Текст книги "Полуночная девственница (СИ)"

Автор книги: Тиана Блэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

В ответ Райан кивает, медленно выходит из неё и ставит её, дрожащую и удовлетворенную, на ноги. Она немного пошатывается, не в состоянии после оргазма стоять на ватных ногах. Брюнет тут же придерживает её рукой.

– С-спасибо… – бормочет та под нос, краснея как аленький цветочек.

Кажется, он никогда не поймет её реакции. Это был далеко не первый и, по его расчетам, не последний их секс, но ей все же удавалось оставаться в его глазах невинной и нетронутой. Мог бы он убить её в приближающееся полнолуние?

– Я теперь могу принять душ? – извиняющимся тоном спросила Никки, это отвлекло Райнхарда от неприятных мыслей.

– Да, можешь. Я буду ждать тебя на крыльце, – произнес мужчина, открывая кран и немного ополаскивая свое тело. – И смой поскорее этот вонючий шампунь с волос! – добавляет тот грубовато.

Он быстро выходит из ванной, с трудом натягивает свои потертые временем джинсы, надевает майку на мокрое тело и выходит покурить во двор. Дым заполняет легкие, затуманивает голову и расслабляет нервы. Он садится на ступеньку крыльца. В голову опять лезут мысли о полнолунии, хотя Райан начинает думать о нем уже сразу после новолуния. Мысли неприятные, но привычные. Ему бы не хотелось терять контроль каждый раз в 20 дней. Ему бы не хотелось всего этого.

17 Глава

Она вышла во двор минут через десять-пятнадцать с мокрой головой и, к его глубочайшему сожалению, одетая. Он уже докурил, затушив сигарету о ступеньку и выкинув её в старое металлическое ведро неподалёку. Его мысли какое-то время находились в лесу, затем он сопоставил странные происшествия в ванной. Николетта не покидала его головы.

– Все хорошо? – дежурно переспросила она, все еще стоя в дверном проеме и не решаясь выходить из дома.

– Да, вполне, секс был хорошим, – ответил оборотень, специально заставляя её покраснеть до кончиков волос.

– Мне нужно сегодня отнести выполненные задания и задания по подготовке к экзамену. Я еще кое-что не доделала, так что я быстро…

– Подожди, – вдруг прервал её Райнхард, вставая и отряхиваясь.

– Забыл сказать. На обочине я нашел велосипед и гитару. Они твои?

– Ох, да. Да! Спасибо большое! – радостно воскликнула девушка, бросившись с объятьями к нему на шею.

Мужчина сначала опешил, не зная, как реагировать на столь эмоциональное проявление благодарности. Голубоглазый ожидал обычного "спасибо", а не спонтанных обнимашек. Он не знал, стоит ли обнять её ответ или же, напротив, не прикасаться к ней. Райан слегка коснулся её локтей: не обнимая, но и не отталкивая. Николь совсем позабыла о своих потеряшках из-за нынешних событий.

– Хорошо, что это твое. Будешь теперь возвращаться пораньше, – немного отодвигаясь и отводя взгляд, проговорил брюнет.

Замечая некую холодность с его стороны, больше благодарить Никки не стала: отодвинулась, заправила рыжий волос за ухо.

– А где мои вещи?

– В сарае за углом, – коротко бросил Райнхард и направился в дом.

Никки сразу же отправилась туда. Нашла на столе кейс с гитарой и приставленный к стене старый велосипед. Больше всего она, конечно, переживала за свою гитару. Не теряя времени, она проверила её сохранность и направилась с ней в гостиную.

Как только Никки вошла в комнату, мужчина кинул ручку на журнальный столик рядом с её тетрадью, она как-то странно посмотрела на это, приближаясь с каждым шагом. Взяв в руки тетрадь, Оулдридж с удивлением посмотрела на мужчину. Конечно, она верила в его интеллектуальные способности, но решить такую сложную органическую цепочку за минуту или около того – это уже слишком. Рыжеволосая нервно заморгала, переводя глаза с тетради на Райана. Он расплылся в улыбке.

