Текст книги "Его Сиятельство Вовчик. Часть 6 (СИ)"

Автор книги: Тимур Машуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15

Глава 15

Обратный путь был точной копией входа. Все те же коридоры, те же посты с уснувшей охраной, тот же лифт. Только теперь спешить было некуда – вирус уже внутри, и через пару часов он начнет свою работу, а они будут далеко.

Они поднялись на поверхность через аварийный выход, который вел в переулок, заставленный мусорными контейнерами. Ночь обняла их прохладой, а над головой висела луна – яркая, почти полная, и звезды, которые в Стамбуле видны редко из-за городского света, но сейчас почему-то проглядывали сквозь дымку.

Они сняли плащи, свернули их в компактные рулоны и убрали в рюкзаки. Теперь на них были обычные темные куртки и джинсы – никто бы не сказал, что эти трое только что вскрыли самое защищенное здание города.

– Тихо, – сказал Бом, осматриваясь.

– Все чисто, – подтвердил Проныра. – Погнали.

Их тени скользили по мостовой, почти не отрываясь от стен. Они не шли, а текли – бесшумные, сливающиеся с темнотой. Проныра вел, Бим и Бом замыкали. Они знали каждый поворот, каждую лазейку, и через двадцать минут они уже были в старой части города, где узкие улочки извивались, как змеи, и куда ни один стражник не сунулся бы без особой нужды.

Они прошли мимо мечетей, мимо закрытых базаров, мимо кафе, где еще горел свет, но посетителей почти не было. Их никто не видел, а если и видел, то не придал значения – три обычных парня, идущих ночью по своим делам. Заурядная картина для Стамбула.

Через час они были в безопасном доме, на окраине, где их ждала сменная одежда и горячий чай.

Проныра снял все использованные артефакты, уложил их в специальный чехол и только тогда позволил себе вздохнуть с облегчением.

– Ну что? – спросил Бим, наливая себе кипятка. – Сделали?

– Сделали, – кивнул Проныра. – Теперь ждем пару часов.

Он сел на продавленный диван, запрокинул голову и закрыл глаза. В его голове уже прокручивались следующие шаги – надо покинуть город до рассвета, пересечь границу по поддельным документам и вернуться в Питер. Вирус начнет действовать к открытию биржи, и тогда начнется паника. Котировки поплывут, счета откроются, крупные игроки потеряют миллионы и миллиарды. А они получат все, что потеряют другие. Нет, это не коснется обычных граждан – основной удар придется по султанской семье.

И все это будет происходить, когда они будут далеко отсюда. За тысячи километров от этих грязных улочек, от запаха жареного мяса и морской соли.

А пока – только тишина, только звезды за окном и ровное дыхание двух братьев, которые уже начали похрюкивать, устроившись на полу с подушками.

Проныра открыл глаза и посмотрел в окно. Луна все так же висела над Стамбулом, холодная и равнодушная. Где-то там, в роскошном дворце, спали люди, не подозревая, что уже через сутки их мир перевернется. А на бирже, в подвале, загруженный вирус уже начал свое тихое шествие по серверам, перекраивая реальность на уровне цифр и магических кодов.

Но это будет завтра. А сегодня – только тени на пустынных улицах и усталость, которая навалилась тяжелым одеялом.

Проныра зевнул, выключил свет и лег на диван, подложив руки под голову. Перед сном он всегда прокручивал в памяти каждое действие, проверяя, не ошибся ли где. Нигде не ошибся. Все чисто.

Через минуту он уже спал. А за тысячу километров, в сером здании имперской канцелярии кто-то щелкнул выключателем, и огромная карта на стене осветилась зеленым светом. Операция «Стамбульский узел» только начиналась…

* * *

– Сделано, – Цапля хрустнула пальцами и оскалилась. – Вирус в сети и начал свою работу. В девять утра султан станет бедней, а к обеду нищим, без лиры в кармане. Парни ушли нормально, я вела их до границы. Думаю, к утру они будут здесь.

– Хорошая работа, – кивнул я, потягиваясь.

Сам я только что вернулся, изображая из себя пьяного. Парни, играющие наших, щупали девок и бухали. Левчик дрых. Все были при деле.

