Текст книги "Темнота в окне напротив (СИ)"
Автор книги: Вивиана Торн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
54
Хантер
Я несколько долгих минут смотрю на маячок в приложении, который показывает местоположение Эстер в женском туалете.
Я мог бы пойти за ней, но она просила меня подождать здесь.
Я все еще надеюсь сохранить в себе лоскутья грин-флага. Просто на будущее.
Почему ее нет так долго?
Не выдерживаю, подлавливаю ее подругу Софию, которая проходит мимо, мило разговаривая с Натаном, моим другом, одетым в костюм Посейдона. Возможно, между ними что-то есть, но сейчас мне на это совершенно плевать.
Останавливаюсь напротив Софии и заглядываю ей в глаза.
– Мне нужно, чтобы ты проверила Эстер. Она уже более десяти минут не выходит из туалета. – заявляю я.
Брови Натана и Софии одновременно взлетают вверх.
Они молчат.
Натан морщится в недоумении, а вот София сначала прикрывает рот рукой, словно вспомнив что-то важное, а потом издает смешок.
– Что смешного? – грозно спрашиваю я, делая шаг к Софии, но Натан тут же встает у меня на пути.
– Остынь. – рычит он, явно защищая свою новую пассию.
– Она тебе еще не сказала? – широко улыбается София и тут же закрывает рот обеими руками. – Ой, прости, это должна тебе сказать она сама.
Я моргаю.
Сейчас меня бесит все, включая ракушки на корсете Софии.
– Сказать что? – я на грани, потому что мне не важно, что собиралась сказать Эстер. Мне важно увидеть ее сейчас прямо передо мной.
София не скрывает улыбки, и это раздражает. Она машет руками в примирительном жесте.
– Я… не могу… Не могу тебе сказать. Такие вещи должна сообщать главная виновница. Но не переживай, с ней точно все хорошо, Хантер. Можешь быть спокоен. Она просто кое-что проверяет. Она сегодня целый вечер это проверяет, и это требует времени… Так что просто наберись терпения. – София вновь ухмыляется.
Я выдыхаю, но вместе с воздухом из груди выходит рычание. Зубы скрипят от напряжения.
– Ты уверена, что с ней все в порядке? – переспрашивает Натан Софию.
– Да, более чем уверена. – кивает София с загадочной улыбкой, а мне сейчас хочется разрушить гребаный шатер, выпустить на него весь гнев бога войны.
Проходит еще десять минут, в течение которых я не дышу, не моргаю и вообще перестаю жить.
Единственное, что я делаю, – это стою над душой Софии, сверля ее взглядом.
– Ладно. Я схожу ее проверить. – наконец-то соглашается она и тянет за собой Натана.
Я остаюсь один, как пес, ждать свою Афродиту там, где она меня оставила.
Греческий бог Арес никогда не падал так низко.
Мысленно я уже представляю, каким способом накажу Эстер, когда она появится рядом. Нет… Она не будет мне ничего говорить или объяснять. Сначала я оттрахаю ее как положено.
Мой телефон взрывает звонок от Натана.
– Черт, Хант. – от его тона кровь в теле леденеет. – Ее здесь нет.
Я проверяю приложение. Оно указывает, что Эстер в туалете.
– Она должна быть там. – сердце ухает в пятки.
– Здесь ее сумка и телефон. Мы еще нашли девчонку без сознания, сейчас ждем скорую…
Натан продолжает говорить, но я ничего не слышу.
В ушах стоит гул.
Он сводит с ума.
Моя Эстер пропала.
Черт…
Я еще никогда не был в таком бешенстве, меня шатает, словно почва уходит из-под ног.
Что-то было во взгляде Эстер, что меня тревожило.
Замечаю неподалеку Итана Бергера в костюме Ориона с искусственной шкурой льва на голове и плечах. Он обнимает побледневшую и дрожащую Ливию в белой тунике и костюме Артемиды.
Она выглядит испуганной, словно увидела мертвеца. Что-то произошло. Может, эти двое что-то знают.
– Где Эстер? – я осматриваю каждого поблизости, даже двух телохранителей Ливии, которые сегодня явно не на работе.
