![](/files/books/160/oblozhka-knigi-plennica-bandita-si-382036.jpg)
Текст книги "Пленница бандита (СИ)"
Автор книги: Виктория Победа
Соавторы: Юлианна Орлова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
– Леша, я…я знаю, что ты обижен, и я совершила ошибку, когда ушла, но я была беременна, боялась за свою жизнь и за жизнь малыша, – вот здесь даже мне захотелось расквасить её физиономию. Мне пять минут хватило, чтобы понять: на ребенка этой женщине было наплевать, и сейчас она собиралась использовать его, как средство достижения собственных целей. Не станет любящая и заботящаяся о своем чаде мать тащить его на ночь глядя по холодным улицам в тонкой курточке чёрт знает куда. Неизвестно, сколько эта женщина простояла под подъездом вместе с замерзшим малышом.
– Ошибку? Обижен? Ушла? Ты, блядь, оставила меня подыхать в больнице и свалила с новым ебарем, обчистив мои счета, пока я боролся за жизнь.
– Я…
– И теперь ты приходишь ко мне, чтобы я что? Обеспечил твою безбедную жизнь, потому что ты родила моего сына? Я заберу его у тебя, Лина, а ты сейчас пойдешь на хер отсюда и больше никогда не появишься в нашей жизни.
– Ты не можешь так со мной поступить.
– Лина, я могу, бля, тебя в асфальт закатать за то, что ты сделала. Ты, тварь, думаешь, пришла сюда, и я поплыл? Да я тебя, шалаву, в публичный дом отдам, если ты сейчас, нахрен, отсюда не свалишь, и уж поверь, я прослежу за тем, чтобы тебя выебал каждый клиент, пока от тебя живого места не останется. А теперь пошла вон отсюда, – Леша снова сорвался на крик, и в этот момент я наконец отмерла, и рванула обратно на кухню, от греха подальше.
Вернувшись, застала Артема, поедающего последний бутерброд. Все-таки я не ошиблась, малыш было голоден. И несмотря на всю грубость Леши, сейчас я его понимала. Его слова отпечатались в мозгу. Это кем нужно быть, чтобы так поступить с человеком, а потом иметь наглость и заявиться к нему спустя несколько лет.
– Наелся? – спросила, когда малыш расправился с последним бутербродом.
– Да.
– Молодец.
– Мама меня здесь оставит, да? – застал меня врасплох Артем.
– С чего ты взял?
– Она меня не любит, – пожал плечами малыш и уткнулся взглядом в кружку.
Я вздрогнула от тоненького голоска и брошенной фразы. Вдох встал в горле комом. Это ненормально, когда такое выдают дети. Передо мной сидел маленький, несчастный мальчик, и я не знала, чем ему помочь. Грустный взгляд, и несколько тяжёлых вдохов кричали о том, что он сдерживает слезы, чтобы не расплакаться и так жаль мне его стало, так больно за него. Такой маленький, а уже брошенный всеми.
Со стороны коридора вдруг послышался грохот и топот ног, крики, донесшиеся до кухни, а потом кто-то шарахнул дверью, и все стихло. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться – Леша выполнил свое обещание и выставил бывшую за дверь. Я ожидала, что он появиться на кухне, но, видимо, мужчина скрылся в своем кабинете. И очередная порция злости не заставила себя ждать. На кухне сидел маленький мальчик в компании совершенно чужой для него женщины, а родителям на него оказалось наплевать. Едва сдерживая поглотившую меня ярость, я с шумом вдохнула в легкие воздух и поднялась со стула. Малыша нужно было уложить спать, сейчас сон для него лучшее решение.
– Артем, давай ты сейчас ляжешь спать, а завтра утром мы во всем разберемся, хорошо?
Порядком уставший малыш только кивнул и слез со стула.