– Ты и правда такой стойкий или я настолько тебе не нравлюсь? –напрыгнула на меня самый разыскиваемый хакер в мире. А если учесть, что на ней были только формальные трусики и безразмерная майка, которая так и норовила с нее слезть, поза была пикантной.

– А тебе так хочется секса? – лениво уточнил я.

– У меня стресс. Обычно я пользуюсь всякими игрушками, но я их забыла захватить. Но сейчас просто любопытно.

– Я на работе стараюсь не блудить, – чуть оттянув майку, я ущипнул ее за мгновенно затвердевший сосок.

– Сделаешь так еще раз, получишь по морде, – серьезно сказала она. – А если не сделаешь, то получишь два раза.

– А есть решение проблемы, чтобы не получить?

– Нет. Так что выбирай сам, – она хитро улыбнулась и чуть поерзала по мне, ощущая, что у меня внизу напряглось.

– Ну, тогда ты или трусики снимай, или майку нормальную одень. Потому как если первое, надо этим заняться сейчас – мне ж одного раза будет мало, а время идет. Да и поспать надо хоть немного.

– Ты скучный и унылый тип, – слезла она с меня и улеглась рядом. – Перед тобой такая красота, а ты…

– Не хочу проблем. А ты проблемная по самое не хочу.

– Ну уж точно не для тебя. Заставил бедную девушку принести жуткую клятву.

– А ты как хотела? Можешь творить что и где хочешь, но только не у меня дома. Мы не друзья и не любовники – временные партнеры, не особо доверяющие друг другу. И не льсти себе – даже если я с тобой покувыркаюсь, мое отношение к тебе не изменится.

– Хам.

– Я за честность во всем. Пока ты играешь по правилам, удара от меня можешь не ждать. Но я ни секунды не буду раздумывать, если ты их нарушишь.

– Да как же я это сделаю⁈

– Неважно. Просто поддерживаю разговор.

– Лучше бы о чем-то приятном поговорил.

– Ты уверена, что нас не вычислят? – спросил я, хотя знал, что глупо об этом спрашивать.

– Ты все о делах, да? Вовчик, я знаю, что ты переживаешь. Но я прокладываю трафик через семнадцать крупных и сотни мелких серверов в разных странах. Каждый шаг вируса маскируется под случайные сбои. А когда мы начнем вывод денег, следы будут вести в Персию. Там уже подготовлена легенда. Даже если императорская безопасность начнет копать, они уткнутся в персидские счета, а те в свою очередь уйдут в никуда. Мы чистые.

– Ты говорила это перед тем делом в Берлине, когда мы проверяли возможности, – напомнил я. – Тогда нас чуть не спалили.

– Потому что ты полез не по плану, – парировала Цапля. – Я говорила, сиди и не дергайся. А ты полез.

Я промолчал. Она была права. В Берлине я реально перестраховался и чуть не завалил всю операцию. С тех пор мы сильно пересмотрели стратегию и ничего не оставляли на волю случая.

Мы замолчали. В комнате висела тишина, нарушаемая только жужжанием старого холодильника на кухне. Где-то на улице взорвался фейерверк – утром жители близ лежащих домов будут жаловаться. Администрация клуба выплатит штраф – и так до следующей ночи.

Я смотрел на экран, на секунды, которые медленно текли, приближая открытие биржи. Оставалось еще два часа.

Цапля взяла со стола пачку печенья, открыла ее и протянула мне. Я взял одно – сухое, сладкое, – и начал грызть, почти не чувствуя вкуса.

– Волнуешься? – спросила она.

– А ты?

Она пожала плечами.

– Я всегда волнуюсь. Но это нормально. Если не волнуешься – значит, дело дрянь.

Она тоже взяла печенье и откусила, хрустя в такт тикающим часам, висящим на стене – механическим, но очень стильным.

Мы ждали. Самое муторное в любой операции – это ожидание. Когда ты уже все сделал, все кнопки нажаты, все вирусы загружены, и остается только сидеть и смотреть, как часы ползут к нужной минуте. Мозг начинает рисовать страшилки – а вдруг кто-то обнаружит следы проникновения, а вдруг охрана проснется раньше положенного, а вдруг Цапля ошиблась с кодом… Но я гнал эти мысли. Надо доверять профессионалам.

