Текст книги "Хозяйка лавки "Ядовитый плющ" (СИ)"

Автор книги: Тоня Рождественская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 41

Что ж, в нашем мире полно загадок. А В Кэлэрдайне их еще больше. Но основная сейчас – что задумал чертов маг, подбрасывая мне этот амулет. То есть, пардон, не подбрасывая, а… даже не знаю, как это правильно и назвать.

Но, по крайней мере, теперь становится понятно, зачем он вломился в лавку и устроил все это представление. Ему нужно было вырубить меня и причем сделать это так, чтобы не вызвать лишних подозрений. Не мог же он просто прийти и насильно нацепить на меня это дурацкое платье. Хотя… с него станется…

Так, ну и что тут у нас? Я хватаю щипцы и ловко выкладываю бусинку на маленькую серебристую тарелочку, а затем подношу ее к специальному алхимическому аппарату – Магиокулусу. Внешне это чем-то похоже на микроскоп, да и по сути отличается не слишком сильно. Но кроме банального увеличения, которое тут, кстати, делается едва-едва, в этой штуковине присутствуют еще и другие функции. Специальные стекла показывают разные спектры, позволяя точнее определить природу материала. И для людей, занимающихся медициной, алхимией или примитивной магией, этот прибор просто необходим.

– Видите? – говорю, рассматривая бусинку очередной линзой.

– Что именно?

– Это агат. Точнее красный агат.

– И что это значит? – непонимающе интересуется Адэртад.

– Красный агат – камень солнца, огня и крови. А еще это камень страсти. При правильном его применении, он способен разжигать огонь не только буквально, но и в физическом плане.

– То есть вы хотите сказать, что этот маленький камушек заставил нас… – эльф замолкает, словно не желая облекать произошедшее в словесную форму.

Да что с тобой происходит, инспектор? Прежде ты совершенно не выглядел скромняшкой…

– То, что он поспособствовал этому – безусловно.

– Способствовал?.. – тихо и задумчиво произносит эльф.

И я понимаю, что за мысли сейчас крутятся в его голове. Я и сама думаю об этом. Конечно, распалить страсть в двух совершенно ничего не испытывающих друг к другу существ – возможно. Да только процедура это трудная, долгая и весьма трудоемкая. И одним артефактом, тем более действующим столь непродолжительное время, тут не обойдешься. Так что камешек лишь усугубил то, что итак витало между нами. Причем витало столь явно, что потребовалось буквально полчаса, чтобы превратить мысленное в реальность.

– Но зачем Адэртаду понадобилось делать что-то такое? – удивленно спрашивает он.

– Если бы я знала!

– Может быть, он хотел разжечь в вас пламя, чтобы самому воспользоваться этим, так сказать, наваждением?

– Опять двадцать пять! – восклицаю я. – Сколько можно вам говорить – Ангрэм вовсе не испытывает ко мне ничего подобного! К тому же единственное, что он мог разжечь во мне по отношению к своей персоне, это непреодолимое желание огреть его чем-нибудь, да посильнее!

Ар-Фэйниэль молчит, но я буквально вижу по его лицу, что подобный ответ ему более чем приятен.

– Ну, допустим, – соглашается он через минуту. – Но не было же в его планах действительно сводить вас с кем-то? Или, постойте, может, он таким образом решил обезопасить себя. Ну… как бы… – эльф запинается, пытаясь облачить свои мысли в более приличную форму, и очень смешно добавляет наглядную презентацию руками. – Занять вас, что ли…

– Занять⁈ – вспыхиваю я.

Предположение, что вместо того, чтобы мешать волшебнику участвовать в городском соревновании алхимических магазинов, я буду безостановочно сношаться с кем-то, то еще! Хотя постойте-ка…

Я отрываюсь от Магиокулуса и снова склоняюсь над растворителем. Адэртад заинтересовано смотрит за тем, как я пробую разные методы, чтобы понять, что же еще скрывалось в этом подставном аксессуаре, ловко спрятанном в самом раздражающем наряде из вообще возможных.

– Ежки-макарешки! – восклицаю я. – А вы, кажется, правы!

– В смысле? – удивленно спрашивает он.

Похоже, свою теорию инспектор выдавал наобум.

– Видите эти разводы? – указываю я, и тот согласно кивает. – Это золото. Понимаете? Этот говнюк обогатил агат золотом!

– И что это значит?

