Текст книги "Последняя фея: Охота на бескрылую (СИ)"

Автор книги: Тая Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

18. День битвы за независимость

Дверь за Лексом закрылась. Я счастливо вздохнула, стряхнув с себя мечтательную задумчивость, и направилась к журнальному столику. Следовало написать письмо в деканат… А ещё отправить весточку Маре. Благо теперь было откуда, спасибо Лексу, который вскоре умчался завершать свои дела, коих было невпроворот. Ведь чем скорее он избавится от своей поднадоевшей должности, тем скорее мы сможем убраться из опасных мест.

Я мечтательно улыбнулась, завидуя его выдержке. Общаться с Нортом на постоянной основе, и не сойти с ума – это явный талант.

Теперь при мысли о Лексе где-то внутри прочно поселялось что-то восторженное, щекотное-радостное, мешающее противной тревожной тени вновь завладеть всеми моими мыслями. Она, конечно, никуда не пропала, но стала куда менее пугающей.

За завтраком я поведала Лексу обо всех своих злоключениях, о несостоявшемся благотворительном вечере, о своем новоиспеченном спасителе, про странную связь между нами, и про то, как тот мне помог. А также о том, как и сама я пыталась ему помочь, правда, пока неясно насколько успешно… Никаких контактов Дана у меня не водилось, и я очень жалела, что не могу дать знать, что со мной всё хорошо, и что меня не украл Норт, или отшельники...

Как ни пыталась я снова концентрироваться, напряженно глядя на собственные руки, чтобы вновь вызвать те самые волшебные искорки, всё безуспешно. Те никак не хотели появляться по заказу.

В новостях, вопреки ожиданиям, не было ни слова про недавний арест золотого магната Дега. Газеты либо упустили подобную сенсацию по собственной неосведомленности, либо Норт успел позаботиться о том, чтобы новость не всплыла. Я нашла лишь несколько строчек о несостоявшемся из-за проблем с электричеством благотворительном вечере, да и те не на первой полосе.

Спешно написав письмо в деканат с просьбой перевода на удалённую форму обучения, я наконец позвонила Маре. Та была рада меня слышать куда больше, чем недовольна моим отсутствием в институте. Но, услышав последние вести, подруга заметно скисла.

– Нет, – выдохнула я нетерпеливо, поясняя сложившуюся ситуацию, – вовсе нет, я делаю это из соображений безопасности. Дело в том, что всё немного сложно с Нортом... Точнее, всё о-очень сложно. Поэтому я просто переведусь на дистант, чтобы избежать новых проблем. Он меня преследует, Мар. И шантажирует…

– Ого-о-о, – протянула та ошарашенно. Изначально девушка решила, что мне просто понравилось на дистанте, в чем я поспешила ее разубедить. – То есть, мы теперь даже не увидимся? Ты уедешь навсегда?

На этот вопрос я честно не знала ответа, но и совсем обижать давнюю подругу не хотелось.

– Я что-нибудь обязательно придумаю.

Прозвучало не очень убедительно. Но крайней мере, я честно пообещала себе сделать всё возможное для того, чтобы хотя бы нормально с ней попрощаться...

– Ладно, – печально вздохнула подруга, – если это действительно настолько серьезно… Норт… Никогда бы не подумала. Но, видимо, подобные должности накладывают свой отпечаток, верно?

– Угу. Но не скидывай меня со счетов, хорошо?

Та задумчиво согласилась и отсоединилась.

Положив телефон на стол, я уставилась в стену прямо перед собой. Чёртов Норт портил всё, к чему прикасался. Стоило ему только войти в мою жизнь, как та начала давать трещину, неумолимо напоминая негативное нечто, синоним вечных проблем…

Я перевела взгляд на монитор, и тут же буквально на глазах на почту упало новое письмо из деканата. Надо же, как оперативно работают. Кликнув на заголовок, я пробежала глазами содержимое, и нахмурилась. Те сообщали, что готовы удовлетворить мой запрос на смену формы обучения, только для этого мне необходимо предварительно явиться лично, чтобы подписать нужные документы, и согласовать все текущие вопросы с некоторыми преподавателями. Ну кто бы, черт побери, сомневался! В наш-то прогрессивный век повального дистанцирования... Хотя некоторая логика здесь всё же водилась. Тяжело вздохнув, я размышляла с минуту, после чего принялась набирать сообщение Лексу.