На их шеях висят ошейники с цепями, прикрепленными к кожаным браслетам на руках Крис, королевы нашего кампуса. Сейчас не время разбираться, что это все значит.
Мне нужна Эстер.
Немедленно.
Она не могла исчезнуть.
У меня ощущение, что, если я ее не увижу в следующие пять минут, то начну убивать.
Рядом появляется София. В ее руках знакомая сумочка.
Перестаю соображать, потому что эта сумочка должна была быть на Эстер. Выхватываю и прижимаю к себе то, что осталось.
– Я нашла это в пустой кабинке. Мне кажется странным, что Эстер оставила свои вещи в туалете… – теперь София выглядит потерянной.
Она больше не улыбается.
Сжимаю зубы, чтобы не наорать на нее. Мне вообще казалось странным, что Эстер была в туалете так долго!
Хочется кричать: «Я же говорил!» Потому что я говорил. Но и я сам облажался. Я чувствовал, что-то не так…
Моя интуиция меня не обманула.
– Где Эстер? – нервно вскрикивает Ливия.
Она дрожит всем телом.
Итан обнимает ее, чтобы унять паническую атаку.
Мне, конечно, жаль, что с Ливией такое происходит, но мне нужна… Эстер.
Достаю из сумочки Эстер телефон и ввожу пароль. Проверяю последние сообщения в поисках зацепки.
Незнакомый номер.
Фото. Видео. Сообщения.
Мне становится не по себе.
Мою будущую жену посмели шантажировать? И, твою мать, нашими интимными видео?
Кем бы ни был этот человек – он труп.
Какого черта у него все это?..
Почему Эстер мне не сказала?
Голова пухнет от вопросов и летающих в ней мыслей.
Я немедленно отсылаю сообщения Серджо, чтобы он вычислил ублюдка.
Труп. Труп. Этот идиот станет трупом.
Где Эстер?
Мне нужно найти Эстер.
До меня доносится ослабевший голос Ливии.
– Додо… Лучо… – обращается она к своим телохранителям-церберам, которые сегодня отлично снюхались с Персефоной-Крис. – Найдите ее немедленно. Я боюсь, что ее могли похитить.
Я столбенею от этих слов.
Потому что одно дело – предполагать, что твою любимую. Другое – слышать это от других. Я бы предпочел не слышать этих слов.
Я готов сорваться с места, но куда?
Пока судорожно соображаю, кто и куда мог увести Эстер, ко мне подходит Итан вместе с телохранителями Ливии.
Я готов их убить.
Точнее…
Я готов убить каждого, кто сейчас приблизится ко мне.
Внезапно из сумки Эстер, которую я сжимаю в руках, что-то выпадает. Итан опережает меня. Поднимает вещь с земли и замирает с открытым ртом.
Похоже, мое сердце перестает биться.
Итан внимательно разглядывает пластиковую штуку, которая по очертаниям и окрасу напоминает мне разрекламированные тесты на беременность… Я знаю, потому что стал к ним присматриваться и уже прикупил несколько на случай, если они понадобятся Эстер. Чтобы они были у нас под рукой.
– Каццо*. – единственное, что произносит Итан, и рвано выдыхает.
Я не выдерживаю и вырываю тест из его рук.
Две полоски.
Две полоски.
Две полоски.
Шум карнавала вокруг смазывается, а желудок завязывается в тугой узел. Я заглядываю в тесную сумочку Эстер и нахожу еще несколько тестов на беременность. Проверяю дрожащими вспотевшими руками.
Они все положительные…
Вот что должна была сказать мне Эстер и на что намекала София.
Моя будущая жена беременна.
***
*Каццо (cazzo) – распространенное итальянское ругательство, аналог русских выражений «черт», «твою мать», «вот дерьмо». Буквально означает «член», но в живой речи обычно используется как эмоциональное междометие.
55
Хантер
Эстер беременна.
Вот что имела в виду София.
Эстер должна была сказать мне об этом.
Мир рассыпается на острые осколки, которые уничтожают мое самообладание.
Я никогда не ощущал такого страха. Словно летишь в пропасть, слишком поздно осознав, что у тебя нет подстраховки.
– Спокойно. – На плечо мне опускается тяжелая рука телохранителя Ливии.