– Это значит, что он вовсе не собирался вызывать во мне любовный приступ. Он хотел, чтобы я отдалась совсем другим порокам!

– В смысле? – снова повторяет инспектор, на сей раз уже более строго.

– Золото – коварный металл с большим магическим потенциалом. Оно прекрасно запоминает энергетику, которую может впитывать на протяжении долгих веков, и вбирает в себя весь негатив, который был совершен ради него.

– Если вы думаете, что мне стало понятнее, то, уверяю вас, это далеко не так.

– Золото может сводить с ума, из-за него гибли целые народы…

– И? – нетерпеливо вставляет эльф.

– Ну, а теперь представьте, что будет, если обогатить им камень огня, страсти и крови!

– Представил, – холодно констатирует Ар-Фэйниэль. – Но я по-прежнему в недоумении.

– Боже! – восклицаю я. – Что здесь непонятного⁈ Золото усугубляет эти свойства, перемешивая их в такой клубок, который негативно воздействует на владельца артефакта, вызывая в нем неконтролируемый приступ страсти. Но не физической, а душевной, понимаете? Ангрэм хотел, чтобы амулет заставил меня желать богатства, славы, признания и… не знаю, чего еще… только не в обыкновенном, нормальном виде, а гиперболизированном. То есть настолько извращенном, что это помешало бы мне мыслить здраво, и заставило совершать странные поступки.

– Например, кидаться на инспектора по особо важным вопросам? – бровь Ар-Фэйниэля вскидывается вверх.

– Что⁈ Да кто на вас вообще кидался⁈ – возмущенно восклицаю я.

Хотя надо признать этот его вид, пускай и в нелепой набедренной повязке настолько сексуален, что хоть сейчас сливки намазывай.

– И вообще, как вы меня слушаете? Я говорю вовсе не о физическом аспекте!

– Но все закончилось именно физическим аспектом!

Черт, а он прав…

– И я очень хочу знать, почему!

– Откуда мне знать почему! – огрызаюсь я. – Что-то пошло не так. Алхимия – наука не точная. Может быть неудачное заклинание, или плохой изначальный материал, или…

И тут я растерянно замолкаю, потому что стоит мне поднять взгляд, я понимаю, что теперь мы в лавке далеко не одни…

Глава 42

Итак, пришло время рассказать, как тут в Кэлэрдайне все устроено.

Ну, не все, конечно, а самое основное. А основное – это что? Правильно – криминал.

Вообще-то, фантастическое государство от государства вполне обыденного отличается достаточно мало. Ну да, на улицах тут можно встретить виверну или существо вообще мало опознаваемое, но это мелочи. В остальном тут все, как у всех. И крутятся тут тоже как везде. Неважно две у тебя руки или больше. Так что, разумеется, улицы города кишат всякими ушлыми дельцами, карманниками и прочим. И, разумеется, все эти толпы заинтересованных личностей должен кто-то контролировать…

Знаете, как говорят, даже в хаосе должен быть порядок. А в таком деле, как криминал, порядка должно быть больше, где вообще бы то ни было. И за такой вот порядок в городе отвечает господин Уозлигас Дуттрок. С недавних пор – Одухотворенный.

Эту кличку наш герой придумал себе сам. Ну, я, по крайней мере, в этом уверена. Потому что никому в здравом рассудке не придет идея назвать человека, самолично казнившего добрую сотню различных существ, одухотворенным. Пусть он трижды поэмы выпускает и на лютне наяривает. Но, былые разнузданные годы в прошлом (ага, щас), и теперь этот человек, а точнее кварк, прежде именуемый Топором, обзавелся не только жирком, но и светской атрибутикой. Теперь Уозлигас не размахивает своим топором направо и налево, но опаснее он от того вовсе не стал.

Пускай теперь кварк почтенный предприниматель и легальный бизнесмен, содержащий фабрики и винодельни, но каждый дурак знает, что кроме этих разрешенных действий, он когда-то являлся лидером небезызвестного «Союза трех» – самой влиятельной преступной группировки города, подчиняющей себе практически все структуры подпольного бизнеса. Хотя почему являлся? Вряд ли люди такого толка передают все делишки товарищам по несчастью и уходят на заслуженный покой. Нет, я уверена, что он по-прежнему во главе. И по-прежнему руководит всем сам. И когда я говорю всем. Я имею в виду – ВСЕМ. А не только попрошайками и гадалками.