Уложила Артема я в свою кровать, предварительно натянув на него самую маленькую из своих футболок. Малыш уснул едва его голова коснулась подушки, а я, погладив его по лицу, покачала головой и направилась к его отцу.
Постучавшись, но так и не дождавшись ответа, я дернула ручку и, открыв дверь, вошла в кабинет.
Пространство освещала лишь тусклая настольная лампа, а за столом восседал мужчина со стаканом в руке. Я покосилась на стоящую на столе бутылку, добрая половина которой уже была оприходована. Тут же мне пришлось пожалеть о том, что заявилась сюда после случившегося. Чем только думала?
Мужчина мазнул по мне ленивым взглядом, а потом поставил на стол стакан и резко поднялся. Всего в несколько шагов он оказался рядом, и меня пробрала дрожь. В душе зародился ужас, потому что стеклянный взгляд мужчины не предвещал ничего хорошего. Леша грубо схватил меня за шею и придавил к стоящей позади стене. Я только охнуть успела, когда мужская рука грубо задрала платье почти по пояс и не стесняясь устремилась под трусики.
– Отпусти, – вцепилась в его грудь ногтями, силясь причинить ему боль, чтобы ослабил хватку, но только сильнее его раззадорила. Послышался треск ткани, и я с удивлением заметила, что подол платья превратился в лоскуты, свисающие по телу. Страх сковал каждое мое движение, а мужчина продолжал касаться меня. Откровенно. Грубо. Его не заботили ни мои всхлипы, ни просьбы отпустить. Он резко раздвинул мои ноги и сунул руку в трусы, заставив меня забиться еще яростнее в его тисках. Я понимала, что не в состоянии ему противостоять, он сильнее, намного, но продолжала колотить его кулаками и вырываться.
– Прекрати, Мира, чего вам бабам надо, а? Я с тобой и так, и эдак, сказал же, что все равно моей будешь, – он говорил не своим голосом, потемневший взгляд, пропитанный похотью, вперился в мое лицо. Пальцы мужчины грубо развели нижние губы, причиняя боль и заставляя меня вскрикнуть.
Я в очередной раз сделала попытку оттолкнуть мужчину, но он лишь сильнее прижал меня к себе и впился в мои губы болезненным поцелуем. Его язык грубо таранил мой рот, а пальцы проникли глубоко в меня, причиняя боль. Второй рукой мужчина больно удерживал меня за шею, не позволяя отстраниться.
– Хватит, я сказал, – он резко развернул меня, впечатав лицом и животом в стену, надавил на поясницу, заставляя прогнуться и разорвал уже и так потрепанные лоскуты платья сзади.
Мужчина отпустил меня лишь на секунду, чтобы справиться со своей одеждой, ослабил тиски, но этого хватило, чтобы, сильно ударив его локтем, я смогла вырваться из этого плена и рвануть в сторону двери, не помня себя от страха.
Сердце стучало с огромной скоростью, отдаваясь звонким гулом в ушах, виски пульсировали, а ноги не хотели слушаться, с трудом неся меня в комнату. Слезы хлынули из глаз, затуманивая пространство, я теряла очертания окружающих меня стен, едва не теряя сознания.
Не помня, как добралась до комнаты, я буквально доползла до ванной и заперла за собой дверь, прекрасно понимая, что, если мужчина проследует за мной, эта хрупкая дверь не спасет. С трудом дыша, зашла в кабинку и прикрыла створку. Слезы и ужас душили, не давая дышать, перед глазами все плыло. Наощупь отыскала кран и включила воду. Теплые струи полились сверху, и я сползла по стеночке на холодный кафель, задыхаясь от рыданий и пережитого ужаса, и не заботясь о том, что так и не стянула с себя разодранное в клочья платья. Сидела на мокром кафеле, прижимая колени к груди и рыдала в голос. Не знаю, сколько я так просидела, пока в какой-то момент не послышался шум, а следом перегородка с грохотом отодвинулась. Передо мной предстал Леша. Разъяренный и взмыленный.
