Текст книги "Красивый. Грешный. Безжалостный (СИ)"
Автор книги: Виктория Кузьмина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)
Глава 19. Покорная
Поднявшись по ступенькам на свой этаж, я подумывала о том, что система безопасности по имени баба Рада явно не очень подходит женскому общежитию.
Хотя бы потому, что она всегда или спала, или кроссворды разгадывала, из-за чего в пять утра двери в общежитии были открыты настежь и были рады приветствовать всех желающих. Спящая вахтёрша, как дракон, не охранявший золото, была рада всем и каждому, потому что мы же не золотые слитки, чтобы нас охранять.
Сравнение даже на свежую голову не было моей сильной стороной, а при сильной усталости и речи быть не могло о нормальных мыслях. Мозг просто отказывался работать нормально, и мысли путались, сбивались в кучу, превращались в какую-то кашу.
Я порылась на дне сумки, перебирая содержимое, и застонала от досады, потому что ключей там не было. Я, похоже, их потеряла, вот только где, даже представить было сложно. То ли в клубе, то ли по дороге, то ли вообще у Мирея оставила.
Похлопала по карманам джинсов, потом по карманам толстовки, и была готова расплакаться от злости и усталости, потому что не хотела ночевать на пороге, как какая-то бездомная. Хотя с учётом того, что родители куда-то уехали, а ключей не было, я, похоже, действительно была почти бездомной.
Зло толкнула дверь, проклиная чёртова придурка Деза и себя за то, что вообще не послала его ко всем чертям с его клубом. Хотя, если рассуждать здраво то выбора у меня все равно не было. Я и так взбрыкнула и посмела сбежать. И скорее всего сегодня мой последний шанс выспаться перед тем, как он уничтожит меня.
Но случилось то, чего я не ожидала. Дверь открылась, поддавшись моему толчку, и я замерла на секунду, не понимая, что происходит. Я похоже, не закрыла её, когда уходила.
Может, я ключи в комнате оставила и не проверила. Но мне было плевать на логику, потому что главное – я могла попасть внутрь, лечь и забыться хоть на несколько часов.
Зайдя в тёмную комнату, кинула сумку в то место, где, по ощущениям, должно было быть кресло. Но ощущения меня подвели, и сумка с грохотом улетела в угол. Брякнув и уронив что-то мягкое.
Возможно, подушки или плед, которые Кис вечно раскидывала где попало. Я захлопнула дверь ногой и, не включая свет, на ощупь закрыла её на защёлку.
У Кисе были ключи, и за неё я не переживала. Ведь если она потеряет их, то начнет вопить под дверями как сирена. Разбудит бы меня, даже если я умру.
Она точно своими воплями воскресила бы меня, а потом нудятиной упокоила.
В мою голову уже лез бред о том, как подруга стоит с веником и ведром и брызгает на меня водой, и я нервно хихикнула.
Раздеваясь прямо посреди комнаты. Пижаму искать сил совершенно не осталось. Оставшись в топике и трусиках, я на ощупь прошла к кровати. С блаженством повалилась на неё, чувствуя, как всё тело расслабилось, как напряжение начало отпускать.
Но в следующую секунду я закричала от страха так громко, что, если бы не твёрдая рука, закрывшая мне рот, я бы перебудила всех на этом чёртовом этаже. Всех и каждого.
Потому что на кровати кто-то был. Кто-то очень большой. Меня прижало к сильному и очень горячему телу, из-за чего секундный ступор отступил так же быстро, как и навалился на плечи.
Я начала вырываться, царапаться и выворачиваться так сильно и так безуспешно, что проморгала момент, когда рука со рта поползла вниз, под край майки, к груди. Паника захлестнула с новой силой, потому что я не понимала, кто это, что происходит, и почему я такая идиотка, что не проверила комнату, прежде чем лечь.
– Не надо! Не трогай меня, пожалуйста! К-кто ты?! – выдохнула, пытаясь скинуть руку с груди.
И мужчина замер, но руку не убрал. Я попыталась рвануть с кровати, но меня держали крепко. Железной хваткой. От страха и усталости почти не соображала, мысли метались, как загнанные животные, и я не знала, что мне делать.
– Вот что могло случиться с тобой в любой подворотне ночью. Идиотка, – голос Каина прорезал тишину комнаты и ударил по моим нервам. Я замерла, не веря собственным ушам, потому что это был чёртов Деза, а это значило, что он проник в мою комнату. Ждал меня здесь, в темноте.