– Удивлена?

– Где ты был всю мою жизнь?! – с улыбкой спросила Николетта. – Я не могла вчера решить её, а ты сделал это за минуту! Ты же просто гений!

– Это ты просто глупенькая, да и задания у вас лёгкие, – оборотень поежился. Он не любил принимать комплименты.

– У меня не очень с органической химией, хотя все говорят, что она легче, а я вот не понимаю… – откровенно призналась Никки.

Брюнет издал короткий смешок, но промолчал. Это не очень понравилось Николетте.

– Ты не мог бы помочь мне репетиторством? – полюбопытствовала Николетта, складывая тетради и бланки с ответами на задания в школьную сумку.

– Я не очень хорош в обучении других, но вопрос в том, что мне за это будет… – ответил Райан с хитрым взглядом.

Никки ненадолго застыла, тяжело сглатывая слюну. Он точно не мой попросить у неё чего-то нормального, поэтому та не решила переспрашивать и уточнять, чего именно он хочет: взгляд выдавал Райана с головой и заставлял её краснеть.

– Я имею в виду секс, – пояснил тот после возникшей тишины.

– Мы же занимаемся этим каждый день, – очень тихо произнесла Никки, стараясь не пересекаться с ним взглядом.

– Есть много вещей, которых мы не делали… – протянул брюнет, с деловитым видом прислоняя ладонь к щеке, – …и мест, в которых это можно сделать.

Рыжеволосая никак не ответила на его заявление, тем более у неё было еще очень много дел, потому она молча собрала все, что было необходимо отнести в школу, и сказала напоследок:

– Я буду через пару часов. Быстрее я доберусь на автобусе, так что пока велосипедом не воспользуюсь. Я вчера наготовила дома много, поэтому смогу провести больше времени с тобой.

Губы мужчины расплылись в коварной ухмылке, когда он подумал о том, как приятно они могут провести время наедине. Девушка же встала, поправила рубашку и сумку на плече и отправилась прямиком к остановке.

Поездка в этот раз была недолгой. В школу она попала вместе с перерывом: некоторые ученики вышли во двор, чтобы подышать свежим воздухом или размяться. Ей нужно было зайти к классному руководителю и отдать все бумаги, ею была женщина средних лет, миссис Стэндфил. Как ни странно, классная руководительница была довольно приятным и справедливым человеком. Пожалуй, за это Николетта её и уважала. Не то чтобы она была излишне добра, но она всегда старалась сделать жизнь её учеников лучше.

– Миссис Стэндфил? – позвала учителя Никки, войдя в её класс.

Учительница как раз занималась документацией.

– Да-да, мисс Оулдридж, проходите, – отозвалась женщина, движением руки приглашая её сесть рядом.

Николь заняла свое место и принялась доставать все тетради и бумаги, которые необходимо было проверить. В окно пробивались слепящие солнечные лучи. Никки слегка поморщилась и подала аккуратную стопку преподавателю.

– У нас сейчас одни тесты и контрольные, да и подготовка к экзаменам. Я дам тебе задания, а тетради заберешь, когда тебе будет удобно, но не раньше завтрашнего утра. Я постараюсь сегодня переговорить с учителями-предметниками, – коротко и ясно обозначила она всю информацию. – У тебя есть какие-нибудь вопросы?

– Нет. Я выполнила все, что было нужно.

Миссис Стэндфил немного порылась в бумагах на столе, отыскала синюю папку и подала Николетте со словами:

– Здесь все задания.

– Благодарю, – произнесла рыжеволосая, пытаясь запихнуть папку в сумку. Она была куда больше, чем старшеклассница ожидала.

Учительница взяла небольшую бумажку, чтобы написать кое-какие рекомендации, посмотрела на Оулдридж через призму очков.

