Текст книги "Разрушение советского наследия: служебное собаководство"
Автор книги: Валерий Гаврилин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 24 страниц)
По указанию судьи, дрессировщик с собакой на поводке подходит к судье, останавливается и показывает зубную систему собаки (допускается фиксирующая команда «Сидеть» перед началом показа зубной системы).
Затем надевает собаке намордник и начинает свободное движение на расстояние 5–10 м с собакой на провисшем поводке. По указанию судьи дрессировщик останавливается, собака принимает положение «сидеть» у левой ноги дрессировщика (допускается подача команды «Сидеть»), дрессировщик снимает с собаки намордник.
Даже неопытному человеку понятно, что ни о каких рабочих качествах здесь речи не идёт. Элементарная воспитанность собаки, живущей в городских условиях. А ведь сейчас в «системе РКФ» только эти требования и предъявляются к собакам некогда служебных пород! Стоит ли удивляться, что в России, где сейчас «система РКФ» доминирует, служебные породы собак вырождаются с огромной скоростью? Собаки становятся всё «красивее» и «выставочнее», всё гламурнее и… всё менее пригодными к несению службы. Качества, по которым отбор не ведётся, постепенно исчезают.
На самом деле, ситуация в ФЦИ с рабочими качествами ещё хуже. Во многих странах национальные кинологические организации работают по минимальным требованиям ФЦИ (родословная + оценка на выставке). В разведение могут идти даже собаки трусливые, боящиеся резких звуков (выстрела). Ведь титулы на выставках ФЦИ никак не зависят от психики собак. Забракованная в Германии из-за трусости собака продаётся за огромные деньги куда-нибудь в Австралию, Южную Корею, Тайвань или Китай, в страны Европы, где нет обязательной дрессировки. Там эта собака становится выдающимся национальным производителем, её потомков закупают в другие страны ФЦИ, появляются они и у нас. И такие потомки выбракованных по психике собак имеют возможность использоваться в племенном разведении РКФ – родословные-то у них признаваемые!
В Племенном положении РКФ требования к немецким овчаркам выделены в отдельный пункт. Есть просто породы, есть породы, у которых на выставках существует «рабочий класс» (чтобы в нём участвовать, нужны дипломы по испытаниям), а есть немецкая овчарка. И вот к немецким овчаркам требования для племенного использования гораздо более жёсткие: кроме выставочной оценки не ниже «очень хорошо», необходимо сдать испытания по тестовым видам дрессировки (они все перечислены – ОКД и ЗКС, КС, КД, IPO 1–3, IPO-FH, IPO ZTP) и пройти рентгеноскопическое обследование на предмет выявления дисплазии тазобедренных суставов. Неужели в РКФ решили бороться за рабочие качества хотя бы одной служебной породы? Должен снова огорчить читателя, цель особых требований к немецкой овчарке – совсем другая, противоположная.
Немецкая овчарка всегда в нашей стране была служебной породой номер один[61], овчарки составляли львиную долю всех служебных собак в государственных кинологических ведомствах. Практически все дрессировщики-любители в ДОСААФ СССР были овчаристами, исключения были очень редки. Разумеется, если уничтожать служебное собаководство, то первым делом надо бить по овчаркам.
В советском служебном собаководстве все требования к служебным породам собак были одинаковы, приоритетом являлись рабочие качества. Какая порода будет пользоваться в этих условиях особым авторитетом у собаководов? Та, которая этими качествами обладает в большой степени, с которой легче добиться успехов в дрессировке. Именно поэтому так популярна была в СССР восточноевропейская овчарка, именно поэтому в 1970–1980 гг. нашлось огромное количество почитателей у немецких овчарок из ГДР[62], которые прекрасно показали себя на соревнованиях.