– Какого чёрта ты тут делаешь?! – я начала отталкивать его, но он не отпускал, более того, провёл носом по моей шее, по волосам, вдыхая запах, и фыркнул, будто нашёл что-то неприятное.
– От тебя пахнет горящими досками. Где ты была? – спросил, всё так же удерживая меня рядом с собой. Рука на моей талии сжалась сильнее и я зашипела от легкой боли. Синяк останется от его лапищи.
– Я домой... Домой пошла, – выдавила, стараясь не двигаться, потому что каждое движение заставляло меня ещё сильнее ощущать его близость. Теперь, когда паника стала слабее и не кричала во всем теле, я, наконец, почувствовала его запах. Парфюм вперемешку с сигаретами и чем-то ещё, чего я не могла определить. Запах был легкий и не понятный.
– Фиоре, ты совсем дура? Я спросил тебя, где ты, чёрт побери, была? Твои родители не живут в том доме. Я там был, и тебя там не было, – в его голосе прозвучало что-то похожее на злость. Такую сильную, что я уже понимала. Он уничтожит меня за то, что я сбежала. Прямо сейчас.
– Я была около соседнего дома. Я замёрзла, пока шла, а там бочка горела, и я стояла грелась... – объяснила тихо, и почему-то мне стало стыдно, будто оправдывалась за что-то, хотя не должна была.
Деза тяжело выдохнул и отпустил меня, и я тут же соскочила с кровати, подбежала к выключателю, врубила свет и посмотрела на него.
Он сидел на покрывале, и вид у него был растрёпанный. И я, похоже, сильно ошибалась, когда думала, что он зол. Он был в гневе. Волосы были в легком беспорядке, рубашка была измята, а глаза... Господи, глаза были тёмными, почти чёрными от ярости.
Каин прошёлся взглядом по мне, медленно, оценивающе, и я тут же осознала, что стою перед ним в одном топике и трусиках, из-за чего почувствовала, как по щекам расползается предательский румянец.
– Не смотри! – и тут же подбежала к шкафу, достала там первую попавшуюся огромную футболку, натянула её на себя. Она прикрыла меня практически до колен.
Вот только от этого его взгляд стал злее, и он встал с кровати и медленно подошёл ко мне. А я начала отступать к шкафу, пока не уперлась в него спиной, так что ручка больно уколола меня в позвоночник. Отступать было больше некуда.
– Чья это футболка, Фиоре? – Каин наклонился ко мне, заглядывая в глаза, и я вздрогнула. В голосе прозвучало что-то опасное, собственническое, из-за чего внутри всё сжалось.
– Моя, тут только мои вещи. Ну в смысле в этой стороне шкафа. У Кисе вещи в другой стороне…– ответила, не понимая, почему он задаёт мне этот вопрос, ведь какая разница, чья футболка? Девочки часто меняются вещами.
Каин секунду смотрел на меня пристально. Словно не веря, что это действительно моя вещь. Но у кого бы я её еще взяла? У брата только если или у сестры. Но там мне и старых вещей не отдадут, они ими пол моют.
– Ты знаешь, что с тобой будет за то, что ты ослушалась меня? – он наклонился ближе, касаясь дыханием моего лица. Нависая надо мной. Давя своей аурой так, что у меня ноги затряслись в попытке устоять и не рухнуть ему в ноги.
Не знала я, что со мной будет, и знать не хотела. Я вообще предпочла бы, чтобы он исчез из моей комнаты, желательно из моей жизни, со своими замашками и угрозами.
– Ничего? Я ни в чём не виновата, – попыталась я защититься, но голос прозвучал неуверенно. Дрогнул на последнем слове.
– Даже так? – он приподнял бровь. В его голосе было легкое удивление. Скорее всего, он не ожидал от меня этих слов. Думал, что упаду перед ним на колени, как он по телефону говорил, и буду просить прощения? Нет, не буду.
– Тебя следует наказать за непослушание, маленькая омега.
Я не успела осознать происходящее. То, как он, схватив меня за талию, дёрнул на себя так резко, что в следующую секунду я уже оказалась на кровати, с руками, закинутыми за голову и прижатыми одной его рукой к подушке.
Его тело нависло надо мной, тяжёлое, горячее, и я не могла пошевелиться. Деза коленом раздвинул мне ноги окончательно отбирая все шансы вывернуться.
