Текст книги "Багровая судьба (ЛП)"

Автор книги: Венди Оуэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 29

Каждая секунда без Евы, как и осознание того, что ее нет рядом, словно осколок стекла в моей груди. Мои мысли колеблются между отчаянным желанием вернуть ее и желанием забить Энтони до смерти собственными руками. Я хочу почувствовать, как жизнь покидает его тело.

Телефон, подключенный к стойке регистрации, звонит, и я наблюдаю, как Марко подходит, чтобы ответить, поглядывая на монитор безопасности. Он смотрит на меня и говорит, что моя сестра внизу в сопровождении двух мужчин.

– Пропусти их уже, – рявкаю я на Марко.

Марко повторяет мой приказ, как я предполагаю, Уолтеру. Я вижу, как он несколько раз проверяет свое оружие, пока ждет наших гостей.

Я не виню его за то, что он не доверяет новоиспеченному русскому мужу моей сестры. Большую часть времени я чувствую то же самое, но ничто из того, что беспокоило меня раньше, не имеет значения. Единственное, чего я хочу – вернуть Еву.

Двери распахиваются, и появляются высокие фигуры Николая и Алексея, между которыми стоит Амелия. Марко подозрительно смотрит на них, провожая в столовую, в которой я их уже ожидаю.

– Спасибо, что пришли без приглашения.

Амелия пересекает комнату, игнорируя мои враждебные замечания, и обнимает меня.

– Мне очень жаль, братишка. Мы обязательно найдем ее.

Я закрываю глаза, ненадолго наслаждаясь объятиями, а затем напряженно отстраняюсь и прочищаю горло.

– Конечно, найдем, – успокаивающе добавляет Алексей.

Амелия садится рядом со мной, а Алексей и Николай по другую сторону. Марко садится рядом с Амелией, сканируя взглядом двух незваных мужчин.

Кажется, Марко хочет возразить, сказать, что их это не касается, но один мой взгляд говорит ему, что сейчас не время.

– Есть новости от других капо? – спрашиваю я у Марко.

– Нет. Еще нет. Смитти сказал, что пошел искать парней из команды Энтони, но ни одного из них не было на своих обычных местах. В данный момент он направляется проверить дом Энтони.

– Энтони знает, что все будут его искать, – категорически заявляю я, – он не собирается облегчать нам его поиски.

– Это Нью-Йорк. Никто не сможет спрятать всю свою бригаду в городе, который никогда не спит, – вмешивается Николай, и всё мое тело напрягается в ответ на его сильный русский акцент.

– Возможно ли, что он попросил ДеЛуку об амнистии? – спрашивает Марко, игнорируя комментарий Николая.

– Не думаю. ДеЛука ни за что не подставит свою голову ради этого парня. Он разозлен тем, что Энтони солгал ему о моем участии во всем этом.

Мой телефон вибрирует, и все головы в комнате поворачиваются в мою сторону. Я сжимаю устройство, как в тисках, когда беру его в руки. Я задерживаю дыхание, когда вижу, что на экране мелькает имя Джии.

– Тихо, – коротко приказываю я, нажимая большим пальцем кнопку ответа, и подношу телефон к уху, – привет.

– Что-нибудь из этого было правдой? – ее голос звучит словно ядовитый шепот, пронизанный предательством и болью.

– Каждую чертову секунду. Это не имело к тебе никакого отношения. У меня было искреннее намерение попытаться построить с тобой жизнь.

Ее гнев потрескивает в трубке.

– Ты выставил меня дурой. Что это было? Ты трахал ее в течение нескольких дней? Это она была причиной того, что ты сбежал на выходных?

– Нет! – восклицаю я, – она также не имела к этому никакого отношения. Честно говоря, я давно должен был понять, что чувствую к Еве… но когда я был с тобой, я всё еще был в замешательстве из-за нее.

– Я ненавижу тебя, – рычит она в ответ.

– Я не виню тебя. Ты можешь меня ненавидеть, но это не значит, что во всем этом виновата Ева. Она не часть нашего мира, Джиа. Она этого не заслуживает.

Линия на мгновение замолкает, пока она обдумывает мои слова.

– Я знаю, – наконец отвечает она.

– Так ты отпустишь ее? – спрашиваю я, не в силах скрыть отчаяние в голосе.

