444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктор Берс » Космический инженер 3 (СИ) » Текст книги (страница 17)
Космический инженер 3 (СИ)
  • Текст добавлен: 31 октября 2026, 21:31

Текст книги "Космический инженер 3 (СИ)"


Автор книги: Виктор Берс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 39 страниц)

Затем её движения изменились снова. Стойка стала более текучей, расслабленной. Клинок начал описывать плавные дуги, переходящие одна в другую.

– Форма третья – Соресу. – Голос Креи стал почти медитативным. – Моя любимая. Это философия неопределенности.

Она начала двигаться, и Верена почувствовала, что не может предсказать следующее движение. Каждая траектория клинка могла стать любой другой траекторией. Каждая позиция содержала в себе десятки потенциальных переходов.

– Ты не выбираешь одну вероятностную линию – ты паришь между всеми, – объяснила Крея, продолжая плавный танец. – Каждое твое движение может стать любым другим движением. Ты как квантовая частица – существуешь во всех состояниях одновременно, пока противник не попытается тебя «измерить».

Она внезапно атаковала Верену. Верена увидела удар сверху, инстинктивно подняла клинок для блока – но в последний момент траектория изменилась, и удар пришел сбоку. Только рефлексы, натренированные год назад, позволили ей отклонить атаку.

– Соресу – это отказ от намерения, – продолжила Крея, возвращаясь в текучую стойку. – Ты не решаешь, куда ударить, пока клинок уже не в движении. Ты держишь в сознании множество вариантов и выбираешь будущее в последний возможный момент.

Алекс наблюдал, завороженный. Это было красиво – почти как танец, но смертельно опасный танец.

– Ты коллапсируешь волновую функцию в последний момент, – перефразировал он слова Креи.

– Можно и так сказать, – усмехнулась она. – Противник пытается предсказать твои действия, но ты сам не знаешь, что сделаешь, пока не сделаешь. Твое тело движется, направляемое интуицией и потоком Силы, а не сознательным решением.

Она остановилась.

– Но Соресу требует полного доверия к Силе. Полного отпускания контроля. Это медитация через движение.

Затем Крея взорвалась движением.

Она прыгнула, вращаясь в воздухе, клинок описывал невозможные траектории. В виртуальном пространстве она игнорировала гравитацию, атаковала сверху, сбоку, снизу – со всех направлений одновременно.

– Форма четвертая – Атару! – крикнула она, приземляясь и тут же снова взмывая в прыжке. – Хаос кинетики!

Это было ошеломляюще. Крея двигалась так быстро, что её фигура размывалась. Она атаковала с направлений, которые не должны были существовать в обычном бою.

– Четвертая форма – философия хаоса, – объяснила она, продолжая акробатические маневры. – Ты не просто меняешь намерения – ты меняешь саму физику боя. Противник привык предсказывать движения в двух измерениях. Ты добавляешь третье – вертикаль, вращение, невозможные траектории.

Она сделала сальто назад, атакуя в момент вращения, затем приземлилась и тут же прыгнула в сторону, нанося удар с совершенно неожиданного угла.

– Атару перегружает предвидение противника. Слишком много переменных, слишком быстро. Слишком много вероятностных ветвей для обработки.

Крея приземлилась и остановилась. Её виртуальное тело слегка тяжело дышало – впечатляющая деталь симуляции.

– Но эта форма пожирает энергию. Минута боя – и ты выдохся. – Она выпрямилась. – Атару – это спринт. Убей быстро, или умри устав.

Верена смотрела с открытым ртом. Это было невероятно – и совершенно недостижимо для неё. По крайней мере, сейчас.

Крея изменила стойку снова. Теперь она стояла тяжело, укорененно, клинок держала двумя руками. Вся её поза излучала мощь и непоколебимость.

– Форма пятая – Шиен. – Она подняла клинок над головой. – Философия доминирования.

Она нанесла мощный вертикальный удар, и даже виртуальный воздух, казалось, содрогнулся от силы намерения.