Наконец часы показали девять утра по местному времени. Стамбульская биржа открылась.

Цапля встрепенулась, села ровнее, и ее пальцы легко забегали по клавиатуре. На экране развернулось окно с графиками, цифрами, столбцами.

Я ничего в этом не понимал – моя стихия была в планировании, а не в биржевых котировках, – но я видел, как Цапля улыбнулась.

– Вирус активировался, – сказала она. – Первые транзакции пошли.

Я пододвинул стул ближе и уставился в экран. Там, среди множества строк, одна за другой загорались зеленые отметки. Это означало, что деньги начали двигаться.

– Что сейчас происходит? – спросил я.

Цапля, не отрывая взгляда от монитора, объясняла, но я улавливал только общий смысл. Вирус проникал в систему торгов, подменяя котировки так, что крупные сделки султана – а он, как выяснилось, был главным бенефициаром биржи, – автоматически отклонялись или исполнялись по заниженным ценам. Одновременно с этим виртуальные брокеры скупали акции и контракты по дешевке. Обычные трейдеры не замечали ничего необычного – рынок есть рынок, он всегда хаотичен. Но за этим хаосом стояла четкая рука Цапли.

Первый час прошел в напряженном молчании. Я пил чай, она щелкала клавишами. Периодически она что-то бормотала себе под нос, но я не перебивал ее вопросами. Где-то через пятьдесят минут она выдохнула и откинулась на спинку стула.

– Султан потерял все, – сказала она. – Все его счета на бирже обнулены. Он даже не понял, что случилось – система показала ему, что это был технический сбой.

Я присвистнул.

– За час? С ума сойти.

– Это только цветочки, – усмехнулась Цапля. – Сейчас вирус пойдет дальше, в банк.

Она снова склонилась над клавиатурой, и я видел, как ее пальцы двигаются с невероятной скоростью. Казалось, она не печатает, а колдует – каждое нажатие как заклинание. Я даже немного завидовал. У меня так хорошо получалось только с магией, а у нее – с цифрами.

На втором часу началось самое интересное. Вирус, проникнув через биржевые шлюзы в систему Стамбульского главного банка, начал обнулять счета крупнейших предприятий Турции. Текстильные фабрики, судостроительные верфи, нефтяные компании – все они были связаны с биржей через кредитные линии и страховые фонды. Вирус перекраивал балансы так, что деньги уходили в никуда, а вместо них появлялись долги.

Цапля комментировала вслух:

– Фабрика «Осман-Текстиль» – минус двадцать пять миллионов лир. Судоходная компания «Босфор» – минус сорок. Нефтяной трест «Анадолу» – сто три. И это только начало.

Я смотрел, как на экране мелькают цифры, и думал о том, что за этими цифрами стоят тысячи рабочих, семей, которые через несколько часов узнают, что их работодатели разорены. Но я быстро отогнал эту мысль. Все это не ради того, чтобы разорить турок, мы делали это ради своих. На войне как на войне.

Второй час сменился третьим. Биржа начала захлебываться в панике. Трейдеры наверху – мы не видели их, но догадывались – начали звонить друг другу, пытаясь понять, что происходит. Цапля показала мне новостную ленту – «Экстренное сообщение: Стамбульская биржа приостанавливает торги из-за технического сбоя». Но было уже поздно.

– Вирус вошел в банк, – подтвердила мои мысли Цапля. – Сейчас начинается вывод.

Она сделала пару щелчков, и на экране появилась длинная цепочка транзакций. Деньги шли со счетов султана и крупных корпораций на счета фирм-однодневок, которых были сотни. Каждая из этих фирм имела вывеску, офис, иногда даже пару сотрудников, которые не знали, что их компания участвует в таком деле. Деньги перетекали, как вода в песке – быстро, незаметно, размазываясь по сотням счетов в разных странах.

– Сейчас они разольются по миру, – поясняла Цапля, не переставая печатать. – Я использую так называемые «денежные ручейки» – сотни тысяч мелких транзакций, каждая по несколько тысяч лир. Они пойдут через Швейцарию, Сингапур, Панаму, несколько офшорных зон, сменят валюту, страну происхождения. А оттуда – на наш закрытый счет. Следы будут везде и нигде.