– Мне нужно, чтобы ты пообещал мне, что не придешь, если я скажу тебе, где мы находимся. Я позабочусь о том, чтобы Ева была в безопасности, и сообщу тебе, как только мы уйдем.

– Я обещаю.

– Винсент, если он увидит, что ты приближаешься, не думаю, что смогу защитить ее. Ты понимаешь меня? Если ты хочешь вернуть ее в целости и сохранности, ты не можешь прийти сюда. Я помогу тебе вернуть ее, если ты меня послушаешься.

– Хорошо! Мне просто нужно знать, где она и что она в безопасности.

– Она на нашей лодке. Я собираю сумку и направляюсь туда, чтобы встретиться с ним. Мы уезжаем.

– Что значит уезжаете?

– Я не знаю. Отец говорил что-то о Карибах или что-то в этом роде.

– А что насчет Евы?

– Он сказал, что высадит ее в порту к югу от города, как только мы благополучно уедем отсюда. Он пообещал мне, что не собирается причинять ей вред, – объясняет Джиа, и всё, о чем я могу думать – не может же Джиа быть такой наивной. Отчаяние сжимает меня изнутри.

– Просто оставьте ее там, прежде чем отправиться в плавание. Нет смысла брать ее с собой, – возражаю я.

– Я постараюсь убедить его, ладно? Но я не думаю, что он на это пойдет. Я должна идти. Он ждет меня на причале.

– Хорошо, – смягчаюсь я, но это слово прожигает мне язык словно кислота.

Звонок заканчивается щелчком, и я смотрю на потемневший экран. Никто в комнате не двигается, а просто смотрят на меня, ожидая ответов.

– Он в доках. Джиа говорит, что если мы будем держаться подальше, пока они не уйдут, Ева не пострадает.

– Винсент, это пахнет ловушкой, – вмешивается Амелия.

– Возможно и так, – признаю я, и возможность этого сжимает мое сердце, – но я не могу сидеть здесь, пока…

– Я не думаю, что Джиа стала бы лгать, – вмешивается Марко, – она считает Еву своим другом.

– Ей больно, – парирует Амелия, – она думает, что Винсент лгал об их отношениях. Невозможно сказать, что на самом деле происходит у нее в голове. Насколько нам известно, ее отец стоит рядом с ней говорит ей, что сказать.

– Нет. Мы с Нико были водителями у нее и ее отца. Энтони, конечно, кусок дерьма, но Джиа на него не похожа, – утверждает Марко.

Комната представляет собой пороховую бочку.

– Винсент, – голос Алексея разрезает напряженный воздух, – мы с Николаем поддержим тебя. Мы поедем с тобой в доки.

Брови Марко протестующе поднимаются.

– Для этого у нас есть свои люди. Нико и я, босс, – его преданность так же прочна, как земля под нашими ногами.

Я оглядываю комнату и вижу всех мужчин, готовых рискнуть своей жизнью, чтобы помочь мне. Я не могу позволить себе начать войну из чувства гордости или власти сейчас, когда жизнь Евы висит на волоске.

– Мне нужен каждый мужчина, готовый поддержать меня.

– Ты ей веришь? – спрашивает Амелия.

– Зачем ей лгать? – спрашивает Марко в ответ.

Амелия пожимает плечами.

– Потому что она знает, что Винсент придет за ее отцом, и пытается выиграть время.

Я обдумываю слова Амелии.

– Так что ты предлагаешь? – задаю я логичный вопрос.

– Мы разделимся, – отвечает она, – отправь своих капо во все предприятия Энтони. Поскольку Смитти уже направляется к нему, Алексей, Николай и я поедем в дом Джии, а ты, Марко и Нико отправитесь в доки.

Я смотрю на Марко.

– Что ты об этом думаешь? – спрашиваю я Марко, – ты теперь мой консильери, – добавляю я.

– Он кто? – спрашивает Амелия.

– Многое произошло, пока тебя не было.

– Полагаю, что так. Поздравляю, кузен.

Марко кивает в сторону Амелии.

– Я думаю, это хороший план, но Амелия должна мне кое-что пообещать.

– Я? – кажется, она удивлена его заявлением.

– Да. Я хочу, чтобы ты пообещала, что если вы найдете Джию и Энтони, вы не причините ей вреда.

Она в замешательстве хмурит брови, а затем ее глаза расширяются.

