Текст книги "Чародей смерти (ЛП)"

Автор книги: Винсент Клиш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Винсент Клиш
Чародей смерти

ПРОЛОГ

– Представьте себе: там, за дверью, в темноте, кто-то ждёт. Ждёт именно вас. Ждёт, когда вы выйдете из дому. Что вы при этом чувствуете? Эту неопределённость… эту мучительную неизвестность – чего от вас хотят? Но погодите ещё немного. Скоро узнаете.

Молодая женщина сидела в старом кресле с продавленными подлокотниками. Кресло, вероятно, помнило лучшие времена. Тёплый свет свечей озарял её лицо неровным мерцанием; тени скользили по щекам, по лбу. Глаза у неё были закрыты. Она слушала – и дыхание её становилось всё чаще.

Голос доносился из темноты. Это действовало сильнее, чем если бы говоривший сидел на свету.

В тот вечер он уже показывал ей разные удивительные вещи. Впрочем, самое удивительное, по его словам, ей предстояло совершить самой. Одной лишь силой воображения.

– Пока вы в безопасности. Вас защищают толстые стены старого дома. И хотя дом не ваш, здесь вам спокойно. Здесь вас не тронут. Но скоро придётся уйти. Одной. Без спутника, без защитника. Прежде, однако, вы соберёте в дорогу несколько предметов. Они понадобятся вам там, снаружи, среди неизвестности. И потому запомните: каждый следующий шаг надлежит делать с осторожностью. А всякое решение принимать осмотрительно. Ибо отменить его уже не удастся.

Она чуть заметно кивнула, сама того не замечая.

Он посмотрел на её густые тёмные волосы и подумал, что, вероятно, они пахнут чем-нибудь лёгким и дорогим. Потом продолжил:

– Из дома вы возьмёте три предмета. Положите их в сумку, которую нельзя выпускать из виду ни на секунду. Без этих вещей вы пропадёте. И каждая из них вам понадобится. Поэтому выбирайте внимательно.

По дыханию он понял: тревога в ней растёт.

– Первый предмет находится в подвале. Неохотно вы спускаетесь по старой скрипучей лестнице, держась левой рукой за перила. Осторожно ступаете со ступеньки на ступеньку, медленно сходя в темноту. Холод забирается под одежду, стесняет движения. Тревога всё сильнее, и вам хочется лишь одного – скорее вернуться наверх.

Вот лестница кончилась. Вдоль голой глиняной стены вы проходите в соседнюю комнату – мастерскую. Там, у окна, в слабом свете потолочной лампы, стоит на полу ящик с инструментами.

Вы подходите. Наклоняетесь. Поднимаете тяжёлую крышку и ощупью перебираете лежащие внутри инструменты.

Взять можно только один.

Решайте скорее. Не задерживайтесь в этом тёмном месте. Какой бы инструмент вы ни выбрали – берите и кладите в сумку.

А теперь – бегите наверх. Так быстро, как только можете.

В маленькой полуподвальной квартире, куда он пригласил её для своего «магического опыта», стояла тишина. Молодая женщина не была загипнотизирована – нет. Она лишь совершенно расслабилась и позволила чужому голосу вести себя дальше и дальше.

– Теперь вы поднимаетесь наверх, перепрыгивая через ступеньки, и вскоре снова чувствуете тепло жилых комнат. Из прихожей вы идёте в гостиную.

В дверях вы останавливаетесь.

Комната освещена свечами. Мягкий свет, уют, тепло. В середине, на тёмном дубовом столе, большая ваза с цветами. Букет составлен со вкусом.

Некоторое время вы просто смотрите на него.

Но потом вас привлекает запах.

Вы подходите ближе и осторожно вдыхаете аромат – цветок за цветком.

Теперь выберите тот, чей запах нравится вам больше остальных, и положите его в сумку рядом с инструментом.

Он наблюдал за ней с удовольствием. Женщина была красива, неглупа и, судя по всему, добросердечна. Именно таких он и предпочитал.