– Ты не уклоняешься от вероятностей – ты навязываешь свою. Каждый твой удар несет такую силу намерения, что противник вынужден реагировать. – Ещё один удар, горизонтальный, с той же сокрушительной силой. – Ты создаешь будущее силой воли и заставляешь противника жить в нем.

Крея повернулась к Алексу и атаковала – медленно, телеграфируя каждое движение. Мощный вертикальный удар, настолько очевидный, что Алекс видел его за секунду до начала.

И все же, когда удар пришел, он инстинктивно поставил блок вместо того, чтобы уклониться. Намерение было настолько мощным, настолько подавляющим, что игнорировать его было невозможно.

Удар сбил его с ног виртуальной силой.

– Шиен – это психологическое давление, – объяснила Крея, помогая ему подняться. – Ты делаешь свое намерение настолько очевидным и мощным, что противник не может его игнорировать. Он вынужден реагировать, даже зная, что это может быть ловушка.

– Дджем Со – вариация для контратак. Ты принимаешь удар противника, поглощаешь его энергию и возвращаешь с удвоенной силой. – Она продемонстрировала – блок, переходящий в мощный контрудар. – Это форма тех, кто превращает защиту в нападение.

Крея опустила клинок.

– Но если противник достаточно силен, чтобы не поддаться давлению… ты открыт для контратаки. Пятая форма требует абсолютной уверенности в своей силе. Это форма доминирования – и если ты не можешь доминировать, ты проигрываешь.

Затем её стиль изменился снова. Теперь движения стали сбалансированными – понемногу от всех предыдущих форм. Немного широты первой, немного точности второй, немного текучести третьей.

– Форма шестая – Ниман, – сказала Крея, и в её голосе послышалось презрение. – Философия умеренности. Немного точности, немного непредсказуемости, немного силы. Ты не специализируешься ни в чем, но и не имеешь явных слабостей.

Она провела несколько движений – компетентных, но не впечатляющих.

– Ниман – форма дипломатов. Тех, кто учился фехтованию, потому что так положено, но не собирался воевать. – Крея остановилась. – Это разумная форма для мирного времени. Для тех, кто использует клинок раз в год, если вообще использует.

Она погасила свой клинок.

– Но когда встречаются два мастера, посредственность – это смерть. Специалист всегда победит универсала в своей области. – Крея посмотрела на Алекса. – Но для вас, начинающих, это разумный выбор. Пока не найдете свою философию.

Наступила долгая пауза. Крея стояла неподвижно, и её лицо стало серьезным.

– Седьмая форма, – начала она тихо. – Самая опасная. Не для противника – для тебя самого.

Она не демонстрировала движений, только говорила.

– Джуйо – это философия принятия хаоса. Ты открываешься всем эмоциям, всем импульсам, всей тьме внутри. Ты становишься непредсказуемым, потому что не управляешь собой.

Верена почувствовала холод в груди.

– Твои удары рождаются из ярости, страха, ненависти – из чистой эмоциональной энергии. Противник не может предсказать твои действия, потому что они иррациональны. Потому что ты отпустил контроль и позволил тьме управлять тобой.

– Но разве это не… – начала Верена.

– Темная сторона? – закончила Крея. – Да. Джуйо – это приглашение паразиту. Каждый, кто практиковал эту форму, либо пал, либо балансировал на грани всю жизнь.

Она посмотрела на них обоих.

– Я не буду учить вас этой форме. Не потому что вы не готовы. Потому что никто не готов. – Пауза. – Джуйо – это путь к силе через саморазрушение. Это ставка на то, что ты уничтожишь противника прежде, чем уничтожишь себя.

Крея активировала свой клинок снова.

– Семь форм. Семь философий работы с вероятностями. – Она обвела их взглядом. – Теперь попробуем на практике.

– Алекс, – позвала Крея. – Встань напротив меня.

Он подошел, держа клинок в защитной позиции. Год тренировок с мастером Келланом дал ему базовую технику, но это… это было совсем другое.

