Текст книги "Багровая судьба (ЛП)"

Автор книги: Венди Оуэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

×××

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен в НЕкоммерческих целях.

×××

Посвящается женщинам, которым хоть раз в жизни приходилось помогать мужчине осознать, что самая чертовски удивительная и шикарная женщина в его жизни стоит прямо перед ним.

Глава 1

Шелковые простыни запутываются вокруг наших потных тел, пока я двигаюсь в первобытном ритме между двумя женщинами. Та, что подо мной стонет мое имя, – если мне не изменяет память, ее зовут Рэйчел. Другая женщина, имени которой я так и не запомнил, прижимается к моей спине, глубоко и страстно царапая ее ногтями.

Опьяняющий аромат страсти окутывает комнату, он смешивается с гортанными звуками похоти, исходящими от наших разгоряченных от страсти тел. Женщины – приятное отвлечение от неопределенности и сомнений, которые постоянно возникают в моей голове с тех самых пор, как я стал новой главой империи Кинг.

Мои руки беспорядочно двигаются, очерчивая выпуклости и впечатляющие изгибы. Их тела, такие разные, но всё равно чарующие, и отзываются на каждое мое прикосновение.

Голос Рэйчел дрожит от удовольствия, ее вздохи наполняют комнату, отражая наш общий экстаз. Ее пальцы запутываются в моих волосах, притягивая меня ближе.

– О, Боже, Винсент, ты чертовски потрясающий, – Рэйчел задыхается, и мои губы растягиваются в ухмылке.

Речь идет не о связи, речь идет об удовлетворении – чистом, плотском и лишенном осложнений. Осложнения – это последнее, в чем я сейчас нуждаюсь.

– Я хочу, чтобы вы устроили шоу для меня, – говорю я, высвобождаясь из объятий женщин, и прислоняюсь к изголовью кровати.

Они обмениваются взглядами, в глазах обеих читается предвкушение.

– Какое шоу? – спрашивает женщина, которая не Рэйчел.

– Удивите меня.

Они, очевидно, понимают правила игры, поскольку начинают двигаться идеально синхронно. Их тела покачиваются в ритме, который соответствует ритму моего дыхания, их движения – соблазнительная симфония.

Рэйчел берет на себя инициативу, действуя плавно и изящно. Ее тело двигается с непринужденной чувственностью, которая очаровывает не только меня, но и вторую женщину. Ее пальцы скользят по коже, рисуя нежные узоры, подчеркивая каждый изгиб и выпуклость. Комната резко превращается в сцену, где Рэйчел блистает, привлекая всё внимание к своим неторопливыми движениям.

Тем временем безымянная женщина следует ее примеру, зеркально отражая соблазнительные движения тела Рэйчел. Я наблюдаю, как она отпускает свои сомнения и застенчивость, полностью отдаваясь моменту. Ее движения более смелые, более первобытные, как будто она раскрывает ту сторону себя, которая до этого момента только и ждала, чтобы вырваться на свободу.

Пока я смотрю, как они извиваются, во мне возрастает животный голод, подпитываемый их беззастенчивой похотью. Я очарован чистой сексуальной энергией, наполнившей комнату, и не могу не погладить свой член, не в силах отрывать глаз от двух красивых женщин, которые воплощают все, чего я жажду.

Их страстный танец становится еще более неистовым, когда они замечают желание, которое они вызвали во мне. Их тела сливаются воедино, и они на мгновение забывают обо всем вокруг. Губы Рэйчел находят губы другой женщины, и они начинают страстно исследовать друг друга языками. Другая женщина проводит руками по телу Рэйчел, сжимая груди и жадно потирая их, прежде чем сосредоточиться на ее твердых, как камень, сосках.

Глаза Рэйчел встречаются с моими, ее взгляд пылает той же страстью, которая растет глубоко внутри меня. Мое сердце колотится в бешеном ритме, когда я наблюдаю, как две женщины утопают друг в друге. Вид их сливающихся в одно целое тел, заставляет мой член пульсировать.

Удовольствие течет по моим венам, угрожая поглотить меня целиком. С глубоким вздохом я поднимаюсь на колени, не сводя глаз с двух красивых женщин.

– Хватит, – говорю я, – моя очередь. Кто из вас хочет быть оттраханной в первую очередь?

Женщины замирают, с широко раскрытыми от предвкушения глазами.

