Текст книги "Тренировочный День 15 (СИ)"

Автор книги: Виталий Хонихоев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 17

Глава 17

Свисток и жест рукой, обозначающий подачу. На площадке наступает тишина – внезапная, плотная тишина, которую можно потрогать руками. На долю секунды все замирают на своих местах.

За линией подачи стоит первый номер, капитан команды, Алексей Дементьев. Мяч в левой руке. Правая – вдоль тела.

– Ну же, не тяни… – пробормотала сквозь зубы Алена Маслова: – ты такой же как Синицына, нервы на кулак будешь мне наматывать…

Дементьев подбрасывает мяч в воздух, разбегается и… УДАР! Воздух взвихрился, перед глазами мелькнула белая тень!

– ТУНЦ! – мяч отскочил от покрытия площадки и улетел к стенке. Алена так и осталась стоять – с руками, готовыми к низкому приему, с расширенными зрачками глаз и открытым ртом. Она не успела сделать… ничего! Даже не вздрогнула!

– Эйс! – судья показывает, что очко засчитано, что мяч попал в покрытие в пределах площадки.

Надо очнуться, думает Алена, надо двигаться, я не успела даже руки поднять! Но… когда рядом что-то двигается так быстро – ты невольно сжимаешься и замираешь. Это же рефлекс, все что двигается быстро – опасно… инстинкт велит тебе замереть и вжать голову в плечи. Как если бы совсем близко находился огромный и очень опасный хищник.

Алена взглянула вправо, туда, куда ударил мяч от этой чудовищной подачи, ожидая увидеть там… воронку? Почерневшее пятно? Сгоревшее покрытие? А что, если бы она – успела под этот мяч?

Она сглотнула и перевела взгляд на сторону соперников. Там, за линией стоял капитан команды и взвешивал в руке мяч, готовясь к новой подаче. От человека с таким ростом и такой комплекции подсознательно не ожидаешь что он может двигаться так быстро…

Снова свисток судьи, снова жест рукой и Алена – перебрала ногами, чуть сдвинувшись в сторону, сбрасывая это странное оцепенение, которое вдруг возникло у нее в каждой мышце. Она присела, внимательно следя за мячом в руке у первого номера… уж на этот раз она хотя бы увидит…

УДАР! – … что⁈

ТУНЦ! – она едва переводит взгляд. Расширенные зрачки. Тремор в руках. На какое-то время она забыла, как дышать. Рядом. Совсем рядом. Но… она не успела даже увидеть! Как⁈

– Эйс! – на переносном табло меняются цифры. Два-ноль. Она переводит взгляд на своих товарищей по команде. Они тоже замерли. Никто даже не двинулся. Не успели. Неужели все так и закончится? Неужели разница в силе и классе настолько велика?

– Черт! – она сжимает кулаки и ударяет себя по бедрам: – да двигайтесь же!

– Спокойно, Вазелинчик. – раздается голос совсем рядом.

– … да, капитан. – отзывается она, выдыхая. Закрыть глаза, выдох. Вдох. Открыть глаза. Потереть щеки, так, чтобы кровь прилила к голове. Наклонить голову, разминая шею – влево, вправо, встряхнуть кисти, подпрыгнуть… а теперь – шаг назад и чуть присесть, приготовившись к приему… он уже бил рядом с ней, значит и в этот раз удар придет сюда же. А если она отступит чуть назад, то этот страшный первый номер неосознанно будет целиться чуть выше… а если он будет целиться чуть выше…

Она уставилась вдаль, туда, где первый номер снова подбрасывал в руке мяч, проворачивая его вокруг оси. Даже отсюда видно, что он огромный… у него большие руки и ноги, вон какие мышцы… это же все вес, это все – инерция. Чем ты больше – тем больше у тебя инерция. Но как такой как он может двигаться так быстро⁈

– Проснись, Вазелинчик! – окликает ее Маша. Свисток! Белый мяч взлетает вверх и… она поспешно делает еще шаг назад. С такого дистанции расстояние между полосами скрадывается и если этот первый номер…

УДАР!

ТУНЦ! – тишина.

– Аут! – она почти не верит своим ушам. Аут! Она опускает взгляд вниз. Ну так и есть, она отступила к самому краю площадки, гигант Дементьев бил, ориентируясь на нее, и когда она незаметно отошла – мяч ушел в аут!

