Текст книги "Чужая война (СИ)"

Автор книги: Вадим Смольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 43 страниц)

Современные методы войны

И хотя гиперреалистичных снов больше не было, спал я нервно. Всю ночь мне казалось, что меня кто-то окружал, приближался из ночной тьмы, тянул в мою сторону свои потные ручонки…

В конце концов меня попросту разбудили какие-то крики снаружи. Не успел я протереть глаза, как в палатку ворвался Леон уже при параде, но явно тоже поднятый совсем недавно:

– Командующий, у нас проблема!

– Нас что, атакуют?

– Пока нет.

Не сильно беспокоясь о своём внешнем виде, я выскочил наружу, благо, моя палатка стояла на небольшой возвышенности, откуда кое-как была видна округа. Надо признать, округа была бы видна значительно лучше, не будь она занята почти целиком «лунными». Леон, вышедший следом, подтвердил, что это не моя персональная галлюцинация:

– Похоже, Галлен совершил ночной переход.

– И что ему только не спится? Может, он ещё и про обед забудет?

– Хорошая новость: Эльт за ночь нарыл вокруг лагеря кучу рвов, – оставив моё бурчание без внимания рассказал Леон.

Мне было известно продолжение этой «хорошей новости».

– Дайте-ка угадаю плохую: он и его бригада на ногах не стоят из-за усталости?

– Да…

– Увидите его, передайте мою искреннюю от всего сердца неблагодарность.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы наметить в голове план битвы. Никаких особых хитростей, уже было откровенно не до них. Нужно было действовать прямо сейчас. Пускай я и собирался проиграть, но сделаю это так, чтобы никто меня не смог упрекнуть в том, что «солнечные» поддавались.

– Леон, поднимайте наших. Эльта и его сонь на правый фланг, там на вид поспокойней будет. Ноктима на левый, судя по флагам, гвардия будет там. Остальных ко мне в центр. Я пошёл собираться, буду у себя.

Однако Леон не собирался исполнять обязанности вестового, а вдруг вспомнил, что он глаза, уши и, наверное, жопа короля и принялся спорить:

– Нас прижали с трёх сторон, и у противника достаточно сил, чтобы замкнуть круг, не лучше ли будет ослабить центр, но оставить кого-то в тылу?

Идея была неплохой, но хотел бы Галлен нас окружить – уже бы окружил. Не знаю, что он там задумал, но если не собирается атаковать со всех сторон сразу, то и пускай.

– У нас нет столько солдат, чтобы их так размазывать по окрестностям. Наш шанс – это отразить атаку в лоб и с флангов, а затем контратаковать на плечах бегущих.

– Но…

– Времени нет, отдайте распоряжения!

Сборы у меня не заняли много. Не потому что мне повезло родиться организованным и умным, а потому что у меня есть Миюми. Без неё я бы всю битву простоял, не зная за что хвататься в первую очередь: идти выбирать себе оружие, искать одежду и доспех, ждать Миюми или сделать всё самому.

С её же помощью «в полном обмундировании» я был уже через пятнадцать минут. Я выбрал себе в качестве оружия обычную саблю, отличающуюся от таковых у других солдат разве что качеством исполнения и мордой тигра на рукояти – похоже, для Рейланда Рора это было более чем просто шалостью. Увы, с доспехом дела обстояли значительно хуже. Если часть оружейной коллекции моего альтер эго сумела пережить этот безумный поход, то про одежду и тем более броню такого сказать никак не получалось. Миюми, это чистое золото, принявшее форму моей помощницы, конечно, подсуетилась и нашла какую-то замену, но именно что «какую-то». От прежнего лоска и шика не осталось ни следа.

Таким образом, я уже через двадцать минут находился в центре нашего построения, где пока – это ключевое слово – всё было спокойно. Полусонные солдаты выстроились в кривоватые шеренги и кто во что горазд ожидали начало боя: кто-то проверял снаряжение, кто-то пил, кто-то грыз сухари, кто-то молился.

Меж шеренг с грозным видом ходили капралы и сержанты, скорее создавая видимость контроля, нежели действительно его обеспечивая. Из знакомых лиц я разглядел только капитана Кая, который как раз что-то рапортовал Леону, остальных же знал весьма заочно.

