Текст книги "Бывает и хуже? Том 11 (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

Соавторы: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

– Узнаем со временем, – хмыкнул я.

Я позвонил Чердаку, тот забрал меня и привёз назад в Аткарск. Я решил заглянуть в лавку.

Варя ждала меня с новым конвертом в руках.

– Саш, нам это прислал тот самый конкурент, который теперь вроде как партнёр, – пояснила она. – Хочет встретиться с тобой лично.

Интересно. Я забрал письмо, внимательно его прочитал.

«Деловое предложение, от которого вы не сможете отказаться».

– Мне не нравится эта фраза, – сказала Варя. – Вдруг это какая-то ловушка?

– Ну вряд ли он решил меня отравить за обедом, – хмыкнул я. – Так что встречусь, а там видно будет. И ты, кстати, пойдёшь вместе со мной.

– Я? – испугалась Варя.

– В нашем магазине теперь есть продавец, есть второй продавец-курьер-разнорабочий. Думаю, надо найти продавца для замены, а ты окончательно перейдёшь на должность администратора, – заявил я. – Ты решаешь здесь всё не хуже меня. Да и мне будет проще не гоняться сюда каждый день.

Варя удивлённо захлопала глазами.

– Администратора? – переспросила она. – Но это такая ответственность…

– Ну и ты вроде бы девушка ответственная, – улыбнулся я. – Так что отказы не принимаются.

– А я говорил, что тебя ожидают большие перемены, Варвара, – появился из склада Геннадий. – Я чувствовал! Варвара, ты теперь наш босс.

– А у меня есть кандидатура на второе место, мой одногруппник, – добавила Катя. – Он тоже на заочное переводится, и ему работа нужна. Могу пригласить на собеседование.

– Отлично, – улыбнулся я. – Варя?

– Саш, я… Согласна, конечно! – она обняла меня.

Я вернулся в поликлинику. Каким-то образом, возможно, через Чердака, все были в курсе результатов суда. Бросились поздравлять меня, со всех сторон.

Отбиваясь, я пробрался в свой кабинет. Затем съездил на вызовы, и засел за документы.

И тут дверь открылась без стука. На пороге стоял незнакомый молодой человек. В тёмной кофте, и это в жару.

– Александр Александрович Агапов? – спросил он.

– Да. А вы кто?

Он шагнул к столу. Достал из кармана белую перчатку. И бросил её на мои бумаги.

– Моё имя вам ничего не скажет, – сказал он. – Я пришёл вызвать вас на дуэль. Оружие на ваш выбор. И прошу не опаздывать.

Да какого… Что происходит⁈

Глава 12

Я посмотрел на перчатку, потом перевёл взгляд на молодого человека. Потом вздохнул. Потом помолчал. Мысленно спросил себя «да за что мне всё это?». Усомнился, бывает ли хуже.

– Дуэль, – сказал я. – Перчатка. Вы серьёзно?

– Абсолютно.

Молодой человек гордо стоял у стола и держал спину прямо. Лет двадцать пять, в тёмной кофте, и с бледным лицом.

– Может, присядете? – предложил я.

– Я постою.

– Как хотите, – пожал я плечами. – Ну тогда объясняйте, что за дуэль, пока я не вызвал психиатрическую бригаду. Фанатеете по классике 19 века?

– Я требую сатисфакции, – важно ответил тот.

– За что?

Он сжал челюсти.

– Вы отняли у меня Лилию.

Ёлки-иголки. Лиля, что за приколы?

– Я знаю её с шести лет, – продолжал он. – Мы жили в одном подъезде. Я носил ей портфель. Потом она уехала из Ртищева в Аткарск, но я всё равно думал, что нам суждено быть вместе! А тут я выяснил, что появились вы!

– Как вас зовут? – поинтересовался я.

– Константин.

А, так это тот самый Костик! Лиля рассказывала мне про него. Друг детства, сосед. В её рассказах не было ни намёка на какие-то романтические чувства. А ещё она говорила, что Костик немного не от мира сего.

Сравнивала его с Геннадием, с Ткачёвым, и прочими чудными людьми.

