила Алёна.

Я даже отвечать не стал. Уселся на ближайшую лавочку у ржавых качелей. В некоторых окнах горел свет. Неподалёку завыла сирена. На город опустилась ночная мгла.

Посидели в молчании. Погода не радовала. Дождь кончился, но холодный ветер пробирал до костей. Я достал из инвентаря куртку шамана, накинул Алёне на плечи. Она благодарно посмотрела на меня и предложила:

– Полезли в кузов. Там теплее, и есть что перекусить.

Спорить со столь разумным предложением не хотелось от слова совсем.

В кузове Алёна сразу зажгла шарик холодного огня. При его свете я приметил пару байковых одеял и стоящий ближе к кабине сейф.

Накинув одеяло, подошёл к железному ящику. Догадаться, что это оплата, которую Тайво позаимствовал у Кирпича, труда не составило. Вопрос был в другом: как он уволок такую тяжесть. Пока я рассматривал сейф, Алёна накрыла перекус на пустом деревянном ящике. Я взял саморазогревающуюся банку, прочитал название дважды – с первого раза не поверил.

«Мясо страуса в клюквенном соусе с макаронами».

Я с вопросом взглянул на Алёну.

– Сама в шоке, – пожала она плечами, вскрыла банку и принялась за еду.

Я последовал её примеру. Алёна заметила, что я зеваю, и предложила поспать. Сил сопротивляться не было. Улёгся на одеяло и укрылся курткой шамана, которую Алёна заменила себе на второе одеяло. Закрыл глаза. Провалившись в сон, снова, как тогда, на финской базе, услышал чужие мысли.

Алёна предавалась воспоминаниям. Сравнивала Мишу, росшего под её присмотром, и этого, нового, с душой взрослого мужчины. Умом понимала, что тот, прежний, навряд ли смог бы выжить сам и помочь выжить ей. И всё равно сердце болело по тому, слабому, но такому понятному парню.

В размеренные мысли Алёны ворвались чужие. Они отсвечивали багровой яростью.

«Ну чего Кирпич тормозит? Мы этих двух лохов в момент на ноль помножим. По башке дать, а потом и поговорить можно».

Сон слетел мгновенно. Я резко сел. Алёна вздрогнула, уставилась с вопросом.

– Нас сейчас будут штурмовать, – хрипло сообщил я.

– Сколько? Какое вооружение? – Алёна уже сдёргивала брезент с неприметного ящика.

– Известно только, что бандиты Кирпича, – я поморщился. – Ждут главаря.

– Подай фомку, – Алёна ткнула пальцем в инструмент возле меня.

Я поднялся, надел куртку шамана. Фомку подобрать не успел, так как пришлось резко шарахнуться в сторону, выхватывая из инвентаря Ухнеб.

Алёна безо всякой фомки голыми руками вскрыла ящик и обзавелась монстрообразным оружием.

Нам обоим не понравился появившийся в кузове полупрозрачный саблезубый тигр. На Алёну он внимания не обращал – смотрел пристально на меня. В сумбур моих мыслей ворвался рыкающий вопрос:

«Чего звал?»

Видно, от неожиданности я ляпнул:

– Кто?

Под его взглядом почувствовал себя не особо одарённым студентом. Зато мозги заработали как надо. Я жестом показал Алёне, что всё под контролем, и спросил:

«Какие у тебя возможности?»

Тигр прислал мысленный ответ:

«На данный момент – разведка, – и оскалился, изображая улыбку. – Ещё, как выяснилось, могу напугать».

«На нас готовится нападение, – передал я тигру. – Выясни количество и где находятся».

Хищник растаял в воздухе. Вопрос «как он здесь появился?» я привычно отложил на потом. Понятно, что благодаря куртке с таким же окрасом. Но почему Акакий его ни разу не вызывал?

Сейчас была другая забота: выбраться из грузовика и вооружиться. Пока я общался с призрачным тигром, Алёна подготовила мне оружие. Тайво, видать, его тоже позаимствовал у бандитов. Всё новенькое и какое-то эксклюзивное.