– Ваша подзорная труба, командующий, – запыхавшись, передала мне прибор Миюми.

– Спасибо. Что бы я без тебя делал.

«Стоял бы и пытался смотреть на противника как есть», – таким был верный ответ. Из-за всей этой спешки я не забыл свою голову в палатке исключительно потому, что она пока – опять же ключевое слово – была неотделима от тела.

Даже отсюда были заметны приготовления противника к атаке, но какие-то странные и мне не до конца понятные. Обычно перед атакой строились клином или колоннами, но «лунные» стояли длинными шеренгами, что-то там манипулируя позади своих рядов. Это было лишено всякого здравого смысла, такое построение попросту развалилось, стоило ему пройти сотню метров. Гораздо эффективнее действовать по принципу «семеро на одного» – атаковать могучими кучками на узких участках.

– Не могу понять, что они там затевают! – сказал я, отлипая от подзорной трубы.

– Думают, как эффектнее сдаться? – саркастично предположил Леон.

Вот от кого-кого, а от него юмор был очень неожиданным. Ему удалось меня удивить не менее сильно, чем «лунным»:

– Граф, вы наконец встали с той ноги?

– Будет дождь, – одарив меня кислым взглядом, заметил Леон.

Мне не сразу удалось понять, что это не какое-то фигуральное выражение, а буквальное: небо и вправду было мрачновато. Кажется, даже вдалеке громыхнуло, однако понять, гром ли это или просто начало сражения, не представлялось возможным.

– Как, по-вашему, что они делают? – передавая ему трубу, спросил я, но, к моему удивлению, граф отказался.

– Понятия не имею, хотели бы атаковать, как вы говорили, уже бы атаковали.

Такой ответ меня не устраивал, потому что не был ответом.

– Тогда что они там делают? Не пришли же они сюда просто стоять!

– Может, им нравятся ваши истерики?

Мне захотелось ответить Леону его фирменным взглядом «я подозреваю каждый камень в измене», но меня отвлекли – прибыл вестовой в форме тридцать третьей бригады.

– Капитан Ноктим шлёт командующему свои наилучшие пожелания и просит сообщить, что противник катит пушки вперёд. Капитан просит указаний.

Это навело меня на интересную мысль, и я побыстрее снова приложил к глазу подзорную трубу. Присмотревшись, я смог заметить, что непонятные приготовления есть ничто иное, как подготовка к грядущему обстрелу, только чуть более неторопливая, нежели на нашем левом фланге.

– Эти паскуды катят на нас пушки! – воскликнул я раздосадованно и, кивнув вестовому, сказал. – Передайте капитану Ноктиму мою благодарность и лучшие пожелания. Скажите вести ответный огонь и действовать по обстоятельствам.

– У нас такой возможности не будет, – кисло заметил Леон, намекая на отсутствие пушек.

Я кивнул, показывая, что в курсе этого, спешно соображая, что же делать. Очень быстро мне на глаза попалась небольшая земляная насыпь впереди:

– Эльт что и здесь успел выкопать ров?

– Вроде бы, – растерянно ответил граф.

Меня такая неопределенность не устраивала, пришлось пойти посмотреть. Ров это напоминало мало, скорее очень неровную канаву. Впрочем, какое-никакое, но всё равно укрытие. Правда, вместить в него всех не вышло бы при всём желании.

Тут мне вспомнились мои сны. В них многое полезное можно было отыскать.

– Леон, помните мою речь в первый день?

– Не очень. Какую именно? – уточнил граф.

– Ту, которая касалась изменения карт местности. Так вот, пришло время её воплощать в реальность.

– Вы же не хотите…

Но меня было уже не остановить. Вскочив на ближайшую кочку, я крикнул:

– Солдаты! Противник подло собирается воспользоваться своим преимуществом в пушках и засыпать нас ядрами. Не позволим! Не дадим! Лопаты, кирки в зубы и вперед копать и углублять канаву! А для тех, кто будет плохо стараться и отлынивать, она станет могилой! Капитан Кай, проследите.

Когда я договорил, мне оставалось только поступить как наилучший руководитель: отойти в сторону и не мешать процессу. Глядя на происходящее, я понял, что шутка про то, что десять чернорабочих заменяют экскаватор, крайне далека от реальности – хватит и шестерых.