– Начни с нее, – отвечает Рэйчел.

– А ты щедрая девочка, не так ли? – ухмыляюсь я.

– Я просто хочу быть той, на которой ты закончишь, – закусывая губу, отвечает она

– Оу, правда?

Я поворачиваю безымянную женщину к себе лицом и раздвигаю ее ноги, легко проскальзывая в нее. Она хнычет и стонет, когда я растягиваю ее влажную киску.

– Тогда почему бы тебе не стать хорошей маленькой шлюхой и не сесть ей на лицо, пока я заставляю ее кончить? – продолжаю я.

Глаза той, которая не Рэйчел расширяются от моих слов, но Рэйчел не колеблется. Она двигается изящно, располагаясь над лицом подруги, положив колени по обе стороны от ее головы. Когда я вхожу в нее, женщина нетерпеливо открывает рот, приветствуя киску Рэйчел, опускающуюся ей на лицо.

– Вот и всё. Вы обе такие хорошие маленькие шлюхи, – рычу я, начиная глубже входить женщину без имени, наслаждаясь тем, как они пожирают друг друга.

Женщина стонет громче, когда я вторгаюсь на нее, двигая бедрами, и сильнее ныряет языком во влажную киску Рэйчел. Одной рукой она поглаживает клитор, другая рука скользит вверх и вниз по ее телу, лаская грудь и сжимая соски.

– Быстрее… сильнее, – умоляет Рэйчел, покачивая бедрами перед лицом подруги. – Пожалуйста, детка, заставь ее застонать в мою киску.

Я подчиняюсь, ускоряя темп, мой толстый член скользит в безымянную женщину, а комнату наполняют влажные, неряшливые звуки. Стоны безымянной женщины становятся громче, когда ее тело пронзает удовольствие. Я чувствую знакомое напряжение вокруг члена, а ее стенки сжимаются и я чувствую, как мою длину окутывает поток влаги.

– Хорошая девочка, – говорю я, вытаскивая свой член из безымянной женщины, тело которой всё еще подрагивает от удовольствия. – Тебе нравится вкус ее киски, не так ли?

– М-м-м, – стонет женщина, слишком ошеломленная от оргазма, чтобы произнести какие-либо связные слова. Я наблюдаю, как Рэйчел слезает с лица и, не теряя времени, наклоняется, чтобы высосать соки своей подруги с моего члена. Она высасывает каждую каплю, ее глаза встречаются с моими, безмолвно умоляя о большем.

– Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя сейчас? – спрашиваю я, когда мой член дергается во рту Рэйчел.

Она тяжело сглатывает и кивает, не сводя глаз с моей пульсирующей эрекции. Ее рука обхватывает основание моего члена, втягивая меня все глубже в теплый рот.

Я стону, чувствуя, как ее губы растягиваются вокруг моей длины, а ее горло подрагивает при каждом прикосновении. Она тихо мычит в ответ, от вибрации у меня по спине пробегает дрожь.

Выпустив мой член изо рта, Рэйчел поднимает глаза на меня.

– Пожалуйста, Винсент, мне необходимо почувствовать тебя внутри, – шепчет она.

– Еще нет. Я хочу, чтобы ты умоляла об этом, – отвечаю я, поднимаясь с кровати и хватая с тумбочки флакон со смазкой. Я выливаю ее на пальцы и с хищной ухмылкой ввожу два пальца в киску Рэйчел, заставляя ее ахнуть и выгнуть спину от удовольствия.

– Вот так, детка, трахни меня своими пальцами, – отчаянно кричит она. Хотя мне нужна не только ее киска. Я хочу, чтобы каждая ее дырка принадлежала мне.

Я убираю пальцы из ее мокрой киски и толкаю ее на четвереньки.

– Я же говорил тебе, что хочу увидеть шоу. Это было только начало, – шепчу я, наклонившись к ее уху.

– Что ты хочешь, чтобы я сделала? – хнычет Рэйчел, дрожащим от предвкушения и подчинения голосом.

– Покажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы я тебя взял, – отвечаю я низким и повелительным голосом. – Заставь меня хотеть тебя так же сильно, как ты хочешь меня.

Я хватаю хлыст, и я опускаю его ей на спину, вызывая шквал жгучих ожогов на ее нежной коже. Я замечаю, что ее подруга лежит на боку и наслаждается зрелищем, жадно лаская свою мокрую пизду.