– Ох, черт, она тебе нравится.

– Только не причиняй ей вреда, – повторяет Марко.

– Хорошо, как скажешь, – отвечает Амелия, прежде чем посмотреть на мужчин, с которыми она пришла, – слышали? Не вредить Джии.

Алексей кивает, на его лице отражается понимание.

– Понял. Но если Джиа сказала правду об их отъезде, нам, вероятно, не стоит больше терять время.

– Он прав, – подтверждаю я, – мы нужны Еве.

Мы все направляемся в комнату рядом с кухней, где находится арсенал оружия. Я засовываю запасной магазин во внутренний карман куртки, мои руки работают на автомате, пока я перепроверяю свое снаряжение. Воздух полон напряжения, каждый из нас двигается уверенно и целенаправленно. Алексей и Николай также берут с собой всё необходимое оборудование. Речь идет не только о мести. Речь идет о возвращении части моей души.

– Винсент, – голос Алексея прорывается сквозь грохот заряжаемого оружия. Его пистолет уже в кобуре, а в глазах горит мрачная решимость, – когда Амелию схватили, я думал, что сойду с ума. Страх съедает тебя, не так ли?

Я киваю. Страх не просто съедает меня – он пожирает меня целиком.

– Знать, что женщина, которую ты любишь, находится в опасности… я понимаю тебя. Я просто хочу сказать, что мы сделаем всё возможное, чтобы вернуть Еву домой.

– Алексей… – эмоции готовы захватить меня, но я подавляю их.

– Брат, – говорит он, и это больше, чем слово – это клятва.

Я киваю, не в силах ответить, но всё еще испытываю благодарность мужчине рядом со мной. Я не готов ему доверять, но начинаю понимать, почему Амелия доверяет.

Амелия входит в комнату, когда мужчины заканчивают приготовления. Она берет гладкий черный пистолет и без колебаний проверяет обойму.

– Амелия, ты не пойдешь, – командует Алексей, и босс внутри него мгновенно проявляется.

– Я думала, мы решили этот вопрос, когда обсуждали план, – утверждает она.

– Ты сказала, что поедешь, но я не согласился.

Она смотрит на него так яростно, будто в любой момент готова воткнуть в него нож.

– Вспомни, что ты всегда говоришь своим людям. Я – твоя королева. Всё, что я говорю, должно быть исполнено, так что, я иду с вами.

Я не могу удержаться от смеха. Отрывистого горького смеха.

– Добро пожаловать в ад, через который я проходил всю свою жизнь, пытаясь защитить ее.

– Тогда ты останешься в машине, – добавляет Алексей, выходя вслед за моей сестрой из комнаты.

Амелия посмеивается и поворачивается, чтобы похлопать Алексея по руке.

– Ладно, дорогой, как скажешь.

Все в комнате понимают, что Амелия не собирается слушать Алексея.

Когда мы идем к лифту, Марко вызванивает остальных капо, чтобы они разогнали своих людей. Наша решимость непоколебима, а цель едина. Единственной победой станет благополучное возвращение Евы и голова Энтони.

Глава 30

Двигатель урчит, пока Нико въезжает на гладком черном седане в темное здание, стоящее буквально в двух шагах от доков.

– Помните, парни, – бормочу я, – глаза остры, рты закрыты.

Я вижу решимость в глазах Нико, и молчаливый кивок – его единственный ответ.

Телефон Марко непрерывно вибрирует, отблески света мерцают на его сосредоточенном лице.

– Все капо на данный момент отзвонились и сообщили, что не видят никаких следов Энтони или его ребят, – говорит он, проводя большим пальцем по экрану.

– Хорошо, – отвечаю я, чувствуя под кожей знакомый зуд адреналина, – это означает, что он, скорее всего, здесь, и Джиа сказала нам правду.

Выходя из машины, мы оглядываемся по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил нашего прибытия. Мы пробираемся через дыру в заборе, стараясь не попадаться на свет, когда приближаемся к краю доков.

– Придерживайтесь плана, – напоминаю я им, зная, насколько опасно будет для Евы, если у кого-то из нас возникнет желание сыграть роль героя. Ее безопасность – единственное, что меня волнует.

Я медленно продвигаюсь вперед, каждый мускул напряжен, я готов броситься в атаку при первых признаках опасности. Соленый воздух вокруг обжигает легкие, пока я продвигаюсь к цели, а Марко и Нико – молчаливые тени по обе стороны от меня.