Вроде… его зовут Додо.
Не помню.
Я настолько сосредоточен на воспоминаниях о последних минутах, стараясь осознать произошедшее и найти зацепку, что забываю собственное имя.
Рычу на парня, словно раненый зверь, который перестает понимать, кто ему друг, а кто враг.
– Эй… Полегче. – С явным сицилийским акцентом шипит парень.
От него исходит чистая опасность, но не враждебность. Вытатуированный, как и его брат. От обоих веет мафией.
– Объясни, что произошло. – приказывает он.
– С какой стати тебя это интересует? – бросаю в ответ, пока часть меня отсчитывает потерянные секунды.
Додо ухмыляется совсем не по-доброму. Как настоящий садист или маньяк.
– Потому что, если это как-то связано с нами, если понадобится, мы спустимся в ад, чтобы достать ублюдка. – говорит другой цербер. Лучо.
Шумно выдыхаю.
Похоже, сегодня мне точно придется побывать в аду.
Хочется уничтожить этот мир. Если бы я действительно был богом войны, то вокруг меня бы уже все пылало. А пока я сжигаю только самого себя изнутри.
– Хант, расскажи им все. – говорит подоспевший Итан. – Возможно, это как-то связано с Ливией.
И с каких пор он доверяет этим церберам, которые неделю назад чуть не пустили ему пулю в живот?
– С Ливией? – цежу я Итану, потому что не понимаю, как происходящее может быть связано с его возлюбленной. – Это, черт возьми, не с Ливией связано. – отрезаю я. – Этот кольоне шантажировал Эстер. Извращенец снимал нас во время секса. Он расставил камеры в ее доме. – Я сжимаю в руках телефон, не решаясь показать парням.
Опять смотрю на тесты на беременность.
Сожаление надавливает на грудь и мешает сосредоточиться.
Дурак.
Надо было просто взять Эстер. Связать. Приковать к себе.
За эти две недели я по своей глупости превратился в гребаный грин-флаг.
Никогда больше ее не отпущу… Если найду. Найду. Я обязан ее найти.
Обвожу взглядом собравшихся друзей и веселящихся людей. Целый гребаный город пьяных людей в масках и костюмах!
Черт…
Даже если сейчас поднять на уши всю полицию, они не станут действовать. Будут ждать утра. Для них недостаточно простого шантажа в сообщениях, чтобы остановить весь карнавал и взяться за поиски. Судя по сообщениям он хотел «просто поговорить»… Здесь нет явной угрозы жизни… Да даже если бы и была… Рабадан не остановить.
Нет…
В этот раз я не буду ждать полицию.
Мне нужно действовать.
Если у этого ублюдка видео из дома Эстер, значит, урод спокойно мог проникать в ее дом.
Не в силах терпеть, я дергаюсь в сторону, желая отправиться на поиски.
– Стой. – рычит Лучо. – Мы с тобой.
– Я же сказал, это не имеет отношения к Ливии. – На самом деле я не хочу, чтобы эти псы повели меня по ложному следу или сбили с толку.
Мне нужно сосредоточиться.
– Даже если это так, мы должны в этом убедиться. Сестрица приказала нам найти Эстер. И мы сделаем это. – угрожающе выдавливает мне в лицо Додо.
Сестрица?
Я впервые слышу, чтобы телохранители называли своих клиенток «сестрицами».
Бросаю взгляд на бледную и дрожащую Ливию. Какие бы темные секреты ни скрывала девушка Итана, я уверен, что это не связано с Эстер. Церберы просто почуяли запах горящей плоти и жаждут получить свою порцию. Не удивлюсь, если они убивали, и не раз.
– Один вопрос. – хрипло шепчет Додо, приобнимая меня за плечо так, словно мы с ним лучшие друзья. – Ты… собираешься подключать полицию?
– Это какая-то гребаная шутка? – отвечаю я. – Здесь они ни за что ее не найдут. Пока я буду давать показания… – давлюсь словами, представляя, что только может случиться с Эстер до утра, пока она будет находиться с ублюдком, посмевшим шантажировать ее интимными видео.
