Текст книги "Греческое искушение (ЛП)"

Автор книги: Тина Фолсом

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 31

Инородные ощущения, захлестывающие ее тело, были невыносимы. Все, что могла сделать Пенни, – вцепиться в единственное, что казалось твердым и надежным во время этого полета сквозь темноту: в Гермеса. Она крепко обхватила его за спину, стараясь игнорировать чувство невесомости, которое, хоть и не было неприятным, лишало ее всякого контроля. А она никогда не любила терять контроль над своим телом, чувствами или собой.

– Открой глаза, Пенни, – его успокаивающий голос донесся до ее слуха.

Только сейчас она осознала, что закрыла глаза, и поспешно открыла их, привыкая к новому окружению. Она втянула носом воздух. Запах машинного масла стоял сильный и неприятный.

– Где мы?

Она заглянула за плечо Гермеса и заметила огромный промышленный котел.

Он отпустил ее и указал на стену позади.

– Вход в Аид находится за этой стеной.

– Это вход в подземное царство Аида? – скептически переспросила она.

– Один из многих. Есть и другие, расположенные не только в казино вроде этого, но и в «Макдоналдсе», «Диснейленде» и, не забывай, о Конгрессе: главный вход находится в здании Капитолия.

Ее рот раскрылся от удивления, пока она пыталась переварить эту информацию. Пенни посмотрела на стену в поисках двери или проема, но ничего не обнаружила.

– Но как же мы попадем в подземный мир отсюда? Я не вижу двери.

Он усмехнулся.

– Просто пройдем сквозь нее. Пошли.

Пенни взяла его протянутую руку, но не смогла скрыть сомнения.

– Ты уверен?

– Я делал это миллион раз.

Он подвел ее ближе и сделал шаг вперед. Его нога исчезла в стене, словно та была лишь оптической иллюзией.

– Теперь ты, – скомандовал он, потянув ее за руку.

Не решаясь, она шагнула вперед, погрузив ногу в стену. Сопротивления не было. Ее ступня исчезла так же, как и у Гермеса, хотя она по-прежнему ее чувствовала. Чтобы убедиться, она вытащила ногу обратно, и та оказалась цела и невредима.

– Боже мой! Это потрясающе! – воскликнула она, глядя на Гермеса. – Но разве это не значит, что любой может просто так туда попасть?

Он покачал головой.

– Только если ты мертвая душа или в сопровождении бога. Для всех остальных стена остается твердой.

Охваченная любопытством, она сделала еще шаг, и через мгновение они с Гермесом преодолели стену, оказавшись по ту сторону. Увиденное заставило ее отпрянуть. Но Гермес крепко держал ее за руку и не дал убежать.

– Ты же сказал, что я не сгорю! – она указала на пылающую реку перед ними.

– Это просто пиар! Аид обожает кровь и ужасы. Он считает, что горящая река у входа добавляет месту колорита. Это ненастоящее, – заверил ее Гермес.

– Меня-то ты убедил, – сухо ответила она, все еще не двигаясь. – От этой штуки жарко. Я чувствую тепло отсюда.

Гермес рассмеялся и указал на огонь.

– Это вентиляционные отверстия, направляющие на нас горячий воздух, чтобы иллюзия казалась реальной.

Пенни покачала головой, все еще не веря своим глазам.

– Все это так нереально.

Он потянул ее за руку и повел к огненной реке.

– Реальность относительна. – С ободряющей улыбкой он подвел ее к самому пламени, затем просто шагнул в него, как до этого в стену, увлекая ее за собой.

Никакие языки пламени не лизали ее тело, жар не опалил кожу. К тому моменту, как ее мозг осознал этот факт, они уже были на другом берегу.

– Река Стикс, – объявил Гермес, взмахом руки указав на бурный поток.

Куда хватало глаз, вдоль берега стояли в длинных очередях люди. Десятки, если не сотни тысяч. Они выглядели несчастными и растерянными. Плеск в воде привлек ее внимание. Она несколько раз моргнула, чтобы убедиться, что ей не кажется, но видела правильно: лица, искаженные страданием, боролись за то, чтобы остаться на поверхности.