– Молодец, Вазелинчик. – тихая похвала сбоку. На переносном табло меняют цифры. Счет наконец «размочился». Наша подача. Она выдыхает и выпрямляется, переводит взгляд на Синицыну. Теперь твоя очередь, Юлька…

* * *

– Тяжелых соперников вы выбрали, Виктор Борисович. – сказала Нина, стоя рядом с Виктором и Наташей Марковой и глядя на площадку.

– … пожалуйста, Нина, можно на «ты» и по именам. – рассеянно откликается тренер, – какие тут церемонии. Ты теперь у нас официально второй тренер, так что… ай-яй-яй! – вскрикивает он, увидев очередной «эйс» от «Медведей».

– Разница в росте огромная. В силе – и того больше. Тестостерон, адреналин, скорость реакции… – Нина покачала головой: – трудно девчонкам будет. Прямо-таки тренировки по бразильской системе, да? О… аут!

– Отлично. Это очко персонально Масловой. Молодец. Она только на вид легкомысленная, а на самом деле – очень умная девушка. Вот только, как и положено по настоящему умному человеку – начинает думать только тогда, когда другого выхода нет. В новой позиции пока не освоилась, но как только научится – будет превосходная либеро. – говорит Виктор, а Нина кивает головой.

– Наша подача. Синицына Юля – наш подающий. У нее лучшая подача в команде, она отлично работает по диагонали, ее стихия – работа с задней линии, она может и подающим на замену выходить. Самая стабильная девушка в команде, никогда не поддается давлению и психологическому прессингу, не зависит от площадки, от зрителей и прочих «мелочей». Ее трудно вывести из себя… лично я ни разу не видел ее разозленной или раздраженной. Всегда ровная, всегда спокойная, всегда стабильная. – продолжает Виктор. Нина открывает блокнот и начинает записывать за ним. Мысленно она делает себе отметку – Виктор специально как по учебнику все ей подает… так сказать знакомит с командой в полевых условиях. Все-таки она только позавчера приехала.

Тем временем на площадке разбегается Юля Синицына, все как по учебнику – три шага, она подбрасывает мяч в воздухе и взлетает вслед за ним, выгибаясь в полете словно тугая дуга боевого лука… Удар! Мяч исчезает в воздухе и…

– Ну же! – подается вперед Виктор: – ну!

Подачу принимает шестой номер «Медведей», Костя Зуев! Принимает легко. Мяч взлетает вверх и вместе с ним – перемещается Сергей Князев, который одним легким касанием подвешивает его над сеткой, в воздух взмывает двухметровый гигант Балашов и… УДАР! ТУМЦ! Свисток!

– Вот же… – Виктор качает головой: – отличная комбинация, уже наработанная. Все-таки «Медведи» – бронзовые призеры чемпионата страны.

– Переход! – и на подаче у «Медведей» становится тот самый гигант Балашов.

– Два метра десять. Надеюсь, хоть он с прыжка подавать не будет. – говорит Виктор: – вон какой здоровый…

Балашов подавал не в прыжке. Подавал планером – но с его ростом разницы сильно не было. Мяч шёл без вращения, плоский, рыскающий – дёргался в воздухе влево-вправо, как будто сам не мог решить, куда лететь. Планер от Балашова – это не планер от обычного человека. Это планер от человека, чья ладонь размером с разделочную доску. УДАР! Мяч ушел в сторону Федосеевой…

Валя все же приняла. Криво, на одну руку, но приняла – мяч ушёл в сторону, Синицына метнулась, дотянулась, вытащила передачу на Арину. Арина разбежалась, прыгнула – высоко, красиво, замах правильный – и ударила в диагональ! Казалось еще сантиметр…

Лавров закрыл. Не угадал – закрыл. Прочитал замах, прочитал разворот корпуса, прыгнул в последнюю долю секунды и поставил блок точно туда, куда шёл мяч. Арина ещё висела в воздухе, а мяч уже летел обратно – вниз, отвесно, как камень. Ударился в площадку у неё под ногами.

Свисток. Три-один.

– Тск! – сказала Арина, приземлившись и посмотрев на Лаврова. Он взглянул на нее – мельком, так, словно ее и не было, а была бледная тень. Отвернулся.

Четыре-один. Пять-один. Шесть-два.

