Текст книги "Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ)"

Автор книги: Вирсавия Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Эти вопросы взрывали его мозг. Но тот факт, что именно в это самое мгновенье появилась эта связь между ними, он уже не мог игнорировать.

Катя заворочалась и перевернулась на другой бок, шаря рукой вокруг себя.

Он протянул руку, и она тут же переплела свои пальцы с его.

Алекс улыбнулся. Она даже во сне не отпускала его. Телефон завибрировал на столе. Осторожно, стараясь её не разбудить, он встал с кровати и тут же почувствовал её взгляд.

– Котёнок, спи. – Он обернулся.

Она сидела на кровати и настороженно наблюдала за ним.

– Ты куда? – хрипло спросила она.

– Спи, Катюш. Я на палубу. Сейчас вернусь. – Он подошел, поцеловал её в распухшие губы и вышел.

Сел на диван. Налил бокал коньяка и затянулся. Ему нужно было подумать. Думать же рядом с женой о чём-то, кроме её тела, было очень проблематично.

– Кэп? – Сверху спустился Денис. – Дима спрашивает по поводу ужина, у него всё готово. Он расстарался в честь вашей свадьбы.

– Спасибо, Денис. – Кивнул Алекс. – Чуть позже.

Алекс глянул на часы. Стрелка подползала к десяти часам вечера. Алекс присвистнул. Три часа. Они потерялись на три часа.

– Саш?

От её голоса по телу прошла волна. Он оглянулся? Она стояла, завернувшись в одеяло, на одной ноге, а другой почесывала голень. Глаза сонно моргали.

– Иди сюда, Катюш.

Он похлопал рукой по дивану. Она быстро прошлепала по палубе и залезла с ногами на диван, прижавшись к нему всем телом.

– У меня под одеялом ничего нет. – прошептала она ему на ухо. – Если я усну, смотри, чтобы одеяло не упало.

Алекс тут же почувствовал тяжесть в паху.

– Вот и подумал. – Тихо буркнул он, подтыкая со всех сторон одеяло.

– Не бурчи, а то уйду. – Хихикнула Катя.

– Я тебе так уйду! Все уйдилки зацелую. – Он чмокнул её в нос. – Всё, давай, спи.

В этот момент у Кати заурчал желудок.

– А это у нас что? – Хмыкнул Алекс. – Да вы у меня голодные!

Она смущенно улыбнулась.

Алекс набрал номер Дениса.

– Денис, передай Диме, чтобы всё самое вкусное вниз подал. Спасибо. И после этого передай ребятам, чтобы не спускались. – Он хмыкнул. – Вот именно, брачная.

Отбой.

– Всё-то все знают про брачные ночи, – буркнул он, улыбаясь.

Уже через пять минут Катюшка уплетала за обе щеки божественно приготовленную утку по-пекински, закатывая от удовольствия глаза. Алекс слизывал жир с её пальцев, наслаждаясь каждой секундой их ужина.

Вдруг его телефон завибрировал. Не глядя на номер, он принял звонок.

– Да?

Катя почувствовала, что он напрягся. Она удивленно посмотрела на него. Он поцеловал её в лоб и встал, отойдя к самому борту.

– Я слушаю вас. Нет, это вас не касается. Мне всё равно!

Он отключился.

– Сука! Да пошел ты к черту!

Быстро набрал номер.

Трубку не брали. Он опять закурил. Ещё дозвон. Трубку сняли.

– Ираида Вацловна? Вы здесь еще? Нам нужно встретиться, желательно завтра. Время не терпит. Я хочу поставить все точки в этой мутной истории. Да, мы будем вдвоем. И как, по-вашему, я должен это сделать? Хорошо. Я приду в два часа.

Он отключился.

Повернулся. Катя сидела, не сводя с него глаз.

– Мама. – Она не спрашивала, она всегда знала всё сразу.

Он подошел к ней и обнял.

– Солнышко, мне нужно будет уйти.

– Ты пойдешь к ней без меня.

– Да, малышка. Так нужно. Я не знаю всей правды, а она может быть не слишком для тебя приятной.

Он сел, прижал ее к себе и зарылся в ее волосы, вдыхая ее запах.

– Ты будешь меня ждать. Я приду и все тебе расскажу, договорились?

– Но я...

– Катя! Не сейчас! – В его голосе появились металлические нотки.

– Хорошо.

– Маленькая моя, не обижайся. Я боюсь за вас. Я обещаю, что все тебе расскажу. Ты мне веришь?

Она кивнула.