Я смотрел на эти цифры, и у меня голова шла кругом. Только представьте – сотни миллионов, если не миллиардов, перетекают по миру, как муравьи, и ни один банк не может это остановить, потому что каждая транзакция выглядит абсолютно легальной.

– А что насчет султанской безопасности? – спросил я. – Они же не дураки.

– Они будут искать источник взлома, – сказала Цапля. – И найдут его в Персии. Там уже подготовлен сервер, который выдаст себя за главный узел. Все данные, все логи – все ведет туда. Персы, конечно, будут отрицать, но кто им поверит? У них и так натянутые отношения с империей. Это идеальный вариант.

Она снова улыбнулась, и я понял, что она получает от этого удовольствие. Не от денег, нет – она была не из тех, кого интересует богатство. Она получала кайф от самого процесса, от того, как ловко обманывает систему.

Тем временем на экране замигала надпись: «Вывод завершен». Цапля нажала еще несколько клавиш, и на мониторе появилась итоговая сумма. Я присвистнул. Сумма была настолько большой, что у меня в голове не укладывалось.

– Это все? – спросил я, хотя знал ответ.

– Все, – кивнула Цапля. – Вирус самоликвидировался. Он оставил только ложные следы. Если кто-то попытается восстановить транзакции, они увидят персидские IP, персидские счета, персидские имена. Мы чисты.

Она закрыла ноутбук и повернулась ко мне. В ее глазах мелькнула усталость, но вместе с тем и довольство.

– Через час биржу закроют официально, – сказала она. – Но уже без толку. Все, что нужно, мы сделали.

Я встал, прошелся по комнате. Ноги затекли, спина болела от долгого сидения. Я подошел к окну и выглянул на улицу. Начало светать. Внизу уже просыпался город: загудели первые машины, открылись лавки с хлебом. Никто из этих людей не знал, что наверху, в мире больших денег, только что случилась катастрофа. Для них – обычный день.

Я обернулся к Цапле.

– И что теперь? – спросил я.

Она пожала плечами.

– Теперь мы ждем, пока деньги осядут. Неделя, другая. Потом они поступят на наш счет. А дальше уже сами решите, что с ними делать. Мне главное взять свое, а после поехать куда-нибудь в жаркие страны, где много солнца, море с роскошными пляжами и тишина.

– А что с султаном? – спросил я. – Он ведь не останется без денег? У него же есть личные сбережения, золото, недвижимость?

Цапля усмехнулась.

– Султан был самым богатым человеком в Османской империи. Но он держал почти все свои активы на бирже. Это было удобно – быстрый доступ к деньгам, управление через одну систему. Мы обнулили его основные счета. Да, у него остались дворцы, земля, драгоценности. Но ликвидные деньги – все. Он больше не сможет финансировать свои армии и тайные проекты. Это был удар по самому сердцу его власти.

Я невольно присвистнул. Мы не просто украли деньги. Мы лишили султана возможности платить своим людям. Это было гораздо серьезнее, чем просто грабеж.

– А предприятия? – продолжил я. – Фабрики, верфи – они ведь обанкротятся. Люди потеряют работу.

– Да, – спокойно ответила Цапля. – Но это неизбежно. Если мы хотим ослабить султанат, мы должны разрушить их экономику. Через неделю, максимум две начнутся бунты, забастовки. Армия без снабжения воевать не сможет, люди без денег не будут работать. Ну, а завтра вирус начнет действовать уже на серверах персов – глупо иметь общую сеть, настолько слабо защищенную. И следы, как ты сам помнишь, приведут к туркам.

Я сел обратно на стул. Мне стало немного не по себе. Мы играли в большие игры, а пешками были обычные люди, которых мы никогда не увидим. Но я быстро отогнал эти мысли. Мы выбрали свою сторону и действовали во благо своих. В конце концов, они нам не друзья, а даже скорей враги. Посеявший ветер – пожнет бурю.

– Ладно, – сказал я. – Ты права. Будем считать, что операция прошла успешно. Ты отделила свою часть?

