Текст книги "Полуночная девственница (СИ)"

Автор книги: Тиана Блэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

40 Глава

Хэйден не планировал второго захода, обычно и одного раза хватало, но её стоны и оргазм возбудили его до предела. Сейчас он не мог сказать себе: "Успокойся, забудь и ложись спать". Конечно, брюнет понимал, что ощущения после оргазма могут быть совсем иные, но не мог противостоять желанию своего внутреннего зверя. Почему именно она? Почему именно она так сводит его с ума? Почему и он сам, и его волк желает её? За последние недели он получил столько оргазмов, сколько не получал за последние десятки лет, но почему желание никуда не уходит? Обычно после нескольких раз ему все это надоедало, а девушки переставали его привлекать, но с ней все по-другому.

Наклонившись к той, он целует её волнистые рыжие волосы и вдыхает их аромат. Её запах изменился, да. Стал более терпким и пряным, но все равно оставался приятным и родным. Ему не нравился собственный запах, но, даже если она и станет пахнуть как он, оборотень не имеет ничего против. Он не против, если она сменит цвет волос, внешность или имя, для него она все равно останется такой же.

Райнхард знает, что это любовь. Знает, но не хочет этого признавать. Любовь причиняет боль. И, чем сильнее ты любишь, тем больше ты страдаешь в конце, а ведь конец рано или поздно настанет. Ничто не вечно, будь то люди, ведьмы или же оборотни. Он просто целует её волосы и не думает ни о чем другом. В этом номере есть только она и он, и самое время заняться кое-чем интересным.

Мужчина недолго с ней церемонится: быстро оглаживает её аппетитные бедра и тут же притягивает её к себе. Николетта поначалу пытается сказать что-то в качестве протеста, но прерывается, как только его член погружается в неё. Ощущения странные не только для неё, но и для него. Его член после оргазма еще остался чрезмерно чувствительным, и, когда её стенки сжимаются вокруг него, это причиняет небольшой дискомфорт.

В отличие от него, Оулдриж, напротив, поначалу почти ничего не чувствует кроме чувства наполненности. Ощущения приходят в норму после того, как он делает первый толчок, растягивая её изнутри. После оргазма она чертовски влажная, и, когда первый толчок сопровождается хлюпающим звуком, Ника краснеет и закрывает лицо руками.

– Ах… пожалуйста, не надо, – мямлит рыжеволосая пересохшими губами.

Он не может выполнить её просьбу. Когда угодно, что угодно, но только не это и не сейчас. Хэйд не собирается мучиться со стояком, когда эта привлекательная особа с охренной грудью и ж*пой лежит рядом с ним.

– Надо, – твердо и уверенно произносит оборотень, погружаясь в неё на всю длину.

– Н-нет… – шепчет Николетта, чувствуя его глубоко внутри.

Её пугало, когда он касался какой-то её точки изнутри. Еще больше её пугала мысль о том, что это может повредить ребенку, если она окажется беременной. Не желая испытывать судьбу, рыжеволосая выставила руку за спиной и уперлась ею ему в пах, чтобы он не входил в неё до самого упора. С одной стороны – ему это не нравилось, а с другой – в этом что-то было.

– Что, черт возьми, ты делаешь? – спросил Хэйден, поглядывая на её руку.

– Мне немного больно, когда ты входишь полностью, – сказала Ника. Сейчас никаких неудобств она не испытывала, но предполагала, что так оно и будет, когда ощущения вернуться к ней.

– И что мне делать, если я хочу полностью быть в тебе? – с ухмылкой спросил Райнхард ей на ушко.

Он специально прильнул животом к её спине и поцеловал Нику в лопатку, заставив все в её животе помутиться еще раз. При этом рука её больше не спасала от его полного проникновения. Ей не было больно, но ощущения были довольно странные.

– Хэйден, пожалуйста…

Николетта и сама не знала, как продолжить эту фразу.

– Пожалуйста, что? – промурлыкал он.

– Пожалуйста, двигайся? – мужчина поцеловал её в шею, вызвав волну мурашек по всему телу.

– Пожалуйста, наполни меня до краев? – не унимался оборотень.

"Пожалуйста, помолчи", – хотела сказать Николетта в ответ, но сдержалась, прикусив свою губу. Его шепот в совокупности с такими сексуальными фразами очень возбуждали. К ней постепенно возвращались ощущения, и приятное тепло вновь разливалось внизу живота.