Кажется, Мара увидит меня гораздо раньше, чем надеялась

Однако Лекс так и не ответил, очевидно, погрузившись в решение проблем с головой. Поэтому, прослонявшись в томительном ожидании ответа из угла в угол минут двадцать, я приняла решение ехать. Захватив заботливо оставленную им карту на расходы и ключи от квартиры, надежно спрятав их во внутренний карман куртки, я выпорхнула из квартиры.

Снаружи, вопреки опасениям, меня не поджидали ни Норт, ни толпа агрессивно настроенных отшельников с граблями наперевес. Так что я вполне благополучно добралась до своего альма-матер на такси.

Тяжёлая входная дверь с потертой бронзовой ручкой знакомо не желала открываться, но с третьей попытки я ее победила, мысленно пожелав, чтобы эта очередная пытка дверью оказалась если не последней, то хотябы предпоследней в моей биографии.

Институт встретил пустыми прохладными коридорами и привычной предсессионной тишиной. Пахло пылью и мокрыми бетонными полами. Покрепче сжав подмышкой драгоценный ноут, я невозмутимо прошагала в деканат.

– А, это ты, – окинула меня надменным взором вечно недовольная секретарша. – Вот.

На щербатую поверхность её обшарпанного стола с шелестом шлепнулись несколько белых листов бумаги.

– Этот подпишешь сама, с этим пройдешься по кабинетам, после вернёшься и подпишешь у декана разрешение на перевод. Всё.

Девушка демонстративно уткнулась в свой монитор, давая понять, что больше не потратит на меня ни секунды своего драгоценного времени. Стеклянные дверцы книжного шкафа за ее спиной явственно отражали наполовину разложенный пасьянс.

Я молча забрала макулатуру, и резво двинулась в свой поход за высочайшим дозволением, чтобы в дверях буквально столкнуться с Арьяном – своим совсем еще недавно другом.

Сейчас над его статусом относительно моей персоны завис жирный знак вопроса. Ар не так давно крайне изумил своим странным поведением, сам придумав причину, сам же обидевшись, и оттого не желая продолжать наше общение. На это мне оставалось лишь философски пожать плечами. Не так уж он был мне и дорог. А подобное незаслуженное отношение оказалось неприятно обидным. Так стоило ли придумывать ему оправдания и пытаться восстановить отношения, загружая мозг чужими обидками и проблемами? Я посчитала, что нет. Мне, к сожалению, хватало и своих. Ар и сам не торопился объяснять свой поступок. Но сейчас, подняв глаза, я прочитала в чужом лице...сожаление?

– Привет Ар, – равнодушно скользнув мимо, я целеустремленно проследовала по своим делам.

Парень догнал меня в два шага.

– Элль, – позвал он без прежней уверенности в голосе, не решаясь взять за руку. Да я бы и не позволила.

Молча обернувшись, я заглянула в светло-карие, как у щенка ретривера, глаза, и приподняла бровь.

– Что, ты снова со мной разговариваешь?

Тот кивнул, тревожно разглядывая меня сверху вниз.

– У… у тебя все хорошо?

Я слегка кивнула, пожав плечами. Он явно намеревался спросить что-то ещё, но тут прозвенел звонок с очередной пары. Следовало поторопиться.

В аудитории смежной с кабинетом декана заседала небезызвестная госпожа Шапская, и я испытывала стойкую уверенность, что эта дама так легко меня не отпустит, несмотря даже честно заслуженный вторым местом в конкурсе автомат.

Студенты заполонили коридор, хлынув сплошным шумным, совершенно неконтролируемым потоком, и я, опасаясь, как бы меня им не смыло, быстро кивнула напоследок растерянному Арьяну, и двинулась на эшафот.

– Элль! – голос Арьяна потонул в нарастающем шуме толпы, и я поспешила скрыться в безопасности пустой аудитории. Как если бы пещеру с обитающим в ней медведем можно было назвать безопасной.