Глава 34

Алекса трясло от ярости. Он был готов кого-нибудь убить. И ярость только усиливалась. Бумаги жгли руки. Он уже знал, что там увидит. Пазлы складывались сами по себе.

– Суки! Будьте вы прокляты! – цедил он, стиснув до хруста зубы.

Телефон разрывался. Он знал, что это Катя. Но не мог себе позволить в таком состоянии взять трубку. Он открыл дверь в машину со стороны водителя. Махнул головой. Молодой охранник без слов вышел, оставив на пассажирском сидении оружие.

Алекс сел и выжал сцепление до упора. Машина пошла юзом по кругу, выплевывая из-под колес мелкий гравий. Вывернув руль, Алекс вылетел на дорогу и понесся вдоль моря.

– Подопытные кролики, сука! Мы все для них лишь подопытные кролики! – кричал он в пустоту.

Он вылетел на песчаный пляж и вышел из машины. Скинул с себя одежду и с разбега бросился в волны. Он плыл вперед, его гнала сила ярости, и её нужно было погасить. Он испугался себя сам, то, что в нем проснулось, не поддавалось контролю. Взглянув в зеркало заднего вида, он увидел, что зрачки полностью сожрали радужку, в их глубине проскакивали красные искры. В голове не было ни одной мысли, ни одного желания, кроме одного. Жажды крови. И сейчас он плыл, давая мышцам нагрузку, на пределе человеческих возможностей, чтобы сбить адреналиновую волну.

В какой-то момент он почувствовал, что кто-то выключил внутренний тумблер. Даже не оборачиваясь, он уже знал, что увидит на берегу.

Она стояла, облокотившись на свой «Camaro», в умопомрачительно коротком платье ярко-красного цвета, которое обтягивало её, как вторая кожа. Руки скрестила на груди, её глаза готовы были его испепелить. Он вышел из моря и шел к ней, как греческий Посейдон. Остановился в шаге от неё и с вызовом глянул в её сверкающие глаза. Напряжение между ними можно было потрогать рукой, оно было как электромагнитное поле. Алекс готов был поклясться, что её волосы потрескивали на кончиках. Медленно он сделал шаг и рукой толкнул её на капот.

Она хотела что-то сказать, но он резко мотнул головой и наклонился над нею, притянув её к себе. Резкий выпад, и она закричала, откинув голову назад.

Весь мир закружился вокруг них и сжался до одной точки. Он рванул её платье, и оно с треском разошлось до пояса, освободив её грудь. Он сжал её руками до боли. Врываясь в её тело, он рычал и чувствовал эти бешеные волны, сотрясающие их обоих. На обеих машинах сработала сигнализация. Из красного «Camaro» на всех басах, на полную громкость по всему побережью несся Rammstein с его безумной «Sonne». Фары освещали их своим светом, придавая всему этому картину какого-то дьявольского языческого ритуала. Она билась под ним, принимая его и встречая на полпути. Они сплетались в древнем танце страсти, гасящем внутреннюю ярость.

Когда пришло освобождение, он поднял голову и закричал, прижимая её к себе изо всех сил.

* * *

Он лежал на песке, притянув её к себе, не давая даже пошевелиться. Ждал, пока схлынут последние отголоски внутреннего шторма.

– Чтобы это было в последний раз, ты меня поняла? – хрипло сказал он.

– Ты не отвечал. – тихо ответила Катя, поднимая голову.

– Поэтому ты прилетела сюда на бешеной скорости? Сколько? Двести?

– Двести тридцать.

– Убить себя захотела?

– Я была тебе нужна.

– Ты нужна мне живая!

– Ты мне тоже.

Она подняла руку и провела пальцами по его губам, подбородку, шее.

– Всё так плохо? – тихо спросила она.

– Терпимо.

Он поцеловал её в распухшие губы.

Солнце вставало над морем, заливая всё вокруг золотистым светом. Мир просыпался.

– Прости меня, котёнок.

– За что?

– За то, что сделал тебе больно.

– Теперь это так называется? – она улыбнулась и привстала, облокотившись на локти.

Алекс хмыкнул.

– Я чуть тебя не разорвал.

– Ммм... А я-то думала, что ты чуть не дал мне умереть от наслаждения. – хихикнула она.

Алекс скосил на неё глаза и улыбнулся.

– Чуть не дал? Дома исправлю.

Она наклонилась над ним и поцеловала его в губы.

– Домой?

– Поехали.

Он встал, протянул ей руку, помог подняться, подхватил на руки и отнес в машину.

Натянул на неё свой пиджак и застегнул под самое горло, сколов борта бриллиантовой булавкой.