– Атакуй меня, – приказала Крея. – Но сначала сформируй намерение – четкое, ясное. Реши, куда ударишь, и ударь туда.

Алекс сконцентрировался. Удар слева, горизонтальный, на уровне плеча. Он визуализировал траекторию, почувствовал, как намерение кристаллизуется в его сознании.

Он шагнул вперед и нанес удар.

Крея уже отступала. Её клинок даже не двинулся для блока – она просто не была там, где должна была быть.

– Я увидела твое намерение за секунду до удара, – объяснила она. – Оно светилось в вероятностях как маяк. Сильное, ясное, неизменное.

Алекс нахмурился и попробовал снова. На этот раз диагональный удар сверху вниз. Тот же результат – Крея отступила до того, как клинок начал движение.

– Сильное намерение дает силу удару, – сказала Крея. – Это основа пятой формы. Но оно же делает его предсказуемым. Парадокс доминирования.

– Тогда как? – спросил Алекс.

– Теперь попробуй атаковать, не решая куда, – сказала Крея.

– Как?

– Начни движение и позволь клинку самому выбрать траекторию. Размой намерение. Держи в сознании несколько вариантов одновременно.

Алекс попробовал. Он начал движение, удерживая в уме три возможные траектории – слева, справа, сверху. Клинок двинулся… и движение получилось вялым, неуверенным.

Крея легко блокировала.

– Ты не размыл намерение – ты просто не имел его. Это не Соресу, это растерянность. – Она опустила клинок. – Намерение должно быть – но гибким, текучим. Ты держишь в уме три варианта и выбираешь в момент контакта, основываясь на реакции противника.

Она продемонстрировала. Начала атаку на Алекса – он видел, что удар идет слева, начал блок – и в последний момент траектория перетекла в совершенно другую, атакуя справа.

– Видишь? Я начала с одного намерения, но держала другие варианты открытыми. Когда увидела, что ты реагируешь на первое – переключилась на второе.

Алекс кивнул, начиная понимать. Это было похоже на многопоточное программирование – держать несколько процессов активными одновременно и выбирать нужный в зависимости от условий.

– Теперь ты, Верена, – позвала Крея.

Верена подошла, сжимая рукоять клинка. Она была более напряжена, чем Алекс – для неё вся эта теория вероятностей была чужой, абстрактной.

Крея атаковала её медленно, телеграфируя удар. Верена увидела, поставила блок – Крея остановила клинок перед контактом.

– Ты увидела мое намерение и отреагировала, – сказала Крея. – Я заставила тебя отреагировать.

Она повторила атаку – тот же медленный, очевидный удар. Верена снова блокировала – и в этот момент Крея коснулась её плеча свободной рукой.

– Настоящая атака была здесь, – объяснила Крея. – Я создала ложное намерение. Ты увидела будущее, где я атакую клинком, и подготовилась к нему. Но настоящая атака была другой.

Верена моргнула, осмысливая.

– Ты… солгала будущему?

– Нет, – покачала головой Крея. – Я создала два будущих – одно яркое и ложное, другое тусклое и истинное. Ты выбрала очевидное. – Она отступила. – Это основа обмана в бою предвидящих. Ты создаешь вероятностные ловушки – будущие, которые выглядят реальными, но ведут противника в тупик.

Алекс наблюдал, и его ум работал на полную мощность. Это была игра, невероятно сложная игра. Создавать намерения, читать намерения противника, создавать ложные намерения, скрывать истинные…

– Теперь друг с другом, – сказала Крея. – Я буду наблюдать.

Алекс и Верена встали друг напротив друга.

Алекс сделал первое движение – осторожный выпад, пытаясь применить размытое намерение. Верена отступила, её клинок поднялся в защитную позицию.

– Ты думаешь о технике, а не о противнике, – прокомментировала Крея.

Верена контратаковала – горизонтальный удар, слишком широкий, слишком очевидный. Алекс легко блокировал.

– Ты боишься ударить его – это читается, – сказала Крея.