– Тебя стоит научить быть покорной.
Глава 20. Катастрофа
Его тело было подобно раскалённому камню. По ощущениям большому и очень тяжёлому . Он давил так сильно, что я чувствовала каждую мышцу, каждый изгиб его торса, прижимавшегося ко мне, из-за чего дышать стало труднее, а мысли путались ещё сильнее.
Каин смотрел на меня, и в его серых глазах плескалась раскалённая ртуть. Зрелище завораживающее настолько, что становилось с каждой секундой все страшнее. Но оторвать взгляд просто невозможно.
Между тем, я всё меньше понимала, что этому альфе вообще от меня нужно. В голове не мелькало ни единой разумной мысли.
Я совершенно не понимала его поведения и поступков. Не понимала, чего он хочет. То ли наказать меня, то ли что-то доказать. Возможно, просто сломать, потому что ему так хочется.
– Что ты собираешься делать? – я отчаянно дёрнула рукой в попытке высвободить из его хватки хотя бы одну. Это было бесполезно, потому что его пальцы держали мои запястья так крепко, будто это были стальные оковы, и я понимала, что вырваться не смогу, как ни старайся.
– Объяснить тебе наглядно, что значит слушать своего альфу, – произнёс, и от его слов по телу пополз холодок по позвоночнику, разлившийся где-то в животе тревожным предчувствием. Мне это не нравилось.
– Стой, я... я поняла. Всё поняла! Давай мы поговорим с тобой об этой ситуации? Мы же цивилизованные люди и можем всё решить простым разговором! – выпалила на одном дыхании, стараясь, чтобы голос звучал убедительно, хотя внутри всё дрожало от страха.
– Ты не понимаешь слов, Фиоре. Порой мне кажется, что в твоей голове одна сплошная вата, и ты не способна воспринимать речь адекватно.
Это было самое большое предложение, которое я услышала от альфы за весь период общения с ним. Обычно он изъяснялся короткими фразами, командами, угрозами, а тут вдруг целая тирада.
– Мы даже не пытались говорить. А теперь у нас есть шанс п-посидеть в спокойной обстановке и поговорить. Пожалуйста...? – я не была уверена, что он согласится, но это было лучше, чем если сейчас он сделает со мной нечто ужасное, ведь по его взгляду я понимала, что он на грани, и одно неверное слово – и всё. Мне конец.
Каин неожиданно отпустил мои руки и поднялся с кровати. Я тут же соскочила следом. Отошла от него на несколько шагов, стараясь держать дистанцию, потому что близость его тела делала со мной что-то странное, из-за чего я не могла думать нормально.
Он сел на кровать и внимательно посмотрел, а я думала о том, как мне с ним построить диалог без стычек и так, чтобы он не причинил мне боли. Я знала, что он может, и никто даже слова ему не скажет, потому что он в своём праве. Альфа имеет право наказывать свою омегу, и закон на его стороне, а не на моей.
Оглядевшись, подошла к столу и, проверив, что в чайнике есть вода, включила его, стараясь сосредоточиться на простых действиях, чтобы не думать о том, что сейчас произойдёт.
Достала две кружки и секунду подумав, достала простой пирог, который испекла сама. Ролан несколько недель назад передал мне варенье из яблок со своего участка, и я испекла с ним простой пирог. Печенье стоило дорого, а сладкого мне хотелось. Я, как и наверно, любая омега его любила очень, и это был один из немногих способов побаловать себя.
Налив нам чай и выложив небольшие кусочки пирога на тарелку, повернулась к нему, пододвигая к свободной половине стола кружку:
– Садись, попьём чай с пирогом и поговорим, – сказала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Но получалось ужасно. Да и я была наверно совсем отбитой раз подумала, что Каин будет со мной пить чай. Вела себя будто это обычная ситуация, а не разговор с альфой, который готов меня разорвать.
Он всё это время сидел в телефоне, но теперь поднял взгляд на меня и молча встал. Я заметила, как он смотрелся в нашей с Кис комнате чужеродно. Слишком большой, слишком опасный для этого крошечного пространства.
До его появления я даже не думала о том, что комната такая маленькая. На самом деле, для него она была крошечная, потому что он пересёк её буквально в пару шагов и сел на хлипкий стул с видом, будто это трон. Его взгляд коснулся чая и пирога, но он ничего не тронул, только смотрел на меня, ждал, и от этого ожидания внутри всё сжималось.