Мы останавливаемся, скрывшись за большим сараем, и наблюдаем за простилающимся впереди. Марко подносит бинокль к глазам, пытаясь поподробнее разглядеть представшую перед нами сцену. Я наблюдаю, как сжимаются его челюсти.

– Что-то видишь? – спрашиваю я тихо, мое терпение на исходе.

Он опускает бинокль и поворачивает голову ровно настолько, чтобы поймать мой взгляд боковым зрением.

– Они загружают ящики на яхту.

– Какого хрена? – бормочет стоящий сбоку Нико. – Он что, ворует еще и для себя?

– Я предполагаю, что он берет всё, что, по его мнению, сможет легко продать, куда бы они ни направлялись. Он хочет заграбастать себе как можно больше, чтобы начать всё сначала, – шепчу я.

Марко молча протягивает мне бинокль, и я беру его, прижимая холодный пластик к глазам. Моя концентрация сужается до освещенной палубы яхты, где под ярким светом прожекторов снуют люди, словно стая муравьев. Они действуют достаточно быстро, но их неряшливость говорит о спешке, о том, что план выходит из-под контроля.

– Не вижу Энтони, – бормочу я, перемещая бинокль влево и вправо, – или девочек. Они должны уже быть на борту.

– Тогда у нас мало времени, – говорит Марко, резкость в его голосе столь же остра, как нож, покоящийся у него на бедре.

– Быстро и тихо, – отвечаю я, возвращая бинокль, – давайте проредим стадо, не поднимая тревоги. Я не хочу думать о том, что сделает Энтони, если запаникует.

Вибрация в кармане вытаскивает меня из занятых планированием мыслей. Я вытаскиваю телефон, оставляя экран затемненным до минимального уровня.

Амелия:

Дом Джии пуст. Похоже, она уходила в спешке.

– Амелия только что подтвердила, что у Джии пусто. Они должны быть на лодке, – сообщаю я Марко и Нико.

Винсент:

Оставайся на месте. Не заходите в доки. Слишком рискованно.

Амелия:

Поняла.

Я почти слышу ее голос и вижу привычный и решительный наклон подбородка, который говорит о том, что она ощетинилась, когда ей приказали держаться подальше.

– Пойдемте, – киваю я Марко и Нико, которые уже подходят к кромке воды на дюйм ближе.

Вода тихо плещется о корпусы лодок, пришвартованных к пирсу, словно безмятежный саундтрек к нашему напряженному приближению. Ночь наш союзник, скрывающий наступление и намерения, как и мысли, проносящиеся в моей голове.

– Почти на месте, – выдыхаю я.

Мы уже достаточно близко, чтобы услышать бормотание проклятий и шарканье ног.

Мы ложимся на животы, присматриваясь к цели. Ночной воздух несет прохладу, которая просачивается сквозь мою одежду, но я едва ощущаю холод. Все чувства сосредоточены на поставленной задаче.

– Твоя очередь, – шепчет Марко и, кивнув, передает мне бинокль.

Я подношу бинокль к глазам, линзы пронзают ночную темноту. Доки становятся резкими. Теперь я ясно вижу людей Энтони.

– Что там? – бормочет Марко, его приглушенный голос пронизан предвкушением и нетерпением.

– Его люди загружают лодку. На борту уже должно быть как минимум дюжина ящиков, – сообщаю я, регулируя фокус, чтобы лучше видеть.

– Видишь Энтони? Или девочек? – спрашивает Нико с другой стороны, его голос едва громче дыхания.

Я обшариваю палубу в поисках их следов, но ничего нет.

– Никаких следов их присутствия, – говорю я наконец и опускаю бинокль, чтобы встретиться взглядом с Марко, – возможно, они уже находятся на яхте и их спрятали под палубой.

– Блядь, – ругается Марко себе под нос, – мы не можем позволить этой лодке покинуть гавань.

– Согласен, – говорю я, и меня охватывает мрачная решимость.

– Пошевеливайтесь! Мы не можем заниматься этим всю ночь! – голос Энтони приводит меня в бешенство.

– Это он! – взволнованно шепчу я, когда чувствую прохладный металл пистолета, прижимающийся к моей шее.