– Не переживай. Свои жалкие полтора процента я забрала. Жлоб.

– Этого даже твоим внукам хватит, так что не гунди. Где там парни?

– По моим прикидкам, будут тут через пару часов.

– Хорошо. Как только они появятся, сворачиваемся. Мы уходим первыми – ты за нами, и после этого мы друг друга не знаем. Дальше ты сама по себе.

– Все как и договаривались, – кивнула она. – С тобой было приятно работать, несмотря на некоторые нюансы. Нужна будет помощь – я потом скажу, где меня найти. А пока у нас есть время… Я ни за что себе не прощу, если не трахну тебя! Вот из принципа.

Ее майка полетела в сторону, туда же улетели и трусики. И вот она, абсолютно голая, прыгнула на меня, повалив на постель.

– Плоть слаба. Разум сильней плоти, – попытался я оттолкнуть ее от себя, но руки уперлись в голую грудь, а там как-то все само завертелось…

А где-то далеко, за тысячу километров от них, раздавался вой разоренного султана Ахмедшаха и проклятья в сторону вероломных персов. Он еще не знал, что точно так же завтра его будет проклинать уже царь Дарий…

Глава 16

Глава 16

– Майор Романов Владимир Федорович за блестяще проведенную операцию по поимке особо опасных преступников, что привело к окончанию войны, награждается внеочередным званием полковник Российской империи. За беспрецедентное мужество и героизм вручается медаль «Золотой орел».

– Служу Российской империи!!! –отдал я честь.

– Каома Тутмос Низами за блестяще проведенную операцию по поимке особо опасных преступников, что привело к окончанию войны, награждается внеочередным званием младший лейтенант и медалью «За отвагу» Первой степени….

Не буду всех перечислять, но награды получились достойными. Наши дворянки получили титул баронесс, а Лида Семенова – освобождение от налогов на десять лет и землю где-то в Перми, откуда она была родом.

В большом приемном зале, где яблоку было некуда упасть от наплыва гостей, мы стали гвоздями вечера – я был в парадной форме полковника (погоны успел сменить), девушки в жутко дорогих платьях. Обласканные вниманием императора, мы были на виду и на слуху. И если мне было на это плевать, то девчонки немного растерялись. Пришлось их вовлекать в нашу компанию, где парни, оценив их вид и стать, тут же распушили перья.

Впрочем, они были тоже героями – еще бы, такое провернуть! Но мы не жадные и не все захапали себе. Еще немного, и деньги вернутся к нам и большая их часть уйдет детским домам, школам и больницам. Да мало ли социальных проектов, на которые вечно не хватает финансирования. Нет, так-то мы себе тоже толику оставим, но деньги здесь не главнок – каждый из нас и без того богат. Тут дело принципа.

Прошло всего несколько дней, а фараон уже смог выдохнуть. Сначала между турками и персами пошли взаимные обвинения, а потом они схватились за оружие. Уже не так, как раньше – имитируя войну, а по-настоящему. И пусть видимость давления на Египет сохранялась, но она будет слабеть с каждым днем. Союзники больше не союзники, а порознь он с ними может справиться. Да и мы поможем – дядя принял решение вмешаться, о чем уведомил все стороны.

Посол Египта был рад, турки и персы скривили рожи, но делать ничего не стали. У них самих проблем выше крыши. Но обиду затаили. Причем настолько, что отозвали своих послов для консультаций и увеличили количество шпионов.

Зато приехал герцог Савойский со своими женами, дочерьми и братьями Изабеллы. Так состоялась моя первая встреча с будущим тестем и ее семьей. Что сказать… Все прошло хорошо. Мы обоюдно понравились друг другу, братья восхищенно смотрели на Изабеллу и отчаянно завидовали ее подвигам и выправке.

Ну да, от былого образа изнеженной аристократки осталось немного, да и медаль она получила вполне заслуженно. Так что между нами воцарился мир и взаимопонимание. Впрочем, оно между нашими странами и так было, а этот брак его еще больше укрепит.