– Сиди здесь. Позвоню ребятам, заберут твоего комарика.

– Щас! Савицкий, даже не думай! – она сверкнула глазами.– Свою машину я отгоню сама, понял?

– Катя!

– Даже не начинай! – она вышла из его «Aston Martin» и пошла к своему «Шевроле», плавно покачивая бедрами. Остановилась около красной кучки и наклонилась поднять то, что осталось от платья. От картины её милых прелестей, показавшихся из-под пиджака, воздух со свистом вылетел из его легких.

Он зарычал. Катя бросила на него взгляд через плечо.

– Даже не думай! – хихикнула она. – На сегодня план перевыполнен. Завтракаем и едем к маме.

– Катя. Мы не поедем к ней. – сухо сказал он.

Она обернулась. Минуту смотрела на него. Потом выдохнула.

– Вот как. Хорошо. Я сама…

– Нет! Ты не поедешь к ней. Нужно будет, сама придет, адрес знает. Ты меня поняла?

– Это моя мать, Саша.

– Вот пусть об этом и вспомнит. – жестко отрезал он. – Я сказал: «нет».

Она раздражённо дернула плечами.

– Катя! Ты меня услышала?

– Савицкий, иди к чёрту!

– Дома поговорим. – буркнул он.

– И не надейся!

Она раздраженно села в машину, хлопнула дверцей, утопила педаль сцепления в пол и рванула с места, за секунду скрывшись за поворотом.

– Ведьма! – сплюнул он. – Шумахер хренов! – выругался Алекс, натягивая брюки.

Догнать её он так и не смог.

На яхте Кати не было. Денис сказал, что она не приезжала и машины её он не видел. Быстро переодевшись, Алекс доехал до дома, но и там машины не было. Или уже, или пока.

– Да твою же мать! – Алекс ударил руками по оплетке руля. – Да с какого перепугу я вообще решил, что эта ведьма меня будет слушать?

Он набрал её номер. Тишина. Ещё раз. Сброс.

Он закрыл глаза.

– Катя, немедленно возьми трубку. Мне плохо! – он знал, что она услышит, но вот купится ли?

Телефон завибрировал.

«Не сочиняй. Ляг поспи и всё пройдет».

Алекс откинул голову и засмеялся. Медленно вырулив на дорогу, он поехал в «Эпикурион».

Её «комарик» стоял припаркованный около центрального входа. Краем глаза он увидел ещё одну машину, и это ему не понравилось. Причём очень.

– Черт! – выругался он. – Как не вовремя.

Быстро поднявшись на нужный этаж, он постучал.

– Входи, Деринг! – тут же услышал он мужской голос.

Алекс открыл дверь и увидел его. За секунду он отметил приоткрытую дверь спальни, кровать со сбитыми простынями, небрежно брошенный на спинке кресла пиджак и ощутил сладковато-мускусный запах секса.

Он стоял в брюках, рубашка застегнута до верхней пуговицы, но вот рукава закатаны до локтя. Всё это говорило о близких отношениях Ираиды и Лопырева. А его взгляд, который он бросал на неё, Алекс видел у собственного отражения, когда он смотрел на Катю.

Сейчас, когда он видел их всех троих, у него не возникло ни малейшего сомнения, что Катя их дочь. Она взяла лучшее от обоих родителей.

Катя сидела в кресле, обхватив себя руками, по её щекам текли слезы.

Ярость снова подняла свою голову.

– Что вы сказали моей жене? – ледяным тоном спросил он, подходя к ней и присаживаясь на корточки рядом с креслом.

– Да с чего жене-то, Деринг? – хмыкнул Лопырев.

– Катюш, что случилось? – Алекс сжал её ледяные пальцы в горячих руках.

– Ты! Ты случился в её жизни, Деринг! – выплюнул Лопырев. – Чего тебе не сиделось-то в Испании? Ну ведь всё было! Жена, сын, бабки! Живи-не хочу! Так нет же!

– Слушайте вы! – Алекс встал и подошел к нему вплотную. – Кто дал вам право вмешиваться в наши жизни? Она моя жена, я её муж, а кто вы?

Алекс с вызовом посмотрел ему прямо в глаза: осмелится или нет?

– А я ее отец! – громко, чтобы ни у кого не осталось сомнений, ответил он. – Это моя девочка! Это мое творение! Ты ее не достоин!

– Так же, как и ты ее матери! Или до конца жизни будешь потрахивать ее втихаря от жены? Самому-то не смешно?

– Гадёныш!