– Почему ты молчишь? – спрашивает брюнет, а затем делает внутри неё медленный толчок.

Он делает это специально, чтобы немного подразнить её. А что? Пусть она больше не говорит о том, что она этого не хочет, когда её тело реагирует на него иначе. Ответа от Оулдридж опять же не последовало. Впрочем, сейчас она была такой красной и смущенной, что из её рта даже стоны не вырывались.

– Может, мне стоит двигаться быстрее? – он откровенно над ней издевается, медленно задевая её чувствительные точки.

Девушка уже почти не дышит в предвкушении нового толчка и погружения. Сердце бьется так быстро, что она слышит пульс в собственных ушах, и кажется, что матка внутри пульсирует вместе с ним в одном темпе.

– Да, пожалуйста… – наконец выдавливает из себя Николь. Кажется, что это смущение и стыд никуда не уйдут и после десятков лет.

– Ха. Тогда тебе стоит подвигать бедрами, – Николетта могла поставить руку на отсечение, что он сейчас коварно улыбался за её спиной.

Стараясь не умереть от смущения, Николь опирается руками о кровать и делает то, что хочет Райнхард. Она медленно покачивает бедрами из стороны в сторону, пока брюнет находится в ней. Эти манипуляции позволяют ему полностью почувствовать то, какие узкие у неё стенки влагалища. Брюнет твердеет еще больше, возбуждаясь не только от ощущений, но и от вида её покачивающихся бёдер в целом.

– Черт, какая же… – оборотень не договорил, сжимая челюсти и делая в ней несколько отрывистых толчков, отчего она довольно громко простонала, прогибаясь в спине.

Желая погрузиться в неё еще глубже, голубоглазый хватает её за плечо и проникает в неё с новой силой. Рыжеволосая все еще пытается сдерживать его напористость своей рукой, но не так активно, потому что чувствует, как где-то глубоко сжимается нервный комок, ответственный за близящийся оргазм. Впрочем, ей не дано было его ощутить, да и не нужно было (это был бы перебор), поскольку Хэйден после нескольких мощных толчков кончает в неё. Ей приятны его пульсации во время оргазма, но то, что он изливается в неё, не очень практично.

Его жидкость довольно неприятно стекает по бедрам, когда он выходит из неё. Даже после душа она иногда замечает её на своем нижнем белье. Почему им не пользоваться презервативами? Ника стесняется задать ему подобный вопрос, тем более, он сказал, что ощущения при защищенном сексе гораздо хуже, только вот что теперь делать, если они станут родителями?

Николетту возможная беременность и пугала, и радовала одновременно. С одной стороны – было страшно сообщать об этом близких и Хэйдену, в особенности, а с другой – у них бы помог бы быть ребенок, похожий на них двоих. Оулдридж любила детей и хотела иметь их, но желательно после свадьбы и получения образования. Однако Райнхард говорил о своей неспособности иметь детей и её беременность казалась прекрасной, хоть и неожиданной возможностью.

– Подай мне, пожалуйста, стакан воды, – попросила она.

Девушка сейчас была не в состоянии сделать что-либо, тем более, встать, хотя ей и нужно было принять душ, чтобы смыть с себя все лишнее. Хэйд без пререканий и шуток налил ей стакан воды. В их номере была пара стаканов и несколько бутылок негазированной воды.

– Тебе стоит сходить и принять душ.

После выпитого залпом стакана воды Николетта повернулась набок и закрыла глаза, поэтому Райнхард счел уместным предложение сходить в душ.

– Я не хочу… я очень устала…

– Разве ты не хочешь смыть с себя все это, чтобы не быть липкой?

– Это твоя вина, – оправдалась Ника.

В итоге он помыл её самостоятельно, а туда и обратно нёс на руках.

– Спасибо, – буркнула рыжеволосая ведьма прежде, чем провалиться в сон.

– Что с тобой поделаешь… – облегченно выдохнул брюнет, целуя её в висок.

41 Глава

Утро оказалось для Николетты никаким не утром, потому что проснулась она после двенадцати часов дня. Все это она, конечно же, связывала с тем, что вчера они легли крайне поздно. После пробуждения у неё было довольно вялое состояние: тело казалось ватным, ноги не слушались и голова слегка кружилась.