Я тут же вскинула руки вверх, как будто это смогло бы меня защитить. Страх сковал тело. Блуждающий взгляд мужчины остановился на моем лице. Я не моргала. Не дышала. Казалось, что не существовала. Вода продолжала литься на меня сверху. Я чувствовала, как одежда противно липла к коже, белая ткань больше не скрывала того, что я без бюстгальтера. Соски острыми пиками проявлялись, будоражили сознание мужчины напротив.
Заметил, конечно, заметил. Ошибусь, если скажу, что он не облизал губы в предвкушении.
Отступила назад.
– Не подходи…ко мне, – губы тряслись. Руки подрагивали, стоило только их приподнять в защитном жесте. Меня трусило как припадочную.
– Мира, – утробно проговорил. Черты лица заострились.
– Нет, – перебила, пытаясь прикрыться одной рукой, не переставая вскидывать вперед другую. Нет.
Но все было тщетно. Он рывком вытянул меня из душа. Мой крик звучал громко. Слишком громко, и Леша умело притянул широкую ладонь к лицу. Заблокировал мои брыкающиеся ноги своими.
Вода стекала ручьем и оставляла следы. Резко и отчаянно я стала вырываться так сильно, как могла. Он меня не достанет, не так. Не дамся без боя. Я не тот человек, который опускает руки в стрессовых ситуациях. Крик застрял в горле.
– Мира, твою мать, успокойся! – прошептал в ухо. Воздух наэлектризовался, вода так и продолжала литься в душе. Леша громко ругнулся и, прижав меня к стене одной рукой, перекрутил вентиль второй. Тишина оглушающая.
Мои глаза расширились, стоило столкнуться с голубой бездной. Ну как такой человек может быть настолько противоречивым мудаком в одним момент и настоящим джентльменом в другой? Почему его кидает из крайности в крайность и причём тут я, в конце концов?! Леша опустил потемневший взгляд в район груди, и мне казалось, что соски от этого стали тверже.
Нет. Это просто вода. Холодная вода и такой же прохладный воздух вокруг.
– Маленький ребенок за стенкой спит, так что мы сейчас молча выходим отсюда. Молча, девочка.
Даже расфокусированный от алкоголя взгляд не означал, что он в стельку пьяный, потому что говорил при этом более, чем четко. Не выпускал из оков. Как нарочно.
Я мотнула головой, пытаясь показать, что могу идти и сама. Без конвоя.
Но мужчина изогнул бровь в ответ мое действие.
– В комнате поговорим, а пока так, кто там тебя знает, фурия ты моя.
Противный липкий страх не хотел отпускать. Я судорожно прикидывала варианты, что мне можно было предпринять в такой ситуации. Все разумные вещи, конечно, вылетели из головы. Защитные приемы не хотели всплывать в памяти. Дерьмо.
Мы гуськом вышли из ванной. Вода продолжала стекать, это все надо снять…если я не хочу заболеть. Но одна только мысль об этом сейчас приводила в ужас.
Как только он отпустил меня в своей комнате, я развернулась и попыталась ударить его по лицу, вложив всю ненависть в кулак. Но что-то пошло не так, я поскользнулась на мокром паркете и полетела назад.
– Ай, – Леша скоординировался быстрее и схватил меня за руку, но по инерции поскользнулся и сам, полетел вслед за мной.
Весь воздух вышел из легких, но падение все же было смягчено. Леша принял удар на свою коленку, и таким образом все закончилось не так печально, как могло бы. Рассечь голову – прекрасное окончание для такого насыщенного дня.
Не удержавшись, мужчина мягко приземлился на меня сверху, придавливая мощным мокрым телом.
– Твою мать…я уже слишком стар для таких кордебалетов, – зашипел у моего уха. – Ну откуда ты такая проблемная взялась?!