Отец Жасмин, к общему сожалению, не смог приехать, но по закрытым каналам передал ей свое благословление и пожелание стать российской подданной – это они уже обсуждали с батей. И, как я понял, переговоры идут вполне успешно. Мужик он богатый и весь капитал собрался перевозить в Россию. Хочет открыть какое-то там большое производство. А мы что? Мы такому всегда рады.

Родители остальных девушек тоже были тут, но робко жались у стен, впервые попав в такое общество. Что ж, пришлось помогать – подошел, поблагодарил их за прекрасное воспитание дочерей, чуть приврал, что они мне почти жизнь спасли и вообще являются образцом для подражания. Говорил я достаточно громко, чтобы все услышали. Ибо нехер. Моим все самое лучшее, потому как достойны.

Был тут вроде даже жених Белки, но она нас знакомить не захотела, а после незаметно слиняла. Да и ладно. У нас с ней не любовь до гроба, а секс по дружбе был. Главное, что ей смело в бою можно спину доверить, а остальное, наверное, лишнее.

Наша компания была довольна проведенной операцией и лучилась оптимизмом. Была тут и Наташенька Долгорукова, которая, цапнув меня за руку, потащила в свою компанию таких же малолеток, как и она, повышать свой авторитет. И сразу представила меня как своего жениха, тихо зашипев, что если я не подтвержу, то она мне жизни не даст. Пришлось кивать как болванчику и даже чмокнуть ее в щеку, дабы показать серьезность намерений.

Малявки отчаянно ей завидовали и начали строить мне глазки. Такого мое израненное сердце не выдержало, и я быстро свалил, отмазавшись делами государственной важности.

Однако я с этим самым быстрым сваливанием погорячился и, удирая, потерял бдительность, а следовательно нарвался. На кого? Так на Тараторку же и ее жениха!

Мама, роди меня обратно!!!

Конечно же, сестричка захотела меня познакомить со своим избранником. И, конечно же, он оказался моим фанатом, конечно же, я убедился, что слухи не врут, и я очень даже понял Левчика. В течении минут десяти меня о чем-то непрерывно расспрашивали в два голоса, не давая вставить даже слово, потому как они сами же на все вопросы и отвечали. Это было поистине страшно.

Спасла меня любимая сестренка Леночка, которая увидела, что я уже взглядом ищу крюк, на котором можно максимально комфортно повеситься.

Свою благодарность ей я выразил выразительным мычанием, потому как слов подобрать не смог – регенерация с трудом справлялась с восстановлением мозга, который эта парочка успешно разрушила.

– Страдаешь? – хитро улыбнулась она.

– Поверял на прочность свой организм.

– И как?

– Вообще не прочный, как оказалось. Я уже сочувствую Испании. Но парень вроде хороший.

– Хороший, – кивнула она. – Уверена, они будут счастливы.

– А ты? – посмотрел я на нее.

– А я что? Гуляю вот…

– Ты будешь счастлива? Лизе и Кате, вон, тоже вроде как женихов подобрали – слухами земля полнится, а вот насчет тебя тишина.

– А я не спешу…

– Ой, Лен, давай без этого! Ну по крайней мере, не со мной, ладно? Неужели никто не приглянулся?

– Вовчик, посмотри на меня еще раз и озвучь свой вопрос. До недавнего времени даже ты при виде меня пытался сразу сбежать.

– Ну… Ты изменилась.

– Значит, недостаточно. От меня по-прежнему все шарахаются, а я сама не стремлюсь к новым знакомствам.

– Эх, видать, придется мне самому взять в руки судьбу любимой сестренки.

– Но-но, знаю я тебя!

– Не знаешь.

– Ну ладно… Я уже не так в этом уверена, но все равно. Со своей жизнью я разберусь сама. А если уж станет совсем невтерпеж, я приду к тебе.

– Это в каком смысле⁈

– Секс, конечно же. Просто для снятия напряжения.

– Я на инцест не согласен!!!

– Да кто тебя спросит, – отмахнулась она. – О, смотри, кажется у Андрея все получилось, – кивнула она на брата, который стоял с женой Ладой и Натальей Темирязьевой. Причем последняя спокойно держала его под руку.

