Текст книги "Медиум (СИ)"

Автор книги: Валерий Теоли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

Клан, видно, не опасался скорого нападения. К тому же, людей на охрану банально не хватало. Закамуфлированной диверсионной группе несложно подкрасться ночью под самые стены, пользуясь воронками в качестве укрытий. На чёрной земле одетых соответствующе бойцов различить тяжело. Залезть на стены, закинув кошки с верёвками, снять часовых задача не из самых сложных. Причём пожаловать могут существа похуже кочевников – нежить, приспособившиеся к Мгле чудовища. Сведя близкое знакомство со здешними грызунами, ничего удивительного. Я надеялся, что Алмаз понимал, к чему гипотетически могло привести ослабление наблюдения за подступами к городу.

На верхнем этаже Серый подал знак остановиться. Внизу расстилалась степь. Курганы, расположенные полукругом, уходили к горизонту и терялись в серости, соединяющей блеклое из-за облачного полога небо и травяной океан. Не степь, а необъятный некрополь. Тысячи правителей, военачальников погребены там. Кое-где выделялись очертания развалин разных форм и размеров. Замечательный обзор, повезло клану с базой. Легко заметить неприятеля и отследить отряд Зиккурата, объезжающий окрестности.

Серый над ступенями активно замахал рукой, мол, поднимайся быстрее.

Огороженный каменным кольцом костёр из сложенных друг на друге белых брёвен пылал, посылая в небо яркие крупные искры и обдавая жаром десятиметровую площадку. Ограничивающие огонь камни почернели, растрескались. Пламя пугало и вместе с тем притягивало, порождая то чудесные, то ужасные образы, пульсировало наподобие бьющегося диковинного сердца, вырванного из груди гиганта. Жар обнимал, согревая, и влёк к костру.

Толчок Серого вырвал меня из плена видений. Я разглядел фигуры стоявших Алмаза и рыцаря в угольно чёрных латах, чьи руки покоились на рукояти упёртого остриём в пол меча фламберга. На углах площадки сидели, вглядываясь в даль, четыре бронзовые горгульи размером с человека. Изваяния стискивали короткие копья, хвосты заканчивались стальными клинками.

Серый указал на место у огня. Тут и догадываться нечего, зачем он меня сюда привёл. Сегодня повышу уровень! Наконец-то!

Едва присел возле ограждающего кольца из помеченных рунами камней, передо мной соткалась из дыма и пламени таблица характеристик. Справа от неё во весь рост красовалась моя трёхмерная копия, дышащая и моргающая. Будто в зеркало смотрелся. Только в отражении не сидел, а стоял. В выданной одежке, изрядно похудевший, измождённый. Попробуй не похудей от выпавших на мою долю приключений. Под серо-голубыми глазами пролегли тени, щетина грозила вот-вот превратиться в бороду. Волосы отросли, потемнели, хотя я по-прежнему шатен. Видок на добрых тридцать пять лет. Нормальная внешность, учитывая обстоятельства.

Я принялся изучать таблицу. Стоило остановить взгляд на какой-нибудь характеристике, через пару секунд всплывало её описание.

Уровень – 1

Живучесть – 5 (10)

Выносливость – 10

Восприятие – 10

Сила – 10

Ловкость – 10

Вера – 1

Интеллект – 10

Учёность – 10

Сопротивляемость – 1

Рядом с показателем живучести серым горели восклицательный знак и изображение оплывшего, точно воск, черепа. Очевидно, так обозначали висящее на мне проклятие. Слева от таблицы характеристик располагалась ещё одна, в ней перечислялись переносимый вес, зависящий от силы и выносливости, устойчивость к физическому урону, очки жизни, коих набралось аж целых пятьдесят единиц против сотни изначально, очки выносливости и духовной энергии, сопротивляемостей к холоду, огню, тьме, проклятиям и прочим враждебным факторам, влияющим на организм, дух и разум. Показатель «ловкости» отражал скорость и проворность, «Вера» и «Интеллект» – защиту от ментального воздействия. Высокий интеллект на пару с учёностью позволяли самостоятельно составлять заклятия. Кроме того, «Учёность» отвечала за количество заклинаний, используемых единовременно. Отделённые от остальных показателей чертой, имелись «слух», «зрение», «осязание», «вкус», «обоняние», «восприятие духовного мира». Показатель «слуха» всего единичка, что естественно. Остальные выше, особенно последняя:

Слух – 1

Зрение – 5

Осязание – 5

Вкус – 5

Обоняние – 5

Восприятие духовного мира – 10

Я мысленно потёр ладони. Прежде всего, нужна «живучесть»! Достигнув начального показателя, определюсь, какой путь себе выбрать, мага или воина. Судя по «вере», имелся и третий вариант – податься в святоши. То, что клирики пока не встречались, не значило, что их нет.

Пальцем нажав на характеристику, повысил уровень. На миг таблица подёрнулась шумящим туманом, и очки жизни повысились на пять единиц, а «живучесть» на одну. К сожалению, при повышении уровня давалось лишь одно очко характеристик.

Глава 9

«Поздравляем! Теперь вы можете выбрать стезю и талант», – засверкало системное сообщение, спустя несколько секунд растаявшее от прикосновения пальца. Затем из клубов дыма возник перечень классов. Стандартные «Воин», «Маг», «Вор», «Стрелок». Ни тебе клириков, ни паладинов. Изображения классов в круглых рамках напоминали портреты, парящие в облаках. Грубоватое лицо воина соседствовало с возвышенным ликом мага, вор носил маску и капюшон.

Картина облаков подёрнулась пеленой, и, заискрившись, образовался пятый класс – «Медиум». С портрета угрюмо глядел невероятно худой субъект, надвинутая на лоб широкополая шляпа оттеняла бледную кожу костистого лица. Под ним вспыхнуло очередное сообщение:

«Вы прокляты и находитесь на границе мира живых и мира мёртвых и способны воздействовать на обитателей обоих миров. Вами разблокирована тайная стезя охотника на призраков, позволяющая наносить урон призракам немагическим оружием».

Интересно, до меня кого-нибудь проклинали перед выбором класса? Или мне одному «повезло»? Есть над чем задуматься. Ведь, если в клане уже есть персонаж с таким классом, у него можно поучиться. Умение наносить урон нематериальным существам в теории даёт возможность лазить по развалинам, населённым привидениями, и бить их даже палкой.

Воином быть, похоже, не судьба. Здоровье не то. Мне и тычка достаточно, чтобы улететь на точку перерождения. Магом стать соблазнительно, но почему у клана их всего несколько? Есть тут свои подводные камни, о коих не мешало бы расспросить знающего человека. Стрелок, вор… ну, такое себе. Никогда не любил играть шпионом, скучно. Другое дело врубиться в толпу противников, принимая на щит вражеские удары и снося головы мечом или молотом! Однако, проклятые обстоятельства толкали к воровской стезе как самой сравнительно безопасной в моём случае. Мне, вообще-то, придётся рассчитывать на скрытность и ловкость, а они как раз основополагающие для класса «Вор».

Быть охотником, по-моему, чуть веселее. Путешествуешь с питомцем, поражаешь врагов на расстоянии. Жаль, не взять сразу две «стези». Или позже представится шанс? Что действительно большое упущение разработчиков, так это отсутствие хотя бы примитивной справочной системы.

Я не рискнул тыкать по «портретам». Выберу ещё случайно, и прощай, редкий класс. Так и не определившись, встал, и таблицы тут же пропали. Кивнул на прощание хозяину Зиккурата. Разговора между мной и Алмазом не выйдет, оставаться здесь незачем. Я сомневался, что кланлид подготовил мне дополнительный сюрприз. Разрешил вылечить, и на том спасибо.

На третьем от вершины этаже Серый свернул с лестницы, позвав за собой. Пройдя по крытой галерее, мы вошли через укреплённый сталью арочный проход в полутёмное помещение. От пола до высокого потолка вздымались рядами забитые книгами и скрученными свитками шкафы. Под потолком висели на цепях горящие лампы.