Я наблюдаю, как тело Рэйчел напрягается и расслабляется, каждый удар хлыста представляет собой симфонию боли и удовольствия. Я вижу следы своего господства на ее коже, понимая, что каждый рубец является напоминанием о моем авторитете. В тот момент я отчаянно желал, чтобы утверждение моего господства над нашей семьей было таким же простым.

Я подхожу к ней ближе, всё еще держа хлыст в руке. Я провожу пальцами по рубцам на ее коже, чувствуя жар в месте, где я к ней прикасаюсь, но этого недостаточно, чтобы утолить мою жажду власти.

– Я хочу увидеть, как ты умоляешь об этом, – шепчу я тихим и соблазнительным голосом. – Я хочу услышать потребность в твоем голосе.

Рэйчел задыхается, ее тело дрожит от предвкушения. Она знает, чего я хочу, и что мои требования никогда нельзя игнорировать. Но она готова подчиниться любому моему желанию, без колебаний отдать мне свое тело.

Она протягивает руку назад и хватает свои бедра, подставляя их мне.

– Пожалуйста, Винсент, возьми меня, как хочешь. Просто сделай мое тело своей собственностью.

Я улыбаюсь, бросаю хлыст и снова тянусь за смазкой. На этот раз я наношу смазку на ее задницу, распределяя пальцами, а затем прижимаюсь к ее тугому входу. Она хнычет, когда я вставляю в нее один палец. Через несколько мгновений я вставляю еще один, начиная медленно растягивать ее.

– Вот так, бери их все. Я собираюсь сделать тебя своей, – рычу я голосом полным похоти.

Рэйчел стонет и прижимается ко мне бедрами, жаждая большего. Я добавляю третий палец, широко растягивая ее задницу. По тому, как ее тело слегка сопротивляется, я чувствую, что ее раздирают противоречия. Ощущения боли и удовольствия смутили ее тело.

Наконец, когда ее тело начинает расслабляться, а задница с легкостью впускать меня, я отстраняюсь и становлюсь у ее входа.

– Ты готова, чтобы я тебя взял? – Рэйчел кивает, ее тело дрожит от предвкушения. – Мне чертовски нравится, как сильно ты жаждешь моего члена.

С глубоким удовлетворенным стоном я продвигаюсь вперед, вставляя свой член в тугую влажную задницу Рэйчел. Она задыхается, всё ее тело сотрясается, когда я начинаю медленно входить и выходить из нее.

– Вот и всё, детка. Возьми это. Ты моя, – мой хриплый голос полон доминирования.

Тело Рэйчел извивается подо мной, ее руки сжимают простыни, а я всё сильнее растягиваю ее задницу с каждым толчком. Ее подруга наблюдает со стороны, а на лице отражается смесь возбуждения и ревности.

Продолжая трахать Рэйчел в задницу, я протягиваю руку и хватаю ее клитор, зажимая его между пальцами во время толчков. Стоны Рэйчел становятся громче, ее тело становится всё более и более напряженным.

– Пожалуйста, Винсент, не останавливайся, – умоляет она хриплым от желания голосом.

Я ускоряю свои толчки, и вокруг разносится звук ударов наших тел друг о друга. Звуки, которые издает Рэйчел, становятся непрерывными и первобытными. Оргазм неожиданно накрыл ее тело, заставляя содрогнуться и лихорадочно выкрикивать мое имя. Ее задница сжимает мой член, и это ощущение доводит меня до безумия.

Я врезаюсь в нее в последний раз, крепко прижимая ее к себе и наполняя своей спермой. Я падаю на кровать, мое дыхание становится прерывистым, а тело дрожит от последствий мощного оргазма.

– Бля… – рычу я, всё еще задыхаясь.

– Спасибо… – Рэйчел смотрит на меня, ее глаза полны удовлетворения.

Я улыбаюсь, чувствуя удовольствие от того, что полностью доминировал над Рэйчел и доставлял ей удовольствие.

– Пожалуйста, – отвечаю я, всё еще задыхаясь от пережитого.

Встав, я иду в ванную и споласкиваюсь под душем. Вытираясь полотенцем, я замечаю, что обе женщины всё еще лежат обнаженные в моей постели, и горжусь сиянием, которое, кажется, окружает их обеих.