– О, кто тут у нас? – говорит мужчина, которого я не узнаю. К моей шее приставлен пистолет, и краем глаза я вижу, что он поставил ногу на спину Марко.

– Вот блядь, это Винсент Кинг, – слышу я другой голос.

– Мэтью, это ты? – говорит Марко, его лицо всё еще прижато к земле.

– Не говори, блядь, ни слова, – командует незнакомый голос, прежде чем дать указание Мэтью, парню из команды Энтони, разоружить нас.

Двое мужчин материализовались из чернильной тьмы, как призраки, и, поскольку наше оружие теперь конфисковано, у нас нет другого выбора, кроме как подчиниться их приказам.

– Давай, вставай, – говорит нам незнакомец.

– Полегче, – отвечает Марко.

– Руки держим так, чтобы я мог их видеть. Всё, давайте, идите к лодке, – приказывает один из мужчин, и мы все делаем, как нам говорят.

Перед нами простирается причал, свет прожекторов отбрасывает на воду жуткое сияние. Мой разум мечется, пытаясь придумать идеи побега и о том, как повернуть ситуацию в нашу пользу. Но когда их оружие направлено на нас, мало шансов на ошибку.

Когда мы движемся по причалу к лодке, я замечаю Энтони в тот самый момент, когда он замечает нас.

– Ты, блядь, шутишь? – ревет он, сопровождая слова зловещим смехом.

– Извините, сэр, мы нашли этих троих, крадущихся там, у воды, и все они были довольно неплохо вооружены, – объясняет незнакомый мужчина.

– Уверен, что так и было, – самодовольно замечает Энтони.

Моя челюсть сжимается, когда я встречаюсь взглядом с Энтони, ненависть между нами искрит.

– Ты совершаешь большую ошибку, Энтони, – рычу я, и в моем голосе сквозит презрение.

Энтони делает медленный шаг вперед, направляя на меня свои холодные мертвые глаза.

– О, разве? – с усмешкой говорит он, – просто с того места, где я стою, похоже, что именно ты облажался.

Он прав. Я не уверен, как мы выберемся из этой ситуации, и как спасем Еву, но в любом случае я это сделаю. Я должен.

– Что ты хочешь, чтобы мы с ними сделали? – спрашивает Мэтью.

– Тебе не обязательно их слушать, Мэтью, – говорит Марко, – ты понимаешь, что мы найдем выход из этой ситуации, и когда мы это сделаем, любой, кто помогал Энтони, будет мертв.

Незнакомый мужчина бьет Марко пистолетом, напоминая ему, что он уже однажды велел ему заткнуться.

– Это действительно меняет дело, – хвастается Энтони.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает человек, который ударил Марко.

– Это означает, что вместо того, чтобы сбегать, похоже, наступила моя очередь надеть корону, – объявляет Энтони.

– Мне понравится убивать тебя, – предупреждаю я, не сводя глаз с Энтони.

Тон Энтони мрачный и зловещий, а взгляд не отрывается от моего лица.

– Ты всегда был немного наивным. Когда твой отец умер, ты действительно верил, что сможешь управлять этой семьей. Я понимаю, почему он в тебе сомневался.

Из меня вырывается горький смешок, а в глазах сверкает ярость.

– По крайней мере, я не боялся потерять свою власть так сильно, чтобы мне пришлось предать собственную семью. Ты просто хренов трус, и это ты заблуждается, если думаешь, что кто-то из других капо когда-нибудь преклонит перед тобой колени.

Энтони фыркает.

– О, я тебя умоляю. Ты даже близко не представляешь, на что я способен. Тебе следует сосредоточиться на собственном выживании, Винсент, и меньше беспокоиться о моем будущем.

Я усмехаюсь в ответ, но слова – это не то, что мне сейчас нужно. Мне нужно выждать удобный момент.

Глава 31

Доски скрипят под моими ногами, а соленый воздух обволакивает легкие, когда люди Энтони загоняют нас в лодку, как скот, идущий на убой. Рядом со мной, в напряжении стиснувший челюсти Нико, а глаза Марко мечутся по сторонам в поисках спасения или преимущества в этом замкнутом пространстве, в которое мы ступаем.

– Держите себя в руках, – шепчу я им, надеясь, что мой голос не выдаст ледяной страх, свернувшийся в моем нутре, – нам необходимо найти Еву.