Маленькая сморщенная голова с шапкой ярко-малиновых кудрей, что явно свидетельствовало о творческом типе данной личности, резко поднялась, стоило только мне переступить порог аудитории и захлопнуть за собой дверь.

Невысокая пухлая женщина, обладательница тех самых кудрей, недобро уставилась на меня поверх прямоугольных стекол очков.

– Надо же, какая честь, – протянула она с плохо скрываемым сарказмом, разглядывая меня с ног до головы, – наша звезда соизволила наконец явиться на пары.

Начало мне не понравилось, но я и не ожидала чего-то иного. Госпожа Шапская была давно известна своим нелегким характером и своеобразным отношением к большинству студенческой братии.

– Здравствуйте, – вежливо улыбнулась я на её оригинальное приветствие, ибо огрызаться в моём случае было бы глупо. – Мне нужно кое-что подписать, чтобы...

– Я не стану ничего подписывать! Ты пропустила неделю обучения, и пока это время не будет отработано, ни о каких подписях не может идти и речи!

Я тяжело вздохнула, изо всех сил стараясь побороть раздражение. Не следовало показывать своих негативных эмоций, ведь именно этого она и добивается. Но что б тебя, противная тетка! Нет чтобы облегчить мне жизнь, а себе карму, но нет... Ну что ж, перейдем к самой продуктивной тактике.

– Хорошо, – и снова непринуждённая улыбка, – так и сделаем.

Ссориться с этой женщиной я не желала. Это было крайне непродуктивно, и даже вредно, да и толку сулило ноль. Так и быть, соберу остальные подписи, а декану суну в нос факт честно выигранного автомата. Даже двух.

Но не успела я развернуться, чтобы выдвинуться дальше, как госпожа Шапская решила оставить последние слова за собой:

– Что, думаешь, нашла себе богатого покровителя, и сразу стало всё позволено? – прошипела она, сверля меня максимально презрительным взглядом, – можно игнорировать занятия, преподаватели тебе всё задаром подпишут и поставят?!

О-о-о, как всё, оказывается, запущено... Вероятно, мне предстояло расплачиваться за её материнскую обиду на судьбу собственной дочурки, от которой этот покровитель благополучно уплыл.

– Не имею ни малейшего понятия, о чём вы, – ответила холодно, и отвернулась, берясь за ручку двери.

– Прекрасно понимаешь! – возразила та, приподнимаясь из-за стола, явно негодуя по поводу моей сдержанности. – Для этого и пошла на конкурс, не так ли?

Эх, не стоило мне поддаваться на провокацию этой обиженной жизнью и мозгами женщины, но я всё же не сдержалась.

Повернувшись обратно, я снова встретилась с ней взглядом.

Никогда и никому я не давала повода себя ненавидеть. Никого не обижала и не позволяла себе недостойного поведения. Но некоторые люди могут испытывать негативные эмоции исключительно по собственным причинам, совершенно от источника их ненависти независимым. И объяснять что-либо бесполезно. Это их личные комплексы, зависть и непонятные рассуждения. И если я готова была мириться с чужой нелюбовью, то терпеть несправедливые обвинения – нет.

– Однако странно, что сей покровитель обделил вниманием победительницу, не так ли? Ведь она приложила куда больше усилий, чем я.

Шапская побагровела. Её единственная дочь в тот день выиграла гран-при лишь благодаря коллективу старательных детишек из местного приюта. Это я знала не понаслышке. Однако Шапская младшая знатно облажалась в финале, подпортив себе триумф и едва не свалившись у всех на глазах, поспешив за своей незаслуженной наградой. Да и без того всем было очевидно, что та победа оказалась шита белыми нитками.

– Да как ты смеешь?! – маленькие глазки в обрамлении густо накрашенных ресниц злобно засверкали.

Я брезгливо поглядела на её мелко трясущиеся пурпурные щеки и запереживала, что не умею оказывать первую помощь. А вдруг Шапскую сейчас хватит удар? Уж в чересчур неестественно-яркий цвет окрасилось её недоброе лицо от моего ответного выпада.