Мне досталась пара двуствольных пистолетов с глушителями непонятной марки. Автомат, как у Алёны, и четыре магазина к нему. Алёна тем временем открыла не замеченный мной люк в полу. На мою вопросительно поднятую бровь буркнула:

– Урал четыре тысячи триста двадцать, – и выпрыгнула в люк.

– Да. Это многое объясняет, – саркастически пробормотал я и полез следом.

Во дворе царил полумрак. Пара тусклых фонарей освещала мокрый асфальт. Опаснее всего выглядела тёмная арка, ведущая со двора. На ней я и сосредоточился.

Появление тигра снова заставило вздрогнуть. В голове раздался его рыкающий голос:

«Скоро. Людишек много. Полезут из домов. Повозка из арки».

Я передал всё это Алёне.

– Держу арку и переднюю полусферу, – мгновенно сориентировалась она. – Ты – подъезды и заднюю.

Я залёг между колёсами грузовика. Отсюда хорошо просматривались окна первого этажа и подъезды. Тигр мысленно спросил:

«Если больше не нужен – пойду развлекусь?»

– Почему тебя шаман ни разу не вызывал? – спросил я.

«Так не было у него некроэнергии. А твоя верхняя шкура её с избытком вырабатывает, – ответил хищник. – Ну что, пойду?»

– Давай, – согласился я.

А сам остался гадать, насколько вредным для окружающих и для меня стал костюм «Теневой хамелеон», фонящий некроэнергией.

Шум приближающейся со стороны арки техники прервал мои мысли.

Дальше всё завертелось в бешеном темпе. Первый выстрел прозвучал со стороны Алёны, – её мелкокалиберная артиллерия эхом грохотала между стенами двора-колодца. А из трёх дверей моего сектора выскочило по пять бойцов. Автоматы в руках молчали. Видно, рассчитывали тихо зайти нам в тыл.

Но не зря меня гоняли на стрельбище в ныне почившей хрустальной капсуле. Первая очередь срезала пятёрку справа. Вторая достала двоих из центральной группы.

Я откатился под защиту колёс. Очень вовремя. Там, где мгновение назад была моя голова, пуля нехилого калибра вскрыла асфальт. Скорее всего, снайпер из окон первого этажа. Я выставил автомат влево, почти на вытянутой руке, и дал короткую неприцельную очередь. Ответ пришёл мгновенно. Пуля выбила автомат. Кисть обожгло болью.

Сзади не умолкала мини-пушка Алёны.

Чужие пули били по кузову, как крупный град. Много попаданий пришлось в колёса. Но они держали.

Похоже, вместо обычной резины стояло что-то энергетически обработанное и самовосстанавливающееся. Непростую машинку приватизировал Тайво.

В поле зрения появился полупрозрачный тигр, готовый к прыжку. Для наших противников это стало неприятным сюрпризом. Бойцы у подъездов заметались. Я, стреляя из пистолета, успел положить четверых.

Место, где сидел саблезубый тигр, взорвалось от прилетевших пуль. Асфальт крошился. Пули проходили сквозь хищника, не причиняя тому вреда. Тигр лениво сел и принялся вылизывать лапу.

Стрельба на минуту стихла. Зато отборный мат из подъездов и окон сообщил, что противников много. Я уже готов был сорваться в ускорение, когда меня нашёл выстрел снайпера. Пуля чиркнула по голове. Я ушёл в нокаут. Сознание ещё отметило, как из укрытий выскакивают враги.

С трудом поднял пистолет, выстрелил в их сторону. Дальше сознание решило, что с него хватит, и провалилось в мой внутренний мир.

Но даже здесь оно требовало отдыха. Я дошёл до пустого источника. Не было больше ни бассейна Мудрости, ни накопленной предками энергии. Пришлось всем пожертвовать ради спасения Кэт и её матери. Оно того стоило!