– Теперь вы выходите в коридор, крепко прижимая к себе сумку. Коридор длинный. Необыкновенно длинный – длиннее, чем бывают настоящие коридоры. Вы оглядываетесь и замечаете: здесь есть всё, что может пригодиться человеку, который покидает безопасный дом ради неизвестности.

Осмотритесь спокойно.

А затем выберите ещё один полезный предмет и положите его в сумку – к инструменту и цветку. Но помните: решение окончательное. Назад пути уже не будет.

Он сидел прямо напротив неё. Стул свой придвинул так близко, что слова его, казалось, можно было не только слышать, но и ощущать кожей.

– Пора. Дверь открывается – и в доме сразу становится темно. Только что здесь были тепло и свет. Теперь – холод и мрак.

Вы слышите шаги?

Они приближаются.

Бегите. Бегите из дома как можно скорее. Но не забудьте сумку с тремя предметами. Без неё вы пропали.

Снаружи перед вами развилка. Луна – теперь ваш единственный проводник – светит ровно настолько, чтобы различить дорогу.

Выбирайте путь и спешите.

Здесь небезопасно.

И помните: за вами всё ещё идут.

На её лице дрогнули мышцы. Он улыбнулся – чуть заметно, уголком рта.

– Вы всё ещё не знаете, кто поджидал вас там, снаружи. Но шаги слышны всё отчётливее.

Медленно.

Очень медленно.

Они приближаются.

Вы не смеете обернуться.

Сколько ещё времени осталось, прежде чем вас настигнут?

Теперь она была уже там – внутри своей истории. Он видел это совершенно ясно.

– Вы бежите дальше, всё быстрее. И вдруг путь вам преграждают огромные чёрные железные ворота. Они слишком высоки, чтобы перелезть. И к тому же ворота охраняют.

Сторож стоит неподвижно. Чёрная форма, высокие сапоги. Фуражка низко надвинута на лицо, изрезанное морщинами.

Но останавливаться нельзя. Не теперь, когда преследователь всё ближе.

Что делать?

Посмотрите в сумку. У вас там инструмент, цветок и полезный предмет. Быть может, сторожу что-нибудь пригодится?

Чем вы готовы пожертвовать? А что не отдадите ни за что?

Не медлите. Время уходит.

Вы достаёте один из предметов и протягиваете сторожу.

Он внимательно его рассматривает.

Потом улыбается.

И открывает ворота – ровно настолько, чтобы вы могли пройти.

Затем чуть приподнимает руку, словно приветствуя вас, и лёгким кивком указывает дорогу.

Бегите.

Вы потеряли слишком много времени.

Он сделал паузу – ровно такую, какая требовалась.

– Теперь у вас осталось два предмета. Где-то далеко впереди видны огни. Большое современное поселение. Свет. Безопасность.

Но темнота вокруг становится всё плотнее.

Дорога ведёт в лес. Деревья стоят так тесно, что лунный свет почти не проникает сквозь ветви. Вам приходится замедлить шаг – иначе можно упасть. И всё же вы продолжаете бежать.

Холодный воздух жжёт горло. Глаза слезятся.

И вдруг вы слышите плач.

Вы останавливаетесь.

Оглядываетесь.

Из темноты выходит ребёнок.

Это маленькая девочка. На ней тонкое шёлковое платье, едва прикрывающее колени. Ноги босые. И только большие голубые глаза светятся в темноте.

Он нарочно помедлил.

– В глазах ребёнка слёзы. И сейчас вы чувствуете не страх – жалость. Вы не знаете, кто эта девочка и как она оказалась здесь. Но понимаете: ей нужно помочь.

Откройте сумку.

Что там осталось? Инструмент? Цветок? Полезный предмет?

Решайте, что отдать ребёнку. Но помните: последний предмет понадобится вам самой.

Он ощутил, как она внутренне успокоилась. Вероятно, решила, что поступила правильно.

Теперь следовало не ошибиться с финалом.