Мячи падали на половине «Птиц» один за другим – тяжёлые, неотвратимые. Каждая атака «Медведей» была как прибой – накатывала, била, отступала, накатывала снова. Князев раздавал передачи с хирургической точностью: длинная на Дементьева – удар в линию; короткая на Балашова – удар по центру; скоростная на Лаврова – удар наискось, мимо блока, в пустой угол. Как будто играл в шахматы. Как будто «Птицы» были фигуры, которые он двигал по доске.

Маша пыталась читать. Пыталась угадать, куда пойдёт передача – влево, вправо, за голову. Кричала: «Четвёрка!», «Первый темп!», «Короткая!» – и иногда угадывала, и блок вставал, и Кривотяпкина или Железнова прыгали навстречу мячу. Но – не хватало. Не хватало роста. Не хватало сантиметров. Руки поднимались над сеткой – а мяч проходил выше. На десять сантиметров. На пятнадцать. На ширину мужской ладони.

Дементьев бил над блоком. Не мимо – над. Мяч шёл поверху, как самолёт над горой, и никакой прыжок не мог компенсировать разницу в росте. Кривотяпкина выпрыгивала – высоко, на пределе – и кончики её пальцев едва задевали мяч. Едва. Недостаточно, чтобы изменить траекторию. Достаточно, чтобы почувствовать, как мяч проходит мимо.

– Блок! – кричала Маша.

– Ставлю! – отвечала Кривотяпкина.

Она ставила. Мяч проходил. Восемь-три.

Михайлов ударил по диагонали – длинная линия, как Синицына и предсказывала. Кондрашова нырнула, выбросив руки вперёд, – мяч чиркнул по предплечьям и отскочил вверх, закрутившись. Нечистый приём, мяч ушёл к самой антенне. Синицына рванулась – два шага, три – дотянулась, выставила передачу одной рукой. Не туда.

– Возьмите! – крикнула Синицына. Единственное, что успела.

Маша подстроилась. Разбег – один шаг, потому что больше нет времени. Прыжок. Удар – не в полную силу, не из идеальной позиции, просто куда получится. Мяч пошёл в линию, низко, – и Зуев вынырнул откуда-то снизу, из-под самого пола, принял в падении, перекатился, встал. Мяч ушёл вверх. Князев подхватил.

– Третья! – крикнул Князев.

Балашов уже бежал. Два шага, прыжок – и гигант завис над сеткой, и рука его описала дугу, и мяч пошёл вниз, в центр площадки «Птиц», в пространство между Масловой и Федосеевой.

Обе рванулись. Обе нырнули. Обе – не достали.

ТУНЦ.

Девять-три.

На скамейке Виктор сидел неподвижно. Руки на коленях. Пальцы сцеплены. Костяшки белые.

– Может, тайм-аут? – тихо спросила Нина.

– Нет, – сказал Виктор. – Рано.

– Девять-три – это рано?

– Да. Пусть привыкают. Пусть почувствуют скорость. И учатся принимать решения на ходу. Тайм-ауты – крайняя мера, а пока – нужно учиться работать под давлением.

Нина посмотрела на площадку. На Маслову, которая стояла в приёме с красными предплечьями. На Кривотяпкину, которая после каждого проигранного блока молча возвращалась на позицию – лицо камень, ни тени эмоции. На Арину, которая смотрела на Лаврова через сетку с выражением, которое Нина не сразу разобрала. Злость? Азарт?

– Они не сломаются? – спросила Нина.

– Сломаются? – на лице у тренера появилась улыбка: – Эти? Все только начинается, Нина, смотри внимательно… все только начинается.

* * *

– Мы их не вывозим… – говорит Маша Волокитина, выпрямляясь: – все. Хватит. Начинаем играть всерьез. Лилька! Дуся!

– Ага!

– Тск.

– И все остальные – тоже… силовыми мы тут не выиграем. У них явная фора. – Маша оглядывается по сторонам. Наша подача, думает она, это хорошо, сейчас подает Валя Федосеева, они перекинут мяч обратно, и тут мы сыграем в модифицированную «Колесницу Каримовой», правда теперь это скорее «Атака Птичьей Стаи»… она оглядывается.