– Как мама?

– Так же… – отрезала Никки, отводя взгляд в сторону. Учительница закончила довольно быстро.

– Я написала, что сделать в первую очередь, и расписала последние сроки сдачи, а также информацию об экзамене. Не стану тебя больше задерживать, – с сочувственной улыбкой ответила учительница, протянув белоснежную бумажку.

Николетта взяла бумагу, встала со стула и направилась в сторону выхода, бросив нарочитое:

– До свидания.

– Ах, точно, Николетта… Миссис Блэр говорила о том, что твоей сестре нужно прилагать больше усилий в учёбе. Я понимаю, что у вас в семье сложная ситуация, но это не повод пропускать занятия и не делать домашнее задание в конце учебного года, – напоследок добавила миссис Стэндфилд.

– Хорошо, миссис Стэндфилд, я обязательно переговорю с ней сегодня, – бросила Николетта в ответ.

В ней закипала некого рода злость. Как старшая сестра Николь всегда требовала от сестры только одного – учиться. Речь не шла об отличных отметках или каких-то значимых достижениях. Ей всего-навсего надо было всегда присутствовать на занятиях и делать домашнее задание. В последнее время рыжеволосая и правда стала замечать за ней неладное, теперь же все предстало совершенно прозрачным. Вечером Кэсседи ждал серьезный разговор, о котором Николетта размышляла, выходя из школы. Неприятное известие совершенно выбило её из колеи.

– Николетта! – послышалось за спиной.

Теряясь в раздумьях, девушка не оборачивалась.

– Оулдридж! – повторил тот же голос, трогая её за плечо.

Старшеклассница тут же обернулась, увидев за спиной Кайла Дженсена. Это был высокий загорелый паренёк со светло-русыми волосами и золотисто-коричневыми глазами. Этот юноша был одним из самых популярных парней в школе и всегда улыбался. Никки тоже была с приветом, но эта улыбка, не меняющаяся изо дня в день и из года в год, напрягала даже её. Они редко общались, и Оулдридж была очень удивлена новости о том, что она уже давно ему нравится. Он был дружелюбен со всеми и ей своей привязанности не показывал. Самый популярный парень школы и девушка, которая старше него, да и еще с довеском комплексов в придачу. Это точно не ввязывалось в современные устои общества, хотя, возможно, ему просто нравились девушки постарше.

– Ох, привет. Ты что-то хотел? – Николетта явно хотела сбежать от разговора.

– Ты же придешь на вечеринку, да? – с застывшей улыбкой он почесал затылок. – Элис сказала сегодня об этом. Тебя тут давно не видно. Все хорошо?

– Думаю, моя сестра должна была тебе рассказать или нет? Она же нередко бывает у вас дома, общается с твоей сестрой, – она не хотела рассказывать ему о своих делах.

Улыбка как-то сползла с его лица.

– Да, но она всегда говорит о том, что все хорошо, а это, наверное, не так, – он кивнул в сторону папки, которую она держала в руках. – Миссис Стэндфил дала тебе задания?

– Да. Я сейчас подрабатываю, поэтому готовлюсь к экзаменам дома, нет времени посещать школу, да и на проезд уходит много времени, – со смущением ответила Николь.

– Тогда я не буду тебя задерживать, только обязательно приходи…

Сказав это, он как-то неожиданно коснулся своими пальцами её руки, а она в ответ почувствовала лишь раздражение и отвращение. Внутри все клокотало.

– Хорошо, мне уже пора. До встречи, – сквозь зубы прошипела та, удивляясь своей неприязни.

Теперь она была занята, ей не хотелось, чтобы кто-то чужой трогал её без разрешения, даже за руку.

18 Глава

Известие о прогулах сестры совсем выбило Николетту из колеи. Она позвонила Райану на домашний телефон. Ей было неловко отменять свое обещание, но разговор с Кэсседи должен был состояться как можно скорее и для этого рыжеволосой нужно было быть дома. Пока шли гудки, девушка заметила, как начинает нервничать.

