Текст книги "Империя ацтеков. Таинственные ритуалы древних"
Автор книги: Валентина Баглай
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)
Рис. 42. Исход ацтеков из Ацтлана в год «1.кремень» по древнемексиканскому календарю (дата указана в квадратной рамке).
В левой части рисунка представлен Ацтлан (название отражено иероглифом в виде соединенных вместе знаков «стрела» и «вода» на вершине ступенчатой пирамиды). Переправу предков с острова на материк изображает гребец на лодке.
В пещере горы показан алтарь племенного бога ацтеков Уитсилопочтли (голова в маске в виде головы птицы, который дает наставления своему народу, что показано с помощью завитков, соответствующих знаку «речь». В правой части иероглифы восьми племен (в связке с фигурками вождей), сопровождавших древних ацтеков в начальный период их переселений (сверху вниз): матлатцинка, тепанеки, чичимеки, малинальки, куитлауака, шочимилька, чуэшотиинка. («Кодекс Ботурини»)
Рис. 43. Вариант изображения исхода из прародины. Кроме знакомых иже иероглифов восьми племен, горы, даты «1.кремень» в верхнем ряду крайним слева представлен храм, обозначающий ацтекское племя, а в нижнем показаны вожди и другие персонажи, связанные с этой религиозно-мифологической традицией. («Кодекс Аскатитлан»)
Сначала все шло благополучно, однако затем произошло событие, которое заставило ацтеков разлучиться со своими попутчиками. Как-то переселенцы остановились на отдых под большим деревом, в дупле которого устроили временный алтарь своего божества Уитсилопочтли. Когда народ приступил к трапезе, совершенно неожиданно оно сломалось и упало. Все были чрезвычайно напуганы этим невероятным событием и посчитали его не иначе как дурным предзнаменованием. Когда жрецы обратились к своему оракулу за советом, то получили суровый и окончательный ответ: другие народы не могут идти вместе с ацтеками, ибо у каждого из них своя судьба и свое предназначение (рис. 44).
Ацтекам ничего не оставалось, как подчиниться воле Уитсилопочтли и отказаться от компании нежелательных попутчиков. Тогда, оставив «богоизбранных» ацтеков у злополучного дерева, народы, отвергнутые Уитсилопочтли, самостоятельно отправились вперед на поиски желанной, благодатной земли. Отсюда понятно, почему одна из хроник сообщала, что все народы Мексики вышли из общего центра, но шли с разной скоростью и быстротой. Согласно некоторым индейским хроникам, сообщающим этот мифологизированный сюжет или предание, народы начали свое переселение в 820 г. и были в пути более 80 лет. По мере своего продвижения они делали короткие остановки (рис. 45).
Рис. 44. Фрагмент пиктографической рукописи, показывающей в виде отдельных сцен обстоятельства отделения ацтеков от других племен в период переселения.
Во время остановки на ночлег (см. знак «звездное небо» на самом верху рисунка) и трапезы (см. центральную сцену) неожиданно сломалось большое дерево, под которым находился временный алтарь бога Уитсилопочтли (см. ковчег рядом со сломанным деревом), что было расценено людьми как дурной знак.
В правом нижнем углу показано, как бог Уитсилопочтли отдает приказание ацтекским жрецам вместе с народом отделиться от остальных племен.
Верхний рисунок правой части фрагмента изображает момент, когда ацтекский вождь (слева) сообщает это приказание бога одному из преподавателей восьми племен (в данном случае это вождь народа, известного как куитлауака); последний огорчен настолько, что плачет.
Четыре фигурки слева (трое мужчин и одна женщина с привязкой иероглифов их личных имен) – это жрецы-«носильщики» бога Уитсилопочтли (см. ковчег за спиной первого персонажа). («Кодекс Ботурини»)
Рис. 45. Фрагмент пиктографической рукописи, иллюстрирующий предания ацтеков об их странствиях на пути из прародины Ацтлана в Мексиканскую долину. В данном случае представлен отрезок времени между годами «7.кролик» (календарный знак внизу слева) и «6.тростник» (справа внизу). Сосуды с кипящей водой и фигурки сидящих людей (см. две группы изображений слева) означают остановки в пути.