– Т-так вот, я много думала о сложившейся ситуации, и я уверена, что ты, как и я, не в восторге от связи, которая нас связала, – я стараясь говорить медленно, обдуманно, чтобы не сказать лишнего.
Он усмехнулся и, поставив локоть на стол, подпёр висок кулаком, и его взгляд прошёлся по мне лезвием. Острым, режущим, оставляющим невидимые порезы:
– Мягко сказано, омега.
– Я тоже не хотела этой связи. Тем более с тобой, – выпалила, и сразу пожалела об этих словах, потому что его глаза потемнели ещё сильнее.
– А с кем ты хотела?
– Ни с кем. Мне не нужна была связь ни с кем.
Ответила честно, потому что это была правда, ведь я планировала свою жизнь совсем иначе, без альф, без этих всех инстинктов и зависимостей.
– Ты тратишь моё время на бессмысленный разговор, Фиоре. Мы уже связаны этой блядской связью, и это не изменить, – он встал и сделал шаг ко мне, и я, подскочив, отошла на пару шагов назад, инстинктивно. Каждая клетка моего тела кричала об опасности.
– У меня к тебе предложение! Я... я предлагаю сохранить связь в тайне и сделать вид, что мы друг другу никто.
Он остановился, мрачно посмотрел на меня, его челюсти напряглись так, что я увидела, как под кожей заиграли желваки.
– Повтори.
– Предлагаю тебе забыть об этой связи и жить каждый своей жизнью.
От нервозности я сжала футболку на животе, мечтая, чтобы он согласился на это, ведь чёрт возьми, ему же это выгоднее, чем иметь такую омегу, как я, обычную, бедную, непробужденную.
– Фиоре, скажи мне, тебя на голову не роняли в детстве? Может, били по ней?
– С чего ты так решил? – я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит.
– Ты совершенно не пользуешься своим мозгом. Ты моя омега, – от его слов меня обожгло стыдом, потому что он считает меня глупой, а это далеко не так, ведь я предлагала выгодный для нас обоих вариант и не понимала, почему он отказывается от него. Очевидно же, что я ему не нужна.
– Но мы не подходим друг другу совсем! Ты же понимаешь это сам!
– Нам и не нужно подходить друг другу. Ты должна подчиняться мне и не перечить, Фиоре. Ты моя собственность и не более того. И чем быстрее это поймёшь, тем легче тебе будет жить дальше. Просто делай, что тебе говорят, и всё будет хорошо, – слова упали на меня, как холодный душ, потому что я поняла, что он действительно так думает. Для него я не человек, а вещь.
– Но я так не хочу! Я не вещь, а человек! И я не знаю, какие отношения у тебя были в прошлом, но я... я не собираюсь быть послушной куклой для тебя. У меня были свои планы на жизнь, пока ты не появился!
Каин подходил всё ближе, и мне пришлось отступить ближе к кровати, потому что он наступал, как хищник, загоняющий жертву в угол. По мере каждого произнесённого мной слова он всё больше злился, я видела это по тому, как напряглись его плечи, как сжимались кулаки.
– Давай забудем друг о друге! Вдруг это и правда ошибка? У тебя была истинная, а значит, наша связь просто ошибка! Вдруг врачи иперепутали и...
Не успела договорить, как он метнулся в мою сторону, а я взвизгнув, сделала пару шагов к стене, пытаясь уклониться. Это была ошибка, потому что я наступила на край шторы, и раздался треск, а в следующую секунду тело Каина впечатало меня в стену, сверху посыпалась штукатурка, и раздался удар.
Я проморгалась, пытаясь понять, что произошло, и от запаха пыли чихнула. Деза тяжело выдохнул, и я подняла голову, увидев в его руке гардину со шторами. Она была вырвана из стены и сильно погнута.
Он держал её одной рукой по которой скатилась тонкая струйка крови. Он поранился, потому что защитил меня. Если бы не он, то она бы упала на меня. Прямо на голову и я не отделалась простым ушибом. Ведь гарина была тяжелая.
В голове не укладывалось, что он подставил руку, принял удар на себя. Деза поднял взгляд на стену, где зияла дыра, из которой всё ещё сыпалась штукатурка, и произнёс с какой-то обречённой усталостью:
– Ты ходячая катастрофа.