– Ага. Предки договорились. Долгорукий не был в обиде. Тем более, что Юрка уже вовсю окучивает Мариночку Апраксину. И оба родителя не против этого. Вообще, Апраксин правильно воспитал своих детей – у него что ни дочь, так и умница, и красавица. Повезло брату с Ладой, у нас все ее любят.

– Хороший род, сильная кровь, – согласилась она. – А сам-то остановишься или еще больше расширишь гарем?

– Остановлюсь. Ну, почти. Есть еще парочка договоренностей, но на этом все. Мне еще от Занозы отбиваться.

– От нее не уйдешь, смирись. Она уже артефактор от бога, а что дальше будет, никто не скажет.

– И ты туда же, – вздохнул я.

– Вовчик, я хочу танцевать! –подскочила к нам Софа.

– Леночка, не теряйся, я с тобой тоже потанцую, – крикнул я, стремительно утаскиваемый в зал для танцев.

А дальше пошло веселье. Нет, не подумайте лишнего – все было чинно и максимально благородно. Перетанцевал со всеми своими, пообщался с князем Скуратовым, с которого, благодаря Нике, сняли опалу, и теперь он гордо смотрел на всех, гордясь дочкой. Он долго жал мне руку, заверял в преданности правящему роду и радовался, что у его Ники такой замечательный жених.

Наконец официальная часть с обязательной программой была закончена, и мы вздохнули свободно. И после всей нашей изрядно выросшей компанией переместились в наше любимое место, подальше от взрослых.

Беседки со столами, накрытыми самыми лучшими блюдами, мягкая музыка, максимально расслабляющая обстановка. В прошлый раз наши посиделки тут, благодаря Занозе, закончились не очень, но сейчас мы надеялись, что все будет иначе.

Правда, долго отдыхать мне не дали – на магофон пришло сообщение, что дядя ожидает меня в своем кабинете.

Чмокнув в губки Изабеллу, что сейчас сидела на моих коленях, я пошел куда позвали. Не думаю, что Его Величество решил просто так оторвать меня от заслуженного отдыха.

Добрался быстро – дорожка-то уже протоптанная. Двое гвардейцев перед дверью отдали мне честь, приложив руку к груди – ответил тем же. Полковник спецназа и архимаг – это та сила, с которой лучше не шутить. Тем более, что я молодой, а юности свойственны порывы. Ветра, зачастую ураганного. Кто знает, в каком я настроении? Впрочем, эти не из тех, кто испугается, они выйдут даже против архимагистра. Страха они не знали и бояться попросту не умели. Элита, что еще сказать.

Распахнулись створки, и я вошел в святая святых, куда допускались лишь избранные. Ближайший круг императора – его опора в поддержании империи и помощники в ее управлении.

На этот раз тут находился и Скуратов. Что ж, он умный мужик и, надеюсь, сделал верные выводы. Жадность, она до добра никого еще не доводила.

– Проходи Владимир, присаживайся, – дядя указал мне на удобное кресло, стоявшее напротив него.

Получалось, что они сидят как бы кучкой, а я по отдельности. Интересно. И батя сидит рядом с ним и типа хмурится. Но в глазах веселье. Ох, не к добру!

– Как твои дела? Восстановился? Планы не поменялись? – проявил участие он.

– Нет, все в силе – здоров, бодр, немного пьян, – в тон ему ответил я, подкрутив несуществующий ус.

– Настоящий гусар. Орел, –улыбнулся Апраксин. – Жаль, что ты себе в невесты не выбрал одну из моих дочерей.

– Мне тоже, Александр Иванович. Все ваши дети – образец для подражания. Девушки красивы и желанны, а парни смелые и сильные. Ладу я люблю как родную и рад, что она в нашей семье.

– Благодарю, мой мальчик, за теплые слова, – кажется, он чуть прослезился. – Достойного ты сына воспитал, Федор Николаевич, – это уже отцу. – Вся страна им гордится и заслуженно.

– А я всегда говорил, что у него большое будущее, – внес свою лепту Скуратов. – Нет, это и так было понятно, но он уже не раз подтвердил, что многого стоит и без поддержки семьи. Повезло моей Нике.

– Ладно, будет. Хватит его хвалить, а то еще зазнается, – усмехнулся отец.