За линией готовится к подаче Валентина Федосеева, она держит мяч в левой руке и молча ожидает свистка. Не крутит его в руках, не подбрасывает, не отбивает об пол, как это обычно делают остальные, просто держит, больше похожая на гранитную статую в красно-черных цветах команды.

– Попробуем новую атаку! – отзывается Алена Маслова: – давно пора. То, что силой тут не совладаешь – сразу было понятно…

– Береги дыхание, Вазелинчик… – свисток! Жест судьи. Валя разбегается, подбрасывает мяч в воздух и… Маша затаивает дыхание, сейчас главное – перехватить мяч на «обратке», не дать очков, потому Валя бьет в неудобное для приема место, прямо в Князева, он же связующий, у него не будет выбора, кроме как отбить, а отбив раз – он уже не сможет в дальнейшем передать пас для атаки! «Медведям» будет неудобно и…

– Тунц!

– Эйс! – вскидывает руку судья. Маша смотрит на команду соперников, которые переглядываются между собой с легким недоумением. Эйс⁈ Но… как?

– Молодец, Валька! – вскидывает руку Лиля Бергштейн: – как ты им!

– Валя крутая! – ликует Маслова: – эйс «Медведям»!

– Простите! – вскидывает руку на том конце площадки Князев: – мой косяк! Исправлюсь!

– Да все ровно, Серега. – откликается капитан, подав голос в первый раз за всю игру: – не парься. Сейчас отыграем…

– Валька! Давай еще одну! – подпрыгивает на месте Лиля: – давай-давай-давай!

– Лилька, Аленка – уймитесь! – командует Маша: – вы же ей мешаете! – свисток судьи. Валя снова разбегается, подбрасывает мяч и взмывает в воздух! Удар!

– Приму!

Тунц! – мяч ударяется о площадку и отскакивает в сторону.

– Эйс!

– Да! Валька, я тебя люблю! Ты супер! – подпрыгивает в воздух Лиля: – какая подача!

– Отлично. – Маша выпрямляется. Комбинацию так и не сыграли пока, не было возможности, но второй «эйс» подряд – это супер. Она замечает, как на той стороне площадки «Медведи» начали шевелиться, пошло какое-то движение, вот один чуть переместился в сторону, другой – попрыгал на месте, размял кисти рук, третий подвигал плечами и сместился назад… они наконец начали играть. Пока еще – не серьезно. Все еще вполсилы, но уже начали играть.

– Валька! – выкрикивает она назад: – отличную подачу!

– … – свисток! Валентина Федосеева берет разбег, подбрасывает мяч в воздух и взмывает вслед за ним! Удар!

– Хэк! – на той стороне площадки мяч все-таки приняли!

– Алена! – Маша перемещается назад, она уже видит куда будет удар, жалко что нельзя заблокировать, но хорошо что мяч взял Князев, теперь он не может пасовать правильно, не может подвесить мяч над сеткой для атаки, мяч взят неудобно, в сторону! Второе касание! Наконец кто-то из «Медведей» вынужденно отправляет высокий мяч за сетку…

– Взяла! – под мячом появляется Алена Маслова: – Дуся! – и мяч передается Кривотяпкиной, которая принимает его и…

Маша наклоняется вперед, перенося центр тяжести и чувствуя, как вслед за ней – точно так же наклоняются вперед и все члены команды – все, кто на площадке! Все – бегут вперед, словно пехотинцы в атаку, словно гладиаторы на арене Колизея, словно птицы, которые атакуют свою добычу! Разом! Три шага, разбег… и…

Евдокия Кривотяпкина, Дуся-Дульсинея, – легким касанием пасует мяч вдоль сетки! В воздух взмывают все «Птицы»! Они словно парят над сеткой и каждая – прогнулась назад, словно тугой степной лук, готовый распрямиться и послать смертельную стрелу прямо в цель! На секунду, кажется, что время превращается в тугое стекло, кажется, что это мгновение будет длиться вечно, кажется, что они так и будут парить в воздухе, пока «Медведи» на той стороне – не знают, что делать, кого блокировать, на кого смотреть, откуда ждать удара…

И тут – они обрушились вниз! Все разом! Взмахи руками сверху вниз! Один за другим, словно лавина – мимо, мимо, мимо! Удар! «АТАКА ПТИЧЬЕЙ СТАИ!»

ТУНЦ!