Хэйден проснулся раньше неё на час и смотрел телепередачи на самой низкой громкости. Рыжеволосая почти ничего не слышала, но он уверял её в том, что с его слухом это не проблема. Девушка поверила ему на слово, тем более, она знала, на что он способен.

– Я сегодня должна буду поговорить с сестрой… – начала было Оулдридж.

"И сходить на прием к гинекологу", – хотела добавить девушка, но язык у неё не поворачивался. Зачем говорить ему сейчас, если её опасения окажутся напрасными? Впрочем, с каждой минутой она все больше убеждалась в том, что беременна: к горлу подкатила тошнота, когда им в номер принесли завтрак.

– Хорошо-хорошо, но я не собираюсь выходить из номера до отъезда, – ответил Райнхард.

Ему тоже было что скрывать. И его тайна даже была несколько хуже, поскольку могла стоить и его, и её жизни. Завтрак принесли довольно быстро, спустя 15 минут после заказа. Он бы заказал еду в номер еще раньше, но не хотел будить Нику.

– Ты не собираешься есть? – спросил он, с жаром бросаясь на принесённую еду. – Я заказал тебе фруктовый салат, ты же его обычно ешь по утрам…

Николь и правда любила овощи или фрукты на завтрак, но салат, к сожалению, уже давно не вызывал у неё аппетита. Куда больше салата ей хотелось отведать картофельной запеканки с курицей и грибами, которую ел оборотень. При мысли о курице живот тихонько заурчал. Девушка не знала вкус мяса, но запах теперь казался божественным. Почуяв запах запеканки, её живот издал предательское урчание.

Несмотря на подкатывающую к горлу тошноту, Ника все же решила заставить себя съесть пару ложек салата. Голодный обморок где-то в городе был ей ни к чему.

Сегодня Николетта очень долго и тщательно принимает ванну, опасаясь того, что врач сможет узнать о том, что происходило между ними ночью. Она никогда не была на подобном приеме. Хоть девочки и говорили о том, что осмотр у гинеколога вполне себе обычный, у неё это всегда вызывало некий страх. Будучи девственницей, на ежегодном осмотре у гинеколога она получала только консультацию и осмотр груди. Но даже тогда гинекологическое кресло и другие приспособления в кабинете её очень напрягали.

Ника заправила голубую футболку в джинсы и вдохнула полной грудью, пытаясь успокоиться. Сейчас ей не стоит начинать бояться гинекологов, учитывая то, что скоро она может стать матерью. От этой мысли ей стало ещё хуже. Рыжеволосая сразу же подумала о реакции Райнхарда и родах. От внезапного приступа страха у нее застучало в висках.

– Все хорошо? – у неё было такое странное лицо, что Райнхард просто не мог не поинтересоваться о её состоянии. В последнее время его настораживало поведение Ники.

– Да-да, – голос Хэйдена тут же привел Николетту в чувство. Девушка поправила свою футболку и взяла сумку.

– Просто мы скоро уже уезжаем, а я никак не могу признаться в этом сестре…

Это тоже её волновало, но только не в эту минуту, так это была почти правда.

– Я уже говорил о том, что ты можешь нанять домработницу, она поможет и твоей матери, и сестре, – Райнхард был не лучшим советчиком в этом вопросе, но все равно старался оказать ей хотя бы материальную помощь.

– Да, я уже нашла одну женщину, она живет через две улицы от нашей и готова помогать по дому, – сказала Николетта. Она уже решила этот вопрос и не хотела к нему возвращаться. Сейчас у них обоих были проблемы посерьезнее.

– Я, наверное, вернусь только к вечеру, еще в магазин забегу за продуктами, – сказала она, направляясь к двери.

Он молча кивнул, сделав вид, что нет ничего важнее остатков еды на его тарелке.

***

В клинику Оулдридж попала за двадцать минут до начала приема. Администратор на стойке проверил её запись и предложил подождать врача на одном из удобных диванчиков. К удивлению Николетты, здесь пациентам предлагались бесплатные вода, чай и кофе. Она взяла себе пластиковый стаканчик прохладной воды и присела в зале ожидания. После поездки на общественном транспорте её немного мутило, но вода помогла ей избавиться от тошноты.

Нику приняли на десять минут раньше записи. Миссис Сеймур, врач-гинеколог, оказалась женщиной среднего возраста с коротко остриженными волосами и довольно широкой улыбкой. Врач поздоровалась и предложила Николетте присесть напротив неё.

– Вас беспокоит что-то конкретное или вы просто пришли на ежегодный осмотр?