– Итак, Константин, – сказал я. – Отнять можно вещь. Кошелёк, зонтик, сумку. А Лилия не вещь. Она взрослый человек, и сама решает, с кем ей быть. И она выбрала меня. Так что ваша претензия не обоснована.

– Вы не понимаете, – он покраснел. – Я ждал десять лет! Я в детстве отдал ей своего любимого робота. Она должна была быть со мной! И она заслуживает лучшего, чем какой-то терапевт!

Я медленно встал. И также медленно подошёл к нему.

Не собирался его бить, и в голову такое не приходило. Но Константин заметно сжался.

– Константин, слушайте внимательно. Я скажу один раз.

Он сглотнул.

– Дуэль – это ваша красивая фантазия. В ней вы благородный человек, а я негодяй. Это удобно. А теперь про реальность. Вы пришли в государственное учреждение. Без стука, в рабочее время, в кабинет врача. И начали угрожать.

– Я…

– Я не закончил.

Он резко замолчал.

– Если вы ещё раз подойдёте к Лиле, – сказал я. – То ваша желаемая дуэль состоится, но не в таком виде, как вы её себе представили. Вы не будете выглядеть благородным рыцарем, скорее жалким слабым человеком.

Он побледнел.

– Я не хотел… – начал он.

– Хотели. Просто представляли это иначе.

Он опустил голову.

– Забирайте перчатку, – сказал я. – И уходите, у меня приём.

Он встал, забрал перчатку и сунул её в карман. Направился к двери.

Быстро сдался, значит не такая уж любовь у него. Или же дело в чудном характере. По крайней мере по-настоящему бороться за неё он оказался не готов.

– Она правда счастлива? – спросил он.

– Да, – ответил я.

Он кивнул и вышел.

Да уж, парень действительно немного чудной. Столько лет оттягивал признание, что девушка в итоге стала встречаться с другим. Что ж, сам виноват.

Я взял телефон.

– Сашка? – Лиля ответила сразу. – Что-то случилось?

– Ко мне тут заходил один человек, – сказал я. – Константин, твой друг детства.

– Костик⁈ – удивлённо переспросила она. – Зачем⁈

– На дуэль меня вызывал, – усмехнулся я.

Повисла пауза.

– Зачем на дуэль? – спросила Лиля.

– Затем, что он был влюблён в тебя всё детство, а ты не оценила его знаки внимания.

– Так… Не было никаких знаков, – растерялась девушка. – Саш, я с ним вообще уже сто лет не разговаривала, честное слово! Ну мы общались в детстве, да, но потом пути разошлись. Я понятия не имела…

– Я тебе верю, – перебил я её. – Не переживай, я всё решил.

– Люблю тебя, – сказала Лиля. – И больше никто мне не нужен.

– Знаю, – сказал я. – И я тебя.

Положил трубку, и вернулся к работе.

В шесть часов вечера я отправился читать лекцию в Школе Здоровья. Народу пришло много, как обычно.

– Добрый вечер, – начал я. – Сегодня тема лекции простая. Мы поговорим про купание в реке. Что живёт в воде и как не пострадать.

– А мы не купались в этом году, – вздохнула одна женщина.

– Успеем ещё, – махнул рукой её сосед.

– Начнём с лептоспироза, – я включил первый слайд. – Лептоспиры – это тонкие бактерии, похожие на закрученную пружинку. Живут они в почках грызунов.

– В крысах, что ли? – спросила женщина в первом ряду.

– В крысах и в мышах-полёвках. Крыса не болеет, она просто носитель. Бактерии выделяются с мочой в воду.

Я обвёл зал взглядом.

– Дальше просто, стоячий водоём, заросший берег, где живут грызуны. Вы заходите купаться. У вас на ноге царапина от осоки, вы её даже не заметили. И туда и попадает лептоспира. Или через слизистую.

Я сделал глоток воды. Благо, из бутылки, не из руки – моим слизистым ничего не грозило.

– Через неделю поднимается температура, до сорока градусов. И возникает самый главный симптом, сильная боль в икроножных мышцах.

– А дальше? – спросил мужчина у стены.

– Дальше возникает желтуха, желтеет кожа и склеры глаз. Страдают почки, мочи становится мало. Это тяжёлая форма, и она бывает смертельной.