Усевшись, я позволил себе впасть в глубокую медитацию.

Не знаю, сколько она длилась, но в какой-то момент перешла в сон. Вернулась способность слышать чужие мысли.

Сейчас я слышал Кэт. Интересно, откуда она здесь.

«Не знаю, что мама имеет против Миши. Но другого мужа мне не надо».

Дальше пошли мысли любопытные и одновременно очень неприличные. Я поспешил отгородиться. Молодое тело реагировало бурно.

Переключившись на другой поток, услышал Ордынскую:

«Ну как объяснить этой влюблённой дурочке, что парень чересчур мутный? От таких надо держаться подальше. А мне ведь с ним так и не удалось поговорить по душам».

Мысль оборвал взрыв, выдернувший меня из сна. Я почувствовал себя кошкой в барабане стиральной машины. Наконец всё устаканилось. Сняв с себя бесчувственную Кэт, я обнаружил, что нахожусь в кузове грузовика.

Только теперь он лежал на крыше.

Снаружи донеслись голоса:

– Ну чего внутрь лезть? Бросить пару гранат – и всё!

– Чего расселись, подъём! – Голос властный и злой. – Где минёр⁈

Дальше последовала длинная фраза на польском и удаляющиеся шаги.

Тут из-под тела Рысева выполз Вася и сразу начал его осматривать. Озабоченно сдвинутые брови санитара меня напрягли. Встретившись со мной взглядом, Вася просипел:

– Жив. К вечеру будет на ногах. А нас опять убивать, что ли, собираются? Капец.

– Где мы и как я сюда попал? – просипел я.

Вася тяжело вздохнул. Обвёл руками вокруг себя.

– Да вот, только-только показалось, что всё налаживается, и снова-здорово. Выехали из города, и получаса не прошло, как нарвались. Похоже, мина под колесо. Машину подбросило и перевернуло на крышу, – он поморщился. – А до того ещё веселее было. Пока ты выручал Алёну, нас в госпитале блокировал отряд москвичей, – продолжил он, не прекращая возиться с раненым. – Люди Троицкого. Требовали выдать Ордынскую. Она к тому времени уже пришла в себя.

Вася перебрался к бессознательному телу Ордынской и мрачно продолжил:

– Ольга Субудаевна собиралась выйти к ним. Но тут появился Тайво. Как всегда, вовремя. И вывел нас тайным ходом.

Он начал накладывать повязку на голову Ольги.

– Последовать за нами враги не смогли – их тормознули отряды самообороны. К тебе с Алёной успели в последний момент, – Вася устало откинулся на боковую стенку грузовика.

Было видно, что ему тоже прилично досталось при аварии. Вася прикрыл глаза и уставшим голосом продолжил:

– Удалось захватить Кирпича. Оказалось, что вы были в плену у его людей. Причём ты не приходишь в сознание, но живой. В общем, провели обмен. Привести тебя в сознание никак не получалось. Все уже запереживали. Ольга Субудаевна велела выдвигаться к Москве.

Вася замолчал.

А я, поднимаясь, прикидывал, сколько ещё поисковых пластин – таких, как передал Мышин, – настроенных на Ордынскую и на Кэт, находится у людей Троицкого? Выходит, где бы мы ни были, нас найдут влёт. Это здорово мешало.

Я ещё раз осмотрелся. Помог мощный потолочный фонарь, который теперь валялся на полу. На всякий случай сам проверил у Рысева пульс. Ровный. Нашёл взглядом монстрообразный автомат, из которого стреляла Алёна. Он лежал рядом с её неестественно вывернутой рукой.

Я свистнул, привлекая внимание Васи, и указал на Алёну. Тот, насколько позволял бардак, ползком пробрался к ней. Начал оказывать первую помощь. Я снял с разгрузки пару магазинов и присмотрелся к люку, – теперь он был над головой. Снаружи явно шла нездоровая суета.

Пора разобраться с этими нехорошими людьми.