Они продолжили, обмениваясь ударами. Движения были неуклюжими, несинхронизированными. Алекс пытался просчитывать на пять шагов вперед и терялся в вероятностях. Верена пыталась действовать интуитивно, но её инстинкты говорили противоречивые вещи.

– Ты пытаешься предсказать на пять шагов вперед – это слишком далеко, – сказала Крея Алексу. – Горизонт предсказуемости – два, максимум три хода. Дальше все размывается.

Они попробовали снова. Алекс сократил глубину предвидения, сфокусировался на следующем моменте. Верена перестала думать и начала просто двигаться.

И что-то изменилось.

Их движения стали более плавными. Алекс атаковал, Верена блокировала – но не механически, а как будто они танцевали заученный танец. Верена контратаковала, и Алекс уже отступал, не думая о том, как.

Крея наблюдала молча.

Они двигались быстрее. Клинки встречались с характерным звуком, отскакивали, снова сходились. Алекс почувствовал, как его предвидение начинает синхронизироваться с предвидением Верены – он видел не только свои вероятности, но и её.

Верена почувствовала то же самое. Она знала, куда он ударит, не потому что предсказала, а потому что… просто знала. Как будто они были частями одного организма.

Их движения ускорились еще больше. Теперь это был настоящий бой – быстрый, текучий, непредсказуемый для внешнего наблюдателя, но совершенно естественный для них.

– Стоп, – сказала Крея.

Они замерли, тяжело дыша. Виртуальные тела не уставали физически, но ментальная нагрузка была огромной.

– Вот, – сказала Крея, и в её голосе послышалось что-то похожее на удовлетворение. – Это то, что нужно.

Она подошла ближе.

– Вы перестали сражаться друг с другом и начали сражаться с вероятностями вместе. Вы синхронизировались. – Она обвела их взглядом. – Запомните это чувство. Это редкость – найти кого-то, с кем можно достичь такого резонанса.

Алекс и Верена переглянулись. Они оба чувствовали это – связь, которая сформировалась в процессе спарринга. Не романтическую, не дружескую – что-то другое. Боевую синхронность.

– Орден тренировал индивидуалистов, – продолжила Крея. – Они тренировали джедаев как индивидуальных воинов. Мастер и падаван, один на один. Но настоящая сила – в способности синхронизироваться с другим.

Она активировала свой клинок.

– Теперь атакуйте меня. Вместе.

Алекс и Верена обменялись взглядом и двинулись. Без слов, без плана – просто двинулись, полагаясь на только что обретенную синхронность.

Алекс атаковал справа, размывая намерение. Верена атаковала слева, с мощным, очевидным намерением. Крея блокировала Верену – очевидную угрозу – и Алекс почти достал её.

Почти.

Крея отступила на шаг – впервые за всю тренировку.

Она улыбнулась.

– Лучше. Вы создали вероятностную вилку. – Она указала клинком на Верену. – Ты была приманкой – ярким, очевидным будущим. – Затем на Алекса. – А ты был настоящей угрозой – тусклым, но реальным.

Крея опустила клинок.

– Вы использовали разные философии в комбинации. Это то, что делает синхронизированных бойцов опасными. Двое могут создавать вероятностные конфигурации, которые один создать не может.

Она погасила клинок.

– Двое синхронизированных бойцов опаснее десяти мастеров-одиночек. Потому что они создают вероятности, которые противник не может разрешить. Каждое действие одного открывает возможности для другого. Каждая защита от одного создает уязвимость для другого.

Алекс почувствовал, как его инженерный ум выстраивает модель. Это было похоже на параллельные вычисления – два процессора, работающие над одной задачей, но с разных сторон.

– Но это все еще иллюзия, – сказала Крея, и её голос стал серьезным.

Она взмахнула рукой, и виртуальные клинки в их руках погасли.

– В виртуальном пространстве нет настоящей опасности, нет настоящей боли. Предвидение работает иначе, когда ставки реальны. Когда ошибка стоит жизни.

Крея посмотрела на них обоих.

– Настоящий клинок отрезает конечности. Настоящий удар убивает. Здесь вы можете экспериментировать, ошибаться, учиться. Там – нет.