– Правильный выбор. – с какой-то жуткой уверенностью произносит Додо, и от его зловещей улыбки становится не по себе даже мне.
– Мы найдем ее, Хант. – Итан Бергер хлопает меня по плечу, пока Додо и Лучо отходят к Ливии.
Я набираю Серджо, чтобы узнать, есть ли у него новости по номеру телефона.
В этот момент заявляется гребаный идиот Алек Вондерберг в костюме Диониса.
– Эй… Хантер… Или кто ты. – Он пьян и, похоже, ищет себе неприятностей. – Арес, мой любимый и самый опасный бог войны. – тянет Алек и толкает меня в плечо. – Разве вы с Эстер не вместе? Я просто удивлен, что она теперь ходит под ручку с каким-то парнем в маске.
Не выдерживаю.
Хватаю шатающегося фейкового Диониса за горло, чтобы он не рухнул на брусчатку, усыпанную конфетти.
– Повтори. Где ты их видел? – выдавливаю ему в лицо.
Все вокруг замирают в ожидании ответа.
Алек несколько бесконечных секунд пытается сфокусировать взгляд. Икает как последний пьяница. Вообще, я могу ему доверять?
– Возле Манора. – отвечает он, называя один из торговых центров.
Я отталкиваю Алека и уверенным шагом иду в сторону Манора.
Правда это или нет, пока это единственная зацепка.
Судя по всему, Алек был там минут пять назад, если этот придурок не останавливался, чтобы пристать к каким-нибудь девчонкам.
По пути опять вызваниваю Серджо, потому что предыдущий звонок пришлось прервать из-за Алека.
– Это вопрос жизни и смерти. – говорю я. – Найди немедленно, кто обладатель этого номера. Где он. Я хочу знать, где этот ублюдок.
– Спокойно, Хант. Я все понимаю. – отвечает Серджо. – У меня глубокая ночь. Мои люди уже спят, но не переживай, ты же знаешь, я никогда не подвожу.
Он зевает…
Твою мать, он зевает мне в трубку.
– Он похитил мою будущую жену. – в моем голосе звучит отчаяние. – Мою беременную будущую жену.
Пауза.
– Понял. Работаю. – сосредоточенный тон Серджо дает надежду, что этот парень действительно меня не подведет.
Отключаюсь.
Внутри все клокочет.
Иду к Манору, разыскивая Эстер, но вскоре становится понятно – это пустая трата времени, потому что Эстер здесь нет. Возможно, и не было. Возможно, пьяному Алеку это просто показалось.
Руки тянутся к телефону, чтобы напрямую позвонить ублюдку, но есть риск, что он избавится от устройства, как только до него дойдет, что я могу его выследить.
Серджо перезванивает через три минуты.
– Роберт Туччи. Тебе это имя что-то говорит? – его голос звучит бодро.
– Да. Оно говорит, что он труп. – я крепко сжимаю зубы и резко разворачиваюсь, чтобы направиться к выходу из карнавального городка.
Роб…
Я вспоминаю его лицо в тот вечер, когда он попался в казино отца, в ресторане с родителями Эстер… Как он смотрел на нее.
Он труп.
– Мой человек работает над локализацией, но нужно время. Не могу обещать. Это не совсем легально, понимаешь? – что-то втирает мне Серджо.
А мне плевать. Это детский лепет по сравнению с тем, что мне хотелось бы сделать с Робом.
Звоню в казино, где у меня осталась копия документов Роба. Вызваниваю своих, чтобы караулили его у дома. И в кои-то веки я рад, что у отца собралась подобная команда.
Замечаю, что Итан и церберы следуют за мной по пятам. Они оперативно берут данные Роба и объявляют его в негласный розыск.
Если все закончится хорошо… я отблагодарю их. Обязательно.
Когда мы добираемся до парковки, где я забираюсь в свой внедорожник, а Итан с церберами – в свой, я уже знаю номер машины Роба и то, что этот ублюдок неделю назад закупился в хозяйственном магазине цепями, веревками и другими сомнительными принадлежностями. Страшно подумать, зачем изнеженному аристократу это все.
Тревога только усиливается.
Больной ублюдок.
Как мать Эстер могла даже подумать, что Роб будет достойной парой для дочери?