– Вы бежите дальше. Всё быстрее. Лес кончается, и луна снова освещает дорогу. Огни становятся ближе, дома – отчётливее.

Теперь дорога ведёт прямо в деревню.

И вдруг вы замечаете дом, который уже видели сегодня вечером.

Да, вы уже входили в него.

Теперь вы понимаете, куда привёл вас путь.

Вы забываете обо всём и снова входите в этот дом, крепко сжимая сумку. Внутри остался последний предмет.

Комната кажется вам знакомой.

Кресло – тоже. Сегодня вы уже сидели в нём.

И теперь садитесь снова. Ставите сумку рядом.

Закрываете глаза. Сделайте глубокий вдох.

Пусть воображение и реальность снова соединятся.

Что произойдёт, когда вы откроете глаза?

В комнате повисло то особенное напряжение, которое он любил более всего на свете. Ради подобных мгновений, вероятно, и существует театр.

– Откройте глаза, – тихо сказал он.

Она подчинилась не сразу.

– И что? – спросила наконец едва слышно.

– Посмотрите рядом с креслом.

Она посмотрела – и увидела старую кожаную сумку.

Несколько секунд назад её там не было.

– Но ведь это вы её поставили, – мягко произнёс он. – В своих мыслях.

Ответить она не смогла. В горле стоял ком. Она лишь кивнула.

– Возьмите сумку на колени. И откройте.

Женщина осторожно подняла сумку и расстегнула ржавый замок. Заглянуть внутрь она решилась не сразу.

В сумке лежал только один предмет.

– Вы выбрали его в доме? И он всё это время оставался при вас? – спросил он.

Она снова кивнула – теперь уже совсем растерянно.

– Достаньте.

Женщина сунула руку внутрь и медленно вытащила молоток – тяжёлый, с отполированной до блеска стальной головкой.

– Розу вы уже подарили, – почти шёпотом сказал он.

Она вскинула на него глаза. Откуда он мог это знать?

Он протянул руку. Жест был спокойный, почти вежливый.

– Всё это были только ваши решения, – произнёс он тихо. – Мы всегда оказываемся именно там, куда приводят нас собственные поступки.

Он поднялся. Неторопливо. С известной театральностью человека, привыкшего производить впечатление.

И сказал:

– Это я поджидал вас там, в темноте. И я же шёл за вами следом.

Она ещё не успела понять, что происходит, когда он коротко размахнулся и точным ударом молотка проломил ей висок.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 01

С Берлином бывает так: любишь его искренне, почти нежно – а он всё равно умудряется вывести из себя.

Юлиусу Керну понадобилось более десяти минут, чтобы продвинуть служебный автомобиль всего на два километра – от конца Фридрихштрассе до перекрёстка Мерингдамм и Гнайзенауштрассе. Оттуда до главного здания LKA Берлина оставался сущий пустяк. Однако и этого пустяка хватало, чтобы окончательно убедиться: вовремя в кабинет он сегодня не попадёт.

Где-то впереди у светофора один водитель въехал в задний бампер другому. Случай обыденный. Необычным было иное: виновник аварии, вместо того чтобы освободить проезжую часть, вступил с пострадавшим в горячий спор о вине – вопросе, который, судя по всему, никаких сомнений не вызывал.

Это была уже вторая пробка на пути Керна к работе.

Юлиус Керн служил старшим комиссаром в отделе преступлений против личности. Три года назад его перевели в столицу из соседнего Бранденбурга – событие, которое тогда казалось ему началом более динамичной службы.

Теперь он, стоя в очередной городской пробке, размышлял об этом с меньшим воодушевлением.

По меньшей мере десятый раз за утро Керн ловил себя на мысли, что проще всего было бы поставить на крышу сирену и выбраться из бесконечного городского «стоп-энд-го». Однако воспитание – отец его был директором школы – не позволяло пользоваться служебным положением без крайней нужды.

Поэтому он терпеливо остановился перед очередным красным сигналом.