Маша приземлилась, мягко спружинила коленками, сделала шаг в сторону и назад, так чтобы падающая сверху Лиля не столкнулась с ней. Посмотрела на сторону соперников. Удовлетворенно хмыкнула. Теперь их начнут воспринимать всерьез.

* * *

– Что это было вообще? Пайп? Множественный пайп? – Костя Зуев выпрямляется и смотрит в то место, куда упал мяч: – они же все разом замахнулись! Откуда я вообще мог знать кто ударит!

– Это синхронная атака. Модификация пайпа. – отвечает ему Сергей Князев, глядя на ту сторону площадки через сетку. На той стороне все обнимались и хлопали друг друга по спинам… и, кажется, даже целовались.

– Как такое принимать? – жалуется Костя: – это ж… бардак получается. Хаос какой-то. Никакого рисунка игры.

– То, что ты его не видишь, не означает что его нет. – отвечает Князев: – у них должен быть паттерн… кто-то всегда бьет, а кто-то всегда подает. Это сложная комбинация и быть того не может что у них все могут и подать, и ударить. Как только ты увидишь кто есть кто – все станет ясно. И еще… – он смотрит на команду соперников, которые не прекращают обниматься: – для этой комбинации всей команде нужно к сетке бежать. Очень быстро.

– И чего? – не понимает Костя.

– Это очень энергозатратно. А играем до пяти сетов… выдохнутся.

– Ты так говоришь, будто мы с ними всерьез играем… стратегию планируешь…

– А мы и играем всерьез, Костя. Ты еще не заметил?

Глава 18

Глава 18

Катерина Рокотова, ныне известная как «Дуся Кривотяпкина» – выпрямилась и оглянулась на скамейку запасных, туда, где стояла Нина. Обменялась с ней взглядами. Я выполнила свое обещание, подумала она, Нина будет расти вместе с «Кривотяпкиной» У Ивановского «Текстильщика» не было никаких перспектив, а в команды высшей лиги ее никто бы пока не взял. Все прошло так, как они и рассчитывали, пока никто не раскрыл ее настоящую личность, никто не понял, что она на самом деле никакая не Кривотяпкина, а Катерина Рокотова, одна из лучших игроков сборной СССР.

Теперь эта команда, «Стальные Птицы» из Колокамска – ее инструмент, ее ступенька на пути к славе и свободе, на пути наверх. Все что оставалось – проложить путь, выиграть первую лигу в этом сезоне и уйти в высшую в следующем. А для этого… для этого ей нужна не просто команда, а точный, отлаженный и безупречно функционирующий инструмент.

Этот Витька… он, конечно, хорош, но ни черта не понимает в том, как работает команда, у него повсюду разброд и шатание, не команда, а кружок домохозяек в подмосковном городке. Они не боятся проиграть, они не трясутся от осознания ответственности, у них тут никакой дисциплины нет. Для матчей в первой лиге… может быть такое и пойдет. Но она – она нацелена на самый верх и до конца сезона она связана с «Птицами», так что сейчас ее задача – сделать из команды тот самый безупречный инструмент, благо она стоит на позиции связующего.

Из-за линии кто-то бросил мяч Вале Федосеевой, снова наша подача. Катя-Дуся сместилась в сторону и бросила взгляд на свою команду, свой будущий идеальный инструмент. Конечно же Лиля, Лилька Бергштейн, Шаровая Молния, прозванная Железным Кайзером за то, что на позиции либеро стояла как железная стена, принимая даже невозможные мячи. Единственный человек в команде способный поймать и перенаправить «Молнию». Основа ее сегодняшней тактики, «Молния». Стремительный и неожиданный пас над сеткой в то время, как доигровщик находится там, откуда невозможно достать мяч… невозможно на первый взгляд. Бергштейн оказывается там, где нужно за доли секунды, вбивая мяч в покрытие площадки так, что это кажется чудом. Сперва. Потом – это кажется уже неизбежностью. «Медведи» на той стороне площадки, за сеткой – еще не видели «Молнию», еще не знают, что означает быстрый пас доигровщику. Несмотря на то, что вне площадки эта Бергштейн совершенно невыносима в силу своего характера, на площадке нет человека надежнее.