Мужчина с непривычки очень долго шёл к телефону: ему нечасто звонили. Взяв трубку и прижав её к уху, он, как и многие люди на этой планете, сказал: "Я слушаю".

– Райан, тут такое дело… – начала было старшеклассница.

Голос у неё немного дрожал, как, впрочем, и руки. Ей, правда, хотелось прийти к нему, но она была просто обязана поговорить с сестрой.

– Никки? Да, я слушаю… – ответил оборотень, как-то слишком спокойно для себя выдохнув. – Ты хотела что-то спросить? – добавил он.

– Да, мне нужно поговорить с сестрой, поэтому я приду позже, – набравшись храбрости, произнесла та.

На мгновенье в трубке повисла гнетущая её тишина.

– Знаешь же, что будешь должна, – со смешком хмыкнул брюнет в трубку. – И не только ужин…

Она могла поклясться, что в этот момент он улыбался своей хитрой и чертовски соблазнительной улыбочкой.

– Хорошо, – улыбаясь краешками губ, согласилась Николетта, добавив, – до скорого.

– До встречи… – прозвучал ответ в трубке, а затем послышались гудки сброса.

Кэсси пришла раньше времени в весьма хорошем расположении духа. Николь не хотелось портить ей настроение, но это было необходимо в воспитательных целях. Пока разноглазая ждала младшую сестру, она уже поухаживала за садом, огородом и живностью и даже успела немного прибраться по дому: вытереть пыль, помыть полы. Девочка явно не ожидала увидеть Николетту прямо сейчас. И как будто предчувствуя их разговор, она молча сняла с плеч портфель, улыбка сползла с её лица.

– Кажется, ты должна ещё быть в школе, – спокойно протянула рыжеволосая.

– У нас были сокращённые уроки, – небрежно просила блондинка в ответ.

На это Николетта отрицательно покачала головой. Не очень-то приятно осознавать, что тебя обманывают.

– Присаживайся, я разогрела рататуй, – строго сказала старшая сестра, кулинарной лопаткой накладывая порцию разогретого блюда на тарелку.

Зеленоглазая присела на свой любимый стул, в её глазах читалась тревога.

– Я хочу поговорить с тобой по поводу сокращённых уроков, – Николетта поставила тарелку перед сестрой, дала ей вилку.

Проголодавшаяся и не пообедавшая Кэсс тут же приступила к еде, подцепив на вилку кружочек баклажана и помидора.

– Понимаете, Кэсседи Оулдридж… – официально произнесла Николь, – …Миссис Блэр эти ваши "сокращенные уроки" называет прогулами и отсутствием домашнего задания.

Младшеклассница успела съесть совсем немного, последний кусок так и встал в горле, она с трудом его проглотила.

– Знаешь, нам надо что-то менять, – сказав это, девушка наложила рататуя и себе, затем села напротив сестры. – Возможно, частично это и моя вина: я редко бываю дома, не помогаю тебе делать домашнее задание, не контролирую, – она спокойно начала есть.

А вот блондинке есть сразу же перехотелось. Кэсседи молча уставилась в свою тарелку, вилкой передвигая тонкие кружочки овощей. Конечно, Николетта сразу поняла, что её сестре стыдно, но это все-таки был разговор, и в нём должны были участвовать они обе.

– Я клоню к тому, что ты теперь под домашним арестом. Будешь звонить с домашнего, как придешь домой, я буду каждый день писать миссис Блэр и, если я не смогу проверить твое домашнее задание, попрошу маму это проконтролировать. И да… к подружкам по домам мы больше не ходим, – после своего монолога девушка сделала глоток воды и многозначительно стукнула дном стакана по столу.

Кэсси уронила вилку обратно в свою тарелку, надулась, затем вскочила из-за стола и поспешила к себе в комнату, Никки лишь отрицательно покачала головой, доедая свою порцию.