– Боже мой, – в страхе прошептала Пенни.

– А, да, те, что в воде, – самые нетерпеливые. Не смогли дождаться своей очереди на переправе, – пояснил Гермес, указывая на длинную очередь.

– Но они же тонут. Смотри! – она указала на души, проигрывавшие битву с бурной рекой.

– В подземном мире никто не может умереть по-настоящему, хотя те, кто тонет в реке, становятся рабами-гребцами.

Она ахнула.

– Для чего?

Гермес указал на начало длинной очереди, где был пришвартован паром.

– Они будут вечно грести на галере, перевозя другие души.

Она прищурилась и теперь разглядела прорези на нижней палубе, из которых торчали длинные весла. В тот же момент она заметила на их стороне реки торговцев, продающих мороженое, чуррос и другие закуски.

– Чем они платят за еду или, собственно, за переправу? В мифах говорится о плате за пересечение.

Гермес улыбнулся.

– Верно. Мы принимаем визу и мастеркард.

– Но это же души мертвых. Они не могут взять с собой кредитные карты. И даже если бы могли, их родные наверняка уже заблокировали счета.

Он одобрительно кивнул, оценив ее сообразительность.

– И да, и нет. Есть льготный период. Пока их смертное тело не предано земле или огню, они могут использовать любые средства, которыми владели при жизни. По прибытии сюда им выдают виртуальную кредитную карту, но она исчезает в тот же миг, как тело хоронят или кремируют. Так что время дорого.

– А что случится, если они не успеют переправиться вовремя?

– Они застрянут на этом берегу реки.

Она огляделась.

– Выглядит не так уж плохо. Еда есть. – Она вытянула шею. – Это что, бар?

– Да, но помни, что платить им будет уже нечем. На той стороне Стикса все их нужды удовлетворяются бесплатно.

– О нет, что же будет с теми, у кого кончатся деньги и кто не сможет пересечься?

– Они присоединятся к рабам-гребцам на пароме…

– …и будут работать веслами вечность, – закончила она его мысль, и до нее дошло.

Гермес взял ее за руку.

– А теперь навестим Аида.

Он снова заключил ее в объятия, и через секунду земля ушла из-под ног, а ее саму подняло высоко в воздух. Это отличалось от их прежнего телепорта. Движений было меньше, она чувствовала себя устойчивее, несмотря на осознание, что они парят в нескольких футах над землей. Пенни держала глаза открытыми, не желая ничего упустить. Черт возьми, она летела! Вернее, летел Гермес, а она вцепилась в него, как в спасательный круг.

Страх понемногу рассеивался, и его место занимало другое чувство – волнение. Она действительно в подземном царстве Аида! Она в месте, где никогда не бывала живая душа. Как профессор греческой мифологии, она не могла не оценить этого, несмотря на странные обстоятельства, которые привели ее сюда. Наконец-то, она воочию увидела то, о чем прежде лишь читала в книгах. Увидела то, о чем другие в ее области науки могли только мечтать.

Пенни водила глазами по сторонам, пока Гермес безопасно опускал их на противоположный берег. Вдалеке она различила большой темный средневековый замок. Она указала на него.

– Это дворец Аида?

– Довольно вычурно, не правда ли?

– Хотя в некотором роде именно таким я его и представляла. Ну знаешь, мрачный, зловещий…

– Чтобы Аид этого не услышал, – перебил он, ведя ее по тропинке к замку. – Он не считает себя злым. И он таковым не является. Но должен поддерживать репутацию.

Она искоса взглянула на него.

– Репутацию?

– Да. Ради сохранения мира на земле он должен позволять всем верить, что подземный мир – ужасное место. Время от времени он посылает одного из своих приспешников в мир смертных, чтобы те распространяли лживые слухи, поддерживая веру в то, что здесь адски плохо. Потому что если станет известно, что тут не так уж скверно, какой тогда будет сдерживающий фактор для ужасных преступлений?

– О! – Тогда она кое-что вспомнила. – Но что насчет Персефоны? Он же похитил ее и заставляет жить здесь полгода.