Кулак Лопырева просвистел в паре миллиметров от челюсти Савицкого. Они сцепились, как два льва, делящие прайд.

Ираида зашла в комнату и прислонилась к стене, разглядывая ногти. Катя откинулась в кресле и наклонила голову набок. Она прищурила глаза и закусила губу.

– Кать, кофе будешь? – тихо спросила мать.

– Да, со сливками, – улыбаясь, ответила она.

Глава 35

– Ты знала. – Ираида поставила чашку и посмотрела дочери в глаза.

Катя пожала плечами.

– Он знал, знала я. – просто сказала она.

– И давно это?

– Всегда, только сейчас сильнее.

– Он знает.

– Да.

В комнате что-то рухнуло на пол с ужасным грохотом. Раздался отборный мат.

– Зачем вы с нами так? – Катя подняла на мать глаза.

– Мы не знали, как это контролировать. Да ещё и история вся эта с Натэллой, кто же знал, что у неё настолько крыша уедет. А то, что вы делали, начинало нас пугать. Мы не знали, во что это всё выльется, Катюш. Ещё и этот свет, аппаратура, которую вы просто вырубали.

Катя хмыкнула, вспомнив машины на берегу.

– Сейчас всё то же самое, только ещё сильнее. Но я никому не позволю причинить ему вред. – Катя прищурилась. – Я люблю его, мама, и всегда любила. Я нашла его. И сделала всё, чтобы…

– Я знаю, солнышко. – Ираида протянула руку и погладила дочь по щеке. – Но будьте осторожны. Для всех остальных вы все мертвы. Проект был закрыт, на всех детей были выписаны свидетельства о смерти. Я уничтожила все документы. И вы стали обычными детьми. Последние оставшиеся бумаги и исследования я отдала сегодня ночью Дерингу.

– Я ничего не хочу знать, мама. Это всё закончилось.

Что-то со всей силы ударилось об дверь, ведущую на террасу, и стекло мелкими осколками рассыпалось по полу.

– Я хочу всё оставить в прошлом. Партия подошла к концу. И скоро все фигуры окажутся в коробке. – Она улыбнулась. – Наконец-то.

– Он ещё не смирился, Катюш.

– Я знаю, как его успокоить, мам.

В комнате наступила внезапная тишина. Катя улыбнулась и повернулась к дверям. Алекс вышел на балкон, подошёл к ней, наклонился и поцеловал в щеку.

– Сука! Рубашку порвал, – процедил он. – Коньяк есть?

– В баре, – махнула рукой Ираида.

– Отлично. Три бокала?

Она кивнула.

В дверях показался Лопырев, криво улыбаясь, он подошел к столу и сел напротив Ираиды.

– И что это было? – он поднял бровь.

Она пожала плечами и скосила глаза в сторону Кати.

– Да ладно? – хмыкнул тот. – Даже так? Надо бы…

– Набить тебе морду ещё раз! – Алекс появился в дверях с бутылкой коньяка и тремя бокалами. – Я последний раз говорю: прекращайте ваш «Marvel»! Не смейте даже подходить к моей жене.

– Да к какой жене? – Владимир хмыкнул. – Не принимай желаемое за действительное!

– Да ладно? Желаемое? – Алекс хмыкнул. – Ну-ну.

Савицкий налил коньяк и сел рядом с Катей.

– Засекаем время. – Он взглянул на часы. – Думаю, двадцати минут хватит.

Не прошло и четверти часа, как у Лопырева завибрировал телефон. Алекс улыбнулся и похлопал жену по коленке.

– Да? Слушаю! – Владимир поднял глаза на дочь и перевел их на Алекса. – Когда? Почему я об этом узнаю только сейчас? А вы где все были? Какого хрена! Я за что вам плачу такие деньги? Понятно. С каждым разберусь!

Он положил телефон. Его пальцы забарабанили по столу, губы сжаты, взгляд был устремлен куда-то вдаль. Медленно он перевел его на Катю, потом на Савицкого.

– Ты же понимаешь, что я могу аннулировать этот брак? – прищурившись, с угрозой сказал он, глядя Алексу в глаза.

Алекс переплел свои пальцы с Катиными и, подняв ее руку, стал целовать, слегка прикусывая кожу, не отводя взгляда от Владимира.

– А ты понимаешь, что я могу разорить тебя? – в тон ему ответил Савицкий.

Его телефон завибрировал. Он глянул на экран.

– Вот прямо начиная с этой минуты. Ты готов к войне со мной?