Черт… Эстер беременна.
– Мы будем ехать за тобой. Если что узнаю – скажу. – сообщает Итан.
Я впервые в такой растерянности и… раздрае.
Даже начинаю подумывать, что, возможно, и стоит обратиться в полицию, но тогда я не смогу закопать труп ублюдка.
От него изначально веяло падалью. Склизкий тип Роб, любитель поснимать на камеру.
Извращенец.
Звонок от Серджо. Молюсь, чтобы у него были хорошие новости, потому что мои люди пока еще в дороге, ищут, прочесывают город и окрестности. Но что, если Роб увезет Эстер в лес в неизвестном направлении и причинит ей боль? Я не могу медлить.
– Он приближается к Лугано. – выпаливает Серджо.
Я тут же разворачиваю машину, и плевать на двойную сплошную. В зеркало заднего вида я вижу, как Итан Бергер следует за мной.
В груди появляется надежда.
Я найду ее.
Ублюдок заплатит.
– Ты будешь мне должен. Очень-очень много должен. – бормочет Серджо.
– Я не в настроении. Заплачу тебе в два раза больше, если с ней все будет хорошо. – рявкаю в ответ.
На самом деле я готов отдать все, что у меня есть.
– Остынь. – продолжает Серджо, попутно сообщая о передвижении Роба. – Тебе нужна холодная голова. Соберись, Хант. Постарайся избежать убийства.
Ага. Меня совсем не устраивает подобный вариант. Тело требует крови.
Мчусь по автостраде в сторону Лугано, надеясь, что смогу перехватить ублюдка. Серджо координирует.
В голове всплывают самые жуткие пытки из истории человечества. Но у меня не хватит терпения. Я просто его убью за то, что посмел похитить Эстер и к ней прикоснуться.
– Он остановился… – растерянно произносит Серджо, и мне не нравится тон его голоса.
– Что значит остановился?
Слышу протяжный выдох.
– Говори! – теряю я терпение.
– Эй! Я не телепат! – возмущается Серджо. – Он стоит на обочине, у фуникулера Монте-Бре.
– Но фуникулер не работает ночью! – мой голос срывается.
– Я не знаю, Хант. Может, Туччи не в курсе, может, он просто избавился от телефона…
Нет…
Я не хочу ничего слышать.
Когда подъезжаю к фуникулеру, то отчаяние накатывает с новой силой. Ублюдок все-таки выкинул свой телефон. Я нахожу его с потрескавшимся экраном на дороге.
Рядом останавливается Итан.
– Что? – орет он мне.
Я показываю разбитый телефон. Сжимаю его в трясущейся руке, чувствуя, как он хрустит в руках.
Теперь возможность быстро найти Эстер стремительно снижается.
Молча сажусь за руль машины.
Я найду Эстер, даже если мне придется разобрать всю гору Монте-Бре по камешкам.
Я найду мою Афродиту.
Роб труп.
56
Внимание: глава содержит сцены насилия, похищения и эмоционально тяжелые эпизоды.
Эстер
Роб выкидывает свой телефон из окна, и моя надежда, что Хантер найдет мой телефон, увидит переписку, и додумается вычислить мое местонахождение исчезает в темноте ночного горного леса.
Я слишком долго пялилась на его телефон, наверно, это и натолкнуло Роба на идею избавиться от своего смартфона.
– Роб… Тебе не обязательно это делать. – На моих руках бряцают наручники, я опускаю взгляд на окровавленное платье. Каждая попытка вырваться или закричать стоила мне пореза. Неглубокого, но пореза. – Мы можем… просто быть друзьями.
Глупо, но я стараюсь звучать спокойно, даже если голос дрожит. Я должна убедить Роба, чтобы он отпустил меня, одумался. Разум пытается подобрать слова.
В какой-то части мозга я понимаю – мои шансы, что Роб сделает это добровольно, стремительно снижаются.
Я совершила грубую ошибку, когда поверила его словам и что он хочет просто поговорить.
Глупый мозг искал способ зацепиться за что-то нормальное в этой ситуации и решил, что надежда на благоразумность Роба – лучший вариант.
Но Роб не благоразумен.