– А, да, это! – Гермес потер шею. – Лучше не упоминай об этом при Аиде.

– Почему?

– Потому что на самом деле все было не так, как думают смертные. Это Персефона влюбилась в Аида и хитростью заставила его жениться на себе. Он постоянно пытается от нее избавиться, и она на время уезжает, но потом пробирается обратно и соблазняет его, чтобы он позволил ей остаться. Видимо, секс у них что надо. Но Аид не моногамен. Никогда таким не был и не будет. Поэтому он и не хотел жениться на Персефоне.

Неверие охватило ее.

– Ты не можешь говорить это серьезно. Во всех мифологических книгах все переврано?

Гермес кивнул.

– Ага. – Затем подмигнул. – Неплохая тема для новой захватывающей книги, да?

Она почувствовала, как краснеет, потому что только что подумала об этом же.

– Ты же знаешь, я никогда не смогу об этом написать. Никто не поверит.

– Не узнаешь, пока не попробуешь.

– Ты что, серьезно предлагаешь мне написать об этом?

Он улыбнулся ей, и глаза его заблестели.

– Лучше, чтобы ты писала об Аиде, чем о моих сандалиях.

Она быстро отвела взгляд, и чувство вины снова защемило сердце.

– Мне жаль, что я это сделала. Я не хотела причинить все эти…

Его ладонь на ее предплечье остановила ее.

– Мы поговорим об этом позже.

Не успела она кивнуть, как они оказались перед массивной дверью из железа и дерева. Гермес ударил молотком по скобе, чтобы известить обитателей замка о своем прибытии.

Лакей в черном одеянии с красной подкладкой почти мгновенно распахнул дверь.

– Гермес? Мы вас не ждали.

– Знаю, Феликс. Можешь передать Аиду, что мне нужно его видеть?

Феликс приподнял бровь.

– Он не в духе.

– Это важно.

Феликс тяжело вздохнул, затем повернулся и жестом пригласил их следовать за собой по темному коридору, пока тот не вывел в просторный атриум. Пенни подняла глаза. Над ней сияли луна и звезды.

– Ждите здесь, – распорядился Феликс и скрылся за одной из дверей.

Гермес тронул ее, указывая вверх на стеклянный потолок атриума.

– Еще одна иллюзия. Мы под землей, так что то, что ты видишь, – не настоящая луна. Довольно реалистично, правда?

– Здесь есть что-нибудь настоящее?

– Да. Я настоящий! – мужской голос раздался у нее за спиной.

Она вскрикнула и крутанулась на каблуках. Рот ее раскрылся от изумления. Перед ней стоял человек, которого она могла предположить только Аидом, хотя выглядел он совсем не так, как она представляла. В его внешности не было ничего уродливого или зловещего. Он был высоким и статным, с темно-каштановыми волнистыми волосами, голубыми глазами и резко очерченным подбородком. На нем был шелковый халат поверх обтягивающих черных кожаных штанов, обнажавший мускулистую грудь, покрытую темными волосами. Это Аид, владыка подземного мира?

– О-о-о, выглядит аппетитно, – сказал Аид, усмехаясь Гермесу, и сделал шаг в ее сторону.

У Пенни перехватило дыхание, но прежде чем она успела что-то ответить, Гермес толкнул её за спину, преградив путь Аиду.

Глава 32

– Аид, прости за беспокойство, – сквозь стиснутые зубы выдавил Гермес.

Он видел этот взгляд в глазах Аида прежде. И Гермесу он не нравился ни капли. Потому что этот взгляд говорил, что дядя попытается завладеть Пенни при первой же возможности, едва он отвернется.

– О, никакого беспокойства, – ответил Аид, заглядывая за его спину на Пенни. – Полагаю, ты принес мне подарок, чтобы загладить нашу прошлую размолвку? – Дядя облизнул губы.

– Боюсь, я без подарков. – Он притянул Пенни к себе. – Я здесь, чтобы попросить об одолжении. Нам с Пенни нужна твоя помощь.

Аид насмешливо приподнял бровь.