Я открыл защёлку. Вошёл в ускорение. Крышка упала вниз, а я выскочил на днище машины.

Возле грузовика находились пятеро. Двигались они, как зимние мухи. Взгляд зацепился за броневик дальше по дороге. Первые выстрелы легли в него. Тот задымил. Я переключился на бойцов у машины. Один так и стоял с взрывчаткой в руках. Выстрелил в него.

Взрыв.

Меня сдуло с машины.

Ударился спиной о землю.

Боль.

Несмотря на контузию, в ускорении достал Ухнеба и положил последних врагов.

Когда вышел из ускорения, бессильно сполз по кузову грузовика. Сквозь затуманенный взгляд увидел, что от броневика идёт ещё один человек. Помотав головой, сумел сфокусироваться. Что-то знакомое.

Увидев трость с каменным набалдашником, вспомнил. Эмиссар Ассоциации Миров Некрополиса. Тот самый, которому я вручил ампулы мутагена.

Выжил, нехороший некромант.

Сил шевелиться не было.

Глава 13
Соперницы

– Ну вот мы и встретились, – недобро улыбаясь, проскрипел некромант. – Ты и все твои дружки ответите за свои преступления.

Сил не осталось даже на то, чтобы возмутиться от такого наглого обвинения.

Эмиссар сжал каменный шарик на трости, перемалывая его в пыль. Потоки некроэнергии стали расходиться от этого нехорошего товарища кругами, как по воде. А сам он, не теряя ни секунды, скользнул в портал.

Не знаю, из какого резерва я наскрёб силы, но поднялся. Раскинул руки. И пожелал всей душой защитить грузовик с друзьями внутри.

Основной поток впитывался в мой костюм, мимо проходили лишь крохи. В прошлый раз «Теневой хамелеон» глотнул некроэнергии и остался цел, хоть и перестал работать как раньше. Сейчас же на него разом обрушилась вся мощь удара Йорика. Такое ему не переварить. Ткань застонала и поползла лоскутами. Досталось и мне.

Слово привычно выдало информацию:

Произвожу консервацию 10% оставшихся нанороботов

для возобновления работы нанофабрики при поступлении энергии

Потом всё закончилось. Я стоял – вернее, с трудом держался на ногах, – в жутких лохмотьях. Медленно, со скрипом шейных позвонков, огляделся.

Некроэнергия выжгла круг метров сорок диаметром. Только чёрный песок, я и грузовик. Машина выглядела так, будто сто лет пролежала на дне моря.

Организм сдавался. Словно из меня по капле выдавливали жизнь. Каждое движение давалось с трудом. Я медленно сполз по ржавой стенке грузовика и сел прямо на чёрный песок.

Воздух передо мной подёрнулся рябью. Из неё соткались две фигуры. Лесник и выглядывающая из-за его плеча эльфийка Маша.

Даже в таком состоянии я удивился.

Лесник оглядел выжженную землю. Перевёл взгляд на меня.

– Плохо выглядишь, – пробасил он. – За небольшую плату могу помочь.

Маша сорвалась с места и через секунду уже была рядом. Её ладони засветились мягким зелёным светом. Эльфийка провела ими вдоль моего тела. Глаза её расширились, из них потекли слёзы. Судя по этой реакции, диагноз не внушал оптимизма.

Я подмигнул Маше, пытаясь подбодрить. Вышло не очень. Потом посмотрел на Лесника.

– А помочь по старой дружбе не судьба? Жаба душит?

На подколку тот даже бровью не повёл.

– Меня допустили на планету как торгового агента Межмирового рынка, – спокойно ответил Лесник. – Бесплатно я и чихнуть не имею права. Иначе санкции последуют такие, что мало не покажется.

Я скрипнул зубами от боли. Достал из инвентаря топорик. Артефакт послал мне радостную рожицу. До того счастливую, что аж скулы свело. Лесник неверяще уставился на артефакт.

Потом мир потемнел, и я провалился в чёрную пустоту.