– Думаете, сработает? Не лучше ли было приберечь силы для атаки? – c неодобрением глядя на вкалывающих солдат, спросил граф.

– Если нас засыпят ядрами – силы нам уже не понадобятся.

– Как рытьё земли нам поможет? – подала голос Миюми, которая, судя по выражению лица, категорически не понимала, что здесь происходит.

– Посадим здесь репку. Здоровую такую, чтоб целыми семьями приходилось вытягивать! – ответил я весело. – А вон там, где сейчас «лунные», будет картошечка. После нашей атаки и землю удобрять не придётся…

Судя по кислым лицам всех присутствующих, мой юмор никто не оценил и причин закапываться в землю так и не понял. Помнится, до тех пор пока на Земле в боях не начали убивать стоящего пехотинца в считанные секунды, тоже к окопам прибегали исключительно по случаю осады.

Объяснять эти прописные истины было долго, да и смысла особого не имело, поэтому я решил потратить это время на то, чтобы ещё раз посмотреть на противника. Пока я разглядывал армию «лунных», мне пришло на ум сравнение с зоопарком.

Галлен собрал такой паноптикум из имевшихся у Тофхельма сил, что аналогия напрашивалась сама собой. Пухленькие интенданты, по которым сразу видно было, насколько хорошее у армии снабжение. Тощие, взъерошенные штабисты с неизменными кругами под глазами от постоянного недосыпания. Нервные, дёрганые логисты, которые на любой вопрос отвечали криком. Выдернутые со своих насиженных мест гарнизоны, явно страдающие лёгкой формой агорафобии. Ну и конечно же воспетые в легендах боевые прапорщики, которые были такими свирепыми, что их даже в плен не брали.

– Ваше хорошее настроение перед битвой это, конечно, прекрасно, командующий, но не следует ли предпринять определённые предосторожности? – тем временем поинтересовался нарочито спокойно Леон.

– Вы о колорадском жуке?

– О чём? – вытаращился на меня граф.

– Вредитель такой.

– Знаете, кто тут настоящий вредитель? – начал закипать Леон.

– Ну?

Я, увлекшись наблюдением, не видел, что там в районе расположения ушей короля происходило, но судя по заминке перед ответом графу потребовалось некоторое время, чтобы отлепить руку от лица.

– Забудьте, – вдруг его тон резко изменился. – Кстати, о реликвиях. Не лучше ли будет усилить их охрану?

– Неплохая идея, – согласился я. – Отправьте туда взвод солдат и…

– Так вы же уже, – неожиданно вмешалась Миюми.

– Что уже? – в этот момент, очень хорошо понимая каким будет ответ, я едва не упал.

Примерно аналогичные эмоции испытывал и Леон.

– Ну, пока я бегала, к вам пришёл солдат и сказал, что ему велено перенести реликвии в более безопасное место, – глядя то на меня, то на графа, рассказала девушка растерянно.

– Никто никого… – начал Леон.

– Это Кейл, – прерывая его, рассказал я осевшим голосом, понимая, какую ошибку допустил.

«Это же было во снах, один в один! Дважды! Вернее уже трижды!»

– Ой… – только и смогла сказать Миюми, осев на землю и начав реветь. – Я-я не х-хотела! Я не х…

Я бросил недобрый взгляд на Леона, который, похоже, был иного мнения. Мне не оставалось ничего, кроме как попробовать утешить её:

– Успокойся. Твоей вины в этом нет. Кейл бы заполучил реликвии… так или иначе.

Такой исход тоже был во снах. И тогда никакой жалостливый взгляд или общая милота его бы не остановила. Таким образом, уже не в первый раз общая наивность здорово выручала мою помощницу, защищая её лучше любого доспеха.

– Никому не слова о произошедшем, – сказал я, обращаясь не столько к Миюми, сколько к Леону.

– Думаю, солдаты сами узнают что происходит, когда «лунные»… – начал он, но, заметив гримасу раздражения на моём лице, прервался. – Мне что-то неизвестно?

– Ресс не имеет никакого отношения к «лунным». Они его считают таким же предателем, как и мы.

– Но-о…

Похоже, у Леона было по этому поводу множество вопросов, и судя по недоброму взгляду, не последний из них был о том, откуда мне всё это известно.