– Я… – тут девушка слегка замялась, – …предполагаю, что беременна.

– У вас задержка?

– Да, в этом месяце месячных у меня не было… – девушка чувствовала, как в горле все начинает пересыхать от волнения.

Гинеколог что-то напечатала на своем компьютере, затем снова обратилась к девушке с вопросом:

– Как ваше состояние в целом? Есть какие-то изменения?

– Вчера утром я упала в обморок из-за того, что не позавтракала. Временами меня тошнит, голова кружится и тело немеет, – Ника постаралась перечислить все волнующие её симптомы.

– Вы уже делали тест на беременность?

– Нет, еще нет.

– Давайте я сначала вас осмотрю, а после мы сделаем УЗИ. Если хотите, после него вы можете сделать тест в нашей клинике, – предложила врач.

Оулдридж как-то неловко разместилась на гинекологическом кресле, желая, чтобы это поскорее закончилось. Миссис Сеймур молча провела осмотр при помощи стекла и пальцев. Это было неприятно и ужасно стыдно, но все-таки лучше, чем она предполагала.

– Вы говорили, что месячных у вас не было только в этом месяце? – спросила женщина, меняя медицинские перчатки.

– Д-да, а что-то не так? – Николетта быстро натянула свои джинсы обратно и обулась.

– Я точно не уверена, для начала сделаем УЗИ….

XXXXII Глава

С каждой минутой молчания со стороны врача внутри у Николетты нарастало чувство беспокойства. Она уже было смирилась с фактом своей беременности и теперь волновалась о том, что же с её организмом не так. Всё-таки это была её первая полноценная проверка, и она могла выявить у неё какие-либо заболевания.

Миссис Сеймур отвела её в кабинет-УЗИ со специальным оборудованием и попросила лечь на кушетку. Девушка четко выполняла все указания врача, пока гинеколог не нанесла на низ её живота прохладный гель и не стала размазывать его головкой датчика. Ощущения были весьма неприятными, тем более врачу иногда приходилось надавливать головкой аппарата в районе её матки, чтобы получить наиболее качественную картинку.

С замиранием сердца Оулдридж уставилась на экран, на котором появлялось изображение с датчика. На большой серой массе отчетливо выделялись две черные полости, отделенные перегородкой. В каждой из полостей было по странному сгустку такого же серого цвета, как и окружающее полости пространство. Ника никогда не видела УЗИ снимки вживую, поэтому даже представить себе не могла, что это могло значить.

– Ваша беременность протекает нормально, на снимках я не вижу никаких отклонений от нормы. Я рекомендую вам сделать еще несколько анализов. Некоторые из них вы можете сделать даже сегодня, – сказала женщина, все еще скользя головкой датчика по животу девушки.

Доктор Сеймур слегка развернула экран УЗИ-аппарата в сторону Николетты, а затем рукой стала показывать ей на те две полости.

– Видите, здесь две амниотические полости и два эмбриона. У вас многоплодовая беременность, двойня, – вынесла вердикт врач.

Николь сейчас волновало не столько количество детей, сколько само протекание беременности.

– Но с ними же все в порядке, да? – осторожно спросила рыжеволосая.

От волнения у Никки во рту все пересохло. Она тяжело вздохнула и слегка прочистила горло. Миссис Сеймур нажала на какие-то кнопки, а затем убрала датчик на подставку, подавая девушке салфетки.

– Вот, вытрите остатки геля. Никаких отклонений на снимках я не увидела, но срок еще маленький. По результатам анализов мы сможем сделать более точные выводы, – успокоила её женщина.

– Единственное, что меня настораживает, что срок беременности составляет около двух месяцев, а вы говорили, что у вас была только одна задержка. Я распечатаю вам снимок. Ваш партнер еще не в курсе вашей беременности?

– Нет, я даже насчет своих опасений ему не говорила, – на выдохе проговорила Ника.

Её пугала вся эта ситуация и возможная реакция Хэйдена. Как она могла быть беременной уже целых два месяца, когда они были вместе всего один? И как ей теперь сказать ему об этом? Он ведь говорил, что у него не может быть детей, а она беременна, причем уже целых два месяца. Все это никак не укладывалось у неё в голове.

– Возможно ли, что дети просто развиваются быстрее? – Николь аккуратно убрала гель со своего живота и стала одеваться.