Он безумен. И он не собирается просто поговорить.
Он везет меня в свою летнюю студию. Я узнаю дорогу, и это меня не радует.
– Брось, Эстер. – отвечает Роб. – Я знаю, что тебе нравится… Знаю, что ты хочешь пожестче. Я тебе это устрою. Я приготовился.
Он дотягивается рукой до моего подбородка, крепко стискивает его. Машина начинает вилять по безлюдному серпантину, и в который раз за весь путь мне страшно, что Роб просто не справится с управлением, и мы улетим в обрыв.
– Роб… У тебя вся жизнь впереди. – продолжаю я.
– Нет у меня жизни! – резко вскрикивает он. – Ее отнял у меня Хантер. Он забрал у меня тебя и даже любовь отца… – Роб смолкает почти на минуту. – Но я все исправлю, Эстер. Ты будешь моей.
Сколько ярости в его голосе…
Сглатываю слезы.
Лишнее слово – и я его спровоцирую. Опять.
Я уже вывела Роба из себя, когда попыталась сбежать – по дороге к машине он пару раз приложил меня к каменной стене какого-то здания, и я все еще чувствую гудение в голове и резкую боль каждый раз, когда пытаюсь открыть рот и что-то сказать.
Мозг теперь решает, что мне лучше просто быть послушной. Возможно, это успокоит Роба, усыпит бдительность. И, в конце концов, мне просто нужно выжить.
Хантер найдет меня. Уже ищет.
Мы подъезжаем к знакомой мне летней студии Роба.
Вокруг тишина и глухой лес.
Роб выходит из машины, а я чувствую подступающий ужас при его приближении.
Вздрагиваю, когда пассажирская дверь распахивается.
– Идем, Эстер. – натянуто и неестественно улыбается Роб. – Я покажу тебе твой новый дом.
Зубы сводит от его самоуверенности.
Жалею, что не сказала Хантеру о том, что, когда ездила забирать Ньютона, была у Роба. Он бы тогда точно запомнил это место.
А теперь…
Теперь мне нужно просто потянуть время и послушно выполнять прихоти Роба, пока Хантер меня не найдет либо пока этот безумец не решит меня отпустить.
Медлю.
Роба это выводит из себя, и он звереет. Хватает меня за плечи, вытаскивает из машины и толкает на землю.
Откуда в нем столько злости?
Что я ему сделала?
– Знаешь, мы можем начать с прелюдии. – посмеивается Роб несвойственным ему смехом.
Он открывает багажник, и пока я пробую встать, слышу, как Роб достает оттуда что-то позвякивающее. Цепь.
Облизываю пересохшие губы. Собираю всю силу в кулак, встаю на ноги и…
Падаю, когда Роб швыряет в меня тяжелую цепь. Она сбивает меня с ватных ног.
– О, вижу, ты не против поиграть. – нервно смеется он.
Меня тошнит.
Роб подходит ближе.
– Ты… Что ты собираешься делать? Хочешь меня убить? – я выгляжу ущербно, распластанная на каменистой поверхности, с впивающимися в запястья наручниками.
– Нет. Я просто… хочу тебя себе. – Его глаза неестественно блестят. Он одержим.
– Но если ты не оставишь мне шанса, Эстер, я убью тебя и сделаю так, чтобы в этом обвинили Хантера. Поэтому, в твоем интересе быть покорной. – С этими словами он жестоко и несколько раз обвивает мою шею тяжелой цепью.
Становится нечем дышать. Я хватаюсь за цепь руками, пытаясь ослабить натяжение.
Он точно меня убьет.
Нет.
Я не могу умереть.
Во мне ребенок Хантера. Нет… Я не сдамся просто так. Я выберусь.
Тело становится отчужденным. Разум холодеет и ищет способ выжить.
– Ну же… Эстер. Я знаю, что тебе нравятся цепи. Или ты думала, что я не догадаюсь, каким образом он оставлял на твоем теле те отметины? Хантер разве что только в зад тебе их не запихнул.
Я жадно заглатываю воздух и ломаю ногти о сжимающее мое горло железо. Нет…
Цепи Хантера никогда не ощущались такими.