Ну а что? Я тоже умею огрызаться и отвечать на оскорбления, да. И не такая уж я бессловесная. Если меня ударят по щеке, то вторую подставлять не стану. А сейчас я всего лишь выдала правду.

Наверное, всё же стоило уйти, но я решила вежливо дослушать тираду в свой адрес, лишь непроизвольно мельком глянув в телефон, чтобы проверить входящие.

Хм… Лекс до сих пор не ответил, и это казалось странным.

– Ты ни за что не получишь от меня подписи! – прошипела та сквозь сомкнутые зубы, – и вертись как хочешь, дешевая подстилка! Тебя отсюда просто вышвырнут. Таким как ты образование ни к чему! И никто тебе не поможет, ни просьбы, ни деньги, ни твой богатый покровитель!

– Даже если он попросит вас лично, госпожа Шапская?

Та замолкла на полуслове, некрасиво приоткрыв щедро напомаженный рот и ошарашенно переводя взор мне за спину.

Я медленно выдохнула и обернулась. В дверях своей собственной ненавистной персоной возвышался Норт. Он взглянул на меня, и уголки его губ поднялись в холодной улыбке. За спиной мужчины виднелись плечистые фигуры охранников. Это что-то новенькое… Очевидно, решил принять ответные меры в случае очередных непредвиденных проблем с бывшими коллегами. А вот я, на свою беду, охраны не захватила.

– Возможно, вы передумаете, если мы с вами обсудим этот вопрос с глазу на глаз? – продолжил он, снова направляя свой пронзительный взгляд в сторону теперь уже побелевшей преподавательницы.

Такого расклада та явно не ожидала. Как, впрочем, и я.

Женщина замешкалась. Не выдерживая магнатского взгляда, она опустила голову к своим бумагам и суетливо начала их перебирать мелко трясущимися руками.

– Вам следовало заранее назначить встречу, сейчас у меня пары, я не смогу уделить достаточное количество времени… – забормотала она себе под нос.

Несмотря на собственное плачевное положение, ситуация с Шапской меня позабавила. Никогда ещё не доводилось видеть её в таком подавленном состоянии. Думаю, подобная встряска пойдет ей на пользу. Пускай испытает свое же оружие на себе. Правда, после такого ненавидеть меня она станет куда сильней…

– Хорошо, – кивнул Норт, огибая меня и подходя к ее столу. Он достал из нагрудного кармана маленький темный прямоугольник, и положил перед ней поверх всех её бумажек, – позвоните, как появится время, и обсудим этот вопрос.

Та быстро кивнула, так и не решившись поднять глаза. Норт повернулся ко мне. Шагнув навстречу, он мягко взял меня за локоть, и направился вместе со мной к двери. Я не сопротивлялась до самого порога. Но, как только мы вышли в коридор, опомнилась, и выдернула руку из захвата.

– Я никуда с тобой не пойду!

– Элль! Мы не договорили!

Оттесняя меня от Норта, между нами неожиданно вклинился Ар. Я поглядела на парня, как на единственный шанс, решительно улыбнулась, и ухватилась за этот спасательный круг, чтобы сбежать от очередной порции неприятностей, угрожающе зависших над моей многострадальной головой.

– Да, конечно, идем, – с энтузиазмом кивнув, я взяла Арьяна за руку, и потянула в сторону столовой.

Мимо нас пробегали стайки студентов, не забывая бросать любопытные взгляды. Кое кто даже замедлялся, беспардонно прислушиваясь, поэтому я ускорила шаг.

Норт закатил глаза, и двинулся следом. Нагнав нас буквально за пару секунд, он схватил меня за другую руку, и развернул лицом к себе, полностью игнорируя моего спасителя. Я поймала взгляд ледяных глаз, и замерла, как кролик перед до чёртиков обозленным удавом.

– Хочешь дистант, получишь дистант, – проговорил он негромко, гипнотизируя своим напряженным взглядом, – на этом всё. Хватит с тебя самостоятельности. Сейчас ты идешь со мной, и давай без выкрутасов.

Он кивнул своим охранникам. Те шагнули вперед, и отцепили от меня Арьяна, загородив от всех и вся, кроме своего хозяина.