И стал ждать.

– Какую часть слова «нет» ты, мудак, не понял?!

Крик донёсся из машины, стоявшей прямо перед Керном.

Этот перекрёсток давно облюбовала компания панков. Они держались на разделительном островке и за мелочь или сигареты мыли лобовые стёкла автомобилей, ожидавших зелёного сигнала. Чаще всего – вопреки желанию владельцев.

– Каждый чёртов день я стою на этом светофоре! Каждый чёртов день кто-нибудь из вас, бомжей, подходит со своей дурацкой шваброй! Каждый чёртов день я говорю «нет» – и каждый раз вы рисуете мне на стекле проклятое сердечко!

Невысокий худощавый водитель, судя по всему, был на пределе.

Панку следовало бы просто уйти. Но, кажется, подобная мысль его не посетила.

– Завали хлебало, придурок! – отозвался он и щедро плеснул на лобовое стекло грязной водой из ведра.

Керн надеялся, что светофор скоро переключится. Вмешиваться ему совсем не хотелось – такие сцены легко превращаются в нечто гораздо более неприятное.

Однако остальные панки уже заметили происходящее и направились к машине.

С разных сторон к автомобилю стали приближаться неопрятные молодчики. Татуировки, пирсинг, растрёпанные волосы – для аккуратно одетого водителя они выглядели достаточно угрожающе, чтобы окончательно вывести его из равновесия.

– Всё, хватит! – выкрикнул он и выскочил из машины.

Светофор наконец загорелся зелёным.

Сзади тут же раздался раздражённый хор автомобильных гудков.

Панки – двое из них с собаками – быстро двинулись к потерявшему самообладание водителю. Судя по всему, дело шло к драке.

Керн уже решил выйти из машины, чтобы вмешаться.

Но тут произошло нечто иное.

Мужчина внезапно вытащил револьвер и дрожащей рукой направил его на приближавшихся панков. Те заметно сбавили шаг.

– У вас проблемы, уроды?

Панк, стоявший ближе всех, был слишком пьян, чтобы осознать серьёзность положения.

– Ну так иди сюда, если чего-то хочешь! – вызывающе крикнул он.

Керну понадобилось всего несколько секунд, чтобы понять: ситуация опасна.

Под угрозой были не только панки. На оживлённом перекрёстке уже собралась небольшая толпа зевак. Некоторые наблюдали происходящее с явным удовольствием, словно перед ними разыгрывалась сцена уличного театра. Нашлись и такие, кто подбадривал участников выкриками.

Перестрелки допустить было нельзя.

Но если он сам достанет оружие и направит его на водителя, тот – раздражённый, загнанный в угол – может нажать на спуск немедленно.

Пистолет у него, скорее всего, ненастоящий. Но если всё-таки настоящий…

Керн потянулся к кобуре.

И в этот момент услышал:

– Бросьте оружие и положите руки на голову!

К перекрёстку как раз подъехал патрульный автомобиль – тот самый, что вызвали из-за аварии. Полицейские заметили конфликт и отреагировали мгновенно.

Вооружённый водитель уставился на них, покрытый потом, и лихорадочно соображал, что делать дальше.

Керн остался в машине.

Спокойно, почти невозмутимо он достал телефон и позвонил в диспетчерскую.

– Срочно пробейте владельца автомобиля, – сказал он, продиктовав номер машины впереди.

– Наконец-то хоть кто-то им показал! – выкрикнул из толпы маленький жилистый мужчина. – Пусть работу найдут, а не людей достают!

Собаки панков, пятясь назад, яростно лаяли. Автомобили продолжали сигналить. Крики, лай и гудки сливались в неприятный, давящий шум, который лишь усиливал напряжение.

– Последнее предупреждение: бросьте оружие! – повторил полицейский.

Только бы у коллеги палец не дрогнул. Иначе здесь будет бойня.

Но мужчина не подчинился.

Он резко шагнул вперёд, схватил одного из панков и прижал дуло револьвера к его голове.