Правая группа изображений показывает завершение очередного 52-летнего цикла в год «2.тростник» (символическое изображение палочки для получения огня с языками пламени). Здесь же показано ритуальное сооружение – тцомпантли в виде перекладины с надетой на нее головой жертвы. («Кодекс Ботурини»)
Так продолжалось до тех пор, пока отвергнутые Уитсилопочтли народы не достигли Мексиканской долины самостоятельно и раньше ацтеков, – мотив, принципиальный для дальнейшего развития событий{440}.
Такова была официальная религиозно-мифологическая традиция. Но каков реальный смысл этих сообщений и был ли он вообще?
При оценке исторической достоверности повествований о переселениях надо учитывать идеологический момент. Но кроме бесспорных религиозно-мифологических сюжетов, в них присутствует и исторический смысл. Мексиканская долина действительно пережила ряд волн переселений, причем многочисленные племена науа (куда входили и ацтеки) принадлежали к последней волне. В них отражена и ранняя кочевая жизнь народов, первоначально действительно бывших номадами. Что касается хронологии, то ни о какой точной дате исхода, продолжительности переселения и т. п. конечно же не может быть и речи. Хронологическая сетка как результат позднего осмысления древнеацтекскими идеологами прошлого их государства. По современным данным, хотя номады проникали в Центральную Мексику издавна (они известны по источникам под именем «чичимеки», «собачий народ», чем подчеркивалась их противоположность культурным земледельческим народам), та волна, которая в конце концов привела к образованию древнеацтекского государства, наиболее активно проявила себя с середины XI в.
К моменту прибытия (после долгих странствий, переселений) этих народов на территорию Центральной Мексики заключительный этап своего существования переживала важнейшая культура Мексики – цивилизация тольтеков с центром в Толлане. Её закат был вызван как внутренними причинами (общественное напряжение, голод, болезни), так и внешними. Имеется в виду проникновение в ее пределы все новых и новых волн переселенцев, номадов из других, преимущественно северных районов Центральной Америки. С 1047 г. Толлан теряет свое превосходство. Часть тольтеков, возглавляемая легендарным вождем по имени Топильтцин, переселилась в район майя Юкатана и на юг в горную Гватемалу, где, покорив часть местного населения, создала ряд независимых государств. Топильтцин известен, по майяским историческим анналам, под именем Кукулькана.
Около 1224 г. Толлан попал в руки варваров-чичимеков. Они же вместе с остатками тольтеков и составили основное население долины послетольтекского периода. Пришельцы заняли берега и небольшие долины вокруг трех озер – Тескоко, Шочимилько и Сумпанго (Цумпанго). Дикие пришельцы сумели перенять и сохранить некоторые элементы тольтекской культуры (в частности хозяйство, социальные традиции, искусство, календарь), остатки которой лучше всего сохранились в г. Колуакане. Освоение этой культуры упрощалось тем обстоятельством, что язык тольтеков был также из группы науа. В дальнейшем весьма важным и почитаемым считалось все, что имело тольтекские корни, особенно ценилось родство с потомками тольтеков.
Период, последовавший за падением тольтекской культуры, принес с собой политическую, экономическую нестабильность. Сочетание экономических, демографических, социальных структурных изменений привело к росту населения и, соответственно, к конфликтам на почве споров относительно границ занятых земель, поскольку номады, ранее занимавшиеся охотой и собирательством, обосновавшись в Мексиканской долине, занялись, хотя и не сразу, сельским хозяйством.
С этим заключительным этапом истории тольтеков связана одна из самых знаменитых легенд древней Мексики. Она в той или иной степени оказала влияние на восприятие индейцами несколько веков спустя прихода европейцев. В ней привычным для раннего сознания образом переплелись реальная история, география с мифом и вымыслом.