«Союз трех» настолько влиятелен, что ни один важный вопрос в городе не обходится без их внимания или позволения. И пусть ни один аристократ или член городского совета никогда не признается в связях с данной корпорацией, но все они у Уозлигаса по веревочке ходят. И оттого морда этого типа все расширяется и расширяется.

А вот теперь внимание – вопрос. Несмотря на то, что Одухотворенный любитель высокого искусства (кто бы мог подумать!) «Союз трех» – название вовсе не поэтическое. Так кто же двое других, кто входил в верхушку данного синдиката? И отчего никто ничего не слышал о них уже приличное количество лет?

Я не просто так подняла эту тему, ведь у меня есть у меня несколько интересных предположеньец. Точнее теорий.

Для начала обратимся к небезызвестному нам Торонату Нинглорону, почившему столь недавно и запустившему своей преждевременной кончиной всю ту хрень, что в итоге со мной происходит.

Маленький лорд, некогда из знатной, но достаточно небогатой семьи, который, впрочем, очень выгодно женился. И все-таки как этот пускай и неглупый мужчина умудрился разжиться до такой степени, чтобы стать в городе чуть ли не вторым после непосредственно самого короля? Магия, да и только. Хотя, погодите, связи с преступностью, наверное, называются немного иначе…

Так что если Торонат и есть этот самый номер два? Вовремя скооперировавшийся с известным, но на тот момент не столь уж влиятельным бандюганом города и образовавший взаимовыгодный и плодотворный союз, позволивший обоим достичь того, к чему они, собственно, и стремились?

Это объяснило бы не только неожиданное возвышение самого Нинглорона, но и то как Топор из отъявленного преступника, чья судьба должна была закончиться на каторге или в яме, превратился во вполне благочестивого предпринимателя, любителя театра и картин, со стороны почти что безгрешного. И объяснило бы, почему на сладах члена городского совета хранятся неучтенные ящики с «Фейским наслаждением». Ведь даже если член городского совета и покинул руководящий пост в «Союзе трех», старые связи подобного рода просто так сами собой не обрываются. Старые обиды, впрочем, тоже. И, видимо, между двумя председателями этой «фирмы» что-то не задалось… Раз уж Уозлигас решил, что бывший коллега по цеху больше для него интереса не представляет…

Ну, а теперь, самое интересное.

Совсем не удивительно, что именно «Союз трех», а точнее Уозлигас, занимается поставкой и контролем всяких веществ, запрещенных законодательством. А, учитывая размах амбиций и в каком-то плане творческую составляющую нашего кварка, нет ничего удивительного в том, что он собрался не только поставлять, но и создавать данную продукцию. Но!

Каким бы отличным предпринимателем не был Топор, ни ученым, ни магом, ни тем более алхимиком он не является. А значит для создания «Фейского наслаждения» ему нужен был тот, кто им был. Или тот, кто имел что-то, способное заменить такого человека. Что-то по типу кристалла превращений.

У «Союза трех» явно был этот «кто-то», раз они умудрились не только поставить его производство на поток, но и сделать так, что его запасов хватило на долгие годы. И, разумеется, такой персонаж не мог быть простым подручным, потому что обладание подобным артефактом уже превозносит его хозяина до вполне приличных высот. Например таких, как третий полноправный лидер группировки.

И однажды этот «третий» пропал. А вместе с ним пропало и то, что было основой нелегального бизнеса, приносящего своему руководителю баснословные деньги. И, разумеется, это вряд ли обрадовало Уозлигаса. И, разумеется, Топор подобных обид не прощает.

И вот тут я особенно напряжена…

А кто у нас являлся алхимиком, и у кого был тот самый артефакт, способный сотворить из никому ненужной фигни что-то стоимостью в половину Кэлэрдайна? И кто этот «кто-то», что долгие годы прятался в портовом районе, держа маленькую лавчонку, никуда не вылезая и стараясь быть ниже травы, тише воды? И кто относительно недавно пытался сбежать, опасаясь преследований?

И кому это, похоже, все-таки удалось, раз он сейчас стоит прямо напротив меня?

Глава 43

Так, картина Репина «Приплыли»…

Это у меня из-за дурацких амулетов галлюцинации, или я растворителем надышалась? В любом случае что-то явно не то, потому что мне кажется, что в проеме двери моей лавки стоит ее бывший владелец… Только разве он не почил приличное время назад?