Кто-то в зале охнул.

– Лечится антибиотиками, – сказал я. – Хорошо лечится, если начать вовремя. Но лучше не доводить до последней стадии. И не купаться в тех водоёмах, где стоячая вода, на берегу мусор и следы грызунов.

Переключил на следующий слайд.

– Теперь второе, – сказал я. – Церкариоз, или зуд купальщика.

– Это когда чешешься весь? – оживилась женщина в первом ряду. – У меня внучка так!

– Да, – кивнул я. – Церкарии – это личинки паразитов. Взрослые черви живут в утках. Утка плавает, откладывает всё в воду, личинки развиваются в улитках, потом выходят в воду и ищут новую утку.

– А человек?

– А человек – это ошибка. Личинка внедряется в кожу, понимает, что попала не туда, и погибает прямо там. В коже.

– Фу, – поморщились в зале.

– Согласен. Что вы чувствуете. Через несколько часов после купания начинается покалывание. Потом красные пятнышки, потом сильный зуд. Держится до двух недель.

– И что делать?

– Не расчёсывать. Принимать антигистаминное внутрь, мазь на кожу. А профилактика – энергичное растирание полотенцем. Личинка проникает не мгновенно, ей нужно время. Полотенце снимает её с кожи.

– А где они чаще обитают? – спросил один мужчина.

– На мелководье.

Следующий слайд.

– Теперь поговорим о судорогах, – сказал я. – Судорога в воде – одна из главных причин утопления. Причины простые. Резкий перепад температуры, переутомление, обезвоживание.

Я вышел из-за кафедры.

– Что делать. Первое – не паниковать. Вы начинаете барахтаться, глотаете воду, и всё.

– Легко сказать, – буркнул кто-то.

– Легко. Поэтому запомните что нужно делать. Перевернитесь на спину. Дышите. Потом возьмите стопу и тяните носок на себя. Сильно, до боли. Мышца растянется, спазм уйдёт.

– А если не достать до стопы?

– Значит, просто тяните носок на себя без рук. И плывите к берегу спокойно, на спине.

Я вернулся за кафедру. Включил новый слайд.

– И главное правило лета. Не нырять в незнакомом месте. Каждый год в стране люди ломают шейный отдел позвоночника, ныряя вниз головой. Дно за зиму меняется. Приносит корягу, кусок арматуры, бетонную плиту. Вода мутная, вы этого не видите.

Я обвёл зал взглядом.

– Человек ныряет с разбега, ударяется головой о дно. Перелом шейных позвонков. И он остаётся в воде парализованный, в сознании, и не может даже позвать на помощь. Так что заходите в воду ногами, всегда.

Пауза.

– Вопросы?

Рук поднялось много, как обычно.

– А пиявки? – спросила женщина.

– Пиявка не опасна. Она пьёт кровь и отваливается сама. Отрывать её нельзя, останется челюсть в ранке. Посыпьте солью или приложите соль на пальце, она отпустит. Кровь потом идёт долго, до нескольких часов, это нормально. В слюне у неё вещество, мешающее свёртыванию крови.

– А змеи? – спросил мужчина у стены. – У нас на Медведице гадюки.

– Есть, – кивнул я. – Гадюка обыкновенная. Плавает, кстати, отлично. Гадюка первой не нападает. Она кусает, когда на неё наступили или её схватили.

– А если укусила?

– Уложить человека. Снять кольца и часы с укушенной руки, потому что будет отёк. Обильно поить водой. И вызывать скорую. Сыворотка есть в области. И не отсасывайте яд, это не стоит делать непрофессионалам.

– А в бассейне безопасно? – спросила одна девушка.

– Безопаснее, – сказал я. – Но там свои радости – грибок на ногах и конъюнктивит. Тапочки и очки решают обе проблемы.

Расходились долго. Ко мне ещё минут двадцать подходили с личными вопросами.

Потом лекция закончилась. И меня поймала Лена со странным заговорческим лицом.

– Саш, нам надо в поликлинику, – заявила она.

– Зачем? – удивился я.

– Увидишь!