Телефон Лопырева завибрировал. В воздухе повисло напряжение. Они смотрели друг другу в глаза. Алекс откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу, продолжая целовать пальцы жены и неотрывно глядя на Лопырева, чей телефон разрывался.

– «Mifico Group consulting»? – глаза Владимира расширились. – Не может быть!

– Только что. – Алекс хмыкнул. – Пятьдесят один процент акций. И еще десять у моей дочерней компании. Как ты понимаешь, я теперь твой босс.

– Зубы не обломай, босс! И когда ты, сука, стал таким умным?

Алекс хмыкнул.

– Когда вы нахимичили в той пробирке, из которой я появился на свет. Так что не пузырись, папа.

Лопырев дернулся, как от удара.

– И не мечтай, сынок!

– Я с тебя спрошу еще за смерть отца и за Лариску.

– А за динозавров спросить не хочешь? Или за потоп? – Лопырев достал сигарету и затянулся. – Если ты такой весь из себя гений, изучай матчасть. В смерти твоего отца вина целиком твоей бабки и Натэллы! А на Ларке ты женился сам, тебя никто насильно в загс не тянул. Тебе нужны были связи Троянова, насколько я помню. Так что это не ко мне.

– Если бы вы не подложили её ко мне в постель, ни хрена бы этого не было. Вы подсунули мне суррогат.

– Что-то ты не особо этому сопротивлялся, как я посмотрю. Сашке в аккурат одиннадцать лет. – хмыкнул Лопырев.

– Ну, в отличие от тебя, мои женщины детей рожают сами.

Лопырев поднял на него глаза, желваки захлжили ходуном.

– Не передёргивай, Деринг!– процедил он.

– И кстати, Ларка. Прости, милая, – Алекс нежно посмотрел на жену, почувствовав, что она напряглась. – Почему?

– Чтобы успокоить тебя и остановить.

– Хреновый план.

– Согласен. – Лопырев осушил бокал. – Но на тот момент единственно возможный. Да и она уж очень сильно тебя хотела.– Алекс почувствовал, что не всё так прозрачнов этой истории с Ларкой.– Не сбрасывай её со счетов, она очень опасна.

– Знаю. Мои люди не спускают с неё глаз. Я так понимаю, уже к вечеру новости о моём браке станут достоянием всех таблоидов.

– Даже я не смогу этому помешать, уж очень вкусная новость. – хмыкнул Владимир. – Слушай сюда, Деринг, если ты хотя бы попробуешь обидеть мою девочку, я тебя из-под земли достану. Не думай, что если меня не было в её жизни всё это время, я её не люблю.

– Если бы не вы, я бы всё время был в её жизни. – холодно сказал Савицкий. – Я ещё не простил вам наши потерянные четырнадцать лет.

– Я не прощу себе последние тридцать, – задумчиво сказал Лопырев. – Но что это изменит?

* * *

– Как ты это провернул?

Катя улыбалась, прижимаясь к нему всем телом. Алекс благодарил бога, что в лифте кроме них никого не было. Он обнимал её за талию, нежно целуя в висок.

– Наверно, потому что я у тебя очень умный, а твой отец для меня слишком предсказуемый. – улыбнулся Алекс. – Вычислить его слабые точки было легко, а использовать – ещё легче.

– Как ты думаешь, всё, что они рассказали, правда? – она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.

– Думаю, да.– он пальцем убрал волосы с её глаз.– Ты сейчас поедешь домой, а я на яхте разберу документы, которые дала твоя мать.

– Но я тоже...

– Катя, твою мать! Никаких «но» и «тоже»! – он положил руку на её ягодицы и притянул вплотную. – Ты совсем не понимаешь, что делаешь со мной? Когда ты рядом, все мои мысли работают только ниже пояса! А мне сейчас нужна ясность ума такая, как никогда. Сейчас начнется самая опасная часть игры. А для меня ты, как криптонит, моё слабое место.

Катя засмеялась.

– Ты еще скажи, как Эдвард Каллен...

Алекс взъерошил волосы и наклонил голову.

– Белла, ты мой личный сорт героина. – с придыханием сказал он.

– Да ладно, даже так? Вот уж бы не подумала, подростковое кино?!

– Кать, такая память, как у меня, такое себе удовольствие. – хмыкнул он. – Хочешь, всего Шекспира процитирую? Или таблицы Брадиса? А хочешь... – он наклонился к её уху, прикусывая мочку зубами, – процитирую весь древнеиндийский трактат о любви на языке оригинала?

Катю кинуло в жар.

Он протянул руку за её спину и нажал кнопку экстренной остановки.