На звук закрываемой двери явился богатырского сложения бородатый мужик в потёртом одеянии, здорово смахивающем на монашескую рясу. Клириков не видно в Зиккурате? Пожалуйста, любуйтесь. Для полноты образа не хватало символа божества на цепочке.

Он закричал что-то, активно жестикулируя и показывая всем своим видом гнев. Серый как мог успокаивал разбушевавшегося не на шутку бородача. Выставив перед собой ладони в миролюбивом жесте, объяснялся, пытался дружелюбно улыбаться. В конце концов, воин ретировался, кивком указав на меня.

Затихший после ухода разведчика мужик замахал рукой, призывая следовать за ним. Проходя меж старинных деревянных шкафов, я восхищённо рассматривал библиотеку. Пахло пылью, по потолку выплясывали тени, создавая причудливые, колдовские фигуры. Линии цветного мозаичного пола извивались, скрещивались в зависимости от освещения. Складывалось впечатление, что ходил по стеклу, под которым заперты постоянно менявшие форму чудовища.

У письменного стола бородач обернулся и резко хлопнул ладонями.

Уши прострелило резкой болью, сопровождавшейся звоном.

– Боец, как слышно? Приём, – защёлкал пальцами бородатый мужик.

Его голос звучал приглушённо, но звучал! Вот чего я ждал в Талариане – магии, заклинаний, мгновенно решающих массу проблем, в том числе связанных со здоровьем. А то мази, лекарства. Словно не в мир меча и магии попал, а в сдобренное капелькой колдовства и наводнённое монстрами средневековье.

– Помехи наличествуют, – ответил я. – И головушка болит, аккурат меж ушами.

– Так и должно быть. Зато хоть общаться можно более менее нормально. Эффект временный, так что губу-то закатай. Я Ренат Султанович Бикеев, смотритель и хранитель собрания знаний Зиккурата. Короче говоря, по роду деятельности и по прозвищу Библиотекарь. Тебя как звать, болезный?

– Кирилл. Меня к вам направил…

– Знаю-знаю, – библиотекарь присел на краешек железного стола. – Память у тебя хорошая?

– Не жалуюсь.

– Рисовать умеешь?

– Не очень. В школе по рисованию получал хорошие отметки, с тех пор не брался за карандаш. А что?

– Да мне, понимаешь, художники нужны. Перерисовывать всякое из книг, запечатлевать увиденное в степи на бумаге и пергаменте, портреты важных личностей для Летописи Зиккурата красиво писать. Сам не успеваю, безвылазно в четырёх стенах сижу. Требуется человек, ходящий в рейды, опрашивающий командиров, бойцов. Вроде военного корреспондента и фотографа в одном флаконе. Ты, случайно, не журналистом работал?

Работал. Аж целых полтора месяца, по молодости. Был внештатником, пока не нашёл постоянную работу. С тех пор воды утекло немало, в чём я признался Библиотекарю. Он, против моих ожиданий, обрадовался.

– Весьма неплохо! Высшее образование есть? Отлично! На бумаге мысли внятно излагать умеешь, забывчивостью не страдаешь, и ладно.

– Вы точно библиотекарь? Больше похожи на редактора газеты.

– Собирать знания по крупицам моя прямая обязанность. Скажем, появилось новое существо, я должен узнать о нём максимум информации и занести в бестиарий, чтобы позднее передать разведчикам. Глядишь, при встрече с ним у ребят будет преимущество, и они вернутся невредимыми домой. Тебя посылать шастать по степи рано, поэтому до полного восстановления слуха находишься здесь и помогаешь с книгами. Утром и вечером обхожу библиотеку, проверяю, не случилось ли чего-нибудь из ряда вон. На тебе обход полуденный и полуночный. Пойдём, покажу, что тут и как.

Прихватив металлический гранёный посох, оканчивающийся снизу шипом, а сверху круглым навершием, Ренат Султанович двинулся вдоль кажущихся бесконечными рядов высоких, под потолок, стеллажей и шкафов.

– Библиотека поделена на сектора сообразно отраслям знаний, – указывал он на глиняные таблички с буквенными обозначениями секторов. – География, биология, некрология и прочее, и прочее. Разберёшься. Обходи все, тщательно осматривай полки, ищи, нет ли чего необычного. Заметишь – сразу ко мне, сам ничего не предпринимай. Книга упала – не подходи, лужа на полу или, не приведи небеса, мокрые следы, – пулей оттуда, понял?

– Да, Ренат Султанович. Могу спросить?

– Почему такие предосторожности?

– Читаете мысли.

– Пустое. Библиотека Зиккурата особенная, как ты, верно, уже заметил. К книгам, привезённым из городских руин, замков часто цепляется всякая пакость. Призраки, материализуемые проклятия. Порой сами книги являются не тем, чем кажутся. Принесли тебе, скажем, обычную книжонку, тоненькую, в мягком кожаном переплёте, внутри цветные картинки. Читаешь и думаешь, досталась тебе банальная историческая повесть, каких пруд пруди. Ставишь к другим книгам, уходишь. А ночью через неделю, месяц, год брошюра превращается в неведомую тварь, выбирается из библиотеки, нападает на ментально слабого человека, вселяется в него и устраивает нам весёлую жизнь. По-моему, лучше перестраховаться, чем идти на перерождение.

Тут не поспоришь. Память услужливо показала уставившегося в невидимую точку и пускающего слюни парня из госпиталя.

– Изредка, по ночам, ко мне наведываются неблагонадёжные личности, ищущие знаний. Новички, наивно полагающие, что смогут найти в книгах ответы на свои вопросы, начинающие маги в поисках запретных заклинаний. Увидишь такого – беги со всех ног. Эти идиоты подчас опаснее иных проклятых фолиантов. Рефлекторно захотят убрать свидетеля, поэтому вот, держи, – Библиотекарь достал из складок одежды хрустальный колокольчик. – Позвони, я услышу, где бы ни был, и приму меры. Надеюсь, не надо уточнять, что без причины звонить нельзя?

Я взял предмет. Ударное колечко опоясывала вязь незнакомых знаков. Изящная вещица, хрупкая. Страшно в руках держать, того и гляди треснет под пальцами.

– Видишь? – Библиотекарь остановился, указывая посохом на мягко поблёскивающую дверь. Металлическое полотно усеивали сложные геометрические фигуры, содержащие разномастные магические символы. – Сюда не лезь ни в коем случае. Хранилище редких и опасных книг. По-настоящему опасных. Услышишь оттуда звуки, уходи сразу же. Звонить не надо, ко мне бежать тоже, просто уходи поскорее. Целее будешь.

– Ренат Султанович, я не совсем понял. Зиккурат единственный, насколько мне известно, клан. Откуда берутся те ищущие знаний маги?

Библиотекарь двинулся вдоль стены прочь от загадочной двери.

– Далеко не все люди годятся для вступления в клан. Есть просто желающие постранствовать, сколотить собственную банду. Такие обычно не афишируют своих намерений, и одиночек отпускают без проблем под соглашение на сотрудничество с кланом. То есть, вольноотпущенник обязуется не нападать на нас, не грабить наших торговцев, не красть химер и помогать в войне с кочевниками и чудовищами при необходимости. Когда они перерождаются у огня, с ними не церемонятся, тут же выбрасывают в степь без одежды, припасов, оружия. Если, естественно, они не нанесли вред Зиккурату и его жителям. Преступников у нас замуровывают в стены живьём вместе с Кристаллами Жизни, не дающими им умереть в течение долгих лет.

– И выживают в степи воскресшие?

Я не представлял, как уцелеть за городскими стенами голому и босому. Впрочем, что мне достоверно известно о жизни вне городка? Полагался на предупреждения клановцев, а местным выгодно сгущать краски. Испуганный охотнее вступит в клан.

– Ну как тебе сказать, – библиотекарь замедлил ход, раздумывая. – Иногда. Особо умные экземпляры оборудуют схроны вблизи Зиккурата. Придя в себя – не всегда они валяются овощами, переродившись, – бродяги ползут к захоронкам, там набираются сил и убираются восвояси. Изредка бродяги находят учителей и хорошее оружие. Иногда, отчаявшись, пробираются сюда. Кроме них есть ещё охотники за знаниями. Опасные граждане. Приходят, втираются в доверие и наносят удар исподтишка. Да-да, это люди, как мы с тобой.

Получалось, помимо клановцев в Талариане прорва народа. И тут у меня появились сомнения относительно единственной точки перерождения. Сотни людей, умирают часто, мир-то действительно суровый. Зиккурат, по идее, должно заваливать трупами «бродяг», чего не наблюдается. Объяснений напрашивается два. Первое: где-то находятся другие костры и кланы. Территория огромная, не столкнулся ещё наш городок с подобными ему. Второе объяснение более мрачное. Игроки со временем прекращают перерождаться. Программа сбоит, не отлажено оборудование, мало ли. Окончательной смертью объясняется и борьба за жизнь каждого бойца.

– Случается, сюда залезают аборигены. Отлично оснащённые и умелые, эти ребята худшее, на что ты можешь наткнуться. Уж они-то свидетелей не оставляют, порой устраивая знатную резню среди низкоуровневых бойцов и рабов.

Упоминание рабов сбило меня с толку. Клан игроков никак не вязался в моём представлении с содержанием невольной рабочей силы. Ладно, каторжники, вкалывающие на руднике за нарушение законов Зиккурата, и пленные степняки, но рабы… Жёстко здесь устроено, по-взрослому.

– Нам не хватает рабочих, Кирилл, а по степи бродят агрессивные кочевники, готовые глотку перегрызть за химеру. Разбив племя, сдавшихся мужчин отправляем под землю добывать ископаемые, а женщин шить одежду, ухаживать за животными. Конечно, только тех, кто согласится. Несогласные с нашим предложением погибают в бою. Либо после боя.

Теперь понятно, откуда львиная доля женского населения в городке. На языке вертелся вопрос, куда девают детей и стариков? Вырезают? Рабы из них плохие, балласт, по сути. Спросить не успел, библиотекарь встал у резной каменной двери. На полотне мастер изобразил пересекающиеся геометрические фигуры, заполненные вязью знаков.

– Выход из библиотеки, – объявил Ренат Султанович. – И, заметь, единственный официальный вход. Тот, которым воспользовался Серый, запасной. Его открывать не рекомендуется. Увидишь, кто в него лезет – зови меня, осыпая посетителя ругательствами. Разумеется, если он из клана. Если незнакомец ведёт себя странно – убегай. Рабов, рыскарей и новичков в библиотеку вообще не впускай, здесь не раздают знания за красивые глаза. Рыскарями у нас называют претендентов на вступление в клан, у них красная повязка. Таких немного, перезнакомишься с ними, и опознать чужака не составит труда.

Библиотекарь приложил ладонь к центральной фигуре, и каменная дверь на удивление бесшумно отодвинулась, утонув в толще стены. В проёме виднелся пролёт широкой лестницы, освещённый жёлтыми каплями оправленного в красноватый металл янтаря.

Ренат Султанович нажал на едва заметную выпуклость у дверного проёма, и стоящий поблизости книжный шкаф отъехал в сторону. За ним скрывалась крошечная тёмная комнатка. В полутьме угадывались очертания лежака и то ли тумбочки, то ли табурета, напротив спального места мерцали крошечные разноцветные кристаллы. Эдакий ночник.

– Твои апартаменты. Я обычно сплю за столом, а то и вовсе… в другом месте. Так, подойди-ка, научу обращению с дверьми. Нажимаешь на выступ, и открывается вход в комнату. Жмёшь повторно, и закрывается. Изнутри, чтобы выйти, толкаешь книжный шкаф. Довольно лёгкого толчка, надавливания. Когда кто-то у двери в библиотеку, в спальне прозвенит колокольчик, вон тот, висящий под потолком. На чужого заклятье реагирует очередью коротких звонков. Если какой-нибудь уродец проникнет сюда без разрешения, на сигнальной панели погаснет кристалл. Случись такое, немедля вызывай меня, сам никуда не ходи. Запрись и жди, ясно?

– Предельно.

– Основной вход запирается заклятьем. Серый, паршивец, недолюбливает магию, пользуется запасными. Срабатывает сигнализация, и я вынужден бежать проверять. Так, приложи ладонь сюда. – Библиотекарь указал рукой на край каменной двери, утопленной в стену, пробежал по нему пальцами, словно по клавиатуре, прошептал что-то неслышно. Раздался скрип, контуры моей ладони засветились и погасли. – Теперь тебе разрешен доступ к запорному заклятью. Дотронься ещё раз, и дверь закроется. Она крепкая, тараном не вышибешь, призраки сквозь неё не просочатся, так что, запершись, можешь быть уверен – через главный вход враги не пробьются, – Ренат Султанович хохотнул. – Жди неприятностей со стороны запасного и… Ладно, не хочу пугать раньше срока.

– Да чего уж, давайте. Сторож обязан быть готов к худшему. Часто у вас в главную дверь ломятся орды чудовищ?

– Было пару раз. Морраты пытались недавно, безуспешно. Касательно неприятностей. Осторожно обходи библиотеку, и всё будет в порядке. Прислушивайся, принюхивайся, старайся не шуметь. Держи. – Библиотекарь снял с шеи кулон на серебряной цепочке, миниатюрный свиток, вырезанный из оникса. – Маскирует твоё присутствие в Незримом Мире. Штука дорогая, цени, не теряй. Отвечаешь за сохранность головой. Вернёшь, закончив трудиться в библиотеке. Инструктаж закончен, вопросы задашь позже, дела у меня. И у тебя, кстати, тоже. Знаешь, где кузница? На первом этаже. У Гефеста нашего доморощенного потребуй книжный железный оклад, он обещал к сегодняшнему дню сделать. Подойди к нему после обеда.

Глава 10

«Доступно задание: помощник Библиотекаря.

Награда: повышение репутации у хранителя знаний Зиккурата, возможность бесплатно питаться в период восстановления здоровья.

Принять?»

Без раздумий согласился. Помощник так помощник. Репутация порой стоит дороже золота.

– Ренат Султанович, такой вопрос. Вы мне разрешите читать библиотечные книги? Хочется больше узнать о Талариане и прокачке персонажа.

– Прокачке персонажа? – Библиотекарь, по-моему, удивился. – Ах да. Прокачка. Нет, чтобы получить разрешение, потребуется, во-первых, стать частью клана, и во-вторых, научиться читать на доброй дюжине мёртвых языков. К переводам на упрощённый новокладератский, коим ты априори владеешь, как и все мы, у тебя нет допуска, а книги, стоящие на полках, тебе покажутся китайской грамотой. Сплошные иероглифы. Интересуешься миром и специализациями бойцов? Спрашивай меня. Чем смогу, помогу. Будет замечательно, если не станешь трогать книги. Опасное это дело – раскрывать древние фолианты, незнамо кем и когда написанные. Затянуть может. В прямом смысле слова. Да, вот. – Библиотекарь протянул сложенный вчетверо слегка помятый лист. – Передай кузнецу. Без разрешения он ничего не выдаст незнакомому человеку.

Я сунул бумагу за пояс. Карманами портные здешний люд не баловали.

– Кулон, кстати, носи поверх одежды. Он свидетельствует о твоей принадлежности к работникам библиотеки. До обеда осмотрись, хочешь, поспи. А я пока займусь моими непосредственными обязанностями.

Утро выдалось спокойным. Я походил меж рядами шкафов, запоминая расположение секторов, достал несколько книг наугад, удостоверился в правдивости слов о знании местных языков для чтения, полежал, прикрыв за собой замаскированную дверь, поразмышлял.

Кладерат выглядел по меньшей мере странно. Ни нормальной стартовой локации, ни изобилия квестов для новичков. Нормальных НПС днём с огнём не сыщешь. Крысюк, подкинувший задание по захвату Зиккурата, не в счёт. Эпическое, конечно, задание, трудновыполнимое. Между прочим, повисшее. О провале не сообщали, во всяком случае, не помню такого. Значит, выполнение не предусматривает обязательного присоединения к морратам. Не иначе, создатели квеста ненавязчиво намекали поднять восстание против клана. В моём нынешнем положении бунт нереализуем, абсолютно. Из меня вояка аховый, до топа расти и расти, сторонников ноль, артефактов и… в общем, базиса нет.

Вступление в клан казалось необходимостью. Зиккурат обеспечит знаниями, снарягой, связями, в том числе с неписями, представляющими для городка реальную угрозу, учитывая нестабильный механизм перерождений. И надо зарубить на носу: погибать нежелательно. Уместнее относиться к виртуалу как к действительности. Клановцы Талариан воспринимают именно так. Для них лечение раненых, рейды не фан, а работа, подчас тяжёлая. Накосячив, в реал не выйдешь.

Впереди годы, и набросать план действий неплохо уже сейчас. Чего хочу достичь? Программа минимум – обеспечить себе безбедное, комфортное существование. Проще всего для этого влиться в ряды клановцев и построить кое-какую карьеру. Не высовываться, чтобы не нажить врагов среди сослуживцев, и просто тянуть солдатскую лямку, потихоньку накапливая знания, опыт, деньги. Тихая, неприметная жизнь. Правда, зная себя, не уверен, что смогу долго оставаться в тени. Так-то я человек мирный, но вряд ли здесь обойдётся без конфликтов – с командованием, ибо от идиота командира никто не застрахован с учётом здешнего контингента, с бойцами из других подразделений. Причина для ссоры всегда найдётся, как и повод. В Крайнем случае придётся отступать на запасной аэродром, то есть, уходить из Зиккурата. К тому моменту я должен быть готов материально и иметь высокий уровень прокачки.

Программа максимум – выкарабкаться из виртуала досрочно. Как, пока не знаю. Со временем пойму. Накоплю информацию, отыщу лазейки. Не всегда Талариану быть запертым, миру предстоит развитие. Следовательно, появятся новые возможности. Главное, не щёлкать клювом и быть в курсе событий.

Примерно в полдень я обошёл библиотеку, глубоко в душе надеясь столкнуться с нарушителем и выйти на вкусный квест и вместе с тем рассчитывая на спокойный обход. Ничего не случилось, толстенные тома покоились на полках, сквозняк от открытой двери не дул, посторонние отсутствовали. Скучно. Лишь из хранилища редких книг, куда утопал библиотекарь, доносился гул, точь-в-точь ветер гонял по трубам. Прибавив шагу, я поскорее миновал жутковатый участок. При иных обстоятельствах, наверное, завернул бы туда. Обвешался амулетами, прихватил зачарованную палицу и завернул бы. Интересно же, какие тайны хранит Зиккурат. А сегодня соваться за серебристую дверь совершенно неохота. Нутром чую, добром такое поведение не кончится.

Едва вернулся в каморку, зазвенел колокольчик, извещая о посетителе. На лестнице замерла, испуганно хлопая ресницами, девчонка в неброском шерстяном платье и светлом платке. Она держала заставленный глиняными горшками и кувшинами поднос.

– Еда, – пискнула она, когда каменная дверь отодвинулась. – Обед.

Я взял поднос, поблагодарил, и девчонка сбежала вниз по лестнице. Запершись, направился к деревянному письменному столу.

Библиотекарь сидел, уткнувшись лбом в сложенные домиком пальцы. Услышав шаги, поднял усталые глаза.

– Присаживайся. – Его голос звучал глухо, слова скорее угадывались по движению губ. Срок действия гиперслышимости, очевидно, истекал. Поставив поднос, я устроился на стуле напротив Рената Султановича. – Я обедаю здесь, хочешь, присоединяйся, на двоих еды хватит.

Библиотекарь снял крышки, выпустив клубы ароматного пара из горячих горшков. От запахов и вида аппетитного рагу и наваристого супа рот вмиг наполнился слюной. Нарезанные дольками и залитые мёдом диковинные фрукты выглядели не хуже, источая тонкий сладкий аромат. В столовой меня такими яствами точно не накормят.

– Скажу Мелене приносить двойную порцию, – правильно истолковал мою реакцию библиотекарь и пододвинул ко мне горшок супа, ложку. В кружку налил из кувшина мутной алой жидкости. – Ешь, я не голоден.

– Вы говорили, что расскажете о прокачке персонажа, – зачерпнув ложкой, напомнил я.

– О, – усмехнулся Ренат Султанович. – Прокачка. Не выберешь класс? Это всего лишь условность, развитие зависит исключительно от тебя. Переключайся между специализациями, как душе угодно.

Вот так номер! Марина говорила об обыкновенной системе развития талантов, не углубляясь в подробности. Зря её не расспрашивал.

– То есть, выбор стези не окончателен? В любой момент могу, например, перейти с магической на воинскую?

– Абсолютно верно, Кир. Создатели подарили нам возможность комбинирования стезей. Вернее, умений общедоступных стартовых классов. К примеру, выбрав воина, сам либо при помощи учителя обучишься приёмам владения мечом. При этом не запрещено найти умелого лучника и попросить его подтянуть тебя по части стрельбы. Секретов он не выдаст, однако, азам научит. Стартовые классы и нужны-то для постижения азов. Сложные приёмы доступны тому, кто продвинулся по стезе достаточно далеко, и ему открыты суб-классы. У воина, например, это «защитник» и «берсерк». Также от выбранного класса получаешь бонус к развитию. Быстрее обучаешься, проще говоря.

– А редкие классы?

Библиотекарь хитро сощурился.

– Редкая специализация зависит от определённых условий. Взять тебя. Проклятье открывает доступ к стезе медиума, если не ошибаюсь. Снимешь проклятие, и связанные со стезёй способности пропадут, как и она сама. Проклянут снова, вернёшь «таланты». На параллельные специализации потеря не влияет.

Хм. Всё-то ему известно. А чего я хотел, он теоретически самый знающий человек Зиккурата. И если говорит правду, в чём почти не сомневаюсь, значит, разработчики предоставили широкий простор для создания индивидуального билда.

– Загвоздка в том, что редкая специализация требует учителя, – вот, я о том же, – или «путеводитель» – особенную книгу, помогающую познавать секреты мастерства самостоятельно. Эдакий самоучитель. Магом тебе не быть до вступления в клан и изучения пары-тройки таларианских языков, на которых говорили старинные чародеи. Медиума у нас нет. Был, да сплыл. Оставил, хвала небу, записи о прохождении по стезе. Чтобы увидеть их и прочесть, тебе придётся вступить в клан и заслужить допуск. Либо выкрасть их. Успех кражи, предупреждаю, стремится к нулю. Я ясно выразился?

– Яснее некуда, Ренат Султанович. – Откуда он такой недоверчивый взялся? Хотя, учитывая специфику местного контингента, ничего удивительного. – А вы давно играете?

– Играю? – Библиотекарь чуть не поперхнулся питьём, засмеявшись. – Хочешь сказать, давно ли я здесь? Давно. Стоял у истоков проекта, выразил желание стать первопроходцем неизведанного мира. Меня определили в первую партию пионеров Талариана вместе с Алмазовым, Берсеневым, Ищенко, Шиллером...

Пальцы Рената Султановича побелели, сжав кружку, по поверхности поползла трещина, и предмет сломался, расплескав алый напиток. Ругнувшись, библиотекарь промокнул лужу тряпицей со столика.

– Не все здесь преступники, отбывающие наказание, – проворчал он. – Я был востоковедом, лингвистом, Берсенев геологом, Ищенко биологом, Шиллер химиком, врачом. Алмазов и его бойцы отвечали за нашу безопасность. А, – раздражённый взмах рукой, – к дэвам прошлое. Ты поел? Дуй за окладом для книги. Попутно посуду занеси на кухню.

В прошлом произошло что-то нехорошее, о чём Библиотекарь предпочитал не распространяться.

Получается, изначально в Талариан отправили группу учёных. Довольно странный выбор тестеров. Чем не угодили разработчикам обыкновенные добровольцы? Побывать в проработанном до мелочей мире за достойное вознаграждение согласится целая толпа людей, уставших от реала и желающих испытать нечто новое, пусть пребывание займёт и несколько лет. С другой стороны, так долго не видеть родных и быть в полном отрыве от технологичной цивилизации захочет далеко не каждый. И всё равно наберётся масса претендентов на участие в эксперименте.