Шок и паника отразились на моем лице, мимолетный страх от падения заменил вполне реальный от давящего на меня сверху мужика под сотку кило.
– Отпусти меня, ты, животное! Слезь с меня немедленно!
– Прекрати уже вопить мне на ухо, я себе чуть ногу не сломал, пока твое изящное тельце ловил. Прояви уважение, бляха муха! – запах спиртного обдал лицо. Пары алкоголя вызывали еще больший ужас.
Господи, когда это все закончится? Когда?
Я стучала кулачками по груди. Раз. Два. И шипела на него словно кошка.
– Слезь с меня, – но мужчина ловко перехватил мои руки и завел за голову.
Резко опустил свое лицо к моему и впился болезненным поцелуем. Язык варварски вонзился в рот, теперь вкус терпкого спиртного был на моих губах. Плавно укутывал, подчинял. Руки мужчины как-то незаметно для самой меня начали стягивать одежду. Во мне словно отключились разумные мысли.
Переключил. Все закончилось резко и неожиданно. Распахнув глаза, наткнулась на серьезный взгляд Леши. Губы горели огнем. Но отвращения не было. Был какой-то странный ступор.
Мужчина настойчиво прошептал у самых губ:
– Я не трону тебя, Мира. Не трону. Не бойся меня, не обижу. Правда. Не знаю, что на меня нашло, я не подонок. Честно, – Леша прикрыл глаза, а когда открыл, я замерла. Сердце забилось в ритме взмаха крылышек колибри. Его руки продолжали сжимать мои кисти, но уже не стараясь удержать на месте. Он скорее придерживал. Мягко.
Что-то во взгляде заставило меня поверить. Такие глаза не врут. Такая мимика не может быть поддельной.
– Надо снять с тебя все, а то заболеешь…
– Я в порядке, – голос осип от воплей. Или от шока…
Мы с трудом поднялись, на ватных ногах я опустилась на кровать, наблюдая за мужчиной. Он похрамывал, пока шел к шкафу. Выудил свободную хлопковую рубашку и передал мне. Не смотрел в лицо. Прямо при мне стянул прилипшую к накаченному телу рубашку, но фигура явно не была настроена оставаться в вертикальном положении долго. Он то и дело цеплял стены. А я не сводила взгляда с кубиков на прессе…и с тонкой полоски волос, уходящей под пояс низко посаженных брюк.
Нет.
Нет.
Леша не стеснялся. Уверенно стащил с себя брюки, являя белые боксеры. И значительную бугристость. Мира, подними взгляд. Немедленно.
Но я все косилась вниз, теребя в руках тонкую ткань черной футболки.
– Переодевайся, я не смотрю, – прикрыл глаза как ребенок и забавно скривился.
Перечить не хотелось. Кто знает, что у него на уме? Быстро стянула мокрые вещи. Они безобразным комом собрались на полу.
Футболка прикрывала меня частично. Но когда я захотела встать, мужчина мягко толкнул меня обратно на кровать со словами:
– У меня только две кровати. И на одной поперек спит ребенок. Вторая вот у меня. Ложись давай и не дури.
Заграбастал меня в стальные объятия и накрыл толстым одеялом. Прижался со спины. Тело сначала подрагивало, а потом успокоилось. Мужчина быстро заснул, и я вместе с ним.
Глава 6
Меня разбудил громкий смех, донесшийся откуда-то издалека. Размокнув веки и оглядевшись вокруг, поняла, что нахожусь в чужой спальне, одна. Воспоминания о событиях вчерашнего вечера нахлынули ударной волной, заставляя окончательно проснуться. И только сейчас я поняла, насколько близко вчера была от края, ходила по тонкому лезвию бритвы. Чудо, что мужчина остановился, чудо, что я осталась цела и невредима. А потом еще и уснула с ним в одной постели. Ужас ледяным потоком хлынул по венам, сердце задребезжало, сбиваясь с нормального ритма.