– Значит, все это было бесполезно? – спросил Алекс.

– Нет, – покачала головой Крея. – Это фундамент. Вы изучили философии, поняли принципы, почувствовали синхронность. Но дом строится не из фундамента. Дом строится на фундаменте.

Она начала ходить по площадке.

– Когда получите настоящие клинки, не спешите ими пользоваться. Световой меч – самое опасное оружие для его владельца. Нет веса, нет инерции – одно неверное движение, и ты отрезал себе руку.

Верена побледнела.

– Начните с минимальной мощности, – продолжила Крея. – Тренируйтесь медленно. Пусть мышечная память адаптируется к отсутствию веса. Скорость придет сама, когда тело научится.

Она остановилась перед ними.

– И помните: клинок – это цепь. Красивая, смертоносная, но цепь. Чем больше вы его используете, тем глубже интегрируетесь в систему. Тем сильнее становится связь.

– Носите его, если должны. Используйте, если нужно. Но не позволяйте ему определять вас.

Крея взмахнула рукой, и над площадкой появилась голографическая звездная карта. Десятки систем, сотни планет.

– Чтобы создать клинок, вам нужен кристалл, – сказала она. – Естественный кристалл кайбер.

Она указала на несколько точек на карте.

– Иллум – традиционное место. Замерзший мир с пещерами, полными кристаллов. Но Орден контролировал его тысячелетиями. Даже сейчас, после падения, там могут быть имперские патрули.

Другая точка засветилась.

– Джедха – священный мир. Разрушен недавно, опасен, но кристаллы остались в глубинах храмов.

Третья точка.

– Данторин – дикий мир на Внешнем Кольце. Естественные месторождения в горных системах. Малонаселенный, слабо контролируемый Империей.

Крея опустила руку, и карта исчезла.

– Или вы можете синтезировать кристалл самостоятельно.

Алекс нахмурился.

– Синтез логичнее. Контролируемые условия, предсказуемый результат. Не нужно лететь на край галактики и рисковать…

– Да, – перебила его Крея. – И именно поэтому это ловушка.

Она подошла ближе.

– Синтетический кристалл создается через принуждение, через навязывание структуры. Ты берешь сырье и заставляешь его принять нужную форму. Это акт доминирования над материей.

– Но разве инженерия – это не навязывание воли материи? – возразил Алекс.

– Хороший вопрос, – кивнула Крея. – Разница в намерении. Когда ты строишь корабль, ты работаешь с законами физики, а не против них. Ты используешь свойства материалов, их естественные характеристики.

Она сделала паузу.

– Когда синтезируешь кристалл для красного клинка, ты ломаешь естественную структуру. Ты не создаешь – ты порабощаешь. И паразит чувствует это. Он приходит к тем, кто уже выбрал философию доминирования.

Алекс задумался. В её словах была логика.

– Естественный кристалл формируется тысячиы лет, – продолжила Крея. – Под давлением, под воздействием геологических процессов, впитывая случайность, хаос, саму жизнь планеты. Когда ты находишь его, ты не принуждаешь – ты резонируешь.

– Выбор между синтезом и поиском – это выбор между контролем и принятием. Между навязыванием своей воли реальности и принятием того, что реальность предложит.

Верена слушала молча. Для неё этот выбор был очевиден – она всегда полагалась на интуицию, на чувства. Идея поиска, путешествия, резонанса с естественным кристаллом казалась правильной.

Алекс же колебался. Его инженерный ум видел логику синтеза. Но…

– Если система – это ловушка, – медленно сказал он, – я хочу понять её полностью, прежде чем искать выход. Если я начну с принуждения, с доминирования… я уже выбрал путь, не понимая последствий.

Он посмотрел на Верену.

– Мы пойдем искать кристаллы.

Верена кивнула.

– Вместе.

Крея улыбнулась – настоящая улыбка, редкая и ценная.

– Мудрый выбор. Или глупый. Время покажет.

Она указала на карту, которая снова появилась в воздухе.