– Какая же ты шлюха, Эстер. Я мог дать тебе все. Но теперь ты получишь то, чего заслуживаешь. Посмотрим, как тебе понравится это.
Роб встает и, пока я трепыхаюсь, идет вперед, к дому, держа в руке цепь. Она утягивает меня за собой. Лицо встречается с землей и камнями, но Робу все равно. Он тащит меня так, словно я какое-то пристреленное животное.
Не могу кричать. Не могу дышать.
В глазах темнеет, и я почти теряю сознание. Кажется, у двери Роб подхватывает меня и затаскивает в дом.
– Теперь ты видишь? Видишь, во что меня превратила? – он ходит вокруг, цепляясь за волосы.
Чувствую, как слезы льются по щекам. Сквозь пелену и опухшие глаза я пытаюсь осмотреть помещение. Слишком тусклый свет. Я на полу, на ковре. Похоже на зал. Рядом диван. Телевизор… Мне нужно что-то, чтобы я могла себя защитить… спрятаться.
Едва могу дышать. Если Роб еще потянет за цепь… то он меня придушит. Но пока он просто кружит надо мной, словно стервятник. Я устала.
– Это все ты, Эстер. Ты сделала меня таким. – продолжает Роб, но мне уже все равно. Единственное, что волнует, – это возможность выжить и сохранить… зародившуюся жизнь.
– Ты простишь меня. Ты полюбишь меня. Ты забудешь о нем. – Роб садится на диван напротив меня и погружается в какой-то транс.
От этого страшнее.
Возможно, он отчасти начинает понимать, что произошло. Что, черт возьми, пути назад нет.
Внезапно Роб встает и громкими шагами идет к холодильнику, достает оттуда какую-то бутылку, возможно, вина, открывает и пьет. Я пользуюсь моментом, чтобы ослабить цепь на шее, пока он не видит.
Роб возвращается на диван. Молча смотрит на то, как я, едва шевелясь, отползаю в сторону, к стене. Мое тело онемело от ужаса, ран и нехватки кислорода.
– Я тебя трахну. Сейчас. – решает Роб и отставляет бутылку. – И ты будешь стонать, как послушная шлюха.
Он встает.
Приближается.
По телу пробегает дрожь, и я извиваюсь.
Роб опускается передо мной на колени, сокращает расстояние между нашими лицами. В его взгляде чистое безумие. Там больше нет Роба.
– Пожалуйста, не делай этого. – умоляю я, но он дергается вперед, завладевая моим ртом.
Смыкаю губы. Меня охватывает приступ тошноты, и я не могу сдержать рвотный позыв от едкого вкуса алкоголя, которым пропитан рот Роба.
Он отстраняется, и в следующую секунду я слышу громкий шлепок. Комната вращается. Во рту появляется привкус крови.
– Тебя не будет тошнить от меня. Ты привыкнешь. Ты поймешь, что я лучше Хантера. Не сопротивляйся мне, Эстер. – Еще один удар.
Он оглушает.
Вновь чувствую мерзкие губы Роба.
Чего он добивается? Чтобы я потеряла сознание, и у меня больше не было сил ему противостоять?
Внутри что-то обрывается.
Надежда, и без того слабая, исчезает.
Меня не найдут. Я сама виновата в том, что происходит.
Роб… прав.
Перед глазами мутнеет. Я чувствую себя такой обессиленной, что просто не в состоянии сопротивляться. Так было всю мою жизнь. Я всегда принимала ситуацию и старалась быть послушной. Когда родители меня упрекали, когда преподавательница танцев меня избивала…
Я стала сопротивляться только тогда, когда в моей жизни появился Хантер.
Но сейчас…
Черт…
Сейчас во мне его ребенок.
Я всхлипываю и нащупываю на пальце обручальное кольцо.
Нет. Не сдамся. Хантер найдет меня.
Роб вновь лезет ко мне с поцелуем. Я пытаюсь его оттолкнуть.
– Эстер… Не сопротивляйся, я сказал!
О нет…
Это звучит совсем не так, как когда Хантер просит меня быть послушной. Запах алкоголя, исходящий от Роба, вызывает новый приступ тошноты.