Она переводит взгляд на либеро. Алена Маслова – вот слабое звено этой игры. На позиции либеро она в первый раз и пока слишком много суетится, не может нормально принять… хотя оно и понятно, это все-таки мужские подачи, мужские удары. И именно из-за этого «Атаку Птичьей Стаи» они смогли провести только после хорошей подачи Вали Федосеевой прямо в Сергея Князева, связующего команды «Медведей». Теперь… теперь им нужна еще одна подача…

– Удачной подачи! – повышает она голос.

– Хорошей подачи!

– Валя, покажи им!

– Давай! – звучит хор голосов. Валя разбегается… и Катя-Дуся мгновенно переключает внимание на команду соперников. Она уже знает куда ударит Валя, надо сосредоточить внимание на Сергее Князеве, сейчас подача должна прилететь прямо в него, на уровне пояса, так, чтобы вынудить на долю секунду сомневаться, как именно принять ее – снизу или сверху. Присесть и отступить на шаг, чтобы взять мяч на сведенные в замок руки или же наоборот – шагнуть вперед, чтобы попробовать взять сверху. Первое надежней, так можно отразить даже самый быстрый мяч, но расплачиваться за надежность приходится непредсказуемостью отскока. Второе – фактически управляемый мяч, но можно пропустить если подача будет силовой… хотя он не упустит, он же мужчина, а Валя всего лишь женщина и…

– Приму! – выкрик, Князев принимает мяч сверху, но… подача слишком сильная, слишком быстрая! Мяч взвивается вверх! Так и есть, с удовлетворением думает Катя-Дуся, он не смог принять полностью, недооценил эту Федосееву, она ничуть не уступает громилам из «Медведей», она такая же как они – груда стальных мышц и грозных рефлексов! В результате пальцы Князева соскользнули и мяч сорвался в свечу вместо управляемого паса! Сейчас будет аут!

– Здесь! – хотя мяч вылетает за пределы площадки, вслед за ним – метнулся Костя Зуев, либеро «Медведей», он падает вперед, в последнюю секунду перехватывая мяч у самого пола и едва не врезавшись в расставленные у края зала стулья. Мяч возвращается назад, на площадку, на сторону соперников, но времени у «Медведей» больше нет, осталось последнее касание, нужно переправлять мяч через сетку иначе фол. И так как подготовить мяч у них нет времени…

– Взял! – Женя Балашов переправляет мяч через сетку, умудрившись все же направить его сверху вниз!

– Удачный мяч! – повышает голос Катя-Дуся: – Аленка!

– Тут! – Маслова передает ей пас. Отлично. Пока мяч летит к ней, Катя-Дуся мгновенно оценивает ситуацию на площадке. Позиции игроков своей команды. Валя Федосеева на задней линии, там же – Маша Волокитина, Алена Маслова. Впереди – она, Лиля Бергштейн и Юля Синицына… на стороне противников – собирается грозная стена из троих игроков, быстрый блок силами блокирующих и доигровщика… они следят за тем, куда упадет пас, а значит…

– Атака Птичьей Стаи! – и команда срывается вперед! В волейболе нельзя удерживать мяч, нельзя хватать его и перемещаться с ним, взял – отдай пас, мяч не должен задерживаться и не должен падать… но если принять пас Масловой, одновременно отступая назад и смягчая полет мяча руками… то мяч на долю секунды как будто «прилипнет» к рукам, давая девчатам драгоценное время для того, чтобы – взмыть в воздух! Прямо сейчас вся команда выпрыгивает вверх, она помнит, как они отрабатывали этот прием, даже если ты не находишься на позиции удара, даже если тебе далеко бежать – все равно выпрыгиваешь вверх, с рукой, отведенной назад, выгибаясь для удара! Сопернику, который смотрит на тебя спереди – трудно оценить дистанцию, он будет реагировать рефлекторно, для него каждый такой прыжок – угроза.

– Н-на! – быстрый пас! Тройка защитников с той стороны изготовилась реагировать на плавный пас вдоль сетки, на лавину обрушивающихся ударов «Птичьей Стаи», а получила…

– Молния! – в том месте, где секунду назад никого не было, прямо в воздухе материализуется Лилька! Удар!

ТУНЦ!

– Хааа… – выдыхает Катя-Дуся, вытирая лоб предплечьем и глядя туда, где высоченные защитники «Медведей» переглядываются между собой, не понимая, что только что произошло.