Вытаскивая из комода пару трусов-боксеров, я надеваю их и снова оглядываюсь на дам.

– Кажется, вам обеим понравилось, не так ли? – спрашиваю я с улыбкой, прежде чем вытаскиваю из другого ящика пару спортивных штанов и надеваю их.

– Да, Винсент. Я никогда раньше не чувствовала себя такой использованной, – отвечает Рэйчел, ее голос до сих пор хриплый после оргазма.

– Боже, было так охрененно горячо смотреть на вас двоих, – отвечает ее подруга.

– Ну, в любое время, дамы, – отвечаю я.

Я останавливаюсь и замечаю, что они смотрят на меня, но не шевелятся. Они должны понять, что веселье закончилось и им пора собираться и уходить. Но этого до сих пор не происходит.

Я поднимаю бровь, меня больше не забавляет их присутствие здесь.

– Что ж… у меня сегодня много дел. Доброго вам утра, дамы.

– Утра? – переспрашивает безымянная женщина.

Я посмеиваюсь.

– Да, мы веселились всю ночь. А теперь пришло время вам обеим вернуться туда, откуда вы пришли.

Они смотрят на меня в замешательстве, не совсем понимая, о чем я.

– Позвольте мне объяснить по-другому, – говорю я уже мягче, – вам обеим было весело, но пора идти домой или куда-нибудь еще.

Рэйчел наконец обретает дар речи.

– Но я не хочу уходить. Я хочу остаться с тобой.

Ее подруга кивает в знак согласия.

– Ну, это не вариант, – твердо отвечаю я, надевая на голову черную футболку, натягивая на живот и закрывая татуировки. Рэйчел и безымянная красавица смотрят на меня, их лица омрачены внезапным окончанием нашей авантюры. – Давайте, дамы, одевайтесь. Вам нужно уходить.

– Вау, серьезно? Вот так? – надутые губы Рэйчел столь же натянуты, как и ее спокойствие.

– Слушай, – говорю я, задыхаясь, – я потерял счет тому, сколько раз вы обе кончили прошлой ночью, поэтому не хочу выслушивать никаких глупостей. Вы получили то, ради чего пришли сюда. Теперь вам пора идти.

Безымянная начинает хныкать, и я, не терпя этого, подхожу к бумажнику, лежащему на комоде, и достаю пачку денег. Я бросаю ее их сторону – это грубо, но эффективно.

– Вот.

– Я не шлюха, – кричит она, но ее пальцы сжимают купюры, даже когда она скатывается с кровати и засовывает ноги в юбку.

– Кого ты пытаешься обмануть, – бормочу я себе под нос.

Резкий стук в дверь прерывает жаркий разговор.

– Босс? – голос Марко приглушенный, но настойчивый.

– Дай мне минуту! – рычу я, абсолютно не готовый к тому, чтобы меня прерывали.

– Извините, босс, но Ева только что зарегистрировалась внизу.

– Дерьмо.

Мое внимание моментально рассеивается. Ева Мартинес, возможно, и лучшая подруга моей сестры, но всё давно изменилось. После убийства моего отца она стала одной из моих самых близких людей, и меньше всего мне хочется заставлять ее ждать.

– Пригласи ее наверх, – кричу я, прежде чем снова обратить внимание на дам. – Вам двоим пора уйти, – приказываю я, недовольный отсутствием скорости в их движениях.

Рэйчел и безымянная женщина переглядываются, на их лицах отражается разочарование, но они, хоть и неохотно, продолжают собирать свои вещи, разбросанные по моей комнате.

– Ева? – спрашивает Рэйчел, ее голос наполнен любопытством.

– Не твое, блядь, дело, – отвечаю я, раздраженный тем, что она почувствовала, что вправе задать этот вопрос.

– Нет смысла быть засранцем, – ворчит Рэйчел, натягивая платье через голову, а затем подхватывает ботинки и нижнее белье.

Мне удается заставить их полуодетых идти в сторону лифта. Та, чье имя я так и не уловил, роняет серьги, и, пока я тороплю ее, она с энтузиазмом ругается на меня. Мне всё равно. Меня обзывали словами и похуже.

Двери лифта со звоном открываются, представляя улыбающееся лицо Евы. Женщины бросают на Еву ядовитый взгляд, когда она выходит из лифта.

– Доброе утро, – мурчит Ева, но женщины лишь усмехаются в ответ, входя в лифт.