От автора: огромное спасибо за звёздочки и комментарии к этой истории! Вы очень меня вдохновляете ведь я вижу, что вам нравится эта история! Вы самые лучшие!) В телеграме есть визуализация к этой главе)
Глава 21. Подушка
Мы замираем. Я смотрю, как капля крови стекает по его предплечью, медленно, оставляя алый след на коже, и теряется на тыльной стороне ладони.
Рана на его руке глубже, чем показалось на первый взгляд. Внутри всё сжимается от вины и какого-то странного, болезненного беспокойства.
Я прихожу в себя, когда он медленно убирает гардину и оглядывает стену, хмурится. Совершенно не обращает внимания на то, что ранен, словно это не имеет никакого значения, будто это просто мелочь, не стоящая внимания.
– Тут опасно, – спокойно произносит, и я чувствую, как давление ауры и ярость постепенно исчезают, растворяются в воздухе комнаты. Его голос стал ровнее, тише, хотя глаза всё ещё горят опасным огнём.
– Тут просто здание старое, но не так всё плохо... Мы же ремонт в комнате делали сами, и там я, наверно, плохо заделала дыру... Не очень разбираюсь в материалах, которыми можно стены ремонтировать, в одном ролике говорили, что нужно было деревянную вставку положить, а только потом... – остановилась, потому что он перевёл свой хмурый взгляд на меня, а потом опять на стену, и я поняла, что тараторю без остановки, как всегда, когда начинаю нервничать. Меня саму раздражала эта моя привычка болтать, чтобы заполнить тишину, скрыть страх.
Вина за то, что он пострадал грызла.
– И-извини, – выдавила опустив глаза. Стыд накатил такой волной, что хотелось провалиться сквозь пол.
– Вам выдают комнаты с дырами в стене и без ремонта?
– Тут только вот этого кусочка и не хватало! Всё не так плохо, видимо, просто вырвал кто-то, не страшно – от моих слов он, видимо, ещё больше разозлился. Взгляд стал тяжелее.
Я подошла к своей тумбочке и достала оттуда небольшую косметичку, в которой хранила набор лекарств на всякий случай. Положила её на стол и достала перекись, вату и большой пластырь, а на всякий случай ещё мазь для заживления. Если у него пойдет заражение то я буду чувствовать себя еще более виноватой.
Каин всё ещё осматривал дырку в стене и гардину, а кровь с его раненой руки капала на пол. Я осторожно подошла к нему, нерешительно дёрнула за край рубашки, чтобы он обратил на меня внимание, потому что стоять молча было невыносимо. Скоро уже утро и мне хотелось уже лечь спать.
– Пошли, я обработаю тебе рану.
Он посмотрел на свою руку, переворачивая рану вверх, и я увидела небольшую рваную царапину. Не глубокую, но всё-таки если её не обработать, она могла бы стать проблемой, воспалиться, загноиться.
– Не нужно, само затянется, – буркнул отстраняясь.
Но я стояла на своём, потому что знала по опыту, как такие мелочи превращаются в проблемы.
– Нет, она может воспалиться.
Он тяжело выдохнул, подошёл к столу, на котором я разложила всё необходимое. Сел на стул, вытягивая руку, будто сдаваясь.
Я села рядом с ним и аккуратно, смочив ватные диски, начала обрабатывать его рану по краям, и послышалось шипение перекиси. Я по привычке подула на ранку. Мягко, чтобы не так щипало, и в этот момент раздался его хмык над моей головой.
Я подняла взгляд и столкнулась с его глазами. Они были широко распахнуты. Деза смотрел внимательно, изучающе, и я замерла, потому что до меня начало доходить то, насколько сейчас глупо я выгляжу. Дую на рану взрослому парню.
Я так привыкла обрабатывать маленькие порезы у наших посетителей в кафе с кроликами, что по привычке подула на его ранку. Чаще всего у нас дети ранились, поглаживая кроликов, и я всегда дула на их маленькие ранки, чтобы им не так щипало, ведь они плакали, а я не хотела, чтобы им было больно.
– Что? – пробормотала, чувствуя, как щёки заливает румянец.
– Зачем ты это сделала?
– Чтобы тебе не щипало...
– А разве оно щипит? – он всё ещё смотрел на меня, ожидая ответа, и в этот миг во мне проснулся маленький дух протеста, потому что молчать было скучно, а ситуация уже не казалась такой страшной.
– На самом деле, я пыталась засушить твою рану воздухом, слышала, так практикуют монахи в горах, – выпалила, стараясь держать серьёзное лицо.
– Какие монахи? – непонимающе переспросил альфа, и я чуть не рассмеялась от его искреннего недоумения.
– Ну, те, что в горах живут. Они фрукты на ветер вывешивают, и те засыхают, вот и я хотела, чтоб у тебя ранка засохла.
– Я по-твоему похож на фрукт?
– Ну, что-то схожее определенно есть.
– И на какой же?
– Я думаю, ты похож на драконий фрукт.
– Ты давно была у психиатра?
Он поставил локоть на стол и подпер кулаком голову. Наш разговор действительно напоминал беседу душевнобольных.
– А что, боишься? – поддела я, чувствуя себя смелее.
– Нет, думаю, как долго мне придётся кататься, чтобы навестить тебя в больничке в период обострения, – парировал он, и я рассмеялась тихо, потому что это было почти похоже на флирт. Вот только я сомневалась, что такой альфа как Каин вообще умеет это.
– А я думала, туда никого не пускают.
Закончила обрабатывать его рану и заклеила пластырем. На нём были изображены маленькие бегемотики в розовых памперсах, и если раньше они казались мне милыми, то Дезе они определённо не подходили. Это было заметно по взгляду.
Ему определённо не нравилось такое модное решение дизайнеров, но он ничего не сказал.
Пока я убирала всё обратно в аптечку, он снял рубашку и начал расстёгивать брюки, и я посмотрела на него, не понимая, что он творит, потому что ситуация снова накалялась.
– Зачем ты раздеваешься? – спросила, чувствуя, как сердце ускоряется.
– Потому что я собираюсь здесь спать, – произнёс он так просто, и мне это совершенно не понравилось, ведь я не хотела ночевать с ним в одной комнате, но то, что он произнёс в следующую секунду, заставило меня подумать, что пусть он ночует здесь, плевать.
– Вырубай свет. Ложись, – сказал и подошёл к моей кровати. Скинул покрывало на стул и лёг, будто это его законное место.
Я выключила свет и пошла к кровати Кисе, но даже дойти до неё не успела, как он перехватил меня за руку и дёрнул на себя так, что я завалилась поверх него, почувствовав жар его тела сквозь тонкую ткань одеяла.
– Я не буду с тобой спать, отпусти меня! Если ты решил спать в этой комнате, то спи, но... – начала я вырываться.
– Мы будем спать вместе.
– Нет, не будем!
Он не отпускал. Держал крепко и я сделала единственное, что могло хоть как то отгородить меня от него. Схватила подушку и положила её между нашими телами, как барьер.
– Если мы будем спать вдвоём, то не трогай меня, понял? Ты спишь тут, а я вот тут, – сказала и вырвав руку из ослабевшей хватки, улеглась на самом краю, так что у меня коленки свисали с кровати. Между нами была широкая подушка, а он лежал около окна.
Моя кровать находилась прямо вплотную к подоконнику, из-под которого нещадно дуло холодом, но сейчас жара от его тела была такой ощутимой, что мне было душно, хотя обычно я очень сильно мёрзла по ночам.
Думала, что не усну рядом с ним, потому что нервы на пределе. Он совершенно меня не слышал. Не давал выбора и спорить с ним было бесполезно. Я чувствовала себя настолько сильно уставшей и вымотанной, что спорить сейчас с ним точно бы не смогла.
Как и уснуть.
Но как только натянула одеяло повыше, подкладывая руку под голову, даже несмотря на отсутствие подушки, сразу же вырубилась. Не заметила как провалилась в тяжёлый сон без сновидений.
Просыпалась я на редкость легко. Солнечный свет припекал лицо, и было ощущение, что я лежу животом на горячем песке прямо на палящем солнце в середине лета, а скорее не на песке, а на каких-то камнях. Твёрдых и горячих. Хотя я помню, что засыпала на своей постели.
Я заворочалась и поняла, что начала куда-то скатываться. Вздрогнула, и на мою спину опустилась твёрдая рука, удерживая на месте.
– И где же твоя подушка? – раздалось над моей головой, и я открыв глаза, поняла, что забралась на Каина сверху и сплю на его груди, а вот он совершенно не выглядит спящим. Словно проснулся давно. Его взгляд осознанный, лицо так близко к моему, что я чувствую его дыхание на кончике носа. И от этого внутри всё замирает.
От автора: Визуалы уже на Тг канале )