– Винсент, – я поворачиваюсь и вижу Джию, выглядывающую из-за спины отца, – ты обещал, что не придешь сюда.

Энтони усмехается, качая головой.

– Я должен был догадаться, что ты не сможешь удержаться и расскажешь ему, где мы находимся.

Я тяжело сглатываю.

– Джиа, ты должна понять, что у меня не было выбора. Я не мог допустить, что бы Ева пострадала из-за ее связи со мной.

– Я предупреждала тебя. Я сказала, что если ты придешь сюда, я не смогу защитить ее, – отвечает Джиа, подходя ближе, и я вижу боль, запечатленную на ее лице, – чтобы с ней ни случилось, с этого момента ответственность за это лежит на тебе.

– Может быть, в следующий раз ты послушаешь своего отца, – насмехается Энтони над Джией, прежде чем повернуться к мужчинам-солдатам.

Джиа бормочет в сторону отца себе под нос что-то, что я не могу разобрать.

– Изменение планов! – восклицает он, и все головы поворачиваются к нему. – Все возвращаются в грузовики. Благодаря высокомерию молодого Винсента появилась новая возможность.

– О чем бы ты ни думал, это не сработает, – огрызаюсь я.

Леденящий душу страх оседает в моем животе, такой, который приковывает тебя к месту, даже когда твой разум кричит, что пора бежать.

– Посмотрим. Вы трое, держите руки вверх и направляйтесь туда, – инструктирует нас Энтони, указывая на раздвижную дверь на палубе яхты. – Джиа, почему бы тебе не быть полезной и не проводить их.

Марко, Нико и я проходим мимо Энтони и следуем за Джией. Мэтью и человек, которого я не узнал, но слышал, как Энтони называл его Джеки, следуют за нами сзади, направляя нам в спины пистолеты. Я слышу, как Энтони передает дополнительные инструкции оставшейся команде.

– Правильно, я хочу, чтобы всё до последнего было погружено обратно в грузовик и доставлено обратно на склад.

Очевидно, мы изменили его планы, и, судя по самодовольной ухмылке на его лице, он чувствует, что это было только к лучшему.

Мы входим внутрь, и я вижу ее – Еву, развалившуюся в кресле в неестественной позе. Ее запястья и лодыжки связаны веревками, а голова наклонена набок.

– Ева! – мой голос становится хриплым, когда я спотыкаюсь, увидев в каком она состоянии. Каждый инстинкт восстает против этого зрелища. Я падаю рядом с ней на колени, проверяя ее с головы до ног. – Что ты с ней сделал?

– Расслабься, Винсент, – Джиа кладет руку мне на плечо, удерживая на месте, а ее голос звучит до ужаса спокойно, – ей вкололи транквилизатор. Это ради ее собственной безопасности, чтобы она не навредила сама себе.

– Вы двое, сядьте там, – командуют люди Энтони, подталкивая Марко и Нико на диван.

Они делают то, что им говорят.

– Ее безопасности? – спрашиваю я, глядя на Джию, – я чертовски ошибался на твой счет, – я буквально выплевываю эти слова, каждое из которых наполнено отвращением и неверием.

– Очевидно, мы оба ошибались на счет друг друга, – огрызается она.

Взгляд Джии снова возвращается к Еве, и я вижу, как в ее глазах бушуют противоречия.

Энтони заходит внутрь и приказывает Мэтью и Джеки помочь остальным.

– Вы уверены, что вам не потребуется моя помощь, босс? – спрашивает Джеки, явно сомневаясь по поводу беспрекословного исполнения приказа своего босса.

– Вы забрали у них оружие? – спрашивает Энтони уничижительным тоном.

Джеки и Мэтью утвердительно кивают.

– Да, сэр.

– Тогда, поскольку я единственный, у кого есть пистолет, думаю, со мной всё будет в порядке. А теперь иди, я планирую справиться с этим самостоятельно, – Энтони, кажется, в восторге от перспективы стать тем, кто положит конец моей жизни.

Когда его люди выходят, я поднимаю на него взгляд, посмотрев прямо в глаза.

– Ты, бесхребетный червь, – шиплю я, – ты используешь свою плоть и кровь, как рычаг в какой-то своей отвратительной игре? Ты не отец – ты монстр.

Смех Энтони звучит мрачно, абсолютно лишенный какого-либо юмора. Он подходит ближе.