– Эй! – возразил было Ар, но был бесцеремонно отодвинут с дороги. Я затравленно огляделась, понимая, что спасать меня больше некому, и кольцо моих недоброжелателей неумолимо сжимается вокруг моей скромной персоны.

– Элль!!!

Я резко обернулась, выглянув меж монструозных охранников, и улыбнулась, наблюдая, как ко мне на всех парах несутся девчонки. А вот и тяжелая артиллерия подоспела! На ходу пробив блокадное кольцо, Мара и Алевтия сомкнули ряды рядом со мной, бросая недобрые взгляды на хмурых охранников. Возле Норта застыла Лесс, и, к моему удивлению, Шапская младшая со своим вечным эскортом из трех расфуфыренных девиц.

Глядя на эту внезапную подмогу, Норт очевидно скис. Теперь меня точно не выудишь отсюда просто так. Его лицо приняло тоскливое выражение, отчего в моей душе забрезжил бледный проблеск надежды на спасение.

– О, господин Дега! – воскликнула Лесс, едва не прижимаясь к погрустневшему магнату, – какими судьбами к нам?

Остальные закивали, поддакивая, хихикая и бесцеремонно тесня мужчину со всех сторон.

Я закусила губу, чтобы не выдать своего энтузиазма, и стала потихоньку отступать назад. Норт мигом заметил мое движение и помрачнел еще больше.

– Увидимся позже, Элль, – выдавил он угрожающе, одним движением стряхнул с себя поклонниц, и резко развернувшись, покинул поле боя.

С моей души свалился огромный груз…. Этот раунд был за мной. Вот только что-то подсказывало что покидать здание института мне придется как минимум на вертолете, а как максимум через подземные туннели. Ибо снаружи меня будет караулить бдительный магнат.

– Спасибо! – от всей души поблагодарила я всех присутствующих, не забыв даже о Шапской и Ко. Та высокомерно фыркнула, развернулась на каблуках, и отчалила вслед за Нортом, наверняка чтоб полюбоваться на своего кумира в новом авто. Чуть помедлив, следом отправилась и Лесс, покровительственно поманив за собой Алевтию. Что ж, эта явно осталась верна себе. Да забирайте вы уже этого Норта со всеми потрохами! Можете даже поделить между собой. Мне он и даром не сдался.

– Как тебе удалось ее уговорить? – кивнула я в сторону удаляющейся процессии.

Мара только усмехнулась.

– О чем ты? Я и не пыталась, просто повезло увидеть машину Норта из окна, ту самую, новую. Помнишь, он как-то присылал фото? Я и сообщила ей, между делом. Ты бы видела эту скорость, я еле их догнала!

Она залилась смехом. Тепло улыбнувшись, я приобняла её за плечи.

– Ты же знаешь, что ты лучший друг, правда?

– А как же я? – вклинился Ар, всё это время молчаливо внимавший нашему разговору.

Мы обе обернулись на него с одинаково недоумённым выражением на лицах. Тот слегка стушевался, и вздохнул, жалобно глядя побитым щенком.

– Прости, Элль, кажется, в последнее время я вёл себя как идиот.

– А мне не кажется! – авторитетно вставила Мара, и я была с ней абсолютно согласна.

– Да – покорно согласился тот, – как полный идиот. Просто отчего-то подумал, что ты решила уподобиться Шапской, и тоже начала охоту на магната… Но теперь я понял, что всё далеко не так.

Я не сдержала снисходительной улыбки.

– Даже знаю, с чего ты так решил. Мы ушли тогда из кафе в странной компании, не дожидаясь тебя, и ты сделал определенные выводы. Ничего, с кем не бывает.

– А спросить не мог? – возмутилась подруга, – сразу в обидки? Детский сад!

– Я же говорю, идиот, – снова покаялся Ар.

Я отмахнулась.

– Ладно, хватит, у меня ещё куча дел.

– Помочь? – с готовностью отозвались новообретенные друзья.

Я задумалась.

– Ну, подписи скорее всего я соберу сама, а вот как отсюда выбираться... Наверное придется пофантазировать.