– Все хорошо? – спросила их мать, выходя из своей комнаты. В это время она обычно спала, а Никки и Кэсси, вероятно, разбудили её.

– Она начала прогуливать уроки, – пояснила Николь, – я её наказала. Ты будешь обедать? Тебе положить рататуй на тарелку?

– Раз уж она надулась, то до вечера не выйдет, – пожала плечами светловолосая женщина, а затем добавила, – все в порядке, я съем её порцию.

Рыжеволосая встала с насиженного места, решив позаботиться о матери, положила ещё немного рататуя в тарелку, так как Кэсси ела меньше всех в их семье. Миранда заняла свое место напротив Николетты, попросила стакан воды.

– Ты пила таблетки утром? – нарочито спросила та, подавая матери стакан с водой. Это то, что было постоянной и самой главной темой в их разговоре.

Женщина слабо кивнула, сделала глоток, затем медленно приступила к еде. Она всегда ела неохотно, хотя и лучше, чем Кэсседи. Вид у неё был довольно уставший и потрепанный, волосы были заколоты в небрежный пучок на голове. Сегодня на ней был синий сарафан, который Миранда часто надевала летом.

– Тебе не нужно купить еще таблеток? Кажется, у тебя должны были уже закончиться, – поинтересовалась её дочь, доедая последние запечённые овощи на своей тарелке.

– У меня еще есть, – бросила женщина в ответ.

– Хорошо, – лишь пожала плечами Николь. У неё не было времени специально ехать в аптеку.

Николетта не наелась одной порцией, поэтому положила себе ещё. Полноценные вегетарианские блюда она готовила только здесь, приготовить что-нибудь и себе в доме Райнхарда времени не было – там она просто перебивалась салатом или свежими овощами.

– Как твои отношения с парнем? – спросила её мать, наблюдая за тем, как дочь накладывает себе в тарелку очередную порцию.

– Каким парнем? – переспросила Никки, снова усаживаясь на свое место и вновь погружая вилку с рататуем в рот.

– Твоим парнем… – настойчиво произнесла блондинка, устремив взгляд своих стеклянно-голубых глаз на рыжеволосую. – Я о том взрослом брюнете, который иногда появляется возле нашего дома. Почему бы тебе не пригласить его и не познакомить с нами?

Николетта, очевидно, не ожидала такого интереса к своей личной жизни со стороны матери, поэтому промолчала. На минуту она даже задумалась, стоит ли приглашать Райана в дом и был бы он не против познакомиться с её матерью и сестрой? Всё-таки какое-то внутреннее чувство подсказывало, что этого делать не стоит.

– Не думаю, что стоит. Это только между нами, – ответила Николь. "Он ведь никогда не говорил мне, что я его девушка", – с грустью подумала она.

На разговоре Миранда больше не настаивала: остаток обеда они провели в тишине. После Николетта взяла кое-какие свои вещи и покинула дом, отправившись пешком до Райнхарда. В это время он был во дворе, колол дрова. Было уже довольно жарко, и капельки пота сексуально скатывались по его загорелому телу. Николетта с трудом сглотнула, припоминая их совместный душ.

– Чем ты занят? – полюбопытствовала девушка, приближаясь к мужчине.

– Нашёл в сарае шаровой гриль. Неплохо было бы устроить барбекю или что-то вроде этого, я давненько не ел ничего подобного, ещё с поездки в Америку.

– Ты был в Америке? – мимоходом спросила Николь.

– Да, лет двад… точнее, года два назад, – ответил оборотень, едва не проговорившись.

– Тогда мне нужно замариновать мясо? У нас же вроде бы были свиные ребрышки и несколько стейков, – сказав это, она тут же поспешила в дом, на кухню.

– Я еще купил немецких сосисок, – крикнул ей вдогонку брюнет.