– Данторин – наименее опасный вариант. Дикая природа, но не имперские патрули. Горные системы на северном континенте – там естественные месторождения.

– Когда вернетесь с кристаллами, – продолжила Крея, – я научу вас собирать клинки. Настройке резонанса, калибровке фокусирующих линз, всем техническим деталям.

Она погасила карту.

Пауза.

– А какого цвета был ваш клинок? После того как вы поняли все это?

Крея замерла. Долгая, тяжелая пауза.

– У меня их было три. Фиолетовые.

Верена вскинула бровь.

– Но вы учите нас, что это для тех, кто всегда на грани, – заметила Верена.

– Это так, – ответила Крея. – Когда придет время я расскажу почему. Это был не мой выбор.

Она посмотрела на них обоих.

– Создайте клинок. Используйте его. Поймите его. Почувствуйте, как он связывает вас с системой. – Пауза. – А потом решите, нужен ли он вам.

Крея начала отходить, и виртуальное пространство начало меняться. Колонны мерцали, становясь прозрачными. Звездное небо тускнело.

– Идите, – сказала она, и её голос эхом разнесся по некрополю. – И помните – каждый выбор имеет цену.

Пространство растворялось вокруг них.

– Даже выбор жить.

Алекс и Верена открыли глаза одновременно. Реальный мир ворвался в их сознание – плотный, медленный, ощутимый. Они сидели перед голокроном в небольшой комнате.

Тела затекли. В виртуальном пространстве прошли часы – может, больше. Время там текло иначе.

Верена застонала, массируя шею.

– Я чувствую каждую мышцу, которую использовала там.

– Виртуальное пространство влияет на нейронные пути, – пробормотал Алекс, разминая пальцы. – Мышечная память формируется, даже если физического движения не было.

Они сидели молча несколько минут, переваривая полученные знания.

Он встал, разминая затекшие ноги, и подошел к терминалу. Звездные карты, маршруты, расчеты времени…

– Все эти планеты под контролем империи. Но должны быть и другие планеты с кристаллами, – пробормотал он, вводя координаты. – В неизведанных регионах или где-то еще.

Алекс понял, что нужно найти своё решение.

Глава 19

В поисках кристаллов

Вечер застал Алекса и Верену в их жилом модуле. Интерьер был аскетичным, функциональным, лишенным излишеств. Единственным украшением служило панорамное окно во всю стену, через который открывался вид на колонию и звездное небо над ней.

Они сидели на полу в центре комнаты, погруженные в медитацию. Алекс чувствовал Силу, нити вероятности, которые проходили сквозь него. Рядом с ним присутствие Верены в Силе было теплым и ярким, как маленькое солнце.

Перед ними парил небольшие металлические шары, которые они использовали для практики левитации. Алекс протянул руку, и шары послушно переместились к нему, затем плавно перелетели к Верене, когда она сделала аналогичный жест.

– Твой контроль улучшился, – заметил Алекс, открывая глаза.

Верена улыбнулась.

Он встал, подходя к небольшому сейфу в углу комнаты. Открыв его, Алекс достал несколько контейнеров и вернулся к Верене.

– Нам нужно двигаться дальше, – сказал он, усаживаясь рядом с ней. – Световой меч – необходимый следующий шаг. Это фокус для Силы, инструмент, который помогает направлять и концентрировать способности к силе. Но я очень не хочу рисковать, посещая планеты, которые оккупированы империей. Мне хватило и одного урока. Посмотрим, можно ли обойтись тем, что у нас уже есть.

Верена заинтересованно наклонилась, когда Алекс открыл первый контейнер. Внутри лежали несколько кристаллов различных оттенков – от бледно-голубого до насыщенного красного.

– Кристаллы, – объяснил он. – Я скупал их на черном рынке Нар-Шаддаа много лет назад, когда только начинал приторговывать антиквариатом… Но не рискнул пустить их в дело.

Он взял один из кристаллов – красивый камень цвета рубина – и сосредоточился на нем, пытаясь установить связь через Силу. Это был навык, который он развил еще в юности. Способность чувствовать кристаллы, их внутреннюю структуру, резонанс.