– Дуська! Ты просто чудо! Дай-ка я тебя обниму! – лезет к ней эта Лилька: – какой пас! Какой пас!

– Молодец, Кривотяпкина! – чьи-то ладони хлопают ее по плечу, кто-то говорит, что все супер, кто-то обнимает, кто-то целует в щеку, она молча отбивается от этих телячьих нежностей. Не время сейчас. Сейчас нужно закреплять успех. «Медведи» на той стороне – сильны и если бы они тут в регби играли, то «Птицами» бы уже пол вытерли. Но волейбол игра про команду и про тактику, сила и рост тут важны, очень важны… но все же не главное. Сейчас нужно продолжать их раздергивать. Они ожидали пайп, но получили «Молнию». Теперь они станут беречься этой Бергштейн, они поймут, насколько она опасна и обязательно будут следить за ней, пока она на передней линии, может даже блокирующего на нее поставят. И это хорошо. Потому что на каждый «зиг» у нее есть «заг». Потому что это только, кажется, что игра идет на площадке. На самом деле игра идет в голове. В голове у нее и…

Она находит взглядом Сергея Князева. Он смотрит на нее, чуть прищурившись. В моей голове и в его голове, думает она, бой на самом деле происходит именно там.

– Собрались! – голос Маши Волокитиной. Легкое касание ее ладони.

– Дуся, молодец. Продолжаем…

– Да. – отвечает она. Занимает свое место. Окидывает взглядом соперников. Удивлены? Пожалуй, что да. Поражены? Пока – нет. Случайности случаются. «Медведи» – бронзовые призеры чемпионата страны… и пусть в Колокамск приехал не в полном основном составе, здесь нету их знаменитого Муркалина с его пушечной подачей, нету Четвертина, нету «стальной стены» Лукашина… но зато есть капитан, Алексей Дементьев и Женя Балашов, по прозвищу «Лилипут». С таким составом «Медведи» не сломаются от пары удачных атак, это ветераны, а сейчас только первый сет… не рановато ли «Птицы» себя показывать стали?

Она еще раз обернулась, посмотрела на лица своих девчат. Раскрасневшееся лицо Масловой, которая сдерживала улыбку, откровенно сияющее лицо этой Бергштейн, суровое и сосредоточенное – Вали Федосеевой, которая приняла мяч из-за линии и сейчас готовилась к подаче, затылок Юли Синицыной, которая сосредотачивается в моменте и у которой нет времени переглядываться…

Нет, думает она, не рановато. Если задержать свой потенциал, придержать новые атаки и комбинации… то можно удивить противников во втором сете или даже в третьем, но с каким боевым духом они придут к третьему сету? Сейчас – они дали отпор. Пока еще могут. Выиграть этот матч… она взглянула через сетку. На стоящих «Медведей». На гиганта Балашова. На «первый номер», капитана Дементьева. Столкнулась с холодным взглядом Князева. Выиграть у них? Если бы у нее была ее старая команда… если бы она играла в составе сборной СССР…

Свисток! Она выбрасывает лишние мысли из головы и сосредотачивается на половине противников. Сейчас Валентина выстрелит очередной подачей, снова в Князева и…

Удар! Мяч бело-синей молнией мелькает в воздухе, она невольно задерживает дыхание…

Тунц!

– Аут! – вскинутая рука, свисток судьи.

– Извините! – подает голос Валя: – промахнулась!

– Не за что извиняться.

– Да пустяки.

– Отыграемся!

– Ты и так серию из… пяти подач сделала!

– Валька – супер!

Она выпрямляется. Черт. Аут, обидно. Впрочем, девчата правы, Валя и так им четыре очка подряд принесла, ничего страшного что аут. Тем более что на стороне противника подача переходит к самому Князеву, а тот ростом невысокий… относительно. Метр восемьдесят пять – рядом с ними как гигант, но в команде «Медведей» – он скорее маленький. Да и атлетически не выдается… худощавый. Жилистый. Подача у такого должна быть чуть похуже чем у первого номера или у Балашова.