– Монстр? Нет, Винсент. Я предприниматель. А Джиа, – он легкомысленно указывает на дочь, – мой самый ценный актив.

Ярость вспыхивает внутри меня, обжигая мои вены.

– Ты ничто иное, как наглый лжец! – я бросаюсь вперед, готовый наброситься, но Энтони оказывается быстрее. Его рука вылетает и касается моей щеки со жгучим шлепком, гулко разносящимся по тихому помещению.

– Ты уже заткнешься? – кричит Энтони.

Вкус железа наполняет мой рот, и я прикасаюсь к разбитой губе, чувствуя теплую струйку крови, стекающую вниз по подбородку. Мой взгляд скользит по Еве, неподвижной и бледной, и сердце болезненно колотится в груди.

– Ты проиграл. Из-за твоего высокомерия погибнешь не только ты, но и твои друзья, и твоя миленькая подружка.

Джиа наблюдает за этим разговором со стороны, ее глаза темнеют всё больше от каждого жестокого слова, срывающегося с губ ее отца.

– Ты собираешься просто стоять и ничего не делать? Ты слышала, что он сказал, – говорю я Джии.

– Конечно, она ничего не сделает, – рычит Энтони, – она знает, что я ей нужен.

Я поднимаю взгляд на Джию, вспоминая сильную женщину, которую я встретил и не узнаю ту, которую сейчас вижу перед собой. Энтони намерен причинить вред всем людям, которые мне дороги, и никто не сможет мне помочь. Если я собираюсь вытащить их отсюда, я должен сделать это своими силами.

Я выпрямляюсь, сжав руки в кулаки.

Энтони смеется, направляя на меня свой пистолет.

– Сядь обратно, мальчик. Я с тобой еще не закончил.

– Чего ты еще от меня хочешь? Ты уже забрал всё, что мне дорого, – заявляю я, подходя ближе к Энтони.

Его смех наполняет комнату, зловещий звук эхом отскакивает от бетонных стен.

– Это твоя проблема. Ты не знаешь, когда следует остановиться.

– Тогда почему бы не убить меня прямо сейчас? – спрашиваю я.

Он вздыхает, словно раздражен моими тупыми вопросами.

– Потому что я не только планирую встать во главе семьи, но также забрать всё, что мне причитается, до последней копейки.

– Я в долгу перед тобой? О чем, черт возьми, ты говоришь? – спрашиваю я, не скрывая своего замешательства.

– Конечно, ты понятия не имеешь об обещаниях, которые твой отец дал мне, – ворчит Энтони. – Ты когда-нибудь думал, что, может быть, это потому, что он не доверял собственному сыну?

– Ты чертов лжец. Почему я должен верить тебе?

Голос Энтони резкий и грубый.

– Твой отец был у меня в долгу. Он дал обещания, которые не мог сдержать. Но не волнуйся, я планирую вернуть свои деньги.

– О чем ты говоришь? – еще раз требовательно спрашиваю я.

– До того, как твой отец сделал меня капо, я был его помощником. Я разобрался со всеми угрозами, которыми он не хотел замарать руки и честь семьи. блядь, это я разобрался с ситуацией с Ивановым.

– Ты устроил пожар, в котором заживо сгорел брат Алексея? – в шоке спрашиваю я, потрясенный этим открытием.

– Я сделал для твоего отца гораздо больше, и он пообещал, что я стану младшим боссом, – продолжает Энтони.

– Чушь, – усмехаюсь я, – мой отец никогда бы на это не пошел.

– Я знал все его секреты, – объявляет Энтони, – включая те, из-за которых другие капо в этой семье захотели бы его смерти.

Я качаю головой.

– Мой отец никогда бы не сделал ничего, что могло бы расцениваться как предательство семьи. Это была его жизнь.

– Да, можешь говорить себе всё, что тебе угодно, чтобы спокойно спать по ночам, но твоего отца не волновало, кому он причинял боль, лишь бы он в итоге получил то, что хотел, – говорит Энтони, глядя на меня.

Я качаю головой.

– Я не понимаю, чего ты от меня хочешь.

– У твоего отца есть сейф, в котором хранятся досье на все крупные преступные кланы Нью-Йорка. Как ты думаешь, почему его никто никогда не трогал? – спрашивает Энтони.

– Он бы мне сказал.