В древнемексиканском повествовании, явно тольтекского происхождения, рассказывается, что бог Камаштли (Мишкоатль) взял в жены богиню, называвшуюся Чималматль. От этого союза родилось пятеро сыновей, и среди них младший по имени Кетсалькоатль. По одной из версий, он родился в результате непорочного зачатия: его мать проглотила кусочек нефрита и из-за этого понесла. Поскольку при его рождении Чималматль умерла, то Кетсалькоатля воспитывали дед с бабкой. Когда он вырос, то возвратился к отцу.
Камаштли очень любил Кетсалькоатля, и это стало причиной ненависти к нему братьев, задумавших его убить. Чтобы это осуществить, они во время охоты заманили его на высокую скалу, оставили там и, спустившись вниз, разожгли вокруг нее огонь. Однако Кетсалькоатль укрылся в пещере, которая была в скале, и таким образом спасся.
Между тем его братья ушли, подумав, что с Кетсалькоатлем все кончено. Кетсалькоатль спустился со скалы, убил оленя и пришел домой раньше, чем братья, и отдал добычу отцу. Коварные братья были удивлены, увидев его живым, но планов своих не оставили. Во время очередной охоты они заставили его влезть на дерево, сказав, что он оттуда будет стрелять птиц, однако когда Кетсалькоатль оказался на дереве, начали в него посылать стрелы. Находчивый Кетсалькоатль упал на землю, притворившись мертвым. Братья оставили его и пошли домой, но Кетсалькоатль вновь, как и в первый раз, вернулся домой раньше своих братьев и с добычей. На этот раз отец, который уже догадался о том, что его старшие сыновья желают смерти Кетсалькоатля, спросил его, где братья. Кетсалькоатль ему ответил, что они скоро прибудут, а затем удалился.
Тем временем пришли его братья, и отец спросил их, где Кетсалькоатль, на что те ответили, что он скоро придет. Тогда Камаштли стал бранить своих злых сыновей за то, что они хотели убить своего брата. Сыновья, рассердившись, вознамерились убить также и отца. Они привели его к скале и там убили. После этого братья пошли за Кетсалькоатлем и внушили ему, что их отец якобы превратился в скалу, и стали убеждать его принести жертву этой скале ягуаров, орлов, оленей. Братья надеялись, что он не сможет найти всех этих животных, поэтому они убьют его за невыполнение жертвоприношений и обрядов. Однако Кетсалькоатль отказался подчиниться. Тогда братья решили его убить, но Кетсалькоатль ускользнул от них и, взобравшись на дерево (или скалу), расстрелял своих недругов из лука. Когда все было кончено, его «вассалы», которые очень любили Кетсалькоатля, признали в нем своего вождя, принесли головы его братьев и сделали из них чаши для питья. Напившись из них, Кетсалькоатль и его люди «направились в землю мексиканскую» и обосновались в Толлане, жителей которого обучили правилам жертвоприношений, поскольку те не знали, как это делать. Кетсалькоатля почитали здесь как бога, он обучил их многим хорошим вещам и оставался их предводителем в течение 160 лет{441}.
Кетсалькоатль не имел ни жены, ни детей{442}. Он был честным, скромным, обучал людей собственным примером и словом. За это они почитали его как бога, делали его идолы и поклонялись им{443}.