– Лучше хватайте вот этого! – закричал он. – Каждый день эти типы ко мне лезут! У супермаркетов стоят со своими дурацкими газетами! Свидетели Иеговы пристают! Домой приходишь – звонят эти проклятые колл-центры и пытаются впарить какую-то дрянь! Куда ни сунься – везде кто-нибудь достаёт!

Зевак становилось всё больше.

Одни поддерживали вооружённого водителя. Другие – панков.

И тогда Керн сделал то, чего никто не ожидал.

Он вышел из машины и подошёл к мужчине сзади.

– Эй, Ларс, давно не виделись. Как жизнь?

Тот резко обернулся, не опуская револьвера.

– Мы знакомы?

– Конечно. Неужели не помнишь? Давненько это было… Мы ведь собирались как-нибудь выпить.

Патрульные, державшие водителя на прицеле, Керна не знали.

– Немедленно вернитесь в машину! – крикнули они.

Керн словно не услышал.

– Как там Линда? – спросил он всё тем же спокойным голосом.

Диспетчерская уже успела передать ему данные. Водителя звали Ларс Варбелов. Сорок восемь лет. Оружие на него зарегистрировано не было.

Наверняка газовый. Таких по Берлину сотни.

– Что?.. А… нормально, – пробормотал Варбелов.

– Машина у тебя хорошая. Недешёвая, должно быть.

Совсем растерялся.

Лай собак, сигналы автомобилей, крики – всё это давило на нервы. Варбелов находился в состоянии крайнего напряжения. И самое опасное заключалось в том, что выхода у него уже не было.

Именно это и тревожило Керна.

– Дай-ка сюда, – сказал он спокойно, указывая на револьвер.

Варбелов посмотрел на него.

Решение должно было последовать в ближайшие секунды.

– Я вас всех перестреляю! – внезапно заорал он и оттолкнул панка.

Сейчас.

Дальше всё произошло быстрее, чем успел бы моргнуть наблюдатель.

Варбелов вскинул оружие на Керна.

Керн перехватил его руку, ловко вывернул её и швырнул мужчину на холодный асфальт.

Раздался выстрел.

Керн мгновенно вырвал револьвер, отбросил его в сторону и навалился на лежащего.

Через секунду подоспели патрульные.

– Отдайте оружие! – крикнул один из них.

– LKA, – коротко ответил Керн, показывая удостоверение.

Полицейский кивнул и быстро защёлкнул на совершенно ошеломлённом Варбелове наручники.

Керн поднял револьвер и открыл барабан.

Оружие было настоящим.

Он быстро огляделся.

Панк сидел на бордюре и ругался. Собаки лаяли. Зеваки оживлённо обсуждали происшествие.

Никто не лежал на асфальте.

Обошлось.

Керн уже собирался помочь коллегам, когда зазвонил телефон.

– Даниэла, – сказал он, увидев имя на экране. – Что случилось?

Даниэла Кастелла, начальница отдела преступлений против личности LKA Берлина, обладала редким даром говорить спокойно даже тогда, когда происходило нечто из ряда вон выходящее.

– Где вы сейчас?

– Гнайзенауштрассе.

– Там, где обычно собираются панки?

Керн усмехнулся.

– Сегодня у них перерыв. Автомобилисты нервничают.

– Хорошо. Тогда поезжайте на Хафельхаусзее. У нас гости.

Интонацию начальницы Керн знал слишком хорошо.

– Кто?

– «Висо̀чник». Он у нас.

Керн на мгновение замер.

– Ошибки быть не может?

– Похоже, нет. Эксперты уже там. И Деннис скоро подъедет.

Связь оборвалась.

Шум перекрёстка вдруг словно отступил. Всё вокруг двигалось медленнее, чем секунду назад.

Среди суеты Керн вдруг заметил только одну деталь: дикую голубку. Птица лениво слетела с крыши маленькой закусочной и направилась в сторону центра Берлина.

В желудке у Керна возникло странное чувство – давно забытое.