Вижу лишь край точеного профиля Ар-Фэйниэля, но отчего то мне думается, что эльф тоже озадачен. Ведь это его доблестное подразделение, а может быть и даже он сам констатировали смерть Крибсона Боргха.

Но вот он, стоит тут, живой и здоровый, и, как в классике, даже весьма упитанный.

– Что ты тут такое устроила, Эйн? – басит орк, чей голос эхом разносится по «Ядовитому плющу».

– Я устроила⁇!! – восклицаю весьма экспрессивно.

Он же шутит? В смысле разве это не он оставил мне кучу интересных сюрпризов, из-за которых меня раз десять чуть не порешили? И ни слова не обмолвился о том, что именно прячет в своей ловушке. «Побудь хозяйкой всего этого бедлама, Эйн! И попробуй не окочурится, пока я прохлаждаюсь где-то в сторонке…»

Мой зеленоватый босс делает пару здоровых шагов, снимая на ходу капюшон, и Шикси, до этого сидящий рядом со мной вдруг с срывается с места, быстро оказываясь рядом с бывшим хозяином. Ящерка возбужденно вьется вокруг него, нарезая круги, и становится очевидно, что это внезапное явление вовсе не иллюзия и даже не мои нездоровые галлюцинации. Ведь очевидно, что питомец лавки признал посетителя. И даже кажется – соскучился по нему.

– Я думал, на тебя можно положиться, Эйн, – говорит Крибсон Боргх, ловко подхватывая Шикси одной рукой, и позволяя ему забраться к нему на плечо.

Огромная спина орка отлично подходит для того, чтобы устроиться на ней, как на своеобразном плацдарме, так что раньше ящер частенько воссиживал там, пока хозяин делал что-то не слишком серьезное. Конечно, учитывая габариты Шикси, со мной подобное ему было бы не провернуть, а вот фигура зеленокожего позволяет развалиться там чуть ли не с комфортом.

Так странно, я много раз видела, как ящер крутится вокруг орка, но сейчас чувствую необъяснимый укол ревности. Я уже так привыкла к мысли, что и лавка, и ее маленький жилец – только мои, мои навсегда, что это неожиданное возвращение воспринимается, как реальная утрата.

– Я тоже думала, что на вас можно положиться, – говорю с некоторой долей обиды. – Не ожидала, что вы так запросто можете подставить меня.

Орк кажется немного растерянным. С его грубыми чертами это выглядит немного комично, этакая громадина в непонятках. Он разводит руками и пожимает плечами.

– Это получилось случайно…

– Случайно? – вздергиваю я бровь. – Случайно не рассказали мне, что за вами гоняются все бандиты города? И что гоняются они не только за вами, но и за кристаллом превращений? И что ради этого кристалла они по головам пойдут?

– Не думал, что они полезут в лавку, – чешет он затылок.

– Ну так они полезли. И даже не один раз.

– Косяк, – соглашается Крибсон Боргх.

Косяк⁈ Это еще слабо сказано!

– А еще было бы неплохо, если бы вы рассказали, что имели некие связи с Уозлигасом Дуттроком, – добавляю я едко.

Орк тут же ощетинивается. Добродушное обычно лицо каменеет и даже черты как будто становятся слегка острее. Вот теперь и правда похоже на то, что бывший босс не обычный скромный лавочник, а кто-то входивший некогда в небезызвестную бандитскую группировку.

– О чем ты? – спрашивает он низко.

Но поздно играть святую простоту, эта реакция ответила лучше любых слов.

– О том, что я знаю, откуда у вас этот артефакт. И почему вас искали люди Топора.

Крибсон Боргх молчит, неотрывно глядя мне в лицо. Немного неуютно, стоит признать, и все-таки сдаваться я не намерена.

– Только не понимаю, как это они не нашли вас значительно раньше, учитывая ЧТО вы у него забрали. В портовом районе, конечно, легко затеряться. И все-таки это не другой город или континент…

Разум эльфа работает быстро, и «два и два» он складывает превосходно, так что кажется Адэртад начинает понимать, к чему я веду. Потому что его фигура вдруг словно вытягивается и та самая горделивая стать весьма уважаемого инспектора, которая обычно первая входит в комнату, тут же наползает на его прежде относительно расслабленную фигуру.