* * *

Спустя час с небольшим мы с Марой встретились в фойе. Я успешно завершила свою сегодняшнюю миссию, а её пары, в отличие от пар Арьяна, закончились, и подруга решила помочь мне в моём нелегком деле безопасной релокации до дома. Мы уже успели проинспектировать охранную рубку и даже пофлиртовали с охранником, чтобы добиться разрешения проверить внешние камеры. Судя по всему, вокруг всего немаленького знания института меня никто не ждал… Ни знакомой фигуры, ни знакомой серебристой машины, ничего подозрительного. И я никак не могла поверить своей неожиданной удаче. Но что заставило Норта отказаться от своей затеи? Неожиданно возникшие дела? Хм…

Так или иначе, у меня был неплохой шанс смешаться с толпой и благополучно запрыгнуть в такси безо всяких неприятных последствий и столкновений. Благо, студентов вокруг клубилось достаточно, чтобы удачно затеряться, оставшись незамеченной. Машину пришлось заказать заранее. Мара вышла на улицу первой, чтобы разведать обстановку. И лишь после того, как та скинула сообщение о том, что все чисто, я выбежала наружу, в лучших традициях шпионских фильмов втиснувшись в плотный студенческий поток.

Яркое солнце ударило в глаза, и я не сразу заметила темноволосую подругу, что махала издалека, обозначая местоположение моего такси. Я рванула туда со всех ног, лавируя между людьми. Мара открыла дверь, и, подождав, пока я запрыгну в салон, захлопнула ее следом. Благодарно улыбнувшись, я кивнула водителю, и послала подруге прощальный воздушный поцелуй. Кажется, пронесло!

Машина наконец двинулась с места, вызывая у меня грандиозный выдох облегчения. Но длился он не долго. Из толпы за спиной Мары вдруг показалась печально знакомая широкоплечая фигура. Мужчина подошел к бордюру и остановился, спрятав руки в карманы темного пальто, мрачно глядя мне вслед.

Я поймала его серебристый взгляд, и внезапно задохнулась от яркой вспышки осознания. Вся подавшись вперед, я почти уткнулась в стекло, жадно разглядывая плавно удаляющееся лицо.

Что-то было в этих глазах, что-то непривычное, отчего внезапно перехватило дыхание и пронзило насквозь, невольно тронув до глубины души, заставляя всю ту неприязнь, что копилась внутри, дрогнуть и подернуться легкой рябью, растворяясь. Я увидела его настоящие, чистые эмоции, не прикрытые ничем, и глаза мои наполнились слезами.

Некая странная, небывало звериная тоска жила в его светлых пронзительных глазах, выворачивая душу наизнанку. Острая, больная и дикая тоска, от которой хотелось кричать. И мне стало не по себе… от отчаянной жалости к этому человеку. Внутри меня разлилась смешанная с сожалением невыносимая горечь, безвозвратно отравляя всю скопившуюся там радость. Кажется, сейчас, в эту самую секунду я вдруг наконец-то всё поняла, задохнувшись от чужих эмоций. Поняла, впитала и искренне пожалела, что не могу испытывать того же, что и он по отношению ко мне. Просто не в силах. Какая несправедливость... Но разве я в ней виновата? Да и разве есть здесь хоть чья-то вина?

На колени упали горячие капли, глаза наполнились новыми слезами, отчего мужская фигура за стеклом автомобиля расплылась, становясь невидимой и неосязаемой. Я чувствовала его боль. Но ничего поделать не могла… Сердце разрывалось на части, и я не могла дышать.

Норт молча следил за удаляющейся машиной, перебирая в кармане маленькую связку ключей, и не предпринимая никаких ответных действий. Пускай наслаждается иллюзией свободы еще немного, если уж на то пошло. Пускай. Мужчина тяжело вздохнул, почувствовав, как больно заныло в груди. Он начинал уже привыкать к этой боли, она стала его постоянной спутницей в последние дни.

Ты вплелась в моё сердце, девочка. Запала в душу так, что не достать, не вытянуть обратно. Навсегда. И я никогда тебя не отпущу, ведь я люблю тебя, моя драгоценная феечка. Только моя. – Думал он с несвойственной ему нежностью, задумчиво наблюдая, как исчезает за поворотом её желтое такси.