– Я всё объясню… – Прерывая меня, откуда-то слева, раздался отдалённый грохот, похоже, на нашем левом фланге уже начиналось. – После битвы.

Именно в момент, когда раздались первые взрывы, я понял, что не имею ни малейшего понятия, что делать дальше.

Проигрывать, как и собирался? Но ведь реликвии теперь у Кейла, и одним богам известно, что он сможет с их помощью натворить. Скорее всего, он решит осуществить свой план в урезанном виде: без гибели множества людей. У Ресса попросту не останется выбора, кроме как сделать так, ведь иначе он упустит свой единственный шанс на успех.

Побеждать? Но как, да и что потом? Нестись сломя голову к башне, надеясь догнать Кейла? Это означало дать ему возможность осуществить свой план в полной мере и устроить бойню.

Как это ни странно, но, похоже, именно второй вариант был моим единственным шансом. Пройти по кромке лезвия и остановить Кейла возле Саума – или полный триумф, или катастрофа, третьего было не дано. Правда, сначала нужно было победить «непобедимого» Галлена. Который, скорее всего, данное прозвище получил совсем не потому, что часто терпел поражения.

– Леон, мы меняем план битвы, – решительно заявил я, быстро оценивая обстановку.

– Зачем? – удивился Леон, начиная по привычке спорить.

– Затем, что мне пришло в голову, что наш старый план плохой. Уверен, здесь, посреди хаоса начинающегося сражения и плохих новостей, я смогу придумать что-то получше.

– И какой новый план? – фыркнул граф.

– Ещё не знаю, но поверьте мне на слово – он точно будет лучше старого.

– Командующий, вы…

– Такой молодец! – заметила фанатично, прервав графа, Миюми. – Не сдаётесь, несмотря ни на что!

– Спасибо, – умилился своей помощнице я.

***

– Это бесчестно! – воскликнула гневно и с презрением Ноа, врываясь к Галлену в палатку. – Вы меняете наши планы на ходу! В угоду своему самолюбию!

Прежде чем ответить, Галлен закончил что-то писать, вложил лист в небольшую книжку без обложки и, отложив её на край стола, сказал:

– С чего вы так решили, Кейтлетт, м?

– Думаете, я не знаю? Ха-ха! Вы узнали, что в мой авангард набились все ветераны! Этого вы испугались – что я преуспею!

– Вы очень высокого мнения о своей незначительной персоне… – фыркнул Анри.

– Да? Что ж вы меня так боитесь? Не потому ли…

Снаружи громыхнуло, затем ещё и ещё – похоже, пушки Рейланда тоже не молчали. Кейтлетт не могла не заметить, что Галлен при этом заметно дернулся, словно испугавшись.

– Это бесчестно! – повторила Ноа. – У нас преимущество: нас больше, мы атакуем, а вы собираетесь стрелять из пушек до вечера?

– Так вы выражаете мне свою благодарность? – насмешливо уточнил Анри. – Предпочитаете всё же возглавить атаку?

– Да! – решительно воскликнула Ноа.

– Возможно, в другой раз…

– Вы трус! – грубо перебив его, заявила Кейтлет. – Сидите здесь, почти в километре от битвы и…

– И всё равно побеждаю, – самоуверенно закончил за неё Галлен и презрительно объяснил: – ваш взгляд на ведение боевых действий, Ноа, как бы так сказать… устарел. Честь, отвага, храбрость – это всё давно в прошлом. Современные методы войны в них не нуждаются. Времена, когда поединки один на один что-то решали, давно уже прошли. Пора бы вам это понять и начать мыслить иными категориями. Стратегическими.

– Да, я наслышана о ваших категориях, – ответила на презрение презрением Кейтлетт. – Говорят, графу о потерях в отчётах вы заполняете ещё до начала битвы, записывая туда сразу треть своего личного состава.

Услышав это, Анри странно улыбнулся, снял свои очки и принялся протирать их краем френча:

– Знаете, Ноа, солдаты могут говорить всякое. Не станем же мы доверчиво слушать этот необразованный сброд?

Ноа встрепенулась от такого заявления.

– Мои солдаты – не сброд! И дело тут не в образованности!