Не знаю, через сколько открыл глаза. Судя по заходящему солнцу, день подходил к концу. Картина передо мной была до неприличия мирной. Горел костёр. На бревне спиной ко мне сидели Лесник и Маша и неспешно пили взвар, которым их потчевал Тайво. Мне даже завидно стало.

Прежде чем подать возмущённый глас страждущего, решил просмотреть мелькающие на периферии сообщения от Слова.

Состояние системы стабилизировано.

Энергетический резерв: 100%.

Популяция нанороботов: 100%.

Фабрика нанороботов: работает штатно.

Организм носителя восстановлен до 100%

Я мысленно смахнул сообщение. Появилось следующее.

Сила духа: 10 баллов. Сила мысли: 10 баллов.

Сила: 10 баллов. Сила холода: 10 баллов

Убрал и это. Прислушался к себе. Идеально. Оторвал спину от ржавой стенки грузовика, и тут же рядом оказался Тайво с кружкой горячего взвара.

Сделав глоток, я первым делом задал самый важный вопрос:

– Как там остальные? Все живы?

– Все живы, – флегматично ответил Тайво.

Дослушать подробности я не успел. Налетела Маша. Меня одновременно диагностировали, целовали, заливали слезами, о чём-то сумбурно спрашивали и пытались тискать, как плюшевую игрушку.

Тайво тактично ушёл к костру.

– Почему ты молчишь? – всполошилась Маша. – У тебя что-нибудь болит?

Я помотал головой.

– Скажи честно, – её ладони засветились для очередной диагностики.

– Честно, ничего не болит, – ответил я честно.

– Честно-честно? – повысила голос Маша.

– Да действительно всё нормально, – попытался я её успокоить.

– Не ври мне, – чуть не плача, закричала эльфийка.

Спустя пять минут допроса у меня даже заболела голова, о чём я немедленно сообщил. Меня тут же подлечили, и мы спокойно подошли к костру. Тайво и Лесник с трудом сдерживали смех.

– Так где остальные? – спросил я.

Лесник молча махнул в сторону шатра, который я до этого не замечал. Стоило отвести взгляд, и тот словно растворялся в окружающем мире.

– Шатёр кочевников, – пояснил Лесник. – Бытовой артефакт. Вошёл в список оплаты за топор. Потом сделаю твою личную привязку.

– Как там они? – надеясь на лучшее, спросил я.

– Все здоровы. Но после лечения будут спать примерно три часа, – после его слов я облегчённо выдохнул. Напряжение, которого и не замечал, наконец отпустило.

– Спасибо, – искренне сказал я.

Лесник кивнул и погладил топорик, который не выпускал из рук.

Тайво меж тем забрал пустую кружку и сунул мне банку тушёнки с гречкой. Уже разогретую. Запах шёл одурманивающий. Я собирался заняться едой, когда вдруг понял: что-то не сходится. Поднял голову.

– Тайво, а почему ты не спишь?

Вместо него ответил Лесник:

– Так я его не лечил.

Я вопросительно поднял бровь и уставился на Тайво.

– Пока грузовик после взрыва переворачивался, я выскочил из кабины, – Тайво пожал плечами, будто проделывал такое каждый день. – Отбежал подальше и ждал, пока ты всех убьёшь.

Маша ни на минуту не отходила от меня. Проблема возникла, когда мне понадобилось уединиться. Пришлось настаивать, и довольно резко. Своего я добился. Маша сделала обиженный вид, отстала и теперь лишь краем глаза отслеживала мои перемещения.

Мы не только плотно перекусили, но ещё и переоделись. Не знаю, где Тайво раздобыл комплект парадной формы внутренних войск, но сидела она идеально. Словно шили на меня. Понравилось всё, кроме пальто. Его я заменил курткой шамана. Тигр больше не появился. А жаль.

Видать, это не работает без пропитанного некроэнергией костюма «Теневой хамелеон», который полностью распался, впитав в себя удар Йорика.