Подняв голову, он громко сказал:

– Стас, камеры выруби.

Она бросила взгляд на красный мигающий в углу глазок, который тут же погас.

– Не-е-ет... – прошептала она, прикусывая губу, но понимая, что...

– Да.– тихо сказал он.

Он опустил голову и накрыл её губы поцелуем, поднимая двумя руками и прижимая к стенке лифта. Она откинула голову и застонала, чувствуя, как начинает растворяться и исчезать, сгорать в пламени его желания.

Глава 36 Катя

Ноги были ватные. Тело до сих пор вибрировало от страсти. Дыхание вырывалось толчками. Я взглянула на себя в зеркало.

– Не, ну а чё?

– Здравствуй, здравый смысл. – буркнула я.

– Шикарно выглядишь, сразу видно, только из-под мужика выползла. Ты им пропахла, как…

– Как кто? – злобно зашипела я, глядя в зеркало заднего вида на свои горящие глаза, припухшие губы и яркий румянец.

– Не, ну чего ты начинаешь, – пошел на попятную этот гад. – Ты новобрачная, имеешь право.

– Вот именно!

Я поправила волосы и, обмакнув палец в блеск для губ, похлопала им по горящим губам. Прищурилась, посмотрела на Алекса, который стоял у машины и разговаривал по телефону. Он заметил мой взгляд, посмотрел на меня поверх солнцезащитных очков, слегка опустив их пальцем на нос.

– Люблю тебя, – прошептал он одними губами.

Я улыбнулась.

Он отключил телефон и подошел к машине. Сел на пассажирское сиденье, поцеловал меня в щеку.

– Всё, родная, поехали. – Он откинулся на сиденье и снял очки. – Не дуйся, мне нужно всего-то пару часов. И я весь буду твой.

– Пффф! – фыркнула я. – Даже не собиралась. У меня вообще другие планы. Я уже девчонкам позвонила, так что до вечера ты свободен, дорогой.

– Обиделась? – Он развернул меня к себе.

Я сглотнула и, чисто инстинктивно, облизнула губы.

– Катька! Иди ты к чёрту! – улыбнулся он. – Ну я же не железный. Сдохну и всё! Чего делать-то будешь? Иди сюда.

Он притянул меня к себе и впился в мои губы. Я застонала.

– Всё! – Он отстранился.

В глазах горело бешеное пламя желания.

– Заводись к едрене фене! Иначе я прямо тут…

Я повернула ключ зажигания, нажала на газ. Мотор взревел, и мои триста тридцать пять лошадок рванули с места в карьер.

– Тебя на яхту?

Он молча кивнул.

Его рука поглаживала моё колено, а эти чёртовы мурашки, как стадо диких бизонов, носились от моей макушки до пальцев ног и обратно.

Машина, взвизгнув, остановилась у пирса.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Два часа, котенок, – тихо сказал он. – Мне нужно два часа.

– Иди к чёрту! – Прищурила я глаза. – Я уже ходить не могу.

– Ты же понимаешь, что ходить от тебя, родная, не потребуется. – Хмыкнул он.

Я покраснела до кончиков ушей.

– Савицкий, ты просто невозможен. – Зашипела я.

– Знаю, Катюш.

Он надел очки и вышел из машины, насвистывая Билана.

Проводив его глазами, я завела машину, поехала в сторону дома.

Девчонки уже толклись на подъездной дорожке. Увидев «Комарик», они запрыгали и замахали руками.

Ещё раз посмотрела в зеркало.

– Капец! Ну от меня просто прет сексом. – Буркнула я. – Хоть бы взбледнулось немного.

– Я или Е? – хихикнул мозг.

– Ю! – Рявкнула я.

В этот момент Верунька подскочила к машине и открыла дверь.

– Уииии! – взвизгнула она, втянув носом воздух. – Алексеева, да от тебя шмонит самым классным сексом в мире! Девочки, наша недотрога вошла во вкус! Уффф! – она замахала рукой, увешанной браслетами, у носа, разгоняя аромат «Секс на пляже, в лифте и хрен знает где».

– Да отвянь ты от неё со своим сексом! – Сергеева подошла к моей дверце и, облокотившись на крышу «Комарика», прищурилась. – Ты нам лучше вот о чём расскажи, что у вас с Савицким вообще происходит? И чего тут Стас пургу гонит, что вы вроде как уже и расписались? Я не поняла, ты чего, свадьбу зажилить хочешь? Что происходит, малая?

Я сглотнула.

– И да, вам совсем башню сноит, по лифтам обжиматься, как подросткам?