Весь день они были заняты подготовкой к так называемому барбекю. Специально для Николетты мужчина пожарил на гриле молодую кукурузу и томаты, но, к удивлению, она с аппетитом наблюдала за тем, как он голыми руками поглощал замаринованные в соусе барбекю ребрышки.

Оборотень сдирал мясо с костей пальцами или зубами, совершенно не боясь обжечься или испачкаться. Рыжеволосая же продолжала пускать слюни, поедая слегка поджаренную кукурузу и подпалённые томаты. Изредка он брал что-то из её тарелки с овощами. Она была не против, так как они сделали слишком много и больший аппетит у неё вызывало сочное мясо, нежели овощи. От этой мысли ей даже немного поплохело. Сегодня Райнхард был настолько сыт и доволен, что вырубился раньше Николь, даже не успев раздеться.

На следующий день они вместе с Райнхардом поехали за покупками. В этот раз они купили не только привычные в их холодильнике продукты, но также наряд для Никки на вечеринку и бутылку французского вина, чтобы отметить, как сказал Райан, его избавление от всего это дерьма (магазина одежды). Признаться честно, они пробыли там действительно долгое время, но лишь потому, что именно брюнету постоянно что-то не нравилось.

Обычно семья Оулдридж покупала одежду в секонд-хенде или на каких-нибудь распродажах в крупных гипермаркетах. Не сказать, что вещи там были плохие, скорее, они были доступными и довольно дешевыми. Привыкшая довольствоваться малым, Николетта была готова купить любое, первое попавшееся на глаза, платье, но у оборотня были иные взгляды. То ему не нравился цвет, то качество ткани, то фасон, то длина, и при этом он настойчиво заявлял о том, что просто ненавидит магазины. Даже Николь уже начала проклинать шопинг.

Наконец они нашли подходящее, по мнению Райана, платье для вечеринки. Это был красно-белый полосатый сарафан на толстых бретельках, с квадратным вырезом и текстильным бантиком посередине. Конечно, Райнхард хотел бы, чтобы платье не так сильно облегало её формы, да и длина чуть выше колена его напрягала (кто-то мог посягнуть на его собственность).

Когда они приехали домой, уже стемнело. Луна заняла свою позицию на темном небе, светом отражаясь в его голубых глазах. Еще раз посмотрев на луну, оборотень прошел вслед за девушкой в дом. Она сразу же пошла на кухню, чтобы разобрать пакеты, а он, схватив бутылку вина, откупорил её пальцами и сделал глоток. Вообще, брюнет больше предпочитал пиво или сидр, но сейчас он хотел впечатлить Николетту. А хотел ли? Голубоглазый сделал еще один глоток и едва не поперхнулся, увидев её с двумя бокалами и глуповатой улыбкой на лице.

– Ты уже разобрала покупки?

– Нет, я помыла бокалы, подумала, что ты захочешь выпить прямо сейчас, – с некой нежностью ответила рыжеволосая.

– Очень предусмотрительно, – пробормотал тот, уткнувшись носом ей в макушку, глаза его несвойственно блестели.

Николь поставила бокалы для вина на журнальный столик, Райнхард тоже отложил бутылку, резко привлекая её к себе за талию. Он слегка нагнулся так, что теперь поглаживал её шею кончиком своего носа. Девушка немного отодвинулась, чувствуя легкое возбуждение.

– Я разберу пакеты и приду, – сказала она отодвигаясь.

Он как-то хмуро посмотрел на неё.

– Не скучай, – добавила она, неоднозначно подмигнув.

"Коварная женщина!" – в сердцах подумал оборотень, плюхнувшись на диван. Немного подумав о своем, мужчина наполнил два бокала бордово-красным вином, встал, прошелся по комнате, включил свет в гостиной. Сегодня они купили не так много, поэтому Николетта вернулась обратно довольно скоро. Однако в гостиной не задержалась, пройдя в спальню с пакетом с платьем.