Сейчас ситуация совсем другая. Рабочие качества уже никого реально не интересуют, массовой дрессировки собак нет, да и инфраструктура не везде сохранилась. Мерило успеха заводчика – выставки. Если человек решил заниматься собаководством серьёзно (ходить на выставки, разводить), какую породу он выберет – ту, с которой придется год (а то и больше) заниматься дрессировкой, платить инструкторам и фигурантам, или с которой подобных проблем нет? Ответ понятен. Большинство предпочтёт то, что требует меньше усилий. Особые требования к немецким овчаркам для племенного использования приводят к тому, что люди переходят на другие, менее хлопотные породы. Недавнее введение обязательного обследования тазобедренных суставов у немецких овчарок (и только у немецких овчарок!) продиктовано этой же логикой. Это в крупных городах с рентгеноскопией собак проблем нет. Но собак держат и сельской местности, и в небольших посёлках. Расстояние до ближайшей клиники, в которой можно сделать снимок, может достигать нескольких сотен километров. Для человека, который завёл первую собаку, такие сложности, чтобы получить щенков и продать их за копейки (чем дальше от крупных городов, тем меньше цены даже на самых «чемпионских» собак), являются чрезмерными. А если ещё подсчитать понесённые расходы на дрессировку, выставки, рентген и возможную полученную прибыль от продажи щенков, то легко убедиться, что разведение немецких овчарок – дело невыгодное.
Читатель вправе спросить, ну хорошо, любителям немецкой овчарки в разведении создаются дополнительные трудности, зато порода становится от этого лучше? Должен снова огорчить читателя: никакого отношения особые требования Племенного положения РКФ для немецких овчарок к улучшению их качества не имеют.
Начнём с диагностики дисплазии. Я даже не буду говорить, что многолетняя борьба с этой болезнью за рубежом путём рентгеноскопического обследования животных никаких плодов не принесла: процент здоровых и больных животных в популяциях пород практически не изменился. Я не буду углубляться в тонкости ветеринарии, только отмечу, что самыми здоровыми породами по этому признаку являются те, которые обследуются не у доктора, а при несении нагрузок.
Я хочу, чтобы читатель понимал: хороший снимок в нашей стране можно получить для любой (самой больной) собаки. И люди, занимающиеся разведением долго, знают, как это сделать. Ветеринары никогда не проверяют клеймо у собак – это не их работа, номер клейма переписывается с документов, которые владелец принёс на собаку. То есть, имея одну здоровую собаку, можно наделать неограниченное количество снимков, заполняя их как снимки совсем других собак той же породы. Я видел на выставках множество немецких овчарок с видимыми изменениями тазобедренных суставов, с явной хромотой, однако все они имели документы о своём полном здоровье.
Давайте подумаем, почему именно для немецкой овчарки (и только для немецкой овчарки!) Президиум РКФ предъявил дополнительные требования по диагностики дисплазии? Овчарка самая больная порода? Нет, есть породы, где проблемы с тазобедренными суставами встречаются почти у всех её представителей (у некоторых молоссов дисплазия по оценке ветеринаров доходит до 90 %). Почему оздоравливать решили именно немецких овчарок? Может быть, члены Президиума РКФ все сплошь её поклонники? Нет, там ею никто не увлекается, а вот любители молоссов есть (включая Президента РКФ). Почему бы не поэкспериментировать сначала на каких-нибудь мастифах? Их не так много, принадлежат они только состоятельным людям, легко собрать статистику. Если эксперимент окажется удачным – распространить его на все породы. Как-то нелогично получается: свои породы члены Президиума РКФ улучшать не хотят, а вот проблемами немецкой овчарки озаботились!
Вопрос обязательной дрессировки для служебных пород собак – более сложный. Никто не будет отрицать необходимости дрессировки для выявления рабочих качеств собаки: только при обучении и при выполнении работы собака раскрывается полностью. Чем сложнее и объёмнее курс дрессировки, тем точнее можно охарактеризовать собаку. В выставочном разведении для сохранения рабочих качеств служебных пород применяют тестовую дрессировку: если собака способна сдать испытания, то считается, что она обладает необходимыми рабочими качествами. Насколько такой подход верен? Если курс очень сложен и рассчитан на его прохождение только выдающимися собаками, тогда это действительно так. Например, если собака прошла испытания по системе КНПВ (Голландская королевская ассоциация полицейских собак), вопросов нет. А если она получила диплом по упрощенным курсам дрессировки да ещё при либеральном отношении судьи[63], наличие диплома не говорит ни о чём: хороший дрессировщик в таких условиях подготовит к сдаче испытаний даже очень слабую собаку.