Она почти силком потащила меня обратно. И вскоре я понял, почему. Один из кабинетов превратили в банкетный зал. Сдвинули столы, притащили стулья. На столе стоял огромный торт с надписью «ПРАВДА ПОБЕДИЛА».

Торт был явно от Лили, тут даже гадать не надо. Когда она вообще успела?

В кабинете собрались почти все. Все терапевты, Жидков, несколько медсестёр, Алиса.

– Ёлки-иголки, – только и сказал я.

– Ага, – довольно кивнул Жидков. – Мы готовились.

Зашёл Кречетов, и все резко стихли.

– Я ненадолго, – смущённо кашлянул главврач. – Хотел кое-что сказать. Мы празднуем не решение суда, а то, что правда существует. И что за неё стоит бороться, даже когда кажется, что смысла нет.

В кабинете стало тихо.

– Александр Александрович, – сказал Кречетов. – Спасибо.

Он похлопал меня по плечу и вышел. Все дружно зааплодировали.

Потом слово взял Жидков.

– Друзья! Коллеги! Александр Александрович спас не только наш город от завода. Он спас сегодня меня кое от чего! Так что за него!

Все чокнулись кружками с чаем, куда явно были добавлены травы с моей лавки. Потом все принялись за торт.

После первого кусочка я понял, что завтра нужно провести более интенсивную тренировку, чем обычно.

– А давайте в «Правду или действие»! – предложила Юлия Сергеевна.

– Мне уже столько лет, что никакой правды быть не может, – сказала Остроухова.

Но Юля всё равно всех уговорила. Это оказалось довольно весело. Жидкову всё-таки пришлось рассказать про случай с Эболой, Остроухову спросили, что она ценит в коллегах, и она ответила, что профессионализм. Шарфиков прыгал на одной ноге и кукарекал, ведь он выбрал действие.

Играли часа два. Краем глаза я заметил, что Виталик сидит рядом с Алисой, и периодически что-то шепчет ей на ухо. Она улыбалась, а он выглядел очень счастливым.

Посидев с коллегами несколько часов, я отправился домой.

Суббота началась в восемь утра на площадке перед поликлиникой. Я снова решил провести мастер-класс по зарядке, и пришло довольно много людей.

– Доброе утро! – бодро сказал я. – Всем встать так, чтобы видеть меня. Начинаем зарядку!

Вика включила музыку, и мы начали разминку. Начали с шеи. Медленные наклоны, повороты. Потом плечи, потом руки.

В первом ряду пыхтела бабушка в панаме.

– Александр Александрович, – спросила она. – А мне с давлением можно зарядку делать?

– Можно, – сказал я. – Только без наклонов вниз головой. И если зашумит в ушах, сразу садитесь.

– Поняла.

Через двадцать минут все раскраснелись и повеселели. Кто-то смеялся, кто-то ворчал. Но делали все.

Закончили растяжкой, похлопали друг другу и разошлись. Часть людей отправилась в поликлинику, там Аня проводила очередной кулинарный мастер-класс.

Сам же я отправился в лавку.

Варя сидела за прилавком с блокнотом и выглядела очень серьёзной. Ещё бы, первые дни в должности администратора.

– Саш! – обрадовалась она. – А я как раз собеседование начала проводить, присоединяйся.

Напротив неё сидел худой парень в очках и явно очень нервничал.

– Никита, – представился он. – Здравствуйте.

– Александр Александрович. Что ж, начнём.

Я устроился в стороне, решив посмотреть, как будет собеседовать Варя.

Она откашлялась и заглянула в блокнот.

– Итак, Никита. Вы учитесь на фармацевта?

– Второй курс, сейчас перевожусь на заочное.

– Почему?

– Работать надо, – сказал он. – Мама одна, сестра младшая, помогать некому.

Варя записала.

– Хорошо. Вопрос по травам. Чем отличается зверобой продырявленный от зверобоя пятнистого?

– Стеблем. У продырявленного стебель круглый с двумя рёбрами. У пятнистого он четырёхгранный. И листья ещё, у продырявленного они просвечиваются точками на свет.

– Правильно, – Варя явно осталась довольна. – А почему зверобой нельзя пить всем подряд?