Деятельность Кетсалькоатля вызвала неудовольствие у его антипода, бога Тескатлипоки, который решил расправиться с ним. Для этого Тескатлипока прежде всего «спустился с неба по веревке, сделанной из паутины». Преследуя Кетсалькоатля, всячески вредя ему, Тескатлипока проделывал самые фантастические вещи. Однажды он, Тескатлипока, играя в мяч с Кетсалькоатлем, превратился в ягуара, отчего люди, которые это наблюдали, испугались, бросились бежать, упали в пропасть и многие разбились{444}. В другой раз Тескатлипока превращался в иных животных и чудовищ, стараясь напугать людей, он разрушал статуи Кетсалькоатля, разорял алтари. Однажды Тескатлипока вошел в храм Кетсалькоатля и нашел его служителей спящими. Между тем эти жрецы должны были круглосуточно охранять идол Кетсалькоатля и особое зеркало при нем, которое индейцы глубоко почитали, так как Кетсалькоатль внушил им, что всякий раз, как им понадобится дождь, они смогут попросить его у бога через это зеркало. Поскольку жрецы спали, то Тескатлипока, желая в очередной раз напустить страха и беспокойства, взял зеркало и спрятал его под циновкой, на которой спали охранники-служители. Пробудившись и не найдя магического зеркала на месте, служители были в отчаянии, поскольку за недосмотр им грозило наказание.
Между тем Тескатлипока приказал некоей старухе, встретившейся ему на пути, чтобы она шла в храм сказать служителям, где находится искомое зеркало, что и было сделано{445}.
Словом, настойчивое преследование Кетсалькоатля Тескатлипокой были столь сильны и причиняли ему и его последователям столько страданий, что он решил вместе с ними покинуть Толлан и поселиться в новом месте. Он предпринял длительное переселение (в одном месте он оставался 290 лет), во время которого основал, «построил» многие древнемексиканские города, такие как Тлашкала, Уэшотцинко, Чолула, которая и стала его новой резиденцией{446}. Здесь Кетсалькоатль продолжил ту свою деятельность, какую проводил в Толлане, и даже еще более активно, и местные жители признали его своим благодетелем. В соответствии с представлениями того времени о совершенном человеке или обожествленной личности ему приписывали навыки и умения музыканта, ткача, лекаря и др.{447}. О нем говорили, что он обучал людей ремеслу ювелиров, о котором они до тех пор не знали. Кетсалькоатль запретил войны, не допускал краж, убийств, иных дурных действий и поступков. Он провел религиозную реформу, введя покаяние и ритуальное воздержание, также научив людей делать не кровавые жертвоприношения, но только подношения богам в виде хлебов, цветов, воскурений. Принимал участие Кетсалькоатль и в создании, совершенствовании и реформе календаря{448}.
По причине огромных заслуг, какие Кетсалькоатль имел перед людьми Чолулы, они стали почитать его как бога, ассоциировать с божеством ветра и строить в его честь круглые в плане храмы{449} (по форме имитирующие гибкие, плавные потоки воздуха). Его главный храм в Чолуле был такой большой и красивый, что люди позже стали считать, что его построили гиганты{450}.
Кетсалькоатль оставался в Чолуле 160 лет, но Тескатлипока не давал ему покоя. Тогда Кетсалькоатль оставил Чолулу и отправился на восток, в Семпоалу, местность на восточном побережье Мексиканского залива, где впервые появится в свое время «Маркиз Дон Кортес», «когда он придет в эту страну» Мексику. В Семпоале Кетсалькоатль жил еще 260 лет{451}. Но и здесь Тескатлипока не оставил его в покое. И тогда Кетсалькоатль решил покинуть Мексику на некоторое время. Сохранилось несколько версий ухода этого самого знаменитого персонажа древнемексиканской мифологизированной истории. Согласно первой, Кетсалькоатль и его ближайшие последователи достигли неких непроходимых гор (или горы) и там исчезли, причем, по одним данным, они «просверлили подземный ход» и ушли, по другим, остались внутри горы, «превратившись в камень»{452}. Согласно другой версии, Кетсалькоатль в конце путешествия оказался перед «Красным озером» (или морем), которое называлось Тлапаллан, и, войдя в него, исчез (в одной из пиктографических рукописей есть изображение этого сюжета). Согласно третьей версии, Кетсалькоатль, преследуемый Тескатлипокой, умер у этого моря, его тело сожгли и с тех пор якобы древние мексиканцы имеют обычай кремации тел умерших правителей. Душа же Кетсалькоатля превратилась в звезду{453}. Чаще всего предполагается, что это звезда Венера{454}. Вариантом является версия, согласно которой Кетсалькоатль убежал в пустыню и там, бросившись на воткнутую в дерево стрелу, покончил с собой, после чего его тело было сожжено{455}. Согласно четвертой версии, «он не умер, но исчез в районе рядом с морем». В любом случае с тех пор люди больше не видели Кетсалькоатля.
Индейские предания сообщают, что перед исчезновением или удалением Кетсалькоатль призывал своих спутников «сдерживать свое горе»., крепиться и ждать его возвращения, которое должно случиться в свое определенное время. С тех пор люди стали ждать прихода Кетсалькоатля. Поскольку же он удалился на восток, то появление, высадка в свое время европейцев (испанцев во главе с Э. Кортесем) на побережье Мексиканского залива, то есть в восточных пределах древнеацтекского государства, было воспринято индейцами как возвращение Кетсалькоатля и его свиты. Правда, это заблуждение продолжалось только до тех пор, пока испанцы не раскрыли свое настоящее лицо и вполне земное происхождение через жестокость, продемонстрированную ими во время завоевания. При изображении Кетсалькоатля в кодексах его рисовали в светлых одеждах, с маской птицы (бородатой) на лице, которая указывала на связь его с божеством ветра. Это, а также то, что культ Кетсалькоатля был менее кровавым, чем традиционный древнемексиканский обряд, привело к тому, что сразу после испанского завоевания под влиянием впечатлений от контактов с европейцами, первоначального, наивного восприятия христианства, индейцы несколько переосмыслили сюжет. В результате такого переосмысления в сообщениях раннеколониальных авторов появились в связи с Кетсалькоатлем описания его в виде светлокожего человека с длинными волосами и круглой бородой{456}. Европейские христианские миссионеры уже по своим расчетам стали воспринимать его как одного из апостолов, святого Фому, посетившего якобы индейцев в далеком прошлом, давшего им Слово Божие, от которого они, к сожалению, в дальнейшем отошли и вновь впали в грех язычества[5]{457}.
Некоторые из ученых (особенно в Исландии и Норвегии) видят в этой легенде или мифе о Кетсалькоатле отражение посещения Америки (а именно ее северо-восточного побережья) Лейфом Счастливым, случившегося за пять веков до X. Колумба. Хотя прибытие в Америку скандинава и его спутников не имело в то время дальнейших серьезных последствий (в отличие от того же в связи с X. Колумбом) как для нее, так и для Старого Света, тем не менее сам факт контактов североамериканских индейцев со светловолосыми пришельцами достиг Центральной Америки и оказал влияние на появление некоторых специфических деталей в легенде или мифе о Кетсалькоатле.
В действительности, как кажется, речь идет о синкретическом образе, где причудливо переплелись судьба тольтекского правителя-реформатора Топильтцина, оставившего г. Толлан под напором номадов, хлынувших в Мексиканскую долину, и образ бога Кетсалькоатля-Эекатля. Во всяком случае, местным реалиям и духовной атмосфере именно этот вариант соответствует в наибольшей степени.
Вместе с тем важно иметь в виду, что все описанные события, связанные с Кетсалькоатлем-Эекатлем-Топильтцином (как реальные, так и фантастические), несмотря на огромное историческое и идеологическое влияние в последующем, не касались непосредственно ацтеков, поскольку в то время, как родственные им по языку и культуре племена, вытеснив тольтеков, обосновались в Мексиканской долине, сами они продолжали вести образ жизни номадов, медленно приближаясь к ее пределам. Это был особый, порой чрезвычайно суровый путь, завершившийся, как увидим, в конце концов установлением их господствующего положения в Мексиканской долине. Однако конечная цель движения ацтеков была известна, как учила позже их религиозная идеология, только руководившему ими племенному богу Уитсилопочтли. Чтобы подготовить ацтеков к будущей нелегкой борьбе за жизненное пространство, он намеренно усложнял жизнь переселенцев, посылал всевозможные испытания.
Как и хроники других народов, ацтекские подробно описывают легендарный маршрут их переселения с указанием дат в связи с теми или иными событиями, случившимися в пути (чаще фантастическими), в связи с остановками в тех или иных местах (чаще реальных географических пунктах). Это лишний раз подтверждает положение о том, что легендарно-мифологические повествования о переселениях в том виде, в каком они дошли до нас, составлялись незадолго до испанского завоевания и отразили уровень знаний и потребностей государственной идеологии этого времени. Для ацтеков этого времени начало их исхода из Ацтлана (в год «1.тростник») было своего рода точкой отсчета времени их исторического существования в противоположность неопределенно долгой жизни в прародине. Как уже отмечалось выше, их хронология строилась на основе 52-летнего цикла, по завершении которого в год «2.тростник» начиналось новое 52-летие, отмечаемое праздником «Нового огня», означавшим новую жизнь в новом цикле. В хрониках, описывающих легендарный и даже мифологизированный период странствий ацтеков, год «2.тростник», единственный в 52-летии, отмечался специальным знаком, напоминающим изображение приема получения огня с помощью трения.
На пути ацтеков было немало подходящих мест для заселения, однако их бог Уитсилопочтли неизменно заставлял покидать их, иногда поступая при этом совершенно беспощадно по отношению к тем, кто осмеливался его ослушаться. Так случилось и тогда, когда очередным пунктом остановки ацтеков во время миграции оказался безлюдный, но чрезвычайно благоприятный для жизни район озера Патцкуаро (территория современного западного мексиканского штата Мичоакан). Поскольку в озере водилось очень много рыбы, пришельцы и дали этой области название Мичоакан, «Местность, богатая рыбой». Вполне понятно, что Мичоакан не мог не удовлетворить ацтеков, и они даже подумали, что это, должно быть, и есть обещанная божеством земля. Однако когда жрецы обратились за ответом к Уитсилопочтли, тот отверг такое предположение. Тогда жрецы осмелились предложить божеству такой план: уж если нельзя всем ацтекам поселиться здесь навсегда, то, по крайней мере, части из них следует остаться, нельзя, чтобы такая прекрасная земля не была заселена. Уитсилопочтли этот план встретил благосклонно, и для его осуществления жрецы по совету бога пошли на хитрость. Однажды, когда часть мужчин и женщин стали купаться в озере, оставшиеся взяли их одежды и ушли. Коварно покинутые, оставленные соплеменниками люди были этим так рассержены, что демонстративно не стали даже пытаться их догнать и остались жить в Мичоакане. Они намеренно изменили стиль одежды, язык и дали таким образом начало особому народу Мексики – тараскам. Так, в мифологизированных древнеацтекских исторических повествованиях ацтеки оказываются связанными вместе общими корнями с народом, с которым в действительности у них нет даже языковой общности, ибо языковая принадлежность тарасков до сих пор точно не определена. Как бы то ни было, именно тараски станут важнейшим военным и политическим противником ацтеков на их западных границах{458}.
С Мичоаканом связаны и другие варианты мифологизированных повествований о переселениях. Согласно одному из них, когда-то во время своих странствий ацтеки взяли в плен некую Малиналыпочитль. Когда они покидали Мичоакан, то оставили ее там: именно от Малиналыпочитль якобы и пошло население Мичоакана{459}.
Впрочем, согласно еще одной версии, Малиналыпочитль, слывшую «большой колдуньей», вопреки ее воле и желанию оставили там, где появился позднее город ее имени, Малиналько. Кстати, жители данного города, располагавшегося на юго-западе от Мексиканской долины, пользовались у древних ацтеков дурной славой колдунов{460}.
Следует обратить внимание на этот персонаж, поскольку с ним связана еще одна важная страница в мифологизированной древнеацтекской истории.
Оставив Мичоакан, ацтеки-переселенцы прибыли к северным границам Мексиканской долины и остановились в районе древнего тольтекского города Толлана (Тула). Древнеацтекские хроники сообщают, что настроение ацтекских переселенцев, вынужденных оставить столь благоприятный для жизни Мичоакан, было таково, что в любой момент мог возникнуть бунт и открытое неповиновение богу-водителю Уитсилопочтли. Чтобы снять напряжение, по прибытии в Толлан бог Уитсилопочтли приказал ацтекам перекрыть воды местной реки таким образом, чтобы образовалось озеро. Со временем в озере выросло много тростника, оно стало богато рыбой и птицей. Как утверждали древнеацтекские хроники, последовательно придерживающиеся официальной версии и идеологии, Уитсилопочтли приказал все это сделать для того, чтобы продемонстрировать своему избранному народу, что его ожидает, если он останется верен ему и будет беспрекословно подчиняться. Но окружающие красоты и изобилие были таковы, что, когда наступило время покидать это место, идти дальше, некоторые из ацтеков не захотели уходить. Бог Уитсилопочтли, не терпевший неповиновения, страшно разгневался и жесточайшим образом их наказал.
Однажды утром ацтеки, проснувшись, увидели, что те, кто особенно активно призывал остаться здесь, были мертвы, причем грудь каждого из них рассечена и из нее вынуто сердце. Как утверждала эта легенда, с тех пор якобы у ацтеков и существует этот жестокий обычай человеческих жертвоприношений. Подобным образом наказав строптивых, Уитсилопочтли приказал (как всегда через своих жрецов) снести сооруженную дамбу и продолжить путь. Испуганные ацтеки не посмели ослушаться бога и, выполнив его приказ, покинули окрестности Толлана{461}.
В период пребывания в Толлане, согласно древнеацтекским легендам и мифам, Уитсилопочтли напугал местных жителей: он якобы являлся перед ними «одетый в черное» и при этом «кричал из-под земли». Обеспокоенные толланцы спросили пришельцев-ацтеков, что бы это означало. Они отвечали, якобы следуя советам Уитсилопочтли, что это есть не что иное, как предзнаменование будущего господства ацтеков над всеми народами Мексики.
Покинув Толлан по приказу Уитсилопочтли, ацтеки продолжили свой путь дальше. Они сделали остановку в Сумпанго (Цумпанго) в год «2.тростник», где отметили очередной праздник «Нового огня» и начали отсчет следующего 52-летия. В год «8.тростник» они прибыли в Чапультепек, располагавшийся на западном побережье озера Тескоко, центра Мексиканской долины. Здесь находился холм и одноименный источник.
Очевидно, ацтеки поселились без разрешения тех, кому принадлежала территория, поэтому встретили враждебное к себе отношение. В такой ситуации ацтекам оставалось два пути – либо силой оружия отстаивать права на поселение, либо добиваться его, найдя покровительство, а точнее став данниками более сильных соседей. Оба эти пути были использованы ими, правда, в обратной последовательности.
В это время в Мексиканской долине шли междоусобные столкновения между разными ее центрами и этническими группами. Ацтеки стали наемниками одной из враждующих сторон и вскоре прославились как свирепые и беспощадные воины. Это обстоятельство еще более усилило ненависть к ним местных жителей, которые решили расправиться с ацтеками. Однажды, когда воины ушли в поход и в ацтекском поселении в Чапультепеке остались в основном старики, женщины и дети, они окружили их и взяли в плен. Деморализованные этим, ацтеки оказались разгромленными и фактически разделились на несколько групп. Небольшая группа ацтеков оказалась в подчинении народа, жившего в г. Колуакане. Именно с ней, сохранившей свою самобытность, и связана история этого народа. Означенное событие случилось в год «2.тростник», когда отмечался очередной праздник «Нового огня».
Для того чтобы стала понятна многозначительная символика, сопровождающая дальнейшие, во многом решающие события, необходимо вернуться к сюжету о Малинальшочитль, точнее продолжить ее. Пока ацтеки, оставив Малиналыночитль, продолжали миграцию (которая, как известно, закончилась остановкой в Чапультепеке), она якобы родила и вырастила сына по имени Копиль. Ему суждено было стать еще одной жертвой на пути утверждения ацтеков в Мексиканской долине. Повествование, связанное с образом Копиля, известно в нескольких вариантах, каждый из которых специфическими средствами мифа объясняет важные моменты в древнеацтекской истории и религиозной практике.
Согласно одному из них, когда Копилю стало известно, как дурно ацтеки поступили с его матерью, бросив ее, он решил отомстить. Узнав, что ацтеки окружены в Чапультепеке, Копиль поспешил туда, чтобы увидеть, как с ними будут расправляться их враги. Но, как учила официальная древнеацтекская религиозная идеология, ничего не происходило в судьбе ацтеков без воли и желания бога Уитсилопочтли. Он, как обычно, все предвидел и поэтому направил ацтеков прямо навстречу Копилю. Ацтеки схватили Копиля, принесли его в жертву, а извлеченное из груди сердце выбросили по совету бога далеко в озеро. Согласно мифу (или легенде), в том месте, где был убит Копиль, забили ключи, получившие название Аколпилько, «Вода Копиля»{462}.
По другой версии, не менее важной, Копиль не испытывал вражды к ацтекам, однако они захватили его в плен как вражеского воина-лазутчика. Перед тем как принести в жертву, они заставили его участвовать в ритуальном бою с ацтекскими воинами. Так у ацтеков появился еще один кровавый обряд, каким в будущем будет заканчиваться любой их военный поход – бои пленников с ацтекскими воинами{463}.
Ацтеки, попавшие под власть г. Колуакана, по приказанию правителя или вождя последнего поселились в месте, называемом Тисапан, «У меловой воды»-. Оно оказалось, как сообщают хроники, чрезвычайно неблагоприятным для жизни, так как буквально кишело змеями.
В это время колуа, жители Колуакана, вели борьбу с шочимильками, жившими на юге Мексиканской долины, в Шочимилко. Ни одна из сторон не желала признать над собой превосходство другой. Правитель Колуакана по имени Кошкоштли решил использовать ацтеков в борьбе с шичимильками. Пообещав ацтекам свободу, он якобы потребовал взамен 8000 пленников-шочимильков. Надеясь ослабить таким образом и самих ацтеков, Кошкоштли отправил их в поход на шочимильков, даже не обеспечив оружием. Однако ацтеки оказались находчивыми: они обожгли концы больших палок и использовали их в качестве оружия. Ацтеки, отличавшиеся смелостью и военным искусством, одержали победу и взяли в плен столько врагов, что не смогли их привести с собой. Тогда они отрезали по одному уху у каждого из них и в корзинах доставили в Колуакан (в знаменитом «Кодексе Ботурини» средствами пиктографики показана эта сцена). Данное событие сильно напугало колуаканцев, увидевших в нем дурное предзнаменование, знак того, что ацтеки станут скоро грозной и опасной силой. Кошкоштли дал им свободу и разрешил обосноваться в Мешикальтцинко, располагавшемся несколько севернее Колуакана.
В Мешикальтцинко ацтеки стали строить жилища, возделывать участки маисовых полей. Они сумели даже у нового правителя г. Колуакана, Ачитомитля, добиться разрешения торговать в его городе. Ацтеки, как говорили сильно мифологизированные, пропитанные легендами исторические хроники этого народа, полагали, что наконец закончились их долгие и трудные странствия и они достигли своей «земли обетованной». В действительности, однако, настоящая истина была сокрыта от народа и известна только богу Уитсилопочтли, который между тем приготовил для них очередное испытание. Поскольку на новом месте ему был построен храм, то он приказал ацтекам, как всегда через своих жрецов, попросить у правителя Ачитомитля дочь, с тем чтобы сделать ее своей жрицей и даже богиней. Ачитомитль очень любил свою дочь, но, прельстившись перспективой для нее обладать столь большой властью над ацтеками, дал свое согласие.