– Желаю вам приятной жизни, дамы, – язвительно говорю я, когда двери закрываются, скрывая их хмурые лица.

– Этих двоих просто распирало от радости, – комментирует Ева, выгибая бровь.

– Всем нужно как-то развлекаться, – отвечаю я. Ева видит меня с такой стороны, которую я не многим открываю, но даже ее проницательность имеет ограничения. Постоянное давление, под которым я нахожусь, требует от меня найти способ выпустить пар. Прошлой ночью с этими двумя дамами была одна из таких возможностей. – И что привело тебя сюда, Ева? Или ты просто хотела зайти и высказать свое мнение о том, как я провожу свободное время?

– Ой, да ладно, Винсент! Ты такой напряженный. Мы все знаем, что ты большая шлюха, но мы всё равно тебя любим, – Ева смеется, качая головой в ответ на мою шутку. – Тебе нужно расслабиться. Как насчет анекдота?

– Пожалуйста, избавь меня от своих ужасных анекдотов, – умоляю я.

– Ты знаешь, что любишь их. Что один лифт сказал другому? Кажется, я чем-то заболел! – Ева взрывается, смеясь над своей шуткой, и я не могу не посмеяться, наблюдая за ней.

– Уже гораздо лучше, – взволнованно говорит она. – В любом случае, Амелия послала меня забрать несколько ее вещей.

– Господи, – бормочу я, и в моем тоне сквозит раздражение. – Разве не было бы проще, если бы она попросила тебя забрать все сразу?

– Ты никогда не думал о том, что она затягивает, потому что скучает по тебе? – мягкий голос Евы отрезвляет. – Может быть, если бы ты не запретил ей приходить в пентхаус…

– Амелия сделала свой выбор, выйдя замуж за Алексея Иванова, – я прервал ее, мой тон стал холоднее. – Я могу поддержать ее, уверяя следовать своему сердцу, но я не знаю, чего она ожидала, когда вышла замуж за конкурирующую семью. Теперь я глава семьи Кинг, и наши интересы должны быть на первом месте.

Ева смотрит на меня, ища то, что я не хочу показывать. Она медленно кивает, как всегда понимающая, но я вижу, что она не согласна.

– Как скажешь, – наконец говорит она. – Я просто принесу из ее комнаты то, что она просила.

– Спасибо, – отвечаю я, но мой голос полон горечи.

Ева исчезает в старой спальне Амелии, а я направляюсь в кабинет. Покачав головой, я пытаюсь очистить свои мысли. Я сажусь за большой стол из красного дерева и пытаюсь выбросить из головы навязчивые мысли о сестре. Она приняла решение, когда вышла замуж за Иванова, и никакое чувство вины, которое она или Ева пытались привить мне, не изменит этого.

Несмотря на невозможность изменить ситуацию, остается один неоспоримый факт. Я скучаю по Амелии так же сильно, как она скучает по мне.

Глава 2

Я сижу за столом, ранее принадлежавшим моему отцу, очерчивая пальцами замысловатую резьбу на поверхности красного дерева. Его аромат, смесь дорогого одеколона и кубинских сигар, всё еще остался в памяти. Гора документов передо мной, кажется, растет с каждой секундой, угрожая поглотить меня целиком. Меня охватывает беспокойство, когда я размышляю о серьезности своих новых обязанностей. Возможно, Амелия и отошла от дел, но я не позволю, чтобы все, что построил мой отец, было разрушено под моим руководством.

Дверь со скрипом открывается, и в комнату входит Ева. Ее карие глаза выражают беспокойство, а губы сжаты в тонкую линию. Она пересекает комнату изящными шагами, стук ее каблуков по мраморному полу эхом разносится по комнате. Подойдя ко мне, она мягко кладет руку мне на плечо, ее прикосновения теплые и утешающие.

– Винсент, – тихо говорит она, ее голос успокаивает хаос моих мыслей. – Давай я приготовлю тебе обед.

Я смотрю на Еву, и смятение, кружащееся внутри меня, грозит вырваться наружу.

– Я думал, ты здесь для того, чтобы собрать оставшиеся вещи Амелии, а не заботиться обо мне.

Она пожимает плечами.

– Разве я не могу сделать и то, и другое? – нежным голосом отвечает она.

Я улыбаюсь, благодарный за то, что, несмотря на то, что Ева лучшая подруга моей сестры, она всегда является успокаивающей силой в моей жизни.

– Я… – мой голос дрожит, пока я пытаюсь подобрать нужные слова, – я не знаю, смогу ли я это сделать…

Она качает головой, глядя на меня своими огромными оленьими глазами.

– Сделать что?

– Управлять семьей, – объясняю я. – Так много зависит от меня, и я… что, если я все испорчу?

Глаза Евы смягчаются, когда она слышит мое признание, всё еще держа руку на моем плече.

– Винсент, – отвечает она, – ты всегда был сильнее, чем думаешь. Сколько я тебя знаю, я наблюдала, как ты делаешь все, о чем просил твой отец. Единственная разница между сейчас и потом в том, что его здесь нет, чтобы говорить тебе, что делать, – ты сам знаешь, как поступить правильно. С тобой все будет в порядке.

Пока она говорит, в моей голове мелькают образы: поздние ночи, проведенные рядом с отцом, бесчисленные часы тренировок и выработка стратегии, свидетелем которой я стал. Несмотря на мои сомнения, нельзя отрицать, что я упорно трудился, чтобы заслужить свое место в роли главы нашей семьи, даже несмотря на то, что моему отцу не хватало веры в меня перед своей смертью.

– Твоя стойкость – одна из твоих самых сильных сторон, – продолжает Ева, постепенно укрепляя мою колеблющуюся уверенность, – у меня нет никаких сомнений, что ты сможешь пройти через это.

– Мне бы хотелось верить в себя так же сильно, как ты, кажется, веришь в меня, – признаюсь я.

Наше положение не отличается от затруднительного положения любого другого бизнеса, когда умирает генеральный директор. Однако наш семейный бизнес другой. Вместо членов правления – есть капо, перед которыми я в ответе. Возможно, они не знали, что мой отец потерял веру в меня как в младшего босса, но это, похоже, не имеет значения. После смерти отца и его подручного я не знаю, как долго смогу сдерживать этих волков.

Ева нежно сжимает мое плечо, ее прикосновение приземляет меня.

– Винсент, ты не один. Я и Амелия, все мы, поддержим тебя на каждом этапе пути. Тебе не придется справляться со всем в одиночку.

Я ненадолго закрываю глаза, пытаясь внять ее слова, но страх продолжает грызть меня изнутри.

– Я просил тебя не произносить ее имя при мне.

– Она твоя сестра, – напоминает мне Ева.

– Уже нет. Она теперь Иванова, – заявляю я, следя за тем, чтобы мой тон оставался бесстрастным.

– Я не понимаю тебя. Я думала, ты дал ей свое благословение, – заявляет Ева.

– Я благословил ее выйти за него замуж и уйти из нашей семьи, но это не значит, что я должен с этим мириться. Это, блядь, не значит, что я собираюсь быть чертовым придурком и впускать ее сюда, как будто ничего не изменилось, – объясняю я. – Она сделала свой выбор, и у этого выбора есть последствия.

– Господи, почему ты всегда такой упрямый? – рявкает Ева, опуская руки по обе стороны от своего тела.

– Что-то еще хочешь сказать? У меня много работы, которая не ждет, – фыркаю я, мое раздражение начинает проявляться.

– Винсент, – тихо говорит Ева, наблюдая за мной, – может, тебе нужно быть осторожнее. Не так много членов твоей семьи осталось в живых.

Я смотрю на нее, приподняв брови. В ее глазах выражается беспокойство, поэтому я изо всех сил стараюсь унять свой гнев, который вспыхнул в ответ на ее заявление. Она не ошиблась. За одну ночь я потерял и отца, и женщину, которую считал своей матерью. Несколько месяцев спустя моя сестра вышла замуж за босса конкурирующей мафиозной семьи. Если не считать сводного брата, которого я толком не знаю, я совершенно один в этом мире. Это позволяет кому-то из нашей организации легко ударить по мне.

– Ты закончила?

Она поджимает губы и с надеждой смотрит на меня.

– Давай, пойдём на кухню. Я приготовлю нам что-нибудь поесть.

Несмотря на тяжесть мыслей в моей голове, искренняя теплота на лице Евы заставляет меня подняться на ноги, ее уверенность напрочь разрушает мое сопротивление.

– Ладно, ладно, – соглашаюсь я, отталкиваясь от стола и вставая, – было бы неплохо перекусить.

Я иду за ней на кухню, спрашивая, что с вещами Амелии. Она объяснила, что, все ее вещи почти собраны, но была разочарована тем, что я был настолько непреклонен в том, что не позволял Амелии самой обо всем позаботиться.

С их точки зрения может показаться, что я просто скептически отношусь к свадьбе сестры с Алексеем Ивановым, но я делаю это и для ее же блага. Если меня посчитают слишком дружелюбным к ней теперь, когда она решила выйти замуж за члена семьи Ивановых, это может сделать ее мишенью.

Откусывая от сэндвича с салями и ветчиной, который приготовила Ева, я жую, и мои губы трогает улыбка, когда я бросаю взгляд на нее.

– Спасибо, Ева. Я даже не осознавал, насколько мне это было нужно.

– Иногда нам всем нужно немного передохнуть, – отвечает она нежным, но твердым голосом.

Я посмеиваюсь.

– Прекращай пытаться увидеть какой-то подтекст. Я просто говорил о еде.

Несмотря на мой протест, ее слова находят отклик, напоминая мне, что даже будучи главой семьи, мне все еще позволены моменты уязвимости и отдыха.

– Ну, как скажешь, – игриво отвечает она.

Я открываю рот, чтобы подразнить ее в ответ, но прежде чем успеваю что-либо сказать, из комнаты охраны выбегает запыхавшийся Марко.

– Вин-Вин… – кричит он, задыхаясь. – К тебе пришли, – говорит он, наконец.

Я хмурю брови.

– Что ты имеешь в виду?

Марко пытается восстановить дыхание, прежде чем ответить на мой вопрос.

– Только что приехали двое мужчин и попросили аудиенции.

– Какие мужчины? – требовательно спрашиваю я, теряя терпение из-за невнятности его слов.

– Двое русских, – продолжает Марко, – они утверждают, что из семьи Ивановых.

У меня сердце замирает при упоминании семьи Ивановых.

– Они сказали, зачем они здесь?

Марко качает головой.

– Нет, просто служебное дело и какое-то сообщение для тебя.

– Что, блядь, это значит? – я хмыкаю, бросая бутерброд на тарелку перед собой. Марко пожимает плечами в ответ. Я смотрю на Еву. После того, через что ей пришлось пройти из-за Изабеллы, последнее, что я хочу сделать, это снова вовлечь ее в какие-то семейные дела. – Тебе, наверное, следует уйти, – говорю я ей.

Она смотрит на меня, на ее лице отражается беспокойство.

– Ты уверен, что они здесь не по уважительной причине?

Я качаю головой, игнорируя ее утверждение.

– Марко, ты можешь проводить мисс Мартинес?

Она усмехается в ответ на мое официальное обращение к ней и отдергивает руку, когда Марко тянется к ней.

– Не смей, Марко, – говорит она, глядя на моего кузена.

Я киваю ему, и он отходит в сторону.

Ева сосредоточила на мне взгляд.

– Я большая девочка. Я прекрасно справлюсь сама, спасибо. Я сказала Амелии, что сегодня заберу еще пару вещей из ее комнаты, и именно это я и собираюсь сделать, – сказав это, она поворачивается и быстро выходит из комнаты.

– Вы хотите, чтобы я увел ее, босс? – спрашивает Марко. Слышать, как Марко обращается ко мне таким образом, всё еще кажется чуждым.

Я качаю головой и встаю, отталкивая от себя тарелку.

– Ты ее слышал. Она не хочет уходить.

Я следую за Марко обратно в комнату охраны и наблюдаю, как он открывает дверь. Двое высоких и мускулистых мужчин стоят у стойки регистрации в темных костюмах, плотно облегающих их тела. Я пытаюсь вспомнить, видел ли я их на свадьбе Амелии, но все событие прошло для меня как в тумане.

– Что ты собираешься делать? – спрашивает Марко, пристально глядя на меня.

Я прочищаю горло.

– Тщательно проверь их на наличие оружия и, если они чисты, проводи их в мой кабинет.

Мой приказ. Это было так же неловко, как и то, что Марко называл меня боссом.

Я смотрю на экраны, пока Марко спускается в лифте и обыскивает двух русских, прежде чем проводить их в лифт. Я иду в кабинет и делаю глубокий вдох, чтобы прийти в себя. Я размышляю над возможными причинами их визита. Амелия – одна из основных причин. С ней всё в порядке?

Когда они входят в мой кабинет, Марко указывает им встать перед моим столом. Я приветствую их, но не встаю, поскольку не хочу, чтобы они считали себя желанными гостями в моем доме.

– Винсент Кинг, я полагаю? – спрашивает тот из двоих, что повыше, с сильным акцентом.

Я киваю в ответ.

– Всё верно. Вы?

– Меня зовут Дмитрий, – отвечает он, указывая на невысокого мужчину, стоящего рядом с ним, – это мой брат Юрий.

– Мне жаль, если это прозвучит не слишком дружелюбно и гостеприимно, но не могли бы вы двое сказать мне, какого черта вы здесь делаете? – спрашиваю я, надеясь перейти сразу к делу.

Дмитрий откашливается.

– Алексей Иванов послал нас доставить вам приглашение.

У меня замирает сердце при упоминании имени Алексея. Я надеялся, что его семья не будет вмешиваться в наши дела, но мои надежды были напрасны. Я бы никогда не хотел причинить вред Амелии, но я также не потерплю вмешательства ее мужа в наши дела.

– Какое приглашение? – спрашиваю я твердым тоном, наклоняясь вперед в своем кресле.

Дмитрий смотрит на Юрия, прежде чем лезет в карман и вытаскивает квадратный конверт. Он кладет его на стол и пододвигает ко мне.

– Алексей передает привет и просит вас завтра вечером присутствовать на обеде в его имении. Он также желает обсудить возможное партнерство между двумя нашими семьями.

Я прищуриваюсь, глядя на конверт, не решаясь прикоснуться к нему.

– А если я откажусь?

Дмитрий пожимает плечами.

– Я полагаю, это будет ваш выбор.

– Когда я проверял в последний раз, то выяснил, что Алексей еще не глава вашей семьи. Как бы отреагировал ваш босс, если бы узнал, что его сын обратился ко мне? – я задаю вопросы, надеясь вызвать волнение в их рядах.

– Мы действуем от имени Алексея и нашей семьи, – холодно отвечает Дмитрий, не похоже, чтобы его задел мой вопрос, – наш босс не только знает о нашем визите, но и санкционировал его.

Я сажусь в кресло и обдумываю варианты. Посещение ужина может оказаться ловушкой, но отказ от приглашения также может привести к разжиганию конфликта. Это хрупкий баланс, который я должен соблюдать и тщательно взвешивать все свои решения. Достаточно того, что мне приходится беспокоиться о хлопотах в моей собственной семье, и, похоже, Ивановы будут большой проблемой, как я и опасался.

– Я обдумаю приглашение, – говорю я, наконец, – но я не даю никаких обещаний.

Дмитрий кивает и встает.

– Спасибо, что уделили время, мистер Кинг.

Когда они выходят из кабинета, я не могу избавиться от чувства беспокойства, охватившего меня. Я следую за мужчинами к лифту, а затем передаю их Марко, чтобы тот проводил их из здания.

Как только двери лифта закрываются, я поворачиваюсь и слегка подпрыгиваю, обнаружив Еву, стоящую прямо на моем пути со скрещенными руками.

– Чего они хотели? – спрашивает она.

– На самом деле это не твоя забота, – твердо отвечаю я, обходя ее и направляясь к кабинету.

Она следует за мной, ее шаги эхом разносятся по коридору.

– Винсент, возможно, я не в курсе твоих дел, но я забочусь о тебе и твоей сестре. Если что-то не так, возможно, я смогу помочь.

Я останавливаюсь как вкопанный и поворачиваюсь к ней лицом, мои глаза метают молнии.

– И именно поэтому я не хочу, чтобы ты вмешивалась в мою жизнь, Ева. Возможно, ты выросла рядом с нашей семьей, но мы с Амелией знаем этот мир вдоль и поперек. Мы точно знаем, во что ввязываемся.

– Это несправедливо. Всё, что я хочу сделать, это помочь тебе.

Я качаю головой, уверенный, что отношения Евы с моей сестрой делают ее обузой.

– Мне не нужна твоя помощь, ясно? Пожалуйста, поверь, что это для твоего же блага.

Она усмехается.

– Как часто я говорю тебе, что могу сама позаботиться о себе? Я не какая-то девица в беде.