– Ну, мне пора, – вздохнул Лесник. Встал, кивнул в сторону шатра. – Пойдём. Привяжу к твоей ауре. Кроме тебя, им никто не воспользуется.

Пока шли, я задал давно вертевшийся на языке вопрос:

– Как ты вообще так вовремя появился?

– Твоя Маша кого угодно достанет, – он тяжело вздохнул. – «Хочу к Мише, и точка». – Голос Лесника стал раздражённым. – Я от неё уже прятаться устал. Дальше сам разбирайся.

Мы подошли к шатру. Вблизи он казался ещё больше, – пара грузовиков разместилась бы свободно. Лесник достал пучок травы, провёл им по вышитой над входом руне.

– Руку приложи, – я приложил ладонь.

Что-то кольнуло кожу.

– Всё, – удовлетворённо кивнул Лесник. – Прикладываешь руку к руне, мысленно говоришь: «убрать». Свернётся в шарик размером с теннисный мяч. Зажимаешь мяч в руке, командуешь «развернись», и шатёр снова перед тобой.

Ночь опустилась тёмным покрывалом. Свет костра гонял по земле рваные тени. Мы помолчали.

– Ну, бывай. Окажешься на рынке, – знаешь, где моя таверна, – Лесник махнул рукой, и перед ним задрожал воздух.

– Постой! – поспешно окликнул я. – У меня тут сейчас большие проблемы.

Лесник открыл рот, собираясь ответить, но я не дал:

– Пускай Маша у тебя побудет?

– Нет, – категорично припечатал он и шагнул в рябь. До меня долетели последние слова:

– Молоденькие влюблённые дурочки… Нет уж. Мне внучки хватает.

Я только хмыкнул.

Из шатра вылетела Кэт. Я и моргнуть не успел. Она с разбега врезалась в меня, обхватила за шею и разрыдалась.

– Мишенька! Родненький! – Голос срывался. – Я испугалась! Тебя там нет! Думала, пропал!

Я машинально погладил её по волосам.

– Ну успокойся, – ласково начал я. – Всё будет хорошо…

В этот момент рядом возникла Маша. Очень недовольная Маша.

– Это кто? – прошипела она.

Кэт отстранилась, с прищуром посмотрела на Машу.

– Это кто? – почти тем же тоном спросила Кэт.

Я неожиданно захотел оказаться где-нибудь подальше. Из шатра тем временем повалил народ. Все бодрые и здоровые. Вот только приближаться к нам никто не спешил. Судя по лицам, они быстро оценили обстановку и решили держаться на безопасном расстоянии.

Кэт сердито ткнула пальцем в Машу.

– Миша, кто эта ушастая?

Маша мгновенно вспыхнула.

– Миша, почему эта дурочка на тебе виснет?

Кэт прищурилась и прошипела:

– Ты кто такая, чтобы у моего Миши что-то спрашивать?

Маша оскалилась в злой гримасе.

– У твоего⁈ Совсем сдурела! Миша мой!

Я тихо рыкнул, окинув их тяжёлым взглядом. Подействовало. Девушки одновременно захлопнули рты.

К нам подошла Ордынская. На лице её играла ехидная улыбка.

– Миша, рада тебя видеть, – она глянула на эльфийку. – Представишь нам свою гостью?

Я сделал несколько дыхательных упражнений. И только потом заговорил:

– Маша, принцесса эльфийского народа Дубравы. Именно она привела помощь, когда нас чуть не убили.

Маша одарила всех взглядом представителя высшей расы. Я быстро закрыл рот, чтобы не наговорить лишнего. Развернулся и пошёл к костру.

За спиной прозвучал синхронный возмущённый возглас двух девушек:

– Миша, ты куда?

Даже интонации совпали. Я повернулся и одарил их фирменной улыбкой. Эффект не заставил себя ждать. Обе, сглотнув, замолчали, а стоявшая рядом Ордынская заметно напряглась. Выставила руки вперёд:

– А вот этого, Миша, не надо.