– Он повышает чувствительность к солнцу. И ускоряет разрушение многих лекарств в печени. Может ослабить действие таблеток, которые человек пьёт.

Толковый парень.

– Хороший ответ, – сказал я.

– Ещё, – продолжала Варя. – К вам пришла женщина и просит траву от давления. Что вы делаете?

– Говорю, что у нас нет травы от давления, – ответил он. – Есть сборы, которые могут помочь в дополнение основной терапии, но давление лечит врач. И спрашиваю, наблюдается ли она у терапевта.

Варя посмотрела на меня. Я кивнул.

– Отлично.

И тут скрипнула дверь склада, и оттуда вышел Геннадий. В длинной рубашке, с бусами и строгим лицом.

– Одного знания трав недостаточно, – объявил он.

Никита обернулся.

– Простите?

– Травы – это не сушёная зелень, юноша, – Геннадий подошёл ближе. – Это живые существа. Их надо чувствовать, ловить их энергию.

Ох. Я молча смотрел на реакцию Никиты. Тоже своего рода, тест на стрессоустойчивость.

Геннадий достал маятник.

– Не двигайтесь, – велел он.

– Что?

– Не двигайтесь.

Он поднял маятник над головой Никиты и начал водить им медленными кругами.

Никита сидел неподвижно и смотрел на меня расширенными глазами.

Катя подошла сзади и наклонилась к его уху.

– Не обращай внимания, – прошептала она. – Это наш штатный маг и он безобидный.

– Я всё слышу, Екатерина, – сказал Геннадий

Маятник качнулся, Геннадий выпрямился.

– Аура чистая, – изрёк он. – Совместимость с травами – девяносто процентов. Тревожность повышена, но это от волнения за собеседование. Я одобряю.

И ушёл обратно на склад.

Никита несколько секунд молчал.

– Кажется, эту часть собеседования я прошёл, – заявил он. – Верно?

А есть в нём огонёк всё-таки.

– Верно, – кивнул я. – Берём на испытательный срок. График с Варварой согласуете, она теперь администратор. Катя, тебя переводим в штат. И обучи парня всему.

Катя улыбнулась и кивнула.

Я занялся бумагами, краем уха слушая, как Геннадий проводит ритуалы на складе, а Катя рассказывает Никите суть работы. Лавка кипела своей жизнью.

Телефон зазвонил, когда я выходил из лавки. Чердак.

– Саня! Саня, брат, всё пропало!

– Так, – сказал я. – Спокойно. Что случилось?

– Ресторан! Я договорился, всё было готово! А сейчас звонит администратор и говорит, что шеф-повар руку сломал! С велосипеда, блин, упал!

Я вздохнул. Свадьба – это всегда сложное мероприятие. Тем более в Аткарске, где под такое мероприятие всего пара ресторанов есть.

– Они не могут приготовить меню! Лиза хотела рыбу, судака какого-то запечённого, а без шефа они не берутся! И десерт! Там десерт сложный, торт какой-то многоэтажный, они говорят, что больше никто этого не умеет.

– Поехали в ресторан, – решил я. – На месте разберёмся.

Чердак забрал меня на машине, и вскоре мы подъехали к ресторану Айвенго. Здесь и Гриша праздновал свадьбу, больше негде.

Администратора я хорошо помнил. В прошлый раз возникла проблема с залом, и в наш зал посадили юбиляра. А потом ещё и торт перевернулся.

Сейчас, увидев меня, бедолага побледнел.

– Мы правда сожалеем! – торопливо начал он. – Повар у нас один, который готовит такие сложные блюда. Рыбу по авторской рецептуре сделать некому. И торт мы честно не потянем.

Я сел, взял распечатку.

– Давайте разберёмся, – сказал я. – Что вы точно можете?

– Горячее из птицы, мясо, все салаты, закуски, гарниры.

– Хорошо. Это восемьдесят процентов застолья. Чердак, зачем конкретно Лиза хотела рыбу?

Он задумался.

– Ну… она сказала, что рыба это нежно. И полезно.

– А курица под сливочным соусом нежная?

– Нежная, – сказал администратор. – И у нас она правда хорошая.