– Похоже, мне стоит арестовать вас за ваши махинации… – говорит Ар-Фэйниэль, чуть склоняя голову вбок.

– Ты бы штаны сначала надел, – бухтит орк, немного презрительно оглядывая обнаженную фигуру эльфа с залихватски повязанным на бедрах бабушкиным платком.

В подобной ситуации кто угодно бы почувствовал себя неловко. Я вот тут же покрываюсь румянцем, хотя про мой оголенный тыл еще не было ни слова. Но Адэртад таким стеснением не страдает. Как ни в чем не бывало он продолжает, не выдавая ни единого признака волнения.

– Я и без штанов отлично справлюсь.

Пресвятые угодники, я бы на такое посмотрела! Но, к сожалению, сейчас не самое лучше время для подобного шоу. Ведь есть вещи немного поважнее. Наш договор с бывшим боссом звучал так, что я становлюсь хозяйкой лавки лишь на время его отсутствия, но, если Крибсон Боргх вернулся, значит я больше не владелица «Ядовитого плюща»?

– Как вам удалось всех обмануть? – спрашивает Ар-Фэйниэль. – Вашу гибель достаточно легко констатировали по многочисленным признакам. Опрос свидетелей подтвердил личность, а…

– Так какой смысл умирать, если никто не может это подтвердить? – хмыкает орк. – Мне нужно было исчезнуть, но так, чтобы Топор не продолжал искать. А он, несмотря на свой внешний вид, плохим зрением не страдает…

– Ну, предположим, вы наложили на чужой труп иллюзию, но она бы развеялась за пару часов, однако насколько я знаю никто не обнаружил никаких несоответствий.

– Только дурак станет накладывать иллюзию на труп, – со знанием дела отвечает Крибсон Боргх. Магия на неживой материи, ранее бывшей живой, работает из рук вон плохо.

– Это по-прежнему не отвечает на мой вопрос… – недовольно цедит Адэртад.

– А вот это отвечает? – спрашивает орк, указывая толстым пальцем на кристалл превращений.

Глава 44

Итак, что мы имеем?

Номер один. Мой босс, который вроде как умер – не умер.

Номер два. Мой босс, который вроде как обычный продавец – не обычный продавец.

Номер три. Кристалл превращений, который вроде как не может изменять живую структуру – может…

И кому в этом мире можно верить⁈ Я вот тоже ни разу не фея. Но это было бы самое мелкое из всех открытий…

– О чем это вы⁈ – восклицаю весьма изумленно.

Все-таки этот намек на то, что все жизненные устои это так, кое-что на постном масле немного оскорбительны…

Крибсон Боргх устало пожимает плечами и грузно подходит ближе.

– Разве кристалл можно использовать на живых существах?

– Вообще-то, нет, – отвечает орк. – Но…

Есть нюанс. Ага-ага, слышали…

– Вопрос в том, что за существо, – продолжает тот.

– Ну, вот такое, – отзывается Адэртад саркастически, указывая на Крибсона Боргха, – Волосатое и немного смердящее, подходит?

Тут надо признать, что эльфы в принципе считают себя выше, в смысле лучше, всех остальных. Так что это легкое пренебрежение к расам, так сказать, более примитивным в их глазах, вещь достаточно распространенная и свойственная не только зазнавшимся стражам порядка.

– Такое не совсем, – нисколько не обидевшись отвечает зеленокожий. – А вот такое, – и его толстый палец упирается в Шикси. – Вполне.

– Что⁈ – в очередной раз восклицаю я.

Я вообще что-то начинаю напоминать какую-то девицу из дешевых латинских сериалов. Потому что вместо чего-то путного только пучу глаза и выдаю односложные эмоциональные реплики. Пора заканчивать. Однако заявление бывшего хозяина лавки что-то уж слишком волнующее.

– Причем здесь Шикси? – спрашиваю непонимающе, хотя в голове тут же всплывает та самая картина со светящимся боком моего питомца.

– Вот именно, причем здесь ящерица? – поддакивает эльф, только в отличие от меня весьма недовольно. – Мы говорили о том, как вам удалось сделать так, что труп в канале приняли за вас!

Инспектор – всегда инспектор. Мне тоже интересно, как босс умудрился провернуть такую штуку, и все-таки вопрос с Шикси стоит несколько острее. А Ар-Фэйниэль любой диалог использует, чтобы расследовать свое дело.