Я перевёл взгляд на Алёну.

– У тебя в замке найдутся две комнаты с хорошими замка́ми? – раздражённо спросил я.

– Найдутся, – Алёна удивлённо приподняла брови. – А зачем?

– Запереть двух… – Я взял паузу, подбирая правильное слово, – дам. Чтобы не мешали делом заниматься.

После чего быстро развернулся и пошёл к костру.

Постепенно весь наш небольшой отряд собрался у огня. Я первым делом покосился на подозрительно спокойную троицу.

Маша, Ордынская и Кэт. Причём сидели они на дальнем бревне именно в таком порядке. Ольга Субудаевна что-то негромко втолковывала девушкам, а те внимательно слушали. Чувствую, ещё нахлебаюсь от этих дам.

Рядом устроился Мышин.

– Как там Плутарх? – спросил я.

– Паршиво, – мрачно ответил он.

Похоже, мыслями князь был далеко.

– Василий, – негромко позвал я. Он поднял взгляд. – Я уверен, твои сёстры живы, и мы их вытащим.

Мышин посмотрел мне в глаза. Потом кивнул.

– У Плутарха отец в коме, – продолжил он. – В финансах бардак. Родня уже делит наследство, – Мышин поморщился. – Когда Плутарх узнал, что мы едем в Москву, тоже решил перебраться в подмосковное имение. Очень хочет с тобой встретиться.

Разговор прервал Тайво, подавая каждому саморазогревающиеся банки. По лагерю распространялись запахи мяса и специй. Очень вкусно.

К нам подсели Ордынская, Алёна и Рысев.

– Что произошло после взрыва? – спросила Алёна.

Я бросил взгляд на оставшихся вдвоём Кэт и Машу. Те дружелюбно и оживлённо что-то обсуждали. Меня явно ждут тяжёлые времена. Но это впереди. А пока я кратко рассказал о схватке с некромантом и о догадке, что нас находят через артефакт, настроенный на Ордынскую и Кэт.

В этот момент подбежал один из гвардейцев.

– Князь, разрешите обратиться.

Непривычное для меня обращение. Но надо подстраиваться под реалии времени.

– Докладывай, – кратко ответил я.

– Грузовик полностью выведен из строя. Броневик на дороге – только на металлолом. Движения на трассе нет.

Похоже, пора подумать об альтернативном транспорте. Движение по трассе слишком предсказуемо. А прорываться через засады очень утомительно.

– Тут в километре Бологое, – неожиданно сообщил Тайво, – со станции на Москву пригородные электрички ходят.

– И сейчас ходят? – удивилась Алёна.

Тайво пожал плечами и стал собирать пустые банки. Рысев позвал гвардейца, уточнил направление и отправил на разведку.

Я понял, что выдалась спокойная минутка. А значит, можно по-нормальному поспать. Позёвывая, строго посмотрел на Кэт и Машу. Обе сделали вид, что они ни при чём, и вообще белые и пушистые.

– Если кто-нибудь не по делу меня разбудит, – воцарилась тишина, – то у меня есть одна знакомая йогиня. Отправлю виновника к ней в Индию.

Отвисшие челюсти стали мне наградой. Первой пришла в себя Ордынская, как самая опытная в общении со мной.

– Миша, а ты кто? – ласково спросила она. И, на мою приподнятую бровь:

– Знакомая эльфийка, знакомая Игрок в закрытой для всех Индии. Пачками убиваешь высших сущностей…

– Медведев, – рыкнул я. – И, как истинный медведь, очень не люблю, когда меня будят.

Развернувшись, направился к шатру.

Впервые за долгое время я выспался без снов и чужих мыслей. Открыв глаза, понял, что двигаться и геройствовать не хочется от слова совсем. Лёжа на спине, блаженствовал под лёгким пледом. Потянулся.

Слева кто-то недовольно засопел. Я насторожённо повернул голову. Кэт. Посмотрел вправо. Маша.