«Тук, тук, тук» – отдавалось в ушах. Снова сперло дыхание, и от паники затряслись руки. Каждый удар грозился стать последним. Не этого ли ты ждала, Мира? Ждала так долго, отказавшись от лечения, напрочь отметая любые наставления врачей, которые в общем-то хотели помочь. Но они ведь не знали всей правды, не знали, что я натворила. Это расплата, и я давно ее приняла.
Заставить меня врачи не могли, а отец уже давно потерял связь с реальностью. Мне все это было не нужно, я заслужила свой недуг и теперь просто ждала, когда придет мое время.
Очередной всплеск шума и тоненький детский голосок вырвали меня из размышлений, вернув в реальность. Совсем забыла о несчастном малыше, оказавшемся в чужом доме. Один, брошенный собственной матерью. Или не брошенный? Леша ведь угрожал забрать у нее сына, да и выставил он ее скорее всего силой. Покачав головой, поднялась с постели, нужно было привести себя в порядок. В свою комнату я прошла незамеченной, наскоро приняв душ и облачившись в первые попавшиеся штаны и футболку, пошагала в кухню, из которой доносились голоса: звонкий детский и низкий, отчасти хриплый, мужской.
– Слава, – не успела я войти в кухню, как Артем бросился ко мне, чуть не слетев со стула. Я даже дернулась в его сторону, вряд ли бы успела, конечно. Малыш несся ко мне со всех ног и от его улыбки и формы моего имени в грудной клетке разлилось странное тепло.
– Ну привет, – улыбнулась малышу, когда тот подбежал и обнял меня за бедра. Голубые глазки смотрели на меня снизу вверх, вызывая непонятный трепет в душе. Погладила сорванца по голове, взъерошив густую копну пшеничного оттенка волос. – Выспался?
– Ага.
Малыш занял все мое внимание, и я как-то совсем забыла о присутствии его отца, пока не услышала многозначительное «хмм». Вздрогнула от неожиданности и подняла взгляд на стоявшего возле плиты мужчину с лопаточкой в руке. Отчего-то вид большого грозного мужчины с маленькой лопаточкой у плиты вызвал на моих губах улыбку. Даже представить себе не могла Лешу, готовящего завтрак.
– А у нас тут блинчики, – снова привлек мое внимание малыш, и только после его слов я действительно уловила чудесный аромат жарившихся на плите блинов. И кто бы мог подумать, что мужчина, чуть не изнасиловавший меня вчера, сегодня будет стоять у плиты и готовить блины. И, судя по стоящей рядом стопке, готовил весьма удачно.
– У вас? – улыбнулась малышу.
– У нас, – ответил за него Леша. – Так и будешь стоять или сядешь за стол?
– Будем завтракать? – проигнорировав слова мужчины, взяла за руку Артема, и повела к столу.
К моему удивлению малыш совсем не выглядел расстроенным и в очередной раз мне захотелось придушить его мать. Это что за дрянью нужно быть, чтобы ребенок даже не заметил твоего исчезновения и так быстро привязался к чужому человеку? Посадила Артема на его место, сама села рядом. Через минуту на столе появилась тарелка со стопкой весьма аппетитно выглядевших блинов, а следом за ней сметана и графин с апельсиновым соком.
– Чего смотришь, ешь давай, – не поняла, как загляделась на севшего напротив Лешу. Сегодня он выглядел иначе, как-то по-домашнему, что ли. Всегда уложенные светлые волосы сейчас торчали в разные стороны, вместо привычных рубашек и классических брюк на нем была тонкая белая футболка и широкие домашние треники. На смену вечно напряженному, хмурому выражению лица пришла какая-то незнакомая расслабленность.
– А после завтрака мы поедем кататься на лошадках, – выдал Артем, пока я молча поглощала вкуснейший завтрак. Нужно было признать, готовить Леша умел.
– Здорово, – улыбнулась, – хорошо проведете время.