– Что ты делаешь? – задал тот весьма уместный вопрос. Ждать на диване он не стал, прошел в спальню за ней следом.

– Примерю платье еще раз.

Она сняла свою повседневную одежду, надела новое платье, подошла к комоду с разбитым стеклом и аккуратно осмотрела себя в нем со всех сторон. Еще раз посмотрев на неё в этом сарафане, он совершенно перехотел пускать её на ту вечеринку, ведь кто-то совершенно точно захочет украсть её. А потом она стянула с волос резинку, распустила их и поправила темно-рыжие волосы руками. Теперь оборотень стоял уже не в дверях, а за её спиной, обхватив её сзади за талию, нащупывая пальцами её упругую грудь.

– Подожди, а как же вино? Я ведь даже не попробовала, а мне хотелось… – протянула старшеклассница, поворачиваясь к нему лицом.

– Тогда пойдем и выпьем, только скорее, – пробормотал тот, подхватывая её под колени, чтобы отнести в гостиную на руках.

– Стой! А переодеться?!

– Если ты выпьешь вина в этом платье со мной, оно не испортится. Тем более, завтра ты тоже можешь испортить его, выпивая с одноклассниками, – хмыкнул Райан, чуть подбрасывая её на руках.

– Ахх… но я не буду выпивать там, – честно сказала она, держась за его плечи.

– Интересно, – произнес тот, перешагивая с нею через порог и тут же опуская её пятой точкой на диван.

– Просто хотела пообщаться с подругами… и я все-таки надеюсь, что ты пойдешь туда со мной.

– Нет, – с легкостью ответил оборотень и подал ей её бокал. – Я слишком стар для этого, – добавил тот, сделал глоток из своего бокала, тут же посмотрел на неё.

Конечно, дело было вовсе не в его "старости", а в завтрашнем полнолунии. Он отвезет её туда, а до дома доедет она либо сама, либо когда он придёт в себя, чтобы отвезти её самостоятельно. Таков и был его план. Он точно не появится на вечеринке перед толпой людей, даже если и захочет увидеть её после превращения. За эти девятнадцать дней он даже привык к человеческой форме, вспомнил о прежней людской жизни. Не сказать, что воспоминания были хорошими, но присутствие Николетты сглаживало неприятные моменты.

– Все хорошо? – отвлекла его Никки. Наверное, он в очередной раз не ответил на её вопрос.

– Ммм… да, все в порядке.

– Я говорила о вине. Я пробовала несколько раз, но такое – впервые. Оно очень вкусное, – при этом разноглазая сделала еще один глоток.

Он слегка улыбнулся, взлохматил свои и без того непослушные волосы.

– Одно из лучших французских вин, – повторил Райнхард ту же фразу, что и при его покупке.

– Да, ты говорил… – с улыбкой произнесла Николь, переведя взгляд с бокала на него.

Он тоже сделал несколько глотков, не отрывая от неё взгляда. Они оба знали, что после этого может произойти, и они оба были к этому готовы. Девушка подсела к нему ближе, почти соприкасаясь своей спиной с его рукой, мужчина тут же убрал бокал в сторону.

– Я не хочу отпускать тебя на эту дурацкую вечеринку, – сквозь зубы прошипел оборотень, поглаживая её по голове.

– Почему? – задала Никки риторический вопрос.

– Потому что ты моя, – выдал тот совершенно серьезно и даже немного грубо, но она к этому уже привыкла. Для неё это было сродни "я тебя люблю" в его речи.

– Но я не могу не пойти, я уже пообещала, – извиняющимся тоном ответила рыжеволосая, прильнув ухом к его груди.

"Его сердце так быстро бьется" – промелькнула мысль в её голове.

– Если хочешь пойти, тебе нужно хорошенько уговорить меня, – с вызовом бросил Райан.

– И что же я должна сделать?

– Сесть на колени, – пожал плечами тот, – передо мной.