Он впивается мне в волосы и притягивает к своему лицу:
– Сучка, ты дашь мне себя трахнуть, либо я порежу тебя на части!
Я знаю, что Роб в этот момент не шутит.
Он уже перешел грань и теперь падает все ниже и ниже. Он – сумасшедший, и для убедительности берет нож и приставляет к моей шее.
Если бы только мама видела это. Продолжила бы она настаивать на нашем с Робом браке?
Безумные глаза останавливаются на кольце. Он тянется к нему и пытается снять.
– Сними это, или я начну с того, что отрежу твой палец с этим гребаным кольцом! – орет Роб.
– Нет… – хриплю я.
Инстинкт самосохранения требует, чтобы я поддалась. Сняла кольцо. Это просто кольцо. Из груди доносятся хриплые рыдания.
Это кошмар… но я не могу его отдать…
Глупо.
Роб убьет меня.
Я чувствую порез на руке. Мне удается ударить Роба в подбородок так, что его голова запрокидывается кверху.
А потом… потом Роб отдаляется.
Я все еще извиваюсь, хныча и скуля, пока слышу тупые удары.
Замираю.
Сквозь слезы замечаю грозного древнегреческого бога, который короткими, но резкими, четкими ударами уничтожает лицо Роба. Я слышу, как хрустят и ломаются кости.
Пытаюсь понять, не галлюцинация ли это?
– Хантер… – шепчу я, но разъяренный бог войны меня не слышит.
Его лицо непроницаемое и холодное. Пугающее.
Ярость направлена на скулящего Роба.
Хантер убьет его.
Испытываю противоречивые чувства, особенно когда Хантер поворачивается ко мне, и мы встречаемся с ним взглядом.
Теперь я вижу всю его темноту. Хантер готов на убийство ради меня.
Повисает молчание. Слышу только легкий шорох оседающего безвольной кучей тела Роба и свое трепещущее сердце.
Хантер ударяет его еще раз и оставляет на полу. Он двигается ко мне медленно и осторожно, как будто боится спугнуть.
Ко мне подходит самый угрожающий мужчина, которого я когда-либо видела, но ощущается он темным и беспощадным ангелом, спасшим мою душу и тело.
– Хантер… – выдавливаю я шепотом.
Он подходит ко мне.
Дрожащими и окровавленными пальцами тянется к моему лицу, но не дотрагивается, словно боясь причинить боль. Его беспощадность сменяется ужасом. Хантер бледнеет.
– Эстер… – в растерянности он прикасается к душащей меня цепи, затянутой на шее.
Я шевелю губами, но звука не произношу. Пытаюсь ему улыбнуться сквозь текущие по лицу слезы. Кажется, что собираюсь смыть ими следы от поцелуев Роба.
– Я здесь, Эстер. – Он громко сглатывает и, похоже, давится словами.
Осматривает мое ослабевшее тело.
– Я… беременна, Хант. – хриплю я и даже не понимаю, почему говорю ему это именно сейчас. Наверное, потому что боюсь умереть, так ему об этом не сказав? Но если я умру, какой в этом будет смысл?
Нет.
Я не умру.
– Я нашел твои тесты, цветочек. – Хантер смотрит мне в глаза. – Ты станешь прекрасной мамой и моей женой.
Хантер наконец-то заканчивает освобождать меня от цепей. Остаются только наручники. Он бережно поднимает меня с пола, словно надтреснутый фужер, который вот-вот лопнет и распадется на осколки.
Всхлипываю, увидев кровавое месиво вместо лица Роба. Он едва шевелится.
Заметив мой взгляд, Хантер поворачивается в другую сторону, чтобы я больше не могла видеть Роба.
Теперь я замечаю, что мы не одни. На пороге стоит Итан с искусственной шкурой льва на голове, а рядом с ним телохранители Ливии. На них больше нет масок церберов, но без них они выглядят еще более пугающе.
Все это кажется таким… абсурдным…
Я приникаю к груди Хантера, к его доспехам. Голова становится тяжелой.
– Я здесь, Эстер. Я… отвезу тебя в больницу… – шепчет Хантер. – Как ты, цветочек?
– Все хорошо. – отвечаю я, но по твердому взгляду Ареса понимаю – он другого мнения.