– Проведем, – вмешался Леша.
– Что, прости?
– Здорово проведем время, ты тоже поедешь, Мира.
– Но… – хотела возразить, только крыть было нечем. Суббота – выходной день. В университет мне не нужно, а значит и веских причин для того, чтобы не ехать, у меня не было.
– Доедайте и будем собираться, – Леша закинул в рот последний кусочек и, бросив на меня испепеляющий взгляд, поднялся из-за стола и вышел из кухни.
Уже через полтора часа мы находились в каком-то закрытом загородном конном клубе. Полжизни я боялась лошадей. В детстве умудрилась свалиться с пони, и страх присутствовал по сей день. Потому я всем богам молилась, чтобы Леше не пришло в голову сажать меня на лошадь, я точно сознание потеряю. Держа за руку Артема, который с неприкрытым восторгом разглядывал породистых жеребцов, я наблюдала за Лешей, который о чем-то говорил с хозяином клуба. По манере их общения, стало ясно, что знакомы они давно, и Леша здесь бывал не один раз. Закончив разговор, мужчина вернулся к нам.
– Ну что, идем кататься? – подмигнул Артему, а тот разве что не завизжал от радости.
И не было, наверное, в мире ребенка счастливее, когда его посадили на маленького белого пони. Я молча наблюдала, как один из инструкторов уводит пони с сидящим верхом Артемом, а потом вдруг опомнившись, сделала шаг в их сторону. Какой-то иррациональный страх поселился в душе и отчего-то захотелось рвануть к ним и снять малыша с его нового друга. В последний момент меня перехватила чье-то крепкая рука.
– Ты чего? – Леша потянул меня на себя и прижал к своему телу.
– Он…а если он упадет? – попыталась вырваться.
– Здесь очень внимательные работники, успокойся, никто не упадет.
Он говорил так спокойно, так уверенно, что я поверила и тут же расслабилась. Да. Леша не похож на беспечного человека, хотя мои родители тоже беспечными не были.
– Пойдем, покатаешься, – снова взял меня за руку и потащил в ту сторону, где стоял просто огромный, даже по меркам взрослого человека, вороной жеребец. Крупный, мускулистый и в то же время элегантный, с длинной густой гривой, он казался невероятно красивым и одновременно пугающим.
– Я не…я не буду, не хочу, – уперлась пятками в пол. В детстве меня пони скинул, а тут огромный монстр. Если такой взбрыкнет и сбросит, я точно себе шею сверну.
– Ты лошадей боишься, что ли? – Леша остановился, посмотрел пристально в мои глаза и без слов все понял. – Не бойся, Мир, я рядом буду, все будет хорошо, ладно?
Сказать, что все будет хорошо, и сделать пресловутое «хорошо» – это разные вещи, у меня зуб на зуб не попадал при виде лошади вблизи. Смотрелось настолько мощно и опасно, что страх противными щупальцами сковывал тело и оседал на шее. Плотно сжимал. Сразу ощущалась нехватка кислорода. Я конвульсивно подняла руку и методично растирала шею.
– Да успокойся ты, все хорошо, посмотри, какой он славный, – Леша похлопал коня по голове и открыто улыбнулся мне.
Я перевела потерянный взгляд на мужчину и не смогла выдать из себя ни звука. Нет, не смогу. Не сяду, ни за что. Слишком свежа в памяти последняя встреча с подобным существом. Не спорю, что лошади прекрасны, но пусть эти создания будут подальше от меня, иначе моя и без того слабая нервная система разлетится к чертям собачьим.
– Извини, нет.
– Мира, свои страхи нужно перебороть, нельзя отрицательному опыту в прошлом давать возможность иметь над тобой власть в настоящем, – мужчина прекратил быть радостным, тень мгновенно преобразила лицо до неузнаваемости, словно я не общалась с тем самым Лешей минуту назад.