– Нет! Ты меня вообще слушаешь? Он не доверял ни тебе, ни твоей сестре, – Энтони становится всё более возбужденным с каждым витком разговора, – я знал, что это лишь вопрос времени, когда ты узнаешь о существовании сейфа. Изначально я собирался выдать Джию замуж за тебя, а потом, когда тебя постигнет какой-то трагический конец, право собственности на всё перейдет к ней, но, похоже, вместо этого ты просто собираешься самостоятельно передать ее мне.

– И зачем мне это делать? – огрызаюсь я, осознавая, почему Энтони отослал своих людей. Если то, что он сказал действительно правда, такое влияние в нашем мире бесценно. Он не хочет, чтобы кто-то еще знал о его существовании.

Я беспомощно наблюдаю, как Энтони направляет пистолет на Еву, которая всё еще без сознания, развалившись в кресле.

– Потому что, если ты этого не сделаешь, – продолжает Энтони, – я сначала убью твою миленькую подружку.

– Папа, не надо, – умоляет Джиа, нарушая молчание.

Внутри меня вскипает ярость. Я встаю между Энтони и Евой. Если этот человек всё равно собирается убить нас всех, я лучше умру, уничтожив его и спасая всех, кто мне дорог. Я упираюсь пятками в землю, готовый броситься на Энтони, когда слышу крик слева от себя.

– Винсент, не надо! – голос Нико прорывается дымку моей ярости. Но я едва замечаю это предупреждение, но вдруг вижу, как он движется, олицетворяя смелость и безрассудную преданность.

Нико бросается на Энтони, вытянув руку и касаясь пальцами приклада пистолета. Но Энтони, словно змея, свернувшаяся кольцами и готовая нанести удар. Он отступает, и оружие дергается в сторону, звук выстрела пронзает тишину.

Нико вскрикивает, его тело отшатывается назад, словно его дергает невидимая нить. Он падает на пол, сжимая руками живот, темно-красный цвет окрашивает его рубашку.

– Нет! – мой крик отчаянный и звериный, наполненный отчаяния. В одно мгновение я оказываюсь рядом с ним, и мои руки дрожат, когда я пытаюсь остановить кровотечение.

– Какого хрена ты наделал? – кричу я, прижимая рану Нико.

Глаза Нико широко распахнуты, на его лице отражается шок, когда он смотрит на меня, пытаясь сформулировать хоть какие-то слова.

– Папа, это ведь Нико! Как ты мог? – мгновение спустя Джиа стоит на коленях рядом со мной и наблюдает за моей тщетной попыткой остановить кровотечение. Ее глаза, расширенные от ужаса, устремлены на отца, и она молит о пощаде.

– Он был всего лишь чертовым водителем, Джиа. Ты сможешь это пережить, – фыркает Энтони, стоя над нами. Из дула его пистолета всё еще вырывается струйка дыма, а глаза холодны, словно глубины океана.

– Ты бессердечный ублюдок, – вскипаю я, но мои слова едва слышны из-за стука в ушах.

Джиа встает и поворачивается, направляясь к небольшой кухне.

– Куда, блядь, ты собиралась? – голос Энтони звучит как гвоздь по стеклу.

Поза Джии тверда и решительна.

– Я не собираюсь сидеть здесь и смотреть, как Нико истекает кровью, – огрызается она в ответ, в ее глазах горит огонь, – я собираюсь взять полотенце, чтобы остановить кровотечение. А если у тебя с этим проблемы, давай, пристрели и меня тоже.

Ее вызов повисает в воздухе, но Энтони пренебрежительно отворачивается, переключая свое внимание на нас. Собственное высокомерие ослепляет его, когда Джиа ускользает из-за кухонной стойки, скрываясь из его поля зрения.

Я едва могу дышать, каждая клетка моего тела кричит о том, что я должен действовать, отомстить ему прямо сейчас. Но снова появляется Джиа с пистолетом в руке, и у всех в комнате перехватывает дыхание.

– Сейчас всё закончится, папочка.

Энтони разворачивается, его глаза расширяются при виде направленного на него пистолета.

– Брось оружие, – командует Джиа, ее голос на удивление тверд.

– Где, черт возьми, ты взяла этот пистолет?

– Ты воспитал меня так, что бы я никогда не ходила никуда неподготовленной, – она бросает взгляд на свою сумочку, лежащую на столешнице.