Но этот кристалл был… пустым. Мертвым. Алекс чувствовал его физическую структуру, идеальную кристаллическую решетку, созданную технологией. Но в нем не было жизни, той искры, которая должна была присутствовать в настоящем кристалле.

– Не подходит, – сказал он, откладывая камень в сторону.

Верена взяла кристалл, закрыла глаза, пытаясь почувствовать его.

– Ты прав, – подтвердила она через минуту. – Он мертвый. Как будто в нем нет… сущности.

Алекс открыл второй контейнер. Эти кристаллы были с базы графа Дуку, найденные во время одной из их экспедиций. Они выглядели более живыми, их грани переливались в свете ламп.

Но когда Алекс попытался настроиться на них, результат был тем же. Эти кристаллы когда-то были живыми, он чувствовал это. Но что-то изменило их, исказило их природу. Темная сторона? Он не мог сказать точно.

– Тоже не подходят, – констатировал он с разочарованием.

Верена вздохнула, откидываясь назад.

– Илум и другие известные планеты под контролем Империи. Все известные месторождения либо истощены, либо охраняются имперскими войсками.

– Я знаю, – Алекс потер переносицу, чувствуя приближающуюся головную боль. – Нам нужны естественные кристаллы, выращенные Силой в течение тысячелетий.

– И где мы их найдем? – спросила Верена, хотя в ее голосе не было надежды на ответ.

Алекс посмотрел на россыпь бесполезных кристаллов перед собой и не нашел, что ответить.

* * *

Вечером они стояли у «Звенящего клинка» в специальном ангаре, наблюдая, как грузовые дроиды делают последние работы по установке оборудования. Корабль готовился к длительному путешествию – запасы продовольствия, воды, топлива, запчастей. Ставились последние варианты различных систем. Все, что может понадобиться в отдаленных регионах галактики.

– Думаешь, мы найдем то, что ищем? – спросила Верена, прислонившись к борту корабля.

– Не знаю, – честно ответил Алекс.

Он вернулся в свою лабораторию. Помещение было заполнено голографическими проекторами, компьютерными терминалами и стеллажами с датападами.

Алекс активировал главный компьютер и начал загружать массивы данных, собранные за годы исследований. Информация с различных ракатских баз, древние записи, фрагменты текстов, карты давно забытых миров. Огромное количество информации, которую он кропотливо собирал, анализировал, каталогизировал всю свою жизнь.

Он задал параметры поиска: «кристалл», «фокусирующий камень», «энергетический резонатор». Компьютер начал работу, просеивая огромные объемы данных в поисках совпадений.

Часы шли. Алекс сидел, уставившись в экран, где мелькали строки текста на разных языках. Большинство упоминаний были бесполезными – технические спецификации давно разрушенного оборудования, инвентарные списки, логи поставок.

Верена принесла ему еду – простой бутерброд и чашку кафа. Алекс едва заметил ее присутствие, машинально взял еду и продолжил работу.

– Ты должен отдохнуть, – мягко сказала она.

– Позже, – пробормотал он, не отрывая глаз от экрана.

Она вздохнула, но не стала настаивать. Знала, что когда Алекс погружается в исследования, его практически невозможно оторвать.

Прошло еще несколько часов. Каф в чашке давно остыл, бутерброд остался нетронутым. Глаза Алекса слипались от усталости, но он продолжал работать.

И вдруг – совпадение.

Алекс выпрямился, отодвигая чашку с остывшим кафе. На экране высветился фрагмент текста из базы данных, найденной на одной из ракатских станций.

«…планета-океан, богатые залежи фокусирующих кристаллов… высокая концентрация энергии… перспективный источник для добычи…»

Он увеличил фрагмент, запустил программу перекрестной проверки. Компьютер начал сопоставлять упоминание с другими записями.