– Пенни? То есть это та самая восхитительная смертная, что украла твои сандалии? – Он присвистнул, затем опустил взгляд на ноги Гермеса. – Которые, как я вижу, ты вернул. Тогда зачем тебе моя помощь?

– Боюсь, Зевс слегка раздражен и не в силах обуздать свой гнев.

Аид усмехнулся.

– Ах, да, у моего дорогого братца действительно проблемы с гневом. Хочет причинить вред твоей малютке-смертной, да?

– Он пытался ее убить. Мне не оставалось выбора, кроме как спустить ее сюда, куда Зевс не может дотянуться.

– И теперь ты ожидаешь, что я помогу тебе против воли собственного брата? – спросил Аид. – Забавно, не правда ли? Сначала ты оскорбляешь меня, вручив тот нелепый контракт от Зевса, потом отказываешься помогать с переправой, а теперь хочешь вбить клин между мной и братом еще глубже?

Дядя, конечно, был прав: Гермес просил о многом. Но, возможно, с ним удастся договориться. В конце концов, Аиду все еще требовалась помощь с переправой.

– Я готов заплатить тебе за то, чтобы дать Пенни здесь убежище.

– Заплатить? – Аид провел глазами по Пенни таким взглядом, от которого у Гермеса сжались кулаки и возникло желание врезать дяде в лицо.

– Да, заплатить. Я готов помогать с переправой.

– Как долго?

Гермес сглотнул.

– Столько, сколько потребуется. – Кроме того, ему все равно придется остаться здесь с Пенни. Он ни за что не оставит ее наедине с Аидом. По крайней мере, так Аид не почует неладное и не поймет истинную причину его желания остаться в подземном мире – не столько помогать с переправой, сколько защищать Пенни от похотливых намерений Аида.

– Интересно, – задумчиво протянул Аид. – Позволь уточнить: Пенни украла твои сандалии. Ты их вернул. Зевс жаждет мести. И где же во всем этом твое место, дорогой племянник? Почему ты сам не хочешь отомстить ей? Все-таки это были твои сандалии. И, зная моего брата, он сейчас очень зол на тебя. Уверен, он захочет наказать и тебя. Однако ты не стремишься наказать Пенни. Вместо этого защищаешь ее, приведя сюда. Насколько далеко ты готов зайти?

– В каком смысле? – спросил Гермес, и в голосе его зазвучала оборонительная нотка.

– Как долго ты собираешься прятать ее здесь? Вечно?

– Что ж, вечность – это долго… – начал Гермес.

– Зевс этого так не оставит. Держать ее здесь – решение временное. Тебе понадобится что-то постоянное.

Гермес и сам это понимал, но еще не придумал постоянного решения. Черт возьми, он просто тушил пожары по мере возникновения. У него еще не было возможности строить планы.

– Я что-нибудь придумаю.

Аид усмехнулся.

– Знаешь, есть одно решение, которое сразу приходит на ум.

Гермес нахмурился, не успевая за ходом мыслей дяди.

– Какое?

– Зевс не посмеет причинить ей вред, если она будет замужем за богом.

Рядом с ним Пенни ахнула.

– Замужем?

Аид кивнул.

– Да, выйди за Гермеса, и ты будешь в безопасности. Это единственное постоянное решение, чтобы Зевс оставил вас в покое.

Гермес узнавал панику, когда видел ее. И на лице Пенни паника была написана крупными буквами. Ее реакция ударила его под дых. Неужели мысль о браке с ним казалась ей настолько неприемлемой?

– Но должно же быть другое решение. Я не могу просто так выйти за тебя замуж! – запротестовала она. Ее взгляд метнулся с мольбой к Аиду, затем обратно к нему. – Пожалуйста!

Гермес стиснул зубы.

– Ты хочешь сказать, что я для тебя недостаточно хорош?

Взгляд Пенни устремился на него, и в нем явно читалось удивление.

– Я не это имела в виду. Я не могу выйти за тебя замуж. Разве ты не понимаешь?

– Нет, не понимаю! – настаивал он.

Она воздела руки в жесте полного отчаяния.

– Но я не могу выйти замуж за мужчину, который меня не любит. Ты что, не понимаешь?