– На моей практике такого ни разу не случалось, но я не отрицаю, что это возможно.

Могло ли это быть из-за того, что отцом её ребенка был оборотень? Она мало что знала об этом, да и девушек оборотней Ника на своем веку не встречала. Ей нужно было знать все подробности прежде, чем признаваться Райнхарду. Единственным человеком, который мог поделиться с ней этой информацией, была её мать.

Николетта сделала несколько необходимых анализов и сразу же после оплаты услуг покинула клинику. Лист с УЗИ-снимком и рекомендациями врача она запрятала на самое дно сумки, чтобы Хэйден нечаянно это не нашел.

До своего дома Оулдридж добралась относительно быстро, поскольку ехала на такси. Ника сразу же попала на кухню, где её мать доставала из духовки свежеиспеченные сконы (английские булочки). Когда её мама в последний раз готовила или занималась выпечкой? Рыжеволосой тяжело было вспомнить последний раз. Миранда сразу не заметила присутствия дочери, поэтому той было неудобно начать разговор.

– Привет?

Женщина едва не выронила противень от неожиданности.

– Ох. Вы еще не уехали? – мать искренне удивилась внезапному появлению дочери.

– Нет, мы пока еще некоторое время побудем в Англии, – ответила Николетта, присаживаясь на стул. Сумка с УЗИ-снимками сильно давила ей на плечо, поэтому она убрала её на соседний стул.

– А где Кэсси? – Ника решила немного сменить тему разговора.

– Скоро должна прийти со школы, – в свою очередь ответила женщина, перекладывая свежую выпечку на блюдо. – Она попросила меня приготовить сконы по рецепту вашей бабушки. Помнишь? Вы очень любили их, когда были маленькими.

Её мама выглядела очень счастливой.

– Те с черникой? – старшая из сестер Оулдридж с интересом посмотрела на аппетитные на вид булочки.

– Да. Ты можешь поесть их, когда они немного остынут, – предложила женщина, присаживаясь напротив дочери. – Ты пришла сюда, чтобы поговорить с Кэсседи, не так ли?

– Да… – Никки согласно кивнула. – Ты ведь не говорила ей о том, что я скоро уезжаю?

– Будет лучше, если ты сама об этом скажешь… – на этом мама остановилась, поскольку в комнату вошла её младшая дочь.

В первую очередь Кэсседи кинулась в сестре в объятья.

– Как дела? Тебя не было очень долго! Мама согласилась приготовить сконы с черникой, представляешь?! Я уже даже не помню их вкус!

Николетта ласково погладила сестренку по её светлой голове, поцеловала в макушку. Это был последний раз, когда она видела её до отъезда. Николетта всю жизнь была очень привязана к своей младшей сестре, она была ей почти как собственная дочь.

– Мы попробуем их, когда они остынут, а пока присядь, – рыжеволосая указала сестре на стул справа от неё.

Девочка послушно скинула портфель и забралась на стул. Счастливая улыбка на её лице медленно исчезала, поскольку Ника и её мама уже не выглядели такими счастливыми, как прежде.

– Что-то случилось? – Кэсседи не нужно было занимать проницательности.

– Да. Дело в том, что я уезжаю в Германию, – девушка слегла прочистила горло, чтобы продолжить. – Там я хочу получить медицинское образование и жить некоторое время.

– Но ты не возьмешь нас с мамой, так?

– Пока что нет. Но, когда я там окончательно устроюсь, вы сможете приехать и жить вместе со мной, – Николетта не была до конца уверена в том, что сможет сдержать это обещание, но все же хотела как-то приободрить Кэсседи.

– Ты хочешь оставить меня одну с этой сумашедшей!? – девочка вскочила из-за стола, окинув мать недобрым взглядом.

– Кэсседи! – шикнула на её Ника.

– Ничего страшного… – Миранда успокаивающе похлопала старшую дочь по руке, призывая её проявить терпение.

– И как скоро ты уезжаешь? – вдруг спросила младшая сестра упавшим голосом.

– Через пару дней…

Кэсседи ничего не сказала, просто опрометью бросилась на второй этаж, в свою комнату.

– Я пойду к ней, – сказала рыжеволосая, уже приподнимаясь со стула, когда мама придержала ее за руку.

– Лучше на какое-то время оставить её одну и рассказать мне то, что хотела, – блондинка не хотела торопить дочь, но и скрывать то, что она в курсе некоторых событий, Миранда не стала.