– Спокойно. Работаем. – звучит голос Маши Волокитиной, и Катя-Дуся видит, как Маслова – сдвигается чуть назад, подбираясь для приема подачи. Смотрит на сторону противника… они не должны менять подающего, это же не матч высшей лиги, это тренировочный матч, их тренеру нужно приучать своего связующего подавать, тем более что в случае розыгрыша подачи Князев на площадке пригодится… очень пригодится. Она глядит как Сергей Князев на той стороне, за линией – несколько раз подбрасывает мяч на ладони, примеряясь к нему…

Свисток! Время для подачи пошло! Она подбирается, глядя на подающего… а он – вдруг отрывает взгляд от мяча и смотрит прямо на нее!

– Что? – она моргает от неожиданности. Свисток был, время пошло, если он простоит так просто, с мячом в руке, то им будет фол! А он – смотрит на нее! Прямо в глаза!

– Ах ты так… – она подбирается и отвечает взглядом на взгляд. Упрямо, сосредоточенно, глаза в глаза. Время идет, Сергей Князев, тик-так, тик-так, думает она, у тебя восемь секунд для того, чтобы играть в гляделки и не больше. Думаешь, что сумеешь меня запугать, большой и сильный мальчишка? И не такие пробовали… а у тебя всего восемь секунд, четыре из которых уже прошли… четыре секунды. Что ты сможешь за четыре секунды? И… она вдруг поняла, что смотрит в пустое пространство, потому что мяч – взлетел в воздух!

Удар!

Не в прыжке! Не силовой! Он просто подкинул мяч и подал нормальную подачу, обычную верхнюю прямую! Но… зачем⁈

– Здесь! – под мячом оказывается Алена Маслова, подача не быстрая и не сильная, ей не доставляет труда принять ее: – Дуська!

– Тут! – она принимает мяч и… видит, как трое защитников смещаются у сетки… вот оно что, запоздало понимает она, Князев бросил ей вызов, специально подал легкую подачу, чтобы разыграть мяч, чтобы она снова показала свою технику, ведь у него уже готов ответ… что же…

– Н-на! – она выгибается и посылает мяч за спину, не вперед, где справа от сетки уже стоят блокирующие, а назад, туда, где долю секунды назад не было никого, в пустоту! И кажется, что мяч улетит в аут, к скамейке запасных, туда, где стоит Нина с Виктором, где тискает свой карандаш с блокнотом Наташка Маркова, где рядом со скамейками стоят сумки с минеральной водой и полотенцами… но на пути мяча прямо в воздухе возникает Лилька!

– Молния! – Лилька наносит удар! Мяч размывается по пространству белой чертой!

Тунц! Он отскакивает от покрытия и откатывается в угол. Тишина. Свисток судьи и жест, указывающий в сторону «Птиц».

– Девять-восемь. – говорит кто-то за спиной: – Дуська, ты агрегат!

– Отвалите. – бросает она через плечо: – все только начинается…

– Дуська – красотка! Я хочу от тебя детей!

– Бергштейн! Отстань! Хватит меня тискать! Отвали! Да отцепись ты уже…

* * *

– Ого себе. – говорит Костя Зуев, выпрямляясь и глядя на сторону противника, за сетку: – ты видел, как эта мелкая высоко прыгает? И какая у нее скорость! Вот только что тут была и через секунду – уже в другом месте… электровеник.

– Чего? – не понял Сергей Князев.

– Я говорю – электровеник. Таких моя бабка еще называла – шумела́.

– Шумела?

– Не. Шумела́. С ударением на «а». Девчонка – огонь, оторви и выбрось. Эх,

если и жениться когда-то только на такой…

– Не понимаешь ты ничего в женщинах Константин. – вмешивается в разговор Андрей Лавров: – вот на подаче у них стояла девушка… так это девушка! Такая как придушит тебя своими бедрами… коня на скаку остановит, в горящую избу войдет, как у Некрасова! А мелких девчонок по рублю пучок везде… ты вот такую Валькирию найди! Это я тебе как краевед говорю!

– Лично мне вон та, темненькая, с хвостиком нравится. Серьезная и сосредоточенная. А перед матчем она очки сняла… а в очках ну вылитая училка! – поделился своими мыслями Сергей Михайлов, диагональный под номером «три».

– Зачем тебе дома строгая училка? – задается вопросом Костя Зуев: – она ж тебя гонять будет, Серега! «Михайлов, сними обувь! Михайлов, надень тапочки! Михайлов, вынеси мусор!» И пивка попить в субботу с парнями не даст. А если что, так линейкой тебя по заднице…