Ее слова заставили его на мгновение задуматься. Мужчина, который ее не любит. Так вот в чем причина ее отказа?

– Повтори.

– Ты не расслышал в первый раз? Я говорю, что не могу выйти замуж за мужчину, который меня не любит.

Да, он расслышал правильно. Она ясно не сказала, что не любит его. Разве женщина, столкнувшись с таким решением, не выпалила бы первое, что пришло в голову? И если бы она его не любила, то наверняка привела бы это в качестве причины не выходить за него, а не твердила бы, что причина в его отсутствии любви к ней.

Гермес прочистил горло.

– Аид, ты не против, если мы обсудим это с Пенни наедине?

– Обсуждать нечего! – выпалила Пенни.

– Можете воспользоваться гостиной, – Аид указал на дверь слева.

– Извини нас, – вежливо произнес Гермес, ухватил Пенни за локоть и поволок за собой.

– Гермес, пожалуйста, обсуждать нечего.

Он открыл дверь и втолкнул ее в просторную комнату с высоким сводчатым потолком, массивной готической мебелью и камином из камня, в котором пылал огонь, затем громко хлопнул дверью за спиной.

– О, обсуждать есть много чего.

Она сверкнула на него глазами, и в ее прекрасном взгляде читался вызов. О, как он любил ее такой – упрямой и пылкой. Любил? Слово отозвалось эхом в его голове. Неужели это возможно? Он не хотел думать об этом сейчас, потому что сначала нужно было сделать кое-что поважнее, а именно убедить Пенни, что выйти за него замуж в ее же интересах. А уже потом разбираться с тем, что он, вероятно, сошел с ума, желая заточить себя в ту же золотую клетку, в какой томились его друзья Тритон и Дионис: в брачные узы. Ему хотелось тряхнуть головой, отогнать глупую мысль и сбежать от Пенни прямо сейчас, прежде чем совершить самую большую ошибку в жизни. Но он не мог. Он хотел ее вопреки всякому разуму. Ее, женщину, которая обокрала его.

– Нам хорошо вместе, Пенни, ты должна это признать.

– Хорошо вместе? Ты серьезно? Только потому что у нас отличный секс, еще не значит, что мы должны жениться, – заявила Пенни, сжав кулаки по бокам.

– Да, у нас и правда отличный секс, не правда ли? – спросил он, и в голове его созрел план.

Щеки ее залились румянцем.

– Но я не стану заманивать тебя в брак без любви только из-за этого! Я лучше останусь здесь навеки, чем повторю то, что Персефона проделала с Аидом.

Гермес рассмеялся над ее сравнением.

– Ситуации едва ли похожи. Аида в брак заманили, а я вступаю в него с открытыми глазами.

Она покачала головой.

– Нет, это не так. Это решение тебе навязывают.

Он сдвинул прядь волос с ее лица и провел пальцем по щеке. Наклонившись, он вдохнул ее аромат, наслаждаясь близостью. Как же он скучал по ощущению ее тела, извивающегося под ним. Неужели с того момента, как он взял ее на столе в ее же кабинете, прошло всего два дня? Одна мысль об этом заставляла страсть бурно прорываться на поверхность.

– Значит, ты не хочешь за меня замуж?

Она покачала головой.

– Хорошо. Тогда, думаю, нам пора прощаться.

Он заметил, как изменился ритм ее сердца, и разочарование, которое она пыталась скрыть в глазах. Ах, его милая Пенни! Она не только неумелая воровка, но и ужасная лгунья.

– Тогда прошу хотя бы один прощальный поцелуй, – сказал он, приблизив лицо так, что его губы зависли над ее губами. – Всего один поцелуй.

Один очень долгий, всепоглощающий поцелуй.

Он прижался губами к ее губам, заглушая любые возможные возражения. Ее губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, и он воспользовался этим, скользнув языком в ее рот.

Притянув ее к себе, он изменил угол поцелуя и целовал ее со всей страстью и вожделением, что копились в нем последние несколько дней и теперь рвались наружу. Сначала казалось, будто она хочет оттолкнуть его, но затем ее руки обвились вокруг его шеи, притягивая его к себе.