– Может быть. Я в этом сомневаюсь. Как по мне, все они не стоят тех денег, что мы на них тратим. И тем не менее, несмотря на то, что там кто-то говорит – мои методы хоть и жестоки, но они работают.

– Просто у вас не было достойного соперника.

– У меня, в отличие от вас, нет никаких соперников, – ехидно объяснил Анри. – Есть только люди, которые стоят на пути и которых нужно с него убрать. Во благо моей страны. – Галлен надел очки и оправил френч, прежде чем продолжить. – Очень не советую оказываться у меня на пути, дочь писаря, иначе…

– Хватит! – не сдержавшись, Ноа со всего размаха влепила ему пощёчину.

Куда-то в угол полетели, разбившись, очки Анри, с его стола посыпались на пол бумаги, а голова командующего дёрнулась так, что он едва не повалился со стула.

– Вы пожалеете об этом… – прошипел Галлен, сжав зубы.

– Даже не надейтесь, – пренебрежительно фыркнула Кейтлетт.

Схватив перо и чистый лист, командующий размашисто что-то написал, а затем скрепил это печатью и вручил Ноа:

– Хотели атаковать? Вперёд. Прямо сейчас.

Взяв лист и бросив на его содержимое один короткий взгляд, Кейтлетт демонстративно пожала плечами и развернулась, собираясь выйти.

– И не рассчитывайте, что я прерву обстрел… – исходился ядом ей вслед Анри.

– Не собираюсь. Мне плевать. Я, в отличие от вас, старый петух, не шарахаюсь от каждого ядра, разорвавшегося в километре.

Сказав это и подумав о том, что чем бы всё ни закончилось, оно того стоило, Ноа вышла. Снаружи её поджидал Альт, ожидавший новостей. Только заметив командующую, он ойкнул и поспешил убраться с её пути.

– Ну как прошли переговоры? – осторожно спросил он, стараясь держаться на расстоянии.

– Я дала ему в морду и хочу повторить, – мечтательно закатывая глаза, ответила Кейтлетт. – А ещё мы идём в атаку.

– Когда?

– Прямо сейчас.

– Но там же… – Альт боязливо покосился в ту сторону, откуда ежесекундно слышались разрывы ядер.

– Да-да: пушки, взрывы, Рейланд Рор. Мне плевать!

– А Галлен?

– Он предпочитает делать записи в своём дневничке, а не воевать. ТРУС! – последнее было скорее выкрикнуто, нежели сказано.

Замечая косившихся на них немногочисленных обитателей лагеря, Альт скромно шаркнул ножкой:

– А мне что делать?

Ноа окинула его коротким взглядом и пренебрежительно отмахнулась:

– Можешь быть свободен.

Больше не задерживаясь, она решительным шагом направилась к своим солдатам, оставив адъютанта одного. Он чувствовал себя паршиво – наори на него Кейтлетт, ему бы не было так обидно, нежели от подобного пренебрежения.

***

Когда «лунные» начали настоящий обстрел, а не просто пристрелочные выстрелы, залегли мы все дружно, даже команды не потребовалось. Оно и неудивительно, мало кто видел на Играх нечто хотя бы отдалённо похожее. У противника было много пушек, очень много. И он все пустил в дело, засыпая мою армию отнюдь не чугунными шарами, тоже весьма опасными, а разрывными бомбами.

Если бы я мог в этот момент думать о чём-то, кроме боязни умереть, то признал бы, что солдаты постарались на славу: за такой короткий срок ров Эльта был углублён и расширен как минимум втрое. Конечно, не номер-люкс, но всё равно лучше, чем лежать в чистом поле и надеяться, что в тебя ничего не прилетит.

Увы, на настолько высшую нервную деятельность я был в этот момент не способен. Меня с головы до пят сковал животный страх, такой, что даже пошевелиться было нельзя. Когда вокруг настоящий ад, сложновато объяснить своему мозгу, что всё в порядке и это понарошку.

Хотелось сжаться в маленький комочек и не шевелиться, пока не придёт мама и не спасёт меня. С трудом мне удалось открыть один глаз, что позволило увидеть, что спасать меня некому – все вокруг находились примерно в аналогичном состоянии панического страха, и если бы не ежесекундно рвущиеся повсюду вокруг бомбы, давно бы побежали.