Острый взгляд пронзал своей неоспоримостью. Решительностью. Он уверенно схватил меня за руку и подошел ближе к животному.
– Прикоснись к холке, все хорошо, – он поднял руку, удерживая мою ладонь, покрытую тонкой пленкой пота, и мы вместе коснулись бархатной кожи животного. На ощупь прекрасно, но я напряглась. Замерла.
– Он тебя не съест, – с этими словами мужчина плавно опустил свою руку и просто встал рядом, наблюдая со стороны. Я как завороженная перебирала пальцами темную блестящую гриву. Конь реагировал ровно, а затем резко развернулся. Все произошло буквально за жалкие секунды. Я только успела открыть рот, чтобы в ужасе закричать, как мокрый нос уткнулся мне в грудь. Словно играл со мной…
Резко качнулась назад, ощущая как по венам пустился электрический заряд, смешанный с адреналином. Все тело покрылось капельками пота. Как же испугалась, это просто сдуреть можно.
Но конь и не думал причинять мне вред, зато мои волосы явно пришлись по вкусу.
– Эй, стой, это есть нельзя! – но локон удачно уместился в пасти.
– Ну все, знакомство точно удалось, – мужчина засмеялся и снова взял меня за руку. Казалось это самой привычной вещью в мире. Органично.
Страх и правда по чуть-чуть отступал.
– Слава, Слава, смотри, какой у меня шлем! – донеслось со стороны.
Малыш бежал ко мне за ограждением и показывал, как круто на нем сидит черный шлем с молнией на правой стороне. Улыбнулась в ответ и показала большой палец, мол как круто. И все это время стояла настолько близко к лошади, что в любой другой ситуации точно уж упала в обморок от ужаса. А тут и правда. Какое-то странное успокоение. Потому что Леша мог вселять уверенность.
– Тебе идет улыбка, Мира. Улыбайся чаще, – слишком серьезно проговорил мужчина и как-то крайне грустно улыбнулся мне.
Потерянный взгляд метнулся к Артему, от чего глубокая морщина моментально пролегла между бровей.
Малыш уже во всю болтал с инструктором, который методично рассказывал ему все правила поведения на арене. Вскоре и к нам подошли, но Леша с видом знатока отрезал слишком, на мой взгляд, уверенно:
– Я справлюсь сам, Костя, не волнуйся.
– Вот шлемы, – не стал отговаривать мужчину инструктор и очень быстро исчез из поля зрения, оставив нас наедине с вороным красавцем.
– Будем кататься, – звучало непоколебимо.
– Ты уверен, что это хорошая идея?
– Мира, я, черт возьми, уверен во всем, что делаю, просто делай, как я говорю, – процедил и опять схватил меня за руку.
Разлившееся при этом тепло по телу заставило меня до боли прикусить губу. Мне уж точно не хотелось получать удовольствие от контакта с человеком, который против воли забрал меня себе. Пусть и не причинил боли. Пока что. Да и грубость то и дело сквозила в диалогах. Я с одной стороны понимала его, не каждый же день тебе на голову сваливается бывшая с ребенком, но с другой…я тут при чем?
– Я сейчас посажу тебя, а потом устроюсь сзади…
Что? Мысли явно шли не в ту сторону, потому что я моментально окунулась в кипящий котел эмоций. Леша либо сам не заметил, либо специально играл со мной.
– Мира, я сяду сзади тебя, а не то, о чем ты подумала. Нет, я, конечно, только «за». Но к такому экстриму на лошади ты пока не готова, – он опять засмеялся. А я захотела стукнуть себя по лбу вон той лопаткой, которой только что уборщицы сгребали огромную лепеху экскрементов.
Я в принципе ни к чему не готова, но дальше комментировать этот конфуз мне не хотелось.
Подойдя к коню еще ближе, я медленно выдохнула. Так. Все получится.