Гермес чувствовал, как ее груди прижимаются к его груди, а биение ее сердца отдается в его теле. Сердце Пенни стучало в том же лихорадочном ритме, что и его собственное.

Своим языком он ласкал ее язык, уговаривая сдаться, подчиниться его требованиям. Разве она не хочет того же, чего и он? Разве она не хочет проводить дни и ночи в его постели, занимаясь любовью, познавая то наслаждение, которое, он знал, способен ей дать?

Из самых глубин его существа поднимался рык, и он не стал его подавлять. Вместо этого позволил ему сорваться с губ. Ему нужно было показать ей, как сильно он ее хочет и что сопротивление бесполезно. Он сделает все возможное, чтобы получить желаемое.

Когда он на мгновение оторвался от ее губ, чтобы вдохнуть столь необходимый воздух, и его грудь тяжело вздымалась, с ее губ сорвался вздох, а рука на его затылке сжалась крепче.

– Спокойно, детка! Я никуда не денусь, – пробормотал он и снова захватил ее губы.

Чувствуя, как она тает в его объятиях, он скользнул рукой вверх по ее торсу и прикрыл ладонью ее грудь. Ее сердце билось в его ладони, словно локомотив, мчащийся с горы. Твердый сосок на ее упругой груди манил к себе, и он не устоял перед искушением потереть его между большим и указательным пальцами. В ответ раздался протяжный стон.

Его другая рука скользнула к ее спине, нащупала молнию сарафана и потянула. Когда проклятая застежка не поддалась мгновенно, Гермес щелкнул пальцами и использовал божественную силу, чтобы расстегнуть молнию до талии. Наконец он смог стянуть ткань с ее тела, обнажив грудь. На Пенни не было бюстгальтера.

Когда он обхватил ладонями ее грудь, ощущая мягкость кожи и упругость плоти в тот момент, как она прижималась к нему, новая волна крови прилила к его члену. Бедра Пенни неожиданно задвигались, ее лоно принялось тереться о его твердую эрекцию в недвусмысленном ритме. Гермес отпустил одну грудь, положил руку ей на спину, затем провел ладонью ниже, под сарафаном. Его пальцы наткнулись на стринги и двинулись дальше, стискивая ее ягодицы и еще сильнее прижимая ее к своему возбуждению.

Пенни застонала, оторвав рот от его рта.

– Нам нужно остановиться, – взмолилась она, и слова ее прозвучали прерывистым шепотом.

– Остановлюсь, когда ты согласишься выйти за меня, – пообещал он и проскользнул рукой между ее ног, где уже собралась влага. Он поводил пальцем по ее половой щели и почувствовал, как Пенни содрогнулась. – Выходи за меня.

Гермес покрыл поцелуями изящную колонну ее шеи, затем опустился ниже, оставляя поцелуи на ее плечах. Когда его губы нашли сосок и захватили его, он ощутил ее дрожь. Но он не проявит милосердия. Не остановится, пока не получит нужный ответ.

Он убрал руку с ее ягодиц и дернул за сарафан, сбрасывая его к ее ногам. Мгновением позже его пальцы запутались в завитках, прикрывавших ее лоно. Он проскользнул мимо них и погрузился в теплые влажные складки, омывая пальцы ее соками.

– Выходи за меня, – снова потребовал он, на этот раз вводя длинный палец в ее тугой канал.

– Да! Да! – вырвалось у нее.

– Скажи это! – приказал он, вытащив палец и найдя ее клитор. Когда он принялся водить по нему, выписывая мелкие круги, Пенни затрепетала в его объятиях. – Скажи!

Она прижалась клитором к его пальцу.

– Я выйду за тебя. Пожалуйста…

Его сердце совершило ликующий кульбит, а палец продолжал ласкать ее, вознаграждая за согласие.

– Да, детка, я дам тебе то, что хочешь.

Спустя несколько секунд Гермес почувствовал, как Пенни содрогается в его объятиях, от оргазма у нее подкосились колени. Она обмякла в его руках, и он прижал ее голову к своей груди, нежно поглаживая.

– Я позабочусь, чтобы ты об этом не пожалела.