Одиночество.

Если «Висо̀чник» действительно оказался в Берлине, значит, ему предстояло столкнуться с серийным убийцей, о которого годами ломали зубы целые следственные группы.

На мгновение по губам Керна скользнула едва заметная улыбка.

Ну что ж… сирена теперь вполне уместна.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

LKA (Landeskriminalamt) – земельное ведомство уголовной полиции Германии; занимается расследованием тяжких преступлений и координацией криминальной полиции в пределах федеральной земли.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 02

Хафельхаусзее на юге Берлина тянется более чем на десять километров. Шоссе идёт через Грюневальд, вдоль восточного берега Хафеля, и в тёплое время года здесь всегда полно гуляющих. Берлинцы любят это место за редкое для большого города свойство: оно умеет притворяться тишиной.

Иногда и Керн приезжал сюда по выходным – с Натали и маленькой Софи. Летом здесь бывало особенно хорошо. Вода, сосны, песок. И ни малейшего ощущения, что неподалёку живёт несколько миллионов человек.

Нынешний день тоже выдался солнечный.

Если бы не два мешка с человеческими останками, можно было бы принять происходящее за загородную прогулку.

Полиция оцепила часть берега. У кромки леса стояли машины патрульной полиции, чуть дальше – фургоны криминалистов. Однако место находки не обещало больших удач. Мешки прибило сюда случайно, течением.

Керн неторопливо подошёл к первому. Второй лежал примерно в ста метрах западнее.

Им он займётся позже.

Торс молодой женщины не успел ни разложиться, ни разбухнуть от воды. Убийца потрудился на совесть: тело было упаковано тщательно, почти герметично.

Керн сразу увидел то, что видели до него десятки следователей в девяти федеральных землях.

Рану у правого виска.

Ты была красивой женщиной. Почему именно так?

Доктор Адриан Хоманн из судебной медицины уже успел провести первичный осмотр. Высокий, сухощавый, в белом защитном костюме, он походил скорее на химика, чем на врача.

Заметив Керна, Хоманн сразу подошёл.

– Когда он её распиливал… она ещё была…?

Керн не договорил.

– Жива? – спокойно уточнил врач. – Боюсь, что да. Но без сознания. Иначе остались бы следы борьбы. Да и разрез вышел бы не таким аккуратным.

Он указал на висок погибшей.

– Тяжёлая черепно-мозговая травма. Без неё она очнулась бы. Человек не остаётся без сознания при расчленении. Впрочем, от этой раны она всё равно умерла бы.

– Но он решил не ждать, – тихо сказал Керн. – Кто обнаружил тело?

– Прохожий. Вернее, его собака.

– Свидетель в состоянии говорить?

– Вполне. Коллеги его уже опросили. Только рассказывать ему особенно нечего.

Керн присел на корточки возле мешка. В одном находилась верхняя часть тела, в другом – нижняя.

– Такие продаются в любом супермаркете. У меня дома точно такие же. Эксперты что-нибудь нашли?

Хоманн слегка пожал плечами.

– Снаружи – едва ли. Вода постаралась. А вот внутри мешков, вероятно, что-то останется.

– Давно она мертва?

– Здесь точно не скажешь. Есть три надёжных признака смерти: трупные пятна, окоченение и разложение. Но он её распилил. Крови в теле почти нет.

– Значит, и трупных пятен нет.

– Именно.

Хоманн опустился рядом и взял погибшую за левую руку. Та окоченела. Врачу пришлось приложить усилие, чтобы согнуть её в локте. Когда он отпустил руку, она тяжело упала обратно.

– Судя по окоченению, смерть наступила от восьми до двадцати четырёх часов назад. Точнее на месте не определить.

Керн посмотрел на воду.

Хафель тёк лениво, почти сонно.

– Течение слабое. Если мешки прибило сюда, значит, сбросили их где-то поблизости. Следовательно, прошло больше восьми часов.

Хоманн взглянул на него с любопытством.