Представим, что перед нами поставлена задача очистить воду, другими слова – отобрать из загрязнённой воды только чистую воду, а грязь оставить. Какой способ очистки воды сразу приходит в голову? Фильтрация. И, действительно, после прохождения воды через современные дорогие фильтры она очищается. Но это, если фильтры были хорошими. А если вместо фильтра использовать решето? Какие-то крупные камни, возможно, останутся в решете. Но по большому счёту вода чище не станет. А если «очищать» воду с помощью решета зимой? В качестве мусора останутся комки замерзшей воды в виде льдинок и снега (возможно – и чистой). Любой нормальный человек понимает, что фильтрация воды с помощью решета – профанация. Точно такая же профанация – отбор по рабочим качествам для племенного разведения собак, имеющих дипломы с упрощёнными курсами дрессировки.
Успешное прохождение экзамена зависит не только от качества собаки, но и от квалифицированности дрессировщика. Создаётся парадоксальная ситуация: чтобы оценивать реально рабочие качества, собак надо готовить по сложным курсам дрессировки. Сложная дрессировка требует высокой квалифицированности дрессировщиков, слабый проводник не пройдёт испытаний даже с выдающейся собакой (неготовая собака – как льдинка, не пробившаяся через решето). Квалификацию дрессировщика можно повысить только в процессе долгой практической работы. Нет массовой дрессировки, нет инфраструктуры для работы с собаками – о каких квалифицированных специалистах по дрессировке можно говорить? Для слабых дрессировщиков приходится упрощать курсы тестовой дрессировки. И то она вызывает у них трудности. А если курс дрессировки будет достаточно сложным? Кто её сможет пройти, одна-две собаки? Вот и получается, что в системе выставочного разведения, даже при наличии тестовой дрессировки рабочие качества некогда служебных пород собак неуклонно снижаются. Одновременно с ухудшением рабочих качеств становятся всё более лёгкими тестовые курсы дрессировки, ведь для выставочного разведения диплом по дрессировке является только дополнительным совершенно ненужным требованием, что-то вроде ритуала, получить его должна любая собака, претендующая на племенное разведение. Диплом по дрессировке давно превратился в ничего не значащую бумажку.
Особые требования к немецкой овчарке в Племенном положении РКФ отнюдь не направлены на развитие породы. Я с ужасом наблюдаю, насколько быстро деградирует эта порода в «системе РКФ». Овчарки-чемпионы очень красиво смотрятся на выставке. Но им трудно перепрыгнуть даже невысокое препятствие. Они не могут быстро бегать галопом, заплетаются в своих длинных ногах, приспособленных только к выставочной рыси. Нет координации, заторможена реакция. Я уже не говорю о характере. Овчарка стала совершенно декоративной породой, собакой-компаньоном.
Апологеты РКФ рассказывают, что у них в разведении всё жёстко и правильно. Одним словом – порядок. Я спрашиваю, в чём порядок? Если в том, что в РКФ нужно платить за каждый чих, то да, здесь порядок полный. А вот когда рассказываются сказки о том, что именно в РКФ заботятся о рабочих качествах, я прошу для начала ознакомиться с Племенным положением этой организации. Единственная служба, к которой, возможно, будут пригодны собаки служебных пород с родословными РКФ – это собака-компаньон. Но и это негарантированно.
О требованиях к качеству собак, допускаемых в племенное использование в «системе РКФ» мы уже знаем. Но, может быть, в РКФ гарантируется достоверность сведений о происхождении?
Здесь тоже ничего утешительного я сообщить не могу. Родословные РКФ ничего гарантировать не могут. Реального механизма проверки предоставляемых в офис РКФ сведений о происхождении полученных помётов нет.
Как устроена схема племенного разведения в «системе РКФ»? Владелец суки (заводчик) самостоятельно решает с кем и когда проводить вязку (скрещивание).
Заводчик может обладать статусом владельца питомника. В племенном положении РКФ описаны требования к этому: собаковод помимо зарегистрированной заводской приставки (регистрация приставки в ФЦИ стоит 3500 рублей) должен иметь зоотехническое или ветеринарное образование, или звание судьи РКФ по породам, или свидетельство об окончании курсов (судей, инструкторов по племенной работе, селекционеров, заводчиков, кинологов). Курсы в РКФ можно закончить заочно. Стоимость курсов вполне доступная – 6 или 7 тысяч рублей в зависимости от специальности. И так заводчик примерно за 10 тысяч рублей становится владельцем питомника. Питомник – не юридическое лицо, он имеет регистрацию исключительно в «системе РКФ». Питомник – это заводчик, обладающий правами кинологической организации: он самостоятельно проводит обследование полученных в своём питомнике помётов, заполняет всю зоотехническую документацию, которая потом идёт в офис РКФ для занесения во Всероссийскую единую родословную книгу РКФ (ВЕРК РКФ). Кто проверяет достоверность сведений, поданных владельцем питомника? Сам владелец питомника. В офисе РКФ могут проверить только правильность заполнения бумажек.
Владелец питомника (питомник обычно регистрируется, когда у заводчика не одна собака, а много) может написать, что помёт получен не от этой суки, а от совсем другой, может и отца записать совсем другого. Причины могут быть самые разные (у настоящей мамы превышен лимит помётов или родословной нет вообще, а у официальной мамы щенки не рождаются в связи с удалением матки, или она уже давно пала). Владельцы кобелей, к которым привозят сук на вязку, их клеймо никогда не смотрят. А если кобель свой или взят в аренду на время, то проблем вообще никаких нет.
Не сложнее мухлевать и обычному заводчику, работающему через клуб. Здесь придётся только поделиться с ответственным за племенное разведение. Если этот ответственный человек честный и неподкупный, то есть и другие клубы, с менее щепетильными руководителями. Все, кто занимается продажей щенков профессионально и долго, уже давно имеют обходные пути. Знают, как получить дипломы за выставку и по дрессировке, даже не выводя собаку из дома.
Существуют питомники декоративных пород в городских квартирах. За собаками (их число измеряется десятками) ухаживают нанятые граждане из Средней Азии. Собаки живут в клетках, с ними даже не гуляют на свежем воздухе. Владельцы таких питомников зачастую и сами не знают, кто родители у щенков. Их отдают перекупщикам за зреть их рыночной стоимости, но даже такой доход обеспечивает солидную месячную прибыль. Естественно, щенки продаются с родословными РКФ.
Какой порядок в племенном разведении собак в «системе РКФ»? За деятельностью владельцев питомников никакого контроля нет в принципе. Собаководство в ФЦИ настолько коммерциализировано, что главную роль в нём играют не увлечённые любители-собаководы, а беспринципные торгаши. Их задача – не улучшение породы, которой они занимаются, а увеличение получаемой за счёт собаководства прибыли. РКФ в племенной работе следует общепринятым традициям ФЦИ. Вместо создания реальных механизмов осуществления контроля за достоверностью зоотехнической документации, в офисе РКФ создают только видимость.
Например, вязка. Как владелец суки доказывает, что щенки родились именно от этого отца? Таким документом всегда являлся Акт вязки, подписанный владельцем суки и владельцем кобеля. Здесь кажется всё понятно. Если владелец кобеля в сговоре с заводчиком, то в Акте вязке он может написать любую недостоверную информацию. Уличить их в подлоге невозможно. Обнаружить, что Акт фальшивый можно только при условии, что подпись владельца кобеля подделана, и он в подлоге не участвовал. Тогда нужно просто связаться с ним и спросить, была ли такая вязка. Сейчас это можно сделать через Интернет. Нужно всего-навсего вместе с почтовым адресом владельца собаки заносить в базу РКФ ещё и электронный адрес.
Что придумали в офисе РКФ? Они решили, что заверить подпись владельца кобеля может… копия его паспорта, прилагаемая к акту вязки. Им и в голову не может прийти, что с этой копии паспорта (как и с копии родословной кобеля) можно снять бесконечное число копий и заверять ими бесконечное количество никогда не осуществлённых вязок.
Но даже, если вязка была этой суки с указанным в акте вязки кобелём, кто может гарантировать, что не было ещё одной вязки, несанкционированной, с неизвестным кобелём? Владелец суки не очень заинтересован афишировать факт, что во время течки на несколько часов его собака пропадала и болталась без присмотра в соседнем лесу, где обитает стая беспризорных собак. А если он не отличается высокими моральными принципами, то предпочтёт продать щенков-метисов в качестве чистокровных породистых собак.
Единственно, что может гарантировать достоверность сведений о происхождении собаки – проведённый тест ДНК. Но такой тест не проводится. Точность сведений в зоотехнической документации, как мы видим, зависит только от порядочности людей, которые занимаются её составлением.
Может быть, в «системе РКФ» кинологической деятельностью занимаются только честные люди, или, по крайней мере, более честные, чем в альтернативных организациях? Никаких оснований, чтобы прийти к такому выводу, не существует. РКФ пропагандирует выставочное разведение собак, а это значит разведение для получения доходов от продажи щенков, а не для получения морального удовлетворения от совершенствования пользовательных качеств породы. Здесь нет места энтузиастам-бессребреникам. А в бизнесе вопросы морали отходит на второй план.
В этом бизнесе у всех свои роли. РКФ оформляет зоотехническую документацию и адаптирует правила разведения собак ФЦИ под местные условия. Кинологические организации муниципального или регионального статуса выступают в роли посредника между заводчиком и офисом РКФ (если заводчик не является владельцем питомника), проводят выставки, испытания. А собственно племенной работой занимается сам заводчик.
Заводчик хочет быть не просто заводчиком, а известным заводчиком, ещё лучше – знаменитым заводчиком. Славу приносит успех на выставках полученных им щенков. Успех же зависит от того, вписывается ли тип породы, культивируемый в питомнике, в тот тип, который в данный момент моден на выставках. Моду определяют эксперты, как раз те люди, которые оценивают собак на выставках.
Большинство проводимых выставок собак – многопородные. Судят на них эксперты-оллраундеры (имеющие допуск к судейству всех существующих пород собак). Приглашать по каждой породе отдельного судью, специализирующегося на одной породе, для организаторов невыгодно. А так судья может по очереди оценить целую кучу собак разных пород в одном ринге.
Эти всеядные эксперты в лучшем случае обычно хорошо знают 1–2 породы (да и то не всегда), но остальные триста пород знают очень поверхностно. Основными критериями их оценки являются профессиональность показа собаки, её подготовленность к выставке и эффектность собаки. Большое значение имеет даже личность хендлера: как он одет, как держится, вызывает ли у судьи личную симпатию.
О роли подготовки собак к выставкам и мастерства хендлера достаточно откровенно написано в книге «Среднеазиатская овчарка»[64]:
Кроме оценки индивидуальных качеств каждой собаки, эксперты учитывают и умение хозяина подготовить своего питомца к выставке: общее состояние животного, качество тренинга, умение показываться в ринге. Хозяин может продемонстрировать собаку во всём блеске, подчеркнув даже самые незначительные достоинства и по возможности скомпенсировать недостатки. Но бывает… владелец выводит в ринг собаку с потрясающими задатками, зажиревшую, нерасхоженную, с плохо вычесанной шерстью и чуть ли не на верёвке. Несомненно, что такой пес пройдёт экзамен ниже своих возможностей.
Умение показать собаку в ринге очень важно. Далеко не всякий хозяин способен на это, и всё чаще на выставках высокого ранга владельцы доверяют экспонирование своих любимцам хендлерам – профессионалам ринговой работы с собаками. Специалисты по хендлингу высокого класса достаточно широко известны среди собаководов, выставка – это и соревнование хендлеров.
…У вас может быть потрясающая собака: великолепного экстерьера, исключительных рабочих качеств, но если она не экспонировалась на серьёзных выставках, то для породы она как бы не существует.
Я сейчас не буду ещё раз останавливаться на том, что присвоение высоких титулов на самых престижных выставках ФЦИ – всегда политическое решение. РКФ в этом плане ничем не отличается. А уж о тайных договоренностях и интригах, подковёрных битвах за титулы лучше вообще не упоминать. Важно другое, на зоотехническом (как бы) мероприятии основными критериями успешности является отнюдь не племенная ценность животного.
На выставках собак действуют правила шоу-бизнеса (недаром выставка по-английски – шоу). Средненькая певичка со слабым голосом и не очень хорошим слухом после целенаправленной раскрутки превращается в популярную звезду, мелькающую на телеканалах. Богатый «папик», опытный продюсер, лучшая студия аудиозаписи, талантливый стилист, потраченные миллионы – и вот, чудо свершилось. Победы на конкурсах, восторженные статьи, тысячи поклонников.
В собаководстве всё аналогично. Многое решают деньги и связи. Только раскрученная звезда не даёт огромное потомство таких же безголосых певичек, как она сама. А вот титулованный середняк среди породистых собак начинается очень быстро размножаться.
Всё племенное дело построено на двух этапах – отборе и подборе племенных пар. При отборе должны отбраковываться худшие. Раньше охотники уходили на охоту с несколькими щеками-подростками. Возвращались из леса не все собаки. Некоторые показывали свою никчемность, и их пристреливали прямо в лесу. Жестоко, но зато в породе оставались самые лучшие.
Сейчас в собаководстве придумали другое сито. Для того, чтобы оставить потомство, собаки должны отвечать определённым требованиям. Те, которые этим требованиям не отвечают, не уничтожаются, а просто не оставляют потомство. Ну а подбор заключается в том, что к каждой суке направляется не любой племенной кобель, а от которого у этой суки может получиться самое лучшее потомство.
Ничего нового в этом плане не придумано в «системе РКФ». В РКФ к разведению не допускаются собаки с не признаваемыми родословными и не получившие племенной оценки. Худшие ли это? Ни один грамотный специалист-кинолог не скажет, что вне РКФ нет достойных собак, что любая собака с родословной РКФ лучше, чем с родословной другой организации.
Однако в разведение не идут и собаки с родословными РКФ, но чьим хозяевам неинтересно ходить на выставки и выращивать щенков. Поэтому мы можем говорить, что при отборе в «системе РКФ» не самые лучшие остаются и не самые худшие уходят. Ведь, кроме всего прочего никак не учитываются самые главные параметры – здоровье и отсутствие наследственных заболеваний. На выставках на эти факторы не обращают внимания вообще, судья не проводит ветеринарное обследование.
А как обстоит дело с подбором? Подбором занимается заводчик, владелец суки. Он самостоятельно принимает решение. Чем руководствуется заводчик? Только небольшая часть собаководов строят для себя долговременные планы по совершенствованию собственного поголовья породы. А о самой породе не думает никто – никаких инструментов повлиять на её формирование у них нет. Формирование пород в ФЦИ диктуется результатами выставок. Какой тип на выставках приветствуется, к такому и стремятся.
Хороший заводчик, зная недостатки своей суки (собак без недостатков не бывает) старается подобрать ей партнёра, этих недостатков не имеющего. Желательно – уже проверенного по потомству, не дающего брака, с интересными кровями. Если собака служебной породы, то основным для него являются рабочие качества. И лишь потом такой заводчик обращает внимание на титулы потенциального партнёра для его собаки, а в большинстве случаев не обращает вообще.
Но в коммерческом разведении собак такие думающие разведенцы составляют ничтожное меньшинство. Их собаки не очень блещут на выставках, потому что они разводятся без следования последним веяниям моды, а соответствуют представлению самого разведенца об идеале породы. Таких заводчиков считают неудачниками – их питомники не выигрывают конкурсы питомников. Но именно из-за таких людей ещё не до конца в нашей стране выродились служебные породы собак. Наперекор деятельности РКФ, наперекор отсутствию помощи от государства они работают на интересы страны, спасая то, что ещё осталось от советской системы служебного собаководства.
Однако подавляющее большинство заводчиков в «системе РКФ» – коммерсанты, их главная задача – быстрее и дороже продать полученных щенков.
Наибольшую популярность в разведении получают раскрученные на выставках кобели. У них звучные титулы, их фотографии растиражированы в кинологических изданиях.
Производитель может в каждом помёте давать половину щенков нежизнеспособных, с никудышным здоровьем. Но если хотя бы один щенок в помёте будет блистать на выставках, кобель будет очень востребованным в племенном разведении. Про больных детей никто и не узнает, зато все увидят его потомков-чемпионов. И не важно, что у этих внешне здоровых собак наследственность будет отвратительной. Никаких статистических сведений по качеству полученных от производителей потомков РКФ не собирает, а имеющуюся информацию не публикует.
Апологеты РКФ настойчиво пытаются внушить мысль, что именно РКФ – самая прогрессивная в России кинологическая организация (вариант – единственно признаваемая). Если кто-то попытается выяснить, а чем, собственно, кинологическая работа в «системе РКФ» отличается от работы в других (альтернативных) организациях, конкретных ответов он не услышит. Возьмём, например, цитируемую выше книгу «Среднеазиатская овчарка». Книга эта очень показательная, потому что написана самыми образованными в «системе РКФ» специалистами. Естественно, гораздо интереснее разобрать их аргументы, чем аргументы людей совершенно некомпетентных.
Книга настойчиво убеждает читателя приобретать щенка только в «системе РКФ». Вот, например, если человек хочет купить щенка для охраны.
Обязательно берите щенка, а ещё лучше подростка с документами РКФ. Пусть вас не слишком интересует выдающийся экстерьер, но документы о происхождении всё равно необходимы. Хорошие рабочие качества может гарантировать не только принадлежность к породе, но ещё и происхождение от родителей, проверенных по этим качествам.
Один из авторов, Елена Мычко, имеет биологическое образование, является экспертом РКФ, вице-президентом клуба породы среднеазиатская овчарка РКФ. Очень начитанный и прекрасно образованный кинолог. Она не может не знать, как в РКФ проверяются рабочие качества. Движение рядом с хозяином на поводке, умение выполнить команду «сидеть» и не снимать намордник – это и есть рабочие качества? Долгие годы селекции привели к наличию именно этих «уникальных» рабочих качеств?
А вот, объясняя, где купить щенка для выставок, Мычко и Беленький пишут очень откровенно:
Щенка шоу-собаки – возможного чемпиона можно приобрести в племенном питомнике с именем, за ворота которого выходят собаки с блестящей перспективой. Обычно в родословной такого щенка в глазах рябит от титулов и имен знаменитых предков. Цена, соответственно, умопомрачительная, но без таких затрат не выставишь собаку на национальных и международных выставках.
…Необходимо обращаться только в клуб либо питомник, входящие в систему РКФ (Российской кинологической федерации) через одну из федераций-соучредителей. Принадлежность к Федерации организация обязана указывать на своих документах, в том числе и на щенячьих карточках. Если заводчик затрудняется ответить, входит ли его клуб в систему РКФ, а в самом клубе такой информации вам не дают – отказывайтесь от щенка, как бы он вам ни понравился и каких дифирамбов его родителям вам не пели – это не шоу-собака, а всего-навсего домашний любимец, и цена ему соответствующая.
Собаки с родословными несистемных клубов на выставки не допускаются и в разведении не используются.
В этом отрывке хочу обратить внимание читателя на несколько важных моментов. Авторы не приводят ни одного довода, что в «системе РКФ» существуют какие-то особые методы разведения, обеспечивающие получение более качественных щенков.
Мычко и Беленький прямо говорят, что щенок, перспективный для выставок, стоит «умопомрачительных» денег. Покупатель платит завышенную цену только за возможность участвовать в выставках под эгидой ФЦИ. При этом они ещё и лукавят, утверждая, что собаки с родословными, не признаваемыми РКФ, в разведении участия не принимают. А откуда тогда берутся щенки с «неправильными» родословными? Их же кто-то разводил? Или то, что вне РКФ, разведением не является? Может быть, и выставки вне РКФ не проводятся? Проводятся, но они не под эгидой ФЦИ и потому как бы ненастоящие.
Итак, авторы убеждают заплатить повышенную цену за щенка с родословной РКФ, чтобы иметь возможность принимать участие в выставках. А зачем, по мнению Е. Мычко и А. Беленького, нужны выставки? Вот какие следуют объяснения:
Победой на крупных выставках не стыдно похвастать в любом обществе. Хорошая племенная собака приносит своему владельцу известность, ведь его фамилия обязательно фигурирует в родословной детей, внуков и правнуков производителя. Для многих владельцев немаловажным фактором оказывается и финансовый аспект племенного использования, хотя это и не главное.
Призрачная надежда разбогатеть на щенках (на что намекают авторы книги) испаряется достаточно быстро. Заводчик-новичок с удивлением понимает, что продать щенков за те бешеные деньги, которые он сам совсем недавно потратил на покупку своей собаки, не получается. Оказывается, покупатели обращаются в известные, раскрученные, «профессиональные» питомники, где продажа щенков поставлена на поток. А к неизвестному заводчику никто ехать смотреть щенков не желает. Когда возраст щенков достигает 3–4 месяцев, молодой заводчик готов их продать уже за любую цену, только бы они не остались у него навсегда. Кинологический бизнес выгоден только для того, кто занимается им профессионально.