– На себе я его не использовал, – поясняет Крибсон Боргх. – Точнее не использовал напрямую.

– Так, – откровенно злится Адэртад. – Говорите точнее. И по порядку! Или клянусь святым древом Миэтэля, я сейчас же отправлю вас куда следует.

– Вот так, – изгибает орк бровь. – В чем мать родила?

– Вот так, – нисколечко не смутившись, подтверждает тот. – К тому же мне идет…

Ого, Адэртад, это что ли была шутка? Ты так умеешь? Эта уверенная ирония тебе точно идет. Хотя… надо сказать, я уже привыкаю к такому странному «луку», и мне тоже начинает казаться, что бабушкина шаль тебе к… хм-хм… лицу…

– По порядку? – переспрашивает орк.

Кажется, угроза Ар-Фэйниэля звучала весьма правдиво, ведь с моего бывшего босса тут же слетает вся показная прыть. Оно и понятно, светиться ему совершенно не нужно, а появление зеленокожего в местах не слишком отдаленных явно наделает определенного шума. И вряд ли Топор уже успокоился настолько, что позабыл о том, что искал бывшего товарища.

– По порядку, – подтверждает эльф, спокойно и размеренно, но в голосе его явно слышатся нотки победителя.

Да, Адэртад, ты явно умеешь получать то, что хочешь…

Ууух, от этой мысли по моему в основной массе оголенному телу пробегает легкий ток, заставляя встрепенуться. Я не виновата, что эта наглая морда вызывает во мне такую реакцию. Честное слово, моя бы воля, и я вовсе на него не посмотрела. Но это получается само собой. Будто связь, которую не видно, но которую ощущаешь всем телом. И бесит и будоражит одновременно. Но больше бесит. Наверное…

Кстати пора бы заканчивать расхаживать по лавке в виде девиц из фильмов после полуночи. Не хватало, чтобы бывший босс в своих «шуточках» перекинулся с эльфа на меня. Если того его положение не смущает, то меня все-таки немного. Пускай я и фея в каком-то роде, но сверкать голой жо… телесами перед Крибсоном Боргхом у меня нет никакого желания.

Так что я ненадолго исчезаю, но эти двое так увлечены разговором, что вряд ли вообще заметили мое отсутствие. К тому же видимо это «по порядку» началось с такой дали, что когда я возвращаюсь, снова вполне прилично (по фейским меркам, разумеется) одетая, оказывается, что ничего супер важного я не пропустила.

– Я не хотел быть завязан в этом, – говорит орк. – Одно дело рэкет или грабежи, но «фейское наслаждение»… это плохая штука.

Ну да, подумаешь рэкет и грабежи! Ой, бандиты такие бандиты, конечно! И все-таки я понимаю, о чем он. Ничего хорошего от этого вещества не жди.

– И тогда мы решили, что нужно валить. Я и Никмус. Мы забрали кристалл превращений, чтобы Топор не мог больше создавать это. Нам нужно было скрыться и побыстрее, но у Топора везде уши и глаза. Иллюзии слишком недолгие и дорогие, а нам нужно было что-то, чтобы спрятало нас на достаточно большой срок. Настолько надолго, чтобы «Союз» перестал искать. И тогда мы решили воспользоваться им…

Орк указывает на камень, лежащий перед ним на столе.

– Мы знали, что его нельзя использовать на живых объектах. Также как и на смесях, вроде эликсиров и мазей. Ведь органика разных материалов, смешанная воедино, изменяя свою структуру, может дать совершенно неожиданный результат. Но у нас не было выбора, а из зол обычно выбирают меньшее. И тогда мы все-таки решили попробовать изменить сущность не вещества, а целой готовой субстанции…

– Вы изменили зелье превращений! – догадываюсь я. – Сделали что-то, что может изменить внешность на долгое время?

Да, зелья превращений итак существуют, но только действуют они крайне нестабильно и очень короткое время. Короче настолько фигово, что проблем от них гораздо больше, чем пользы, так что этой дрянью даже мошенники не пользуются, обходясь чем-нибудь более проверенным. Но что если довести такое средство до ума? Оно могло бы помочь решить многие проблемы…

Крибсон Боргх смотрит на меня с легкой гордостью, как учитель, который глядит на ученика, добившегося в его предмете определенных высот, и кивает.

– Именно. Мы применили кристалл на зелье, и оно действительно сработало. Только сработало немного не так…