– Почему?

– С полуночи до шести утра Хафельхаусзее закрыта для частного транспорта. С трупом в машине он не рискнул бы нарваться на проверку.

Врач молча кивнул.

Потом сказал:

– Если бы он утяжелил мешки, они всплыли бы гораздо позже. Или не всплыли вовсе. Он хотел, чтобы мы её нашли.

Керн снова посмотрел на мёртвое лицо женщины.

Последнее, что она увидела, вероятно, было лицо убийцы. Ничего утешительного в этой мысли не содержалось.

– Мы должны были найти тело. Но не место убийства, – произнёс он. – Он делает так уже много лет. Насколько мне известно, коллеги до сих пор не нашли ни одного настоящего места преступления.

– Не нашли, – подтвердил чей-то голос.

К ним подошёл молодой мужчина спортивного вида. Подошёл почти бесшумно – качество для полицейского полезное.

Керн обнял его по-приятельски.

– Деннис, отчего так поздно? Сузи не отпускала?

Деннис Баум служил обер-комиссаром в LKA и работал с Керном уже несколько лет. Во время перестрелки три года назад он потерял большую часть правого уха. Теперь его заменял протез – настолько хороший, что замечали его немногие.

В ту же пору Деннис встретил Сузану Костич, более известную среди знакомых как Сузи.

– Если бы дело было в Сузи, – сказал Баум. – На Мерингдамме какой-то идиот с пистолетом полез на панков. Весь город стоит.

– Берлин умеет разнообразить утро, – заметил Керн.

И снова перевёл взгляд на тело.

– Личность установили?

– Пока нет, – ответил Хоманн. – Карманы пусты.

Керн едва заметно усмехнулся.

– Значит, это он оставил нам для домашнего упражнения.

– Как думаешь, зачем он так делает? – спросил Деннис.

Он давно заметил: Керн понимал убийц слишком хорошо. У коллег это вызывало одновременно уважение и некоторую тревогу – как вызывают тревогу люди, слишком быстро находящие ответы.

– Это даёт ему время, – ответил Керн. – Он ездит по стране и убивает женщин. Пока мы устанавливаем личность жертвы, он успевает уехать дальше.

Хоманн оглядел берег.

– Здесь вы всё равно ничего не найдёте.

– Боюсь, что так. Отвези тело в морг и займись вскрытием. – Керн повернулся к Бауму. – Деннис, проверь камеры контроля скорости. Особенно арендованные машины и автомобили с чужими номерами. Он не берлинец.

– А если уже уехал?

Керн ненадолго задумался.

Прежде этим делом он всерьёз не занимался – Висо̀чник до сих пор обходил Берлин и Бранденбург стороной. Однако среди полицейских о нём знали все.

Слишком многие пытались его поймать.

И слишком многие потерпели неудачу.

– Возможно, – сказал Керн. – Но он был здесь. А человек не может устроить такое и ничего после себя не оставить.

Деннис заметил знакомый блеск в глазах коллеги.

Керн уже принял решение.

Он собирался остановить убийцу.

И, пожалуй, впервые за долгое время Деннис подумал, что это не выглядит безумием.

Правда, была и другая мысль – та, о которой Керн никогда не говорил вслух.

А если не выйдет?

– Он призрак, – тихо сказал Баум. – За столько лет ни одной настоящей зацепки.

Керн не ответил.

Он ещё раз посмотрел на изуродованное тело, потом пошёл к воде. Солнце отражалось в Хафеле, и от бликов приходилось щуриться.

Керн медленно прошёл по песку к самой кромке берега и долго смотрел на далёкие деревья по ту сторону реки.

Лишь убедившись, что рядом никого нет, он негромко произнёс:

– Где бы ты ни прятался… я тебя найду.

И после короткой паузы добавил:

– Скоро.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

Обер-комиссар (нем. Kriminaloberkommissar) – звание в уголовной полиции Германии, выше комиссара; примерно соответствует старшему оперуполномоченному.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»