Хихикнула Танька вдогонку, загоняя контрольный прямо в сердечко моему целомудрию, от которого только что и осталось, что правописание через «Е», блин, вот даже тут пошлость получается.

– Мы не... – начала я, пытаясь оправдаться.

– Да-да-да, знаем мы, как вы не... Тесты все видели. Кать? Ты вообще уверена в том, что творишь? Ты знаешь его несколько дней.

Я подняла глаза и посмотрела на Таньку глазами больного оленя, тяжело и протяжно вздохнула.

– Понятно, – тихо сказала она. – Поговорим?

Я отрицательно мотнула головой. На углу улицы появились микроавтобусы с надписью «Телевидение», за которыми бодро скакали две машины ДПС и милиция с мигалками.

Я вздохнула. Судя по всему, новости о браке Савицкого со скоростью торнадо разносились по всему СМИ-пространству.

– По твою душу? – Танька кивнула в их сторону.

Я молча опустила глаза.

– Значит, всё правда. Давай живо вылезай! – она вытянула меня из машины за руку. – Лерка, загони комара в гараж, живо.

Я не успела опомниться, как Сергеева заволокла меня в дом и захлопнула дверь перед самым носом у телевизионщиков. Верка и Лерок прыгнули в машину и тут же загнали её в подземный гараж.

Телефон стал разрываться. На меня стала накатывать паника.

Верунька с Леркой поднялись из гаража.

– Танька, – крикнула Верка, – Влей в неё что-нибудь, она сейчас в обморок грохнется, Савицкий нас потом раскатает, как бог камбалу!

В моих руках оказался стакан.

– Пей!

Ничего не соображая, я залпом вылакала горькое пойло.

– Коньячок! – Радостно завопил мозг. – Ну наконец-то!

Проваливаясь в темную яму, последнее, что я услышала, был голос из громкоговорителя:

– Внимание! Вы находитесь на частной территории. Просим Вас немедленно её покинуть. Любая видео– и фотосъемка категорически запрещены!

– Ууу, мать да ты звезда,– икнул мозг,– Теперь нам всем просто пи...!

Лампочку выключили, все урулили в тень, вместе со мной.

* * *

– Малыш, господи, родная, как ты?

Его голос маяком вел меня на свет. Я открыла глаза.

– Саш? – села, испуганно оглядываясь, – Что случилось?

– Прости, солнце, я совсем не подумал о том, что эти стервятники так быстро до тебя доберутся. – он взъерошил волосы. – Сейчас дом оцеплен по периметру.

– Пришлось всё делать быстро, но немного не успели. Я отдал приказ, как только первая новость о вашем браке появилась в сети.

Я оглянулась. В дверях стоял Лопырев собственной персоной. Скосив глаза на террасу, я увидела вооружённых людей.

– Смотри-ка, Алексеева, люди в черном. – оживился мой мозг. – Уффф! А ты у нас тогда кто? Борис-животное?

– Просто Борис! – прошипела я.

Алекс поднял брови.

– Не Егор? – улыбнулся он.

Я махнула рукой.

– Внутренний диалог?– улыбнулся Сашка, заправляя за ухо мои непослушные волосы,– Познакомь как– нибудь. Занятные, я смотрю, у тебя там ребята. Как ты, Катюш?

– Пить хочу. А где девочки?

Он протянул стакан воды.

Я сделала несколько жадных глотков и завертела головой.

– Наверху сидят.Когда уходил, они играли в шахматы.

– Чего? Во что? – я подумала, что реально ошиблась или ослышалась.

– В шахматы. – Саша наклонился к моему уху. – На раздевание. – тихо добавил он, проводя пальцем, по вырезу на топике.

Я открыла рот и заморгала, удивленно глядя на него. Но он с самым серьезным видом кивнул головой. Я хихикнула, представляя это зрелище.

– Не-е-ет. – тихо прошептала я.

– Точно тебе говорю. Хочешь, фотку покажу?

Он достает телефон. Я поднимаю руки и, обнимая за шею, притягиваю к себе.

– Забери меня на яхту, – шепчу я. – Увези как можно дальше.

– Солнышко, – он прижимает мою голову к своей груди, – обязательно, но чуть позже. У тебя завтра врач, еще завтра приезжает мать, я ей сдам Сашку до конца августа. Потом встреча с Ахметом, ты знаешь, что это…

– Я знаю. – улыбаюсь я.

– Часть команды, часть корабля? – смеётся он.