– Лицом к левому боку, Мира. Ты должна сесть не задом вперед, а лицом, – уверенный голос не давал мне впасть в истерику окончательно, я все повторяла в точности, как говорил мужчина. – Молодец. Спокойно. Правой рукой перекидываем повод. Вот так, на шею. Выравнивай и натягивай. Не дергай, а натягивай.
Руки трусились как у алкаша, честное слово. Так высоко…Я не смогу. Влажная дорожка плавно опустилась от виска к шее. Не смогу.
– Левую руку на повод и шею, захвати гриву. Так ты контролируешь процесс лучше. Правой рукой поворачиваешь стремя, вот так, теперь левую ногу в стремя.
С каждым движением концентрация становилась все лучше и лучше. Я не думала о том, что конь может меня двинуть, скорее больше волновалась, как бы самой не грохнуться от своей неуклюжести.
– А теперь рывок, девочка, – мужчина помог мне перекинуть правую ногу так, чтобы не навредить никому. И вот, я в седле. На ужасно большом расстоянии от земли. Руки вспотели вмиг. Ужас. Пока Леша не сел прямо за мной, я ни на секунду не могла отцепиться от черного кожаного седла. Мертвой хваткой.
И стоило мне почувствовать сильную грудь за спиной, как паника медленно отступила.
– Если ты будешь так напряжена, очень быстро вылетишь из седла. Носок всегда должен быть приподнят, Мира. Пятку вниз, вот так, молодец.
С помощью четких указаний Леши мы сделали аж пять кругов по ипподрому. И все это время не покидало ощущение, что наконец-то вдохнула полной грудью. Даже если я что-то делала не так, Леша никогда не повышал голос. Он уверенно и четко пояснял, в чем моя проблема. Почему это опасно. Лошади имеют какое-то магическое влияние на людей. Теперь я могла бы с этим согласиться.
Мы катались на одной площади с Артемом, который не переставал улыбаться и махать нам рукой.
Уверенный захват рук, мужское дыхание у самого уха…все это сбивало. Порой даже мешало, но сложно было не признаться в том, что несмотря на все, такой контакт был приятен. Особенно запах, он обвивал меня коконом.
Но все может омрачиться в одну секунду, ничто не вечно под луной. Так и наш день закончился выяснением отношений. По пути домой, когда Артем уснул у меня на коленках, подставив под щеку маленькие ладошки, я захотела кое-что спросить…
Думалось, что раз такой прекрасный день прошел плавно, гладко, может у мужчины хорошее настроение для того, чтобы попросить об услуге.
– Леш, я бы хотела…позвонить отцу. Я…
Договорить мне не дали, отрезав все позитивные позывы сразу же. Колкий и резкий голос стучал отбойным молотком по моим натянутым нервам.
– Нет, – нахмурился и стал постукивать пальцем по рулю. Я смотрела в зеркало заднего вида и не могла понять, как в этом человеке умещаются настолько противоречивые личности. Вот только что улыбался и казался совершенно нормальным, а через секунду превратился в того, кто чуть не взял меня силой.
Атмосфера накалилась, воздух стал вязким от плывущего негатива в нем.
– Но я не понимаю…
– Никаких «но». Тебе и так позволено слишком много, больше, чем кому-либо. Не испытывай мое терпение. Скажу один раз, больше повторять не буду, а ты запоминай: я говорю – ты делаешь. Я могу перестать быть добрым, Мира.
Кинул на меня злобный взгляд и ускорился, вдавливая педаль до упора. Машина резко дернулась, и мы умчались по трассе быстрее.
Я прикусила губу и попыталась сдержаться, чтобы не заплакать. Не здесь. Не сейчас. Боль в душе стала какой-то несопоставимой с пережитым сегодня. Сразу все хорошие эмоции превратились в пепел.
Ты просто его залог, Мира. Залог. С которым можно делать все, что заблагорассудится, а значит придется самостоятельно придумать, как связаться с отцом.