Николетта медленно слезла с дивана, села перед ним на колени, потом лукаво положила руки на его бедра спросив:

– Вот так?

В комнате тут же стало невыносимо душно. Видимо, её это веселило, а вот Райана еще как возбуждало. Ему хотелось думать о том, что это все из-за выпитого ею бокала вина, а не оттого, что он превратил её в какую-то нимфоманку. Или она не понимает того, что он собирается с ней сейчас делать?

– Теперь расстегни мой ремень, – командует мужчина

Она повинуется, хотя и с некой опаской поглядывает на него из-под опущенных ресниц.

Её покорность его чертовски заводила, и, если взглянуть правде в глаза, он уже давно хотел получить оргазм при помощи её рта.

– Закрой глаза, – попросила рыжеволосая, тихонько зевая.

Настал его черед повиноваться. По крайней мере, видеть это было необязательно, куда важнее были ощущения. Райнхард не знал, делала ли она это раньше, но уже был в предвкушении оральной ласки. Он молча закрыл глаза и приготовился к тому, что она хотела продемонстрировать.

Какое-то время она возилась с его ремнем, а после, окончательно откинув его в сторону, положила голову на его бедро. Почувствовав тяжесть на бедре, он замер, едва дыша, но далее ничего не последовало. Мужчина все ждал и ждал, когда же она решит действовать, но так и не дождался: открыл глаза. Николь спала, опустив голову на его бедро и мило морща нос. Конечно, оборотень был недоволен, но не настолько, чтобы будить её и приказывать довести начатое дело до конца.

Райнхард вновь взвалил девушку на руки, чтобы уложить в свою кровать, затем вернулся в гостиную, налил себе еще один бокал, выпил его залпом и вышел во двор. Луна уже набирала силу, и мужчина чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Он не хотел навредить ей, сейчас все было слишком хорошо и спокойно: это ему даже нравилось. Райан закурил. В последние несколько дней тот курил чаще обычного. Выкурив две сигареты и наконец немного успокоившись, он занял свое законное место возле девушки и через пару часов уснул.

Утром они позавтракали и позанимались какое-то время (она наконец-то разобралась с некоторыми классами органических соединений и выполнила большую часть заданий по химии). Несмотря на его заявления, учитель из него вышел неплохой, хотя он многое и не объяснял, но доступно показывал при помощи схем на бумаге. В обед она позвонила домой, отлучилась на какое-то время и вернулась.

Пообедали они чуть позже обычного времени, она приготовила спагетти: ему – с мясными фрикадельками, а сама поела просто так с салатом на гарнир. Вечеринка должна была начаться в восемь часов вечера. Собираться Никки начала заранее, надев новое платье и распустив волосы, после их хорошо расчесав. Из обуви девушка выбрала свои любимые черные туфли с открытыми носками, которые та надевала в школу, взяла свою сумочку, положив в неё телефон, ID карту и остальную мелочь.

Сегодня оборотень решил отвезти её на машине. Поскольку собралась она довольно рано, он отвёз Никки немного раньше начала, желая немного поприсутствовать там, прежде чем уехать. Наверное, на последней своей вечеринке Райан был в конце прошлого века, его никогда не тянуло в такие места, да и выпить ничего нормального обычно не предлагали.

Николетта вышла из машины, оглянулась по сторонам в поисках кого-то из знакомых. Пожалуй, здесь было несколько одноклассников или ребят из школы, но ни с кем из них она особо и не общалась.

– Почему бы тебе не зайти в дом? – предложил брюнет, опираясь на незакрытую дверцу авто.

– Да, хорошая мысль, – кивнула Никки. Ей нужно было найти Элис и Виолу.

– Постой, – вдруг выдал голубоглазый, хватая её за руку.

– Что-то не так?

Он снял с себя черную косуху, накинул на её плечи.

– Сегодня должно быть холодно, – произнес тот.

На самом деле, он просто не хотел, чтобы кто-то видел её голые плечи.