– Пап, ну дай насладиться минутой славы, – улыбнулся я в ответ. – Когда мне еще столько хорошего скажут столь уважаемые мной главы родов?

– Успеешь еще. Владимир? –посмотрел он на дядю.

– Племянник, а ты нам ничего не хочешь рассказать?

– Все врут, – тут же открестился я. – Завидуют и оговаривают. Не верьте всему, что слышите. Это недруги.

– А о чем они врут?

– Обо всем!!! Разве ж врагу можно в чем верить? Он хорошего не скажет.

– И все же… Расскажи-ка мне про турков и персов.

– Вам исторические факты или анекдоты? Ну, типа – на дискотеке в Германии тусуется русский в майке с надписью: «У турков три проблемы».

К нему тут же подходит турок и спрашивает:

– Ты чего? Проблем ищешь? Ты наехать хочешь?

– Это ваша первая проблема. Агрессивность. Вы всегда пытаетесь создавать проблемы на пустом месте.

Когда дискотека заканчивается, то русского уже подкарауливает группа турков.

– Сейчас ты ответишь за свои слова! – говорят они.

– Это ваша вторая проблема. Вы не можете решать свои проблемы сами и сразу собираете своих по любому поводу.

– Да как ты смеешь с нами так говорить⁈ – турки повыхватывали ножи…

– Это ваша третья проблема, – продолжает русский. – Вы всегда приходите с ножами на перестрелку.

– Смешно, – улыбнулся дядя. – Но нас больше интересует, как это так быстро Ахмедшах и Дарий стали банкротами, а их страны погрязли в долгах.

– А я почем знаю? – тут же ушел я в несознанку.

– Прямо таки не знаешь? И о событиях на Стамбульской бирже тоже? Как и о том, что в Питере была замечена Серая Цапля?

– Это что еще за птица?

– Вовчик, мой дорогой племянник, не испытывай нашего терпения и не думай, что мы глупей тебя. Колись давай, что вы там провернули вашей компанией? А я подумаю, чем вас наградить за подобное – ремнем или чем-то иным. Ты ж знаешь, что чистосердечное признание смягчает вину.

Эх, вот как чуял, что не может все пройти настолько гладко. Непонятно, где мы спалились, но продолжать уходить в несознанку было поздно. Ну, я и рассказал все как было…

Как трое – Проныра и братья-близнецы Бим с Бомом – сидели в углу Стамбульской биржи, увешанные магическими побрякушками, и ждали. Дождались, пока стихнут торги и уйдёт охрана, пробрались в подземную серверную, усыпили последний пост и вскрыли электронно-магический замок.

Как Проныра за считанные минуты загрузил в главный сервер биржи вирус, который ждал своего часа. Всё прошло тихо – их тени даже луна не запомнила.

Как дальше в дело вступила Серая Цапля – лучшая хакерша, без которой ни одна афера не удавалась. Как только биржа открылась, она дала вирусу команду. За первый час обнулились все личные счета султана Турецкой империи. За следующие два часа вирус перекинулся в Стамбульский главный банк и разорил десятки крупнейших предприятий – текстиль, судостроение, нефть, военные заводы. Торги захлебнулись паникой, биржу экстренно закрыли, но было уже поздно.

Как все деньги – сотни миллионов, если не миллиарды, потому как точной суммы я пока не знал, – потекли по цепочке фирм-однодневок, а оттуда рассыпались мельчайшими ручейками по Швейцарии, Сингапуру, Панаме и другим офшорам.

Рассказал, что следы были настолько хитро запутаны, что вели прямиком в Персию – идеальный ложный след. И что на следующий день полыхнуло уже в Персии, и следы – представьте себе! – вели в Турцию. А сами деньги, пройдя через тысячи фильтров, потихоньку собирались на нашем закрытом счете.

Как итог, скромно признался я, султан и царь были разорены, экономика Турции и Персии серьёзно подорвана. В народе уже начинался бунт, армия оставшаяся без снабжения затормозила и замерла в ожидании. И частично стала возвращаться домой, потому как Египет может и подождать, а вот враги нет. Таким образом мы развалили коалицию, сделав временных партнеров врагами и дав время фараону вернуть силу. Как-то так.