– Вы долго мурлыкаться будете? Савицкий, не забывай, что я ее отец, и наблюдать за тем, как ты…

– А я тебя свечку держать и не приглашал, не дай бог, сердце не выдержит, старичок. – буркнул он.

– Наглый щенок. – отец развернулся и вышел на террасу, хлопнув дверью.

– Ишь, раскипятился, как чайник! – фыркнул Сашка, – Подумаешь, какой нежный! Не нравится ему, чем я с его дочерью занимаюсь. А внуков, поди, хочет. Ханжа хренов!

Я улыбнулась и уткнулась ему в грудь носом.

– Савицкий, ты в старости такой же будешь?

– Да не дай бог! – он хмыкнул. – В случае чего, пристрели меня сразу.

– Замётано. – шепчу я, подставляя губы для поцелуя. – Увези меня на яхту, Саш. Пусть они все здесь остаются, я хочу побыть только с тобой. В конце концов, у нас медовый месяц.

– Хорошо, родная. Дай мне минутку.

Он встал и вышел на террасу, плотно прикрыв за собой дверь.

Он говорил о чем-то с моим отцом, резко, отрывисто. Звонил кому-то. Я чувствовала его напряжение, и мне это не нравилось. Периодически его взгляд останавливался на мне, я чувствовала его тревогу. Он улыбался и поднимал руку, но я знала, что что-то не так, а он знал, что знала я. Но мы играли с ним эту сцену для всех остальных.

Через полчаса мы выехали на «комарике» из гаража. Денис отзвонился, что у пирса никого нет. «Адмирал» был частным элитным клубом, и журналисты боялись туда соваться.

Через десять минут, мы уже поднимались по гангвею. Я заметила, что Саша постоянно поглядывает на телефон. И в какой-то момент я поняла, что не знаю, где находиться мой.

– Саш? – я посмотрела на него из-под ресниц.

– Он тебе не нужен сейчас. – резко сказал он.

– Это мне решать. – твердо сказала я.

– Я твой муж, поэтому решаю я! – он взял меня за руку.

Я остановилась как вкопанная и выдернула руку.

– Повтори, что ты сказал. – с яростью в голосе прошипела я.

– Решать буду я!

– С какого перепугу?

Я сжала кулаки и для верности опустила голову, как бык, который готовится напасть на тореадора. Для полной картинки осталось только ногой провести по палубе и замычать.

– Да просто потому, что я твой муж! – его глаза загорелись недобрым огнем.

Я поняла, он всё знает.

– Я не хотела тебе говорить, прости. – я протянула ему руку.

Он рывком притянул меня к себе.

– Дурочка! – его пальцы путались в моих волосах. – Ты не знаешь, на что она способна. Пойми, если ты взяла всё самое хорошее, то она – это клоака самых гадких, самых подлых человеческих качеств. Лариска, как самка богомола.

– Я знаю ее, Саш. Знаю ее лучше, чем она сама. Они не сказали тебе ничего, но я знаю. – тихо сказала я.

– Что ты знаешь? – жестко спросил он.

– То, что сейчас знаешь ты.

– Это неправда.

Я улыбнулась и наклонила голову.

– А если подумать?

Он закрыл глаза и, зарывшись лицом в мои волосы, застонал.

– Инь и Янь. – тихо сказал он. – Ад и рай. Полные противоположности, но две стороны одной монеты. Вы близнецы.

Глава 37

– Вот, смотри, – я ткнула пальцем в выцвевшие строки. – Разделение прошло успешно. Оба эмбриона жизнеспособны! Я же говорила. Мы близнецы, Саш! Она Троянову никто! Они выростили чужую дочь: дочь Владимира и Ираиды!

– Ты у меня умница, Катюш. – Алекс отложил документ, который перед этим изучал, и взял протянутый мною лист. – Так, найди мне лист под номером сто тринадцать.

– Зачем?– меня до сих пор трясло от того, что я узнала.

– Надо, котенок.

Уже шел третий час, как мы сидели над этими бумагами. Картина вырисовывалась такая себе, не особо радужная. Все дети, даже Сашка, до года были просто «Объект №». Только я сразу была Катюша. Не Екатерина, не Катя, а именно «Катюша», как реактивная система залпового огня. Меня это просто вымораживало. Я вспомнила, как чувствовала ярость Сашки с его словами: «Подопытные кролики, сука! Мы все для них лишь подопытные кролики!». И вот сейчас вся эта неприглядная правда обрушилась на нас одной лавиной. Наши характеристики высчитывались и корректировались, как у роботов. Универсальные солдаты, вот кто мы для них были.