«Неужели всё закончится вот так? Галлен победил меня просто всухую!»

Вспомнив того напыщенного старика, я понял, что очень не хочу, чтобы он меня победил. Это будет позором посильнее, чем то происшествие с ксероксом и моим галстуком.

«Ну уж нет! Чтобы меня победил человек, который даже на поле боя боится сунуться?! НИ ЗА ЧТО!»

Решимость надрать кое-кому зад, даже если это не приведёт к победе, помогла мне прийти в себя. Ещё немало этому поспособствовало то, что обстрел начал затихать – пушки «лунных» не могли стрелять непрерывно дольше десяти минут, после этого требовалось дать стволам остыть. Я снова мог шевелиться и даже сумел бегло осмотреться и найти Леона, вжавшегося в землю рядом со мной:

– Граф, вы меня слышите?!

Ответа не последовало – похоже, он и вправду находился в аналогичном моему состоянии. Нужно было привести его в чувство.

– Леон, я знаю, вы не трус! Иначе бы вы доставляли мне вдвое меньше проблем! – Увы, это не сработало, тут требовалось что-то посильнее. – Леон, мы собираемся атаковать противника в полный рост, танцуя джигу-дрыгу и распевая песню: «А я любила его сильнее, чем тебя»! Немедленно.

На этот раз граф отреагировал: поднял голову, а на его лице медленно, словно на старой фотографии, проявилось выражение возмущения.

– Это безу… – начал он, но прервался на полуслове, поняв, где находится. – Что? Ох, кажется, отпустило! Спасибо!

– Понимаю, – кивнул я. – Нужно остальных тоже привести в чувство. Самое время для атаки.

Я указал вперёд, на пушки «лунных», которые как раз окончательно затихли, но ненадолго. Леон скептично посмотрел на остальных, которые не то что атаковать, но даже встать вряд ли смогли бы.

– Это безумие! – повторил он.

– Нет, это современная война! Захватим пушки и покажем «лунным», насколько приятно получать ядрами по голове.

– Нас расстреляют на подходе!

– Храбрых и глупых ядра не берут! – заявил я самоуверенно.

– А они в курсе?

– Кто?

– ЯДРА! – Леон в этот момент был одним большим возмущением, впрочем, имелся у него и иной довод «против». – И как вы собираетесь привести в чувство остальных?

– Есть одна идея! – я стал озираться в поисках Миюми.

Она свернулась комочком где-то у меня в ногах. Похоже, происходящее для неё было настоящим кошмаром наяву. Впрочем, так было для всех нормальных людей. Только полностью отмороженные социопаты вроде меня видели что-то нормальное в этом вот всём. Вообще сейчас мне нужна была исключительно дудка, но моя помощница ухватилась за нее так, словно от этого зависела её жизнь.

«Зачем я вообще потянул сюда это милое создание? Надо было отослать её обратно». Впрочем, жалеть об этом было уже как-то поздно.

– Миюми! Миюми!

Девушка никак не отреагировала на это. Мне уж подумалось, что её накрыло, но потом я заметил, что она жива, просто испугана донельзя.

– Миюми! Ты в порядке?!

Идиотский вопрос. Никто из находившихся здесь явно не был в порядке. Быть «в порядке» это вообще противоположное нашему состоянию.

– Ты мне очень нужна!

– Я-я-я не м-м-м-могу… – это были первые слова, и то сказаны они были сквозь дрожь и слёзы.

– Можешь и ещё как! – заявил я, пытаясь её приободрить. – Сейчас от тебя зависит исход всей битвы!

В ответ на это девушка сжалась ещё сильнее, намереваясь, похоже, коллапсировать в чёрную дыру.

– Мне не место здесь! – повторила она одними губами.

– Никому не место! И чтобы мы выбрались, ты должна протрубить!

– Не могу!

– Можешь! Если кто и может, то только ты!

– Почему?

– Потому что ты храбрая и добрая! Ты – мой лучик света в этом…

Совсем рядом разорвался снаряд: начинался второй раунд обстрела. Это заставило меня оборваться на полуслове и посильнее вжаться в землю. Удивительно, несмотря на взрыв, мой план сработал: Миюми медленно разогнулась и, приподнявшись, с выражением абсолютной решимости со всей силы дунула в трубу.