Второе совпадение. Из базы архивного мира Раката:

«…мир J-19–447… водная поверхность, скалистые острова… кристаллические образования естественного происхождения… планируется расширение сети ретрансляторов для обеспечения доступа…»

Алекс открыл еще один файл – архив, который он скопировал больше двадцати лет назад в библиотеке Кореллианского Технологического института. Обширный справочник координат и названий систем, собранный неизвестно кем и неизвестно когда. Большая часть данных была повреждена или намеренно стерта, но некоторые фрагменты сохранились.

Он ввел частичные координаты из ракатской базы в поисковую строку.

Совпадение.

"Система: [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

Планета: Ах-То

Координаты: сектор J-19, [ЧАСТИЧНО СТЕРТО]"

Алекс сопоставил координаты. Частичные данные из института совпадали с ракатскими записями. Недостающие фрагменты можно было восстановить, используя обе базы данных.

– Верена, – позвал он.

Она появилась в дверном проеме.

– Что случилось?

– Нашел совпадение, – Алекс указал на голографическую проекцию, где формировалась трехмерная карта. – Планета в Неизвестных Регионах. В ракатских записях упоминаются залежи фокусирующих кристаллов. Они планировали организовать там добычу.

Верена подошла ближе, изучая данные.

– Координаты полные?

– Да. Восстановил из двух источников, – Алекс свел воедино фрагменты из ракатской базы и института. – Название планеты частично повреждено. Возможно, Ах-То. В институтской базе координаты этой системы намеренно стерты. Кто-то не хотел, чтобы о ней знали.

Он активировал другой слой карты – сеть ракатских станций гиперсвязи. Множество узлов в центральных регионах светились зеленым – функционирующие станции. Желтые точки обозначали частично работающие системы. Красные – разрушенные или недоступные.

В Неизвестных Регионах карта была почти полностью красной.

– Могу проложить маршрут, – Алекс провел пальцем по голограмме, выстраивая цепочку прыжков. – Используя сохранившиеся станции. Но последний участок…

Он увеличил финальный отрезок пути. От последней функционирующей станции до целевой планеты – пустое пространство без единой зеленой или желтой точки.

– Нет рабочих станций гиперсвязи, – констатировала Верена.

– Верно, – Алекс быстро рассчитал расстояние. – Последний прыжок – примерно восемь тысяч световых лет. Без данных гиперсвязи навикомп не сможет построить безопасный маршрут.

– Нужно подготовиться, – сказал он. – Проложить маршрут до последней рабочей станции. Рассчитать запасы топлива и припасов. Изучить все доступные данные об этом регионе.

Он сохранил информацию, создал резервные копии. Затем начал детальное планирование. Каждый прыжок просчитывался с максимальной точностью. Каждая остановка – в системе с функционирующей станцией, где можно получить обновленные данные.

Работа заняла несколько часов. К концу у него был готов маршрут, ведущий к последней рабочей станции на краю Неизвестных Регионов. Дальше оставался финальный участок – восемь тысяч световых лет без навигационной поддержки.

Алекс откинулся на спинку кресла, глядя на карту. Технически задача была решена настолько, насколько это возможно. Оставался только один вопрос – сможет ли он снова использовать Силу для навигации.

– Когда вылетаем? – спросила Верена.

– Завтра утром, – ответил Алекс, закрывая голограмму. – Нужно загрузить данные в навикомп и провести финальную проверку систем корабля.

Верена кивнула и вышла. Алекс остался один, глядя на темный экран. Планета Ах-То. Если они правы, там должны быть кристаллы. Естественные, выращенные Силой.

Оставалось только добраться туда.

* * *

Алекс стоял в ангаре, глядя на «Звенящий клинок». Это был не просто транспорт – это было воплощение десятилетий планирования, накопленных знаний и тщательной подготовки.

Проект начался почти двадцать лет назад, когда он еще только переехал на Нар-Шадаа. Тогда он только модернизировал свой прошлый корабль – надежный, неприметный, но ограниченный в возможностях. Хотя для того времени он казался ему отличным кораблём. Но уже тогда он задумался о корабле, который будет идеальным для него.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю