Текст книги "Медиум (СИ)"

Автор книги: Валерий Теоли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Подле выхода из «родильни» выросло облако пыли. Когда оно развеялось, во дворе стояли двое. Высокие, статные фигуры, покрытые тёмными пятнами. Пятна стремительно уменьшились, очистив алебастровую кожу и длинные белые волосы одного пришельца. Второй был его противоположностью – смуглый, черноволосый, более массивный. Блондин двигался плавно, движения другого казались дёрганными, хотя и не менее быстрыми. Белый встал неподвижно, вдыхая ароматы ночного городка, и обвёл крепостную стену, дома, здание Зиккурата тяжёлым, буквально прибивающим к земле взглядом. Я ощутил его даже на огромном расстоянии и невольно вдавил голову в плечи. Хотелось отвернуться, спрятаться, чтобы пропасть из поля зрения нелюдя.

«Жалкие смертные, склонитесь перед Завоевателями и сохраните ваши жизни!»

Это был не голос, не системное сообщение. Смысл предупреждения обрушился на сознание, изгоняя мысли и волю к сопротивлению. Страх сковал нас, заставляя представить себя крохотными, ничтожными насекомыми, на которых обратили божественный взор. Колени задрожали, в ногах поселилась слабость. Многие низкоуровневые воины падали, кто-то распластался на земле, не выдержав давления.

«Не принявшие Завоевателей да примут же свою судьбу!»

Объявление неминуемого конца наполнило сознание до краёв. В уголках обзора замельтешили строчки системных сообщений, информировавших о частичном захвате контроля над связью и призывавших дать отпор вторженцам.

Взревел тревожный рог, снимая оцепенение.

А потом началась резня.

Рота копейщиков на площади бросилась к пришельцам. Навстречу ей смазанным светлым пятном метнулся беловолосый, и плотный строй окутало алое облачко. Блондин вдруг оказался позади воинов. Брызги крови, щедро оросившие его обнажённое тело, впитались в кожу без следа. Белый направился к входу на первый этаж Зиккурата. Темнокожий собрат, передвигаясь прыжками, выбрал целью госпиталь.

Нас планировали лишить не только госпиталя. Реабилитационный центр для возродившихся на костре находился там же, без него восстановление продлится гораздо дольше. И главное – медперсонал, набранный по большей части из местных, и Виктор Георгиевич. Пополнение фактически остановлено, не станет медиков, и клановцы, возможно, сдадутся добровольно. Осталось испортить нам продовольствие. Попутно разграбить сокровищницу и забрать душу Чужака.

«Близнецы! – заговорил королевский маг, окончательно развеяв оцепенение. – Я помню их по неудачному штурму Иттала. Вот уж с кем не пожелал бы тебе встречаться, так это с ними, ученик. Вестники Тёмных Богов, Дети Предвечной Тьмы, Пожиратели – таков краткий перечень имён, кои дали им Повелители. Я бы рекомендовал спасаться от них бегством, однако, бежать некуда, поэтому будь предельно осторожен. Может быть, передашь мне душу мерзкой многоножки? Я распоряжусь ею наилучшим образом, уверяю».

А кто-то ведь называл её протухшей.

«И пригодной к употреблению, – напомнил Наставник. – Не настаиваю, естественно. Душа принадлежит тебе, и ты вправе делать с ней, что тебе угодно».

Вопрос закрыт.

Мне не понравилось предложение мага передать ему душу стонога. В голосе на миг проявилось страстное желание как у наркомана, выпрашивающего дозу у драгдиллера. Прорвалось и пропало, тон обрёл прежнее спокойствие.

«Капитан отряда Хребтоломов из клана Зиккурат Эстебан Гробовщик 256-го уровня вызывает на поединок мастера преобразований из клана Тёмные Пастыри Отца Нестора 198-го уровня.

Отец Нестор согласился на поединок».

Едва оповестили о начале боя между топовыми игроками, воитель Зиккурата прыгнул с надвратной башни на гиганта, в воздухе замахиваясь железной палицей. Грозное оружие развалило голову чудовища надвое, а Гробовщик приземлился у громадных ног. Великан отпрянул и провёл ломоподобным орудием перед собой в попытке зацепить кланового бойца. Как топы сражались дальше, я не смотрел. В городке происходили более важные события.

Сегодня госпиталь расширили, оборудовав для раненых торговый склад у площади. Стены здания внезапно выгнулись наружу, затем двери и зарешечённые окна с грохотом вылетели вместе с металлическими рамами и ставнями.

Из разрушенного строения выкатилось нечто угольно-чёрное. По взлохмаченной шерсти пробегали вереницы искр. Оно передвигалось преимущественно на задних лапах, припадая на передние. Морда скрывалась в густом стоячем меху.

В очередной раз за сегодня взревел рог, призывая защитников отступать к Зиккурату.

– Что это за мразь? – вслух задал я вопрос королевскому магу.

«Мы называли его Демоном-Оборотнем, он себя величал Младшим Братом. Ты наблюдаешь боевую трансформу, принимаемую им в редких случаях».

Какие у него ещё способности? Почему взорвался госпиталь?

«Повелевает молниями. Полагаю, в твоём клане Близнецы признали опасного противника и отнеслись к битве со всей серьёзностью. Обычно они забавляются, убивая голыми руками. Надо ли говорить об их чрезвычайно высокой скорости и невероятной силе? Младший Брат обрастает густой шерстью, что прочнее стали. Шерсть генерирует грозовое поле, ранящее всякого, кто приблизится к Демону-Оборотню. Кроме того, он пожирает жертв и таким образом исцеляет свои раны. Тебе не лишним будет знать, ученик, что сие творение Предвечной Тьмы выбирает, как правило, сильных воинов и магов себе в противники. Слабые люди его не интересуют, если они не противостоят ему и если Старший Брат не приказал убить их».

А что из себя представляет старший?

– К Зиккурату! К Зиккурату! – Крики подгоняющих бойцов командиров прервали Наставника.

Раф вовсю махал мне рукой, подзывая на лестницу, сзади бодро шли уцелевшие в бою с многоножкой воины. Людской поток вынес меня к моим парням, Немой помог спуститься по ступенькам – голова кружилась, в ушах до сих пор звенело, ноги тряслись. Благо, состояние быстро улучшалось. Я старался следить за происходящим вокруг, особенно уделял внимание Демону-Оборотню, идущему к внешней стене. Окружающая божество прозрачная сфера, обозначенная статическими разрядами, резко расширялась каждые пройденные десять шагов, раздавался хлопок, и ближайшие к Близнецу баррикады с людьми разлетались в стороны от ударной волны. Сфера при этом вспыхивала мириадами ослепительных молний.

– Слушайте, – обратился я к ребятам. – Сойдём вниз и движемся в обход к Зиккурату. В электрооборотня не стреляем и вообще с ним не пересекаемся.

– А если прикажут? – уточнил Раф.

– Скажем, у нас тактика такая – обойти и ударить с тыла. Кстати, стену оставляют нежити?

Крутить головой мне было неудобно, в глазах темнело.

– Элитники, подчинённые Гробовщику, остаются. И Прах вроде бы.

Между молотом и наковальней оказались. Интересно, на что сделал ставку Алмаз в противостоянии с богами? На стражей? Так они не сдвинутся, пока к ним не придут враги. Резня в городке их не волнует.

Клановые бойцы, разбившись на десятки, стекались к Зиккурату, причём избегали стычек с оборотнем. Воины высокого уровня вооружались пиками из арсеналов, размещённых в пристройках к стене, и, сформировав шеренги, выдвигались навстречу божеству. Стрелки следовали за новоявленными пикинёрами. Командиры отдавали приказы вверенным подразделениям, а о нас, не относящихся к клану, позабыли. Мы влились в реку из клановых воинов и были сами по себе.

Рыскари и ополченцы сперва «покусывали» чёрного бога, обстреливая из арбалетов. Отчаянные личности бросались на врага сломя голову и тут же отлетали в обугленном виде, ребята покрепче отделывались ожогами, ушибами от падения и контузией, выбывая из боя. Близнец же неторопливо продвигался к клановцам. Видя бесполезность попыток нанести урон божеству, ополчение стало попросту разбегаться. Командиры рыскарей возглавили процесс, стараясь организовать отступление и приказывая атаковать издали. Делали всё возможное, чтобы и уберечь бойцов, и не прослыть трусами.

Я вёл отряд вдоль внешней стены – по самому безопасному маршруту, кишевшему клановыми воинами.

У ворот кипела битва. Гигант – не знаю, одолел он Гробовщика или нет – приставил к надвратной башне платформу-щит, и по ней хлынул поток разнокалиберной нежити – и раздувшиеся трупы, взрывавшиеся вблизи клановцев, и обычные мертвяки, и штурмовики. Их пока останавливали элитники. То и дело вниз падали отрубленные конечности, трухлявые котелки ходячих трупов и прочие неприглядные вещи. Но это, я так понимаю, в бою ещё не участвовали свиты некромантов – ренегаты высокого уровня с необыкновенными для людей способностями. И Тёмные Пастыри не все втянулись в сражение, большинство наблюдало, направляя нежить.

В просветах между домов и на перекрёстках дорог виднелись ряды воинов, двинувшихся на оборотня. Выставив пики, они шли плечом к плечу и, наверное, вряд ли надеялись на победу. Их задача – притормозить врага, замедлить до прибытия Алмаза. Он уже спустился и раздавал отрывистые приказы телохранителям, издалека до нас доносился его мощный командный голос.

Мы подоспели к Зиккурату в числе первых. Там уже строились два отделения клановых воинов, самые смелые робко вглядывались в тёмные провалы дверных проёмов. Заходить боялись, остерегаясь западни. Светильники погасли, и тьма затапливала комнаты и коридоры. Я прекрасно понимал клановцев. У входов лежали скрюченные, полуистлевшие останки убитых белым Близнецом. Глядя на трупы, вспомнил жертв ожившего тумана, созданного из старой ведьмы. Внешне убитые кочевники мало чем отличались от павших на площади копейщиков. Почерневшие, будто пролежавшие на солнце много дней.

«Смертных осушили, – поделился крупицей знаний королевский маг. – Выпили души без остатка».

Какие силы у Старшего Брата, Наставник?

«Увы, все его способности неведомы. При штурме Иттала он поразил защитников города невообразимой скоростью. Разя рыцарей, словно находился в нескольких местах одновременно. Ты сам стал свидетелем молниеносной расправы над сотней копейщиков. Оружие смертных не могло навредить ему. Белая броня, выращенная из его же костей, считалась непробиваемой. Старший Брат предстал перед жителями Иттала в образе воителя в белоснежных доспехах, только вместо мечей у него когти, по прочности превосходящие любой известный нам металл. Он умеет использовать кровь павших и наводить морок, подчиняя слабовольных».

Как же Иттал победил?

«Магия, ученик, великая магия души. С Близнецами сражались Избранники бога Ибитаса, Отца Магии. Они пали, зато ослабили врага и, пожертвовав жизнями, пробудили от тысячелетнего сна Повелителя. После короткого сражения с Подателем Знаний Братья потерпели сокрушительное поражение. Их приспешники и пришедшие с ними из иных миров полчища тварей были истреблены, а Близнецы бежали».

Бесценная информация, Наставник. В смысле – ей нет цены, потому что она для меня совершенно бесполезна. У белого есть уязвимости? Характерные черты поведения?

«Он любит битвы и кровопролитие, как и Младший Брат. Приказы отдаёт именно Старший. Убивает всех, попадающихся ему, смертных, неважно, воитель перед ним или ребёнок».

Ясно. Это уже что-то.

– Раф, веди ребят на верхние этажи. Чем выше, тем безопаснее. Если пустят к костру, вообще замечательно. Хранитель костра боевой маг воздуха.

Кивнув, мой зам без лишних вопросов погнал парней на центральную лестницу.

Похоже, Алмаз поставил на внешнюю стену почти всех клановцев, так как защищали Зиккурат лишь стражи на ступенях-этажах. Молчаливые флегматичные статуи в тяжёлых доспехах не заметили проникновения внутрь Близнеца, что странно. Они, по идее, должны были броситься на Братьев, как только те разрушили «родильню».

Ну, вот и мой шанс. Закона не нарушаю, геройствую, можно сказать, спасая клановое имущество по собственной инициативе. Правда, сомневаюсь, что меня похвалят за рвение.

Я нырнул в темноту здания и, пройдя с полдюжины шагов, зажёг на ладони огонёк. Неровный свет упал на непривычно потрескавшиеся стены коридора и потухшие, разбитые вдребезги «вечные» светильники. Осколки устилали мозаичный пол, по центру пролегла трещина. По бокам от неё мозаика раскрошилась, а края каменных плит оплавились. Сразу видно – здесь проходил бог. Чары Зиккурата сопротивлялись его присутствию и проиграли, результат налицо.

В конце коридора зиял внушительных размеров пролом от пола до потолка. За ним начинались широкие ступени, освещаемые сполохами тусклого света. Внизу, у вырванной с рамой, петлями и фрагментом кирпичной кладки железной двери настороженно замер человек в камзоле из плотной, расшитой золотом белой ткани, такого же цвета штанах и золотистых поножах. Он обернулся на издаваемый мною шорох, и я узнал Библиотекаря, стискивающего в руке канделябр с шестью витыми свечами, чей свет отражался от вырастающего посреди подсвечников золотого клинка.

– Ренат Султанович, да вы, никак, на войну собрались, – тихо восхитился я облачением и оружием бывшего начальника. На диковинном мече вспыхивали и гасли в такт биению сердца синие символы.

– Удивлён? Небось, считал меня книжным червём? – нервно усмехнулся уголком губ Библиотекарь, стараясь скрыть страх.

– Вас, имеющего доступ к запретным источникам знаний, я всегда считал непростым человеком. Книжники бывают разные. У меня, например, преподавателем философии был бывший спецназовец. Но не совсем понимаю, чем можете помочь в бою с божеством. Вы же знаете, кто на нас напал?

Улыбка сползла с губ Рената Султановича.

– Сейчас всякий, умеющий сражаться, обязан выйти на битву.

За время нашего знакомства Библиотекарь ни разу не совершил глупого поступка. Почему же решил биться с богом? Он ведь не топ и не элита. Вопрос прочно засел у меня в мозгу, не давая покоя. Самое скверное то, что книгочей не спешил раскрывать козыри. Может, не доверял, а может, нечто иное было причиной его скрытности. В памяти всплыло недовольство Рената Султановича руководством клана, не разрешавшим ему работать в степи.

– В хранилище артефактов есть вещи, которые не должны попасть к Тёмным Пастырям и тем более Падальщикам. Так уж вышло, что я слежу за их неприкосновенностью. Запечатаю хранилище, и никто туда не войдёт. Ты за сферой? Пойдём, заберёшь её, пока не поздно.

– А как же ваши опасения относительно души Чужака и Присносущего Пламени?

– Если Падальщики доберутся до костра перерождения, это не будет иметь абсолютно никакого значения.

Глава 34

– Пойдём по короткому пути.

Пропустив Библиотекаря вперёд, я зарядил арбалет. Надо заметить, идти первым книжник совершенно не рвался, судя по тяжёлым вздохам.

Первый подземный этаж пронизывала сеть коридоров, соединявших запечатанные склады с разнообразными припасами, от оружия отличного качества для рядовых клановцев до съедобных кореньев. Охраной служили воины невысокого уровня, чьи почерневшие трупы устилали проходы. Большинство даже не выхватили мечи. И та же картина, что наверху – растрескавшиеся стены со снесёнными светильниками, трещина в полу. Через коридор протискивалось нечто огромное.

Библиотекарь вложил ладонь в специальную выемку на одной из уцелевших дверей, надавил, и стальное полотно отъехало в сторону. За ним открылась тесная круглая комнатка.

– Проходи, – повелительным жестом «пригласил» в помещение Ренат Султанович.

– После вас. Я прикрою, – как можно тактичнее, даже с обоснованием, отказался я, занимая позицию чуть сбоку от входа, чтобы и следить за коридором, и за дверью.

Хмыкнув, Библиотекарь вошёл.

– Иди сюда, не то сам поеду.

В центре помещения выделялось квадратное возвышение, куда Ренат Султанович наступил. Лязгнул механизм, и пол со скрипом ухнул вниз. От неожиданности я еле устоял на ногах. Остановка была такой же внезапной. Желудок подпрыгнул к горлу, во рту почувствовался горький привкус. Справившись с тошнотой, неуверенно шагнул за Библиотекарем, открывавшим дверь нажатием на специальное углубление.

– Лифт для служебного пользования, – пояснил Ренат Султанович. – О них бойцам нижнего звена знать не положено.

О, сколько нам открытий чудных готовит Зиккурат. Из шахт рабочих поднимали на грузовых лифтах, приводимых в движение нехитрым механизмом. Пара сильных мужчин крутила рычаги, а для доставки руды задействовали химер.

Мягкий неяркий свет затопил камеру подъёмника. Жмурясь, я шагнул вслед за Библиотекарем в просторный зал. С высокого потолка свисали медные люстры в виде концентрических колец, пылавших бледным призрачным огнём. На каменных тумбах в хрустальных ящиках покоились артефакты – древние, почти рассыпающиеся фолианты, элементы боевого снаряжения, оружие и предметы неизвестного мне назначения. Ряды кубических тумб тянулись вдаль.

– Ступай, поищи свою сферу. Она в том конце хранилища, в крайнем левом ряду. Я пока подготовлю полное запечатывание и активирую режим самоуничтожения.

– Мне разрешат сжечь душу Чужака в костре?

– Стражи тебя пропустят, я с ними… скажем так, договорился. Хранителя придётся убедить, но, думаю, в нынешних обстоятельствах ему плевать на мелкую мошку вроде тебя.

Я двинулся между рядов, держа в поле зрения Рената Султановича. Тумба со сферой нашлась у главного входа в хранилище – ворот, целиком вылитых из бронзы. На позеленевших от давности листах металла светились багряным магические знаки. Ворота запирались на запоры-штыри толщиной с человеческую руку, утопленные в стену, каждый кирпич которой помечался такими же таинственными знаками, только из серебристого металла, нестерпимо сверкавшего в свете люстр.

Библиотекарь колдовал над стеклянным шаром в пятнадцати шагах от меня. Гладкая поверхность набухала синевой, стоило до неё дотронуться. Ренат Султанович словно печатал на клавиатуре. Освобождённые от перчаток руки порхали над артефактом, касаясь пальцами серых неактивных пиктограмм управления.

Бирюзовая сфера парила над тумбой, изолированная хрустальным колпаком. Никаких меток, рычагов, выступов на квадратном каменном постаменте не наблюдалось. Отложив арбалет, я рискнул взяться за полупрозрачную крышку.

В голове зашумело. Тюрьма Чужака переливалась оттенками синего, голубого, серого, светлые дорожки на ней перемешивались с рваными полосами черноты. Завораживающее зрелище увлекало, но я, хоть и с трудом, всё же оторвался от созерцания завораживающей палитры красок и положил хрустальный колпак на вымощенный изящной плиткой пол.

Толчок в правое плечо бросил меня на тумбу. Я схватился за угол, чтобы не упасть, потянулся к арбалету. Боль пронзила грудную клетку, сковала мышцы, сжала в тисках сердце. Не в силах вдохнуть, заваливаясь, подхватил оружие.

Библиотекарь стоял, направив на меня складной самострел. Видимо, до выстрела прятал оружие в нарукавнике. Превосходная штука, очень полезная для атак убийц. Не подозревал, что у клана есть такие. На миг ведь, всего на миг потерял книгочея из поля зрения, когда нагнулся положить колпак.

А ещё не думал, что наш книжник неплохо стреляет. Обманул он меня своим мечом-канделябром.

Почти не целясь, я выпустил болт. Снаряд с железным наконечником срикошетил от паутинообразной защиты, окружившей Библиотекаря. Синие нити барьера тут же померкли.

Отработанным до автоматизма движением потянулся к колчану на поясе. Онемевшая рука отказываясь подчиняться. Предатель тем временем приближался.

– Прости, мальчик. Душа не достанется ни тебе, ни Алмазу. Она предназначена богам.

Слова книжника доносились сквозь шум в ушах.

– Убью, – прошипел я, вытолкнув воздух из груди сквозь боль.

Узкий клинок меча прошил металлические пластины куртки. Сталь легко рассекла кости и жадно впилась во внутренности, наполняя меня нестерпимой болью.

«Души! Дай мне душ, и я тебя поставлю на ноги! Повелителями клянусь, Матерью Белой Змеёй, так и будет! Души! Скорее! Разреши мне использовать их, пока не поздно!»

Королевский маг вопил, упрашивая меня, угрожая последствиями отказа, суля месть предателю. Его вопли пробивались через толщу адской боли и злости, погрузивших во мрак моё сознание.

Ты правда исцелишь меня, Наставник?

«И помогу поквитаться! Слово потомка Повелителей!»

Действуй.

По телу разлилась приятная теплота, вытеснившая боль почти отовсюду. Всё ещё болела грудь, пронзённая артефактным мечом, и правая рука. Свет в зале стал ярче.

Я полулежал-полусидел, прислонившись спиной к тумбе. Библиотекаря не было. Распахнутые сворки ворот хранилища ясно указывали на путь, по которому он скрылся.

Шевельнувшись, скривился от боли. Вдохи отдавались болезненными ощущениями в груди. Будто в грудную клетку насыпали битого стекла, и оно резало внутренности при каждом неловком движении. Правая рука по-прежнему плохо слушалась. Крови из ран натекло совсем немного, она сочилась в основном из-под застрявшей в плече короткой толстой стрелы. Ощупал грудь, куда погрузил меч Библиотекарь. Рана затянулась и обуглилась, стянув кожу.

«Бери Тюрьму и бегом к костру перерождения!» – подгонял королевский маг.

Я крепко схватил древко стрелы и, задержав дыхание, дёрнул изо всех сил. Ткань затрещала, рвущаяся вместе с кожей и мышцами, за наконечником ударил упругий алый фонтан. Оставил бы в ране, если бы не нуждался в куртке. Стиснув зубы до хруста и крови из дёсен, снял одежду и, цепляясь левой рукой за тумбу, накинул на бирюзовую сферу. Собрал куртку наподобие узелка, стащил с подставки.

– Ты меня исцелить обещал, а я еле двигаюсь! – прорычал в адрес Наставника.

«Никто не говорил, что будет легко, ученик. Это самое большее, чем могу помочь в данный момент. Согласись, испытывать боль и иметь возможность ходить куда лучше, чем умереть. Зато позднее обучу тебя заклятиям пиромантии совершенно бесплатно».

Опираясь о шершавые стены плечом, поплёлся к воротам. Двери лифта предатель закрыл. В коридоре множество ловушек, по рассказам того же Библиотекаря, вдобавок, могу столкнуться нос к носу с белобрысым ублюдком, но деваться некуда. Я оставил арбалет, оружие не поможет. Бойцы охраны на минус первом этаже замечательно вооружены и экипированы. Были.

Надежда на помощь рассеялась, как только переступил порог. Широкий коридор – значительно шире, чем на верхних этажах – усеивали скрюченные тела погибших клановцев. Близнец прошёл здесь, и хранилище его не заинтересовало. Божество пронеслось смертельным ураганом, разнесло вдребезги интерьер, убило охранников и неведомо куда делось.

На правой ладони зажёгся осветительный огонёк. Как и всюду, где побывал беловолосый, в коридоре царила темнота. Шагов через десять я наткнулся на распростёртого в углублении, точно в воронке от взрыва, стража Зиккурата. Такого же, как на этажах-ярусах. Пластинчатые доспехи и кольчужная юбка практически до середины голеней смяты и разорваны, голова в лопнувшем сплющенном шлеме превратилась в тошнотворный диск неправильной формы. Я отвернулся, подавляя позывы к рвоте. Насмотрелся за жизнь всякого, должен бы привыкнуть, а поди ж ты, иногда пробивает.

И снова ворота. Вернее, две покорёженные металлические створки, лежавшие на страже. Этот успел подраться – на лезвии глефы остались зарубки от столкновения с чем-то твёрдым и прочным. Воителя порвали на куски и раздавили.

Над местом расправы висел гигантский топор на цепи. Очевидно, одна из ловушек. За воротами в полу виднелись отверстия, из некоторых торчали погнутые и сломанные железные прутья. Я аккуратно пробрался по краешку опасного участка, у самой стены.

Чем хороши коридоры Зиккурата – по ним рано или поздно придёшь к центральной винтовой лестнице. Моим черепашьим шагом добирался до неё долго. Чем дальше, тем чаще попадались изувеченные стражи вперемешку с обычной охраной из клановцев. Ну, и ловушки, само собой. Волчьи ямы, топоры с потолка, стрелявшие дротиками стены – достаточно для истребления крупного отряда. И всё сработало, прежде чем быть уничтоженным. Близнец разрушал хитроумные приспособления походя, возможно, даже не замечая. Вот кому уделял внимание, так это стражам, в отличие от клановых воинов успевавших отреагировать на него и повоевать.

Близнец нигде не задерживался и никуда не заходил. Пёр прямо, минуя всякого рода склады и хранилища. Двигался целенаправленно и, видимо, не планировал полнейшего разгрома всего и вся. Что являлось его целью, для меня оставалось загадкой, пока у винтовой лестницы обзор не перекрыло сообщение:

«Внимание! Несанкционированное проникновение на нижние этажи Зиккурата! Защита чистилища взломана! Содержащиеся в чистилище энергетические сущности могут вырваться на свободу! НЕМЕДЛЕННО ОСТАНОВИТЕ ВТОРЖЕНИЕ!»

Передо мной замельтешили уведомления о частичной потере контроля над системой безопасности здания и призывы разобраться с нарушителями.

Волоча за собой куртку со сферой, начал подъём по ступеням. К середине вымотался до такой степени, что стал спотыкаться чуть не на каждом шагу, а вскоре и падать. Наставник подбадривал, умоляя продолжать восхождение.

Казалось, минула вечность с тех пор, как моя нога впервые ступила на лестницу. Вечность, наполненная болью, отчаянием, злостью и мраком. Однотипные двери, покрытые знаками, напоминавшими клинописное письмо, встречались на каждом этаже. Не зная, сколько ещё продлится подъём, я ненавидел эту лестницу и строителей Зиккурата.

Наконец, ступени закончились площадкой два на два метра и распахнутой настежь дверью, приглашавшей на последний этаж.

«ВНИМАНИЕ! – в очередной раз полыхнуло синим оповещение. – Чистилище вскрыто. Предотвратите побег! Не дайте узникам захватить Зиккурат! Захват костра перерождения приведёт к прекращению процесса резурекции.

ЗАДАНИЕ: УНИЧТОЖИТЬ БЕГЛЕЦОВ! УНИЧТОЖИТЬ ИЛИ ВЫНУДИТЬ ОТСТУПИТЬ СУЩНОСТЕЙ БОЖЕСТВЕННОГО УРОВНЯ! УНИЧТОЖИТЬУНИЧТОЖИТЬУНИЧТОЖИТЬ…»

Строчки из слитного слова множились, растягивая сообщение до простыни, и мешали сосредоточиться. Строки оборвались и возникло новое сообщение:

«Награда за уничтожение: десять очков характеристик и уникальный артефакт, несущий силу Присносущего Пламени. Повышение уровня репутации с Присносущим Пламенем. Благодарность Повелителей: Вариативно…»

«Система безопасности выведена из строя на 60%. Требуется перезагрузка родительской системы… Для перезагрузки недостаточно энергии…»

Когда искусственный интеллект или, хуже того, администраторы, управляющие симуляцией, впадают в истерику, ситуация серьёзнее некуда. Повезёт же кому-нибудь завалить тех загадочных «узников». Надежда лишь на удачу. Оборона рушится. Если по клановцам ударят блондин с беглецами, станет совсем плохо. И как мне тогда выбираться из города? Всех ведь положат. Конец и клану, и игрокам в городе-крепости.

«Фридо Опустошитель освобождён из Чистилища!»

Ну и что мне даёт эта информация? Я понятия не имел, кто такой Фридо и чем он знаменит. Наверное, крутой преступник, раз его поместили в специальную тюрьму.

Верхний этаж Зиккурата занимал зал. Светильниками служили разноцветные драгоценные камни, вставленные в точки на стенах и потолке и имитирующие ночное небо. Космические светила соединяли в созвездия тончайшие серебряные, золотые и лазуритовые линии в зависимости от цвета звёзд. Россыпи мельчайшей светящейся пыли обозначали далёкие галактики. На полу раскинулась красочная мозаика, изображавшая окутанную обрывками облаков планету. На фоне синего океана плыл материк в виде клинка кинжала. Кончик зазубренного лезвия достигал южного полюса, а широкое основание терялось в северных льдах. Искусный мастер передал всю цветовую гамму суши, от заснеженных гор до выжженной тёмно-коричневой пустыни на экваторе и бледно-серого степного простора. В правом углу едва заметной горкой возвышался миниатюрный зиккурат.

Пятная мозаичный пол кровью, я поплёлся к арке выхода и, добравшись до неё, вывалился на огороженный кованым парапетом карниз, где нёс караул страж и откуда можно попасть на главную лестницу здания.

Ветер доносил из города смрад горящих домов, палёного мяса и разложения. Нежить всё-таки закрепилась на внешней стене, оставалось подавить малочисленные очаги сопротивления. На улицах тоже бушевала битва, точнее, поединок. Посреди разрушенных до основания домов и десятков трупов сражались оборотень и Алмаз. От Меньшего Брата постоянно расходились искрящиеся ударные волны, отражая срывавшееся с меча лидера клана чёрное пламя. Негласный правитель Зиккурата носился вокруг противника тёмным смазанным пятном и атаковал с разных направлений, из-за чего складывалось впечатление, будто на оборотня безостановочно низвергается ливень магического огня. Близнеца хватало лишь на то, чтобы отбиваться и изредка совершать атакующие рывки, не достигавшие цели. Алмаз был слишком проворен.

В который раз за сегодня у меня спёрло дыхание от близости сущности, обладавшей невероятной мощью. Стражи на нижнем ярусе наклонились и грохнулись на колени. Доспехи стремительно ржавели и распадались, обнажая иссушенную, обтягивающую костяки пергаментную кожу. Вскоре и она начала отслаиваться сухими лоскутами и рассыпаться пылью в воздухе. Коленопреклонённые воители остались на постах – согнутые спины, опущенные черепа. Павшие стражи безмолвно принимали свою судьбу.

«ЗАЩИТИТЕ ЗИККУРАТ!!!»

«Беги, ученик! В степь, прочь отсюда!»

Глава 35

Посоветовав королевскому магу не паниковать, я преодолел последние ступени.

Огонь костра с моего прошлого визита опал, потерял яркость и чистоту, приобретя оттенки красного. Раньше пламя было светло-жёлтым. Хранитель в длиннополом блестящем одеянии, увешанный артефактными ожерельями и амулетами, повернул ко мне голову в шлеме с забралом.

– Библиотекарь предатель! – прохрипел я. – Он заодно с вторженцами!

Боевой маг поудобнее перехватил резной посох, принимая стойку. Да не за того ты меня принял, дурень!

Порыв ветра принёс пронизывающий холод и вонь разложения. Я невольно поёжился, чувствуя приближение ужасающей твари. Разом заныли раны, полученные от книжника, заломило суставы, дышать стало ещё тяжелее – на грудь словно канализационный люк положили. Я задыхался и еле передвигал ноги, но тащил себя к костру, приказав не останавливаться, что бы ни случилось.

Хранитель сорвался с места. Заскользил ко мне, едва касаясь подошвами кованых сапог пола, взмахнул на ходу посохом, послав волну спрессованного воздуха. Как ни странно, целился маг не в меня. Раздался громкий треск, сопровождаемый резким порывом ветра.

– Ты жив?!

Протянув руку к изгибающимся в неистовом танце языкам пламени, я на миг обернулся и запечатлел в памяти троих, взошедших на площадку. Людьми назвать их язык не поворачивался, хотя они и походили внешне на представителей рода человеческого. На меня удивлённо уставился Библиотекарь, только-только ступивший на верхнюю ступень и находящийся справа от воздевшего ладонь, словно защищаясь, худощавого старика в набедренной повязке. Седые спутанные волосы спадали на заросшее бородой и изрезанное морщинами лицо, на котором горели злобой синие глаза. Третий – Близнец, по-прежнему обходящийся без одежды, – растворился в воздухе. Я не видел, куда пропал блондин, и вот он уже снова слева от седого старца. Хранитель всхлипнул, его вычурные доспехи распались надвое, и из раны, идущей от плеча до бедра, брызнули алые капли.