По полю боя разнёсся мерный низкий гул. Вскочив на ноги и взобравшись на земляную насыпь, я обернулся к солдатам:

– За Риверкросс! В атаку! Покажем этим трусам, как надо воевать!

Мне на секунду показалось, что всё зря, и сейчас меня просто прибьёт первой же бомбой, но затем случилось невероятное: они и вправду поднялись! Со всех сторон на ноги вставали перемазанные землей, все в пыли солдаты с выражением решимости на лицах.

– Вперёд!

– В атаку!

– За Рейланда Рора!

Бешено крича, мы понеслись сломя голову в атаку. Очень вовремя: как раз возобновился обстрел. Повсюду рвались снаряды, поднимая в воздух комья земли и людей, везде висела пыль вперемешку с дымом и гарью. Само поле преобразилось до неузнаваемости. Фактически это уже не было полем, да и равниной тоже. Обилие воронок всех форм и размеров скорее навевали мысли про лунный ландшафт. И сквозь этот ад мы упрямо бежали вперёд.

Постепенно взрывы остались позади. Похоже, «лунные» ещё не поняли, что происходит, и не успели перенацелить орудия. Это было хорошим знаком. Меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы по нам, то есть мне, вдарили картечью в упор. У меня была острая непереносимость маленьких кусочков железа – начиналась сыпь.

Дым закончился внезапно и без предупреждения: из-за отсутствия ветра он висел на одном месте, и стоило его покинуть, как видимость пришла практически в полную норму. Вражеские орудия стояли от нас метрах в пятидесяти, в основном без прикрытия – основные силы неприятеля поодаль. Кроме прислуги вокруг пушек едва ли набралось бы несколько сотен солдат. Этим надо было пользоваться!

С диким криком я и остальные за мной понеслись к орудиям. «Лунные» смотрели на нас словно на живых мертвецов. Похоже, они и подумать не могли, что под таким обстрелом кто-то мог не только уцелеть, но ещё и атаковать после этого. Пораскрывав рты от удивления, они смотрели на нас пару секунд, а затем, кинув оружие, бросились наутёк.

– К орудиям! К орудиям! – кричал я, срывая горло. – Разворачивайте их на «лунных»!

Впрочем, солдаты и без меня сами сообразили что надо делать. Сказался огромный опыт всех участвующих.

Не прошло и пары минут, а снаряды полетели уже по рядам стоящих вдалеке «лунных». Вот только у них рва, за которым можно укрыться, не было. И хотя точность и кучность огня оставляла желать лучшего, эффект был колоссальным! Ровные шеренги людей на ровной же местности – идеальная мишень, даже для не особо опытных стрелков.

То тут, то там солдаты «лунных», бросая всё, убегали прочь, тем самым дёргая соседей и образуя своеобразную человеческую паникующую лавину. Я даже не поверил своим глазам и приложился к подзорной трубе, которую зачем-то до сих пор таскал. Я убедился, что ряды «лунных» дрогнули. Оно и не мудрено, учитывая, кого тут собрали: гарнизоны, тыловики, остатки уже натерпевшихся рот, одним словом – антигвардия, худшие из худших.

– Неплохо вышло, а? – спросил я у Леона, но тот был несколько иного мнения.

– Не уверен. Наши потери…

Оглядевшись, я понял причину его скепсиса – до пушек добралась едва ли треть тех сил, что была у меня перед обстрелом. Потери были катастрофическими. Не факт, конечно, что все остальные погибли, часть наверняка просто убежала куда-то не туда. Я бы тоже с удовольствием убежал отсюда куда-нибудь не сюда.

– Да какая разница, если «лунные» бегут даже от такой небольшой кучки?

– Так что, мы победили? – восхищенная донельзя спросила Миюми, кажется, уже позабывшая о том, в каком аду находилась ещё несколькими минутами ранее.

– Но ещё нет, но… – начал я самоуверенно, и именно в этот момент неожиданно прозвучала незнакомая труба.

– Там! – указывая вдаль, без лишних эпитетов сказал Леон, хотя они все читались у него на лице.

Когда я тоже туда посмотрел через подзорную трубу, моё сердце пропустило несколько ударов.