– Вот и всё, – сказал я. – Гости через час не вспомнят, что было в тарелке. Они запомнят, как было.

Чердак медленно кивнул.

– А десерт? – спросил он. – Десерт-то главный.

– Для торта есть Лиля, она и Гришке на свадьбу торт делала, – ответил я. – Сейчас позвоню ей.

Я набрал номер прямо при них.

– Лиль, привет. У Чердака беда с рестораном. Шеф-повар руку сломал, десерты делать некому.

– Так, – сказала Лиля деловито. – Сколько человек?

– Чердак, сколько гостей?

– Шестьдесят два!

– Шестьдесят два, – передал я.

Пауза.

– Успею, – сказала Лиля. – Если торт двухъярусный и капкейки на подставку. Мне нужен холодильник в ресторане и стол под сборку.

Я посмотрел на администратора. Тот торопливо закивал.

– Дадут.

– Тогда без проблем, – отозвалась Лиля.

Я положил трубку.

Чердак сидел с открытым ртом.

– И всё? – спросил он. – Вот так просто?

– Вот так просто. А теперь давай про меню подумаем, раз я тут.

Мы просидели над меню ещё минут сорок. Заменили рыбу на курицу, добавили овощи-гриль вместо какой-то сложной запеканки, убрали два салата с майонезом.

– Почему майонез убираем? – спросил Чердак.

– Потому что июль, а свадьба до ночи. Салат с майонезом три часа на столе в тепле, и половина гостей поедет не домой. А поедет к нам в стационар.

Администратор посмотрел на меня с уважением.

– Спасибо, – сказал Чердак. – Саня, брат, выручаешь.

– Ну а как иначе, – хмыкнул я.

После ресторана я отправился в ФОК.

Тренировка была обычной. Руслан гонял меня по кругу, а я думал, что торт всё-таки был лишним.

Пока я отдыхал между подходами, к нам подошёл парень. Знакомый, где-то я его видел.

– Доктор! – он расплылся в улыбке. – Здравствуйте!

И тут я вспомнил. Это тот самый, который ехал на самокате за справкой, и разбил колено. А потом спрашивал, как ему лечить прыщи на спине.

– О, – сказал я. – Здравствуйте. Как спина?

– Чисто! – он развернулся и задрал майку. – Смотрите!

Спина была и правда чистой.

– Молодец, – сказал я. – Схему до конца прошли?

– До конца! Восемь недель, как вы сказали! И мыло это, и в бассейне после каждого раза душ, и футболку меняю!

– Правильно делаете.

– И знаете что? – он понизил голос. – Я с ней всё-таки начал встречаться, с той девушкой!

– Поздравляю.

– Это всё вы!

– Это всё вы, – поправил я. – Я только рассказал, что делать.

Он пожал мне руку и ушёл. А я приступил к новому подходу.

После тренировки отправился домой. А в воскресенье мы поехали в Ртищево.

Первое официальное знакомство с родителями. Лиля волновалась всю дорогу.

– Саш, а если ты им не понравишься?

– Тогда мы уедем и будем жить дальше.

– Так нельзя!

– Можно.

Она вздохнула и кивнула. Родители её жили в квартире. Мы зашли, представились, прошли на кухню.

За столом сидел Тимофей, брат Лили, а рядом с ним была симпатичная девушка.

– Это Настя, – представил её Тимофей. – Моя невеста.

Не то, что Кристина, хорошая девушка. Я улыбнулся и кивнул.

Обед был долгим. Мама Лили расспрашивала обо всём подряд.

– А поликлиника большая?

– Средняя. Участков двенадцать, – спокойно отвечал я.

– А правда, что вы завод засудили?

– Не я. Росприроднадзор.

– Скромничает, – сказала Лиля.

– А Школа здоровья ваша – это как? Бесплатно?

– Бесплатно.

А потом заговорил отец.

– Александр, – сказал он. – Выйдем на балкон. Поговорим по-мужски.

Лиля напряглась. Я положил ладонь ей на плечо, чтобы успокоить, и встал. Мы вышли на балкон. И он повернулся ко мне.

– Александр, – сказал он. – Вы же понимаете, что не можете быть с моей дочерью?